Маргарита Виталина
Не исчезай
Сто стихотворений о любви

То я была...

Прольюсь дождем тебе на крышу,
Ворвусь мелодией в авто...
Ты улыбнешься... Значит, слышишь...
А кто я для тебя – никто...

Коснусь щеки порывом ветра,
Взъерошу волосы слегка...
Послала бы письмо в конверте —
Не знаю адреса пока...

Листком спланирую в ладошку,
Ты удивишься – ну, дела!
Погладишь мимоходом кошку
И не поймешь – то я была...

Где Ты?

Где Ты?
Кто Ты?
А может,
Отзвук,
А может,
Отсвет,
А может,
Звездная пыль
Ответ мне подскажет?
Тяжелая поступь Вселенной
Мне веки сомкнет...
Ты – Быль...
Быль —
Значит, былое...
Быль,
Значит, прошло...
Но разве может пройти,
То, чего не было?
Может?
И все же...
Ты – только отсвет...
Ты – только отзвук...
Ты – лишь отголосок...
Где Свет?
Где Звук?
Где Голос?
Где Ты?

Я и сейчас иду

Мне снился сон.
Я шла тебе навстречу.
Снег падал, мне ресницы осыпая.
И колокольный звон,
Расцвечивая вечер,
Крылом вспорхнувшей птицы таял.
Когда в чужом краю
Она лететь устанет,
Когда умолкнет звон
И прекратится снег,
Я до тебя дойду,
В любом краю достану,
Щекой тебя коснусь,
Мой (С)нежный человек!
Мне снился сон.
Я шла тебе навстречу.
Я и сейчас иду.
Но я не сплю. Не сплю.

Радости наступают

Хрупкое мое счастье – будто крылья снежинки —
Рассыпалось в одночасье... К чему теперь жить-то?

Нет, я, конечно, не брошусь в белый сугроб
с балкона.
Я ж не умалишенная – жизни попрать законы.

Просто в день белоснежный, радости не нащупав,
Свою индевелую нежность, как с парашюта строп, я
Спущу в леденелые реки, что по весне оттают...

Смежи, Рождество, мне веки. Радости наступают...

Ты уже дал отмашку...

Я никогда не слышала твоего голоса,
Но так люблю все его интонации...
Я никогда не называла тебя по имени,
Но оно всю жизнь катается у меня на кончике
языка...
В моей голове живут сотни сюжетов и тысячи
вариаций,
Где, в каком переулке, стране, океане я встречу
тебя, и когда...

Я всегда знала то, что ты есть, и что ты рядом где-то...
Для тебя столько лет мои сны я держу нараспашку...
Твою чувствую боль, ты боишься ее повторенья,
я знаю и это...
Я сама испытала жестокости будней, сама умирала...
Только сердце уже не вмещается, в путь по спирали
Я его отпускаю, лети, ты уже дал отмашку...

Я искала тебя

Я искала тебя... Среди улиц пустынных
И в толпе, среди тысячи взглядов чужих,
Я искала тебя... Я боялась, что мимо
Ты пройдешь, не заметишь, останешься в них...

Я искала тебя... Все мне чудился шепот...
Мне шептала в осенних аллеях листва...
Шелестел теплый дождь и срывался на топот,
Забивая горячие искры костра,

Над которыми руки усталые грела...
Разгребая золу, я искала слова,
Что когда-то гитара так нежно мне пела
Про меня и тебя, про тебя и меня...

Я искала тебя... Все мои километры
Вдруг сложились в одну путеводную нить.
Ариадна! Твоим я внимала советам!
Минотавр! Я тебя не боюсь! Время – Жить!

Не исчезай...

Вспорхнуло бабочкой неосторожно с губ
и на ладонь твою легло: люблю...
Вернуть обратно слово невозможно
я бабочку ловлю
ей обрываю лапки,
крылья
ломаются, хрустят в моей руке...
Как больно...
Задыхаясь от бессилья,
пытаюсь удержать на языке:
Не исче...

тоска-переводчица

В воздухе пахнет весной
зиме ж уходить не хочется
ловит снежинки со мной
моя тоска-переводчица

толкует мои мне сны
и слезы – они, мол, от ветра
тебе из далекой страны
я шлю конверт за конвертом

она меня – ну корить!
да предрекать все беды...
ведь ей остается жить
лишь до твоего ответа

Я б уехала в Луховицы...

Время лунной рекой струится
я – хронический звездочет
мне которую ночь не спится
звезды знаю наперечет

У мечты моей на границе
на развилке пустых дорог
под названием Луховицы
размещается городок

Незнакомые светлые лица
речка маленькая течет
я б уехала в Луховицы
да меня там никто не ждет

Полюбила б его зарницы
побродила в лесу осеннем
может, правда, что в Луховицах
от cебя я найду спасенье

Ты – мой горячий шоколад с табаско

Ты – мой горячий шоколад с табаско
тебя смакую я, глоточек за глоточком
и остается послевкусие надолго —
когда-то – бабочкой вспорхнувшей – лаской,
растаявшей в далеком-далеке

Ты – мой горячий шоколад с табаско
твое дыханье пью, и легким шелком
струятся мысли в формах оригами,
в которые пытаюсь я салфетку
сложить бумажно-белую в кафе

Я не умею оригами из салфетки
но мне достаточно одной подсказки —
хотя бы даже твоего молчанья
я из души моей сплету виньетку,
чтоб ты укрыл ее в своей руке

ты – мой горячий шоколад с табаско

Зззззззвонок

Все было хорошо и очень просто.
И успокоенность гнездо свила у ног.
Почти что счастье... Иль его подмостки...
Вдруг грянул гром... Вернее, твой звонок...

Звенел он оглушительней моторов,
Взорвавших небо тысяч самолетов...
Сомнамбулой метнулась к телефону,
Рукою – воздух – щупая – опоры...

Искала... Тщетно... Нет опоры, нету...
Услышала: «Я здесь, родная, где ты?»
Мир рухнул... Унося (иль нацепив?) оковы...
Опять сто лет без сна... «Любимый! Еду!»

Две любви

Мне так бы хотелось назвать тебя единственным!
Очень хотелось бы, но это – ложь.
Знай же: две любви в сердце моем прописаны —
Ты – первый, конечно, а второй – дождь.

Ни с одним из вас нет у меня взаимности.
Ты или занят, иль просто лжешь.
И даже дождь, побродив со мной, поселился
Навечно в городе, где ты живешь...

И так вы, двое, меня измучили!
По очереди слезы мне на ресницы.
А я люблю вас обоих, и лучшие
Мои стихи – о вас на странице.

Убаюкивая ласкою...

Вокруг глаз морщинки-лучики
А глаза совсем мальчишечьи
Разогнала бы все тучи я
над твоей небесной крышею
Каждый лучик сердцем трогаю,
поцелуем не осмелившись,
Стану солнцем над дорогою
по которой канителишься
Обращусь голубкой белою
чтоб тобою быть не узнанной
Это прежде была смелою
ясноокой светло-русою
А теперь шептать осталось лишь
мне сиренью нежной майскою
в твои сны, когда тревожно спишь,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.