180 дней до истины
Алина Вадимовна Глинская

© Алина Вадимовна Глинская, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Иванов Андрей «Адам и Ева с детьми под деревом. 1803»

Десять человек пробуждаются после крушения космического корабля. Выжившие не помнят не только крушения, но и своей прошлой жизни.

Когда уцелевшие остатки пресной воды и провизии подходят к концу, группа выживших принимает решение отправиться на ее поиски.

Местность оказывается им незнакомой. Следов цивилизации поблизости не оказывается, но вскоре они находят пресное озеро. Радость оказывается не долгой… выжившие осознают, что в диких лесах они оказываются далеко не одиноки.

После встречи с хищными существами, неофициальный лидер выживших в ночном «карауле» замечает странное свечение, к утру он сообщает об этом другим, и они надеясь на спасение, принимают решение идти следом…

Глава первая

Записи Адама
День первый

Я очнулся в сырой земле, кругом была грязь и странная вонь, непонятно откуда она исходила. Недалеко я обнаружил железные обломки, видимо от какого-то корабля.

Судя по всему, я был одним из его пассажиров, что довольно странно ведь я не помню ни своего имени, ни того как я там оказался. Я встретил еще девять человек, пара из них две девушки, причем у одной из них есть малыш, слава богу, что ни он, ни его мать не пострадали.

Любопытно, ни у одного из нас нет ни царапины. Корабль полностью разрушен, но на нас самих нет и следа. С самым крепким парнем: высоким и на вид довольно сильным черноволосым бугаем, мы обследовали обломки, но ни нашли никаких тел и документов, даже одежды.

Мы обнаружили пару частично уцелевших ящиков с провизией, разбросанные бутылки с водой, рваные куски ткани, обломанные черные мелки и множество пергаментной бумаги. Самое странное это то, что мы не нашли капитана корабля, даже экипажа в обломках не обнаружено.

Может кто-то из нас был капитаном? Тогда почему ни у меня, ни у кого-то еще нет абсолютно никакого представления об управлении такими кораблями? Может память у нас и отбило, но навыки и умственные знания в любом случае должны были сохраниться.

Если мы все разом потеряли память, то почему на нас нет никаких следов? Судя по разрушенному кораблю, удар был сильный, мы все должны были погибнуть… Я провел небольшой опрос, все чувствуют себя хорошо, мое самочувствие также стабильно. Никаких признаков осложнений, это наводит на еще большие размышления.

Мы все находимся в полном замешательстве, все это очень странно, и я намерен разгадать эту загадку…

День второй

Вчера, вместе с самым старшим из нас пассажиром, которому на вид лет около сорока пяти, мы обследовали местность, и с удивлением для себя, обнаружили труп. Труп находился в двадцати метрах от корабля, это был молодой парень, судя по одежде он был простым пассажиром.

Все сразу же сделали вывод: он жертва крушения, не иначе. Тот пассажир, с которым мы нашли труп, выдвинул глупейшую гипотезу: якобы корабль взорвался еще в воздухе, и некоторые пассажиры разлетелись по местности.

Глупая теория, если бы корабль взорвался и разлетелся в воздухе, мы бы точно не остались целыми и невредимыми. Да к тому же, по самим обломкам не видно никаких следов взрыва или горения.

Я сделал вывод, что корабль упал без каких либо взрывов, возможно, что-то случилось с управлением или нечто подобное в этом духе. Тогда почему труп лежал в двадцати метрах от обломков? Как он там оказался?

Я осмелился осмотреть его ближе, у него не было ног. Точно могу сказать: это не из-за крушения. Его ноги были словно откусаны, я отчетливо разглядел следы от челюстей. Остальные слепо мне не верят, они напуганы и ведомы, они принимают теорию этого идиота.

Я уверен, подсознательно они знают что это не так, они просто «блокируют» всякие мысли о моих высказываниях. Они боятся признать, что здесь что-то не чисто, они боятся опасности…

Мы также обошли всю округу, бродили до вечера, но каких-либо признаков или следов цивилизации не обнаружили.

Кроме того: с воздухом здесь что-то не так. Не знаю что именно, но он очень странный. Здесь вообще все довольно странное, я чувствую себя здесь некомфортно, мне хочется убежать, не знаю куда, но лишь бы подальше отсюда.

День седьмой

Резко похолодало. Мы все еще не знаем, где мы находимся, и есть ли здесь вообще какая-нибудь цивилизация. Природа здесь необычная, деревья и растительность в изобилии, сами мы находимся на достаточно большой поляне окруженной деревьями и кустами. Под ногами короткая трава, но в другой части поляны много грязи.

Ветра здесь нет, даже самый легкий ветерок, и тот отсутствует. Однако вечерами здесь холодает, а сегодня утром был самый настоящий «собачий холод». Бедный малыш сильно замерз, я боялся, что он заболеет, поэтому мы с парнями поделились с ним и его матерью одеждой, только тот сорокалетний идиот отказался помогать бедняге. Днем мы приняли решение построить небольшую хижину, это хоть как-то спасет нас от холода.

Чтобы тепло сохранялось лучше, мы решили построить сразу несколько небольших хижин на пару человек, и разделить их между собой. Этот идиот, хотел построить одну большую, но это заняло бы не только больше времени, но и тепло такая хижина сохраняла бы в сотни раз хуже.

В качестве материалов мы использовали обломки и густые ветви деревьев. Все закрепили крепко, крыши сделали целиком из веток (обломки достаточно тяжелые, они могли бы свалиться кому-нибудь на голову), пол сделали из очень мелких веток с листьями, все это накрыли рваными кусками ткани которые мы нашли среди обломков.

Пока сделали только три таких хижины, в первую очередь заселили двух девушек с малышом, потом более слабых парней. Я и тот черноволосый бугай, заселимся в последнюю очередь, мы лучше всех переносим холод, да и выдержка у нас куда крепче чем у других…

С самого утра продолжаем работу, писать мелком конечно неудобно, но я уже сумел приспособиться. Ну что ж, пора приступать к работе…

День десятый

Сегодня мы достроили последнюю хижину. Кусков ткани не хватило, поэтому спать мы будем прямо на листьях, но ничего страшного, всяко лучше чем на земле.

Мы справились очень быстро, практически не ели, только в конце дня. Запасов еды очень мало, поэтому мы стараемся экономить. За время работы на нас всех ушло две бутылки воды, днем как назло было очень жарко, жажда просто замучила. Осталось всего шесть бутылок, даже не знаю что мы будем делать когда и вода и еда закончатся, скорее всего пойдем искать водоем или ручей.

Работы проходила достаточно тяжело, многие из нас не могут найти общий язык с друг другом, это только осложняет наше и без того непрочное положение. Мне надоели эти постоянные споры и распри, нам нужен лидер способный сплотить нас вместе, но, к сожалению, ни один не подходит на эту роль.

Большинство воспринимают меня как лидера, но мне кажется, я не гожусь для такой серьезной ответственности, хоть я и не боюсь возложить на свои плечи тяжелые обязанности, лидерство мне не по душе.

По ночам стало ещё холоднее, к счастью в хижинах не так холодно, но все равно сильно там не согреешься. Мы с бугаем вот уже третий день пытаемся развести огонь и найти хоть какие-то признаки цивилизации, все наши попытки пока не увенчались успехом, но я надеюсь, что в ближайшее время все получится…

День двенадцатый

Еды и воды становится все меньше. Я поделил все по маленьким порциям два раза в день, пара человек недовольны, но если мы будем, есть больше, то точно останемся без еды.

Я заболел, остальные боятся заразиться и держатся от меня подальше. Даже бугай, и тот ушел спать на улицу.

Я чувствую себя плохо, девушка, у которой малыш, греет воду на солнце и поит меня теплой водой с какими-то собранными травами и цветами. Не знаю, с чего она взяла, что это сможет помочь, но в любом случае я благодарен ей за заботу.

Мне ужасно надоело валяться с бессилием и говорить лишь с собой, я должен быть сильным, я должен верить в то, что смогу относительно быстро поправиться. Может, если я буду верить в эти цветки и травы, то мне и правда удастся поправиться?

День тринадцатый

Я чувствую себя лучше, болезнь почти отступила, а девушки с помощью найденных увеличительных стекал, смогли развести огонь. Они спасли нас от холода, а одна из них даже спасла меня от возможной смерти или осложнения.

Я спрашивал у нее, откуда она узнала про травы, как она смогла найти нужные? Может она все-таки смогла что-то вспомнить? Но она лишь отмахнулась от меня, она утверждает, что не знает как это вообще пришло ей в голову, я охотно ей верю, а зачем ей лгать? Какой в этом смысл?

Я думаю, что в прошлом она была доктором или еще кем-то в этом роде. Как я уже говорил, умственные знания после потери памяти обычно дают о себе знать…

К вечеру я все-таки придумал, как обогреть наши хижины. В оставшихся обломках мне удалось найти трубы, мы развели костры чуть ниже наших хижин, поставили один конец труб на костры, так чтобы они выходили за его границы (иначе бы дым заполонил наши хижины), а другие концы во внутрь хижин. Тепло в итоге идет вверх, и в наших хижинах наконец-таки теплая благодать, теперь здешняя ночная холодрыга нам нисколько не страшна.

Это конечно же заслуга девушек, они оказались намного умнее чем я думал.

День пятнадцатый

Я полностью поправился. Наши запасы воды подходят к концу, мы вместе с парнями решили разделиться и отправиться на ее поиски. Возможно, нам удастся найти других людей или небольшие поселения, я не говорю об этом остальным… но мне кажется что никого кроме нас здесь нет…

Я сделал это предположение опираясь на природные условия, мы уходили довольно далеко от лагеря, и везде она была одичала и нетронута. Здесь словно никогда не ступала нога человека, мы однозначно находимся на какой-то дикой планете, буду надеяться что здесь нет опасных хищников, но к сожалению, тело того бедняги доказывает обратное. Возможно я ошибаюсь… может он и правда жертва крушения…

Нет, этого не может быть. Я стыжусь за себя, как я мог допустить такие глупейшие мысли. Я не должен верить словам этого идиота. Думаю он сам, понятия не имеет о чем говорит.

Я должен перестать сомневаться, я точно уверен, что здесь что-то не чисто…

Довольно этих размышлений на сегодня, еще немного и я сойду от них с ума. Нам пора идти. Мы оставляем девушек в лагере, путь может оказаться опасным, я не был уверен в том, что даже в лагере они будут в безопасности, поэтому с ними остается сорокалетний идиот, и мой друг бугай…

Надеюсь за время нашего отсутствия ничего не случится…

Глава вторая

Записи Алу
День десятый

Прошло уже десять дней… десять дней как мы находимся здесь…

Несмотря на других выживших, мне здесь очень одиноко… я увидела, как тот странный парень постоянно записывает свои мысли, иногда он проговаривает их вслух. Я решила, что ему одиноко, и таким способом он лишь пытается заполнить гнетущую пустоту.

Она есть у многих здесь… может и мне станет намного легче? Может и моя пустота одиночества хоть немного наполнится?

Но я здесь не совсем одна, у меня есть ребенок… хоть я ничего и не помню, но я почему то знаю что он мой… Я сердцем чувствую, как сильно ему нужна, я не могу бросить его, и я знаю, что должна защищать его, пусть даже ценой своей жизни.

Его большие голубые глазки словно глядят мне в душу, не знаю что это за странные чувства, но как только я заглядываю в его глаза, в моем сердце происходит что-то странное, будто душа переворачивается и сжимает все мои внутренности.

Какой же он все-таки красивый, такой маленький, такой невинный… у него такие маленькие крохотные ручки… я провела с ним всего десять дней, но я уже точно знаю, что не смогу прожить без него ни единого дня… Я очень боюсь за него, я здесь никому не доверяю и поэтому никогда не упускаю его из рук, он всегда со мной, я всегда рядом, я никогда не оставлю его в одиночестве… он единственный светлый лучик, в этой здешней непроглядной тьме…

День двенадцатый

Этому странному парню стало плохо, кажется, он заболел.

Я еще больше возненавидела всех этих людей. Он столько сделал для всех нас, он так заботился и переживал за каждого из нас, но стоило ему заболеть, как все вдруг отвернулись от него.

Еще вчера многие старались быть ему ближе, а уже сегодня они вдруг избегают его. Мне так жаль его, сейчас он одинок еще больше обычного. Я хотела проведать его, но другие не пускают меня, они боятся, что болезнь разойдется по всему лагерю, поэтому грозятся изгнать меня, если я подойду к его хижине слишком близко.

Девушка с которой мы живем в хижине очень мила, она как и я не хочет слушать других. Сегодня я встала раньше всех, я собрала травы и крохотные белые цветы, не знаю, с чего я решила, что это поможет, но я чувствую, что ему станет легче.

Эта милая девушка оказалась еще добрее чем я думала, она позаботилась о моем малыше пока я навещала того беднягу. Я не могла взять малыша с собой, я очень боюсь, что он может заразиться…

Если со мной что-нибудь случится, она обещает что позаботиться о моем малыше…

День тринадцатый

Ему стало лучше, кажется, он идет на поправку. Я очень рада, что смогла помочь, это самое малое что я могу для него сделать.

Мы смогли развести огонь. В обломках я нашла странные стекла, когда смотришь сквозь них, все вокруг увеличивается в размере. Днем как всегда было очень жарко, мы старались развести огонь с помощью бумаги и сухой травы, когда я навела это стекло, я обнаружила, что все это вдруг стало дымиться.

Удивительно как просто оказалось добыть огонь, мы все такие глупые!

Самый старший из нас, косо посматривает на меня, по правде говоря: я ужасно его боюсь. Не знаю почему, но от одного только его взгляда меня уже трясет. Вчера он назвал меня глупой, и удивлялся что я вообще могу что-то писать. В общем, он неприятен мне, думаю, что многие здесь не в восторге от него…

В наших хижинах теперь очень тепло! Теперь мне не придется беспокоиться, что мой малыш замерзнет! Он такой умный! Я так благодарна ему за то, что он так заботится обо мне и моем малыше! А ведь он совсем не обязан заботиться о нас… он самый добрый из всех нас… так хочется отплатить ему тем же…

День пятнадцатый

Нас осталось всего лишь четверо (не считая малыша). Остальные ушли на поиски воды, может им удастся найти еще и еду, или лучше всего других людей.

Нам было очень сложно общаться с друг другом, ведь мы совсем не помним своих имен. Поэтому я решила дать нам имена: я порвала бумагу на десять частей, и на каждой из них написала по имени. Я получила имя «Алу», того сильного парня теперь зовут «Кай», мою подругу «Ева», а самому старшему из нас досталось имя «Вэд». Своему малышу я дала имя «Мир», и кажется, ему оно очень понравилось.

Осталось только шесть бумажек, когда остальные вернутся, то тоже получат по имени. Нам стало легче общаться, теперь мы не обращаемся друг к другу как «он» или «она», мы с Каем даже как-то сблизились, я думаю мы могли бы стать хорошими друзьями. Он все-таки друг нашего лидера, а значит и ему можно доверять.

Теперь у нас есть хотя бы имена, теперь мы не такие безликие… хоть и до сих пор ничего о себе не знаем… это так ужасно… не знать кто ты, какой ты человек… и что из себя представляешь…

Уже темнеет, мы ложимся спать совершенно не зная удастся ли им найти спасение… смогут ли они спасти нас… а вдруг они не найдут дорогу назад? Что мы будем делать без него… как будем жить дальше…

Я должна успокоиться… должна быть крепче ради Мира… ради его чудных глазок… ради его будущего… а будет ли оно? Ну вот, я снова беспокоюсь… мне нужно поспать, но я почти не смыкаю глаз, мысли не дают мне покоя. Я скоро сойду с ума, меня держит здесь только мой маленький Мир… только он… только его больше добрые глазки… его невинность… его любовь…

День семнадцатый

Еда на исходе, вернее ее уже почти нет.

Остальные еще не вернулись, мне очень страшно находится в лагере с Вэдом… он не спускает с меня глаз и это очень меня пугает…

Что у него на уме? О чем он думает когда так злобно смотрит на меня? Он хочет убить меня? Моего малыша? Если он хоть пальцем тронет его, я клянусь что убью его… голыми руками…

Я решила пройтись по округе, запастись травами на случай если кто-то заболеет. Я не могу оставить малыша в лагере с Вэдом, пока он там, я не доверю малыша даже Еве. Он так и оставил мне свою кофту, я порвала ее так, чтобы она могла цепляться за мою шею. Теперь, занимаясь делами, мне не нужно постоянно носить малыша на руках, теперь ему удобно, и он всегда у моего сердца.

Я надеюсь, он вернется… я постоянно думаю о нем, боюсь, что с ним что-то случилось…

Ну все, я должна перестать думать о плохом, он скоро вернется, и вернется не без добрых вестей.

Когда Алу отлучилась за травами, она не знала что тот, кто положил на нее глаз, последовал следом. Собирательство сильно занимало ее, она так внимала в это дело, что постепенно стала отходить все дальше от лагеря. Ей было невдомек, что кто-то все это время мог тихо идти следом. Спустя час, Алу обнаружила место, которые было усыпано крупными, и на вид вполне съедобными грибами. Радуясь нежданной находке, девушка окончательно потеряла бдительность, именно в этот момент, подлец наконец и решился напасть…

Глава третья

Записи Адама
День семнадцатый

Мы все еще бродим, но пока безуспешно.

В этих непроглядных кустах и деревьях можно легко затеряться, перед тем как разделиться, я велел всем взять с собой палки и время от времени делать в земле глубокие ямки.

Этот темнокожий парень болтает без умолку, но ничего, ситуация напряженная и немного юмора не помешает. Мы поладили, мне нравятся его взгляды, он не похож на других. У него на все свое виденье, даже на такие сложности он смотрит с улыбкой. Чего-чего, а вот смеха нам точно не хватает, не считая еды и воды конечно.

Уже темнеет, спать мы будем на земле. Ночью идти нельзя, есть большая вероятность заблудиться, к тому же никто не знает, кто или что водится в этих густых лесах…

День девятнадцатый

Это невероятно! С самого утра такая потрясающая находка!

Я обнаружил высокий уровень влажности в местности в которую мы забрели. Мы не останавливаясь продолжали идти вперед пока наконец не нашли наше спасение!

Мы нашли ее! Мы нашли воду! Это озеро! Оно не только красиво, но оно еще и спасло наши жизни!

Мы должны немедленно возвращаться в лагерь! Они должно быть нас уже заждались! Мы возвращаемся назад с добрыми вестями! Мы шли около пяти дней потому что вели тщательный поиск, но вернемся мы гораздо быстрее.

Мы будем торопиться изо всех сил, нам не терпится сообщить о нашей находке остальным.

День двадцать первый

Мы вернулись в лагерь, я велел остальным при неуспешном поиске вернуться через семь дней и к счастью все уже здесь.

Мы рассказали о нашей находке остальным, всем не терпится пойти к озеру вдоволь напиться и смыть с себя всю грязь. Алу дала нам имена, мне попалась бумажка с именем «Адам», я очень рад, что у меня теперь есть имя.

В лагере нас встретили жаренными грибами, Алу добавила в них какие-то вкусные травы и мы впервые за столько времени наконец-то действительно наелись. Было очень вкусно, даже та еда, что у нас была, не сравнится с тем что приготовила Алу.

Я заметил, что ее поведение изменилось, за всю утро она улыбнулась лишь раз. Что-то случилось, кто-то ее обидел…

Она выглядит мрачной, а ее красивые зеленые глаза стали еще несчастнее. Я узнаю что здесь случилось, нужно лишь выбрать подходящее время для таких расспросов.

День двадцать четвертый

Мы с Ото (такое имя досталось моему темнокожему другу), привели всех к озеру. Сейчас мы наслаждаемся теплой погодой, купаемся и набираем воду в бутылки. Малышу Алу очень нравится купаться, она придерживает его руками, а он так пронзительно и звонко смеется, что на душе становится теплее.

Я осторожно стал расспрашивать ее о том, что было в наше отсутствие, она рассказала мне то, что меня очень сильно разгневало.

Этот ублюдок Кай, напал на нее в лесу. Она рассказала, что он пытался раздеть ее, и угрожал «выкинуть» ее малыша если она не «заткнет» его. Ублюдок хотел взять ее силой, но к счастью Вэд подоспел во время.

Я не ожидал такого от Кая, и уж точно никогда бы не подумал, что Вэд не такой уж и ублюдок каким кажется на первый взгляд.

Кай улыбается как ни в чем не бывало, я увидел как он похотливо посмотрел на Алу, и больше не могу сдерживать свою злость, я сейчас же проучу этого ублюдка! Я выколю его глаза, чтобы он не смотрел на нее! Вырву его детородный орган, чтобы он даже думать о ней не смел!

Адам как и писал, решил наброситься на подлого Кая. Злость и ревность одновременно управляли его разумом, он должен был наказать подлеца, должен был отвести его от Алу. В ходе борьбы он едва не задушил Кая, Адам и сам не заметил, как от гнева обе его руки обхватили шею подлеца. Лицо Кая синело, никто кроме Вэда и Алу не понимал происходящего, однако вмешиваться в борьбу, отнюдь, никто не торопился.

Алу стала кричать и умолять Адама не убивать Кая, но Адам ее не слышал. Он слышал лишь свой внутренний гнев, который повелевал ему непременно наказать подлеца. Если бы Вэд во время не оттащил Адама, Кай бы уже через несколько минут отправился в мир иной. Кай сам удивился от того, как быстро растерялся.

Без сомнения, он мог бы одолеть Адама, но у Адама было то, чем Кай был обделен: у него был ум. Умом и изворотливостью, можно одолеть любого силача. Адам с легкостью смог изворотливо обойти удары здоровяка, и склонить его на колени. Он просчитывал каждый свой шаг, и уже знал, что делать, если здоровяк бросится на него с кулаками.

Адам отпустил его, дружественное плечо Вэда, сумело сберечь его от глупости. Оба парня уже остыли, Адам велел Каю не приближаться к Алу, но Кай был недоволен, он был возмущен и разъярен. Не долго думая, Кай решил напасть подло, он схватился за камень с твердым решением убить «неофициального» лидера.

Удивительно, что такой силач, который казалось бы может победить любого, решил напасть со спины как трусливая девочка. Адам не простил его погрешности, но и драться с ним он больше не желал. К своему несчастью, он и подумать не мог, что Кай вот-вот огреет его камнем по голове… выжить после такого мощного удара в затылок, не смог бы никто…

Глава четвертая

Записи Алу
День тридцатый

Я давно не писала… в последние дни нам было не до этого… мы потеряли одного из нас…

В тот день на озере, когда Адам и Кай подрались, случилось страшное… меня до сих пор пробирает до дрожи, я никак не могу успокоиться и только и делаю что лью слезы…

Кай схватился за камень когда Адам стоял к нему спиной… боже это было так страшно что я с трудом могу писать об этом…

Он хотел убить Адама, но Вэд столкнул его прямо в озеро. Это было так странно, он вдруг начал тонуть у самого берега… Адам хотел кинуться на помощь… но потом… потом мы увидели кровь… море крови…

Оно утащило Кая под воду… я до сих пор слышу его крик… оно… оно убило его… когда я закрываю глаза, я снова вижу море крови… это было ужасно…

Его истерзанная голова всплыла на поверхность… не прошло и секунды как этот огромный кровожадный монстр, показался снова, хлопая пастью он поглотил голову Кая… он скрылся плавно но в то же время внезапно…

Записи Адама
День двадцать девятый

Он плыл, и довольно близко. Это было какое-то хищное животное. Оно двигалось по дуге: сначала вдоль озера, потом прямо к нам. По мере того, как оно приближалось, странное оцепенение, от которого холодеет внутри, охватывало нас.

Над водой чуть-чуть возвышалась тёмно-серая туша, отчетливо выделялись 2 симметричных светлых пятна, похожих на глаза животного, а из тела торчало что-то вроде палки…

Мы видели лишь небольшую часть животного, но под водой угадывалось огромное массивное тело. Чудовище двигается тяжелым броском: несколько приподнявшись из воды, оно бросалось вперед, а затем полностью погружалось в воду. При этом от его головы шли волны, рождавшиеся под водой… Утащив Кая под воду, оно кровожадно истерзало его, не дав ему ни малейшего шанса выжить…

Жадно проглотив его голову, чудище снова скрылось в непроглядной озерной пучине… оно скрылось так же загадочно, как и появилось.

Глава пятая

День тридцать первый

Вчера ночью, вокруг нашего лагеря ходило какое-то животное. Мы проснулись от страшного рева, в темноте я увидел непонятную фигуру по очертаниям схожую с человеком. С точностью смею утверждать: это был не тот монстр из озера. Тварь, напугавшая нас ночью человекоподобная.

Не смотря на наличие двух ног, передвигалась она на четвереньках. Шустро перебегая от дерева к дереву, она ловко подталкивала свое костлявое тело руками.

Лунный свет в ту ночь был ярким, я отчетливо мог разглядеть обычное дерево, но саму тварь почти не было видно. Из этого я делаю вывод: кожа у нее черная, возможно даже темно серого оттенка. Ее голова была странной формы: круглая, довольно большая, но вполне пропорциональна худощавому телу.

Она рыскала вокруг и издавала страшный рев, однако подходить слишком близко тварь не осмелилась. Думаю она здесь не одна, возможно они нападают стаей и завтра здесь будет уже не один монстр. Идти в никуда опасно, но еще опаснее теперь оставаться здесь. У нас нет оружия, и мы не знаем, сколько здесь еще таких тварей. Теперь она знает где мы, наверняка она разведала обстановку чтобы в следующий раз вернуться с «компанией».

Завтра утром мы немедленно покидаем лагерь чтобы попытаться найти других людей, мы должны набрать запас воды, придется возвращаться к злополучному озеру.

День тридцать четвертый

Нам пришлось покинуть лагерь. Набрать запасы воды оказалось сложнее чем мы думали. Кровожадный монстр ведет себя крайне агрессивно, не успел я толком подойти к берегу, как его огромные очертание уже показались на поверхности.

Он затаился, готовился к атаке. Он словно чувствовал нас, поджидал удачного момента чтобы напасть. Понимая сложность ситуации, я решил перехитрить эту тварь. Я кинулся прямо в воду, пока я отвлекал эту тварь, парень по имени Ник быстро набирал воду в бутылки.

Я не мог долго отвлекать монстра, он был быстрее меня и мог в любой момент разорваться меня на кусочки. Я успел выйти на берег, едва не став его ужином. Когда он раскрыл свою огромную пасть чтобы поглотить меня, под водой образовалась самая настоящая вакуумная воронка. Я чуть было не попался в нее, мне повезло практически выпрыгнуть на берег.

Я потерял монстра из виду, он скрылся под водой когда Ник заполнял предпоследнюю бутылку. Резвым но тяжелым броском, монстр буквально «перекинул» свое тело на мелкое дно. Мы толком то и понять ничего не успели… сначала огромное тело монстра резко выпрыгнуло из воды, затем послышался пронзительный крик Ника, потом Вэд оттаскивает его от озера, а потом кровь… много крови…

Он потерял много крови, тварь отхватила его руку по локоть, Алу сделала повязку и приложила к его ране травы, но я сомневаюсь, что это поможет… Сейчас мы остановились в лесистой местности, поляны для ночлега слишком заметны. Мы бы продолжили путь, но Нику стало совсем худо, он не может идти из-за болевого шока.. Самое ужасное это наблюдать за чужими страданиями, понимая что не в силах помочь… не в силах облегчить кошмарную боль…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.