Русский Север
Автостопом на Соловки в 1994 году
Антон Викторович Кротов

© Антон Викторович Кротов, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора – по прошествии 22 лет

Все мы когда-то начинали путешествовать, и порой даже писали о своих первых поездках – в Интернете, в дневниках, рассказывали устно. Я не исключение – почти все мои первые поездки 1991—1994 года и последующих годов, до сегодняшнего дня, подробно описаны. Многие вошли в состав разных книг, повестей, некоторые выложены и в Интернет.

Поездка на Соловки, известная под заголовком «Русский север» – не исключение. После написания, я опубликовал эту повесть в самодельном журнале «Почтовый ящик» (зимой 1994/95 годов), потом она вошла в разные издания моих книжек «Пути по России», «Автостопом по России».

Текст интересен, конечно, не географическими и историческими подробностями. Исторические сведения можно сейчас найти в Википедии или в других уголках Интернета, а методы путешествий, расписания пароходов и поездов, цены на хлеб и на билет на одну остановку сильно изменились за двадцать два минувших года. Изменилась и страна, и мир, в котором мы живём.

Тем интересней прочесть, в современном мире, о том, как мы путешествовали раньше, не отправляя sms-ки и фотографии в Instagram, не проверяя по GPS своё местоположение, не покупая товаров по кредитной карточке и не ища ночлег через Couchsurfing. Может быть, кому-то это и пригодится – знание о том, что возможности путешествий не так привязаны к современной технике и электронике XXI века. И что путешествовать можно было и раньше, при желании, при наличии времени и мозгов, – даже не прочитав книгу «Практика вольных путешествий» – её ещё не было в природе. Книга иллюстрирована фотографиями, сделанными мной в той поездке. Их вид и качество также покажут вам, какими были путешествия той поры. Но всё было интересно, и даже интересней, чем сейчас – ведь всё было впервые!

Поездка на Соловки проходила летом 1994 года. Некоторых моих нынешних друзей тогда ещё не было на свете. Много чего ещё не было, а мне было 18 лет. Итак, воспринимайте эту книгу как машину времени. Поехали!

Нижний Новгород, XXI век,

май 2016 года.

Введение

Из всех массовых путешествий, которые я организовал в своей жизни, это была первая многолюдная поездка со сложным маршрутом. Путешествие готовилось заранее, целый год. В течение года перед путешествием я искал участников – развешивал объявления в институтах и рекламировал Север всем друзьям по переписке со всего бывшего Союза. Газеты бесплатных объявлений (типа «Всё для вас» и «Из рук в руки») целый год проедали мозги читателям объявлениями о путешествии по Северу со странной припиской: «Любителям комфорта не обращаться». Таких объявлений вышло не менее полусотни. Желающие участвовать писали мне письма, и я их ознакомлял с нашим летним маршрутом.

Чтобы подготовить команду и перезнакомить людей, с осени 1993 я начал проводить у себя дома небольшие сборища и тусовки, рассказывал людям о возможности путешествий. Идея объединяла, и число желающих росло. ¹

Так прошёл конец 1993 и начало 1994 года. Массовая реклама привела к тому, что собрались ехать целых 48 человек из различных городов. Весной 1994 началась пора практики – люди, как правило, не имели никакого опыта подобных странствий. Провели несколько тренировочных перемещений. В марте – две парных поездки в Пензу с однокурсником Димкой. В начале мая – массовое путешествие более двадцати человек в Питер, очень бестолково мною организованное и поэтому ещё более интересное. Также были и другие небольшие поздки в Питер, Тверь и т.д., в результате которых было «инициировано» около 30 человек. Из них большинство, столкнувшись с трудностями путешествий, на Север ехать не захотели, а многие и вовсе перестали появляться на тусовках.

Ближе к 10 июля число желающих совсем уменьшилось, и из заявившихся 48 человек, к счастью, поехало лишь шестеро. (Причём двое собирались присоединиться к остальным только в Ярославле, чтобы потом продолжить путь, как ожидалось, на Вологду, Архангельск и Мурманск.) Вот имена людей, вписанных отныне в книгу истории:

, г. Истра. Мы познакомились просто – учились тогда вместе в одной группе в МАИ (Московском Авиационном Институте) и были чуть более сумасшедшими, чем другие. Димка – участник двух интересных походов, один из которых закончился взятием Пензы, а также – поездки в Тверь в конце февраля 1994, где мы купили одну тысячу советских пионерских галстуков. Дмитрий Трифилов ²

Кроме способности к нетривиальным путешествиям и свершениям, Трифилов обладал свойством хорошо учиться в институте МАИ. Нам было по 18 лет; в нашей институтской группе 08—205 мы были самыми юными – этим, возможно, и объяснялись наши странности. Например, мы вели политическую деятельность и даже оказались в центре внимания СМИ на какой-то демонстрации в защиту студенческих прав около Белого Дома (в 1994 году).

Дмитрий Трифилов и Антон Кротов в СМИ

, г. Москва. С ним мы познакомились весной 1994, когда из любопытства посещали с Димой Трифиловым секту мунитов «Церковь объединения», там мы повстречали и Дениса. Впрочем, жизнерадостным последователям Сан Мён Муна не удалось сбить Дениса с толку, т.к. во время слов о «праведной жизни» и искоренении первородного греха он слушал плейер. Денис Петров

Денис принимал участие в весеннем массовом электричном путешествии в Питер, а вскоре, познакомившись с представителями ПЛАС – Петербургской лиги автостопа, стал приверженцем именно такого рода передвижения. По возрасту же (16 лет) он был самым молодым участником сего путешествия.

Антон Кротов и Денис Петров (фото сделано в предыдущей поездке, в мае 1994 году в городе Бологое)

Накануне поездки на Север, 9-го июля, к нам приехала , студентка из Беларуси, проживающая в отдалённой деревне Шалыги, которая когда-то откликнулась на моё объявление о клубе «Переписка». Её желание ехать до этого дня казалось нам не очень серьёзным, и каково же было наше удивление всё-таки увидеть (впервые) Таню, единственную даму в нашей команде, с которой предстояло проехать по Северам многодневный маршрут. Татьяна была наиболее взрослой среди нас – ей в ходе поездки исполнилось аж 22 года, а больше мы и не знали о ней ничего. Российских денег у неё не было никаких, ну да это не являлось препятствием для вольного путешествия. Таня Харук

Антон Кротов и Татьяна Харук

Итак, мы вчетвером были готовы стартовать из Москвы на Севера, а в городе Ярославле к нам должны были присоединиться, как минимум, два человека – Иван Тимофеев (18 лет), житель Петербурга, который опередил нас на 4 дня, заехав в Рыбинск, и  (21 год) из подмосковного города Щёлково. Андрей говорил, что он путешествовал в своей жизни довольно много, хотя многие из его приключений оказались, на поверку, выдумкой. Всю дорогу по Северам он проявлял себя как неутомимый выдумщик и рассказчик разнообразных весёлых историй. Андрей Мусорин

Итак, представив предварительно некоторых героев повествования, мы покидаем город Москву.

На Вологду

10 июля 1994 года, в Москве на Ярославском вокзале, мы сели на электричку и благополучно достигли Сергиева Посада.

В Троице-Сергиевой лавре из-за раннего часа было почти безлюдно. Рядом мы нашли большое и бездействующее колесо обозрения, которое решили раскрутить вручную. Но прокрутить нам его удалось лишь на несколько метров, и мы слезли оттуда и отправились дальше, в Александров, на другой электричке.

Схема маршрута

Когда мы зашли в Александрове в привокзальное кафе, там висела красивая тетрадь с надписью «Книга отзывов». Я взял её, но там не оказалось ни одного отзыва, и я, удивившись, написал: «Отзыв N 1. Отзываемся о сиём кафе положительно. – Антон, Денис, Дима, Таня, проездом на Русский Север 10.07.1994». Затем мы сели в электричку на Ярославль.

Этот состав был старый, 1956 года, с распахивающимися вручную дверями. Её вёз электровоз, т.к. сам он уже был несамоходен. Достигли мы Ярославля через четыре часа и отправились купаться на Волгу. Там, где в неё впадает речка Которосль, мы искупались и пошли по набережной. Здесь было много старинных, белых зданий и церквей. Так мы достигли речного порта и исследовали расписание теплоходов, а затем отправились ночевать к Максиму Карчевскому, который живёт на ул. Угличская.

Макс, казалось, был несколько удивлён величию нашего ожидаемого пути и решил тоже с нами проехаться до Вологды. Утром мы пошли в великий монастырь Ярославля, ныне превращённый в музей. Там в понедельник доступна для осмотра одна только звонница. Вид с неё был великолепный во все стороны. Какие-то маленькие пятнышки людей перемещались внизу, а вокруг расстилался великий и древний город. Затем мы посетили церковь Ильи Пророка, с очень яркими древними фресками и иконами. После этого мы пошли в книжный магазин, где приобрели много краеведческой литературы по Ярославской области, журналы, картинки и т.п., благо всё это очень дёшево стоило. И так затоварившись, мы сели в троллейбус и отправились к Максиму за нашими вещами, а затем на вокзал.

На вокзале, в 12.45, была условлена встреча с теми, кто желал присоединиться, и к нам присоединились следующие товарищи: Андрей из Щёлково, Иван из Петербурга, заезжавший до того в г. Рыбинск, и Джейн (Женя Косарева) с Лёшей – из Москвы, которые ещё накануне не знали, что поедут с нами на Север, потому как собирались в Харьков и Петербург.

Впрочем, раньше они испытывали такое желание и ходили на тусовки, посвящённые грядущей поездке, но до последнего момента не знали, присоединяться ли к нам. Всё же решив ехать, они взялись догонять нас автостопом, но проспали, и, выехав только в 7 утра, за 4 часа по трассе проехали этот путь. Так вдевятером мы и погрузились в электричку на Данилов. Денис же говорил, что метод автостопа – наилучший из методов, и что мы плохо поступили, достигая Ярославля на электричках, т.к. это долго и неинтересно. И он предлагал всем ехать дальше автостопом, но народ сомневался.

Как никогда прежде, в этой электричке содержалась тётя-контролёр. В предыдущих транспортах контролёров не было.

Она шла и проверяла билеты, а у какой-то бабки не было билета. «Всегда у вас было, что ходили по электричке и продавали билеты», – утверждала бабка. «Вы были обязаны! купить билет! на станции, где вы садились!! Если же там нет кассы, вы должны пройти по электричке! и найти кассира! А теперь я вам выписываю штраф!!» – отвечала контролёр, но бабка не хотела штрафоваться, и контролёр нервно завела на несколько минут разъяснительную беседу, и всё же бабка была оштрафована. А на следующих сиденьях сидели мы, тоже без билета. И когда контролёр подошла и спросила билет, Денис мрачно сказал ей: «У нас нет билетов. У всех девятерых.» И контролёр, подумав, что ещё на девять разъяснительных бесед сил у неё не хватит, – тихо прошла мимо.

В Данилове мы купили девять билетов на одну остановку и погрузились в пригородный поезд на Вологду. Там было жарко, а ехали мы длительное время, всё время высовываясь и болтая ногами из дверей. Однако, доехав до промежуточного г. Грязовец, мы стояли там около трёх часов, в 50 км. от Вологды, ибо перед нами оборвался контактный провод. Всё это время Денис побуждал нас ехать автостопом и встречаться под въездной табличкой «Вологда», но не все люди хотели покидать столь обжитой нами пригородный поезд. Всё же подумывая ехать автостопом, если поезд простоит до 20.30, мы были удивлены, когда в 20.15 он неожиданно тронулся и поехал.

Вологда. Кириллов. Утрата двоих попутчиков

Приехали мы в Вологду поздно – около 21 часа – и сразу пошли искать ночлег. Вообще говоря, ночлег нам в этом городе никто заранее не обещал, и мы просто решили обойти тех людей, кто нам писал письма из Вологды. До 23 часов мы обошли 4 адреса, но нигде вписаться не удалось, т.к. заходили мы к людям, совершенно нам не знакомым. ³

Итак, в четырёх местах нас благополучно прогнали, и мы решили ночевать на природе, около поворота на Кириллов – ведь мы собирались рано поутру ехать в Кирилло-Белозерский монастырь вожделенным автостопом. Вот мы уже идём по центру ночной Вологды. Но тут произошло неожиданное событие. Один из нас, Лёша, внезапно повернул по перпендикулярной улице и скрылся из виду. Мы, удивившись, решили подождать его, но он не возвращался. Мы стали бродить и искать Лёшу, но не нашли. Мы постигли, что Лёша решил отделиться от нас, и, недоумевая, пошли по улице и достигли автобусной остановки.

На автобусной остановке стоял какой-то мужик. Он ждал последнего автобуса, но автобуса не было, и мы разговорились. Он узнал, что мы едем по городам Русского Севера, и спросил:

– А на Соловках будете?

– Да вряд ли, сейчас туда очень трудно попасть.

– Ну! На Соловках обязательно побывайте! – и начал рассказывать нам про Соловки. Но вот уже пошёл ночной час, автобус не подходил, и мы пошли пешком, растянувшись по улице. Узнав про наши поиски ночлега, мужик сказал:

– Тут вас переночевать вряд ли кто пустит. Разве что здесь, на окраине города, где ещё старые дома, где, как прежде, живут. Если четырёх человек, то я могу приютить, – ну а больше, ребята, извините, больше нет. – Но мы отказались от разделения и, когда мужик отделился от нас, прошли ещё километра полтора и, выйдя из города, оказались на Кирилловском шоссе.

Там, где кромка поля обрамлена деревьями, там решили мы уснуть. Но спали мы недолго, – комары разбудили нас. Спали только Денис и Иван, имея спальные мешки; у нас остальных не было таких приспособлений. Комаров было много, они входили нам во все щели одежды и там делали свои чёрные дела. По счастью, рядом был какой-то двор, и мы похитили несколько дров из поленницы и разожгли костёр. Таня уснула около костра, через что чуть не уподобилась Жанне д'Арк. Денис, подремав, уступил место в спальном мешке Жене, которая тоже благополучно уснула. Так мы дожили до утра, когда на трассе появились первые машины.

Было около 6 часов. Мы договорились встретиться в 10.00 у ворот Кириллова монастыря, не тех ворот, что обращены на озеро, а у других; если же кто-то не поспеет, то встретиться ещё раз в 12.00. Потом мы разбились на пары и вышли на трассу.

Первыми были Дима с Андреем. Они вышли на трассу и скрылись из виду. Спустя час Денис и Иван тоже пошли туда. Следующими пошли Женя и Максим. Все уходящие проходили дальше по шоссе и становились нам невидимы.

И наконец, рассчитав, что все уже уехали, последними вышли на трассу мы с Таней.

Каково же было наше удивление! Вот стоят Андрей с Димой, постигая премудрость автостопа, а вот поодаль, метров за двести, Денис с Иваном, уже постигнув эту премудрость, а далече, метров за пятьсот, ушли Женя с Максом, и все пытаются уехать уже длительное время. Мы тоже присоединились и стали голосовать, точнее, голосовать стал я, а Таня уснула, сидючи на своём рюкзаке.

Трасса на Кириллов, всего 124 километра, – не самая лучшая для автостопщиков, а особенно для таких непросветлённых, какими мы тогда являлись. Так мы стояли, и к каждой проходящей машине протягивали руки, а они не останавливались. Женя с Максом так далеко ушли из поля видимости, как будто отправились в Кириллов пешком. Целый час с лихвой стояли мы на трассе, и решили уже – если за полтора часа ничего не поймаем – ехать гулять по Вологде. Но вот нас подвёз какой-то полуавтобус с надписью «вахта» (он развозит пролетариев) до поселка Молочное. По пути мы увидели голосующих Диму и Андрея – они проехали на одной машине уже около километра. После Молочного уже ни в одном месте мы не стояли и десяти минут, и, уже на четвёртой машине (с надписью «вахта») мы подъезжали к середине пути. Останавливаясь, водитель сказал нам:

– Выходите, я вам остановил «Икарус».

Недоумевая, что могут означать сии слова, мы вышли, и вот видим большой красный ящик на колёсах – это был большой междугородний автобус на Кириллов. Почему-то он стоял, и мы робко зашли в дверь его.

– Простите, к Кириллову не подвезёте?

– Садитесь, – сказал водитель.

– Только у нас денег нету, мы бедные студенты. Мы, вот, добираемся монастырь посмотреть, Кирилло-Белозерский,… – так говоря, мы прошли дальше в салон, и дверь закрыли за нами, и мы поехали быстро и весело.

Наша трасса идёт 100 километров прямо, до села Никольский Торжок, где находится полуразрушенное, в абсолютном запустении, здание автостанции. От Никольского дорога поворачивает под прямым углом на Кириллов – ещё 25 км. Тут-то автобус остановился, и в него зашли, к нашему удивлению, Женя с Максом. Оказалось, что они быстро, только уйдя из поля видимости, начали автостопить, и, ничуть не ожидая, доехали до Никольского Торжка, где и стояли уже часа полтора, причём на Кириллов прошло меньше десятка машин (и никто не остановился). И вот, на этот раз заплатив водителю, они уселись в автобус и вместе с нами достигли Кириллова в 10.20 утра.

Кириллов монастырь на Сиверском озере потряс меня своей архитектурной огромностью. Стены имели высоту необычайную, метров по двадцать, а в окружности превышали 2 километра – вдвое больше, чем у современной ему Троице-Сергиевой лавры. Башни были невероятно толстыми и высокими, метров сорок высоты или больше. Сей монастырь, основанный в 1397 святым Кириллом Белозерским, впоследствии обстроившись, представлял собой великую крепость. Половина длины стен стоит по берегу озера, которое тоже весьма огромно и чисто. Рыбы в нём было так много, что даже у самого берега, – на глубине 10 сантиметров, – плавали сотни рыбёшек размером в палец и более. Местные ребята без труда их вылавливали. Внутри же сей колоссальный монастырь как бы разделён на три части маленькой низенькой стеною.

И вот, мы сидим вчетвером у ворот монастыря. Рядом проходили различные туристы, и наконец, в 12 часов, к нам присоединились Денис и Иван. Они только что достигли сего города, даже не пользуясь автобусом.

Мы сели и обсудили нашего странного попутчика Лёшу, который, как оказалось, тоже бродил по городу Кириллову, но к нам не подходил, а сторонился нас. Тогда я отошёл и встретился с ним.

Лёша сказал, что, во-первых, он приехал в Кириллов ещё раньше нас, но, вместо того, чтобы продолжать с нами путь на Русский Север, поедет сначала на границу с Эстонией поклониться могиле своего деда, а потом отправится в Карелию, – на озеро Монастырское, где на карте обозначены развалины, и останется там жить навсегда.

Я был удивлён его неожиданным намерением уехать пожизненно в сей нежилой, болотный край, не имея ни тёплой одежды, ни топора, ни другого снаряжения.

Но он, как казалось тогда, приобрёл очень твёрдое намерение. «В общем, будешь в Москве, заходи ко мне», – предложил я. «Нет, в Москве я уж точно не появлюсь!» – отвечал он. «Ну, не сейчас, может, лет через пятьдесят, шестьдесят…» – «Ну, разве что тогда», – сказал странный Лёша, и на этом мы попрощались и разошлись.

Мы же, оставшиеся, искупавшись в Сиверском озере, осмотрев музей, в 16 часов дня отправились обратно в Вологду. На этой дороге нас ждал полнейший облом (т.е. неудача). Попутки не брали вообще. Вот, мы выходим с Таней из города, и на шоссе стоит пара, пожилые автостопщики, лет по 50. «Долго ли стоите?» – «Три с половиной часа!»

Недалеко за ними на шоссе стояла пара молодых автостопщиков. «Долго ли стоите?» – «Полтора часа», – отвечали они. Пройдя ещё какое-то расстояние, стали на пыльной дороге и мы.

Как уже было известно, в вечернее время скорость движения автостопом резко падает, особенно на глухих трассах, как Кирилловская. Долго ждали мы, пока какая-то легковая машина не довезла нас до Никольского Торжка, где мы и встретили Женю с Максом, опередивших нас. И, встав на трассе за ними, мы ловили машины свыше часа, и никто не остановился, да и машины ходили редко – раз в несколько минут. И вот, я уже насобирал дров, обломав ветки многих сухих дерев, и подготовился к ночёвке на трассе.

Ночевать на трассе совершенно не хотелось, так как была «забита стрелка» (т.е. назначена встреча) в Вологде в полночь, и если бы я тогда не появился, в людях возник бы разброд, типа: «куда-то завёл нас Иван Сусанин, а сам смылся», а я бы потерял народ, столь долго собираемый. Зная, что в 18.20 от Кириллова отправляется рейсовый автобус, мы пошли встречать его на автобусную остановку (кстати, исчезновение Жени с Максом с трассы нас порадовало, т.е. они всё же уехали автостопом), и вот, заплатив водителю некоторую сумму, мы залезли в «Икарус», в каковом уже находились Денис и Иван, проезжающие от Кириллова.

Опять Вологда и новый раскол

Мы достигли Вологды в вечерний час. На вокзале мы узнали три новости. Первое. Общий вагон в 218-м поезде на Архангельск уже не существует, поэтому метод одной остановки от Вологды до Архангельска неприменим. Второе. С 7 июля резко в два раза подорожал комиссионный сбор, и страховой сбор вырос с 5 до 600 рублей, так что билет на одну остановку отныне стоил 2000 рублей (в ценах 1994 г, т.е. целый $1). Третье. Лёша, с некоторой надеждой ожидаемый на вокзале Вологды в полночь (ему было известно, что мы здесь встречаемся по возвращении из Кириллова), так и не появился.

В связи с этим у нас произошёл раскол. Денис и Иван решили приступить к столь любимому ими методу автостопа, желая покорить трассу Вологда – Архангельск. Женя и Макс решили возвращаться в Ярославль первой электричкой (электричкой там называют любой пригородный поезд, а это был поезд с тётками-билетёршами). Мы же, Дима из Истры, Андрей из Щёлково, Таня из Белоруссии и я, решили ехать в Петербург методом одной остановки, тем паче, что никто из нас, кроме меня, Петербург ещё не посещал. И вот, купив билет до ближней станции Чебсары, мы скрылись в общем вагоне поезда. Никто нас не выгнал, мы ехали 12 часов и достигли нашей северной столицы.

Петербург. Кротов – «позор для всех стран»

В Питер прибыли вечером. Искупавшись на Неве, мы отправились ночевать к Кате (Кэт) на Московский проспект. С ней я познакомился когда-то по переписке, и я уже ночевал у неё. Квартира её по предыдущим посещениям была известна наличием в ней десяти кошек, каковых на этот раз почти не оказалось. Однако, оказались другие чудеса. Почему-то, как только мы легли, так сразу начали чесаться. Я подумал: «что-то давно не мылся», – и пошёл в душ. А там душ устроен очень интересно, т.к. в одной комнатушке помещён унитаз, душ и кран, и вода из обоих последних приборов вытекает прямо на пол, откуда уходит через большое круглое отверстие в полу.

Встав под душ, и стараясь при этом не упасть ни в унитаз, ни в сливное отверстие, я помылся. Но и потом у нас у всех что-то начало чесаться, пока мы не уснули. Как утром оказалось, это просто нас кусали маленькие чёрные блошки или клопики. Ибо родители Кати очень гостеприимные и не прогоняют кошек, тараканов, комаров, блох, клопов, гостей из Москвы и прочую живность, появляющуюся у них. Утром, отряхнувшись, мы позавтракали овсяной кашей и вышли.

14 июля 1994 как раз был день рождения Тани Харук, и мы гуляли по Петербургу.

В Питере произошло два смешных случая. Во-первых, в Петропавловской крепости, как известно, стоит необычный памятник Петру I, лысому, худому, с длинными тонкими пальцами, с совершенно покатыми плечами, переходящими в шею, – словом, совершенно не похожему на того многоволосого жизнерадостного гиганта, коего мы часто видим на картинах. Причём этот памятник, утверждалось, точная копия Петра, и даже лицо слеплено с его посмертной маски. Рядом же, в десяти метрах от этого памятника, стоял «настоящий» Пётр, т.е. актёр, его изображающий, – высокий, с кудрями до плеч, в сапогах по пояс и то ли с палкой, то ли со шпагой. Этот актёр был наряжен в костюм тех времён. Рядом стоял человек пониже, тоже в костюме XVIII в., возможно, изображающий Меньшикова. Эти два человека зазывали проходящих мимо туристов сфотографироваться с ними:

– Не желаете с Петром Первым сфотографироваться?

Люди же испуганно отстранялись. Но я сказал ему, что он – не настоящий Пётр! Ведь Пётр был такой тощий, лысый, с треугольными плечами, с длинными тонкими пальцами, как мы и видим на памятнике. И действительно, тут же рядом стоял, обличая его, этот позорный памятник! Проходящие мимо люди стали смеяться, а тот ложный Пётр, ошарашеный, открывая рот, не знал, что и ответить. Видимо, никогда ещё подобных слов правды он не слышал. Так мы и оставили его, удивлённого, и пошли в Петропавловский собор.

Кстати, этот собор, который содержит гробницы похороненных здесь Императоров Всероссийских, внутри сделан на манер католического, западного. В православном, традиционном соборе все стены и потолок изрисованы изнутри фресками-иконами, а резных изображений, как правило, нет. Иконостас же обычно доходит до самого пололка. В католическом же соборе на стенах нарисованы разве что ангелы, и бывают ещё резные изображения. В этом же Петропавловском соборе, фресок на стенах не было, только несколько ангелочков в виде маленьких детей. Мы прицепились к какому-то болтливому экскурсоводу, который провёл свою группу и нас ещё по тюрьме, знаменитой тюрьме Петропавловской крепости «Алексеевский равелин», откуда никто не убегал вовек. Пройдя сии казематы, мы вышли на волю, и экскурсовод сказал:

– А вот теперь я опять покажу вам то, что обычно экскурсантам не показывают. Здесь, на стене Петропавловской крепости, находится пушка, из которой ровно в двенадцать часов каждого дня производится выстрел холостым патроном, причём картонный пыж от взрыва разлетается во все стороны, и остатки этого пыжа мы сейчас увидим. – И, взяв у какого-то старика ключи, он открыл маленькие, низенькие воротца и провёл всех на крышу, где и впрямь находилась пушка. Кое-где рядом лежали, и впрямь, кусочки драного картона, которые были объявлены остатками того лопнувшего пыжа. Затем он перевёл разговор с пыжа на старца, охраняющего пушку и производящего выстрел, и сказал, что здесь несут последнюю, почётную службу ветераны вооружённых сил, самому старому из которых сейчас 76 лет. Получают же, сказал он, эти старики очень небольшие деньги, и, понимая, что служба не тяжёлая, но и признавая, что они несут последнюю в своей жизни, почётную службу, мы, конечно, скинемся, кто сколько может, чтобы отблагодарить старца, пустившего нас на эту крышу, а заодно и доброго дядю экскурсовода, столько вещей нам показавшего, которые обычным экскурсантам и не показывают…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Интернета тогда вокруг нас не существовало, автостопных сообществ, кроме Петербургской лиги автостопа (ПЛАС), тоже не было, да и о существовании самой ПЛАС я узнал только в конце 1993 года, когда активно искал по всей стране интересующихся путешествиями людей. Подача бумажных собщений газеты бесплатных объявлений – это был способ информировать многих людей о своих идеях; в газетах типа питерской «Сороки» общались всякие неформалы и необычные личности, подобно тому, как сейчас они общаются в разных интернет-форумах и сообществах. Кроме газет, я развешивал бумажные объявления в институтах и университетах города Москвы, и писал письма в обычные областные газеты, училища и школы. Такими способами приходилось искать людей, близких по интересам, в то далёкое неинтернетное время. – Примечание 2016 г.

Вернуться

2

Галстуки были куплены мной по бросовой цене 1 рубль/шт (в ценах 1994 года, т.е. полдоллара за 1000 штук) в тверском магазине «Голубой экран» и доставлены нами в Москву, где я их продавал в своём институте МАИ по цене, многократно превышающей закупочную. Последние 300 галстуков приобрели оптом представители Московской пионерской организации, не знаю уж – юные зюгановцы, анпиловцы или кто там был ещё.

Вернуться

3

Напоминаю современному читателю, что сайтов и  тогда не существовало. Люди же, которые писали мне письма из Вологды прежде, не проявили свойства гостеприимства. Мобильных телефонов тоже тогда не было, да по-видимому, и стационарные телефоны тоже водились не везде, поэтому мы так и обваливались к ним на голову, как в Ярославле – к Максу Карчевскому. www.hospitalityclub.org www.couchsurfing.org

Вернуться