Русь до Рюрика
Владимир Федоровский

© Владимир Федоровский, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Знать историю своей страны, своего народа необходимо каждому культурному человеку. Эту мысль высказывали многие известные люди настоящего и прошлого. В обобщённом виде она звучит так: народ, который не знает своего прошлого, не имеет будущего.

А знаем ли мы свою историю? Знаем ли мы историю русского народа, историю славян, историю новгородской Руси, историю киевской Руси? Кто такой был Рюрик? Какова история нашего народа до прихода Рюрика?

Если задать эти вопросы любому гражданину России, то ответ будет практически одинаковым и примерно следующим.

Рюрик был варяг, иноземец, то ли немец, то ли швед, которого новгородцы в 862 году пригласили княжить в их землях. Многие к этому добавят ещё перевод на современный язык текста из летописи «Повесть временных лет», написанной киевским монахом Нестором в 1112г: земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет.

А об истории нашей страны до Рюрика ничего определённого никто сказать не сможет, поскольку не учили нас этой истории в учебных заведениях.

И это очень печально, поскольку норманнская теория происхождения Русского государства является в корне ошибочной и лженаучной.

Рюрик был чистым славянином, никакие иноземцы не оказали существенного влияния на самобытность, культуру и язык русского народа, который имеет многовековую и многотысячелетнюю великую и славную историю.

Почему же так получилось? На это есть ряд причин.

Сначала поговорим о том, что написано в летописях.

«Повесть временных лет»

Вот что написано у Нестора в этой летописи (в переводе на современный язык):

Изгнали варяг за море, и не дали им дани, и начали сами собой владеть, и не было среди них правды, и встал род на род, и была у них усобица, и стали воевать друг с другом.

И сказали себе: «Поищем себе князя, который бы владел нами и судил по праву. И пошли за море к варягам, к руси. Те варяги назывались русью, как другие называются шведы, а иные норманны и англы, а ещё иные готландцы, – вот так и эти прозывались.

Сказали руси, чудь, славяне, кривичи и весь: Земля наша велика и обильна, а наряда в ней нет, да пойдёте княжить и владеть нами.

Так говорили посланцы новгородских племён, когда они пришли к Рюрику.

Слово наряд означает не порядок, а власть, управление, приказ. Даже сейчас бытует выражение наряд на дрова, наряд на квартиру, то есть распоряжение.

В некоторых летописях вместо слов: а наряда в ней нет, написано: а нарядника в ней нет. То есть, нет власти, нет начальника.

С другой стороны, нельзя же считать новгородцев совсем уж глупыми. Кто же будет говорить, что, мол, у нас в земле кавардак и хаос, и приглашать править чужеземца, чтобы он навёл порядок?

А слова: и пошли за море к варягам, к руси вовсе не говорит о том, что русь – это какое-то заморское, варяжское племя.

Варяги – это не нация, а профессия. Варягами в то время называли воинов и торговцев, которые приходили из других земель с мечом или торговать. Воинские отряды варягов набирались из наёмников разных национальностей, в том числе и славян.

Норманнская теория зарождения Русского государства утвердилась у нас потому, что нашу историю начали писать немцы, приглашённые в только что образованную Российскую Академию Наук.

Они плохо знали русский язык, не имели многих древних летописных источников, и которым было выгодно унизить русский народ, показать, что до иностранного князя у славян не было никакой культуры, и они жили как звери. Но об этом чуть позже.

Далее. «Повесть временных лет», то есть Лаврентьевская летопись, которая стала наиболее известной летописью среди историков, описывает, в основном, историю Киевской Руси, а о северных племенах славян в ней написано очень мало.

А о Руси до Рюрика вообще ничего не написано. Или у Нестора такой цели не было, и он не использовал новгородские летописи; или было какое-то соперничество в «старшинстве» южных и северных народов, и информация об истории северных народов в летопись специально не включалась.

А такая информация была в виде 14 разных Новгородских (Воскресенской, Никоновской, Иоакимовской и др.) летописей.

Новгородские летописи

Эти летописи, как первоисточники, использовал наш первый русский историк В. Татищев (1686 – 1750), который более 20 лет писал «Историю Российскую с самых древнейших времён».

Например, Иоакимовская летопись (ныне утраченная) была написана почти на 100 лет раньше «Повести временных лет», но без хронологии. Она повествует о 9 поколениях новгородских князей, правивших несколько сот лет, династия которых закончилась на Гостомысле.

В этих летописях подробно написано о том, по каким причинам и почему новгородцы пошли именно к руси.

Имена новгородских князей, по различным славянским и зарубежным источникам и сказаниям, известны с конца 5-го столетия н. э, когда Славен, потомок библейского Иафета, основал город Славянск.

После Славена получил известность князь Вандал, который правил славянами, ходил на север, запад и восток морем и землёю. Многие земли на побережье моря завоевал, и народы себе покорил.

После Вандала правил его сын Владимир, у которого была жена от варяг Адвинда – прекрасная и мудрая женщина, которую много лет новгородцы восхваляли в песнях.

Предпоследний новгородский князь Буривой (начало 9-го века) вёл тяжёлые войны с варягами, неоднократно побеждал их и стал обладать всей Карелией до границы с Финляндией. В одном из сражений его войско было разбито, он сам едва спасся и до конца своих дней доживал на окраине своих владений.

Варяги воспользовались этим и обложили новгородские земли данью. Новгородцы не стали долго терпеть варяжское иго, выпросили у Буривоя на княжение его сына, Гостомысла, который изгнал варягов из новгородской земли (овы изби, овы изгна, и дань варягам отрече).

Вот как о Гостомысле сказано в летописи:

Сей Гостомысл бе муж велико храбр, толико мудр, всем соседом своим страшный, а людем любим, расправы ради правосудиа. Сего ради вси окльни чтяху его и дары и дани даюсче, купуя мир от него.

Многи же князи от далёких стран прихожаху морем и землёю послушать мудрости, и видите суд его, и просити совета и учения его, яко тем прославися всюду.

Было у Гостомысла 4 сына и 3 дочери. Сыновья все умерли – кто от болезней, кто погиб в сражениях, а дочери выданы соседним князьям в жёны. Озаботился Гостомысл о наследнике и собрал вещунов.

Вещуны ему сказали, что боги обещают дать ему наследника от женщины его. Гостомысл не поверил им, поскольку был стар и не мог уже родить.

Но однажды ему приснился сон, будто бы сын от его средней дочери Умилы, которая была замужем за князем славян-ободричей (то есть, живущих на реке Одре) Годославом, будет новгородским князем.

Гостомысл собрал старейшин и вещунов от словен, руси, чуди, веси, мери, кривичей, дреговичей и поведал им свой сон, чтобы решить, что дальше делать.

Поскольку старшая его дочь, Милослава, была замужем за скандинавом, и её потомки были нежелательны новгородцам, Совет старейшин почти согласился c Гостомыслом, но послов к Годославу отправить не успел, поскольку Гостомысл вскоре умер.

В Никоновской летописи о призвании варягов говорится, что после смерти Гостомысла старейшины решили сначала поискать князя межь себе, да кто бы в нас князь был и владел нами; поищем и уставим такового или от нас, или от казар, или от полян, или от дунайчев, или от воряг.

Значит, новгородцы пытались найти лучший вариант, поскольку прямого наследника Гостомысла не было. И сначала хотели найти кандидата среди своих ближайших земляков-славян, знающего местные обычаи, культуру и язык, а не из немцев, римлян или скандинавов.

То, что поляне и дунайчи – есть славяне, сомнения не вызывает. Но почему козары? Дело в том, в Хазарском каганате было терпимое отношение друг к другу разных религий; часть славян занимала важные государственные посты и пользовалась влиянием в стране, о чём знали новгородцы.

Но этот процесс выбора князя после смерти Гостомысла затянулся почти на 3 года (Гостомысл умер в 859г, а призвали Рюрика в 862г), в течение которых происходили братоубийственные междоусобицы, поскольку всяк хотел князя из своей среды.

Но наследство по происхождению всегда на Руси было одним из главных условий в выборе князя.

Поэтому для примирения новгородцы решились на компромиссный вариант – позвали на княжение внука Гостомысла по женской линии, как и говорил о своём сне сам Гостомысл, нейтрального славянина (варяга, то есть живущего далеко).

Отличие киевской летописи от новгородских летописей состоит ещё в том, что в последних описываются не только история новгородских князей до Рюрика. В них присутствует много мелких подробностей о погодных катаклизмах – неурожаях и наводнениях не только в новгородской земле, но и в киевской.

А в «Повести временных лет» ничего этого нет. Это говорит о том, что новгородские летописи являются не только более древними, но и более полными, и более достоверными.

Интересен ещё вот какой факт. Официально годом основания Новгорода считается 859г – первое упоминание о нём в летописи Нестора.

А в новгородских летописях имеется много информации о правлении, как минимум, 9 колен новгородских князей – с 5-го века, когда был основан Славянск, который предшествовал Новгороду.

То есть, документальная история новгородских славян ничуть не меньше, чем история Киевской Руси (год основания Киева – 482), в которой есть большой пробел от Кия до Аскольда.

Да и по поводу Аскольда в летописях можно найти разночтения. Вот как излагает Татищев события по Иоакимовской летописи.

Рюрик по смерти братьев обладал всею землёю, не имея ни с кем войны. В четвёртое лето княжения его переселился от старого в Новый град великий ко Ильменю, прилежа о разбирательстве о земле и управлении, как то делал и дед его.

И чтобы всюду разбирательство справедливое и суд не оскудел, посадив по всем градам князей от варяг и славян, сам же проименовался князь великий, что по-гречески архикратор или василевс, а оные князи подручными. По смерти же отца своего правил и варягами, имея дань от них.

Имел Рюрик несколько жён, но более всех любил Ефанду, дочерь князя урманского, и когда та родила сына Ингоря, ей обещанный при море град с Ижорою в вено дал (дар жениха за невесту).

Славяне, живущие по Днепру, называемые поляне и горяне, утесняемы будучи от казар, которые град их Киев и прочие захватив, собирали дани тяжкие и работами изнуряющие, прислали к Рюрику старших мужей просить, чтобы послал к ним сына или иного князя княжить.

Он же дал им Оскольда и воинов с ним отпустил. (Хотя Иоаким точно сыном Рюриковым Оскольда не именовал, но обстоятельства утверждают, ибо киевляне не просили бы сына, если бы его не было).

Ингорь же тогда был ещё в пелёнках. И так как Оскольд был княгине Рюриковой пасынок (сын другой жены Рюрика), по-сарматски тирарь, то Нестор, не разумея сего слова, переменил в Дир и сделал из одного имени два: Оскольд и Дир).

Далее Татищев пишет, что Оскольд начал править Киевом, победил казар, пошёл на ладьях к Царьграду, но буря разбила его корабли. Тогда он поехал в Царьград для принятия христианства, что очень не понравилось киевлянам.

Дальше: Рюрик, отпустив Оскольда, был очень болен и начал изнемогать; видя же сына Ингоря весьма юным, доверил княжение и сына своего шурину своему Олегу (брату жены Ефанды), чистому варягу, князю урманскому.

Олег был муж мудрый и воин храбрый, слыша от киевлян жалобы на Оскольда и позавидовав области его, взяв Ингоря, пошёл с войсками к Киеву.

Блаженный же Оскольд предан киевлянами и убит был и погребён на горе, там, где стояла церковь Николая.

После того Олег обладал всей страной той, многие народы себе покорил, ходил воевать на греков морем и принудил тех мир купить, возвратился с честию великою и богатствами многими.

Завоевал же казаров, болгаров и волотов до Дуная (волоты – римляне, ныне волохи).

Можно также заметить, что в Новгородских летописях есть разночтения. У Никона новгородцы идут к варягам, к руси, а у Иоакима – к славянам-ободричам. Вроде бы получается противоречие. Но, на самом деле, если прочесть полностью новгородские летописи, противоречие снимается. Дело вот в чём.

Славяне в 5-м веке н.э.

Во 2-й половине первого тысячелетия – середине 2-го тысячелетия н.э. на территории от реки Лабы (Эльбы) до реки Одра (Одера) и от Рудных гор до Балтийского моря проживала большая группа западнославянских племён, которые назывались полабские славяне.

Они были объединены в три племенных союза: Лужицкие сербы, Лютичи (велеты) и Бодричи (ободриты). Князем Союза бодричей был Годлав (Годислав) – муж Умилы, второй дочери Гостомысла.

В Ободритский союз входило, и доминировало в нём, племя вагров, они же варги, они же варны, они же варины, они же варяги, они же русь. Русы располагались не только в устьях рек Одера и Эльбы, но и севернее – на знаменитом острове Рюгене (по-славянски Руян) в Балтийском море.

По свидетельству Гельмгольда, немецкого священника и миссионера, автора «Славянской хроники» (примерно 1160г), в которой он описал захват земель полабских славян германскими феодалами, племя, обитавшее на этом острове, издревле звалось ругами.

А в «Житии…» Бамбергского – тоже немецкого миссионера (примерно 1040г) – они назывались русинами, русами. В других средневековых немецких источниках и киевские племена, поляне, тоже назывались ругами и русами.

Над белоснежными скалами острова Руян возвышался город Аркона. Население острова, по словам Гельмгольда, пренебрегая всеми выгодами землепашества, всегда было готово к морским походам, надеясь на свои корабли, как главное средство к обогащению.

Они обложили данью всё славянское поморье, а сами никому не платили. Их правитель, единственный из всех славянских правителей, князей, носит титул короля, что говорит о священном характере его власти.

Остров Рюген (Руян) был главной святыней западных славян. К его главной святыне – четырёхглавому Святовиту даже в 11 веке шли пилигримы из далёких западных стран. Здесь был центр веры всего языческого славянства. Храм Святовита в Арконе был главным святилищем Поморья, а руане почитались, как священный народ, без которого не принималось ни одно важное решение.

Из других западных источников следует, что славяне занимали весь южный берег Балтийского моря многие века до нашей эры. В памяти народов они остались как руян-русы, варяги, вагры, ободриты, лютичи, поморяне. Они занимались и земледелием, и торговлей, и пиратством, превосходя в последнем занятии норманнских викингов.

В течение многих столетий варяги-русы были «язвой христианства», а Балтийское море не зря называлось Варяжским. Славяне построили на южном побережье этого моря множество городов, многие из которых сохранились до сих пор.

Это, как уже говорилось, Аркона на острове Рюген (Руян), Староград у вагров, Рарог у Бодричей, Дымин, Узноим, Велегаш, Гостков у лютичей, Росток, Волин, Штеттин, Камина, Колобжег, Белград у поморян и др.

Морские дружины русов-варягов столетия держали в страхе христианские города Европы и считались лучшей армией, способной победоносно действовать на суше и на море. Ходили русы-варяги не только по Балтийскому морю, их следы остались в Англии, Франции, Испании, Северной Африке. Они же проложили легендарный путь «из варяг в греки».

После непрестанной 400-летней борьбы с франкскими, германскими, датскими крестителями народы балтийских славян были постепенно вытеснены на Восток, ассимилированы, порабощены. Аркона стала последним славянским городом, чтящим своих праотеческих богов. И была завоёвана только в 1168г.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.