# Лабораторная работа

Rocklab.ru

В первый сборник проекта «Лабораторная работа» вошли стихотворения и песенные тексты участников музыкального сообщества «Rocklab», 2011 г. Авторы: Глю Кин, Катя Плетнёва, Михаил Репешко, Павел Серяков и др. Рецензенты: Александр Житинский, Юлия Неволина, Дмитрий Ревякин, Вадим Самойлов. Переиздание по материалам Rocklab.ru и lr.is81.ru.

© Rocklab.ru, 2016


Редактор-составитель Владимир Юрьевич Ильичев

Автор предисловия Вадим Рудольфович Самойлов


Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

## Предисловие


Когда проект «Роклаб» задумывался, я мечтал, чтобы он стал площадкой, где творческие люди смогут представлять плоды своего творчества не только публике, но и друг другу, искать и находить единомышленников, создавать творческие сообщества. Эта книга – самое настоящее воплощение моего желания.

Мне очень радостно, что активные, инициативные, молодые авторы нашли друг друга, задались общей целью и осуществили задуманное. Я желаю дальнейшего успеха всем поэтам, принявшим участие в создании этого сборника, и надеюсь, что это – только начало, и в будущем молодые авторы проекта «Роклаб» еще не раз продемонстрируют пример со-творчества в достижении общей цели.


Удачи!

> Вадим Самойлов, 2011

> Фото: © CC BY-SA 3.0 2008 Алексей Никишин

## Александр Черногоров

### Навалилось…

Навалилось… висит… скоро раздавит…
Слишком много всего, слишком тонкие грани.
И небо сошлось с капризной землёй,
Кто успел, тот запрыгнул обратно домой.

А мой дом отменили, и дали квартиру.
И теперь выжимаю с каждой нитки – по миру.
Чтоб не выгнали – слишком уж холодно там!
Этот город давно продался ветрам!

Этот город проникся любовью к коварству,
Он привык, пристрастился к дурному лекарству,
Что блокирует зрение, слух, и теперь —
Он не видит, не слышит… лишь хлопает дверь,

Когда вылетает кто-то из драки.
Если вдруг кто живой – доедают собаки —
Бродячие псы. Они тоже рабы
Городской мясорубки, этой страшной тюрьмы.

Но пока я на месте, и должен остаться,
Должен что-то решить, чтоб не оказаться
В той грязной игре. Но что-то гнетёт,
Действительность скалится, крошится лёд.

Ведь нельзя же так сразу вываливать всё
На плечи, на голову – хоть прыгай в окно!
Придавило, сжимает… до тошноты!
Отвратительный звук – это лопнули швы…

Что будет дальше, уже страшно представить!
Не отвертишься, поздно… уже не исправить.
Последний шанс – дёрнул… сломался стоп-кран.
И если это игра была – я проиграл…

### Валить!!!

Надо валить из реальности – срочно!
Здесь всё чужое и так дорого стоит,
Здесь ничего не клеится прочно,
Но каждый себе самому что-то строит.

Себе что-то строит, копает другому,
Ломает заборы и дёргает сваи.
Награбленное – всё в семью и всё к дому —
Вот так находя компромисс с небесами…

Здесь всё ненадолго, всё в известных границах,
Которые нас гоняют по кругу,
Здесь с детства всех учат, что люди не птицы…
И никто не спустил пока с неба нам руку…

Я много позволил сказать себе – знаю,
Но сил больше нет и молчать не желаю!
Валить надо срочно, любыми путями,
Вверх по течению – за облаками,

Или же вниз, в глубину, в никуда!!!
Но не протянуть мне здесь больше ни дня!
Реальность должна стать ничем, испариться!
Пусть даже придётся взлететь и разбиться…

Валить надо срочно – здесь душно и сыро,
Здесь каждый так хочет быть всем командиром,
И новых кумиров себе выбирая,
Строит столпы вавилонского рая!

Я не хочу!! – здесь нужно быть главным,
Но в тоже время всему и всем равным.
Надо бежать – я здесь всем что-то должен,
Хоть и не занимал ничего! Насторожен

Мой внутренний голос и, чуя, велит:

«Не поздно ещё – надо валить!»

## Dream. exe

### Из окна моей палаты

Я смешаю яд со сплином
Заварю покрепче чай
Сяду, молча, у камина
И забудусь невзначай

Из окна моей палаты
В свете уличных огней
За бетонною оградой
Скрылась тысяча чертей

По углам немые тени
Растворились в свете ламп
А в кустах смеются дети
Отрывая сотни лап

Из окна своей палаты
Вижу солнце, вижу мир
Из окна, мне так надо
Видеть солнце, видеть мир

В мою дверь не входят гости
Не стучится почтальон
Здесь война играет в кости
Засыпает легион

По дорогам скачут бесы
Ведьма варит эликсир
Каждый здесь на чьем-то месте
Здравствуй небо! Здравствуй мир!

Я смешаю яд со сплином
Заварю покрепче чай
Сяду, молча, у камина
И забудусь невзначай

Не вернусь в свою палату
Вижу солнце, вижу мир
Без решетки, без ограды
Так прекрасен этот мир!

## Георгий Музыкантов

### Цирк

Обведи места на карте мира,
Куда не ходят даже поезда.
Покажи, где вечно светит солнце,
И люди улыбаются всегда.

Знаешь, я б ответил, только
Сам не знаю, где и сколько,
Ну а если тыкнуть просто наугад…

Это же цирк!

Разукрась места на карте мира,
Где дуют только теплые ветра,
Разукрась там, где живет надежда,
Где никому не нужно и мечтать.

Растяни ее сильнее,
Можешь рвать ее и комкать,
Только никогда не будет,
Места этого на ней

Это же цирк!

## Ирина Бражникова

### Рассвет на брудершафт

В руке рука, во взгляде взгляд.
Мы как герои киноленты.
Коньяк по рюмочкам разлит.
И лёгкий флирт, и комплименты…

И соли пуд давно уж съели,
И согрешили в адюльтере,
Разбили ссор тарелок двести,
И боль утрат познали вместе…

Но мы друг другу всё простили.
Пустое всё! Ведь есть у нас
Сокровища в две пары глаз,
Пусть сладко спят они сейчас.

А мы, как много лет назад,
Допьём рассвет на брудершафт.
Нам слов не надо – полу-взгляд —
И сердце поменяет такт…

Желанья сок разлит, пьянит.
Сплетенье рук меня пленит…
Жена, любовница, блудница,
Я вновь готова раствориться
В бездонности любимых глаз,
Как в первый раз, в который раз…..

### Весна!

Весна – Лицедейка. Пока как предчувствие:
Эфирно, флюидно, пьянящими каплями.
Пока в полусне. Даже солнца отсутствие —
Кулисою плотной, перед спектаклем.

Недолго осталось, начнёт представленье!
Вступленьем – капель, оглушительно звонко!
Хмельные ветра природы цветенье
Растреплют для нас ароматами тонкими.

Закружимся в танце с Солнцеволосою.
И с песнями птиц, оголтелых от счастья,
Встречая рассветы, бессовестно босые,
Забудем морозную серость ненастий!

Всем в этом спектакле назначены роли:
Сыграем в Любовь, бесшабашную самую!
Напьёмся безумьем до страсти, до боли!
Сыграем же роль, может, самую главную!

### Три ипостаси одиночества

Нос весь в грязи, в чернилах ладошки.
Дырки в штанинах… Друг – только кошка.
Рыжий комок, одинокий подкидыш.
Хмурые люди… Капает с крыши…
Сердце скулит… Ночь сырая, туманная…
А дома бардак, да мать перегарная…

Одиночество – тётка вредная,
Депрессивно слезливая, нервная.
Шепчет на ухо голосом стуженным:
«Ты не нужен! Никому ты не нужен!»

…

Рано подъём… Сок свежевыжатый…
«Ролекс» часы, висок стильно стриженный…
Тачка крутая, совещания в «Боинге»,
В банках счета, дом на Остоженке…
Счастья вот нет – любовь лишь продажная!
Баксово—евровая, бумажная…!

Одиночество – тётка коварная,
Неподкупная золотом, цепкая, хваткая…
Шепчет упорно голосом стуженным:
«Нужен твой счет – никому ты не нужен!»

…

Пятьдесят! Юбилей! Нафталин поздравлений…
Пара верных друзей помнит блеск выступлений,
Как ревели трибуны! Срывали овации!
Крах… Обида… Запой. И годы в прострации…
Супермегазвезда на поблёкших афишах…
Фото любимых, теперь уже бывших…

Одиночество – до оскомины верная,
Неподкупная славой, любовница скверная —
Удовольствия нет!.. «Не шепчи мне наушно! —
Я теперь знаю сам – никому я не нужен»

### Хочу тепла!

Пустые улицы хрустят морозно.
Продрогший город. Всё так серьёзно.
Всё так задумчиво и неподвижно.
Дыханье звёзд как будто слышно…

Сердцебиение – набатом в колокол!
Страх одиночества тащу я волоком,
Ненужность встреч – дитя отчаянья,
Порочный круг я развенчала бы.

Я разрубила бы нелепость связей,
Клубок интриг и сплетен вязи.
Обледенелые слова и души.
До мониторов Миры заужены.

Молитва в ночь подобна стону,
А тишина на плечи тонну
Свинцовых мыслей взвалила ношу
Хочу Тепла! Прошу! О, Боже!

### Пазлы или Случайные зарисовки жизни…

Крик роженицы, детский плач,
Улыбка, радость, облегченье,
И первый вздох, и первый врач —
Набросок таинства рожденья.

Конфеты, мишки, чебурашки,
Тетрадки, кляксы, промокашки,
Экзамен, школьный выпускной —
Стоп-кадр! – Детство не с тобой…

Военкомат… Палитра – хаки…
Портянки, вонь, сапог-кирзач,
Блиндаж, для храбрости – первач,
Разрыв снаряда… Вой собаки…

Осколки треснувших зеркал,
Гипюр – на траурные ленты,
Пустынных улиц километры,
Холмы в крестах. Войны оскал.

Тут – буйство чувств и буйство красок,
Любовь из тысячи нюансов,
Застолье, свадебный букет —
Здесь пазл излучает свет!

Закатных всполохов свеченье,
Минорных звуков облаченье,
От ртутных слёз заметный след,
Потухший взгляд – тоски портрет.

Визг тормозов, удар… тягач…
Последний вздох, последний врач…
В конце тоннеля яркий свет?
Картинок чётких больше нет…

…

Быть может, так. Быть может, нет.
Мы Жизни выбираем цвет…
Одно лишь не дано нам знать,
Как пазл последний рисовать.

### Декаденсовский романс. (пафосно-ироничный)

Шальная ночь рыдала скрипкой Паганини…
Лиловый шёлк усыпан лепестками роз.
Кусочек льда, слезой растопленный, в мартини —
Штрих на картине – чувств апофеоз!..

Ажур чулка стыдливо спрятан под подушкой,
Кокетливая шляпка под столом…
Теперь не друг я! Вы мне – не подружка:
Вы так хотели сами – к свету мотыльком!..

Смычок колдует виртуозное стаккато…
Капризный локон нервно теребя,
Вы улыбнулись дерзко-виновато…
Я – не Палач Вам, Вы – мне не Судья!..

## makc123

### Облака из слоновой кости…

Облака из слоновой кости
Затянули собой маршруты,
И птицы, летящие в гости
Теряют по карте минуты.

Теряем и мы от скуки
В лужах свои отражения,
Время, часы, и руки
Забыли сжатий движения.

Вот бы умчатся, как птицы
По маршрутам туда, где теплее,
Но это, увы, не случится —
Летать мы с тобой не умеем.

Мы птиц бы домой вернули,
Пусть к нам прилетают гости,
Только небо собой затянули
Облака из слоновой кости.

## Pofigist

### Под призывы муэдзина…

Под призывы муэдзина
Между строчек «Дао дэ Дзин`а»
Сизокрылого пегаса
Буквы, строки или фразы
Разлетаются по ветру
Ультразвуком, инфрасветом
Ровным боем барабана
Амазонского шамана
По пути варяга в греки
Через остров Пасхи в Мекку

По просушенной пустыне
Испокон веков поныне
Через кабели из меди
Крики жизни, взоры смерти
Дней ушедших, дней грядущих
Проникают в наши души
Сотней гигабайт в секунду
Ритуалом жреца Вуду
Миллиардом электронов
Между клетками нейронов

Двери, крыши, окна, стены
Пятьдесят рублей в размене
В магазин толпа за хлебом
Черно-бурый запах неба
Перепахана природа
Атрофированная мода
Суицид, психоз и геи —
Жизнь достигла апогея!
Нефть под пламенем огня

Задолбала, блин, фигня…

## Олег Красовский

### Четвертые сутки в поезде. Зима

Минуты тянутся, как брошенные нити,
От паутины параллелями путей,
И, засыпая от безделия людей,
Теряет логику простая цепь событий.
Залив тоску густым коктейлем фраз и сплетен
Гуляют с тройками и парами вальты,
И дамы с нардами теперь уже на ты,
И мотылек в который раз забыл о смерти.
Я нарисую на окне, как в старой песне,
Вот только другом вам я не был никогда,
И на стекле не краски – только лишь вода.
Лежу и слышу – снег мечтает о весне.

### Привет

привет. хоть и редко, и как-то убого,
все реже и все лаконичней ответ.
но я не один, я так понял, нас много
а мне закрывают подобные свет.

я так и не понял, намеки ли это?
наверно, я чем-то похож на щенка…
не много же времени отнял. а где-то…
а… ладно, забудь. докурил… ну, пока.

## Татьяна Куликова

### Быть. Но по-другому

Я бросаю свет на своё лицо,
Обезображенное надеждой.
Искажено – и горит всё:
Разверзнувшиеся вежды,

Брови в тревоге страстной,
Губы, поджатые в горе.
Напряжены – опасность! —
Шепчущей силе вторит

Странная речь печали,
Звучащая ровным гудом
В теле. Все чувства стали
Светящимся грозным чудом.

Я свет швыряю горстями
В беспамятстве ослеплённом.
До срока – бессилье стянет
В центр, тоской раскалённый,

Все страхи. И, сжавшись в точку,
Свет обернётся тьмою,
Что чёрным сверлом точит
Душу и что стрелою

Чёрною в сердце входит
И в нём замирает смертью,
И будет покой навроде
Расплаты, и не посмею.

## Елена Ярмолович

### Когда-нибудь тебе я позвоню…

Я позвоню тебе, быть может, через год,
Найдя то самое кафе в Калининграде,
Где вьются ирисы на кованой ограде,
И башни разрывают небосвод…

Я позвоню тебе, быть может, через два,
Спуская камни с гор над Караталом,
Завидуя снегам и водам талым —
Под ними пробуждается трава…

Я позвоню тебе, уж точно через три,
Любуясь на площадке Ниагарой.
– Мы были счастливы, но были мы «не парой»…
Ты видел Ниагару?
Посмотри!

### Цена истины – одиночество

А цена распечатанной истины —
Лишь прописка на дно одиночества.
Больше знаешь, а меньше хочется…
Веришь в теплую землю под листьями.

Фотографии памяти взорванной
Тлеют… детством пропахли яблочным,
Нежной юностью пряно-марочной
И фиалкой ночной, не сорванной…

Только в детстве не знали истины,
Все, казалось, не скоро сбудется.
Так боялись – мечта заблудится.
Так хотели остаться чистыми…

А цена повзрослевшей истины —
Лишь прописка на дно одиночества…

### Другу

Сушит дыхание холод…
Греешь ладони кружкой…
Через окно город
Держит тебя на мушке…

Вспомни… Дыши… Ею…
Будет не так пусто…
Или спиной к батарее —
Тихо… Тепло – грустно…

Хочешь еще чаю?
Я посижу с тобою…?
Знаю… что я не согрею…
Просто чуть—чуть прикрою…

### Осенние женщины

От летнего солнца ослепшие,
Прозрели, дождями умывшись…
Осенние грустные женщины
Светлеют, переродившись.

В плаще укорочено-ярком
Колени – не хуже, чем дочки.
И в краску не бьет так жарко,
Когда выбирает чулочки…

Шикарно-осенние женщины
Видны только спелым романтикам…
А тихим небрито-застенчивым
Покажутся глупым фантиком…

Смягчающие обстоятельства —
Осенняя мода на нежности,
Но верность – почти как предательство —
Сбивает с дорог безмятежности…

### Очень больно только в первый

Стерта днями позолота,
Глубже – лишь стальные нервы.
Отрываться от кого-то
Очень больно только в первый…
И не чувствуешь разлуки,
Чаще в кресле засыпаешь,
Пьешь не с горя, а со скуки.

Всех находишь – все теряешь.
Перестирываешь горы,
Растворяя дни в уборке,
Забывая разговоры…
Все… Не больно… Нет… Не горько…
Анальгетик – верный спутник…
Куришь только в воскресенье…
Даже твой сосед-распутник
В коем попросил прощенья.
Одолжил с утра десятку
На цветы какой-то даме.
Сам подсматривал украдкой
За твоими этажами…
Испугался, что открыла
Окна как-то очень резко…
Усмехнулась: «Я забыла —
Не стирала занавески…»

### Мам, а влюбиться по осени можно?

Осенью трасса прозрачной бывает.
Знаки сливаются в призраки детские —
Тоже командуют, предупреждают…
И основания все-таки веские…

Голос родной и взволнованный – мамин.
– Да, в теплом свитере, да, осторожно.
Мам, нет земли третий день под ногами…
Мам, а влюбиться по осени можно?

И разлетаются листья с обочины.
Кофе покажется просто спасением.
Ночи бессонные мне напророчены.
Я уезжаю от них – в воскресение…

### Дождливое признание

В дождь она обожает черное,
Стянет волосы, вечно дразнящие.
Взгляды кажутся многотонными,
Светофоры – ненастоящими.
Из друзей – лобового дворники,
Из врагов – оператор мобильного,
Остальное – дешевые пробники…
Выбирает из умных… сильного!

### Только сухой мартини и только сухие губы

только сухой мартини
только сухие губы
чувства как в паутине
звуки – сплошные трубы
пьяное не смешалось
с горьким… и сводит скулы
взгляд отрезвляет малость
ветренностью подуло
легкий намек на «может»
руки в чужом кармане
«завтра» совсем не тревожит
даже «сейчас» – не с нами…