# Чудище в шляпке

Дарья Александровна Калинина

Роксана проснулась в незнакомой комнате. Она не помнила, кому принадлежит шикарный дом, практически дворец, и не имела понятия о том, как тут оказалась. Четверо мужчин, находившиеся там же, вели себя очень дружелюбно по отношению к Роксане, не забывая, однако, запирать снаружи дверь ее комнаты и настойчиво отговаривая выходить за территорию поместья. Роксана была девушкой свободолюбивой, поэтому один из охранников скоро получил камнем по голове, а она получила долгожданную свободу. Только что теперь делать с этой свободой, если любимый мужчина Клим, на помощь которого Роксана рассчитывала, исчез, кредитные карты заблокированы, жить негде, да еще сразу несколько незнакомцев проявляют к ней повышенный интерес, а память никак не хочет возвращаться?

© Калинина Д. А., 2016

© ООО «Издательство «Э», 2016

* * *

## Глава 1

Ее звали Роксана. И это было единственное, что она о себе помнила в данный момент. Вся остальная информация таинственным образом куда-то запропастилась из закоулков ее памяти. Она лежала на кровати в незнакомой комнате, за окном был незнакомый пейзаж, а ее окружали незнакомые ей прежде вещи. Впрочем, элегантное платье из нежно-голубого шелка, висящее на спинке стула, и кружевная комбинация, лежащая тут же на стуле, были ее.

В этом Роксана была теперь совершенно уверена. Пока она вглядывалась в платье, то неожиданно вспомнила, как перешивала его у знакомой модистки. Работа ей стоила дороже самого платья, зато оно потом сидело на Роксане, словно она в нем родилась. Да, одежда принадлежала Роксане. Но вот предметы обстановки были девушке незнакомы. Она потрясла головой и тут же сморщилась от резкой боли, которая пронзила ее голову от макушки и до зубов.

– Что со мной такое?

Роксана подняла руки и ощупала голову. Причина недомогания обнаружилась быстро. На лбу под волосами у Роксаны было значительных размеров болезненное уплотнение.

– Шишка! – сообразила девушка. – И где это я, позвольте спросить, так здорово треснулась?

Но, увы, на память опять же ничего не приходило.

И тут Роксана запаниковала еще больше:

– Это что же случилось, что мне всю память отшибло?

Роксана потерла запульсировавшую болью от ее прикосновения припухлость на голове и попыталась вспомнить, как это получилось, что она находится в незнакомой комнате с солидной шишкой на голове. Ничего у нее не вышло. И, поднявшись с кровати, девушка подошла к окну.

Вид из него ее приятно порадовал. Большой ухоженный сад, цветники, разбитые тут и там, явно требовали усилий профессионального садовника, а то и двух. Да и сам дом, как смогла убедиться Роксана, был не абы чем, а огромным коттеджем с изящными башенками, ажурными балкончиками и просторными террасами. Стены его были облицованы декоративным розовым и кремовым кирпичом, а многоскатная крыша покрыта самой настоящей черепицей.

Признаться, Роксана не ожидала увидеть из окна такое сказочное замковое великолепие. У нее даже дыхание перехватило. Комната, в которой она находилась, была обставлена довольно просто – кровать, шкаф и стол с двумя стульями. Ах да, тут были еще торшер и лампа на потолке, которые она заметила только сейчас. То и другое было приобретено в «ИКЕА», еще и наклейки сохранились.

Кто она в этом доме? Вряд ли хозяйка. Хозяйку такого богатого и большого дома в жалкую комнатушку под самой крышей бы не засунули. Тогда кто она? Прислуга? Ясно, что столь скромно обставленная комната могла принадлежать только прислуге, причем не самого высшего разряда. Эта мысль Роксане категорически не понравилась. Прислугой ей быть явно не хотелось. Ей такое не по вкусу. Впрочем, лежащее на стуле платье никак не могло являться форменной одеждой, для этого оно было слишком дорогим.

На всякий случай Роксана заглянула в шкаф, но никакой форменной одежды она там, вопреки собственным опасениям, не обнаружила. Собственно говоря, шкаф вообще был пуст. Ни на полках, ни на вешалках ничего не было. Роксана тщательно исследовала содержимое шкафа, убедилась в его полном отсутствии и в недоумении вновь присела на кровать. Тут, сжав своими длинными тонкими пальцами пульсирующие болью виски, она приказала себе вспомнить все, что может пролить свет на то, кто же она такая.

Потихоньку кое-что стало выплывать. Например, теперь она знала, что Роксаной ее назвали любимые родители – папа и мама – Сергей Анатольевич и Зинаида Осиповна. Ага, вот и еще терабайт памяти всплыл в мозгу девушки.

Родители, будучи уверенными в том, что это необычное имя принесет их дочери удачу, столкнулись с редким непониманием окружающих. В их маленьком городке (вот и еще один кусочек воспоминаний!) детей называли именами попроще. Марины, Лены и Наташи окружали маленькую Роксану со всех сторон. Уже в яслях ее имя показалось слишком длинным, и окружающие стали звать ее сокращенно – Сана или просто Саня. Конечно, это было совсем не то же самое, что Роксана. Но родители протестовали напрасно. Все близкие быстро приспособились к сокращенному имени и даже уже не вспоминали, что Саня – это совсем не затрапезная Сашка, а почти демоническая Роксана.

Но на этом сеанс воспоминаний и закончился. Больше Роксана ничего не сумела вспомнить. Но на один раз и этого было достаточно. Голова буквально раскалывалась на части, пора было прогуляться и развеяться. В этом было и еще одно преимущество – глядишь, во время прогулки наткнется на что-то или кого-то, кто поможет ей справиться со строптивой памятью.

Приняв окончательное решение, девушка поднялась с кровати, скинула с себя длинную футболку, явно мужскую, пятьдесят второго, никак не меньше, размера, и натянула свое платье. Зеркало, имеющееся в дверце шкафа, отразило высокую девушку с чуть вздернутым носом, вьющимися светло-русыми с легкой золотинкой на изгибах локонов волосами до лопаток и голубовато-зелеными глазами. В принципе Роксана себе понравилась. Можно было бы сбросить пару кило, машинально подумала она, но и так тоже очень хорошо. С этой мыслью она и направилась к двери и даже взялась за дверную ручку, но тут дверь распахнулась настежь и чуть было не сбила Роксану с ног.

В дверях стоял молодой парень, чья круглая физиономия Роксане была незнакома. Впрочем, антипатии она у нее тоже не вызвала. Светленький ежик, торчащий на макушке незнакомца, где-то даже умилял.

– Привет! – радостно улыбаясь Роксане, произнес он. – Уже проснулась?

Роксана пожала плечами. Мол, да, проснулась, отрицать данный факт бесполезно.

– Где я? – спросила она.

Но парень ей ничего на это не ответил. Вместо этого он сказал:

– А меня зовут Василий.

– Очень приятно, Вася. Я – Роксана.

– Я знаю.

Знает? Выходит, они знакомы? Роксане хотелось расспросить его хорошенько, но Вася уже потянул ее за собой:

– Пойдем, я познакомлю тебя с остальными.

Роксана не протестовала. Если уж ей довелось оказаться в этом месте, надо познакомиться и с его обитателями. Обитателей оказалось трое. Мужчины. Если считать вместе с Василием, которого она уже знала, то четверо. Все они смотрели на Роксану если не сказать что с симпатией, то с явным интересом – это уж точно. Они немедленно пригласили девушку присоединиться к их завтраку, что Роксане было весьма кстати. Ее желудок уже давно подавал тревожные сигналы. Роксана устроилась за столом и принялась глазеть на своих новых знакомых.

Все они были примерно одного возраста – от двадцати пяти до тридцати, как прикинула Роксана. В мужчинах она разбиралась, поэтому сразу же могла сказать, что никто из этих четверых не являлся хозяином дома. И дело тут было не в одежде или обуви. Роксане доводилось встречать миллиардеров, щеголявших в резиновых кедах чуть ли не советской эпохи, просто потому, что им самим так нравилось, а состояния их были настолько велики, что позволяли уже не обращать внимания на такую чепуху, как мнение окружающих. Тем предлагалось либо принять и восхищаться оригиналом, либо просто отвалить.

Нет, что-то иное, а не одежда, едва уловимый налет богатства, выражение глаз, раскованная, но не развязная манера держать себя позволяли Роксане безошибочно выделять таких людей в толпе других. И, несмотря на травму и частичную амнезию, это умение осталось при ней.

Она сразу поняла, что эти четверо молодых ребят могли быть телохранителями, охранниками, просто знакомыми, но никто из них не тянул на обладателя подобного дома. Пока они с Васей спускались вниз со второго этажа, Роксана успела убедиться в том, что дом этот и размерами, и убранством куда больше напоминает дворец, чем обычный зажиточный дом. Впрочем, именно так она и подумала, едва лишь выглянув из окна.

Четверо ее новых знакомых – Алексей, Артем и Андрей – все трое на «А», один лишь бедный Васька на другую букву, – сидели вокруг накрытого стола и ели самую банальную яичницу. Судя по дорогим фарфоровым расписанным тончайшим узором тарелкам, Роксана ожидала увидеть на них по меньшей мере омлет с грибами и ветчиной, но нет, это была яичница-глазунья, причем приготовленная неумело. С одного края она подгорела, с другого осталась сырой. Колбаса и сыр присутствовали, но были покромсаны неровными ломтями. Хлеб, который лежал на столе, был порезан так толсто, что Роксана удивилась:

– Вы что, сами резали?

– Конечно, сами. Тут слуг нет.

Нет слуг? А кто же обслуживает такие хоромы? Роксана была удивлена еще больше. Но экскурсия, которую устроил ей после завтрака Васька, показала, что ребята ее не обманывали. Слуг в доме и впрямь не было. Собственно говоря, никого, кроме них пятерых, тут не было вовсе. Роксана и четверо молодых людей. Впору было задуматься о таком сочетании, что Роксана и сделала:

– А чей все-таки это дом?

– Хозяина.

– А кто он?

– Зачем тебе это знать?

– Вдруг увижу его и даже не буду знать, что это он.

– Ты его все равно никогда не увидишь. Мы и сами его всего пару раз в жизни видели.

– Он тут не живет?

– Бывает наездами. Но сейчас за границу подался, во Франции у него имение с виноградниками, он там лето предпочитает проводить.

Понятно, задумалась Роксана, будь у нее имение во Франции, наверное, она бы тоже предпочитала проводить там лето. Да и не только лето, а вообще все свое время.

– Ну а как я тут очутилась?

– Ты этого не помнишь?

– Нет.

– Но имя свое помнишь?

– Имя помню, детство помню, но тоже не все целиком, частями. А вот как я тут очутилась, не помню совсем.

Василий вроде как испытал облегчение. Лицо у него просветлело, и он сказал:

– Вот и хорошо.

– Что же тут хорошего?

– Хорошо то, что ты к нам приблудилась. Мы тебя не обидим. И пока память к тебе не вернется, можешь пожить у нас.

– Значит, вы меня тоже не знаете?

Василий покачал головой.

– Но имя ты мое знал, когда вошел.

Василий на мгновение растерялся, а потом нашелся:

– Ты сама нам сказала, как тебя зовут.

– Как это? Когда?

– Вчера вечером в ворота постучала. Я выглянул и увидел за воротами тебя. Было уже поздно, ты вся замерзла, едва дышала от усталости. Но смогла все-таки сказать, что зовут тебя Роксана.

Все это Василий оттарабанил без запинки, но и без выражения, словно бы до того старательно зазубривал этот текст, да вот, будучи никудышным актером, не сумел придать словам выразительности.

Роксана покачала головой.

– Не помню этого.

– Ничего. Наверное, это пройдет.

А если не пройдет? Ей так и жить с одним именем, даже без фамилии?

– А у меня при себе ничего не было?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, сумочки там, документов.

– Нет, – помотал головой Василий.

Но в том, как он это сделал, было что-то подозрительное. Роксане даже показалось, что молодой человек ей врет. Но зачем ему это, хотелось бы знать. И все же Роксана насторожилась. Ее первоначальная эйфория оттого, что она оказалась на правах гостьи в таком богатом доме, испарилась бесследно. И девушка стала задумываться о том, как бы ей попрощаться с его приветливыми обитателями и идти дальше. Впрочем, куда ей идти? Кто она такая? Имя-то она вспомнила, а вот фамилия? И адрес?

К этому времени они подошли к воротам, и Роксана наивно предложила:

– Может быть, прогуляемся вокруг?

Но Вася отреагировал опять-таки странно:

– Зачем тебе?

– Ну как… Прогулка. Я из окна видела – местность тут красивая.

– По саду гуляй, – отрывисто приказал ей Василий и, словно желая смягчить приказной тон, добавил уже мягче: – Он тоже красивый.

Но Роксану было не так-то легко обмануть. Она смекнула: за ограду ее выпускать не собираются. Она может находиться лишь на территории этого особняка, но покидать его не имеет права. И Василий приставлен к ней для того, чтобы не дать ей сбежать.

Для проверки своей догадки она делано безразличным тоном спросила:

– Но кто-нибудь из вас хотя бы может отвезти меня в магазин?

Василий моментально напрягся опять.

– Зачем тебе?

– Мне нужно купить… кое-что.

– Скажи мне, я съезжу и все сам куплю.

У Роксаны продолжала болеть голова, уже не так сильно, как утром, но все же слегка болела. Она хотела всего лишь добраться до ближайшей аптеки, чтобы купить таблетки от головной боли, но тут внезапно заупрямилась и сказала:

– Нет, мне нужно самой. Это такая вещь, которую я могу купить только сама.

– Скажи мне, что нужно, я куплю.

На сей раз голос Василия звучал непреклонно. И Роксана поняла: настаивать бесполезно, с территории дома ее не выпустят. Но почему?

Она так и спросила у Васи:

– В чем дело? Я что, пленница в этом доме?

– Что ты! Что ты! – переполошился тот. – Как тебе такое только в голову могло прийти?

– Тогда что происходит?

– Пойдем к Андрею, он тебе все лучше меня объяснит.

Они вернулись в дом, где Василий о чем-то шепотом переговорил с Андреем, который, как поняла девушка, был тут над своими товарищами за старшего.

Андрей взглянул на Роксану и спокойно произнес:

– Понимаешь, вчера, когда ты постучалась к нам в дом, ты соображала чуток лучше, чем сейчас. Не обижайся, но это так. И ты сказала, что за тобой гонятся какие-то люди, что тебе угрожает опасность. Возможно, эти люди все еще ищут тебя по округе.

Роксана смотрела на Андрея, широко раскрыв глаза. Ну и дела! Что еще за опасность такая нарисовалась?

Андрей же продолжал говорить размеренно и четко:

– В этом доме тебе ничего не угрожает. Периметр ограды под наблюдением. Через этот забор не сможет перебраться ни один злоумышленник. Но если ты сейчас станешь разгуливать по окрестностям, то мы не сможем гарантировать твоей безопасности. И те люди, от которых ты чудом сбежала вчера, сегодня снова могут тебя настигнуть.

Его слова Роксану удивили. Ее туфли, которые она обнаружила у себя в комнате вместе с платьем, были на высоких шпильках, разгуливать в такой обуви по окрестностям было немыслимо. Этот тип обуви был типичным коверным вариантом, чтобы шикарно выйти в них из машины, дойти до столика в ресторане или кресла в театре.

Не говоря уже о том, что обувь после такой прогулки была бы, безусловно, испорчена. Но туфли выглядели как новенькие. Возможно, заботливый Вася или кто-то из его друзей отмыли ее туфельки от земли и налипшей травы? Но, судя по тому, как небрежно было брошено на стуле платье, вряд ли кто-то из них стал бы заботиться о чистоте туфель. Да и не придать им вид новых, если ковылять по пересеченной местности хотя бы пять минут. А она, похоже, бегала куда дольше.

Ладно, допустим, она всю дорогу бежала по асфальту, который виден из окон и уходит дальше в лес. Но когда Роксана спросила, куда ведет эта дорога, то лишь в очередной раз услышала уже ставшее привычным:

– Зачем тебе это?

Видя, что ее вопросы нервируют молодых людей, Роксана решила поумерить градус своего любопытства. Она помогла Алексею и Артему приготовить обед. Сварила борщ, оказывается, она умела это делать. Сходила вместе с Василием в сад и набрала цветов и семян настурции, чей острый вкус можно было использовать в качестве пикантной добавки к трапезе, а цветами придать изысканный шарм самому простому салату. А потом они вместе дружно, по-семейному пообедали, хохотали над Василием, который категорически отказывался есть цветы, уверяя, что он не коза.

В общем, время обеда они провели приятно и даже весело. Ребята держались с ней непринужденно и по-дружески. Роксана даже подумала, что ошиблась в своих подозрениях, будто бы она в этом доме на положении пленницы. Но когда после обеда Роксана, собрав со стола грязные тарелки, понесла их на кухню, Андрей кинул взгляд на своих друзей, и Василий тут же оказался рядом с девушкой.

– Давай я тебе помогу.

И пошел вместе с Роксаной, и не ушел от нее, покуда она не загрузила посуду в машину и не вернулась к остальным. За вечер Роксана предпринимала еще несколько попыток остаться в одиночестве, но ей это не удавалось. Либо один, либо двое, либо трое или даже все четверо ребята постоянно отирались где-то поблизости. Даже в душ перед сном Роксана отправилась под конвоем, как она теперь про себя называла это постоянное сопровождение своей персоны.

Стоя под горячими струями воды, Роксана думала о том, что все это может означать.

– Допустим, они так тревожатся за меня, что не хотят оставить ни на минуту одну, потому что ожидают нападения. Но они же сами сказали: ограда неприступна. По ней всюду поставлены датчики слежения, которые сигнализируют, если через стену кто-нибудь вздумает лезть хоть с той, хоть с этой стороны. Чего же они боятся? В доме мне ничто не угрожает, но они таскаются за мной по пятам, словно приклеенные.

Выходя из душа, Роксана ожидала, что снова увидит в коридоре чью-нибудь фигуру. Но, к ее удивлению, коридор был пуст. Впрочем, не успела она обрадоваться, что ее подозрения беспочвенны, как из двери появился Андрей, который кивнул ей:

– С легким паром. Вот вещи, которые ты просила нас купить. Посмотри, все ли там, что тебе нужно.

И протянул пакет, который был туго набит новой одеждой. Там были даже таблетки от головной боли. Роксана поблагодарила и пошла к себе, примерять обновки и думать, что ей делать дальше. Она провела в этом доме почти сутки, но так и не сумела разобраться в том, как она тут очутилась, и самое главное, как ей отсюда убраться.

Андрей проводил ее до дверей спальни, пожелал ей спокойной ночи и скорейшего выздоровления.

– Как только вспомнишь хоть что-нибудь, скажи мне, – велел он ей. – Наверняка твои друзья и родные тревожатся о тебе. Если вспомнишь, где они, скажи мне. Надо им сообщить.

Его голос прозвучал так тепло и участливо, что Роксане стало стыдно за свои недавние подозрения. Но когда Роксана оказалась у себя, дверь за ней тихонько щелкнула. А затем раздались удаляющиеся шаги Андрея. Дождавшись, когда они стихнут, Роксана подошла к дверям. Неужели ее наконец оставили одну? Она попыталась открыть дверь, но убедилась, что та заперта снаружи и ее усилиям не поддается. Со смятением в сердце смотрела Роксана на эту дверь. Последние сомнения у нее совершенно отпали. В этом доме она была на правах пленницы!


В это время за десятки километров от этого места высокий темноволосый мужчина стоял со склоненной головой перед своим Боссом и получал от него нагоняй.

– Мне нет дела до того, что твои олухи не могут разыскать девчонку. Бери ноги в руки и сам подключайся к поискам!

– Я…

– Да, ты! – не слушая его, орал Босс. – Ты что забыл, чем мы все рискуем? Или ты думаешь, что останешься при своей работе, если меня не станет? Нет! Фиг тебе! Полетишь кувырком следом за мной!

Жилы на висках от крика вздулись, лицо покраснело, и сам Босс выглядел до такой степени взбешенным, что любой другой бы испугался. Другой, но не Глеб. Устав от громких звуков, колеблющих воздух вокруг него, он поднял голову и произнес:

– Я все понимаю. И сегодня я взял руки в ноги и лично руководил поисками. К сожалению, я не могу прибавить ничего нового к уже сказанному моими людьми. Девчонку увезли. Нагло выхватили прямо у нас из-под носа. Мы почти взяли ее после того, как она сбежала… оттуда. Думали, что вообще обойдется без проблем, мы же взяли ее буквально в кольцо. Впереди на дороге уже ждали трое моих людей. Сзади напирало еще несколько человек. Девчонке некуда было деваться.

– И что же произошло?

– Когда до ловушки оставалась всего сотня шагов, рядом с ней остановилась машина, из которой выскочили двое ребят. Один зажал ей рот, второй схватил в охапку, и вместе они в считаные секунды сунули девчонку в машину.

– А куда смотрели твои люди? Почему не воспрепятствовали?

Глеб потупился. В этом был их промах. Врать без веской причины он не любил и, когда нужно, был готов признавать свои ошибки или ошибки своих людей, которые он тоже считал своими.

– Они не успели среагировать.

– А те, что впереди ждали? Они почему пропустили?

– Они пытались помешать. Но из машины по ним полоснули очередью. Стрелять в ответ они не решились.

– Почему? Почему не решились?

– Боялись, что заденут девчонку.

– Заденут! Ну и задели бы!

– Могли и убить.

Босс побледнел. Красная краска на его лице стремительно уступила место бледности.

– Девчонка нужна мне живой, – грозно заявил он. – Необязательно целой, но чтобы соображать могла и говорить тоже. Количество целых рук и ног, которые у нее сохранятся, меня не интересует, но вот голова должна быть при ней! И язык тоже.

Глеб потупился. Без рук, без ног, зачем такая девка нужна? Ясно, что не для любовных утех. Как ни странно ведет себя Босс в последнее время, какие бы фантазии ни посещали его, но даже он на такое бы вряд ли согласился. А они-то думали, что девчонка нужна Боссу… для понятных целей, а оказывается, вон оно что, ему поговорить с ней надобно. Интересно, о чем?

Босс мрачно пожевал губами.

– Очень плохо ты работаешь!

Возразить Глебу было нечего. Впрочем, такая промашка вышла с ним впервые. Его ребята частенько привозили Боссу таких вот аппетитных молоденьких девочек для развлечений, и никогда промахов не случалось. На кого указывали, того и привозили. Что поделать, Босс входил в возраст и не хотел тратить время на ухаживания. Брать проституток он брезговал. Поэтому, высматривая себе очередную подружку на ночь, предпочитал не тратить время на разговоры, а просто тыкал пальцем и ждал, когда охрана привезет к нему очередную жертву.

– И куда те люди повезли нашу девчонку, твои ребята тоже не проследили?

– Не смогли. В потоке машин мои люди потеряли их.

– Но хотя бы владельца машины вычислили?

– Машина была с фальшивыми регистрационными номерами.

Какое-то время Босс сверлил своего подчиненного взглядом.

– Ты хоть понимаешь, что может значить такое спланированное преступление? Кому-то позарез нужна эта девчонка. Просто позарез! Не мы одни охотимся за ней, есть и другие люди, кому она тоже нужна.

– Но зачем она им? Вам-то понятно, а им?

– Ничего тебе непонятно! И хватит рассуждать, говори по делу!

– Я наводил справки. Роксана Майорова, родилась и выросла в маленьком уральском городке, в Питер приехала в возрасте девятнадцати лет поступать в институт.

– Поступила? – неожиданно поинтересовался Босс.

– Поступила. Но, прямо скажем, особой успеваемостью своих преподавателей не радовала. Отучилась и со скромными результатами получила диплом о высшем образовании.

– Где работала?

– В нескольких мелких компаниях. Ничего интересного. Ну, а последнее место ее работы вы и сами знаете.

– Конечно, я знаю! Еще бы мне этого не знать. Целый год эта шлюшка трясла своими сиськами у меня перед носом. Я думал, что знаю ее как облупленную. Думал, что она годится разве что в качестве подстилки. И вот тебе на, пришло время, и девчонка преподносит мне сюрприз за сюрпризом. Похоже, я в ней ошибался. И она совсем не так проста, как хочет казаться.

И, устремив взгляд на подчиненного, Босс произнес:

– Глеб, у меня серьезные проблемы. И ты должен найти мне эту девку!

– И что? Если девчонка будет найдена, все проблемы решатся?

– Решатся! Мне надо будет с ней лишь поговорить… мне и еще одному человеку, тебе его тоже придется ко мне привезти.

– Что за человек?

– О нем позже. Пока что ищи девчонку.

– Я понял.

– Понял он, – проворчал Босс уже не столь сердито, сколько устало. – Делаешь-то что?

– Через знакомых, которые еще остались у меня в органах, ориентировка на нее уже разослана по всему округу.

– Почему не по всей стране?

– Возможности моих знакомых, увы, небезграничны.

– Значит, найди новых знакомых! – снова вскипел Босс. – Найди новые возможности! Но найди мне ее! Сейчас! Немедленно!! Сию же секунду!!!

Глебу показалось, что Босс сейчас затопает ногами, захрипит и сдохнет. Может, так было бы и лучше? В последнее время с Боссом стало общаться и вовсе невыносимо. С ним все чаще случались приступы такой вот безумной злобы, каждый из которых мог бы унести его на тот свет. Но нет, и сегодня все обошлось. Ногами Босс и впрямь потопал, но уже как-то без азарта.

А потом заявил:

– В розысках тебе поможет Древоточец.

Настроение у Глеба моментально испортилось. Оно и раньше не было радужным, а при упоминании о Древоточце и вовсе упало ниже некуда.

– Я и сам справлюсь.

– Не справился ведь до сих пор. Так что не рассуждать, принимай под свою команду Древоточца и его ребят, и вперед!

Дав эти указания, Босс подсел к компьютеру, а Глебу велел идти и работать. Глеб так и сделал.

Но, уже уходя, он кинул взгляд на экран планшета. На что же отвлекся Босс? Открытая там страница была именно тем, что и ожидал увидеть Глеб. Это было расписание авиарейсов и приложение, помогающее бронировать билеты во все уголки земного шара. Босс изучал рейсы в Швейцарию. Похоже, он не врал насчет серьезных проблем и был настроен решительно. Если девчонка в ближайшие дни не проявится, ему, во избежание еще больших проблем, придется выехать из России на время или навсегда – это уж как получится.

## Глава 2

Ночь прошла спокойно. Никто и ничто не потревожило покой Роксаны. Утром она проснулась и долго лежала в постели с открытыми глазами. Но не просто лежала, она вспоминала. Сначала свое детство, которое вспомнилось легко, отца и мать, родной город.

Эти воспоминания присутствовали и вчера, но сегодня они проявились в новом объеме и полноте. Теперь Роксана была почти уверена, что первую уральскую половину своей жизни она уже вспомнила. Оставалось разобраться со второй, питерской. Тут тоже кое-что вырисовывалось, но многое было еще как в тумане. Но все же кое-что Роксане про себя вспомнить удалось, и теперь она знала: на свете есть человек, способный ее защитить. Это был не ее дорогой папочка, находящийся сейчас за тысячи километров и даже не подозревающий о том, в какой лихой переплет угодила его ненаглядная дочурка. Папочка человек провинциальных взглядов, впрочем, как и мамочка. Они до сих пор оба думают, что секс у девушки возможен лишь после регистрации в ЗАГСе. Может быть, у них двоих именно так и случилось, но Роксана была дитем нынешнего века и придерживалась на этот счет несколько иных взглядов.

Да, все правильно, у Роксаны имелся любовник. И не просто случайная связь, а длительные и стабильные отношения, длящиеся уже около года. Во всяком случае, Роксане удалось вспомнить и катания на горных лыжах, и знойные тропики, и даже африканское сафари, где она была неизменной спутницей высокого кареглазого мужчины с сильным волевым подбородком и открытым смеющимся взглядом. Он был гораздо старше Роксаны, вполне годился ей в отцы, и в глубине души Роксана именно так к нему и относилась.

Конечно, ему она об этом не говорила, потому что догадывалась, этот молодящийся мужчина смертельно обидится на такое сравнение и еще, чего доброго, бросит ее. А ведь на то, чтобы завоевать толику его внимания, у Роксаны ушло так много сил! Он был совсем не легкой добычей, вокруг него крутилось такое количество соискательниц, что, когда Роксана в итоге выиграла этот приз, она долгое время не могла поверить в свою удачу.

С появлением Клима, да, его именно так и звали, в жизни Роксаны появилось все то, чего не было раньше – дорогие шубы, машины, отдельная собственная квартира. Ну, по правде говоря, квартира пока что была съемная, но всему свое время. Уже строился дом, в котором на ее имя была куплена квартира. Дом строила компания Клима, так что Роксана была уверена: ей достанется самое уютное и комфортное гнездышко во всем доме. Клим проследит за этим лично, так он ей обещал.

Вот к нему она и побежит за помощью. Стоит ей только выбраться из этого дома, она прямым ходом помчится к Климу и расскажет ему о том, что какие-то люди посмели удерживать его девочку у себя. Он уж с ними разберется! Он им покажет! Ну, не он сам, скорее его служба охраны. Но какая, в сущности, разница? Главное, что разберется.

– Стоп! А зачем мне к нему бежать самой?

Роксана даже села в постели.

– Пусть он лучше пришлет своих людей сюда.

Но тут же встал вопрос о том, куда это – сюда. Адреса этого дома у Роксаны не было. Как не было и средства связи, с помощью которого она могла бы позвонить Климу. Номер его телефона услужливо всплыл у нее в памяти, но вот беда, не было возможности ему позвонить. Ни планшета, ни компьютера, ни другой электроники, пригодной для выхода в Сеть, в комнате Роксаны не было. Впрочем, вчера Андрей сказал, что, как только она что-нибудь вспомнит, надо дать ему об этом знать.

И Роксана, подскочив к двери, заколотила в нее:

– Эй! Откройте!

На ее зов откликнулись быстро. Не прошло и минуты, как дверь открылась, и Роксана увидела на пороге Андрея.

– Ты чего кричишь?

– Вы меня заперли!

Она думала, что Андрей станет извиняться, скажет, что произошла ошибка, но ничего этого не случилось.

– Конечно, заперли. А как же иначе нам тебя защитить? – пожал он плечами. – Если злодеи, которые за тобой гнались и загнали к нам, все-таки явятся сюда за тобой, то дверь станет для них хоть какой-то преградой. Пока будут ее вскрывать, мы услышим и прибежим к тебе на помощь.

Роксана ничего не возразила, сделала вид, что поверила в этот бред. Хотя и могла бы сказать, что окно-то оставалось открытым, да и дверь представляла собой преграду разве что для нее. Любой крепкий мужчина запросто бы вышиб эту дверь если не с одного удара, то с двух или трех – точно.

– Я звала тебя, потому что кое-что вспомнила. Вернее, кое-кого.

– И кого?

Роксана уже открыла рот, чтобы сказать про Клима, но что-то в лице Андрея ее в этот миг насторожило. Стоит ли так уж доверять человеку, держащему ее под замком? И вместо того, что она собиралась ему сказать, Роксана произнесла:

– Я вспомнила своих родителей.

– А‑а‑а…

Андрей был сильно разочарован и своего разочарования не скрывал. Он явно рассчитывал, что Роксана назовет какое-то другое имя. Уж не Клима ли?

– И теперь я хочу им позвонить. Дай мне телефон.

– Зачем это тебе?

Опять они за свое! Роксане показалось, что если она еще раз услышит это их «зачем это тебе?», то она просто завизжит от злости.

– Затем, что они волнуются за меня! Это же мои папа и мама!

– Ты же говорила, что твои родители живут в другом городе.

Когда это она ему такое говорила? Роксана была уверена, что она такого ребятам не говорила. И еще она поняла одну очень важную для нее вещь: позвонить родным и близким тут ей не дадут. И никакое средство связи в ее руках не появится. Эти четверо приставлены следить за тем, чтобы она находилась в этом доме без всякой связи с внешним миром. Нечего и пытаться воображать, будто бы это не так.

– Пойдем завтракать, – весело произнес Андрей.

Сегодняшнее утро сильно напоминало вчерашнее. Ребята держались раскованно. Роксану они держали за свою, но из дома ее выпускать отказывались и в связи с внешним миром тоже отказали.

– Для твоей же пользы!

Чтобы развеяться хоть немного, Роксана позвала Василия в сад. Прогуливаясь по дорожкам вокруг дома, она внезапно услышала голос Андрея:

– Доктор твой полный профан. Что? А то! Когда ты ее привез, то сказал, что девка ничего не будет помнить еще долго, а она уже сегодня потихоньку вспоминает. Что вспоминает? Пока что своих родителей вспомнила, но кто знает, может, и еще кого вспомнила, просто не говорит. Она не такая уж дурочка, какой ты мне ее изобразил.

Роксана скосила взгляд на Василия и поняла, что он тоже услышал слова Андрея. Спутник тут же постарался увести Роксану подальше, но она уже поняла, что четверо ее «друзей» нагло ей врут. Ничего она к ним не прибегала за помощью, ее сюда привезли. И, скорей всего, привезли не по доброй воле, а насильно. Может, и шишка у нее на голове – тоже их рук дело.

И страх с новой силой захлестнул ее, но одновременно пришло к ней и решение проблемы. Нет, не будет она звонить Климу и просить о помощи. Некогда ей ждать, пока он сюда за ней приедет. Надо бежать от этих четверых непонятных людей, и сделать это надо как можно скорей. Прямо сейчас, пока они ее окончательно не посадили под замок для ее же собственной пользы.

– А что в той части сада? – спросила она у Василия, указывая туда, где за деревьями просматривалась ограда. – Мы с тобой там еще не были.

Так как Роксана не просилась за забор, то Василий согласился сопроводить девушку куда она хотела. Незаметно Роксана отстала на пару шагов и подняла с земли небольшой, но увесистый булыжник и спрятала его в карман куртки, которую ей вместе с джинсами и кроссовками купили ребята.

Нельзя сказать, что Роксана совсем не испытывала угрызений совести от того, что собиралась сделать. Василий был славный, он ей нравился больше остальных ребят. Не как парень, а просто как друг. И теперь Роксане предстояло сделать ему не очень-то хорошо. Но все-таки угрызения были гораздо слабей страха оказаться пленницей.

Когда до ограды оставалось всего несколько шагов, Роксана внезапно воскликнула:

– Вася, а что это там такое?

Василий повернулся в ту сторону, куда она указывала, и в этот момент Роксана огрела его с размаху булыжником по затылку.

– Бац!

Удар получился такой силы, что Роксана даже сама испугалась, уж не убила ли она Василия? Тот рухнул словно подкошенный. Но когда она наклонилась к упавшему на землю парню, то услышала дыхание. Живой! Какое счастье! И, не заботясь больше о дальнейшей судьбе своего конвоира, Роксана бросилась к ограде. Как они там говорили, датчики по периметру? Плевать, пусть видят. Пока они смекнут, в чем дело, пока прибегут, она будет уже далеко.

Запрыгнуть на ограду Роксане помогло молодое деревце. Его упругая сердцевина не треснула, когда девушка, согнув ствол, поднялась по нему на такую высоту, что смогла уцепиться за край ограды и подтянуться дальше на руках. Мысленно поблагодарив долгие часы, которые она провела в спортзале, шлифуя свое тело, Роксана оказалась верхом на заборе. Прыгать вниз было страшновато. Все-таки высота была метра три, а то и все три с половиной. И, опустившись на живот, Роксана просто сползла вниз.

Внизу влажная земля мягко спружинила под ее ногами, Роксана не удержала равновесия, упала, но тут же вскочила и бросилась бежать. Быстрей! Дальше! Чтобы не догнали! Чтобы не успели!

Роксана неслась по дороге, пока не услышала позади себя звук работающего движка. После этого она метнулась в заросли и дождалась, когда мимо нее проедет большая черная машина. Ей даже показалось, что она видит сидящих в машине Андрея, Алексея и Артема. Насчет Васи она не была так уж уверена. И на мгновение ее душу царапнул страх. А вдруг он помрет после ее нападения?

Но раздумывать долго было некогда. Стоило машине проехать мимо, как Роксана вновь выскочила на дорогу. Она пробежала пару сотен метров, а потом замедлила шаг. А что, если эти люди устроят впереди ей засаду? Дорога тут одна, значит, только по ней она и может передвигаться. Что им помешает через полкилометра спрятать машину в кустах и самим спрятаться там же в ожидании, когда на дороге появится она?

И Роксана невольно замедлила шаг, а затем, словно повинуясь импульсу, свернула в лес и стала углубляться в него все дальше и дальше. Никакого плана у нее не было. Местности этой она не знала. А потому просто двигалась наугад, стараясь выбирать местечки посветлей и посуше.

– Как же это меня так угораздило! Но ничего, только бы до Клима добраться. Уж он решит проблему!

Шла она долго. Может быть, час, может быть, больше. Времени она не знала, так как часов у нее не было. Как-то не догадалась она включить эту вещь в список предметов, которые ей могли понадобиться, а потому ребята часов ей и не купили.

Остановилась Роксана после того, как совершенно выбилась из сил и поняла, что если не передохнет, то просто не сможет двигаться дальше. Местечко она выбрала симпатичное. Вокруг нее простирались заросли черничника. Увешанные спелыми крупными ягодами, кусты росли повсюду, сколько хватало глаз. Роксана не стала сомневаться – лучше места для отдыха и подкрепления сил ей просто не найти. И, опустившись рядом с низкими кустиками, она принялась горстями отправлять сочные ягоды в рот. Как хорошо! И еда, и жажду утоляет.

Подкрепив силы, она огляделась по сторонам. Куда же ей идти? Всюду был один лес. И на какой-то момент Роксану охватило отчаяние. Зачем она, как последняя дура, помчалась в чащу? Надо было оставаться возле дороги. Даже если ребята и устроили на нее засаду, не могли же они провести там несколько дней. Ну часик посидели бы, ну два, ну до ночи, а потом должны были вернуться к своим делам. Ей всего-то и надо было, что переждать этот отрезок времени, дождаться, когда они поедут назад, и потом уже бежать дальше.

– Какая же я глупая! – простонала Роксана. – Зачем в лес побежала? Теперь меня сожрут голодные звери, и поделом мне за глупость!

К глазам подступали слезы. И хотя Роксана понимала всю бесперспективность такого поступка, пожалеть ее тут было некому, она приготовилась заплакать. Но прежде чем первые слезы выкатились у нее из глаз, она услышала музыку. Да, да, именно музыку. Не веря своим ушам, Роксана поднялась и пошла на этот волшебный звук.

– Тра-ля-ля! – надрывалась эстрадная красотка, имени которой Роксана так и не смогла вспомнить. – Тру-ля-ля! Иди ко мне, маленький! Иди ко мне, глупенький!

Это она про меня поет, подумала про себя Роксана и невольно ускорила шаги. К тому времени, как она выбралась из-за деревьев, певица пела уже другую песню:

– А теперь раз-два! А потом пять-шесть! Молодец!

Что это могло означать, Роксана даже не стала задумываться. Но песня вызвала в ней прилив бодрости. Откуда-то взялись новые силы. И Роксана бодро зашагала в направлении компании молодежи, которая устроилась вокруг переносного мангала и собиралась жарить на нем мясо, которое уже стояло замаринованное в пластиковом ведерке.

Тут были три девчонки и четверо парней. Всем им было от восемнадцати до двадцати лет. Они не без удивления посмотрели на Роксану, которая шла к ним из лесу с улыбкой на лице и вопросом:

– Скажите, а далеко тут до Питера? Куда мне идти? В каком направлении?

Оказалось, что до Питера тут без малого сотня километров. И идти надо не в Питер, а на ближайшую станцию, что Роксана и сделала. Ребята указали ей малоприметную дорожку, которая вывела девушку к небольшому хуторку, в котором было несколько жилых домов. Миновав его, Роксана прошла еще пару километров уже по приличной ширины грунтовой дороге, которая и вывела ее к железнодорожной платформе. На ней не было даже крыши, не было кассы, но зато были пассажиры, которые заверили Роксану, что с минуты на минуту прибудет электричка, которая и доставит их всех в Питер.

– Повезло тебе, девочка, – сказала ей какая-то женщина. – Электрички у нас нечасто ходят. Следующей тебе еще часа четыре пришлось бы ждать.

Когда поезд пришел, все в него сели и поехали. В вагоне было душно. На следующей станции вошло еще несколько человек. А глядящей в окно Роксане показалось, что на платформе мелькнуло лицо Андрея, который кого-то высматривал среди пассажиров, бредя вдоль поезда. Может быть, ей это всего лишь показалось, но Роксана не стала испытывать судьбу и проворно пригнулась. Сидящая напротив нее женщина взглянула на нее с недоумением.

– Муж, – шепотом произнесла Роксана. – Я от него убежала, а он меня теперь вернуть хочет. Выслеживает.

Женщина посмотрела в окно, потом снова на Роксану.

– А чего так?

– С другой его застукала, – соврала Роксана. – Вошла в дом, а он с ней в нашей супружеской кровати кувыркается. У меня из рук прямо все вещи попадали. Даже не помню, как из дома выскочила.

– Бедная, – посочувствовала ее вранью женщина. – У моей мамы тоже такое с ее первым мужем вышло. Из санатория раньше времени вернулась, а он с другой в кроватке устроился. Ну, она-то ему показала. Сковородка у них в хозяйстве была, такая, еще от бабки досталась… с деревянной ручкой, так теперь нет ее.

– А куда же она делась?

– О башку обманщика ее расколошматила.

– И вашу маму не посадили?

– Нет, муж благородным оказался, если можно так выразиться, жаловаться не побежал. Признал, что виноват был и что ему еще мало досталось. Ну а потом мама с ним развелась, ясное дело. А ты? Будешь разводиться?

– Я не знаю.

– Разводись! – посоветовала ей женщина. – Если один раз обманул, и еще обманет. А если даже и не обманет, ты все равно ему верить уже не сможешь. Чуть задержится где после работы, ты его подозревать станешь. С ума сойти можно от жизни такой, я тебе это точно говорю.

– Вам муж тоже изменил?

– Не муж, но любовник. И хотя мы с ним потом помирились, но все уже было не то. Не верила я ему, вот в чем дело. А если человеку не веришь, то и жить с ним не надо. А то это тоже обман получается.

Разговорившись, они проехали несколько станций, а потом в вагоне раздалось:

– Граждане, приготовьте, пожалуйста, ваши билеты.

Роксана вздрогнула. Билета у нее не было. Но что еще хуже, не было при себе и денег. А контролеры были все ближе и ближе. Роксана приготовилась к неприятному разговору, может быть, ее даже захотят высадить, но тут произошло что-то похожее на чудо.

Знакомая Роксаны протянула подошедшим контролерам деньги и сказала:

– За меня и за эту девушку.

– Где вы сели?

– Девяносто восьмой километр.

Когда контролеры ушли, Роксана прошептала своей спасительнице:

– Спасибо. Я вам эти деньги обязательно верну.

– Забудь, – отмахнулась та. – Не та сумма, чтобы говорить.

– Нет, я так не могу. Я должна вернуть!

– Коли так не хочешь в должниках быть, то кому другому при случае помоги. Я тебя сегодня выручила, а ты потом кого-нибудь незнакомого выручи.

На том и сошлись. Предложение было простым и ясным, Роксана как-то сразу успокоилась, и больше они к этой теме не возвращались.

Доехав до города, женщина дала Роксане денег еще и на метро. А разохотившись, подарила и розовенький дождевик, в которых любят ходить по лесу грибники во время дождя. Дождевик был уже старый и немножко рваный, но от начавшего накрапывать дождя отлично укрывал. И, пожелав Роксане напоследок еще и удачи, женщина отправилась своей дорогой, а Роксана – своей.


Между тем оставленные ею с носом четверо молодых людей времени даром не теряли. За прошедшие с момента побега Роксаны часы они обыскали всю округу, перекрыли дорогу, побывали на железнодорожной станции и теперь были в неприятном изумлении – все их поиски не дали никаких результатов. Последняя надежда – электричка, на которой девчонка могла укатить прочь, уехала, а Роксаны на перроне они не обнаружили.

– Куда она могла деваться? – произнес Василий, затылок которого украшал солидных размеров кусок марли, примотанный бинтами к голове. – А? Ну, куда?

– Ты не так ставишь вопрос. Давайте подумаем, куда она могла отсюда отправиться?

– В полицию?

– Мы там были. К ним девчонка не обращалась. То ли побоялась, то ли не сообразила, то ли просто не нашла. Думаем еще.

– Домой? К родителям?

– Далеко. Да и не сунется она к ним. Что ей там у них делать?

– К себе домой?

– Дома у нее, как такового, теперь и нет. Впрочем, как и любовника.

– Но она еще об этом не знает.

– Да, стоит ее подождать там. Ну что… поехали?

– Только бы успеть первыми, – озабоченно нахмурился Василий. – Роксану ищут до сих пор. И возле ее дома установлено круглосуточное дежурство. Ждут, когда девочка вернется.

– Девочка! – фыркнул Андрей. – Аферистка она, а не девочка!

– Зачем ты так о ней! Она хорошая.

– Она тебя по затылку камнем огрела, едва башку тебе не проломила, а ты ее защищаешь?

– Она просто испугалась, – не сдавался Василий, осторожно трогая шишку у себя на затылке, которая до сих пор саднила и болела. – Она решила, что, раз мы ее в этом доме насильно удерживаем, значит, зла ей желаем. Ну и предприняла меры для своего спасения… Решительные меры.

– Не знаю, – проворчал Андрей. – На мой взгляд, что она, что ее любовник Клим – оба конченые аферисты и мошенники. Как говорится, свой свояка видит издалека! Я этой артистке теперь ни на грош не поверю.


Пока четверо друзей обсуждали и осуждали поведение Роксаны, сама девушка подошла к станции метро «Площадь Восстания» и, купив карточку, набрала в таксофоне заветный номер.

– Клим! Климушка! – бормотала она, словно заклинание. – Отзовись, родненький!

Наконец трубку сняли.

– Клим! – закричала Роксана. – Клим, меня похитили какие-то люди, но я от них сбежала! Клим, забери меня!

– Где ты сейчас?

Голос был Роксане незнаком. И она оторопела:

– Клим? Это… это ты?

– Ясное дело, я! Ты же мне звонишь!

– А что у тебя с голосом?

– Простыл.

Но Роксану не так-то просто было теперь обмануть. Минувшие сутки научили ее осторожности.

– Если ты Клим, – произнесла она, – то ты должен знать, где мы с тобой познакомились. Знаешь?

– Да.

– И где?

– В ресторане.

– Вот и мимо! – заорала в трубку Роксана. – Врун! Где Клим? Почему у тебя его телефон?

– Клим просто отошел, – начал изворачиваться собеседник. – Он сейчас вернется.

Но Роксана этому вкрадчивому голосу уже не верила.

– Клим никогда и никому не позволяет отвечать на свои вызовы! – произнесла она. – Уж я‑то знаю! Тринадцать месяцев у него секретарем работала, изучила все его привычки от и до!

И она повесила трубку. Несмотря на браваду, на душе у нее было тягостно. Она не понимала, где Клим и что вообще вокруг нее происходит. Был у нее еще один номер телефона, которым Клим разрешил ей пользоваться только в самом крайнем случае. Роксана позвонила и по тому номеру. И там, о чудо, ей ответил родной голос любимого:

– Да, я вас слушаю.

– Клим! Клим, это я! Меня похитили, Клим, но я спаслась!

– Да, да, я понял.

Голос Клима звучал как-то отстраненно и даже равнодушно, совсем не так должен звучать голос человека, которому звонит любимая, чудом спасшаяся из рук похитителей. Но Роксане было не до таких нюансов. Обрадованная, что Клим все же нашелся, она частила, стремясь рассказать ему все новости, накопившиеся у нее за эти дни.

Клим слушал ее внимательно, лишь иногда вставлял это свое «да, да, я понял». Больше никакой реакции от него Роксана не добилась. И в конце концов она невольно насторожилась.

– Клим, скажи мне, что мне делать?

Послышалось какое-то шуршание, а потом голос Клима произнес: