# Закономерности и предпосылки эффективных форм развития экономических отношений

Виктор Николаевич Щербаков, Николай Андреевич Кравченко

В настоящем монографическом исследовании раскрываются особенности эффективных форм развития экономических отношений, проблемы и перспективы многовариантных форм отношений, где основной акцент делается на ценность общественного устройства. Раскрываются принципы оптимального развития и самоцель общественного производства. Теоретические основы функционирования экономики раскрыты с точки зрения современных представлений о развитии, принципов организации с учетом мотивационных аспектов теории ценности и экономического роста. Оригинальность такого подхода состоит в том, что делается попытка структурно рассмотреть эффективность альтернативных форм, где отводится особое место ценностным переориентациям как главному условию обеспечения устойчивого развития экономической системы в условиях глобализации и социально-экономической ситуации в России. Монография рассчитана для студентов, обучающихся по общегуманитарным специальностям, а также для аспирантов и преподавателей естественнонаучных направлений.

## ВВЕДЕНИЕ

Особенность современного развития, его парадокс заключается в том, что человечество, освоив космическое пространство и, проникнув в тайны материи, до сих пор не сумело открыть и сформулировать самые важные для собственного благополучия принципы и законы, на основе которых стало бы возможным создание адекватных человеку стройных систем, способствующих свободному проявлению высшей цели человеческой цивилизации.

Качественные преобразования системы хозяйства – это всегда какая-то альтернатива, в которой определяющую роль играет заданность развития, центром которой выступает экономическая категория «ценность», расширяющая наши представления о механизмах построения экономической структуры общества.[1] Категория ценности придает новое измерение – нравственно-этическое. Такой подход дополняет традиционные представления о категории стоимости и наполняет ее новым содержанием, делая ее более содержательной по форме, а вместе с ней и содержательной по существу, что раскрывает возможности построения отношений, в которых эффективности экономического устройства будет предопределяться нравственно-психологической основой. Качественная сторона этих преобразований раскрывает по-новому природу хозяйственного механизма, а вместе с ним и тип отношений, где мотивационная основа формирует предпосылки развития новой экономики.[2]

Обеспечение эффективности, основным его звеном является мотивационная составляющая, формирующая многовариантный комплекс новых возможностей и новых направлений развития, в основе которых лежит ценность как экономическая категория. Она раскрывают подоснову экономического развития и создают базовые предпосылки для возрождения форм отношений социально-нравственного характера. Социальный аспект ценности с точки зрения развития экономических отношений остается по-прежнему мало исследованным, а между тем, именно он порождает новый феномен отношений, крайне востребованных в современных условиях глобальной трансформации технологического и социального уклада общества. Используемые категории в экономическом механизме такие как стоимость и ценность носят разнонаправленный характер развития, влияние которых ощутимо и способно изменить всю иерархию отношений не только в экономике, но и в общественном устройстве.[3] Данное обстоятельство диктует возрастание значимости новых вариантов развития с ценностной основой, ибо стоимость и ценность – это противоположные альтернативы, и без интегрированного подхода раскрыть сложность экономических отношений практически невозможно. В этой связи роль ценности исключительно велика, так как она позволяет элементы рыночных свобод направить в рациональном русле и изменить не только экономическую сторону отношений, но и изменить отношения к человеку как к центру и потенциалу всего общественного устройства. Ценностной подход позволяет выявить причинно-следственные связи, их зависимости и определить коренные целевые установки по формированию условий для раскрытия мотивационной природы человека.

## ГЛАВА 1. ПРИНЦИПЫ УСТОЙЧИВОСТИ В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ

### 1.1. Структурные и функциональные изменения в системе хозяйства современного общества

Научно-технический прогресс сопровождался не только значительным ростом масштабов хозяйства, но и интенсивной диверсификацией его отраслевой и воспроизводственной структур, дальнейшим развитием общественного разделения труда в том числе и особенно в международном масштабе, процессов специализации и кооперирования. Еще большие структурные изменения сопутствуют процессам глобализации в современную эпоху.

Важное место среди причин структурной усложненности принадлежит перераспределительным механизмам – финансам, кредитно-банковской системе, денежному обращению. Масштабы перераспределительных отношений, находящих свое выражение в перераспределяемой части чистого или конечного продукта, ВВП, в ходе развития существенно увеличивались. Это вызвано тем, что первичные отношений распределения доходов неспособны удовлетворить требования как общественного воспроизводства, так и реализации растущих и диверсифицирующихся функций государства и общества в целом. Например, удельный вес государственных финансов в ВВП в группе экономически развитых капиталистических стран в 20 в. возрос с 14-15 % перед мировой войной до 45-50 % в среднем в 90-е гг.[4].

Усиление воздействия внешних факторов в механизмах воспроизводства, выразившееся в росте, например, удельного веса внешнеторгового оборота и изменении экономических структур, особенно значительно для стран, в ВВП которых доля внешнеэкономических показателей особенно высока.

Существенным фактором структурной усложненности выступают не только система международного разделения труда, но и системы общественного его разделения в рамках национальных экономик, которые в ходе экономического и технологического развития заметно диверсифицируются и углубляются. Развитие технологических связей реализуется в том, что наряду с межотраслевым разделением труда получает дальнейшее развитие внутриотраслевая специализация в сфере производства не только конечной продукции, но и деталей, узлов, комплектующих. Соответственно усложняется вся система технологических цепочек, и в результате повышается значение мультипликационных коэффициентов (эффектов), которые в свою очередь существенно дифференцируются применительно к различным компонентам ВВП на стадии, в частности, его конечного использования. По расчетам спецалистов, наибольший мультипликатор присущ производственным инвестициям, наименьший – личному потреблению[5].

Растущая структурная усложненность имеет своим следствием общее усложнение и всей системы экономического менеджмента, в том числе стратегического, производственного, финансового, инновационного, маркетингового, а также управления человеческими ресурсами.

Таким образом, общее усложнение структурных и функциональных параметров воспроизводственных процессов, их организационных и управленческих механизмов является закономерным следствием научно-технического и экономического прогресса.

Вероятностный характер экономических процессов непосредственно связан с многовариантностью экономического развития и его механизмов, когда достижение определенной цели возможно в одной единственной форме или одним путем, а лишь при наличии ряда возможных вариантов. На практике же реализуется по необходимости лишь один из них. Если он не отвечает требованиям оптимальности, то это приводит к ухудшению экономической обстановки, снижению эффективности, а в крайних случаях – к глубокому кризису и развалу экономики со всеми соответствующими социально-политическими последствиями.

Как было отмечено, экономический рост является результатом крайне сложного взаимодействия многопланового комплекса его усложняющихся условий и факторов, в том числе состояния (прогресса) науки и техники, рабочей силы, распределительных и перераспределительных отношений, экономического менеджмента и эффективности систем экономического регулирования на всех уровнях, состояния денежного обращения и цен, степени и характера участия в международном разделении труда. Но на эти и иные факторы и сложные системы их взаимодействия оказывают большое, а порой решающее воздействие факторы внеэкономические, в том числе социально-политические и субъективно-психологические. Важная причина вероятностного характера экономического развития – субъективный фактор. От него непосредственно зависит эффективность всей системы экономического менеджмента и экономики в целом. Кроме того, в управленческой практике последнего времени отмечается усиление такого феномена, как повышение уровня неопределенности внешней среды. При этом многочисленные попытки минимизировать отрицательное воздействие этого фактора с помощью использования методов экспертных оценок в различных формах не привели к положительным результатам[6]. В этих условиях еще больше усложняется вся система экономического прогнозирования, в рамках которой неслучайно разрабатывается не один, а несколько альтернативных сценариев, что закономерно, поскольку точно предсказать дальнейшее развитие хозяйства невозможно.

Следует отметить, что обеспечение полностью сбалансированного, максимально эффективного взаимодействия комплекса этих факторов в рамках единой и крайне сложной экономической системы практически невозможно в любой стране. В каждой их них экономическая система функционирует по-разному, с большей или меньшей эффективностью, в зависимости от практически не поддающегося детализированному прогнозированию взаимодействия многочисленных внутренних и внешних, экономических и внеэкономических, объективных и субъективных, общих и национально-специфических факторов. Этим обуславливается не только многовариантность, но и вероятностный характер самого процесса развития. При наличии ряда вариантов на практике реализуется один из них. Реализация определенного варианта зависит от сложного комплекса взаимодействующих условий, то есть от их многовариантных параметров, предсказать заранее конкретные показатели которых невозможно.

Важная причина вероятностного характера экономического развития – субъективный фактор. От него непосредственно зависит эффективность всей системы управления экономикой в целом. В управленческой практике последнего времени отмечается усиление такого феномена как повышение уровня неопределенности внешней среды, что значительно усложняет процесс управления. Многочисленные попытки минимизировать это влияние не дали желаемых результатов[7].

В силу изложенного становится очевидно, во-первых, что система всеобщего директивного планирования не соответствует современным условиям хозяйствования и, во-вторых, в рамках государственной экономической политики обоснованно утвердилась модель индикативного планирования, имеющая стимулирующий и регулирующий характер, а отчасти – рекомендательный и ориентировочный.

Относительно теории циклов, одним из вариантов которой является концепция больших волн, отметим, что общепризнанная теория отсутствует. По многим вопросам мнения исследователей существенно расходятся, в частности, ряд специалистов отрицают существование больших волн[8].

Интерес к теории больших волн возродился с 70-х гг. 20 в., в период замедленных темпов экономического роста.

Основой данной теории является заключение о том, что в развитии экономики прослеживаются большие циклы продолжительностью в 50-60 лет. Каждый из данных циклов состоит из двух периодов равных 25-30 годам: повышательной экономической динамики и ее понижения[9]. В первый период наблюдается нехватка капитала, во второй – его избыток. Соответственно различаются и другие экономические показатели.

Двухфазная система больших циклов, по мнению отдельных экономистов[10], не учитывала многих условий и факторов экономической динамики и этим объясняются попытки разработать более дробную схему – четырехфазного цикла; в дальнейшем были предложены и другие подходы, включавшие, например, специальную фазу так называемого межфазного периода или подразделение фазы экономического подъема на две фазы и т.п.

В рамках двухфазной модели было введено четыре цикла, по которым имелась соответствующая информация: 1790-1844 гг.; 1844-1896 гг.; 1896-1940 гг.; 1945-2005 гг. В последнем цикле повышательная фаза продолжалась до первой половины 70-х гг., а затем началась фаза замедления социально-экономического развития – с 1975 г. по настоящее время[11].

Конкретные условия и факторы экономической динамики в большие периоды времени существенно различались, и тем не менее большие циклы и смена фаз в рамках каждого из них прослеживалась достаточно определенно. Это означало, что периодичность больших циклов, ее коренные основы связаны с глубинными причинно-следственными закономерностями, общими для разных периодов экономического развития. В основе такой динамики лежат кумулятивные результаты взаимодействия сложного комплекса основных факторов и условий расширенного воспроизводства, в том числе инвестиционной динамики научно-технического прогресса[12].

Система взаимодействия между НТП и экономическим ростом, его темпами и пропорциями опосредуется всеми другими звеньями воспроизводственного механизма, так как последний является единой системой.

### 1.2. Объективные закономерности многовариантного развития экономики России

Определение основных стратегических и тактических целей, структурных преобразований в процессе разработки национальной политики социально-экономического развития, а также выбор методов их реализации в современных условиях невозможны без учета глобальных процессов, протекающих в экономической, политической, культурной и социальной сферах жизнедеятельности общества. Как известно, политика развития любого государства подвержена влиянию многочисленных факторов и тенденций, которые могут быть учтены лишь частично при формировании стратегии социально-экономического развития. Соответственно, процессы, происходящие в мировой экономики, не могут быть полностью учтены при выработке политико-экономического курса страны, хотя, по мере возможности, необходимо стремиться к возможно более обстоятельному учитыванию глобальных процессов.

При этом особое внимание должно быть обращено на глобальные процессы, представляющие опасность для жизнедеятельности самых разных стран.

Исследование глобальных процессов в современной экономике необходимо базировать на системном анализе процессов, происходящих в мировой экономике в течение ряда десятилетий.

При анализе тенденций развития на всех уровнях экономики следует исходить их комплекса основных положений, имеющих принципиальное методологическое значение. Речь идет о положениях, которые воплощают в себе основные закономерности его развития. Эти закономерности, которым присущ общеисторический характер, представляют собой основу для анализа причинно-следственных взаимосвязей и функциональных особенностей экономических механизмов глобального развития. Эти положения находятся в иерархической сложной системе взаимодействия, функционируют в комплексе, в виде прямых и обратных связей, носят динамичный характер, отражающий эволюцию экономической системы.

Основополагающими тенденциями глобального развития экономики являются:

– увеличение возможности выбора между альтернативными вариантами развития;

– сочетание неравномерности, зигзагообразности и, в определенные периоды, спрямления развития;

– чередование ускорения и замедления развития;

– соединение в единое противоречивое целое предопределенных и вероятностных событий в развитии;

– интенсификация процессов реструктуризации и структурообразования по мере развития;

– цикличность развития;

– взаимодействие факторов, способствующих и препятствующих росту.

Значительные исходные различия и разнопорядковые изменения материальных, информационных и социальных факторов и условий развития на практике означают, что процессы развития проявляют себя не однозначно, трансформируясь через ряд возможных, вероятностных состояний. Из числа всех возможных вариантов в процессе развития реализуется только один. При этом нужно учитывать, что многовариантность на всех уровнях воспроизводства в различных странах или регионах выступает как результат самых различных факторов и условий: экономических, исторических, политических, демографических, природно-географических, религиозных, социально-психологических и др. В итоге формируется потенциал многовариантности, намного превосходящий реализованные варианты.

Многовариантность, отражая как структурные характеристики любого явления или процесса в каждый данный момент времени, так и их взаимодействие, существует в двух видах: структурном и функциональном, реализуясь не только в статике, но и динамике. Можно привести ряд примеров многовариантности, в частности, процесс развития национальной экономики характеризуется основными параметрами, каждый из которых носит многовариантный характер: темпы роста, норма накопления капитала, показатели фондоемкости, материалоемкости и трудоемкости общественного производства, уровень развития науки и техники и экономики в целом. В мировом хозяйстве не существует ни одной страны, где эти параметры были бы идентичны.

В каждый данный период многовариантность реализуется в различных моделях экономической организации, управления и функционирования через многочисленные конкретные комбинации условий и факторов экономического роста. По мере прогрессивного развития многовариантный потенциал экономического роста нарастает. В результате система экономического менеджмента усложняется в связи с закономерной модификацией и диверсификацией параметров внешней и внутренней среды. Модификации и усложнения охватывают также и соотношение объективных и субъективных факторов развития.

Воздействие жестко детерминированных вариантных процессов развития в экономической сфере (как и в других сферах) предопределяется тем, что объективные закономерности реализуются через целенаправленную человеческую деятельность, а субъективный фактор способен по-разному реагировать на изменяющиеся условия экономического развития.

При прочих равных условиях, возможности человеческого фактора объективно ограничены. В современных условиях, при усилении неопределенности внешней среды, возрастают возможности многовариантных реакций людей, а также действий, опережающих события.

Как свидетельствует исторический опыт, роль и значение человеческого фактора в ходе развития неизбежно повышаются. В условиях НТР и современного ее этапа – информационной революции – он превратился в решающее условие не только экономического роста, но и общественного прогресса в целом.

По расчетам[13], в структуре совокупного производительного капитала доля невещественного капитала в развитых капиталистических странах возросла с 21 % в 1913г. до 38 % в 1950г. и 52 % в 1990г.

Очевидно, что в перспективе следует ожидать дальнейшего повышения значимости науки, особенно НИОКР, образования, подготовки и переподготовки высококвалифицированных кадров как главных факторов общественного развития, роста экономического потенциала любой страны и мирового сообществе в целом.

Аналогичные тенденции прослеживаются и в группе развивающихся государств, но в данной группе стран человеческий фактор в структуре производительного капитала составил менее значительный рост, достигнув в 1990г. 17 % против 9% в 1950г. и 3% в 1913г[14]. Таким образом, значимость этого фактора экономического роста в развивающихся странах примерно втрое меньше, чем в развитых странах, что закономерно отражает различия в уровнях и структурных параметрах реализуемых в них моделей социально-экономического развития.

Важным фактором усиления многовариантности развития выступают процессы глобализации экономики, следствием чего является повышение роли внешнеэкономических факторов и механизмов роста национальных экономик во всей системе общественного воспроизводства. При этом интенсифицируется движение между странами основных факторов производства – товаров, капиталов, технологий, услуг, информации, рабочей силы. В результате, в конечном итоге и развивается система мирового воспроизводства. При этом прослеживается закономерное умножение вариантов сочетаний и взаимодействий, факторов и процессов экономического развития; соответственно, возрастает многовариантность на всех уровнях воспроизводственного процесса.

Эти перемены обусловили формирование новой модели экономического развития, получившей название новой экономики. Как правило, она ассоциируется с развитием информотехники, информационных технологий и информсистем. Однако такая трактовка представляется односторонней, поскольку указанные процессы неотделимы от неизбежной модификации и модернизации всех других отраслей экономики, означая новый этап в экономическом развитии.

Таким образом, многовариантность в сочетании с одновариантной детерминированностью характерна для всех составляющих постоянно изменяющегося механизма экономического развития.

Неравномерность развития представляет собой результат многовариантности взаимодействия широкого комплекса факторов и условий экономического роста. Развитие отдельных явлений, процессов, структур, всегда сопровождается неравномерным изменением составляющих их компонентов. В противном случае воспроизводятся прежние структуры, реструктуризация становится невозможной. Воспроизводство системы, процесса, явления в неизменном структурном виде равнозначно отсутствию качественного развития.

Неравномерность проявляется как на всех уровнях воспроизводственного процесса, начиная с микроуровня (единичные явления и процессы) и кончая мировым уровнем. В основе многовариантности развития лежат самые различные варианты конкретных условий и факторов развития. Их многовариантные сочетания, комбинации, взаимодействия с разной степенью интенсивности приводят к неоднозначным результатам, что усиливает неравномерность развития.

Многовариантность экономической динамики является основой для различий в темпах роста, в количественных, качественных и структурных параметрах развития, в конечном итоге приводит в действие механизм неравномерности экономического развития отдельных стран и регионов.

Неравномерность отчетливо прослеживается в социально-экономической динамике стран Запада и Востока. Согласно исследованиям В.А. Мельянцева, до 16 в., т.е. в доиндустриальную эпоху, страны Востока (Китай, Индия, Египет и др.) развивались опережающими темпами и в результате до промышленной революции на Западе обнаружили признаки перехода к экстенсивно-интенсивной модели роста (с точки зрения социально-экономического развития стран мира в указанный период). В результате, данные страны достигли примерно двукратного, а Китай трехкратного превосходства в уровнях экономического развития по сравнению со странами Запада. Лишь в 16 в. странам Запада удалось догнать Восток, а прогрессирующее отставание последнего в дальнейшем было связано с комплексом причин, включавших природные и социальные изменения, социально-экономические последствия и издержки восточных деспотий. В то же время, страны Запада осуществляли переход к более прогрессивной модели развития на фундаменте индустриальных технологий. Этому также способствовал ряд факторов, в том числе природно-географических и институциональногосударственных. Кроме того, особую роль сыграла колониальная экспансия, существенно приостанавливающая развитие на Востоке и способствовавшая опережающему росту в странах Запада.[15] В период после окончания Второй мировой войны положение существенно изменилось: в условиях краха колониальной системы, сопровождавшегося изменениями в отношениях распределения мирового богатства, темпы экономического роста освободившихся от колониальной зависимости государств в целом возросли, и в конце 20 в. их удельный вес в мировом ВВП достиг 35 %, в том числе КНР – 10%[16].

Что касается экономически развитых капиталистических государств, то они также демонстрируют значительную неравномерность экономической динамики. В 20 в. в развитии этих государств интенсифицируются процессы неравномерности, о чем свидетельствуют данные об изменении долей ведущих стран в мировом ВВП (см. таблицу1.1.).


Таблица 1.1.

Сравнение ВВП США и других капиталистических стран (в % к показателям США)

Источник: World Development Report. 2000/2001. P. 274-275; Новая и новейшая история. 1979. №6, С.33.


Следует отметить также тенденцию к сглаживанию, нивелировке уровней развития, но она перекрывается, пересиливается тенденцией неравномерного развития. Взаимодействие этих двух тенденций порождает зигзагообразность развития.

В условиях информационной революции проявилась новая тенденция – к усилению различий не только между группой экономически развитых стран и отсталой частью, иначе говоря, периферией мирового хозяйства, но и в группе развитых стран по уровню развития информационных технологий. Абсолютное лидерство в этой области принадлежит США. Например, из общего числа пользователей Интернета – 333 млн. в марте 2000 г. – пользователи из США составляли половину данного показателя, тогда как из стран Европы – около 20 % и Японии – 8%[17]. Неравномерность развития проявляется также в неравномерных изменениях структур национальных экономик, факторов производства и потоков капитала. В частности, увеличение удельного веса обрабатывающей промышленности сменилось ее стабилизацией, а с 70-80-х гг. 20 в. – сокращением[18]. Результатом такого структурного сдвига явилось возрастание доли сферы услуг.

Что касается структуры факторов производства, то в условиях интенсивного научно-технического прогресса значение информационных факторов закономерно и форсированно повысилось. Одновременно существенно изменилась структура функционирующего капитала. Опережающее накопление ссудного капитала по сравнению с действительным, представленным основным капиталом, подтверждает тот факт, что в странах «большой семерки» удельный вес капитала в ссудной форме в 1960-1998 гг. возрос с 66 до 78 %, а действительного капиала понизился соответственно с34 до 22%[19].

В условиях неравномерности экономического и социального развития различных стран, ряд государств характеризуется высокоразвитыми экономическими и социально-политическими структурами, другие находятся на более низких ступенях. Это обуславливает возможность их взаимодействия, в ходе которого менее развитые страны, используя опыт передовых государств, могут ускоренными темпами развивать свою экономику и социальную сферу. Для этих государств не существует объективной необходимости, и они не имеют возможности проходить последовательно все стадии или фазы прошлого классического развития.

Таким образом, неравномерность развития в ряде случаев сопровождается спрямлением пути отдельных стран, чему соответствует скачкообразность развития. При этом опыт передовых стран, реализованная ими в ходе социально-экономических преобразований модель экономической организации, управления и функционирования служат для развивающихся государств ориентиром в их эволюции, осуществляемой скачкообразно.

Спрямление пути развития, его оборотной стороной является скачкообразность – это закономерность, которая присуща не всей истории человечества, а лишь тем ее этапам, когда развитие коммуникаций (отношений) между различными народами и государствами достигло уровня, обеспечивающего обмен опытом, знаниями, специалистами, техникой и другими факторами производства. Существенное значение в этом аспекте имеет развитие транспорта и систем связи, что особенно характерно для периодов новой и новейшей истории. Об этом свидетельствует опыт стран, которые, позже вступив на путь капитализма, форсированно, в более сжатые сроки прошли соответствующие фазы развития. На каждом историческом этапе большинство стран мира осуществляют стратегию догоняющего развития, которая, собственно, и воплощает в себе модель спрямления. В современную эпоху сфера действия данной закономерности значительно расширилась.

Реализация модели спрямления, как свидетельствует опыт, является сложной задачей, поскольку не может быть ее единообразного варианта, так как страны, отставшие в социально-экономическом развитии, находятся на разных социально-экономических уровнях, каждая из которых характеризуется специфическими параметрами и условиями развития, в том числе сильно различающимися факторами производства и возможными схемами их комбинирования. В целом, спрямление пути сопровождается сокращением и совмещением разных этапов и фаз развития и исключением ряда из них.

При реализации модели спрямления необходима более эффективная система финансирования, норма накопления капитала в этом случае закономерно повышается по сравнению с достигнутым уровнем. Выполнить эту задачу способно, прежде всего, государство с помощью перераспределительных систем.

Однако только высокого уровня накопления капитала недостаточно, поскольку использование накопленных средств в больших масштабах должно сопровождаться, с одной стороны, технологическим обеспечением, а с другой – наличием кадров, способных эффективно реализовывать модель спрямления. Что касается технологического фактора, то, поскольку отставшие страны не располагают, как правило, соответствующим потенциалом, существенное значение приобретают инновационный импорт из более развитых государств, а также усилия по наращиванию собственного научно-технического потенциала[20]. Это требует значительных дополнительных затрат и, как правило, сопровождается импортом иностранных капиталов в разных формах и привлечением иностранных специалистов.

В данной связи можно провести аналогию в отношении национальных кадров, поскольку для успешного осуществления стратегии спрямления необходима эффективно функционирующая система образования, обеспечивающая необходимый уровень грамотности населения, квалификации рабочей силы и подготовки кадров управленцев. Использование передового зарубежного опыта экономического и технологического менеджмента в этом случае имеет существенное значение, равно как и программы подготовки управленческих кадров в учебных центрах передовых государств.

Для осуществления стратегии спрямления необходим определенный уровень социально-экономического развития как изначальный рубеж, и не все государства «третьего мира» способны своими силами реализовать указанную модель, как это сделали новые индустриальные страны, которые достигли в целом значительных успехов.

Как свидетельствует опыт, реализация модели спрямления неотделима от многовариантности. Последняя, в частности, связана с тем, какая модель (цель) и итог преобразований были выделены среди прочих приоритетных показателей и направлений. Поскольку капиталистические страны прошли в своем развитии ряд последовательных ступеней, реализация модели спрямления необязательно означает ориентацию на передовой ее вариант. Менее эффективные варианты применяются в тех странах «третьего мра», которые неготовы к реализации современной модели экономической организации и управления.

При успешной реализации модели спрямления появляется новая тенденция. По мере интернационализации экономической жизни, взаимного обмена и обогащения опытом развития в моделях экономического роста, его технологических основах и социальных параметрах все в большей мере проявляется тренд к уравнению, усреднению условий и факторов развития, к нивелировке его уровней. Полностью этот тренд не реализуется в силу многочисленных противодействующих факторов.

Ускорение развития реализуется в двух формах: общей и частной. Общая присуща всему историческому развитию человечества, частная есть следствие феномена спрямления пути. Общая закономерность может быть проиллюстрирована данными о темпах мирового экономического роста. Например, если в 1900-1950 гг. среднегодовой темп прироста составлял 1,9 %, то в 1950-2000 гг. – 4%[21].

В абсолютных размерах моровой ВВП в 20 в. вырос в 19 раз против 15 раз в 19 в. и 3 раз в 18 в.[22]. Одновременно значительно увеличилось и население планеты, причем наибольший прирост произошел в 20 в.: прирост населения был больше, чем в 19 в., в 6,6 раза[23].

Как отмечалось выше, составной частью общего ускорения является спрямление путей развития. Их общая основа – прогресс техники и технологий, науки, образования, совершенствования систем экономической организации и управления. Одновременно увеличивается показатель фондовооруженности труда, его производительность.

Ускорение экономического развития было непосредственно связано с возникновением и развитием системы государственного экономического регулирования, а также регулирования на локальных уровнях, осуществляемого в рамках крупных корпораций, концернов и экономических ассоциаций и объединений. Следствием такого регулирования, совмещенного с системой маркетинга, явилась существенная модификация фаз капиталистического цикла.

Ускорение развития реализуется в скачкообразности социально-экономической динамики, которая в большинстве случаев является следствием спрямления пути, то есть, означает сжатие развития во времени. С точки зрения экономической науки, это находит выражение в ускоренной модернизации всех параметров воспроизводственного процесса, в том числе в изменении его отраслевой, технологической, воспроизводственной и организационной структур, в ускорении научно-технического прогресса, в соотношении экстенсивных и интенсивных факторов роста, в динамике производительности труда и т.п.

Успешная реализация ускоренного развития требует особого внимания к ряду других факторов, прежде всего, к системе подготовки и переподготовки кадров, к системе накопления капитала, поскольку значительно возрастает инвестиционный спрос. В данных условиях неизбежно повышение роли государства для выполнения этих и аналогичных задач развития.

Экономический прогресс сопровождается нарастающим усложнением структурных параметров экономики, механизмов экономического роста, включая не только увеличение количества их компонентов, но изменение качественных параметров последних, а также усложнение условий и систем их взаимодействия. Рост общих масштабов экономики, о чем свидетельствует динамика развития мирового ВВП, подтверждает данный вывод.

В основе этих процессов лежит научно-технический прогресс, о котором можно судить по данным об ускорении информационных процессов. По подсчетам специалистов, объем знаний, информации, удваивался за следующие промежутки времени: первое удвоение заняло 1650 лет – с начала нашей эры и до середины 17 в., второе – 350 (с середины 17 в. и до 1900г.); третье – лишь 50 (с 1900г. до 1950)[24]; четвертое – 20 (с 1950г. и до 1970г.); пятое – 12 лет (с 1970 и до 1982г.). По некоторым оценкам, в 1983-1992 гг. объем знаний, информации, возрос еще как минимум в 2,6 раза[25].

## ГЛАВА 2. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ СИСТЕМЫ В УСЛОВИЯХ МНОГОУКЛАДНОСТИ И ВЛИЯНИЯ ПРОЦЕССОВ ГЛОБАЛИЗАЦИИ

### 2.1. Перспективы возрождения устойчивых экономических отношений в современном рыночном пространстве

Россия стоит на пути духовного возрождения. Это выразится в переориентации центра тяжести общества от материального эгоизма на живую нравственность, распространении сугубо внутренней религии открытого, любящего сердца, которая вдохнет новый животворящий импульс в православие, ислам, буддизм, обеспечит их содружество, но без слияния в единую религию с потерей своих исторических лиц, столь необходимых разным народам. Распространятся новые философские идеи, приоткроются многие тайны мироздания, возникнет цепная реакция открытий в естественных науках, колоссальный рывок сделает техника и технологии.

Для духовного возрождения России имеются достаточные предпосылки. Чтобы их уяснить, нужно обратить внимание на нижеследующие моменты.

Во-первых, духовная религиозная сила никогда не угасла в русском народе. Но она была ложно направляема. Даже в условиях тотального обогащения определенного слоя русских, наблюдается религиозное рвение, служение личному богатству в качестве аналога Бога. Для русских /и россиян в целом/ наиболее характерно не стремление к богатству как таковому, а жажда признания своей личности другими людьми, социумом в целом, через достигнутое личное богатство» Отсюда показное роскошное потребление, в отличие от обогащающихся иностранцев, ведущих сравнительно экономную жизнь и инвестирующих деньги в рост.

Во-вторых, духовная религиозная сила принесет свои благие плоды лишь после того, как исчерпаны, изжиты все всевозможные варианты искажения и извращения идей, первоначально исходящих из Духа. Действительно, Россию уже не соблазнить ни марксистским коммунизмом, ни прозападным капитализмом, В то же время русский народ не может жить без живого духовного стержня. Вскоре он проявится, найдя адекватные себе формы, выражения. Западные страны, как и Россия, тоже уже изжили все социальные иллюзии и утопии. Но в отличие от России, в них уже нет той духовной пассионарной силы, которая способна обеспечить прорыв в новое духовное качество. Подобная духовная сила в избытке наличествует в странах третьего мира, однако эти страны еще не изжили многих социальных обольщений, в связи с чем их духовная сила может быть дезориентирована фанатизмом, межрелигиозными и межэтническими противостояниями и конфликтами.

Во всем западном мире, в последнее время и в России, усиленно нарастает криминализация общества, вплоть до того, что на горизонте уже маячит воцарение криминалократии. Иного не может быть в обществе, где высшей, доминирующей силой являются деньги, где существует болезненная двойственность, проявляющаяся в официальных институтах власти, с одной стороны, и теневым воздействием на чиновников при помощи денег и террора – с другой. Теневое воздействие постепенно набирает силу и в конечном итоге ставит под полный контроль все сферы власти и СМИ. Так воцаряется криминалократия.

Преодолеть сползание к криминалократии можно только на основе нравственного, духовного возражения общества, преодоления его болезненной двойственности и теневой инспирации. Это можно сделать только при приходе к власти лидеров, способных вести открытую игру, залогом чего является преследование ими целей, которые нужно не скрывать, а напротив – пропагандировать и разъяснять.

Нравственное возрождение России, которое в ближайшие годы совпадает с кардинальным изменением вектора материальной выгоды /силовые структуры, в том числе спецслужбы, для самосохранения и предотвращения краха государства вскоре развернут тотальную борьбу с преступностью так, что бороться с криминалитетом и конфисковывать накопленные им ценности станет более выгодным, чем наживаться преступным путем/ позволит нашей стране ликвидировать угрозу воцарения криминалократии, кардинально улучшить правопорядок.

Удается ли это сделать странам Запада? Без отказа от культа наживы – нет. Но именно культ наживы в последние годы, в сочетании с идеологией тотального либерализма, открывающего все шлюзы самой разнообразной преступности, начинает все более доминировать в общественном сознании Запада, оттесняя на второй план традиционные христианские ценности. Движущей силой этого процесса на Западе являются деньги: богатые хотят платить возможно меньше налогов, а потому финансируют распространение теорий тотального либерализма, предполагающего дешевое, хотя и антисоциальное государство; обогатившаяся преступность хочет легализоваться, финансируя криминализацию общественных идеалов и нравов.

Подъем экономики России начнется лишь после изменения политико-экономического курса, осуществляемого по сценарию МВФ, Так называемая жесткая финансовая политика, имеющая в своей основе усиление диспропорции между оценкой товарной массы и явно недостаточным количеством денег /резко сокращает спрос и тем самым удушает производство, что камуфлируется ложью о том, будто причина инфляции в избытке денег у населения в то время как главная причина российской инфляции – в перераспределении общей массы денег в стране в процессе первоначального накопления капитала в пользу спекулятивно-посреднических и криминальных структур, чьи доходы эквивалентны примерно 2/3 розничных цен всех товаров и услуг, что подтверждает и факт стремительного роста российских цен не только в рублях, но и долларах/.

Когда РОССИЯ начнет развивать экономику за счет внутренних инвестиционных ресурсов, стабильно встанет на путь процветания, в страну потечет иностранный капитал производительной направленности, в отличие от притекающего в настоящее время спекулятивного финансового капитала, стремящегося за каждый доллар портфельных инвестиций выкачать из страны ценностей на сотни долларов. Выбор между капитализмом и социализмом, навязываемый примитивной пропагандой, камуфлирует существо проблемы.

Во-первых, существует два вида капитализма. Есть капитализм предпринимательско-производительный, обогащающий капиталиста в качестве доли от обеспечиваемого им обогащения всего общества. Такой капитализм нужно приветствовать, В России распространяется главным образом не прогрессивный капитализм, а финансово-посредническо-криминальный капитализм компрадорской ориентации, связанный с формированным обогащением узкого социального слоя не просто за счет перераспределения созданных народом богатств в свою пользу, но и путем катастрофического разбазаривания богатств страны. Капитализм такого рода следует признать преступным.

Во-вторых, социализм тоже бывает двух типов. История являет нам как догматически идеологизированный, насильственно насаждаемый тотальный социализм, так и социализм разумный, проявляемый в самых разнообразных формах на почве социально ориентированного государства и народного самоуправления.

В будущей России постепенно сформируется смешанная социально-экономическая система, вбирающая в себя лучшие черты прогрессивного капитализма и разумно-гуманного социализма, соединяющая эти черты в единое целое вокруг стержня национально-государственных интересов страны. При этом в политической системе будет постепенно складываться оптимальный баланс между интересами личности, коллективов, государства, общества в целом.

Прозападные "демократические" партии и движения, приведшие страну к краю пропасти, не имеют в России будущего. Национально-патриотическая переориентация политико-экономического курса неизбежна. К этому толкают несколько факторов.

Во-первых, экономическая модель МВФ не позволяет России на должном уровне финансировать армию и спецслужбы, без чего правители не смогут удержаться у власти.

Во-вторых, общественному сознанию все яснее становится бесперспективность проводимого курса, что, в сочетании с растущей обеспокоенностью за судьбы детей, подготавливает резкую смену вектора развития.

В-третьих, в стране вызрела критическая масса, обладающая для изменения курса достаточной силой / военные; патриотически настроенные граждане во всех сферах народного хозяйства, вбирающей в себя, помимо прочего, силы 25 млн. русских, подвергаемых геноциду в странах СНГ; несколько миллионов предпринимателей, которым сначала позволили обогатиться, а потом перекрыли кислород, оставив возможность дальнейшего обогащения лишь для наиболее крупных хищников; директорский корпус, сначала подкупленный приватизацией, а потом поставленный в искусственно созданные условия банкротства с тем, чтобы приватизированные предприятия скупил за бесценок иностранный капитал/.

Итак, Россия вплотную приблизилась к новому витку своего развития, когда в глубине системного кризиса вызрели силы, способные сменить вектор спада на подъем.

Смена курса будет происходить в ожесточенной борьбе, страну ждут серьезные испытания. И тем не менее, понеся большие материальные потери /распалась великая держава – СССР, каждый год население сокращается на I млн. человек, производство упало более чем наполовину, производительные инвестиции заморожены, удушаются сфере науки, образования, культуры/, Россия вступит в XXI век на векторе подъема, излечившись от тех болезней, которые изнуряли ее на протяжении XX столетия. Великая Россия будет восстановлена в границах близких к прежним, так как народы бывших союзных республик, будучи экономически недееспособными без российских энергии и сырья, при разорванности прежних хозяйственных связей, сами потянутся к России, вступившей на путь процветания.

Главное – выздоровление духа, просветление сознания» Тогда материальные потери будут с избытком компенсированы, Россия многое потеряла в материальном плане за годы перестройки и радикальных деморыночных реформ, но зато прочно встала на путь духовного прозрения.

Провидение, святые России простерли над ней свое невидимое покровительство, допуская уроки страдательного очищения, но не позволяя стране погибнуть.

В то же время будем помнить народную мудрость: "На Бога надейся, но сам не плошай". Как в дальнейшем конкретно раскроется узор российской истории во многом зависит от всех нас. Даже один, внешне не выдающийся человек, может в критическую минуту равновесия чащи исторических весов своим поступком перевесить ее в ту или иную сторону.

Все идеологические и политические силы, называющие себя демократами, в той или иной форме разделяют теорию так называемой догоняющей цивилизации, когда России отводится роль догонять Запад по абсолютно всем параметрам, соответственно, не ломая голову копировать западный опыт, демонтируя до основания все советское наследие и строя заново /на пустом месте?/ подобие западного общества. При этом оставлен в стороне глубокий системный кризис переживаемый западной цивилизацией /потребительское общество с главным мотивом накопления капитала ведет к разрушению биосферы планеты, следовательно к гибели человечества, к духовному вырождению личности/, тот факт, что при отставании от Запада по ряду параметров, по другим параметрам СССР превосходил Запад. Кроме того, западную цивилизацию вовсе не следует догонять по уровню преступности, наркомании, сексуальных извращений и т.п.

Многие научные достижения и технологии в СССР на порядок превосходили свои аналоги в странах Запада, хотя и были сконцентрированы в ВПК.

Допустим, абстрагируясь от всех этих моментов, что Россия действительно будет развиваться в русле передовых западных стран. При этом зададимся вопросом, в чем именно состоит такое развитие. Постиндустриальное общество вырастает на базе преобразования индустрии при помощи информатизации, наукоемких технологий, наращивания научно-образовательного комплекса, превращаемого в главный приоритет развития. Имея все это в виду, а также помня, что научно-образовательный комплекс создается и формируется в течение многих поколений народа, и что СССР по критериям развитости научно-образвателього комплекса не только не относился к странам третьего мира, но и вполне мог конкурировать с любой западном страной, в том числе и с США, рассмотрим ситуацию складывающуюся в России с позиций перспектив постиндустриального общества.

1

Шухов Н.С., Щербаков В.Н.. Герасина О.Н. История русской политической экономии. – М., 2005 с. 204

2

Экономическая теория. Политическая экономия. Под ред. Ларионова И.К., Пилипенко Н.Н., Щербакова В.Н. – М., 2008 с. 186

3

Щербаков В.Н. Основы рациональной системы хозяйства. – М.: Винити, 1998, с. 235

4

World Financial Yearbook. 1997/ Wash… P. 462.

5

Бродель Ф. Динамика капитализма. Смоленск, 2001, С. 83.

6

Болотин Б.М., Громов Л.М. Эффективность капиталистической экономики – М.: Алма-Линк, 1990, С. 36.

7

Денисон Э. Исследование различий в темпах экономического роста. –М.: III тысячелетие, 1999, С.75.

8

Энтов Р.М. Эволюция буржуазной теории цикла: новые тенденции// Проблемы экономических циклов и кризисов в буржуазной экономической науке. – М. 1998, С. 73.

9

John R. Hicks, A Contribution to the Theory of the Trade Cycle, 3-rd ed. Oxford: Oxford University Press, 1956, P.37.

10

Овчинников Г.П. Макроэкономика. СПб.: Интердиалект, 1998, С.39.

11

Гальперин В.М., Гребенников П.И., Леусский А.И., Тарасевич Л.С., Макроэкономика. СПб.: Монпресс, 1994, С. 45-57.

12

LIPSEY R. G. An introduction to Positive Economics. N.Y.: W&N.: 1995, P.75.

13

Flora P. State, Economy and Society in Western Europe, 1815-1995. A Data Handbook. Vol.1,2. Frankfurt, 1999, P.46-54

14

ILO. Economically Active Population. Estimates and Projection. 1950-2025. Geneva, 2001/ Vol1.1,11,V.

15

Мельянцев В.А. Восток и Запад во втором тысячелетии: экономика, история и современность. –М., 1997. С. 94-97, 120,187,197.

16

World Development Report. 1999-2000. P. 214, 215, 256; 2000/2001. P. 274, 316.

17

Asia week. 2000.14 July. P.9; 2001. June. P.48.

18

Болотин Б.М. Шейнис В.Л. Экономика развивающихся стран в цифрах. Опыт справочно-статистического исследования. –М.: Мысль, 1988, С. 36.

19

Экономист. 2001. № 6. С. 73.

20

UNESCO. World Development Report, 2000. P. 57.

21

UN. Handbook of International Trade and Development Statistics. Wash., 1972-2001. P. 135.

22

Аттали Ж. На пороге нового тысячелетия. –М.: А-Пресс, 1997, С. 96

23

UN. Demographic Yearbook. Historical Supplement. N.Y.,1999, P.126.

24

Сухарчук Г.Д. Китай и Европа в дотехногенную эру. Социоестественные параметры развития// Двадцать пятая научная конференция «Общество и государство в Китае». – М., 1994.

25

Московское востоковедение. Очерки, исследования, разработки. – М.: 1997. С. 359.