Abortus
Алексей Ефимов

Дизайнер обложки Алексей Ефимов

© Алексей Ефимов, 2025

© Алексей Ефимов, дизайн обложки, 2025

ISBN 978-5-4474-6414-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Его звали Витя. Он ходил в фитнес клуб, где она работала администратором, и полгода одаривал ее комплиментами, прежде чем она поужинала с ним. Ей было двадцать два, ему – тридцать семь. Он был красив, она – тоже. Он ездил на «Porsche Cayenne», а она, девушка из Сибири, еле сводила концы с концами, оплачивая квартиру и заочное обучение на юрфаке.

Они ужинали в ресторане грузинской кухни.

Он знал меню наизусть.

– Нам хинкали с бараниной, где-нибудь штучек… – он взглянул на спутницу, – восемь. Хачапури, долму, сырное ассорти и бутылочку Саперави. Лена, есть предпочтения?

– Положусь на ваш вкус, – сказала она.

– Твой вкус, – поправил ее он. – Десерт выберем позже, – сказал он официанту.

Она чувствовала себя скованно. Она давно не была на свиданиях и никогда не встречалась с мужчиной много старше себя. Витя был стройным, сильным, подтянутым, но пятнадцать лет разницы в возрасте – это не шутка. Она ввязывалась в авантюру с непредсказуемым сюжетом. Сумасшедшая. Достала скучная жизнь? Хочется мужика? Что ж. Не самый плохой вариант. Правда, пока неясно, кто он и что он. Закрытый, в себе. Улыбается белозубой улыбкой, но есть в нем какая-то тайна. Женат? Может быть. Бабник? Очень может быть. Лезут глупые мысли, бред в духе оттенков серого, образ мистера Грея. Каждое его движение, каждое слово выверены; он знает, какое впечатление производит, и слегка перебрал с идеальностью. Этакий Ричард Гир из «Красотки», с фирменными манерами богача, знающего себе цену. Одетый в джинсы и свитер, с легкой небритостью и внешностью мачо с обложки, он источает харизму и сексуальность.

За следующие два часа он узнал о ней все, а о себе рассказал мало. Он бизнесмен, у него в собственности торговый центр в Кузьминках и еще один в Питере. Строится третий. Не самое лучшее время, кризис, но сколько их было – кризисов? Справимся.

Время прошло незаметно. Близилась кульминация.

Он вызвал такси.

– Я тебя провожу, – сказал он тоном, не терпящим возражений. – Поздно.

Она не стала отказываться. Она знала сценарий.

Ее тревожила мысль о том, что он подумает о ее скромной съемной квартире. Там чисто, уютно, но бедно. Мебель IKEA не первой свежести и старенький «евроремонт». Кстати о птичках – он не позвал к себе и не обмолвился ни словом о том, где живет. Что это значит? Он глубоко женат – вот что. Это его проблемы. Не сказал – ее совесть чиста. Будет секс без чувства вины и обязательств, с Мистером Икс в маске, на карнавале в Венеции. Кто он? Что под праздничной маской, с перьями и позолотой? Не все ли равно? Не заглядывай под нее. Вдруг там гнусный уродливый монстр? В первый романтический вечер лучше не думать об этом, не разрушать девичью сказку, не отравлять счастье.

Он уехал в три часа ночи. Чмокнув ее на прощание, он пожелал ей спокойной ночи. Она легла на влажные простыни и не сомкнула глаз до рассвета. Чтобы не было больно, она настраивала себя на то, что продолжения не будет. Хорошо провели время – ничего более. Маленькая обоюдовыгодная интрижка. Разовый секс. Приятные воспоминания. Не стоит мечтать о любви.

Она думала так, но втайне все же мечтала.

Как оказалось – не зря.

Он позвонил утром. Сказал, что скучает по ней и хочет встретиться вечером.

Сердце стукнуло в ребра. Девичьи щечки зарделись.

«Заедешь за мной в клуб? – спросила она. – В девять?»

«Да».

***

Он приехал на «Порше», черном рычащем звере. «Тебя ждет сюрприз, – сказал он, загадочно улыбаясь. – Надеюсь, тебе понравится».

Он привез ее на Тверскую, в «Ритц-Карлтон». В номер с видом на Кремль.

Шампанское в ведерке со льдом, ужин в номере, секс на царском ложе под мерный шелест Тверской за толстым стеклопакетом – классическая романтика с легким душком банальности.

Они заснули под утро, а за завтраком в ресторане отеля она спросила его, женат ли он. Он сказал – да, но брак себя исчерпал, детей у них нет.

Классика.

Чтобы в это поверить, гонишь сомнения прочь, не давая им вторгнуться в грезы. Белое платье, фата, кольцо с бриллиантом… Мечты…

А реальность бьет наотмашь.

Две полоски на тесте.

Шок.

Слезы.

В ту самую ночь в «Ритце», почти три недели назад, они зачали ребенка, толком не зная друг друга. Два чужих человека, второй раз в постели. Они и сейчас чужие, дальше, чем были в тот второй раз, и ближе вряд ли уже будут. Отношения исчерпали себя и движутся по инерции, затухая. Она не уверена, что она у него единственная и неповторимая, несмотря на его заверения; а он, при всей внешней атрибутике: цветы, рестораны, секс на ее территории пару-тройку раз в неделю – не спешит сближаться по-настоящему, ему это не нужно. Ей в таком случае – тоже.

Проплакав всю ночь, утром она позвонила в клинику. Ткнула в список пальцем, даже отзывы не читая. Какая, собственно говоря, разница? Буквы смазываются от слез, и заранее как бы больно, почти физически, хотя откуда ей взяться, боли?

«Через час есть окно. Сможете?» – спросила администратор.

«Да».

***

Она сидела в коридоре напротив беременной женщины. Месяцев пять-шесть, судя по формам. Беременная болтала по телефону и улыбалась – счастливая, на щеках легкий румянец, ей не надо делать аборт, у нее все в порядке.

Скорей бы уж.

Посматривая на часы и на беременную, она ерзала в кресле. Пунктуальностью здесь, однако, не страдают.

Пять минут… Десять… Пятнадцать…

Дверь кабинета открылась.

Вышла девочка. Лет восемнадцать на вид.

Глядя в пол, она пошла к выходу из больницы. Кажется, ей было дурно. Страшно бледная, она шла, еле волоча ноги в простеньких кедах. Жалкое зрелище. Что с ней сделали там, в кабинете, за белой прозекторской дверью?

Твой черед.

Ноги не держат. Во рту металлический привкус. Ладони вспотели.

– Здравствуйте. Проходите, пожалуйста. – Седой сухопарый доктор, в очках без оправы, стоял в проеме двери. Он смотрел на нее, а она опустила взгляд.

Она вошла, и он закрыл дверь на ключ – как в тюрьме.

– Присаживайтесь, – он показал ей на стул, на самый обычный стул рядом с обычным столом.

Сели.

– Ну-с, рассказывайте, с чем к нам пришли? На что жалуетесь?

Он говорил странно – как врач позапрошлого века.

– На беременность, – выжала она из себя.

– Сколько недель?

– Две недели и шесть дней.

– Дата последних месячных?

Она назвала.

– Стало быть, четыре акушерских. Две полоски на тесте – так?

– Да.

– Для исключения ложноположительного результата и внематочной беременности мы сделаем вам УЗИ. Но прежде всего поймем, нужен ли вам аборт.

Растерявшись, она промолчала. Врач спутал все карты. Вместо того чтобы взять деньги и дать таблетку, он будет ее отговаривать? Хочет очистить совесть? Или положено так по инструкции?

– И все-таки? – он не сводил с нее глаз.

– Мне не нужен ребенок. Это была случайность.

– Он живой.

– Он эмбрион.

– Он человек, просто маленький, и он очень похож на вас.

– Он эмбрион. Он ни на кого не похож. – Она говорила как робот, глядя куда-то вниз.

– Все заложено в ДНК. Фигура, черты лица, цвет глаз, тембр голоса. Все это есть и уже не изменится. Скоро забьется сердце.

– Сердце?

Она взглянула на него расширившимися зрачками.

– Да. Есть сердце, есть мозг. Это девочка или мальчик. Маленький человек. Дать вам воды? – участливо спросил он.

Она отказалась. И разозлилась. Ей не требуется участие, ей нужен аборт. Оставьте меня в покое! Боже! Что за странное место?

– Вы делаете аборты или всех отговариваете? – ее сдавленный голос дрогнул.

– Мы много чего делаем. Лечим. Оперируем. Обследуем будущих мам. Нет проблем и с абортами. Лишь единицы отказываются, но и одна жизнь много стоит. Мы с вами все еще здесь, хотя я мог бы просто взять деньги и отправить вас к акушерке. Я спасаю людей. Я главврач. Это моя больница. Мы не пойдем по миру, если вы сохраните ребенка.

– Давайте сделаем так, – сказал он. – Вы вернетесь домой и еще раз спокойно подумаете. Обсудите с папой ребенка. Он ведь не в курсе, да?

– Да.

– Примите решение вместе. Время еще есть. Кстати, медикаментозный аборт – это… как вам сказать… У вас крепкая психика? Вы готовы увидеть плодное яйцо с мертвым ребенком внутри, сидя на полу в ванной в два часа ночи? Знаете, как выглядит эмбрион?

Ей стало дурно.

Подбежав к раковине, она выплеснула туда кофе с желчью.

Отдышавшись, она увидела себя в зеркале: мертвенно бледную, без кровинки в лице – и вспомнила девушку в кедах.

Врач подошел к ней, протягивая стакан воды, от которой пахло пустырником:

– Выпейте. Вам станет лучше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.