# Витийствующий дьявол

Кир Булычев

Может ли простой человек противостоять Злу? А самому Дьяволу? Особенно, когда тебе под сорок, а тебя все зовут Сашком. Когда нет друзей, а только знакомые, готовые лишь занять тебе очередь в винный отдел. Где взять силы на Поступок, который изменит твою жизнь? Что нужно совершить?

Если человеку под сорок, а его все зовут Сашком, значит, жизнь не сложилась.

В четверг, с большого похмелья, Сашок осознал эту трагедию и решил начать новую жизнь.

Но новую жизнь в Москве начинать нельзя. Слишком много знакомых, которые до старости будут звать тебя Сашком и всегда готовы занять тебе очередь в винный отдел.

Размышляя так, Сашок окинул печальным взглядом неуютную комнату в общей квартире и, не поднимаясь с дивана, вытащил из-под него шкатулку покойной мамы, в которой хранились поздравительные открытки, квитанции, повестки, несколько фотографий и денежная заначка. Три дня как Сашок взял расчет на базе, где работал электриком, и должно было оставаться.

Но осталось только шесть рублей. Куда делись остальные, неясно. Сашок переворошил все в шкатулке. Пусто. Он достал фотографию. На фотографии он сам, в десятилетнем возрасте, держит за руку старшую сестру Тамару. Потом другую фотографию – на ней та же Тамара, но уже солидная, раздобревшая, с перманентом, с супругом Василием Федоровичем и сыном Колей. На обороте написано: «Дорогому брату Саше, которому всегда добро пожаловать в наш дом. Омск».

Прочтя трогательную надпись, Сашок понял, где будет начинать новую жизнь. В Омске. В доме старшей сестры и ее работящего мужа. Он отложил в сторону фотографии и шесть рублей, а остальное сложил обратно в шкатулку и спрятал на место.

В коридоре зазвонил телефон.

Сашок натянул джинсы. Но не успел выйти – послышался сварливый голос соседки:

– Не выглядывал еще. Дрыхнет… Почему да почему? Гудели они здесь до трех утра. Я уж хотела милицию вызывать. Если бы не память о его покойной маме, царство ей небесное, вызвала бы, ей-богу, вызвала. – И повесила трубку.

Сашок не сразу вышел в коридор. Он увидел на столе у окна батарею бутылок. Все пустые. Вокруг, как дрессированные собачки, стояли рюмки и стаканы. В одном оставалось. Сашок даже взял стакан в руку, но ощутил отвращение к алкоголю. Поставил стакан на место.

Одевшись, Сашок вышел на кухню. Соседка была у плиты.

– Доброе утро, тетя Клава.

Соседка сделала вид, что не слышит. Сашок не обиделся. Понимал, что сам во всем виноват.

– Кто звонил? – спросил Сашок.

Соседка так загремела кастрюлями, словно репетировала в оркестре ударных инструментов.

– Понятно, – сказал Сашок. Включил конфорку, поставил чайник. Достал сахарницу, заглянул. Пустая.

Но просить сахару у соседки не стал.

– Уеду я, – сказал он, – не буду больше тебе жизнь отравлять, тетя Клава. Слышишь?

– И куда же тебя понесло?

– К сестре поеду, – сказал Сашок. – Давно меня зовет. В Омск.

– Нужен ты ей.

– Я себя прокормлю. Специальность есть.

– Чтоб я тебе поверила!

Сашок налил в стакан кипятку, нацедил из заварного чайника заварки, там чуть-чуть осталось.

Соседка со злостью вытащила из шкафа свою сахарницу, поставила перед ним.

– Спасибо. – Сашок взял кусочек, кинул в чай.

– И правильно твоя мать сделала, что скончалась, – сказала соседка. – Чем на такое смотреть…

– Сколько билет до Омска стоит? – спросил Сашок.

– Полсотни в один конец. Как минимум. Ты что, в самом деле собрался?

– У меня шесть рублей осталось. Спасибо за сахар.

– И не думай! Нет у меня денег. Откуда деньгам быть?

– Я, тетя Клава, и не прошу, – сказал Сашок. И в самом деле – откуда у тети Клавы быть таким деньгам? А были бы, не дала.

Сашок вернулся к себе, натянул голубую куртку, кепку брать не стал. Надо было что-то предпринять. Если сегодня не уехать в Омск, хороший город, сибирский, трезвый, где тебя ждут, где тебе рады, то завтра будет поздно. Завтра засосет.


Сашок спустился во двор.

Там было почти пусто – будний день, первая половина.

Только Жора чинил машину незнакомой клиентке. «Жигуленок» стоял, разинув пасть, из пасти торчал зад Жоры, а хозяйка стояла рядом, курила и задавала вопросы.

– Привет, – сказал Сашок.

– Привет, – ответило из радиатора. Оборачиваться Жора не стал, он был углублен в работу.

– Закурить есть? – спросил Сашок.

Жора не успел ответить, как клиентка поспешила достать пачку «Мальборо», протянула Сашку и сказала доверительно, будто у постели тяжелобольного, которому Жора вырезал аппендицит:

– Не отвлекайте Георгия. Он занят.

– Вчера гудели? – спросил Жора.

– Соседка говорит, в три разошлись, – ответил Сашок.

Жора был человеком состоятельным, серьезным, и если бы они не учились когда-то в одном классе, не быть Сашку в его приятелях.

– Что за повод?

– Не отвлекайте, пожалуйста, – сказала клиентка. – Георгию в час уезжать.

– Успеем, не беспокойся, – сказал Жора, распрямился, положил отвертку и щелкнул пальцами. Хозяйка вложила в пальцы сигарету.

Хозяйке было лет тридцать, супермодная. Но смотрела на невзрачного Жору, как смотрят на врача пациентки: «Что хочешь? Деньги? Сердце? Только вылечи!»

Не был бы Жора механиком, к которому трудно попасть, не заметила бы его в метро. Сашок даже вздохнул. Как грустно, если понимаешь людей, особенно с их отрицательной стороны! Ведь сядет через несколько минут в свой «Жигуленок», мигнет огоньком и забудет о Жоре до следующей поломки. Вот она, женская верность.

– Повод был, – сказал Сашок, – уволился я с базы.

– Вроде не жаловался?

– Уволился.

– А что дальше? – Жора спрашивал, не глядя на Сашка, а глядел вроде бы на клиентку, но мимо клиентки, отчего она чувствовала себя неуверенно и нервно. И даже начала передвигаться, чтобы точнее попасть в поле видимости Жоры.

– Начинаю новую жизнь, – сказал Сашок. Получилось торжественно и неправдоподобно.

– Какую же?

– К сестре поеду, в Омск. Ждет меня.

– Георгий, – сказала клиентка, – вы не опоздаете?

Жора отвечать не стал – он лучше знал, спешить ему или нет.

Подошел Капитанов. Он нес полную сумку молочных бутылок.

– Проснулся? – спросил он Сашка.

– Ты от меня поздно ушел?

– Возле двенадцати. Может, без десяти.

– А кто оставался?

– Рыжий остался. И еще один. Я его не знаю. Ты с ним в баре познакомился.

– Хорошо погудели? – спросил Жора Капитанова.

– Нет, – Капитанов посмотрел на клиентку, она ему понравилась. Поэтому хотел высказать что-нибудь умное. – Нет смысла в твоей жизни, Сашок.

Он положил руку на плечо и сказал:

– Сашок, пора браться за ум. Такая жизнь до добра не доведет.

Покосился на клиентку и спросил ее:

– А вы как думаете?

Дама не ответила. Она переживала, она боялась, что Жора уйдет и оставит ее машину недоделанной. Могло случиться и так.

– Я к сестре поеду, – сказал Сашок Капитанову. – В Омск.

– А как же с работой?

– Электрики везде нужны.

– Сколько же билет до Омска стоит? – спросил Капитанов.

– Мне бы доехать, устроиться, я потом бы выслал.

Сашок смотрел на Жору, чуть-чуть надеялся, что тот сейчас скажет: «Сашок, возьми у меня полсотни. Когда сможешь, отдашь». Но Жора этого не сказал. И даже оправдываться не стал. А Капитанов стал. Его никто не спрашивал, а он сразу ответил:

– Я бы дал, Сашок, но, сам понимаешь, телевизор покупаем.

– Знаю, – сказал Сашок. Капитанов с этим телевизором уже всем надоел. Покупаешь – покупай. А то третий год на бедность жалуется. А за чужой счет выпить мастак.

Жора докурил, снова склонился к радиатору.

– Без везения не уехать, – сказал Капитанов.

– Ты какое везение имеешь в виду? – спросил Сашок.

– Можно на улице сотню найти.

– Одной бумажкой или двумя? – съязвил, не разгибаясь, Жора.

– Как повезет, – ответил Капитанов. У Капитанова начисто нет чувства юмора. С ним из-за этого бывали разные случаи.

– А другие варианты есть? – Сашок вроде бы шутил, но в таком положении любая консультация может вдруг оказаться полезной.

– У меня брат в такси ехал, – сказал Капитанов. – Вдруг видит – сумочка женская. Забытая. Открыл, а там тысяча двести рублей.

Капитанов даже слюну сглотнул.

– Ну это никуда не годится, – сказала клиентка. – Он их себе взял?

– А куда же девать? Они потерянные.

– Он должен был отдать сумочку водителю такси. Или постовому милиционеру.

– Ну, дает, – удивился Капитанов.

– Врешь ты все, – сказал Сашок, – не было никакой сумочки.