Биография
Сборник стихов
Михаил Садовский

© Михаил Садовский, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Посвящение

Спасибо, друг сердечный мой,
Тебе за все мои страданья,
Я их прошёл и стал иной —
Я стал готов для состраданья.

И мир открылся мне иной,
Как открывается поляна,
Когда, пройдя туман ночной,
В неё вступаешь утром рано.

В непреходящий свет живой,
В мир тишины и обновленья,
Где слёзы сладкою росой
Поят без выбора растенья.

А жизнь ценится уже
Неотвергаемо иначе,
Как на последнем рубеже,
Где время ничего не значит…

4 ноября 2014 года

«Если бы не стихи —…»

Если бы не стихи —
Я бы писал дневник
И прятал его от чужого глаза.
А так – какой я мастак! —
За фразой фраза
Вся жизнь моя по минутам, по дням —
Берите!
Но я никому не дам
Ни раза
Заглянуть за строку,
Она, как зеркало…
Но и молотку
Глубь его недоступна…

«Стареет знакомая ёлка…»

Стареет знакомая ёлка,
Желтеет зелёный наряд,
С чего она нынче примолкла?
Соседки ей что говорят?

Мол, старости каждый боится,
Года за годами подряд,
И каждый в лесу ей гордится,
Расти с ней поблизости рад.

А иглы летят золотые,
И запах крепчает густой,
Где чёрные ветки пустые
Пугают своей наготой…

«Куда тропинка побрела…»

Куда тропинка побрела
Сквозь ёлки и осины? —
Быть может, важные дела,
Иль чьи-то именины.

Укроют чаща, ночь, овраг,
Лежать под снегом будет,
В лесу заметят каждый шаг,
За всё её осудят.

И всё повторится опять:
Начнут шептать о чести…
Легко ль идущего понять,
Тому, кто век на месте.

«Забытое эхо в лесу заблудилось —…»

Забытое эхо в лесу заблудилось —
За ветки цеплялось,
На листьях дробилось,
Стволы задевало,
Под ноги кидалось,
Его оставалась
Наивная малость.

Но лишь появлялся в лесу ветерок
И чащею брёл
Напрямки без дорог,
Из всех закоулков,
Где что оставалось,
Забытое эхо
Опять собиралось.

Из мелких осколков,
Из вздохов и нот,
Оно собиралось
В единый оплот.
По чаще, что долго его привечала,
Везде по округе
Зву-чало, зву-чало,
Звучало, звучало,
Звучало, звучало,
Как было сперва: без конца и начала…

«Я сорок второй вспоминаю…»

Я сорок второй вспоминаю…
Не первый, а сорок второй.
Вся жизнь к последнему краю
Подвинута детской игрой.

Мы были совсем пацанами,
И старшему, может быть, шесть,
Но ненависть правила нами,
И ранила каждая весть.

Какие любовь или нежность
Могли наши души сберечь?!.
С экранов противная внешность,
Чужая картавая речь,

Блатная короткая чёлка,
Утиный приплюснутый нос…
Нам в логове этого волка
Сегодня поймать удалось!

На шею накинута петля —
И некого будет винить:
По жребию выпало это —
Мы Гитлера будем казнить!

Награда – осьмушка черняшки…
Был честный и праведный суд…
И груз этот вечный и тяжкий,
Кто выжил… до гроба несут…

«Песни военной поры…»

Песни военной поры,
Время голодного детства,
Тихие наши дворы.
Песни военной поры,
Петь мне вас и не напеться.

Песни военной поры.
Боя далёкого звуки.
В сердце моём с той поры
Песни военной поры
И гармонист однорукий.

Песни военной поры
Вы мои сёстры родные.
Старюсь я – вы не стары,
Песни военной поры —
Нашей души часовые!

«Век равнодушен был и лжив…»

Век равнодушен был и лжив,
А мы ему верны.
Отец гордился, что он жив,
Протопав две войны.

Других давно на свете нет,
В том нет его вины.
И вот, гордился он, что жив,
Протопав две войны.

Не генерал – простой солдат.
Судьбе своей назло,
Конечно, был тому он рад,
Что в жизни повезло.

Не выставлял своих наград
Он дома за стекло,
Ран не считал, а был он рад,
Что в жизни повезло.

И кто его бы ни просил,
Войну не вспоминал,
Он память всех в себе носил
И жил, хоть воевал.

Он громких слов не говорил,
И слёз не проливал,
А изо всех крепился сил,
Чтоб жить, хоть воевал.

«Я живу в настоящем, как в прошлом…»

Я живу в настоящем, как в прошлом,
Мне известном, стихами поросшем,
В той любви, что уже не вернёшь,
Сам себе о которой и врёшь.
Всё, что знаешь, – уже это прошлое,
Да, и мысль изреченная – ложь!

«А я хочу опять туда…»

А я хочу опять туда
Где голода и холода,
Где бомб боятся поезда,
А сводок с фронта провода,
Где у калитки ни следа,
И меж стропилами звезда…
Но будет мама молодая,
Какой она со мной всегда.

«Ты никогда не просила меня…»

Ты никогда не просила меня:
– Обещай!
Ни разу тебе не сказал я:
– Прощай!

Судьба только дразнит
И гонит, как плеть,
И вовсе нет разницы
Меж любить и жалеть.

Обещаю: мы встретимся
В том далёком краю,
Где за словом прощай
Не разлуки встают,
А светлый мир
Бесконечно большой,
Где сумею к тебе
Прислониться душой,
Мама.

«Вожак бежал сторожко и легко…»

Вожак бежал сторожко и легко,
Он вёл собак из одичавшей стаи,
Они остались все без поводков
И с осени грозой посёлка стали.

Забавы ради взяли их в друзья
И бросили в преддверьи возвращенья,
Но безнаказно дружбу рвать нельзя,
И выросла обида в злобу мщенья!

Людей коварство дало им урок,
И творчески они его впитали —
Теперь ступить боятся за порог
Те, кто навеки им врагами стали.

На них напрасно ружья наводить,
И сети расставлять на них напрасно —
Они успели средь врагов пожить,
И мысли их угадывают ясно.

Вожак легко меняет свой маршрут
Миг торжества ценней любой награды!
Страшней волков двуногих стая тут —
В рычаньи псов не слышится пощады!

Вожак лобастый мудрый, как Сократ,
Он людям мстит за все обиды мира…
И стала стая злобнее стократ
Неотвратимо и неумолимо.

«А с детства ничего не изменилось —…»

А с детства ничего не изменилось —
Прижаться к маме так же я хочу!
Но столько лет прошло, и эта милость
Лишь памяти тревожной поплечу!

Чтоб голова склонилась на колени,
И жёсткие торчащие вихры
Погладили шершавые ладони,
Я их тепло лелею с той поры.

Застыть опять в пространстве защищённом
Её любовью, одолевшей век,
И жить хоть миг по маминым законам,
Устроив к ней невидимый побег!

Как перфолента осени дорожка,
Облепленная жёлтою листвой,
Не сохранит она мечты о прошлом…
Я сохраню – пока ещё живой.

«Пусть кажется, что всё…»

Пусть кажется, что всё
приходит просто так,
Как снег зимой, как лист весной на ветку,
И чудится опять: сорок второй, барак,
Метель четвёртый день,
и я иду в разведку.

По пояс сапоги, и ватник до колен,
Ушанка на глаза…
Ни следа под ногами,
И страшно потому, что это, значит, – плен!
Пусть снежный, всё равно,
но плен! И в нём мы сами!

Укрытую внахлёст я отыскал тропу!
Под настом ледяным —
ту, важную, живую!
Оттуда я тяну свободную строку
Сквозь все метели лет, покоя плен минуя!

«Снимки в бархате альбома…»

Снимки в бархате альбома…
Хоть себя бы тут узнать!
В страшный год рождённый… дома…
Голый… в сеточке кровать…

На коне, а вот в матроске,
Бескозырка, якоря,
На костюмчике полоски,
Ворот – синие моря…

Строй солдат… отец в пилотке,
И ни ромбов нет, ни шпал…
Как без листьев в день короткий
Лес осенний – весь опал…

Мать стоит. На ней ушанка,
Ватник, вытертый до швов,
И хибарка полустанка
Средь заброшенных снегов.

Жизнь, которой я не знаю,
Но приходит со страниц,
Чёрно-бело зазывая
В толчею застывших лиц.

В суете эвакуаций
И разбомбленных дорог
Как сумел он к нам добраться,
Бархат платья, как сберёг?!

На перронах не растоптан,
Не украден со стола,
На растопку не разодран
Ради капельки тепла…

Голос «ФЭДа» или «Лейки»,
Глубина ушедших душ…
К нам, как путь узкоколейки,
Сквозь любую топь и глушь.

Сколько лиц я в нём не знаю,
Как же жил я, не спросив,
Кто такой и кто такая
Смотрят прямо в объектив?!

Не найти уже ответа —
Больше некого спросить!
Что теперь бумага эта
Будет в памяти носить?

Жизнь, кого ты пощадила?
Лики есть, а нет имён.
Будто братская могила
Старый в бархате альбом…

«Упала звезда, утонула…»

Упала звезда, утонула
В картине на глади пруда,
Запомнится выстрел – не дуло,
Зрачков материнских слюда.

К нам вести с войны долетали,
Рвалась проводов тетива,
Но тонут во мраке детали,
И запахи слышны едва.

Не голод – а в чириях ноги,
Не холод – сквозь крышу луна,
Сверчок в полусгнившем пороге,
Сугроб в половину окна.

В картину не сотканы нити,
Но зорок у памяти взгляд:
Конспекты прошедших событий
Забытую жизнь хранят.

«Мостки, как клавиши чернели…»

Мостки, как клавиши чернели,
Туман съедал простор вдали,
И запахи на самом деле
Так нежно память сберегли.

Ломалась линия изгиба,
Когда входила ты в поток,
Досель невиданное диво
Я наблюдать, не прячась, мог.

Я за тобой бросался следом,
И принимала глубина
Секрет, который мне лишь ведом:
Как ты безумно мне нужна!

Ты на песок ложилась рядом
И затмевала всё вокруг,
А капли нежным виноградом
Бежали с плеч твоих и рук.

Густые водорослей пряди
Поток прибрежный полоскал,
Я в школьной тоненькой тетради
Твой стан и профиль рисовал.

И пахло кожей загорелой,
Беспечной свежестью речной…
И образ девочки незрелой
С тех детских лет всегда со мной.

«Невозвратимо день проскочит —…»

Невозвратимо день проскочит —
Ложится на судьбы весы,
Приходит ночь и снова точит
Тупое лезвие косы.

Она подобна полустанку,
И на её запасный путь
Луна готова спозаранку,
Не дослужив свой срок, свернуть.

Тогда бездонные секреты
Выходят из забвенья лет,
В прозачном сумраке планеты
Открыто зажигают свет.

Сердечных снов неразбериха
Объемлет мирозданья вид —
И мимо буднично и тихо,
Как спутник, истина летит.

«…и катятся стихи, а что им надо?»

…и катятся стихи, а что им надо?
Всего, что знаю, в них не уместить.
Лишь крашенная чёрная ограда
Да по углам разросшаяся сныть.

Какая-то туманная тропинка…
К ней… от неё… не сразу разберёшь…
И каждый день живёшь под этой пыткой,
И вовсе без неё не проживёшь…

«Беспокойством страх офлажен —…»

Беспокойством страх офлажен —
Никуда он не уйдёт,
И в него втекает даже
Ручеек простых забот.

Дни похожи, как таблетки.
В окнах прошлая гроза.
Кто судьбу по будням лепит?
Чьи за ней следят глаза?

Слов яснее, ярче света
Этот всё затмивший взгляд —
Так порой глаза с портрета
На тебя всегда глядят.

Позабытые, как счёты,
Дни-костяшки щёлк да щёлк,
И, не ведая заботы,
Убегает время-волк.

«Всё валит и валит – до темени…»

Всё валит и валит – до темени,
И выйти на улицу лень.
Так запросто выпасть из времени:
Какой нынче год или день.

Кристалльная белая пагода
На согнутых ветках куста,
Под белым, осыпанным надолго,
Спрессованна дней суета.

Застыло навек мироздание,
Послушно сползая во мглу,
Осело знакомое здание,
Троллейбус замёрз на углу.

Окно до филёнки залеплено,
И ватой наполнена тишь,
Но ты в это царство нелепое,
В платок облачаясь, глядишь.

Под ним в этом мире повергнутом
Надежды живой огонёк,
Не раз уже было проверено,
Как стоек он хоть одинок.

Когда ещё ливни весенние…
Пока только снежная мгла.
Но веришь ты: мира спасение
Приходит от капли тепла.

«Притихла ночь. Потом пурга…»

Притихла ночь. Потом пурга
До утра билась в двери.
Всё с неба: свет, дожди, снега,
Любви потери.

Размытый холст являл в окно
Людей пустые лица,
Кого смело уже давно,
Кому молиться.

Листами снежными весь день
Ещё шуршала книга,
И тени таяли везде,
Как сна интрига.

Стучали ставни, дом скрипел,
Грозя венцами всеми, —
Неподчинённое себе
Дышало время.

«Пять дней дождило, и в тиши…»

Пять дней дождило, и в тиши
Густого шепота сырого —
Ни волноваться, ни спешить,
Ни утешительного слова.

Качались капли, как роса,
На листьях, вымокших до нитки,
Считали нудно голоса
Свои потери и убытки.

Болело оспою стекло
Разбухшие покрывши лужи,
И равнодушное текло
Томленье скучно и ненужно.

В просветах не было надежд —
Одни напрасные укоры,
Ручьи затеяли мятеж
И вылились в пустые споры.

Природа прятала глаза
За облака, туманы, темень,
Ей было нечего сказать
Оригинального по теме.

И потому так длился дождь,
Вся эта сиплая шумиха,
Когда в бессилье не найдёшь
Единственный достойный выход.

«В цветенье покоя нет…»

В цветенье покоя нет,
Гнобит за плоды тревога.
Не высший, а целый свет
За всё нас осудит строго.

В зелёную глушь глаза
Вонзить, и тогда за нами:
Пласты тишины срезать
Ножами воспоминаний.

Неправда не в каждой лжи,
И стерпит не всё бумага.
Но кем бы и как ни жить —
Шагаешь не шире шага!..

«Меня хранит Господь…»

Рите.

Меня хранит Господь
Покуда ты жива,
Покуда рук моих
Тебе нужна подмога,
Доколе боль твоя,
Почудится едва,
Уже набатом бьёт
У моего порога.

Тебя хранит Господь,
Чтобы я был живой,
Поскольку на двоих
У нас одно страданье,
И в нежности твоей
Я слышу голос свой,
И ночь не превозмочь,
Как в первое свиданье.

Лишь только два крыла,
Чтоб длился наш полёт,
Мы словно в букве А
Склонились головами,
И между нами то,
Что жизнь нам даёт
И что во все века
Не выразить словами.

«Скитаюсь долго по земле…»

Скитаюсь долго по земле
В сетях душевного раздора,
А что останется в золе,
Которой стану скоро, скоро?

Куда уйдут печали, боль,
Тоска, тревога за планету
И даже радость, что с тобой
Полвека носим мы по свету?!..

«Два волоса…»

Два волоса
В один совьются.
Два голоса
В один сольются.
Два взгляда —
Целый океан,
Две жизни,
Как один вулкан.

И если одного не станет,
Быть всё, что было, перестанет:
Не будет больше
Волос виться,
И не сумеет
Голос литься,
И обмелеет океан,
И навсегда
Замрёт вулкан.

«Себе бы я простил…»

Себе бы я простил,
За что судьба казнила,
Когда б уверен был,
Что ты меня простила.

И через лет провал
Со мной ты рядом снова,
Я так бы и сказал —
Глагола нет такого.

Того, что мне даришь,
Нет ничего священней!
Доступно сердцу лишь
Времён перемещенье.

И сколько б раз точь в точь
Ни повторялось это,
Желанна будет ночь
С заката до рассвета.

И радости
заря
Для нас не означает,
По – правде говоря,
Поскольку разлучает!..

«Что доверяет на рассвете…»

Что доверяет на рассвете
Туману влажному листва,
Невольно повторяет ветер,
Теряя вздохи и слова.

Что на закате доверяют
Глаза смежившие цветы,
Взошедшим звёздам, повторяют
Потом созвездья с высоты.

В обмене этом быстротечном
Незаменимый каждый миг —
Неиссякаемый и вечный
Любви и радости родник.

«Убежало время —…»

Убежало время —
Разве что исправить?
С кем-то дом построить,
Крест кому поставить…

Остаётся время
Черно-белым фото,
Никому не скажет,
Кто же этот «кто-то».

Накопиться время
Никогда не сможет,
Все свои посулы
У порога сложит..

Не откроет время,
Отчего же это:
Мне свеча светлее
Ламп дневного света?..

«Простужено хрипел чердак…»

Простужено хрипел чердак,
Он впал в бессмысленную кому,
Всё было и не так, и так,
Как вовсе не хотелось дому.

Его смущала нагота
Бурана, что нахально длится,
И партитура, что с листа
Разыграна без репетиций.

Неунимаемая дрожь,
Крыльца скрипящие ступени,
Когда предчувствуешь и ждёшь:
Неумолимо пораженье.

Непререкаемо тоска
Из всех углов вокруг сочится,
Трещит уставшая доска,
Гремит на крыше черепица.

Тяжёлой ночи сон отмерь,
А завтра белое похмелье —
Наружу не откроешь дверь,
Свет из окна, как в подземелье.

Неузнаваемо низки
Сарай и дом, забор, аллея,
Где было не видать ни зги,
Взгляд расстоянья не жалея,

Напрасно ищет улиц след
И шею журавля – напиться,
Крыльцо расчищено в обед,
Луною крыша серебрится…

Не скоро дом, овраг и пруд
Из плена выберутся снова,
Но… сны уже вовсю идут
На запахи тепла живого!..

«Скамейка укрылась сугробом…»

Скамейка укрылась сугробом,
Теперь будет спать до весны.
Холодная снежная роба,
О прошлом счастливые сны.

Сосульки со спинки свисают,
Уткнувшись носами в сугроб,
Здесь вздохи ночными часами,
Тут место ошибок и проб.

Тут столько свидетелей было —
Опали доносы с ветвей,
И ползают тени уныло
В морозные ночи по ней.

«Возносит звуки к небу колокольня…»

Возносит звуки к небу колокольня
И щедро их округе раздаёт.
Шагну в зарю бездумно и безвольно.
Ей всё равно, она – природы ход,

Начало дня, неотвратимой нови,
Из века в век: багряная заря.
Является в жестоком цвете крови
Всё, что насильно новое – не зря!..

«Берёза сыплет семена…»

Берёза сыплет семена
Без счёта, без разбора,
Быть может, в том моя вина,
Что дни бегут так скоро.

Нетерпеливо жду ростки
Из-под листвы лежалой,
Мне в каждом слышится строки
Весеннее начало.

Они бесстрашно в мир идут
На луч зовущий света,
Не ведая, какие ждут
Мытарства их за это.

Но рвутся к жизни все равно
Сквозь ветры, стужи, грозы,
Хотя немногим суждено
Величие берёзы.

«Лениво, ненароком…»

Лениво, ненароком
Затеяли игру
Стихи. Идут потоком,
А я их не беру,
Но сторожу мгновенье —
Вдруг сердца ритм замрёт,
И вмиг уйдут сомненья,
Дыханьем станет слово,
И жизнь принять готова,
Что стоят эти строфы
И славы и голгофы…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.