Элла Берту, Сьюзен Элдеркин
Книга как лекарство. Скорая литературная помощь от А до Я

Ella Berthoud, Susan Elderkin

The Novel Cure: An A-Z of Literary Remedies

Copyright © Ella Berthoud; Susan Elderkin, 2013

© Издание на русском языке, перевод на русский язык, оформление. Издательство «Синдбад», 2015

Вам, Карл и Эш;

а также в память о Маргерит Берту и Дэвиде Элдеркине,

научивших нас любить книги и собирать библиотеку

Предисловие

Перед вами – медицинский справочник. Но очень необычный.

Во-первых, описанные в нем целебные средства предназначены для лечения не только физических, но и душевных недомоганий: вы найдете на его страницах рекомендации, которые помогут вам справиться и с болью при сломанной ноге, и с тоской при разбитом сердце. Авторы также включили в перечень «заболеваний» проблемы и трудности, подстерегающие многих из нас на жизненном пути. Это и потеря любимого человека, и горечь одиночества, и воспитание ребенка в неполной семье, и печально знаменитый кризис среднего возраста. В общем, что бы вас ни мучило – икота или похмелье, тяжкое бремя взятых на себя непомерных обязательств или плохое настроение, – мы считаем, что всё это – болезни, которые нужно лечить.

Во-вторых – и это самое главное – идти за нашими целебными средствами надо не в аптеку, а в книжный магазин или библиотеку (электронная читалка тоже подойдет). Мы – библиотерапевты. Мы лечим книгами. На наших полках – бальзамы от Бальзака, кровоостанавливающие жгуты от Толстого, мази от Сарамаго, слабительное от Перека и Пруста и многие десятки и сотни тонизирующих препаратов, созданных гением человечества за более чем двухтысячелетнюю историю литературы, – от «Золотого осла» Апулея (II век) до современных романов Али Смита и Джонатана Франзена.

Библиотерапия – лечение недугов с помощью художественной литературы (Берту и Элдеркин, 2013)

Библиотерапия, в том числе чтение популярных книг по психологии, помогающих человеку разобраться в себе и окружающих, успешно используется на протяжении нескольких последних десятилетий. Поклонникам художественной литературы уже не одно столетие отлично известно, что можно лечиться романами. В следующий раз, когда на вас нападет хандра или вы поймете, что запутались в собственных чувствах, возьмите в руки хорошую книгу. Наша вера в благотворное воздействие на читателя художественной литературы основана на опыте общения с многочисленными «пациентами» и подкрепляется массой примеров. Иногда вас так захватывает сюжет, что вы забываете обо всем на свете; иногда, поддавшись чарующему ритму красивой прозы, сами не замечаете, как успокаиваетесь; иногда с изумлением обнаруживаете, что у героя романа – точно те же проблемы, что и у вас, и с его помощью находите для них нетривиальное решение. В любом случае литературные произведения переносят вас в другую реальность, позволяя взглянуть на мир с другого ракурса. Погрузившись в перипетии той или иной вымышленной истории, вы смотрите глазами ее персонажей, прикасаетесь к тому, к чему прикасаются они, и слышите то, что слышат они. И хотя вы уверены, что сидите на диване у себя в гостиной, некая часть вашей сущности – ваши мысли, чувства, переживания – переносится в какие-то другие места. «Читая книгу того или иного писателя, я не просто вникаю в смысл того, о чем он рассказывает, – пишет Андре Жид. – Я путешествую вместе с ним, сопровождаю его повсюду». Подобные путешествия оставляют в душе человека глубокий след.

Чем бы вы ни «болели», мы горячо рекомендуем вам самый простой способ излечения: возьмите интересную книгу (или две) и прочитайте. В некоторых случаях вас ждет полное исцеление. В других – вы получите утешение и сознание того, что вы не одиноки. Но во всех без исключения – испытаете по меньшей мере временное облегчение, ведь литература отвлекает и стимулирует воображение. Есть произведения, которые лучше «принимать» в виде аудиокниги или читать вслух вместе с другом. Как любое другое лекарство, библиотерапия показывает наилучшие результаты после приема полного курса. Но мы не только рекомендуем «лечебные препараты», мы еще и даем «назначения» по их применению, например, объясняем, как быть, если вы так заняты, что времени на чтение совсем не остается. Из нашего лечебника вы узнаете, какие книги наверняка спасут вас от бессонницы, какие лучше читать в том или ином возрасте (мы подобрали по десять названий на каждые десять лет жизни), а какие – в переломные моменты жизни.

Мы искренне надеемся, что наши беллетристические микстуры, пилюли, пластыри и припарки принесут вам пользу и сделают вас не только здоровее, но мудрее и счастливее.

Недуги от А до Я

Выплескивая в книги свою боль, мы заново ее переживаем и учимся с ней справляться.

Д. Г. Лоуренс. Письма

А

Автомобильная болезнь

Вы плохо переносите автомобиль? Так путешествуйте поездом! Поездка по железной дороге подарит вам уникальную возможность без зазрения совести посвятить несколько часов чтению, время от времени поглядывая на попутчиков и пейзаж за окном. Писатели тоже любят поезда, уносящие их персонажей в неизвестное будущее. К тому же есть шанс завязать в поезде неожиданное знакомство…

Десятка лучших романов для чтения в поезде

Антония Байетт. Обладать.

Агата Кристи. Убийство в «Восточном экспрессе».

Грэм Грин. Стамбульский экспресс.

Себастьян Жапризо. Купе смертников.

Патриция Хайсмит. Незнакомцы в поезде.

Кристофер Ишервуд. Труды и дни мистера Норриса.

Бен Лернер. 22:04.

Эдит Несбит. Дети железной дороги.

Жорж Сименон. Поезд.

Этель Лина Уайт. Леди исчезает.

Также см. Тошнота.

Агорафобия

Кобо Абэ

Женщина в песках

Люди, страдающие агорафобией, попадая в новую обстановку, испытывают сильный дискомфорт. Они боятся потерять контроль над собой, что может спровоцировать приступ паники (см.: Паническая атака), поэтому предпочитают сидеть дома, что неминуемо ведет к обособленности, депрессии и одиночеству. Идеальный антидот – роман Кобо Абэ.

Энтомолог-любитель Ники Дзюмпэй в поисках новых видов насекомых отправляется в путешествие по прибрежной пустыне, простирающейся за конечной станцией железнодорожной ветки. По дороге он натыкается на деревню, укрытую меж мигрирующих дюн. Здесь, среди желтых песков, герой находит уникальную общину, обитающую в домах, притулившихся на дне ям глубиной более пятнадцати метров. Чтобы хижины не засыпало, их обитатели вынуждены каждый день отгребать песок в корзины, которые находящиеся наверху селяне вытягивают на веревках.

Работают они по ночам, при лунном свете, потому что отгребать песок под палящим солнцем невыносимо. Дзюмпэя заманивают на ночлег в одну из таких лачуг, где он помогает молодой вдове вести бесконечную борьбу со струящимся песком. Проснувшись на следующее утро, Дзюмпэй обнаруживает, что лестница – единственный путь наверх – исчезла. Он предпринимает попытки спастись бегством – то героические, то садистские, то отчаянные, – но они ни к чему не приводят. Постепенно Дзюмпэй смиряется со своей судьбой. Он покорно трудится, отправляя наверх бесконечные корзины с песком, а в перерывах ест, спит и занимается сексом с вдовой. К концу романа мы – вместе с Дзюмпэем – переживаем его унижение, поскольку жителей деревни забавляет то, как он приноравливается к переменам в своей жизни, и мало-помалу привыкаем к его новому странному существованию. Все не так уж плохо, ибо одно открытие герой романа все же делает.

И нас Дзюмпэй учит покоряться неизбежному. Представив себя в колодце воображаемых песчаных стен, вы, вероятно, охотно сделаете пару робких шагов за стены собственного дома, чтобы ощутить вкус свободы.

Также см. Одиночество; Паническая атака; Тревога.

Агрессивное поведение на дороге

Вместо того чтобы выскакивать из машины и с кулаками набрасываться на неумеху-водителя, едущего перед вами, вставьте в свой стереопроигрыватель диск с одним из перечисленных ниже романов. Одни из них – сердитые и бодрящие – дадут выход вашему адреналину. Другие – сдержанные и неторопливые – настроят на спокойные размышления.

Десятка лучших аудиокниг для тех, кто склонен к агрессивному поведению на дороге:

Артур Ч. Кларк. 2001: Космическая Одиссея. (Читает Татьяна Телегина.)

Джозеф Конрад. Сердце тьмы. (Читает Алексей Казаков.)

Джек Керуак. В дороге. (Читает Thinker.)

Роберт М. Пирсиг. Дзен и искусство ухода за мотоциклом. (Читает Юрий Ефимов.)

Хантер С. Томпсон. Страх и отвращение в Лас-Вегасе. (Читает Найк Борзов.)

Александер Макколл Смит. Друзья, любовники, шоколад. (Читает Татьяна Телегина.)

Джоанн Харрис. Пять четвертинок апельсина. (Читает Наталья Макаренко.)

Хулио Кортасар. Модель для сборки. (Читает Юрий Заборовский.)

Ричард Бах. Чайка по имени Джонатан Ливингстон. (Читает Владимир Вихров.)

Дж. Г. Баллард. Автокатастрофа (роман переведен, но пока не озвучен по-русски).

Также см. Гнев; Страх насилия; Ярость.

Адюльтер

Гюстав Флобер

Госпожа Бовари

Лев Толстой

Анна Каренина

Джон Коутс

Пейшенс (англ. Patience)

Сири Хустведт

Лето без мужчин (англ. The Summer Without Men)

Соблазн завести роман на стороне обычно возникает, когда один из супругов недоволен собой в рамках брачного союза. Такому человеку кажется, что смена партнера позволит ему стать ярче, остроумнее, сексуальнее. Оправдывая свою измену, он (она) часто убеждает себя, что женился (вышла замуж) слишком рано, не успев сложиться как личность, а теперь его (ее) подлинное «я» рвется на волю и требует уважения. Не исключено, что на какое-то время сексуальная привлекательность изменника или изменницы действительно возрастает, но… Любовные отношения, выстроенные на руинах другого, длительного союза, нередко заканчиваются очередной фазой недовольства собой – дают о себе знать прежнее «я» и старые привычки. Бывает, что новые отношения отравлены подозрительностью, ведь если они начинались как тайный роман, трудно убедить себя в том, что возлюбленный (возлюбленная) не изменит снова, на сей раз – тебе.

У Эммы Руо с ее полудетскими представлениями о супружестве искус завести любовника возник почти сразу после свадьбы с провинциальным врачом Шарлем Бовари. Она ждала любви «в виде райской птицы», парящей в небе, а получила уныло-спокойное существование с обожающим ее мужем. Своей наивностью в вопросах брака, как ни совестно признавать, Эмма была обязана литературе, особенно Вальтеру Скотту; к пятнадцати годам она проглотила огромное количество любовных романов, в которых сплошь и рядом фигурировали страдающие молодые дамы, «падающие без чувств в уединенных беседках», и джентльмены, «слезоточивые, как урны». (Виноваты не только романы. Эмма знает наизусть все старинные любовные песенки, упивается обрядами и ритуалами католической церкви и восхищается сельской природой, но только если это трава среди развалин, за что мы целиком возлагаем ответственность на искусство XVIII века.) Познакомившись с лжецом и сластолюбцем Родольфом, подкупающим ее банальной лестью, она становится в его руках воском… Если вас одолевают столь же нереалистичные фантазии о романтической любви, вот вам добрый совет: примите солидную дозу современных реалистов. Начните, например, с романов Джонатана Франзена («Поправки», «Свобода») и Зэди Смит («Белые зубы»).

До знакомства с молодым офицером Вронским Анна Каренина и не думала бросать своего уныло-правильного немолодого супруга, но тут вдруг осознала, до какой степени этот брак подавляет ее жизнерадостную натуру. Встреча с Алексеем Вронским на московском балу пробудила ее – она не в силах скрыть «вспыхивающий блеск в глазах и улыбку счастья и возбуждения». Анне становится невыносима привычная «насмешливая» улыбка мужа и «поразившие ее теперь хрящи ушей». Она остро чувствует фальшь их отношений и острое недовольство собой. Она больше не может быть прежней Анной и терпеть холодность Каренина.

Разумеется, довольно скоро к любви Анны примешивается ощущение вины. Возвращаясь в Петербург, она читает в поезде английский роман (с удовольствием подчеркнем эту деталь), и тут в ней просыпается чувство стыда. Стыд, вина и ненависть к себе приводят отчаявшуюся Анну к гибели – она не в состоянии отмахнуться от принципов, на которых была воспитана, не говоря уже о привязанности к сыну. Даже если нам удается найти оправдание своим неблаговидным поступкам, жить с чувством вины невыносимо трудно. (О том, как пережить угрызения совести и сохранить ясность рассудка, см. статью Вина.)

Но есть один хитроумный способ – успокоить свою совесть тем, что ваш партнер изменил вам первым. Главная героиня романа «Пейшенс», действие которого разворачивается в Лондоне в 1950 году, – замужняя женщина, вполне довольная своим положением. Ее супруг Эдвард, человек недалекого ума, много от нее не требует, лишь бы она содержала в порядке дом, регулярно готовила завтраки, обеды и ужины да исполняла свой супружеский долг. Что Пейшенс и делает исправно, во время секса мысленно составляя список овощей, которые нужно купить для завтрашнего обеда. Узнав, что Эдвард завел интрижку с не очень ревностной католичкой Молли, Пейшенс, как ни странно, испытывает облегчение. Свое ощущение близкой свободы она быстро материализует, переключая внимание на Филиппа – симпатичного холостяка, который пробуждает ее сексуальность. Пейшенс уходит от мужа и начинает новую жизнь с Филиппом, причем эти важные перемены проходят для нее почти безболезненно. Даже трое ее маленьких детей не пострадали. Пейшенс проявляет удивительную дальновидность, предлагая Филиппу оставить за собой холостяцкую квартиру, где он работает и где они иногда устраивают тайные свидания. Возможно, второй дом – это и есть секрет неумирающей второй любви.

Эдвард, однако, переживает уход жены как настоящую трагедию. Он сбит с толку и растерян: весь его упорядоченный мир перевернулся, и к тому же в распаде семьи обвиняют его одного – на наш взгляд, несправедливо.

Не исключено, что адюльтер освободит вас от несчастливого брака и положит начало новой красивой любви. Но может случиться и так, что вас будет мучить чувство вины перед собой, перед бывшим супругом и перед Богом. Если вы вступили в брак в раннем возрасте, будьте готовы к тому, что в определенный момент вас настигнет чувство разочарования и вам захочется кардинально изменить свою жизнь (см. также Кризис среднего возраста).

Адюльтер не всегда приводит к разрыву супружеских отношений. Если вы оскорбленный супруг (оскорбленная супруга), подозревающий вторую половину в измене, обратитесь к роману Сири Хустведт «Лето без мужчин». История, казалось бы, самая банальная: немолодой мужчина бросает ради молодой любовницы жену, с которой прожил тридцать лет. Борис заявляет жене, что им надо сделать «паузу» в отношениях. Мия чувствует себя униженной и преданной, что, согласимся, вполне предсказуемо. Она даже вынуждена пройти лечение в психиатрической клинике (см. Гнев, Ярость, Разбитое сердце). Потом героиня уезжает в захолустный городок в Миннесоте, где она выросла и где до сих пор живет в старом доме ее мать. Здесь в окружении женщин она залечивает свои душевные раны. Порой, чтобы разобраться в отношениях, и впрямь имеет смысл взять паузу и хорошенько обдумать все свои обиды и претензии. Если вы не желаете возвращаться к партнеру, который вас временно бросил, возможно, лето без мужчин (или без женщин) придаст вам сил дальше идти по жизни в одиночку (см. Развод).

Предательство наносит глубокие раны, и вернуть утраченное доверие очень трудно. Если ваш партнер вам изменил, вы должны вместе решить, поддаются ли ваши отношения восстановлению. А если вы сами подумываете о том, чтобы завести интрижку на стороне, для начала попробуйте позволить себе некоторые вольности в рамках прежнего союза (подсказку ищите в статье Рутина). Не исключено, что таким путем вы «освежите» свой брак, убережете близких от боли и огорчений и стимулируете мужа (жену) к изменениям в лучшую сторону.

Также см.: «Бегство с корабля»; Вина; Гнев; Доверие; Кризис среднего возраста; Неудовлетворенность; Развод; Сожаление.

Азартные игры

Люк Райнхарт

ДайсМен, или Человек жребия

Возьмите в руки игральный кубик. Загадайте шесть не вполне обычных действий – по одному на каждую грань – и бросьте кубик. Планируя варианты действий, думайте как о высоком, так и о самом нелепом.

Например.

1. Сбрить все волосы у себя на теле.

2. Пригласить на ужин первого, кто пройдет мимо на улице, независимо от возраста и пола.

3. Не глядя, ткнуть пальцем в карту мира и поехать туда.

4. Послать эту книгу своему боссу, подчеркнув недуги, которыми он (она) страдает.

5. Взять ведро и лопату и пешком отправиться к морю.

6. Прочитать «ДайсМен, или Человек жребия», чтобы излечиться от пристрастия к азартным играм.

Торжественно пообещайте себе, что выполните действие, на которое укажет кубик. Теперь вы знаете, что делать.

Также см.: Риск (склонность к риску); В стесненных обстоятельствах.

Алкоголизм

Стивен Кинг

Сияние

Малькольм Лаури

У подножия вулкана

Джон Л. Паркер-младший

Бег длиною в жизнь (англ. Once a Runner)

Алкоголиков в художественных произведениях – как кубиков льда в бокале джина. Почему? Да потому что алкоголь развязывает язык! Пьяницам удается как никому завладеть вниманием читателя. Они развлекают нас своей болтовней, покуда остаются персонажами романа и не дышат на нас перегаром. Вот пусть и существуют на страницах книг!

– В жизни пьяница никому не нужен. Если вы чувствуете, что ступили на эту скользкую дорожку, советуем попугать себя парочкой выразительных портретов литературных выпивох. Наше лекарство следует принимать в три захода: сначала один за другим два протрезвляющих коктейля – они помогут вам понять, какая судьба вас ожидает, если вы не откажетесь от спиртного, а затем глоток забористого зелья, которое побудит вас надеть кроссовки и бегом пуститься в новую, пристойную жизнь.

Писатель Джек Торранс из леденящего душу романа Стивена Кинга «Сияние» несколько лет назад «завязал». Жена его не бросила, но относится к нему с настороженностью – еще бы, она не забыла, как он в пьяном угаре сломал руку их сыну Дэнни. На зиму Джек устраивается смотрителем в отель «Оверлук», затерянный в Скалистых горах, штат Колорадо, надеясь сочинить новую пьесу, а заодно окончательно помириться с женой и пятилетним сыном.

Счастью Джека мешают два обстоятельства: пристрастие к алкоголю и взрывной характер – не самые лучшие качества для человека, который собрался провести зиму в огромном отеле, зная, что, как только пойдет снег, он и его близкие на несколько недель будут отрезаны от внешнего мира. Джек начинает работать, твердо намереваясь не пить. Но в «Оверлуке» полно странностей: мало того что архитектура здания не отличается постоянством, там еще и обитают призраки, а коктейли появляются буквально ниоткуда.

Поначалу это воображаемые напитки, однако вскоре Джеку подносят и настоящего джина – делает это любезный (правда, почивший) бармен Ллойд (см. Призраки). Для Джека смотреть в бокал с джином «все равно что тонуть»: это первый за последние годы крепкий напиток, что он поднес к губам. Почувствовав себя в компании злых духов уютно, затаившийся в душе Джека призрак алкоголизма вырывается на свободу и входит в раж. Наблюдая за распадом личности Джека, вы наверняка испытаете страх перед демоном беспробудного пьянства, и ваша рука скорее всего потянется не к спиртному, а к апельсиновому соку.

Одних алкоголь веселит, других приводит в состоянии агрессии. В романе Малькольма Лаури «У подножия вулкана» действие происходит в расположенном у подножия вулкана мексиканском городке Куаунауак в День поминовения усопших. Главный герой романа британский консул Джеффри Фермин пьет без просыпу. Причина? К нему неожиданно вернулась жена Ивонна, с которой они вроде бы расстались, и ее появление Фермин воспринимает как серьезное нарушение привычной рутины. Он чувствует, что в его жизни наступил переломный момент, но продолжает пить, убеждая себя, что в пиве «много витаминов» (про еду он даже не вспоминает). И встречает каждого гостя пытливым взглядом: бутылку принес?

События охватывают всего один день и происходят главным образом в голове консула, но по размаху этот невероятно сильный роман тяготеет к эпике. По мере того как торжества по случаю Дня поминовения усопших близятся к волнующей развязке, консул все глубже погружается в пучину трагического непоправимого самоуничтожения. Его мысли густо приправлены виски и мескалем, полны мрачного юмора, в них часто поминается Фауст. Фермин с ликованием устремляется в ад, и в его последних словах: «Вот черт, какая паскудная смерть» (предсказанная в начале романа другом Фермина, кинорежиссером Ларуэлем) – мы слышим отзвук грозного напоминания о печальном конце, к которому ведет пьянство.

Однако довольно предостережений! Тем, кто стремится избавиться от пагубной привычки, необходим яркий вдохновляющий образец – модель альтернативного образа жизни. С этой целью настоятельно рекомендуем прочитать книгу Джона Л. Паркера-младшего «Бег длиною в жизнь». Изданный в 1978 году небольшим тиражом на деньги автора, этот роман вскоре стал культовым руководством для фанатов оздоровительного бега (библиотерапия в действии). Это история Квентона Кассиди, члена легкоатлетической команды Юго-Восточного университета, которую тренирует олимпийский чемпион Брюс Дентон. Специальность Квентона – бег на дистанцию в одну милю. Дентон выжимает из него и товарищей по команде все соки и вынуждает работать на пределе возможностей. По настоянию тренера Квентон с наслаждением «наматывает» круги по беговой дорожке, и хотя от непосильных нагрузок он мочится кровью и плачет в голос, его «крепкие загорелые ноги» продолжают бежать по дорожке. Достигнув пика физической формы, он настолько «энергичен, быстр и почти бессмертен», что верит: жизнь никогда не будет «такой пронзительной», как сейчас.

Пусть роман «Бег длиною в жизнь» вдохновит вас на то, чтобы полностью изменить отношение к своему организму – испытать, на что он способен, заставить «прыгнуть выше головы» – и посмотреть, что из этого получится. Если Фермин в книге Лаури считает минуты от рюмки до рюмки, то Кассиди в романе Джона Паркера вдыхает пространство, стараясь не растратить впустую ни единого мгновения. Подлинная радость и боль, пот и беспощадная целеустремленность бегуна несовместимы с нигилизмом алкоголика. Купите себе пару кроссовок и после ужина вместо спиртного попотчуйте себя этим романом. Пусть эта книга станет символом вашей решимости завязать с пьянством.

См. также: Вредные пристрастия; Либидо (снижение либидо); «Слететь с катушек».

Алчность

Джон Стейнбек

Жемчужина

Роуз Тремейн

Золотой песок (англ. The Colour)

Стремление иметь больше, чем необходимо, – больше денег, больше вещей, больше власти – весьма странная жизненная установка. С какой целью мы приобретаем, копим, собираем? Что с этим делать? Избыток имущества давит, как лишний вес. А если денег на банковском счете столько, что уж и не знаешь, на что их потратить, тебе неведома радость человека, тяжким трудом заработавшего нужную сумму и купившего себе что-то, о чем он давно мечтал. Алчность неутолима, жадность превращается в ненасытность и заставляет скопидомничать, мошенничать, воровать. Увлекшись бессмысленным накопительством, алчный скряга не может остановиться.

В своей аллегорической повести «Жемчужина» Стейнбек показывает, как власть алчности губит семью простых людей. Герои повести Кино и Хуана безмятежно живут в хижине у моря. Кино зарабатывает на пропитание ловлей жемчуга. Однажды их маленького сына Койотито кусает скорпион. Денег на врача у них нет, и Хуана молится, чтобы ее муж нашел ценную жемчужину, которая спасет их малютку. И происходит чудо: Кино находит такую жемчужину. Теперь у них появляется возможность не только оплатить услуги доктора, но еще и дать сыну образование. Однако едва они становятся обладателями большой жемчужины, как мир вокруг них начинает рушиться. Соседи узнают про жемчужину и хотят ею завладеть. Кино готов на все, лишь бы уберечь свою находку. Хуана убеждает мужа бросить жемчужину в море. Но он не желает расставаться с мечтой о богатстве. В скором времени Кино и Хуана вынуждены бежать из родного селения; их преследуют, ребенок погибает. Несчастные Кино и Хуана теряют больше, чем нашли.

В романе Роуз Тремейн «Золотой песок» Джозефа Блэкстона приводит в Новую Зеландию не блеск золота. Из родного Норфолка он уезжает в Новый Свет, чтобы, купив участок земли по фунту за акр, начать новую трудовую жизнь. Но когда он находит в ручье на своей ферме крупинки золота, его целомудренным мечтам приходит конец. Блэкстону уже не хочется довольствоваться скромными плодами фермерского труда, он мечтает о богатстве и все свои силы тратит на поиски золотого песка.

Амнезия читательская

Ведите дневник читателя

Люди, страдающие читательской амнезией, почти не помнят или вообще не помнят книги, которые прочитали. Приносят из книжного магазина новенький роман, но на пятой-двадцатой странице ловят себя на ощущении дежавю. Или обсуждают с друзьями хорошо знакомое классическое произведение и впадают в ступор, услышав вопрос о том, чем кончается его сюжет.

Если вы забывчивый читатель, ведите дневник. Приобретите небольшую тетрадь – красивую и приятную на ощупь – и всегда носите ее с собой. Отведите в ней по странице каждой прочитанной книге: запишите название, имя автора, дату и место, где находитесь. Можно резюмировать содержание книги в одной емкой, броской, как заголовок, фразе. Например: ЧЕЛОВЕК УБИВАЕТ РОСТОВЩИЦУ И СЛЕДУЮЩИЕ ПЯТЬСОТ СТРАНИЦ МУЧАЕТСЯ ЧУВСТВОМ ВИНЫ.

А можно изложить свое мнение о прочитанном в более пространной форме, остановившись на переживаниях персонажа, который вам особенно запал в душу. Неплохо также записать, какое впечатление произвела на вас книга: подняла настроение, вогнала в тоску, побудила прогуляться по вересковым пустошам или эмигрировать в Новую Зеландию. Если вам трудно сформулировать свое мнение, просто оцените роман по десятибалльной шкале или выпишите из него пару особенно запомнившихся цитат.

Этот дневник станет отчетом о ваших литературных путешествиях. Спустя годы, просматривая свои заметки, вы вспомните книги, которые читали: и те, что вам понравились, и те, что не понравились. Теперь, если в разговоре о той или иной книге вы не сразу вспомните имя ее автора или содержание, то сможете, извинившись, отлучиться и пролистать свои записи.

Тремейн виртуозно описывает атмосферу золотой лихорадки. Золотоискатели по шею вязнут в грязи, спят в кишащих крысами палатках и сутками роются в земле в надежде напасть на золотоносный пласт. Но вот к Джозефу приезжает жена Харриет, и он приходит в ужас – вдруг она нацелилась на его будущее богатство? Но Харриет алчность чужда; она приехала к мужу потому, что ей нужна его любовь.

Пусть Харриет и Хуана станут вашими моральными авторитетами. Если позволить алчности пустить в душе корни, она подчинит себе всю вашу жизнь. Корыстолюбие, как всем известно, до добра не доводит.

Также см. Обжорство; Продать душу дьяволу; Себялюбие.

Ампутация

См.: Потеря конечности.

Англичанин (синдром англичанина)

См.: Выдержка.

Анорексия нервно-психическая

См.: Расстройства питания.

Апатия

Джеймс М. Кейн

Почтальон всегда звонит дважды

Апатия, как и ее ближайшая родственница летаргия (болезненное состояние, похожее на сон, при котором ослабевают все жизненные функции организма), может проявляться в форме физической вялости, но по сути это психическое заболевание. Главный симптом апатии – безразличие к себе и к жизни вообще. Неудивительно поэтому, что апатия характеризуется подавлением положительных эмоций. Чтобы их активизировать, пробудить в себе оптимизм, необходимо всколыхнуть осадок на дне души.

Для Фрэнка Чемберса, бродячего авантюриста и беглого преступника, героя шедевра Джеймса М. Кейна «Почтальон всегда звонит дважды», написанного в 1934 году, не все заканчивается благополучно. Если принять жизненную философию Чемберса, то рискуешь оказаться в довольно опасной ситуации: за его голову назначена награда, и несколько разъяренных женщин гонятся за ним по пятам. Но роман написан так искрометно, что читатель невольно заряжается его энергетикой. Перевернув последнюю страницу, ловишь себя на том, что ходишь пружинящей походкой, как человек, сам управляющий своей судьбой, – предприимчивый и чуточку бесшабашный.

С того момента, как Фрэнка Чемберса выбрасывают из грузовика с сеном, события развиваются с ураганной скоростью. Через три страницы он уже обманом заставляет честного владельца таверны «У трех дубов» накормить его превосходным завтраком (если вам интересно: апельсиновый сок, кукурузные хлопья, яичница с ветчиной, энчильядос, блинчики и кофе), находит работу автомеханика и подкатывается к Коре – чуть угрюмой, но сексапильной жене хозяина, которой он добивается с безудержным нахальством. То да се, пятое-десятое… Благодаря коротким блестящим фразам, приправленным сленгом, Кейну великолепно удается передать характер своего героя, его безнравственность и неумение говорить «нет». Сочетание занимательного сюжета и стиля бодрит не хуже тройного эспрессо. Это небольшое – чуть более ста страниц – произведение быстро приведет вас в форму. Прочитайте его как-нибудь после обеда, затем соберите в кучу свою апатию и вышвырните ее на улицу. Пусть Фрэнк послужит вам вдохновляющим примером. Обратите внимание, с каким неукротимым интересом он проживает каждое мгновение, даже когда оно не сулит ему ничего хорошего. Только постарайтесь в отличие от него правильно распорядиться открывающимися возможностями.

Также см. Бессмысленность; Интерес к жизни снижен; Летаргия; Пессимизм; Утренняя лень.

Аппетит (расстройство аппетита)

Джузеппе Томази ди Лампедуза

«Леопард»[1]

Потеря аппетита – ужасная вещь. Ибо тот, кто ест с аппетитом, и живет с аппетитом. Возникающая в результате физических и душевных расстройств (к последним относятся влюбленность, депрессия и скорбь, вызванная утратой близкого человека) полная потеря аппетита может привести к печальным последствиям. Попробуйте разжечь в себе аппетит и интерес к жизни с помощью одного из самых чувственных художественных произведений.

Леопард, дон Фабрицио Корбера, князь Салина, не может избавиться от ощущения, что он умирает уже много лет. Однако даже теперь, в пожилом возрасте, он остается человеком с большими аппетитами. В семьдесят три года ему по-прежнему хватает желания и сил посещать бордели; он с наслаждением вкушает свой любимый десерт – желе с ромом в форме крепости с бастионами и бойницами (которая быстро превращается в развалины под натиском его большой и столь же энергичной семьи). В книге даны восхитительные описания различных типов страстей: ежедневная охота на зайца в «настоенной на густом аромате далекого прошлого деревенской роще»; неодолимое влечение друг к другу молодого Танкреди и Анджелики, гоняющихся друг за другом по дворцу, вечно находящих новые покои, «скитаясь и грезя наяву». Ибо то были дни «неугасимого и непрестанно побеждаемого желания».

Читатель помимо своей воли восторгается старым патриархом, умеющим ценить плотские удовольствия. Этот роман вновь разбудит в вас аппетит к еде, к любви, к деревне, к Сицилии со всей ее богатой историей и грозной красотой, к утраченному несправедливому миру, существовавшему до утверждения демократии, и самое главное – к самой жизни.

Б

«Бегство с корабля»

Джон Апдайк

Кролик, беги

Если вам хочется «сбежать с корабля» – от отношений с определенными людьми, от работы, от оков жизни, – просим вас не торопиться. Прежде прочитайте роман «Кролик, беги». Позыв бежать возникает, когда нам кажется, будто корабль, на котором мы находимся, тонет, – особенно если в начале плавания ватерлиния находилась высоко над уровнем воды. Вне сомнения, это как раз случай Гарри Энгстрома по прозвищу Кролик (которым он обязан нервному тику – у него дергается верхняя губа «под коротким носом»). В школьные годы Кролик был звездой баскетбола, считался героем если не национального, то уж точно местного масштаба, а теперь, в двадцать семь лет, он целыми днями рекламирует кухонные приспособления. Он женат, у него растет сын, скоро должен родиться еще один ребенок. В общем, все лучшее в жизни у него уже позади. Так ему кажется. Однажды, возвращаясь домой с работы, Кролик видит ватагу мальчишек, играющих в баскетбол на пустыре, и ввязывается с ними в игру. Обрадованный, что «в его руках все еще живет уверенность», он даже решает бросить курить и швыряет в мусорный бак свои сигареты. Но придя домой, Гарри видит, как его беременная жена пьет очередной коктейль, тупо глядя в телевизор, и им внезапно овладевает ярость. Позже, пытаясь объяснить свои побуждения местному священнику Джеку Экклзу, Кролик скажет, что не мог смириться с тем, что раньше был человеком первого сорта, а теперь… «то, что у нас было с Дженис, иначе как вторым сортом не назовешь». Вот он и «спрыгнул с корабля», или, по версии Апдайка, сбежал.

Почти сразу же Кролик встречает человека, который точно знает, что от себя не убежишь, по крайней мере если нет определенного плана. «Единственный способ куда-нибудь приехать – это сперва разобраться, куда едешь», – говорит Кролику заправщик на бензоколонке, когда тот признается, что не знает, куда направляется. А позже – слишком поздно, потому что к тому времени трагедия уже произошла, – мистер Тотеро, школьный тренер по баскетболу, у которого некогда занимался Кролик, преподает ему свой последний урок (с трудом произнося слова, потому что половина лица у него парализована). «Добро и зло не падают с неба… Мы их создаем, – говорит он и добавляет: – Нарушение законов добра и зла влечет за собой несчастье. Не обязательно наше несчастье, зачастую вначале не наше». А Кролик даже не задумывался, какие последствия его бегство может иметь для других.

И по-прежнему не задумывается. Мудрость Тотеро глубоко западает нам в души, а вот Кролик не обращает внимания на его слова. Продолжая ненавидеть Дженис, он просто бежит. Конечно, мы сочувствуем Кролику, но вскоре понимаем, что его проблема не столько в том, что рядом с Дженис он чувствует себя в западне. Он не знает, как помочь ей, а следовательно, и себе. Вместе с Тотеро объясните это Кролику, а потом и самим себе: лучше остаться на борту тонущего корабля, делая все возможное, чтобы залатать пробоины и затем поменять курс. Потому что, спрыгнув за борт, вы окажетесь в открытом море. А если вы стоите за штурвалом, значит, утонете не вы один.

Также см.: Боязнь ответственности; Охота к перемене мест; Чемоданное настроение.

Безбрачие

Хелен Филдинг

Дневник Бриджит Джонс

Среда, 2 января

7:17, Нью-Хейвен, наш дом. Просыпаюсь раньше ребенка. Фантастика. С полчаса лежу рядом с храпящим мужем и думаю: надо встать до того, как проснется ребенок. Так вставай. Тихонько пройди мимо детской, чтобы не разбудить его. Недоумеваю: с каких это пор я стала воспринимать своего ребенка как агрессивное и потенциально опасное существо? Спускаюсь вниз по скрипучей лестнице, варю кофе.

7:29. Из спальни раздается душераздирающий крик. Мчусь наверх и вижу: ребенок стоит в кроватке, руки-ноги на месте, следов крови или рвоты не видно. Он тычет пальчиком в пустое место на моей стороне кровати. «МАМА, ТЫ ГДЕ?» Как бы удалиться незамеченной? Глаза у мужа закрыты. То ли оглох за ночь, то ли умер во сне. Ребенок хватает книжку. «КУШАТЬ! И СКАЗКУ! ПРЯМО СЕЙЧАС!»

8:15. Завтракаем с ребенком овсянкой. Минута покоя. Слава богу, он не может есть и говорить одновременно. Мысли прерывает пронзительный звонок будильника; слышу, как громко чертыхается муж. Снова тишина. Значит, все-таки жив и не оглох.

8:35. Назойливый стук: ребенок стучит об пол книжкой «Как зайчонок убегал». Предлагаю ему заняться чем-нибудь не таким шумным, например, порисовать.

8:36. Взгляд падает на древнее издание «Дневника Бриджит Джонс», подложенное под короткую ножку стола.

8:45–9:45. Сижу под столом, перечитывая «Дневник Бриджит Джонс». Ребенок тем временем использует меня в качестве холста для картины в жанре абстракционизма. Фыркаю от смеха, читая, как Бриджит пресекает расспросы про личную жизнь. («Почему женатые люди никак не поймут, что спрашивать об этом в наше время просто невежливо? Мы же не бросаемся к ним с криком: „Ну и как ваша семейная жизнь? Все еще занимаетесь сексом?“»). Смеюсь над игривыми электронными письмами, которые Даниел Кливер посылает Бриджит на работе («Письмо к Джонс: Кажется, вы забыли дома юбку»). Хохочу так неистово, что бьюсь головой о столешницу. Неожиданно на меня накатывает ностальгия по тем временам, когда мне было тридцать с небольшим, я была не замужем и за бутылкой шардоне обсуждала с Лучшей Подругой последние события или в предвкушении ужина при свечах с эмоционально непробиваемым мужчиной все выходные отшелушивала кожу на локтях. С трудом верится, что я так мечтала стать Самодовольной Замужней Женщиной. Теперь я Замужняя, но не Самодовольная. Замечаю, что стол накренился, и сую под короткую ножку книгу «Как быть счастливой в браке». Надо бы почитать.

10:00. Отчаяние. В десятый раз читаю под столом про зайчонка-беглеца.

10:30. Из раздумий выводит крик ребенка. «МАМА, ЧИТАЙ ДАЛЬШЕ!» Говорю ему, что я задумалась. «О ЧЕМ?» – спрашивает ребенок. Не могу же я ему ответить, что мысленно всаживаю в зайчонка нож, поджигаю ему хвост, а сама убегаю прочь. «О ЧЕМ?» – настаивает ребенок. «О том, что когда я была не замужем, могла делать что угодно, но не делала». «А ЭТО КАК – „НЕ ЗАМУЖЕМ“?» – продолжает интересоваться ребенок. «Это значит, что я тогда еще не встретила папу и не появился ты». «А ЧТО ЖЕ ТЫ ДЕЛАЛА?» – не отстает ребенок. «Что хотела, когда хотела и с кем хотела – в социально приемлемых рамках, конечно, – поясняю я. – Жалко, мало делала». «А МОЖНО Я ТОЖЕ БУДУ НЕ ЗАМУЖЕМ?» – спрашивает ребенок. «Нет», – говорю я. «ПОЧЕМУ?!» – возмущается ребенок.

10:34. Говорю, что мне надо в туалет. Набираю сообщение Лучшей Подруге. Какого черта, когда нам было от двадцати до тридцати, мы не ценили свободу, вопрошаю я. Смотрю в окно, представляя, сколько всего могла сделать, пока сидела как пришитая возле телефона в ожидании его звонка. Тренькает мобильник. «Потому что мы искали своего принца, – отвечает Лучшая Подруга. – И боялись остаться не у дел».

10:46. В ванную без стука входит муж. Спрашивает: «Твои штаны?» И следом: «Яйца дома есть?» Потом: «Чем это пахнет? Вроде как горелым?»

10:47. Мчусь вниз по лестнице, на ходу натягивая старые серые спортивные штаны. Муж бежит за мной по пятам. Ребенка мы находим под столом. В руке у него горящая спичка. Он поджигает книжку про зайчонка-беглеца, пронзенного ножом. «МАМА, Я ТЕПЕРЬ НЕЗАМУЖЕМ?» – радостно спрашивает ребенок.

10:49. «Откуда у ребенка спички?» – негодует муж. Затем: «Так есть у нас яйца или нет?» Потом: «Кто это тут не замужем?»

10:50. «МАМ! – кричит ребенок. – А ЧТО ТАКОЕ „В СОЦИАЛЬНО-ПРИЛЕМНЕЛЫХ РАМКАХ“?»

10:53. Муж открывает холодильник, восклицает: «Яйца!» – и счастливо улыбается. Говорит: «Много дел с утра переделала? Займемся позже сексом? Сегодня прочитал интересную статью про избирательную систему в странах, где недавно установился демократический режим. Хочешь, расскажу?»

10:54. Я смотрю на мужа и думаю: «Яйца? Демократия? Секс?»

Также см. Одиночество; Поиск спутника жизни; Поход в гости; Секс (дефицит секса); Сексуальная озабоченность; Страх остаться старой девой; Счастье (погоня за счастьем).

Безвкусица

Алан Холлингхёрст

Линия красоты

Если вы не обладаете хорошим вкусом, стесняться этого не следует. Возможно, причина в том, что вы профессионально занимаетесь делами, далекими от эстетики. Так, крутые компьютерщики частенько ходят в ужасных свитерах. Футболисты живут в дорогих домах, которым можно дать только одну характеристику – «архитектурный кошмар». Люди, много помогающие другим, не думают о своих прическах. Но если вы желаете вступить в изысканный мир искусства, пожалуй, вам следует заняться эстетическим тренингом своего зрения. В книгах пишут, что учиться никогда не поздно. На страницах романов многие обыватели научились одеваться по моде и вести себя так, будто обладают хорошим вкусом, даже если это не соответствовало действительности. Пример: Жюльен Сорель из романа Стендаля «Красное и черное». Сын плотника, он плохо разбирается в высоком искусстве. К счастью, от природы он наделен чрезвычайно тонкой восприимчивостью и фотографической памятью, плюс к этому много читает. Жюльен поступает гувернером в семейство аристократа, и ему удается произвести на своего нанимателя самое лучшее впечатление.

Интересно отметить, что в литературе эстетическая восприимчивость редко сопутствует жизненному успеху, и роман Холлингхёрста «Линия красоты» – лишнее тому подтверждение. Эстет Ник Гест, молодой человек из небогатой семьи, любит «сладкую жизнь», но не имеет на нее средств. Он попадает в дом однокурсника и знакомится с его отцом, депутатом британского парламента Джеральдом Федденом. В особняке викторианской эпохи собрано множество прекрасных произведений искусства, но для хозяев, лишенных тонкого художественного вкуса, эти шедевры – лишь символ богатства. Ник пишет диссертацию о творчестве Генри Джеймса и завязывает дружбу с молодым красавцем и миллионером Уани Уради, сыном ливанского магната и владельца супермаркетов (см. Честолюбие).

Ник и Уани планируют издавать журнал об искусстве «Линия S». Линия S – это двойной изгиб, характерный для некоторых форм восточной архитектуры, он же присутствует в силуэте песочных часов. Его также называют «линией красоты». Для Ника эта линия наиболее явственно воплощается в изгибе спины его друга. Постепенно начинают проявляться не вполне традиционные сексуальные наклонности персонажей, и возникают огромные проблемы, что приводит к катастрофическим последствиям для Джеральда Феддена. Ник оказывается вовлечен в разгорающийся скандал, но его спасают подлинная любовь к искусству и безупречный художественный вкус. Читая роман, обратите особое внимание на рассуждения Ника о музыке и живописи, которые звучат особенно содержательно на фоне эстетической глухоты прочих персонажей, причисляющих себя к сливкам общества. В результате ваши собственные способности к постижению прекрасного раскроются, словно маргаритка под солнцем. Мы не требуем, чтобы вы выбросили свой свитер с оленями, но, возможно, вы научитесь видеть «линию красоты» в картинах и ловить ее очертания в музыке и поэзии?

Бездетность

Гоэм Свифт

Земля воды

Г. Райдер Хаггард

Она

Чаще всего о преимуществах бездетного существования рассуждают те, у кого дети есть. Масса свободного времени для чтения. По воскресеньям спи сколько хочешь. Никакого тебе раздавленного пластилина на полу или банана в волосах. Никто не отвлекает от просмотра любимого фильма. И уж тем более никто не мешает принимать ванну.

Но тем, у кого этих самых преимуществ выше крыши, они почему-то не кажутся такими уж привлекательными. Тем более – женщинам, которые хотели бы иметь детей, но по разным причинам так ими и не обзавелись. Отсутствие потомства вызывает у них горькое чувство обездоленности. Именно оно владеет героиней великолепного романа Грэма Свифта «Земля воды» Мэри, женой учителя истории Тома Крика. В шестнадцать лет Мэри, желая избавиться от нежелательной беременности, обратилась за помощью к местной «ведьме». Неудачный аборт привел к бесплодию. Супруги Крик на протяжении многих лет вели вполне благополучное бездетное существование, но в сорок три года Мэри ошеломила всех, выкрав ребенка из коляски, оставленной перед супермаркетом.

Причудливое повествование Свифта течет, извиваясь, как угорь, через судьбы нескольких поколений Криков и Аткинсонов, обитавших на болотистых землях Восточной Англии. Автор создает грандиозное полотно жизни людей, настолько тесно связанных с природой родного края, что складывается впечатление, будто их судьбы «впечатаны» в его глинистую почву. Здесь, где земля плоская, «однообразная и лишенная даже намека на рельеф», где души, вязкие от скопившейся в них «водянистой флегмы», подобны заболоченным рекам, неизбежны смертная тоска и ее верные спутники: пьянство, безумие, суицид и внезапные вспышки жестокости. Как бы ни хотелось Мэри вырваться из цепких оков привычной среды, она не в состоянии это сделать. Том Крик, прощаясь со своими учениками (после позорного ареста жены он вынужден уйти из школы), задает им вопрос: «Разве можно в такой плоской стране добыть бодрящий напиток приподнятых чувств?»

Да, прошлое изменить нельзя. Но можно изменить свое отношение к настоящему и будущему. Роман Свифта призывает нас не брать пример с Мэри. Выбор у человека есть всегда. Даже если обстоятельства складываются не так, как вы рассчитывали, не следует, подобно Мэри, зацикливаться на своих предрассудках. Это – прямой путь к безумию.

Начните с чистого листа. Станьте другим человеком.

Героиня романа Г. Райдера Хаггарда «Она: история приключения» смотрит на свою бездетность без всякого драматизма. Это написанная в XIX веке фантастическая история белой женщины, правящей королевством, затерянным в неисследованных дебрях Африки. Айеша все свое время и силы посвящает приобретению знаний и открывает секрет вечной молодости. Она живет уже две тысячи лет, не теряя своей красоты, – богиня среди людей. «Та, что повелевает всеми», Айеша жаждет все новых знаний и в итоге постигает все тайны Вселенной. Разве тут до детей?

Роман «Она» и другие произведения цикла «Приключения Айеши» – увлекательные книги; если у вас есть возможность читать их, ни на что не отвлекаясь, – считайте, что вам повезло. Так что в бездетном существовании есть свои плюсы: пользуйтесь свободным от возни с детьми временем для приобретения знаний, профессионального успеха и ухода за собой. И не воруйте из колясок чужих младенцев!

Также см. Отцовство (комплекс отцовства); Синдром опустевшего гнезда; Томление.

Безнадежный романтизм

Л. П. Хартли

Посредник

Вы усыпаете свою постель лепестками роз? Ждете, что поклонник придет к вам под балкон петь серенады? Оставляете в холодильнике возлюбленного (возлюбленной) нежные записки? Готовы проехать тысячи миль, собрать в горах дикую землянику и подать любимому (любимой) к завтраку?

Если на все эти вопросы вы даете утвердительный ответ, значит, вы и впрямь безнадежный романтик. Аплодируя вам, мы не можем вам не сочувствовать. Нам глубоко симпатичны безнадежные романтики, но понимая, что вам не избежать жестоких разочарований, мы опасаемся за ваше сердце (см. Разбитое сердце). В качестве оберега от душевной боли настоятельно рекомендуем роман «Посредник». Читайте его в начале весны (когда обычно расцветает любовь) – он защитит вас от потрясений и сердечных ран.

В прологе романа мы знакомимся с героем, Лео Колстоном. Этот пожилой человек случайно находит свой старый дневник, который вел в 1900 году, когда ему было двенадцать лет. При виде небольшой тетрадки, украшенной изображениями знаков Зодиака, Колстон испытывает гнетущее чувство – он попусту растратил свою жизнь. События, описанные в дневнике, обрекли его на одиночество: он так и не женился, не создал семью.

Лео, единственный сын не слишком состоятельных родителей, приглашен провести часть летних каникул в семье школьного друга Маркуса Модсли. Приехав в Брэндем-холл, мальчик попадает в непривычную для себя аристократическую среду. Да и одет он неподобающе: слишком тепло для лета, к тому же одежда ему явно маловата, и хозяева дома покупают ему костюм. Постепенно Лео начинает осваиваться в новой обстановке. Волей случая он становится посредником в любовных отношениях между старшей сестрой Маркуса Марианн и местным фермером Тедом Берджесом: доставляет им письма друг от друга, помогает устраивать свидания. По наивности Лео не догадывается о социальной пропасти, разделяющей влюбленных. Однажды, гуляя по усадьбе, мальчик забредает в ее заброшенный угол и натыкается на заросли белладонны. Это смертоносное растение символизирует темные тайны, отравляющие своим ядом любого, кто по неведению приблизится к ним.

Из пролога нам известно, что события того душного лета нанесли Лео психологическую травму. Однако он остался неисправимым романтиком. Скандальная история, в которую он помимо своей воли оказался замешан, отбила у него желание влюбляться, но он продолжал идеализировать романтическую любовь, считая тайных любовников чуть ли не богами, а себя – их посланцем Меркурием. Потому его личная жизнь и не сложилась. Лео, подобно водителю машины с растрескавшимся лобовым стеклом, не видит перед собой дороги. Не повторяйте его ошибки. Похороните романтические идеалы вместе со своими юношескими дневниками. Молотком разбейте лобовое стекло и двигайтесь дальше.

Безответная любовь

Энн Пэтчетт

Заложники

Иоганн Вольфганг Гёте

Страдания юного Вертера

Томас Гарди

Вдали от обезумевшей толпы

Иван Тургенев

Первая любовь

Безответная любовь – особое чувство. Энн Пэтчетт в романе «Заложники» пытается разобраться, что оно собой представляет. Знаменитая певица-сопрано Роксана Косс сидит в самолете, выполняющем восемнадцатичасовой рейс. Вместе с ней летит ее аккомпаниатор – молодой парень, швед по национальности. Вдруг он признается ей в любви и говорит, что ради нее готов на все. Певица морщится – что за безрассудство? «Слишком жертвенная любовь всегда бывает безответной», – утверждает Пэтчетт.

Действительно, в скором времени аккомпаниатор приносит себя в жертву любимой в буквальном смысле слова. Раб своего чувства, он сознательно стремится к гибели. Самолет захватывают террористы. Они берут пассажиров в заложники, но обещают отпустить всех, кто нуждается в медицинской помощи. Влюбленный пианист страдает диабетом, ему необходимы регулярные инъекции инсулина, но он остается в самолете, чтобы «защищать» Роксану, тем самым обрекая себя на верную смерть. «Спасибо, что сделал меня виновницей своей смерти», – могла бы сказать ему Роксана – и была бы абсолютно права. И это, по-вашему, любовь?

В литературе много подобных мучеников, жаждущих умереть во имя любви, хотя никто от них этого не требует. Самый безрассудный в этой компании – герой романа Гёте «Страдания юного Вертера». Безнадежная любовь к Лотте, девушке незнатного происхождения, которая ко времени знакомства с ним обручена с другим, заставляет Вертера покончить жизнь самоубийством. Ему хватает дерзости выпросить у Лотты пистолет. Ну и наглец! После появления романа, изданного в 1774 году, чувствительные натуры от Остенде до Неаполя начали копировать Вертера не только в манере одеваться – кое-кто из них, подобно герою Гёте, свел счеты с жизнью, застрелившись над раскрытой книгой. Это явление получило название «эффект Вертера», к испугу самого автора. Признаться, мы тоже против зашкаливающей эмоциональности. Если вы ловите себя на том, что упиваетесь трагедией своей безответной любви, держитесь подальше от «Страданий юного Вертера». Лучше почитайте «Вдали от обезумевшей толпы» Томаса Гарди.

В этом добротном, традиционно классическом романе, действие которого разворачивается в Уэссексе, рассказывается, как надо и как не надо любить. Вначале все герои допускают ошибки. Габриэль Оук, к которому мы с первых строк проникаемся симпатией – в том числе за умение улыбаться до ушей, – лишен таланта ухаживать за женщинами. Он влюблен в красавицу Батшебу – тщеславную наследницу большого состояния. Взбалмошная и своенравная, Батшеба «от нечего делать» отправляет соседу Уильяму Болдвуду «валентинку», получив которую тот убеждает себя, что влюблен в девушку, хотя прежде не обращал на нее внимания. Болдвуд очертя голову бросается в омут безответной любви.

Третий поклонник Батшебы, сержант Трой, – неплохой, в сущности человек, правда, слишком озабоченный своей внешностью (см. Тщеславие). Но он совершает подлость: бросает женщину, которая ждет от него ребенка. Самым достойным из тройки ухажеров оказывается Габриэль Оук: надежный друг, он спокойно наблюдает, как Батшеба выясняет отношения с двумя другими претендентами, и ждет, когда она оценит его порядочность и благородство.

Если вам все же хочется насладиться исступлением безответного чувства, прочтите «Первую любовь» Тургенева. В этой пронизанной солнцем повести рассказывается о пылких чувствах шестнадцатилетнего Владимира В. к княжне Зинаиде Засекиной. Княжне двадцать один год. Помимо героя, ее расположения добиваются несколько других воздыхателей. К Владимиру она относится как к юному наперснику, но не воспринимает его всерьез. Лишь на последних страницах книги становится ясно, кому на самом деле отдано ее сердце. Конечно, конец у повести трагический. Вместе с Владимиром В. насладитесь любовными страданиями, а потом дайте себе слово никогда не раскрывать сразу своих карт. Только так вы сможете завоевывать сердца поклонников и поклонниц.

Если объект любви не отвечает вам взаимностью, перестаньте лить глупые слезы и задумайтесь: возможно, вымаливая любовь, вы потеряли самоуважение? Тогда не удивляйтесь, что вас отвергли. Но не унывайте. Посмотрите на себя со стороны, вспомните о своих достоинствах. Смело демонстрируйте их: человек, которому отдано ваше сердце, не сможет остаться к ним равнодушным.

Также см. Безрассудная страсть; Низкая самооценка; Обреченная любовь; Ревность.

Безработица

Харуки Мураками

Хроники Заводной Птицы

Человеку, лишившемуся работы, непременно следует прочитать книги Мураками. Самый популярный японский писатель, Мураками к тому же – наиболее смелый экспериментатор, герои которого помогут вам найти способ побороть «недуг безработицы». В романе «Хроники Заводной Птицы» мы знакомимся с Тору Окадой, живущим в пригороде Токио. Этот человек без особых причин оставил работу клерка в юридической фирме, и теперь его жизнь состоит из неспешных занятий: в десять утра он варит спагетти, слушает по радио оперу Россини «Сорока-воровка», отбивается от предложений своей супруги Кумико (которая звонит ему с сообщениями о разных вакансиях), а потом отправляется на поиски пропавшего кота. Кота зовут Нобору Ватая – как брата Кумико, которого Тору ненавидит, считая, что тот продался «трудовой жизни».

Тору знакомится с двумя странными женщинами, попадает в высохший колодец и в объятия третьей странной женщины. Но все это не имеет особого значения, по крайней мере с «лечебной» точки зрения. Интереснее другое – как Тору на все это реагирует. С ним происходят поразительные вещи, но он их воспринимает без удивления, и читатель вслед за ним начинает относиться к ним так же. Смысл событий герою непонятен, нам тоже, ну и что? Наверное, надеемся мы, потом все разъяснится (напрасная надежда: ничего не разъясняется).

Предлагаемое нами средство разделит читателей на два лагеря. Если вы такой же внутренне раскрепощенный человек, как Тору, то скорее всего состояние безработного вполне вас устраивает. Ешьте спагетти, слушайте Россини, лезьте в высохший колодец. Желаем вам удачи в поисках кота. Хорошо, если ваш партнер может вас содержать (только не забудьте уделять ему достаточно внимания, не то он, как Кумико, уйдет вслед за котом). Но если вы, как Нобору Ватая, созданы для трудовой жизни и хотите знать, зачем вы полезли в колодец и что вам делать со своей жизнью, тогда встряхнитесь, отложите Мураками и вернитесь к изучению объявлений о приеме на работу. Только не забывайте, что в романе случилось с этим трудоголиком, и не продавайтесь с потрохами (см. Продать душу дьяволу).

Также см. «Лови момент!»(неготовность ловить момент); В стесненных обстоятельствах; Утренняя лень.

Безразличие

см. Апатия

Безрассудная страсть

Жан Кокто

Ужасные дети

Нет ничего упоительнее состояния страстной влюбленности. Кем бы ни был объект вашей любви, восхищение, которое он у вас вызывает, заставляет вас напрочь забыть обо всем на свете. Не исключено, что тот, к кому вы пылаете слепой страстью, не испытывает к вам ответных чувств. Но нерассуждающая, сумасбродная любовь не столько питается взаимностью, сколько питает себя сама (см. Безответная любовь). Это еще не одержимость, но предтеча одержимости. Человек, охваченный безрассудной страстью, совершает неразумные поступки и закрывает глаза на недостатки предмета своей любви.

Неоднозначный маленький роман Кокто – эталон опьянения страстью. Брат и сестра, Поль и Элизабет, ухаживают за больной матерью. Живут они в Париже, в квартире, состоящей из одной огромной комнаты, больше похожей на театральную сцену. Оставшись одни, они растут, как оранжерейные цветы, в атмосфере своих фантазий и неврозов. В школе у Поля есть любовь – красивый мальчик Даржелос, «петух школьного курятника». Тот не обращает на Поля внимания, пока однажды на перемене не бросает в него снежок со спрятанным внутри камнем. Хрупкий Поль на несколько недель прикован к постели (он «с упоением наслаждался болезнью, которая теперь представлялась ему сплошными каникулами»[2]). За это время особенно крепнет его любовь к сестре. Выздоровев, он знакомится с Агатой (та очень похожа на Даржелоса) и переносит свою безрассудную страсть на нее. Попутно Поль и Элизабет совершенствуют свою Игру: их отношения – это бесконечное представление сродни театральному, в котором актеры стараются побольнее уязвить друг друга. Постепенно Игра вытесняет из их жизни все остальное, и они перемещаются в мир воображаемого существования.

По тому, как растет напряжение, мы понимаем: грядет катастрофа. Если вами владеет столь же пылкое безрассудство, обязательно прочтите эту книгу – она поможет вам взглянуть на себя со стороны.

В кругу парижской богемы (куда входили Пикассо, Модильяни, Пруст, Аполлинер и другие) Кокто был известен как «фривольный принц», способный не только испытывать, но и внушать безрассудную страсть. Сегодня нас завораживают его чувственная проза и богатое воображение. «Ужасные дети» создавались в состоянии тяжелой абстиненции после очередного опиумного загула, что не могло не наложить своего отпечатка на текст романа. «Необычайные существа и их асоциальное поведение составляют очарование мира множеств, который их отторгает, – размышляет Кокто. – Жуть берет от скорости, достигаемой вихрем, где вольно дышат эти трагические и легкие души».

Не позволяйте, чтобы вихри причудливых желаний гнали вас к гибели. Радость, даруемая красотой искусства, длится вечно; земная безрассудная страсть мимолетна.

Также см. Вожделение; Одержимость.

Белая ворона (синдром белой вороны)

Ричард Бах

Чайка по имени Джонатан Ливингстон

По большому счету, все люди делятся на две категории. К первой, наиболее многочисленной, принадлежат те, кто ничем не выделяется на общем фоне. Ко второй – все остальные. Общеизвестно, что первым жить значительно легче. Вы повсюду свой, вы сливаетесь с общей массой. Но если вы не похожи на других, вы постоянно сталкиваетесь с непониманием и чувствуете себя отверженным. Это еще в лучшем случае. В худшем – попросту становитесь изгоем (см. Жертва издевательств). Как с этим бороться? Наша рекомендация проста: если вы ощущаете себя белой вороной, научитесь воспринимать свою непохожесть на остальных как достоинство, и жизнь наладится.

«Чайка по имени Джонатан Ливингстон» – небольшая повесть-притча, которой одни восхищаются как воодушевляющей историей о «белых воронах», а другие критикуют как плохо завуалированную религиозную проповедь, недостойную внимания поклонников настоящей литературы. Но факт остается фактом: «Чайка по имени Джонатан Ливингстон» – это быстродействующее и весьма эффективное лечебное средство, назначаемое тем, кто несчастен от того, что не похож на других.

Чайка по имени Джонатан Ливингстон отличается от своих собратьев в Стае. Пока те целыми днями только и делают, что с воплями дерутся из-за анчоусов, Джонатан Ливингстон сосредоточен на более важном деле – он постигает искусство полета. Не полета вообще – летать он умеет. Ему хочется освоить мастерство стремительного пикирования и высшего пилотажа, каким владеют хищные птицы. Упорно тренируясь, он достигает успехов, немыслимых для чаек: отвесное падение вниз с высоты пять тысяч футов со скоростью двести четырнадцать миль в час, мертвая петля, двойной переворот через крыло, вхождение в штопор, виражи. Он летает даже в темноте. Однажды Джонатан Ливингстон, не вполне контролируя свой стремительный полет, врезается в мирно завтракающую Стаю. По наивности он ждет похвалы за свою доблесть, но получает лишь упреки: чайке, не похожей на соплеменников, не место в Стае. Джонатан Ливингстон пытается жить как обыкновенная чайка, но разве заставишь себя неуклюже хлопать крыльями на высоте ста футов, когда познал настоящий полет?

Смысл, заложенный в повести, совершенно ясен всем «особенным». Не извиняйтесь за свою необыкновенность. Не пытайтесь ее скрывать. И никогда, никогда не жалейте о том, что вы не такой, как все. Раз уж вы отличаетесь от других, сделайте следующий шаг – постарайтесь определить, в чем ваша самобытность. И если за это вас, как Чайку по имени Джонатан Ливингстон, подвергнут остракизму, что ж, так тому и быть. Зато у вас появится время для самосовершенствования и оттачивания навыков, которыми никто, кроме вас, не владеет.

Также см. Изгой; Иностранец (комплекс иностранца); Разрекламированная книга; Чужак.

Беременность

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Под этим названием роман был опубликован на русском языке в 1961 году (перевод Г. Брейтбурда); в 2006 году заново переведенный роман вышел в свет под более точным названием «Гепард» (перевод Е. Дмитриевой).

Вернуться

2

Пер. Н. Шаховской.

Вернуться