Третья африканская экспедиция
Путешествие автостопом в Африку и обратно в 2003 году с неудачным попаданием в Сомали и сидением в эфиопской тюрьме.
Антон Кротов

© Антон Кротов, 2016

© Антон Кротов, фотографии, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

Африка – мой любимый материк.

В то время, как мир стремительно покрывается слоем долларов и асфальта, здесь до сих пор возможны настоящие путешествия и настоящие неожиданности. И хотя Африку изучают политики и географы, сюда летают русские врачи и лётчики, но для вольных путешественников большая часть Чёрного континента до сих пор содержит белые пятна.

Одним из таких белых пятен, к лету 2003 года, осталась территория самой восточной африканской страны – Сомали. Здесь нет российских посольств и торгпредств, здесь не бывали ни автостопщики, ни автомобилисты, ни велосипедисты; туристские фирмы ещё не скоро откроют маршруты сюда.

Республика Сомали получила свои нынешние границы и независимость в 1960 году. На этой большой площади (примерно полторы Франции) издавна проживали представители 26 племён, или кланов. Больше двадцати лет подряд Республикой Сомали управлял один президент, Сиад Барре. В 1991 году он был свергнут, и Сомали постигла участь СССР. В то же время, как развалился Советский Союз, – в те же месяцы – на пустынных равнинах Восточной Африки возникло несколько государственно-племенных образований. Север объявил о своей независимости (под названием Сомалилэнд); объявились также Пунталэнд (на северо-востоке), Джуббалэнд, Центральные штаты Сомали и другие мини-государства, с тех самых пор никем не признанные. Во владении центрального правительства осталось лишь несколько кварталов столицы, Могадишо, а также сомалийские посольства по всему миру и кресло в ООН.

Подобная ситуация была бы у нас, если бы М. Горбачёв не отказался от власти, а продолжал сидеть в Кремле, настаивая на своей легитимности, посольства СССР выдавали бы до сих пор визы СССР, а соседи Союза упорно на официальном уровне притворялись бы, что не имеют дела с «повстанцами».

Такая неопределённость с внутренним положением весьма осложняет попадание в Сомали. Добавим к этому и то, что представители всех 26-ти кланов временами ведут между собой войну, плюс на территории Сомалилэнда и других непризнанных мини-государств действуют свои микро-сепаратисты, размножающиеся почкованием.

Главной целью Третьей Африканской экспедиции АВП и было попадание в Сомали. По дороге туда мы планировали проехать через Турцию, Сирию, Иорданию, Египет, Судан и Эфиопию, посетив ещё неизученные нами уголки этих стран; на обратном пути надеялись побывать в Йемене, Омане и Иране. Однако, автору этих строк удалось осуществить лишь часть замысла: достичь Эфиопии, ступить на сомалийскую землю, но вскоре оказаться в эфиопской тюрьме. Об этом и будет рассказано в повести.

Визы Эфиопии и Судана

Первая часть пути, трасса Москва—Каир, уже известна многим людям: одним из книг, другим из личного опыта. Ещё в феврале 1999 года, впервые в истории вольных путешествий, шесть человек – В. Шарлаев, Г. Кубатьян, П. Марутенков, К. Шулов, А. Петров, А. Казанцев и А. Кротов прошли автостопом этот маршрут. Об этой поездке, а также о путешествии по Судану и возвращении домой, я подробно написал в книге «Автостопом в Судан»¹. Второе наше пришествие на этот маршрут состоялось в 2000 году – тогда мы побывали не только на Ближнем Востоке, в Судане и Эфиопии, но и во многих других странах Африки².

С тех пор наземный путь из России в Египет, через Кавказ, Турцию, Сирию и Иорданию, стал классическим. Сотни и тысячи людей побывали в арабских странах Ближнего востока, а многие достигли и Судана, уникальной страны, где вы можете соприкоснуться с настоящим прошлым человечества. Впрочем, дороги Африки – это настоящие машины времени, и только здесь можно на одной машине, за пару часов, пересечь несколько столетий, попасть из XIX или даже X столетия в век XXI-й, и наоборот. Об этом я подробно написал в своих предыдущих книгах³.

Героями этой повести будут четыре человека:

1) 30-летний житель Вологды, бородатый и волосатый, Сергей Браславский (по прозвищу Книжник), участник поездки в Афганистан в 2002 году; специалист по продаже книг; самый массивный участник поездки (95 килограмм); взял с собой гитару, чтобы изучить, как зарабатывать ею в дальних странах; провожающий до Египта;

2) 18-летняя Наталья Кислицкая (по прозвищу Нотка), из города Липецка, бывшая студентка, бросившая свою студенческую жизнь ради вольной жизни и путешествий; самоходная и грузоподъёмная женщина; очень активная и инициативная, даже чрезмерно; провожающая до Судана;

3) Илья Алигожин, происходящий из города Ярцево; в свои 18 лет он тоже, как и Нотка, успел побывать студентом; любитель фотографировать всё на свете;

4) А. Кротов, автор этих строк.

В августе 2003 года мы, сделав заранее суданскую, иорданскую и сирийскую визы, покинули столицу. Кроме этого, у нас с Ильёй были бумаги на сомалийском языке, из «государственного» сомалийского посольства в Москве. Прочие визы мы планировали получить по дороге, по мере надобности. Встреча у нас была назначена в сирийском городе Тадмор (известном как Пальмира).

Старт. Турция

Из Москвы выезжали мы, как обычно, раздельно. В прежние годы можно было легко добраться до Турции и Сирии двумя путями: с востока от Чёрного моря (через Грузию) и с запада от моря (через Болгарию и Румынию). Оба эти пути были просты, так как до последних лет и Грузия, и Болгария, и Румыния были безвизовыми. Сейчас свободный путь до Турции закрылся – из-за козней политиков, разделяющих народы, для посещения каждой из этих стран требуется отдельная виза.

Не имеющим болгарской, румынской или грузинской виз, из России в Турцию приходится лететь самолётом или плыть на пароме через Чёрное море. Есть и комбинированный вариант: автостопом до Баку, а оттуда самолётом в Нахичевань, азербайджанский анклав-«остров» между территориями Армении, Турции и Ирана. Самолёт Баку—Нахичевань стоит около двадцати долларов, плюс столько же стоит сейчас виза Турции.

Одни страны становятся визовыми, а другие наоборот: в 2003 году, после американо-иракской войны, на некоторое время стал безвизовым Ирак – въезд свободный для всех желающих. Этим успели воспользоваться (весною 2003 года) питерские путешественники Гриша Кубатьян и Юрий Болотов, первыми посетившие послевоенный Ирак и даже побывавшие в американском концлагере (их сочли за террористов, но потом отпустили). Многие автостопщики вдохновились их примером; в том числе Илья и Нотка. Они добирались в Сирию через Баку, Нахичевань, Восточную Турцию и Иракский Курдистан.

Книжник ехал со своей гитарой через Баку и Нахичевань, но без Ирака. У меня же было меньше свободного времени, и я сэкономил пять суток – полетел самолётом до Стамбула.

За пару дней до вылета мне по телефону (в Москве) позвонил некий человек, Костя из г. Волжский Волгоградской области, и предложил встретить меня по прилёту. Я согласился и сказал, во сколько прилечу. Тот и впрямь ждал меня и рассказал такую горестную историю. Приведена вкратце.

«Мы с другом решили ехать на лето на заработки в Грецию, где, говорят, всем нелегалам платят на сборе фруктов 1000 долларов в месяц. Купили визу через фирму. Но в Греции нужны показные деньги, как минимум $400 на человека, доказать, что ты не бомж. Одолжили денег и купили на $400 дорожных чеков „American Express“, которые якобы восстанавливаются при потере. Через неделю пришли ещё раз в контору, и сказали, что чеки утерялись: мы думали, что нам дадут сразу новые чеки, и у нас будут чеки на $800, чтобы предъявлять их на границе. Но в конторе сказали: „ОК, мы внесём ваши (якобы) утерянные чеки в компьютерную базу недействительных чеков, так что никто по ним деньги никогда не получит. А выдать дубликаты мы сможем через месяц, пока проведём консультации с нашим головным офисом.“ Так, вместо чеков на $800, у нас остались лишь долги на $400. Мы поехали в Грецию, надеясь въехать туда с турецкой стороны, но на переходах хотели, чтобы мы предъявили по $400 на каждого, в доказательство нашей состоятельности. Тогда мой напарник, Руслан, взял эти „утерянные“ чеки на $400, предъявил их и прошёл, пообещав передать их мне обратно на турецкую сторону, с первой же встречной машиной. Так мы расстались, но никто мне ничего не передал, и где Руслан, я не знаю, и связаться с ним не знаю как. Прошло много дней, и вот я неимущим скитаюсь по Турции. Я предлагаю тебе следующее: одолжи мне пожалуйста $400, я быстренько заеду в Грецию, покажу деньги на границе, а потом тебе эти деньги с первой же машиной передам».

Но я отказал человеку в таком одолжении, и он, огорчённый, остался в Стамбуле (ах, вот для чего он меня встречал). Так что если к вам, когда вы прилетите в Турцию, подойдёт обросший и голодный человек и попросит одолжить ему на денёк $400 – знайте, что это он. Не пробуйте удвоить ваши чеки, «утеряв» их; а отправляясь на сбор бананов в Грецию, прежде проведите подробные консультации с уже побывавшими там специалистами.

Моя поездка по Турции не была особенной: всё было приятно и привычно. В центральной Турции удалось застопить здоровые фуры с подмосковными номерами! Водители (три машины – три водителя: русский и два араба) ехали из казахского города Уральск через Россию и через украинский Донецк (где они прикупили холодильников) в иорданскую Акабу – из Азии в Азию, за месяц по шести странам. Один из водителей однажды, захлопнув кабину, умудрился забыть ключи в кабине другой, ушедшей вперёд, машины, и, застопив самый медленный в мире грузовик, помчался догонять впереди идущий⁴. Мне оставалось лишь скучать в тени стоящего грузовика, так как рюкзак остался в кабине. В другой раз мой водитель уронил тряпку в 500-литровый бензобак, и целый час пытался её выловить всякими проволоками и крючками.

Все турецкие города достаточно цивильные; дороги здесь отличные; много платных автобанов. На хороших дорогах машины останавливаются хуже, и наоборот: в более глухих местах стопится каждый второй. Повсюду большие типовые мечети, похожие друг на друга, а также красные флаги, только вместо серпа и молота полумесяц (тот же серп, но без ручки). Сухо и солнечно, всё вокруг рыжее: горы и степь.

Отличный гостеприимный народ оказался в Турецком Курдистане, в восточной части страны. Я побывал в главном городе курдов со странным названием Диярбакыр, переночевал в местной мечети, посмотрел, как женщины из глины лепят и продают огромные тандыры – печи для хлебов размером с корову, – затем побывал на озере Ван. Озеро сие находится в горах, на высоте 1800 метров над уровнем моря, и зимой это самые холодные и снежные места страны. Само озеро не пресное, а с большой примесью соды. Холодное, и обдувается холодным ветром. Окружено горами со всех сторон, как Байкал, и велико – километров восемьдесят в длину. Под городом Ахлат первый в Турции раз полицейский у меня проверил документы, и сам произнёс по-русски слово «Автостоп»! И в России не все знают…

Город Ван, на восточной оконечности озера, 280 тысяч жителей – население каждого городка указывается здесь прямо на въездной табличке. В городе я обнаружил магазин «Migroos» —аналог нашего «Рамстора». Вернее, Рамстор это наш турецкий «Мигрос». Все те же продукты, что и у нас, только дороже. И не только в Ване, но и в каждом городе здесь есть супермаркет, хоть и небольшой, но принимающий кредитные карточки, а также Интернет-кафе. В окрестностях города – соляные промыслы, добывают то ли соль, то ли соду, выпаривая лужи у озера.

К востоку от города Ван, в крошечном городке Гюзельсу («Прекрасная вода»), обнаружилась роскошная крепость Хошап Калеси – посетил её, полазил, поснимал. Крепость стоит на горе, и с неё открывается отличный вид на дороги, горы и поля. Этакий крымский пейзаж, всё жёлтое, сухая трава типа степь, машинки где-то ползут вдалеке. В одном из горных мест я решил переночевать у водопада, но чуть не вызвал камнепад, и долгое время в вечерних сумерках ползал по скалам, ища безопасное от падения камней и воды место.

Восточная Турция изобилует не только горами, реками и водопадами, – но и военными, и полицейскими. Много постов, на которых проверяют паспорт, заставляют заполнить какие-то анкеты – причина в том, что регион сей, населённый курдским народом, уже давно хочет отделиться от западной Турции – впрочем, безуспешно. В городе Ширнак я наблюдал много тысяч человек полиции и солдат; на каждом углу был человек в форме, в каждом магазине и лавке, и у каждой телефонной будки находился военный, следивший за тем, чтобы редкие робкие граждане никак не проявляли сепаратизма. Я постарался поскорее смыться из заментованного города. Водители-курды подвозят лучше, чем водители-турки, но первые неторопливые, любят постоять, чайку попить, а турки – более деловые. Так и делится страна, лежащая меж двух континентов – на европейскую половину, с автобанами и небоскрёбами, и азиатскую, курдскую часть, более напоминающую нормальную гостеприимную Азию. Только солдаты и полиция здесь турецкой, главенствующей национальности.

Въезд в Сирию

На выезде в Сирию турки содрали с меня 5000000 лир (пять миллионов) какого-то пограничного побора. Правда, это не очень большие деньги: ведь на момент моего путешествия за доллар давали полтора миллиона. Проезд на трамвае, в метро, пакет молока и другие простые радости стоили здесь свыше миллиона за каждую радость, и самый простой завтрак, состоящий из лепёшки, скажем, и пакета молока – можно по праву назвать «завтраком миллионера». Каждый год курс турецкой лиры падает, а цены ползут вверх. Но страна и не думает дешеветь; один литр солярки стоит здесь около доллара – миллион четыреста тысяч, как у нас в гражданскую войну. «Забегаю я в буфет, ни копейки денег нет, разменяйте десять миллионов!» – это про Турцию. В супермаркетах цены семизначные⁵. Кстати, в соседнем послевоенном Ираке солярка и бензин в 100 (сто) раз дешевле, и местные жители целыми деревнями живут на одной контрабанде – перевозя через границу топливо в своих собственных бензобаках.

А вот в Сирии такой инфляции нет: всего 50 лир за доллар, как и несколько лет назад; цены такие же копеечные, много вкусной еды, дешёвый бензин, и вместо турецких цивильных машин и дорог – сирийские старые, облезлые машины. Дороги нормальные. Всюду, как всегда, портреты бывшего сирийского президента, Хафиза Асада, и его сына, текущего президента, Башара Асада. Плакаты и надписи: «Руки прочь от Ирака!», «Позор оккупантам» и прочее. Сирия – одна из тихих союзников Ирака в американо-иракской войне.

Добравшись до сирийского города Алеппо, я вновь подробно изучал его. Даже, чтобы поучаствовать в культурной жизни, пошёл в кино – уличный зазывала всех туда затаскивал. Когда в зале набралось человек 15, началось кино. Жара +40º, вентиляции никакой. Густой сигаретный дым, автомобильные гудки с улицы рядом, все хрустят орехами и семечками, очистки бросают на пол, ноги задирают на передние ряды сидений. Начался фильм, опоздавшие выбирают себе места, подсвечивая путь спичками и зажигалками. Фильм оказался американский, с титрами на арабском, а порой почему-то на китайском языке. Так я познал устройство местного кинематографа. Вышел на улицу – там ещё жарче, +45º в тени.

Решил изучить устройство сирийских поездов. Моё появление на вокзале вызвало большое оживление. Специальный помощник сопроводил меня от покупки билета (я решил поехать в некий городок Джиср-аш-шугур) до посадки. Поезд оказался похож на нашу электричку. Чистый и опрятный, очень дешёвый (билет стоил пол-доллара). Нищих, продавцов и бомжей ни на вокзале, ни в поезде не наблюдалось.

После Джисра (где я вписался у строителей на окраине города) я продолжил путешествие автостопом. Сирия была гостеприимна и весела, как обычно. Побывал в ещё одних развалинах, где раньше не был, – в древнеримском городе Апамея. Рядом с Апамеей находится обычное сирийское село, всё засаженное кактусами. Эти кактусы размером с деревенский дом, кустятся, достигают 4 метров в высоту и плодоносят. Их красные плоды, похожие на помидоры размером и вкусом, продаются на базарах. Но они колючие.

Пока я фотографировал заросли кактуса, из крестьянского дома вышел бородатый сириец, мой ровесник. Я попросил его сфотографировать меня на фоне кактусов. Оказалось, мужик знает русский язык: учится в Дамаске в университете на факультете русского языка! (А в деревне на каникулах.) Он зазвал меня в дом, и мы долгое время тусовались, общались, питались, фотографировали процесс сбора кактусных плодов и их очистку. Плоды кактуса собирают особыми щипцами, потом острым ножом чистят, не прикасаясь, и лишь потом едят. Я подарил мужику книгу «Автостопом в Судан» и другие пособия по автостопу.

А в городе Хама я обрёл научную вписку таким образом.

В центре города стоит несколько высоких офисных зданий, типа Всемирного торгового центра, но пониже, этажей по 10—12. Здания всё строятся, верхушка ещё не закончена, а внизу уже работают офисы. Решил залезть на недостроенные верхние этажи и спать над всем городом. Но на крышу ход закрыт; зашёл в офис – там компьютеры, интернет, мужик – преподаватель компьютерной грамотности. За чаем разговорились, и тот предложил мне на выбор аж 4 варианта ночлега: 1) спать на крыше (ключ нашёлся), 2) остаться спать в этом офисе с компьютерами, 3) поехать в деревню в гости к этому мужику (50 км), 4) ехать ночевать в другую деревню (15 км), где якобы есть мужик, говорящий по-русски! Я выбрал последний вариант.

Приехал в деревню, она называлась Маррошухур, там большая семья, но только один человек знает одно предложение по-русски, а именно: «Иван Иванович пошёл на море купаться»! Видимо, он где-то выучил эту фразу и перед всеми сельчанами хвастался знанием русского языка… Ещё он знал слово «картошка». В самом доме – несколько комнат, устланных коврами, есть главная комната с подушками, кальяном, компьютером и телефоном – здесь принимают гостей. Едят на полу (приносят скатерть и продукты женщины из другой комнаты), еду берут руками, как во всех ближневосточных домах. Спят тоже на полу – приносят тюфяки, подушки. В комнатах необычайно просторно, потому что нет ни шкафов, ни столов, ни стульев, ни кроватей. Маленькая полочка с книгами. Подставки под телевизор и компьютер, есть даже интернет. Всё чисто. В отдельной комнате есть душ. Хозяева религиозные, один из детей хоязина даже учится в исламском университете. А вообще много детей и внуков, всего 15—18 человек, некоторые англоговорящие. Женщины не вмешиваются в разговор мужчин, только появляются и потом исчезают на свою половину.

Самые продвинутые, узнав секреты моего передвижения, спрашивали:

– Неужели и в России можно бесплатно ездить на попутных машинах? Мы думали, что автостоп существует только у нас!

Посмотрели фотографии России. Все удивлялись. На одной фотографии был изображён мой отец, В.Г.Кротов. Увидев его седую бороду, сирийцы решили, что он великий шейх и ему лет под 80. Удивились, узнав что меньше.

24 августа, накануне назначенной стрелки, я покинул гостеприимный Маррошухур и поехал автостопом в Пальмиру (Тадмор). Было весьма жарко. В одном месте дорогу ремонтировали, я ехал на маленькой машинке, мы объезжали по пустыне и застряли в песках. Мимо проезжали арабские шейхи на крутых джипах, но не взялись за наше выталкивание. И только сирийские военные на старом советском ЗИЛе, проезжая мимо, занялись нашим спасением и, упёршись носом ЗИЛа в нашу застрявшую легковушку, добыли её из плена песка.

По дороге в Пальмиру я видел придорожную ярмарку, где продавались всевозможные бюсты и статуи президента Хафиза Асада и президента Башара Асада всех ростов и величин.

Встреча с попутчиками

В назначенный срок, 25 августа, на главпочтамте города Тадмор собрались упомянутые выше Книжник, Илья Алигожин, Нотка и автор этих строк, а также неизвестный мне ранее Дмитрий из Архангельска. Этот Дмитрий решил прокатиться от Белого до Красного моря и обратно, а заодно повстречаться с членами экспедиции АВП. В Стамбуле какие-то бандиты, говорящие по-русски, вытребовали у него 200 долларов и были очень довольны. Впрочем, я надеюсь, что те расходы, что понёс тов. Дмитрий по своей неопытности в городе Стамбуле, – весьма возместились теми радостями дороги, которые он получил в Турции, Сирии и Иордании на своём последующем пути.

Мы думали, что на стрелку приедет и наш друг из Киева Андрей Сапунов. Но так его и не дождались. Оказалось, он тоже был в Сирии в это время, но опоздал на два часа, и мы его не увидели. Приехав с опозданием на стрелку, Андрей не нашёл никаких наших следов: он не знал, что мы ушли ночевать в одну из многоярусных погребальных башен.

В гробницах спать удобно: ни мусора, ни ветра, чисто, костей мало. Надеялись, что какие-нибудь туристы заглянут сюда ночью и испугаются: подумают, что Час наступил и мёртвые воскресли! Но никто не зашёл.

– Теперь мы можем говорить друг другу: «в гробу я тебя видал», и это будет абсолютной правдой! – сообщил Книжник.

Наутро начали путешествие автостопом – нераздельной пятёркой. В этой стране, где можно ездить в кузовах, путешествие впятером ненамного медленнее одиночного. Побывали в разных исторических замках: Крак де Шевалье, Калаат Маркаб и др., о которых я подробно писал в предыдущих книгах, а также в замке города Мисяф, где я раньше не был, и замок очень понравился. Во время нашего визита в замке работали археологи. Замок отлично сохранился, мы полазили по башням и стенам, билетёра тут почему-то не было. Хотелось заночевать в замке, но к сожалению археологи запирали на ночь (может, чтобы никто не повредил раскопки). Весь день, когда мы гуляли по замку и объедались в Мисяфе, из пустыни дул необычайно сильный ветер.

Через пару дней мы разделились. Впятером путешествовать можно, и с автостопом проблем нет; но так как желания у всех нас несколько различны, – то бывают всякие трения: «пойдём-поедем сюда!» – «Нет, давай туда!» Вот мы и разделились: я с Книжником, а Нотка, Илья и Дима – поодиночке. Договорились встретиться 2 сентября 2003 года в Иордании, на горячих источниках вблизи Мёртвого моря.

Как известно читателю предыдущих книг, в Мёртвое море впадает несколько солёных горячих ручейков, образующих настоящие водопады и ванны. Раньше этих ручейков было несколько, и мы договорились встречаться на самом северном из них. К сожалению, за минувшие годы многие горячие речки высохли – можно подумать, что испарились, но в реальности это произошло из-за хозяйственной деятельности человека, похитившего всю воду для оросительных нужд. Осталась только одна, самая главная горячая речка с рестораном и гостиницей внизу (при впадении в море), с большим указателем «Hot Springs» – «Горячие Ключи».

Итак, мне на несколько дней достался самый крупный напарник в виде Книжника (с гитарой). Сперва мы побывали в городе Маалюля, где ночевали в пещерах, которые выдолбили монахи в древние времена. Пещеры вполне пригодны для жизни и по сей день, тем более что можно спуститься в город за сэндвичами и арбузами – во времена монахов таких услуг, наверное, не было. Потом побывали в Дамаске, но не стали там останавливаться. Приятно, что в Российском культурном центре появилось недорогое Интернет-кафе с русифицированными компьютерами. Ещё в Дамаске появились, о удивление, банкоматы, и, говорят, они принимают даже международные кредитные карточки. О удивление! Раньше в Сирии такого не было. До чего дошёл прогресс!

Ночевали в городе Босра, уже известном мне по наличию там римского амфитеатра. Вписались в семье сирийцев научным образом. Сперва к нам подходили на главной улице разговорчивые дети, но они не смогли нас вписать. Потом мы ушли с главной улицы, и в каком-то тёмном переулке нам наперерез выскочил ребёнок: «Хеллоу, мистер! Вот из ё нейм? (Как вас зовут?)» – Я отвечал образованному мальчику, что зовут нас так-то, и мы хотим переночевать у него в доме. Мальчик перевёл наше желание родителям, и наше желание осуществилось. Дом был похож на предыдущий, но попроще: тут не было компьютера.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

См. А. Кротов. Автостопом в Судан. Или другое издание этого же сочинения, выпущенное под названием Это ты, Африка!.

Вернуться

2

См. А. Кротов. 200 дней на юг, или незаконченная кругосветка.

Вернуться

3

См. А. Кротов. Вольная Африка. Практический путеводитель по 45 странам Африки. А также: А. Кротов. Восточная Африка. Практический и транспортный путеводитель.

Вернуться

4

Читатель возразит: «Если догнал, то не самый медленный!» – Нет, догоняющий действительно был самый медленный, просто впереди идущий вовремя заметил, что нет заднего, и остановился подождать напарника.

Вернуться

5

Через год после нашего путешествия турецкие власти решились-таки на деноминацию. Шесть нулей у турецких лир порешили отрезать с 1 января 2005 года. Так что в ближайшие годы стать в Турции миллионером будет трудно.

Вернуться