# Ангелы сирийского неба

Александр Александрович Тамоников

Правительство Турции с помощью боевиков «Исламского государства» наладило в регионе незаконный оборот нефти. Но с началом российской воздушной операции в Сирии преступный трафик оказался под угрозой срыва. Не решаясь на открытое противостояние, турецкая сторона идет на подлую провокацию и сбивает в сирийском воздушном пространстве СУ-24 ВКС России. Летчики катапультируются. Уже на земле они вынуждены вступить в неравный бой с преследующими их бандитами. Штурману удается спастись, а тяжелораненый командир экипажа попадает в плен к туркоманам, которые планируют использовать его в большой политической игре. Освободить майора Пестова из лап фанатичных убийц под силу только бойцам президентского спецназа…

© Тамоников А. А., 2016

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2016

## Глава 1

2 ноября, Сирия


Серый от пыли внедорожник «Ниссан» миновал рощу и медленно продвигался по разбитой дороге. Впереди, в низине, окруженной холмами, проявились очертания небольшого поселка.

Человек лет пятидесяти, расположившийся на переднем пассажирском сиденье, проговорил:

– Дожили!.. В Эр-Ракке мы уже не можем чувствовать себя спокойно, на встречу выезжаем в соседнее селение.

– А все из-за русских. Как появились они в Сирии, так спокойствию пришел конец. Это не американцы, которые не наносили вреда и лишь имитировали борьбу с нами. Им больше нужна смена режима в Дамаске, а значит, требуемся и мы. Русские же… да что там говорить, вы, господин, гораздо лучше меня знаете их намерения, – заявил водитель и телохранитель Каплан Саглам.

Мужчину, сидевшего рядом с ним, звали Дениз Элмаз. Он был эмиссаром турецкой компании, занимавшейся закупкой у боевиков ИГИЛ дешевой сирийской нефти.

– Ты прав, Каплан. Проклятые русские спутали все наши планы, – заметил этот важный человек.

Каплан Саглам вздохнул:

– Воистину так, господин. Совсем недавно мы без проблем приезжали в любой район этой страны, ничего не опасались. Сейчас же каждая поездка – смертельный риск. Авиация русских повсюду наносит удары, атакует днем и ночью. Каждый день нам становится все хуже. Теперь эти неверные используют не только стратегические бомбардировщики, но и крылатые ракеты, летящие с моря. От них не спасает ничего.

Внедорожник резко вильнул в сторону. В последний момент Саглам заметил небольшую воронку, в которой мог бы оставить переднюю подвеску.

При этом маневре Элмаз крепко приложился боком к дверце и выкрикнул:

– Шайтан! Ты чего вытворяешь, Каплан? Я едва лоб не разбил от такого вот твоего вождения.

– Простите, господин. Кругом воронки. Хорошо, что я заметил.

– Да, то, что заметил, хорошо, а то, что гонишь непонятно зачем, плохо. Сбавь скорость.

– Да мы и так едем чуть быстрее сорока километров в час. Значит, и здесь русские бомбят?

– Они везде бомбят. А ты… – Элмаз не договорил.

В 17.23 издал сигнал вызова сотовый телефон. Мобильная связь в провинции Ракка работала устойчиво. Впрочем, она была такой практически по всей стране, и это несмотря на войну.

– Да, – кратко ответил Элмаз.

Сквозь какой-то гул, треск, отдельные возгласы пробился голос одного из помощников турецкого эмиссара:

– Это Чаглар.

– Что за шум там у тебя?

– Господин, беда. Русские бомбардировщики только что уничтожили нашу колонну с топливозаправщиками у Джарава. Сгорели все восемьдесят машин, погибло около ста человек. Колонны больше нет. Нефть разлилась по стоянке, стекла в овраг. Она горит. Здесь сущий ад, господин Элмаз!

– Черт бы вас всех побрал! Я же приказывал не держать цистерны кучей, рассредоточить их по долине, – вскричал турецкий эмиссар. – Было такое?

– Да, господин, но уже шестой час, а начало движения было назначено на шесть двадцать. Получив приказ, я рассредоточил машины так, как вы велели, по десять штук, а перед самым авиаударом вновь собрал все на стоянке, дабы начать выстраивать колонну. На это ушло бы не меньше часа.

– Ну и как, выстроил? – с металлическими нотками в голосе спросил Элмаз.

– Я ни в чем не виноват.

Важный господин вновь взорвался:

– А кто? Неужели я? Из-за тебя, шакал, мы потеряли восемьсот тонн нефти. Но это ладно. Можно еще накачать. Про людей не говорю, их набрать не трудно, они ждут в Мараткале. А вот где взять столько топливозаправщиков? Они денег стоят.

– Мне нечего ответить на этот вопрос, господин.

– Тогда лучше будет для всех, если вместе с разбитым караваном исчезнешь и ты. Ступай к горящей колонне и застрелись. По крайней мере сдохнешь сразу. Не решишься, берегись! Я сотворю с тобой и со всей твоей семьей то, что мастерски делают наши друзья, – порежу вас на куски. – Элмаз отключил телефон.

Во время переговоров водитель остановил внедорожник.

Турок взглянул на Саглама:

– Чего встал?

– Я думал, так будет лучше. Уж очень вы разгневались.

– Один идиот тоже кое-что посчитал за лучшее.

– Слышал. Но, господин, Чаглар действительно не виноват.

– Ты решил меня вконец вывести из себя? Так я и тебя отправлю вслед за Чагларом. Этого хочешь?

– Нет!

– Тогда молчи и езжай! – Элмаз постарался взять себя в руки.

Ему предстоял разговор о новых закупках нефти с влиятельным полевым командиром, входящим в руководящий состав террористической организации. Все это на фоне только что полученного сообщения.

Саглам между тем вывел внедорожник на узкую улочку арабского городка, повернулся к Элмазу и спросил:

– Куда здесь, господин?

– А ты не знаешь?

– Откуда? Я впервые в Эль-Хале.

– Я тоже впервые. Возьми в бардачке карту, там должен быть отмечен маршрут.

Водитель сделал это и проговорил:

– Так, по этой улочке до площади, затем направо, мимо мечети и по торговым рядам до конца. Для чего кто-то чертил маршрут через поселок, когда конечный пункт находится на ближней к нам окраине?

– И зачем ты мне это говоришь?

– Я не вам, я себе.

Саглам вывел «Ниссан» в сирийский поселок, когда-то большой город, возникший в далекой древности. Но история не волновала ни Элмаза, ни его водителя, телохранителя и личного помощника Каплана Саглама.

В 17.40 внедорожник остановился в нужном месте.

Гостей встречал какой-то мужчина.

Он подошел к «Ниссану» и сказал:

– Салам, уважаемый господин Элмаз. Амир Хадид ждет вас.

Элмаз кивнул, молча вышел из машины.

Водитель знал, что этого человека зовут Белал Дулаим.

– Машину оставить здесь? – спросил он у него.

– Нет. За забором проулок, ведущий в тупик, поставьте там.

Саглам взглянул на начальника.

– Что смотришь? Делай то, что сказано, бери спутниковую станцию и неси в дом, – воскликнул Элмаз.

– Понял.

Элмаз прошагал до центрального входа в двухэтажный каменный дом с внешней лестницей и плоской крышей. Он разулся, вошел в прихожую, оттуда – в большую комнату.

Там у дастархана, невысокого, сантиметров тридцать от пола, стоял Амир Хадид, известный полевой командир ИГИЛ.

Он улыбнулся гостю, протянул ему руки:

– Салам, Дениз. Ты уж извини, что принимаю тебя не у себя, но в Эр-Ракке не совсем безопасно. Особенно на окраине, где, как ты знаешь, стоит мой дом. Здесь куда спокойней.

– Салам, Амир!

Они сотрудничали уже три года. Хадид не только воевал с сирийским правительством и законным президентом. Еще он занимался весьма выгодным бизнесом. Его отряды держали под контролем месторождения нефти, перерабатывающий завод, трубопровод до побережья.

Естественно, все места добычи нефти, предприятия переработки и труба формально считались общей собственностью организации. Большая часть дохода от подпольной продажи нефти в Турции шла на закупку вооружения, вербовку наемников, оболванивание молодежи в других странах, в том числе и европейских.

Но и Хадиду оставалось немало. За три годы войны он, обычный командир небольшого иракского отряда, стал долларовым миллионером. На его счетах в разных банках мира, в основном в Саудовской Аравии и Катаре, лежали очень даже солидные суммы.

Амир Хадид был доволен своим положением и бизнесом до тех пор, пока на помощь сирийскому правительству не пришли военно-космические и морские силы России. С началом их активных действий ситуация изменилась довольно резко.

Преступная схема по торговле нефтью и рабами пока еще не была разрушена, но умные люди понимали, что это лишь вопрос времени. Ведь русская авиация работала в Сирии всего месяц, а флот нанес лишь один мощный удар.

Руководство боевиков тревожило то обстоятельство, что российские ВВС действовали очень эффективно. В кратчайшие сроки они нанесли противнику урон, не сравнимый с потерями от так называемых точечных ударов американских ВВС. От тех шума много, дел мало.

Американцы объявили своей целью свержение президента Асада. Он мешал им реализовать стратегические интересы, направлять потоки нефти и газа в Европу из Саудовской Аравии, Эмиратов, Катара да и из самой Сирии, снижать таким вот образом потребность стран Евросоюза в российском сырье.

Вашингтон сумел развязать гражданскую войну в Сирии, вооружить оппозицию. Он создал условия для проникновения в государство террористических организаций, соединившихся в одну – ИГИЛ. Но американцы не добились самого главного, не смогли удержать весь этот процесс в своих руках.

Руководители боевиков мгновенно оценили всю выгоду, которую они смогут заиметь, захватив древнюю страну, и просто напрямую наплевали на США с их национальными интересами. Так уже было в Ливии, в Афганистане и в Ираке. Сейчас то же произошло в Сирии. Авиация США где-то летала и что-то бомбила, а ИГИЛ разрастался.

Все было бы хорошо, если бы не русские. Они сразу показали всю серьезность своих намерений. Теперь руководству террористов жилось не так комфортно, как прежде. Это было только начало. Как развернутся события дальше, не знал никто, не считая Генерального штаба РФ.

Не знал и Хадид, но все еще рассчитывал на то, что США не допустят полного доминирования России в этом регионе.

– Проходи, Дениз. Отдохни с дороги. Сейчас принесут чай и сладости. Может, ты желаешь кофе?

– Да, лучше кофе, только без добавления шафрана и муската. Черный, крепкий.

– Ты плохо выглядишь. Устал сильно или, может, приболел? Позвать врача?

– Не надо никого звать. – Он присел перед невысоким столиком и сказал: – По пути к тебе я узнал, что русские разбомбили мой караван, который должен был сегодня уйти к границе Турции.

Хадид устроился напротив, позвал какую-то женщину в черном, велел ей принести чай, кофе без приправ, сладости, потом взглянул на гостя и сказал:

– Я в курсе. Сожалею. Но твои люди совершили глупость, граничащую с преступлением. Зная о том, что русские бомбардировщики и штурмовики охотятся за нефтяными караванами днем и ночью, они и пальцем не пошевельнули, чтобы рассредоточить по долине машины и замаскировать их. Как можно было держать всю колонну в одном месте?! Русскому экипажу не составило труда поднять на воздух весь караван. Не исключено, что для этого хватило всего одной бомбы.

– Мой человек уже ответил за эту глупость.

– Это твои дела, Дениз. Но за нефть, людей и машины тебе придется заплатить. Насколько я понимаю, ты намеревался провести в Турцию этот караван без ведома Султана, не так ли? Мы друзья, Дениз, но бизнес есть бизнес.

– А разве ты продал мне нефть и нанял караван не втайне от своего руководства?

– Да как ты мог такое подумать? Это просто невозможно.

– Может быть, решим вопрос как-нибудь по-другому?

– Например?

– Я в счет оплаты передам тебе рабов. Они ожидают отправки в ваши лагеря. Две сотни человек. Среди них много молодых женщин и здоровых мужчин. Это ходовой товар.

– Ты сам продашь его и заплатишь нам. Неужели считаешь, что, кроме тебя, у нас некому покупать нефть, продавать рабов, вербовать бойцов, женщин? Не подумал, что сделает с тобой Султан, если вдруг случайно узнает о том, что за бизнес ты ведешь здесь? Он тебя живым в землю закопает.

– Ты мне угрожаешь?

– Я защищаю интересы организации, а ты ведешь себя недостойно, не по-мужски. – Голос Хадида стал жестким, взор – пронзительным и беспощадным.

Таковы глаза палачей и убийц, на счету которых не один десяток загубленных жизней. Впрочем, так оно и было в действительности.

Элмаз не стал обострять ситуацию. Это было бы опасно и чревато серьезными последствиями. Если он сейчас откажется платить, то вряд ли вернется в Турцию, просто испарится в этой стране, объятой войной. Его смерть будет жуткой, не менее страшной, чем то, что показывают боевики в Интернете.

– Хоп, Амир. Признаю ошибку. Сколько я должен заплатить?

Физиономия Хадида вновь приняла доброжелательный вид. Он умел мгновенно перевоплощаться.

– Вот сейчас, Дениз, ты говоришь правильно. За ошибки надо платить. Тем более что на нефти, полученной от нас, ты хорошо заработал. Сумма не станет сколько-нибудь существенной для тебя.

– Пожалуйста, конкретней, Амир.

– Сам понимаешь, самое дорогое – это автоцистерны. Их объем в среднем составляет пятнадцать тонн, плюс сама техника. Это два миллиона долларов. Потом люди. По нашим данным, погибли от ста пятидесяти до двухсот человек. Берем среднее значение – сто восемьдесят. Каждый стоит по три тысячи долларов. Это минимальная цена, без учета компенсаций семьям погибших.

– Какие семьи, Амир? Ведь в качестве водителей вы использовали наемников со всего света.

– Поэтому я и рассчитываю без компенсации. – Хадид ухмыльнулся. – Далее нефть. Тут наши данные точны. У Джарова сгорело девять тысяч баррелей. Цена – двадцать долларов, сумма – сто семьдесят пять тысяч. В итоге получаем… – Хадид включил калькулятор на ноутбуке. – Два миллиона семьсот пятнадцать тысяч долларов. Значит, ты должен ровно три.

– За что двести восемьдесят пять тысяч?

– За то, чтобы я представил руководству организации уничтожение каравана как преступную халатность твоего помощника, руководившего работами по каравану, а не тебя лично. Это справедливо.

– Хорошо. Назови счет, на который надо перевести деньги.

Хадид бросил на столик листок бумаги.

– Это для двухсот восьмидесяти пяти тысяч. Остальные на тот счет, который ты знаешь.

– В банк Катара?

– Можешь в Эмираты. Но деньги уже сегодня должны быть на счету. Тогда мы завтра же сформируем для тебя новую колонну и передадим в безопасном месте.

– А если русские уничтожат и ее?

Хадид поднялся, прошелся по комнате, остановился у резного деревянного шкафа, взглянул в зеркало, поправил бородку и заявил:

– Странный ты человек, Дениз. Сколько лет знаю тебя, и все время ты удивляешь меня. В Анкаре прекрасно известно, что средств ПВО, способных сбивать русские самолеты, у нас нет. Те переносные зенитно-ракетные комплексы, которые мы имеем, переданы нам через так называемую умеренную оппозицию. Эти американские «Стингеры» не достанут ни до бомбардировщиков, ни до штурмовиков. Перед крылатыми ракетами мы совершенно беспомощны.

Элмаз не без удивления спросил:

– Зачем ты сказал мне о том, что известно всем, причем не только в Анкаре?

– А затем, дорогой мой друг, что только Анкара может изменить ситуацию в небе над Сирией. Я имею в виду русскую авиацию. Американцы и их марионетки из НАТО угрозы для ИГИЛ не представляют. Как и мы для них.

– Как же, а теракты в Париже?

– Это не США, а Европа, не угроза, а предупреждение. Без Америки в плане войны с нами Европа ничто, пустое место! Главная опасность исходит от русских. Ее надо ослабить.

– Не понимаю, как можно это сделать.

Хадид вернулся на свое место, хлопнул в ладоши.

На пороге тут же появилась женщина во всем черном, которая приносила ранее поднос.

– Это убери, – приказал ей Хадид. – Приготовь свежий чай и кофе.

– Мне не надо. Я привык к другому кофе, – сказал Элмаз.

– Хорошо, тогда, Азима, принеси только чай.

– Да, господин.

– И поживее. Кстати, что там с угощением для нашего гостя?

– Оно будет готово минут через десять.

– Скажешь тогда.

– Да, господин.

Хадид взглянул на Элмаза:

– Надеюсь, ты не откажешься от куббы – нежнейших шариков из мяса молодого барашка? Или предпочитаешь яхни – тушеное мясо с овощами?

– Мне все равно, только прошу поменьше лука и чеснока.

– Как скажешь.

Женщина принесла чайник, новую пиалу, поставила все это на столик, поклонилась и удалилась.

Хадид налил горячего свежего чая.

– Значит, спрашиваешь, каким способом? Русские охотятся за караванами, которые идут к турецкой границе, бьют по месторождениям, где заправляются цистерны, по нефтеперерабатывающим заводам, разведданные о которых получают от армии Асада. Всю территорию страны они охватить не в состоянии. Следовательно, нам необходимо заставить русских перестать летать вдоль сирийско-турецкой границы. Я внимательно изучал маршруты русских бомбардировщиков, которые работают по караванам, и выяснил одну весьма любопытную деталь. – Он нажал на клавишу ноутбука, повернул монитор в сторону турка. – Смотри, Элмаз. Синяя линия – это граница. Красными обозначены маршруты, по которым летают русские самолеты с аэродрома Хмеймим. В районе селения Адин красная линия пересекает синюю. Это значит, что русские «Су-24» и «Су-25» нарушают воздушное пространство Турции, пусть и на очень короткое время, где-то семь-десять секунд.

– Но это спорная территория, Хадид.

– Однако на турецких картах она представлена как часть этой страны. Значит, российские самолеты, проходя над ней, нарушают воздушное пространство государства, входящего в НАТО. Вот веский повод для того, чтобы эти самолеты были сбиты.

– Ты предлагаешь, чтобы турецкие ВВС сбивали все российские самолеты?

– Для начала достаточно одного.

– Султан вряд ли пойдет на это. К тому же на него давят Штаты по поводу ударов по позициям сирийских курдов. У Анкары и Вашингтона не такие хорошие отношения, как это представляется тебе.

В голосе Хадида вновь проступили железные нотки:

– Но тогда Султан лишится колоссального дохода от продажи нашей нефти.

– Э-э, Хадид, Султан уже заимел столько, что с лихвой хватит не только его детям, но и внукам, и правнукам.

– Состояние долго создается, зато мгновенно теряется. Представь себе, что произойдет, если мы выбросим в Интернет хотя бы часть информации о незаконной торговле нефтью семьей Султана и нашей организацией? Долго ему останется находиться у власти?

– Знаешь, Амир, при всем моем уважении, ни тебе, ни твоим соратникам в руководстве организации не удастся шантажировать Султана. От компромата он легко отобьется. В этом ему помогут американцы. Да, отношения между Анкарой и Вашингтоном сложные, но Турция остается союзником США. Хотя бы потому, что она в состоянии обострять ситуацию у российских границ. Но Султан не простит вызова, он ответит на него. Скажи, уважаемый Хадид, откуда и за какие деньги вы будете тогда получать людей и оружие? Из Ирака, истощенного войной? Или, может быть, из Иордании, которая все теснее сближается с Россией? Вам открыто помогут Катар и саудиты? Нет, Амир, ИГИЛ нужна Турция. Разрыв с ней приведет к краху вашей организации. Сирийская армия, которую сейчас готовят русские инструкторы, и курды при мощной поддержке с воздуха уничтожат вас, если вы перестанете получать подпитку в живой силе и оружие из Турции.

Хадид отставил пиалу и заявил:

– Нас никогда не оставят без поддержки. Ты прекрасно знаешь об этом. Кроме этой проклятой России и, естественно, Асада никто не заинтересован в реальном нашем уничтожении. Идея создания халифата зародилась не сейчас и не в пещерах афганских гор. Халифат нужен и США, и Европе. Мы уберем правительство Асада, потом в первую очередь обеспечим транзит нефти и газа из Аравии, Эмиратов, Катара через Турцию в обход России. Она будет полностью исключена из числа поставщиков природных ресурсов. Может, ей останется какая-то мелочь в газовой сфере, но не более. Ради этого нас поддержат все, кто не желает мириться с усилением России. Это все страны НАТО, включая США и Турцию, какие бы противоречия между ними ни возникали.

– Но если на вас делают ставку страны Евросоюза и Штаты, то зачем вы терроризируете их население?

– Неужели не понятно?

– Представь себе, нет.

Хадид налил еще чашку чаю.

– Попробую объяснить. Кто терроризирует Европу?

– ИГИЛ.

– Нет, уважаемый. Организация берет на себя ответственность за отельные акты, но терроризируют Европу недовольные жизнью беженцы из Северной Африки, Сирии. Ирака, Афганистана. Вернее, отдельные их представители. Таков ответ Европе за агрессию против названных стран. Блок НАТО устроил хаос в арабских государствах и теперь пожинает плоды собственной марионеточной политики. Мы ведем здесь войну против Асада. Да, нашу организацию часто называют террористической, но представь себе – мы с помощью союзников, тайных и явных, все же наносим урон армии Сирии, загоняем курдов в горы под удары турецкой авиации, делаем многое из того, что от нас ждет Запад. Но главное – устранение из игры России, хотя бы ослабление ее влияния здесь. ИГИЛ исчезнет в тот момент, когда в Дамаске к власти придет наш человек. Тогда появится халифат, совершенно новое государство, которое объединит Сирию и Ирак. На первых порах к власти придет так называемая умеренная оппозиция, которую активно поддерживают США и Евросоюз. Но среди руководства окажутся и те же самые люди, которые возглавляли ИГИЛ. Хотя можно обойтись и без них. Главное – не кто поставлен на должность, а кто реально держит власть. С новым государством будут устанавливаться дипломатические отношения.

Элмаз невольно рассмеялся.

Хадид тут же отреагировал на это:

– Напрасно смеешься, Дениз. Вспомни Косово. Была уничтожена сильная единая Югославия, которая могла создать массу проблем НАТО. И халифат признают. Мы организуем возвращение на родину беженцев, совершенно не заботясь об их желаниях и намерениях. Сирия заинтересована в этом. Ты согласен?

– В этом – да.

– Мы объявим о начале борьбы с террором и, естественно, победим его.

– Еще бы! Для этого вам надо всего лишь уничтожить с десяток тысяч собственных террористов.

– Правильно. Мы тут же начнем строить нефте- и газопроводы из союзных арабских стран в Турцию. Россия останется в стороне. Зависимость Европы от ее газа и нефти сойдет на нет. На территории халифата установится жесткий авторитарный режим, союзнический НАТО и США. Все успокоится. Мы же решим вопрос и с Афганистаном. Там уже создаются базы нашей организации. А теперь ответь, так ли уж утопична мысль о противостоянии Турции и России, если в дальнейшем Анкара и ее лидеры получат такие дивиденды, которые не идут ни в какое сравнение с тем, что они имеют сейчас? Нет, уважаемый Элмаз. Поэтому-то Султан и ведет двойную игру. Ведь если он будет держаться иначе, то в перспективе Турция, как и Россия, может оказаться вне энергетического потока, идущего из стран Ближнего Востока. Трубы пойдут в Грузию, а оттуда по дну Черного моря напрямую в Европу.

Элмаз вздохнул:

– Ты углубился в такие дебри политики, Амир, что у меня заболела голова. Нам сейчас надо говорить не о халифате и его призрачных перспективах, а о своих текущих вопросах.

– Согласен. Просто я хотел убедить тебя в том, что ИГИЛ – не спонтанно возникшая организация, не Талибан с его ограниченными целями и не «Аль-Каида», готовая разрушить весь мир ради своей идеи. Наша организация – серьезный игрок в сфере международной политики.

– Считай, что ты этого добился. Конечно, мое убеждение стало бы еще крепче, если бы ты процентов на тридцать уменьшил сумму моего долга, но я понимаю, что этого не случится. Честно говоря, мне плевать, что будет вместо Сирии и Ирака. ИГИЛ, халифат, эмират или еще что-то. Я бизнесмен, для меня главное – прибыль. Мне совершенно безразлично, какими средствами она достигается.

Хадид допил чай.

– Это твое дело, Дениз. Поэтому я и говорю, что Султану необходимо вмешаться в ситуацию. Иначе ты здесь будешь иметь только одни сплошные убытки и в конце концов потеряешь все. Может, ты рассчитываешь выйти из игры и сохранить то, что уже имеешь? Даже не пытайся. В таком случае ты лишишься не только поставщиков, но и головы. Это сделаем не мы, а Султан. Он знает о твоем подпольном бизнесе далеко не все, но это ему и ни к чему. Главное, ты в команде, поэтому неприкасаем. Но стоит тебе попытаться уйти, и ты автоматически становишься ненужным свидетелем. Так что, Дениз, хочешь ты или нет, а нам придется еще долго работать вместе.

– Если русская авиация случайно не влепит бомбу в мою машину при переезде из Эль-Халя в Эр-Ракку.

– Вот, Дениз, мы вновь возвращаемся к основной теме.

– Ты о противостоянии Анкары с Москвой?

– Я о том, что надо перекрыть русским маршруты полетов вдоль границы. Для этого требуется только одно – сбить русский самолет в районе Адина, скажем, над перевалом Армак. И все! Ситуация резко изменится. Поднимется шум. Начнутся разговоры, взаимные обвинения. Полеты у границы прекратятся. Мы же сможем перебросить крупную партию нефти в Турцию, заодно получить оттуда весьма солидную партию оружия, перевезти искателей приключений, завербованных нами. В дальнейшем наш бизнес будет только развиваться.

– Если русские в ответ не нанесут по Турции удары своими крылатыми ракетами.

– Не нанесут. На открытую войну с НАТО Москва не пойдет. Североатлантический блок тоже не решится на это. Но сейчас просто необходимо встряхнуть ситуацию. А то слишком спокойно русские изо дня в день рушат то, что создавалось годами.

Элмаз погладил подбородок и спросил:

– И как же я, по-твоему, могу решить этот вопрос? Если ты имеешь доступ к руководству своей организации, то я к Султану – нет.

– Кому ты это говоришь, Дениз? А как насчет Метина Карадага? Ведь, насколько мне известно, он твой хороший друг и партнер по нелегальному бизнесу.

– Если через этого племянника Султана? Я попытаюсь, но что получу взамен кроме того, что приносит, а иногда и забирает нефтяной бизнес?

– Вот это подход делового человека. Сам я что-то конкретное обещать не могу, но думаю, если тебе удастся продвинуть провокацию против русских, то за ИГИЛ дело не станет. То, что заплатишь нам за караван, вернешь точно.

– Этого мало. Ты передай своему руководству, что если дело выгорит, то я желаю получить за посредничество десять миллионов долларов. Можно и в евро. Это для себя. Сколько запросит Метин Карадаг, даже представить не могу. Но не более моего. Как тебе такие условия, Амир? Это без учета возврата трех миллионов.

– Иного и не ожидал. Думаю, твои условия будут приняты.

– Я должен узнать об этом перед отправкой вновь сформированного каравана.

– Хорошо. Договорились. А теперь перекусим.

Элмаз посмотрел на часы:

– Да, я проголодался.

– Хорошо. Кстати, у меня для тебя есть подарок.

– Какой же?

Хадид хлопнул в ладони.

Вновь появилась женщина в черном.

– Азада, через десять минут подавай еду. До этого доставь сюда то, что приготовлено для уважаемого гостя.

– Да, господин.

Женщина ушла и вскоре вернулась с девушкой небольшого роста в таком же черном платье и балахоне, закрывающем лицо.

– Займись едой! – приказал Азаде Хадид, сам же встал, подошел к девушке и заявил: – Разденься!

Девушка сняла платок, платье, осталась в белоснежных чулках и бюстгальтере, который едва поддерживал очень крупные груди.

Хадид повернулся к Элмазу и сказал:

– Это Кифа. Ее взяли в Пальмире. Она твоя, Дениз.

Турок похотливо облизнулся.

– Да, Амир, это замечательный подарок. Обожаю молодых необъезженных кобылиц. Надеюсь, она девственница?

– Конечно. – Хадид рассмеялся и добавил: – Но что-то мне подсказывает, недолго ей оставаться такой.

– Спасибо, Амир, порадовал.

Хадид прекрасно знал, как обойдется Элмаз с этой несчастной девчонкой.

Он взглянул на нее и сказал:

– Ты знаешь, где комната твоего господина. Ступай туда и жди!

– Слушаюсь.

– Смотри, чтобы он остался доволен. Иначе я отдам тебя своим воинам.

– Я буду стараться, господин.

– Оденься и ступай!

Девушка быстро оделась и тихо вышла.

Азада принесла кушанья.

Боевик и торговец принялись за нежное мясо барашка.

После еды они разошлись.

Белал Дулаим, хозяин дома и помощник Хадида, проводил Элмаза в небольшую комнату, отведенную ему. Пол был покрыт матрацами, застеленными белоснежными простынями. На них сидела одетая девушка.

Элмаз приказал:

– Встань, Кифа!

Девушка подчинилась.

– Ты почему одета?

Что она могла ответить человеку, в глазах которого горел похотливый огонь?

– Извините, я сейчас, быстро.

Девушка осталась в нижнем белье, стала расстегивать бюстгальтер, но Элмаз заявил:

– Не надо, я это делаю сам. – Он разделся догола и осведомился – Как тебе мое достоинство?

– Я боюсь.

– Ничего, все девушки боятся, когда в первый раз. – Турок подошел к несчастной, сорвал бюстгальтер, сжал в крепких ладонях груди.

Кифа вскрикнула.

– Больно? – спросил возбудившийся Элмаз и усмехнулся.

– Да.

– Терпи. – Он еще сильнее сжал груди.

Соски посинели, девушка закусила губу.

Элмаз порвал трусики, бросил девушку на постель.

– А вот теперь можешь кричать, – учащенно дыша, проговорил он. – Я это люблю. – Он набросился на нее.

По всему дому пронеслись вопли.

Девушке было больно, но турок не обращал на это никакого внимания. Он насиловал девочку яростно и изощренно. Ее крики только подогревали его. Останавливаться он не собирался.

Услышав первые крики, к двери комнаты подошел Хадид, постоял там, усмехнулся и подумал, что этот турок, не знающий никаких границ в сексе, так, пожалуй, и убьет наложницу. Впрочем, она теперь его собственность. Он может делать с ней все что захочет.

Хадид вернулся в большую комнату, куда как раз зашел Белал Дулаим.

– Где сейчас находится человек Элмаза? – поинтересовался господин.

– Его водитель? – уточнил слуга.

– А что, разве с ним был еще кто-то?

– Нет.

– Так какого же шайтана ты задаешь глупые вопросы?

– Извините, господин. А водитель уже спит в дальней комнате. Но, боюсь, крики девушки могут разбудить его. И не только.

– Как проснется, так и уснет. Элмазу тоже нужен отдых, так что развлекаться долго он не станет.

– Да, господин.

– Пройди к комнате водителя. Из коридора наблюдай за ним и за Элмазом. Мне надо поговорить с Разваном Авадом.

– Понял.

– Если что, предупредишь. О моем разговоре турок не должен знать.

– Я все понял, господин.

– Ступай!

Помощник удалился. Хадид открыл кейс, в котором находилась новейшая компактная спутниковая станция. Он поднял трубку, набрал номер.

– Слушаю, – прозвучал в динамике сонный голос.

– Это Хадид.

– Говори.

– Прошу прощения, что так…

Разван Авад оборвал его:

– Я сказал, говори!

– Да, господин. С Элмазом встретился. Мы только что закончили разговор. Сейчас он развлекается с наложницей, которую прислали вы.

– Это ее крики пробиваются в эфир?

– Да, Элмаз горячий человек. Он очень любит…

Авад вновь прервал его:

– Мне плевать, что он любит! Говори по делу.

Хадид передал вышестоящему начальству суть переговоров с турком.

– Что в итоге? – спросил Авад.

– Он согласился участвовать в продвижении акции.

– Турок поверил твоим сказкам про халифат и наши дальнейшие намерения?

– Он же не воин, господин, а торговец. Ему важна лишь выгода.

– Ладно, главное, согласился.

– Да, но выставил условия.

– Запросил денег?

– Да.

– Сколько?

– Себе десять миллионов долларов и Метину Карадагу столько же.

– У него неплохой аппетит. А он готов заплатить за ущерб, который мы понесли по его вине?

– Готов. Сегодня же на нашем счету в Катаре будет сумма в два миллиона семьсот пятнадцать тысяч долларов.

– Ты просчитал все до цента.

– Как же иначе?

– Сколько взял себе?

– Мне достаточно того, что я получаю в организации.

Авад усмехнулся.

– Ты думаешь, я поверю в это? У тебя в руках крупный торговец, и ты не развел его на деньги?

– Нет. Это правда.

– Хоп. Это твои дела, главное, чтобы был возмещен ущерб, понесенный нашей организацией.

– Как только деньги поступят на счет, мы сформируем для него новую колонну.

– Это все ерунда. Как он среагировал на идею заставить турок сбить русский самолет?

– Сначала с удивлением, затем с испугом, но в конце концов успокоился.

– Как считаешь, Элмаз справится с поставленной задачей?

– Реально ее будет решать Карадаг. Он племянник Султана и имеет к нему прямой доступ. Элмазу надо только убедить Карадага взяться за дело. С этим он справится.

– Султан не меньше нашего заинтересован в поставках из Сирии дешевой нефти, которую подконтрольные ему компании продают как минимум в два раза дороже. Для него важно продолжение транзита людей и оружия через Турцию. Султан достигает двух целей. Он получает очень приличные деньги и практически законно ведет войну с Асадом и курдами. У турок давний конфликт с ними. Сейчас он может решить вопрос кардинально. Султан не упустит такого шанса. Но он может не пойти на противостояние с Россией.

– На этот случай у нас есть запасной вариант. Султану в любом случае придется столкнуться с русскими.

– Хоп! Как ты считаешь, Элмаз не догадался, для чего, кроме всего прочего, нам нужен инцидент с русским самолетом?

– Вы о пилотах?

– Именно.

– Повторюсь, Элмаз не воин. Уверен, он даже и не пытался строить какие-либо догадки.

– Хорошо. Ты уже сейчас продумай, как, когда и где устранишь Элмаза. После провокации с русским самолетом он станет ненужным свидетелем. Таких уничтожают.

– Продумаю.

– Все должно быть отработано четко, Амир. Как я понимаю, ты сейчас находишься вне Эр-Ракки, да?

– По соседству, в десяти километрах, в Эль-Хале.

– Надежное место?

– Вполне. Я в доме своего помощника.

– Это хорошо. Соглашайся на любые условия Элмаза, можешь даже простить ему долг. Хотя нет, пусть вернет. Карадагу мы заплатим как раз за счет вознаграждения, запрошенного турком. С ним свяжемся отдельно. У тебя все?

– Да, господин.

– Хоп! Спокойной ночи.

– Спокойной ночи. – Хадид отключил станцию и проговорил: – На улице уже светает. Надо отдохнуть. – Он вызвал помощника и спросил: – Все в порядке?

– Да, господин. Водитель Элмаза спит. Не знаю, как это ему удается. Элмаз продолжает терзать наложницу. Она кричит все тише. Как бы наш уважаемый гость не убил девушку!

Хадид отмахнулся:

– Нашел о чем думать.


3 ноября


Хозяин дома проснулся в десять утра и сразу пошел к комнате отдыха Элмаза. Он предчувствовал что-то плохое, и интуиция не подвела его.

Он столкнулся с гостем в коридоре.

– Салам аллейкум, господин Элмаз.

– Салам, – произнес турок, только что принявший душ и все же выглядевший разбитым, уставшим и мрачным. – Там девка… по-моему, ей нужна помощь.

– Она жива?

– Вроде жива. Слабая попалась. Ее ровесницы в Стамбуле за ночь пропускают по несколько мужчин, а эта!.. В общем, определись сам, у меня дела.

– Да, конечно.

Дулаим позвал жену.

– Что, Белал?

– Пойди в комнату турка. Там Кифа. Посмотри, что с ней. Элмаз говорит, что вроде помощь нужна.

– Дорвался пес до молодой, невинной девушки.

Дулаим повысил голос:

– Это не твое дело, женщина!

Азада покорно поклонилась.

– Да, конечно, извини. Но мне еще надо проследить за приготовлением обеда.

– Успеешь. Определись сначала с девушкой.

– Хорошо. – Женщина вошла в комнату, почти тут же вернулась к мужу и сказала: – Кифе не требуется помощь.

– Так почему же она сидит в комнате нашего дома? Ее место в бараке.

– Она не может выйти, Белал.

– Почему?

– Потому что мертва. Наш гость, конечно же, уважаемый человек. – При слове «уважаемый» она саркастически скривилась. – Он так полюбил девушку, что в порыве страсти, видимо, задушил ее в своих объятиях. Еще вся комната в крови. Уборкой не отделаться, надо белить стены.

– Что, и на них кровь?

– Она там везде.

– Этого нам еще не хватало!

– Так я пойду на кухню?

– Да-да, а я доложу о произошедшем господину Хадиду.

Азада усмехнулась:

– В этом нет необходимости. Хадид и Элмаз уже в большой комнате. Турок сейчас наверняка во всех подробностях рассказывает Хадиду, как развлекался с девочкой и убил ее.

– Он не знал, что убил.

– Дело твое, Белал. Скажи, когда они все уедут? Дети не спали всю ночь. Лишь твоя вторая жена храпела так, что перегородки в нашей половине шатались.

– Ты просто ревнуешь. Жена истинного мусульманина не должна испытывать это чувство.

– Я не ревную, а спрашиваю, долго ли еще у нас будут гости.

Дулаиму вновь пришлось повысить голос:

– Ты опять лезешь не в свои дела. Сколько надо, столько и пробудут. Занимайся обедом!

– Да, мой господин. – Азада взглянула на мужа, поклонилась и пошла по коридору к кухне.

Дулаим подошел к двери, открыл ее и спросил:

– Разрешите войти, господин Хадид.

– Входи, конечно, Белал. Ты же здесь хозяин.

Было заметно, что и турок, и Хадид только что смеялись.

– Ты зачем к нам, Белал? – спросил Хадид.

– Хотел пожелать вам доброго утра.

– И тебе того же. Что еще?

– Обед будет готов в два часа. Сейчас вам что-нибудь требуется?

– Только кофе, Белал.

– Как прикажете.

– Что дальше?

– Господин Элмаз просил меня посмотреть девушку, с которой он провел ночь.

– Ну и как она?

Боевик и торговец усмехнулись, переглянулись.

Хадид поинтересовался:

– И как чувствует себя наша Кифа после первой ночи с мужчиной, проведенной столь бурно? Наверное, млеет от новых, совершенно неземных ощущений?

– Она не млеет, господин. Кифа мертва.

– Вот как? – с удивлением проговорил Хадид и взглянул на турка: – Дениз, что ты с ней делал?

– Ничего особенного. Девочка просто оказалась слабой и больной.

Хадид перевел взгляд на Дулаима и приказал:

– Труп вывези в пески и закопай!

– Потребуется еще ремонт комнаты.

– Почему?

– Стены забрызганы кровью.

Хадид неожиданно рассмеялся и заявил:

– Ну ты, Дениз, дал! Наслаждался невинным созданием как профессиональной шлюхой.

– Она все равно не прожила бы долго, – проговорил Элмаз. – Только не говори, что должен заплатить тебе еще и за эту девку.

– Ну что ты. Это же подарок. Ты был вправе распоряжаться им на свое усмотрение. Вот ты и расслабился так, что даже ремонт надо делать.

– Я готов оплатить ремонт.

– Не надо. Дулаим неплохо зарабатывает. – Хадид вновь взглянул на помощника: – Ведь так, Белал?

– Да, господин, благодарю.

– Тогда займись трупом.

– Слушаюсь. – Дулаим вышел.

Его жена поднесла кофе.

Потом турок связался со своим финансовым агентом и дал ему распоряжение перевести деньги.

Через час Хадид получил сообщение об их поступлении.

– Отлично! – воскликнул он. – Уважаю людей, которые держат слово. Сегодня ближе к вечеру мы подготовим тебе новую колонну. Состав прежний, объем нефти тот же. Место сосредоточения тебе сообщат отдельно.

– Хорошо.

– Я говорил с руководством.

– И когда только успел?

– Пока ты развлекался с девушкой.

– Так рано?

– Да. Мы привыкли решать все вопросы оперативно.

– И что по моим условиям?

– Они приняты, но с оговоркой.