# Поцелуй Иуды

Максим Анатольевич Шахов

Зовут его Вадим Моляр. По жизни он мент и начальник «шестерки» – шестого горотдела по борьбе с оргпреступностью в областном городе Кольцове. Местная криминальная публика его хорошо знает. Потому что с ним не забалуешь. И если уж взялся за дело Моляр, точно доведет до конца. А дело ему подвернулось нешуточное: средь бела дня неизвестные похитили гендиректора местного нефтеперерабатывающего комбината Богданова. Казалось, заказывать похищение никому особо не выгодно: ни долгов, ни врагов у жертвы не было. Но Моляр-то знает, что подставляют и предают обычно самые близкие люди. И как в воду глядел. Такая криминальная драма завертелась – покруче индийского кино…

## Глава 1

Заказчик неожиданно занервничал уже в самом конце, когда утрясли все детали.

– Он обязательно должен умереть! Это главное! – возбужденно бросил тот, брызжа слюной.

Посредник поднял от тарелки удивленные голубые глаза и ровным голосом произнес:

– Это само собой разумеется. Летальный исход гарантирован. Ни один патологоанатом не подкопается.

От этих слов в пустынном зале ресторана на миг повеяло могильным холодом.

– А неплохие тут котлетки, даже удивительно, – заметил посредник, возвращаясь к еде.

Заказчик его не слышал. Комкая в руке салфетку, он пошевелил губами и снова брызнул слюной:

– И вот еще что… Потом, ну, перед смертью, он должен помучиться! Как-нибудь побольнее его!

Посредник, словно не слыша, прожевал мясо. Потом отложил нож с вилкой, глотнул из фужера минералки и аккуратно промокнул губы:

– А вот это уже лишнее. Забудьте об этом. У нас солидная фирма. Костоломов не держим. Клиент до самой последней минуты должен чувствовать себя комфортно и безопасно. Это – азы.

– Но…

– Никаких «но». Это – в интересах дела. Нашего с вами дела. Вы все уяснили?

– Да, – хрипло вздохнул заказчик, продолжая комкать салфетку.

– Вот и славно, – сказал посредник, поднимаясь. – Мне пора, а то опоздаю на самолет. Навряд ли когда свидимся, так что прощайте…

Заказчик машинально кивнул и уставился невидящим взглядом в стол. Очнувшись через несколько минут, он посмотрел на часы, позвал официанта и торопливо расплатился. Возвращаться домой было далеко, а ему еще нужно было купить подарок юбиляру от себя и сотрудников.

## Глава 2

Кольцов – город небольшой. Всего двести сорок тысяч жителей. Но деньги здесь крутятся немалые.

Эстрадные знаменитости это знают. Что ни неделя – на афишах физиономия очередной звезды. На прошлой неделе Боря Моисеев приезжал. Правда, выступить не смог. Перед самым концертом сердце прихватило.

А так – сплошные аншлаги. Оттого знаменитости в Кольцов и прут, как мухи на мед.

Меда в Кольцове, правда, отродясь не водилось, зато есть здесь кое-что получше. Кольцовский нефтеперегонный завод – КНПЗ.

На том и стоит Кольцов. И неплохо стоит. Простые работяги на иномарках раскатывают, и на довольно приличных иномарках. Не все, конечно, но таких примеров хватает. И никого в Кольцове это не удивляет.

Оно и понятно. Нефть – «черное золото». И наркотик. Современная цивилизация крепко на нефть «подсела». Машины, тепловозы, котельные, электростанции – все работает на ней, родимой.

На кольцовской «трубе» три губернии «сидят». Перекрой ее, и начнется в них такая «ломка», что на следующий день в Москве аукнется.

Так что денег в Кольцове хватает. Оттого и смотрят здесь на звезд снисходительно. Будь ты хоть Алла Борисовна, хоть Филипп Бедросович, а кушать захочешь, все равно в Кольцов приедешь – со сцены кланяться и в вечной любви клясться.

## Глава 3

У лучшего кольцовского ресторана «Загуляй» яблоку негде упасть. «Понтиаки», «Шевроле», «Вольво» выстроились аккуратными рядами. Поблескивают никелем и хромом. Все – последние модели, как на престижном автосалоне.

Только к автомобильному бизнесу происходящее никакого отношения не имеет, а вот к нефтяному – самое прямое. Генеральному директору ЗАО «Колойл» Андрею Богданову сорок пять годков стукнуло.

Дата вроде не очень круглая, но уж больно значительный человек юбиляр. «Колойл» контролирует почти половину продаж нефтепродуктов, производимых КНПЗ.

Откроют тебе пресловутый «нефтяной краник» или нет, во многом зависит лично от Андрея Петровича. А уж сколько денег проходит через «Колойл» – подумать страшно. Львиная доля этих денег, конечно, переводится на счета КНПЗ. Но и «Колойлу» кое-что перепадает, и Богданов особо не бедствует.

Дачку, конечно, имеет. При ней участок небольшой. Это – на Лазурном берегу, в Ницце. А в Кольцове – дом в «царском селе» с молодой красавицей-женой в придачу. Мог бы Андрей Петрович и самолет себе небольшой позволить, чтобы дочку за границей навещать. Но он человек скромный, его и «Аэрофлот» устраивает.

Столы в «Загуляе» ломятся от яств. Рядами сверкают бутылки. Богданов второй час принимает поздравления и подарки. Не любит он этого, устал, но деваться некуда.

Едва расцеловался с вице-губернатором соседней области, как на очереди уже референт министра с поздравлениями от «самого». И снова подставляй щеки.

Короче, тоска зеленая. Алла, жена молодая, глядит сочувственно, а помочь ничем не может. И подарки все какие-то тупые. Дорогие жутко, но цена им – грош в базарный день.

К концу церемонии совсем упал духом Богданов. Не юбилей, а сплошная мука. Если б мог, убежал бы с Аллой потихоньку через служебный ход и лучше бы в лесу погулял – подальше от всего этого. Но – нельзя. Посланцы министра и губернаторов неправильно понять могут.

Тут-то и появился Алексей Родимцев – заместитель Андрея Петровича. Припозднился Родимцев, запыхался. Где был – непонятно. Как уехал перед обедом, так полдня где-то и пропадал.

В руке Родимцев держал небольшой пакет. Он слегка отдышался и подмигнул заговорщицки сотрудникам «Колойла». Мол, вставайте, идем шефа поздравлять.

И поздравили, да так, что все ахнули. В пакете оказалась небольшая бронзовая скульптура. И не простая, а с миниатюрным насосом.

Родимцев воткнул вилку в удлинитель, немного выждал и сдернул шуршащую упаковку. Алла засмеялась первой. За ней – все остальные.

Скульптура называлась «Мальчик, писающий нефтью». Насос работал неслышно. Умело подсвеченный лампочкой мальчик чем-то неуловимо смахивал на Богданова. Тонкая струйка толчками вытекала в миниатюрный бассейн и взбивала радужные пузырьки.

Богданов сразу оттаял.

– Спасибо, Лешка!.. – прошептал он на ухо Родимцеву. – Один ты меня понимаешь…

Вслед за Родимцевым растроганного шефа по очереди обняли остальные сотрудники.

– Спасибо… Спасибо, – повторял Богданов.

Коллектив «Колойла» совсем маленький, но на удивление дружный. Богданов знал, что на каждого из своих сотрудников может положиться как на себя самого. Именно это и было для него главным подарком.

Родимцев тем временем присел рядом с Аллой, что-то сказал ей на ухо. Алла кивнула, посмотрела украдкой на счастливого Богданова и улыбнулась как-то странно…

## Глава 4

Ночь накрыла Кольцов. В «Загуляе» песни, пляски, клятвы в вечной дружбе и любви до гроба. А за окраиной, неподалеку от нефтеперегонного завода, совсем другие дела. Кольцовский ОБОП, или шестой отдел, если сказать проще, третьи сутки в засаде сидит.

Ближе к полуночи наконец появились «клиенты». Моляр приложил рацию к губам, негромко произнес:

– Все на своих местах. Ждем…

«Клиенты» не дураки. Вперед послали джип. Долго осматривались, прислушивались, принюхивались.

Только ребята у Моляра будь здоров. Рассредоточились на местности, замаскировались. Разве наступишь – тогда, может, заметишь.

Приехавшие на разведку ничего не заметили. И часа через полтора в темноте натужно загудел мощный движок.

Вскоре в прибор ночного видения Моляр рассмотрел бензовоз, а за ним – еще один джип сопровождения.

Бензовоз ухнул тормозами, остановился посреди поля. «Клиенты» по-быстрому раскопали спрятанный в земле вентиль, раскинули шланг, подсоединились. Бензин зажурчал в цистерну.

– Захват! – выдохнул Моляр в рацию и первым бросился вперед.

– На землю, суки! «Шестерка»! Ну! – вмиг наполнилась криками ночь.

«Клиенты» оказались чеченцами. Только для ребят Моляра это все равно. «Чехи» моргнуть не успели, как оказались мордами в пожухлой траве. Один только попытался дернуться, тесак полуметровый выхватил.

Можно было бы и подстрелить урода, чтоб другим наука была, но – нельзя. Бензовоз рядом, пары. Одна искра – и всем скопом на воздух.

Моляр с ходу махнул голенью, коротко выдохнул. «Мае-гери-кэаге» эта «примочка» называется, или маховый удар ногой. «Чеху», правда, это было уже все равно.

Он дернул головой, выронил тесак и грузно шмякнулся оземь.

– Тащите это говно к остальным, – распорядился Моляр, поднося ко рту рацию. – Первый, Второй! Газуйте сюда!

Вскоре от дальнего леска подкатили два микроавтобуса и несколько легковушек. Моляр к этому времени уже вовсю «колол» за бензовозом одного из чеченцев.

– Где мужик, падаль?

– Какой такой мужик? Никакой мужик нэ знаю!

– Сейчас узнаешь! – пообещал Моляр. – Эй, кто-нибудь! Шланг сюда, быстро!

– Какой такой шланг? – забеспокоился «чех». – Зачем?

– Как – зачем? – удивился Моляр, щелкая на пробу зажигалкой. – Обольем бензином ворованным, отведем в поле и подпалим тебя, падлу! Думаешь, цацкаться будем?

– Эй! Зачем? – дернулся было «чех», но тут же получил такой удар под дых, что потух окончательно. – Нэ нада… – едва слышно прохрипел он. – Я все скажу. В падвале он… В соседней области. Переулок Дружбы народов…

– Громче, падаль! – рыкнул Моляр.

«Чех» повторил адрес.

– Паша, ты где? – позвал Моляр своего зама.

– Я тут! – вынырнул из-за бензовоза Евсеев.

– Бери группу захвата, поедешь в соседнюю область мужика этого из погреба выдергивать, а то он до утра может окочуриться. Чувствую, поработали они над ним плотно, хорошо, если калекой не останется. И этого «чеха» возьмете, чтоб дорогу показал.

– А ордер на обыск? – спросил Евсеев.

– Ночь на дворе! Где я тебе ордер возьму?

– Так это… Неприятностей не будет? Другая область все-таки…

– Бери людей и двигай вытаскивать мужика. Пока доберетесь, я что-нибудь придумаю, перезвоню тебе.

– Ага! – кивнул Евсеев. – Группа захвата в «Форд»! И ты тоже пошел, козел, быстро!

## Глава 5

Домой, в свою холостяцкую квартиру, Моляр в эту ночь так и не попал. В город вернулся уже под утро и прямиком – в отдел.

«Ауди» пискнула тормозами и остановилась напротив входа в старинный аккуратный особнячок. Слева от крыльца – табличка: «Кольцовский городской отдел по борьбе с организованной преступностью». Читай – «шестерка». Табличка литая, бронзовая, солидная. Чтоб всякая сволочь чувствовала, с кем имеет дело.

Моляр легко взбежал на крыльцо, потянул на себя дверь, выслушал доклад дежурного. Ночь прошла без происшествий по линии ОБОПа. Братки в Кольцове уже давно ведут себя тихо. Залетные «чехи» из соседней области – не в счет.

Моляр миновал дежурную часть, поднялся на второй этаж к себе. Кабинет с номером «22», считай, его родной дом. И боевой пост. Покуда Моляр его занимает, в Кольцове будет тихо.

В общем-то, сидеть в засаде и брать бандитов с поличным не его, начальника «шестерки», работа, но Моляр все привык делать сам. Он даже от помощи областного СОБРа отказался.

– Точно сам справишься? – спросил три дня назад начальник областного УБОПа.

– Точно.

– Смотри, если что, ответишь…

– Отвечу, Степан Митрофанович, – сказал Моляр.

Ему не привыкать. Он за то, что происходит в Кольцове, давно в ответе. Потому местные братки и не шалят.

«Крышуют», конечно, долги потихоньку выбивают, отморозков всяких вылавливают. Но похищений, разборок с пальбой и бандитского беспредела, как в других городах, в Кольцове нет.

Все братки у «шестерки» давно под колпаком. Будет команда, Моляр их всех, родимых, в два часа упакует и отправит куда положено.

Но команды такой пока не поступало. Время смутное – государство в раздрае, ни одна структура толком не работает, тот же долг через суд вернуть – пять жизней потратить нужно, да еще в конце тебя же виноватым и сделают.

В общем, без бандитов пока – никак. Нужны они государству, потому как без них оно окончательно забуксует.

Вот бандиты пока и оттягиваются на свободе, а вместо них в «шестерке» аккуратными рядами папки стоят. «Дела оперативной разработки» называются.

Правда, свобода у братков в Кольцове сильно ограниченная. Если кто вдруг вздумает выйти за установленные Моляром рамки, очнуться не успеет, как в КПЗ загремит. И тогда уже не поможет никто – ни юристы с адвокатами, ни «мохнатые лапы», ни продажные судьи.

Ребята у Моляра боевые, проверенные. Если за кого возьмутся, «закроют» наверняка. Хоть правдами, хоть неправдами. А иначе нельзя.

Бандит должен свое место знать. И помнить, что «шконка» в камере для него всегда наготове.

Кабинет у Моляра большой, но мебели в нем немного. Все – самое необходимое. Стол с телефоном, кресло. Слева – компьютер на компьютерном столике. Справа в углу – видеодвойка на тумбочке. Сейф. Пара шкафов. Перед столом – небольшой приставной столик с единственным стулом для посетителей.

В общем, обстановочка спартанская. Мебель, правда, стильная, офисная, в цвет подобранная. А вот стульчик для посетителей – словно на мусорке найден. Жесткий, затертый, колченогий, того и гляди развалится.

Моляр – психолог. И стульчик этот стоит у него неспроста. Своим сотрудникам он напоминает этим о том, что нечего в кабинете начальника рассиживаться, работать нужно. Ну а клиентам «шестерки» – о том, что пора привыкать к казенным мебелям и что разговор с ними будет короткий.

Моляр включил кофеварку, устало опустился в кресло. «Шестерка» тем временем наполнилась гулом и голосами. Это ребята на микроавтобусе привезли «чехов». Пока их допрашивали и «оформляли», уже и утро наступило.

## Глава 6

Очень в этот раз Марье Ивановне с квартирантами повезло. Солидные, основательные, хоть и молодые. Бизнесмены. Приехали в Кольцов договоры на поставки заключать.

Уходят рано, приходят поздно, весь день в работе. Ни пьянок, ни женщин. Сняли две комнаты по объявлению в газете, деньги наперед заплатили.

В общем, не нарадуется Марья Ивановна на квартирантов. Одна беда – приехали они в Кольцов ненадолго. За две недели управились с делами – и вот съезжают.

Проснулись спозаранку, пошли умываться, на кухне чайник поставили. Стараются не шуметь, чтобы хозяйку не побеспокоить. А в старости какой сон? Давно уж не спит Марья Ивановна.

Полежала еще немного, накинула халат, подпоясалась, скрипнула дверью.

– Здравствуйте, Марья Ивановна!

– Здравствуйте! Уже собираетесь?

– Собираемся, Марья Ивановна.

Вздохнула старуха. Уж больно ей квартиранты пришлись по душе.

– Может, вам оладушков на дорожку испечь?

– Спасибо, Марья Ивановна. Не надо. Мы уж и так опаздываем.

Вконец расстроилась старуха. Вернулась к себе. Но долго не высидела. Снова вышла. А квартиранты с тряпками в своих комнатах порядок наводят, мебель протирают.

– Зачем? – всплеснула руками старуха. – Я сама приберусь, вы же опаздываете!

– Успеем, Марья Ивановна. Нам не трудно, а вы старенькая…

По-быстрому прошлись в комнатах тряпками, отнесли их в ванную, подхватили свои чемоданчики.

– Ну что, Марья Ивановна, провожайте!

Старуха щелкнула замками, открыла дверь, а у самой слезы на глазах:

– Храни вас господь!

– Ну что вы, Марья Ивановна! Не надо плакать! До свидания!

– До свидания! – махнула рукой старуха и украдкой перекрестила квартирантов.

## Глава 7

На следующий день после своего сорокапятилетия Богданов, как всегда, проснулся рано. Взошедшее солнце ласкало лучами «царское село», под окном весело щебетали птицы. Рядом едва слышно посапывала Алла. Живи и радуйся.

Андрей Петрович осторожно выскользнул из-под одеяла, чтобы не побеспокоить молодую жену, спустился вниз. Голова у него не болела, потому что выпил он накануне не так и много.

Приняв контрастный душ, Андрей Петрович растерся махровым полотенцем, а заодно осмотрел себя в зеркале. И остался доволен.

В свои сорок пять выглядел он так, словно открыл секрет вечной молодости. Ни тебе жировых складок, ни двойного подбородка, ни брюшка. Кожа не дряблая, как у большинства ровесников, а, наоборот, упругая, словно у тридцатилетнего. Только в черных как смоль волосах уже кое-где пробилась седина. Но Алле это даже нравится.

При мысли о молодой жене Богданов, как всегда, улыбнулся и двинулся на кухню. Он был бодр, доволен собой, доволен жизнью и действительно чувствовал себя тридцатилетним. А секрет его молодости был очень прост – побольше работать, поменьше бездельничать. И вести здоровый образ жизни.

Позавтракал Андрей Петрович, как обычно, отварной осетриной с чаем. Он признавал только качественные натуральные продукты и мог их себе позволить. По вечерам час плавал в бассейне, снимая дневную усталость. Но главное, что позволяло ему находиться в отличной форме, – это работа.

Одевшись, он заглянул в свой домашний кабинет за бумагами и услышал едва уловимый скрип деревянной лестницы. Алла спускалась вниз, чтобы поцеловать его на дорогу.

– Здравствуй, солнце мое! – выглянул из кабинета Богданов.

– Здравствуй! – улыбнулась слегка припухшая со сна Алла, обнимая мужа. – Вчера ты был просто великолепен!

– Да?

– Да! – Супруга поцеловала Андрея Петровича. – Последний раз – это что-то неописуемое! Возвращайся сегодня пораньше…

– Постараюсь, – кивнул польщенный Богданов. – Пока!

– Пока!

Стоя у открытой двери, Алла дождалась, пока Андрей Петрович выведет из гаража машину и выедет за ворота. Махнула ему рукой, захлопнула дверь и поспешила к телефону…

## Глава 8

В восемь часов из соседней области наконец вернулся Евсеев, заглянул в кабинет.

– Порядок? – поднял на него красные глаза Моляр.

– Порядок, – кивнул Паша. – Привез еще двух «чехов», которые мужика охраняли. К тебе их? По одному?

– Да нет. Давай лучше мужика этого. Посмотрю на него. Побеседую…

– Понял, – кивнул Паша.

Вскоре на пороге возник мужик. В глазах – испуг, рожа, заросшая щетиной, синяя от побоев. Но живой и сам на ногах держится.

– Проходи. Садись, – кивнул Моляр.

Мужик проковылял к затертому стульчику, тяжело опустился. После трехдневного сидения в сыром подвале и издевательства «чехов» выглядел он как привидение.

– Бутерброд с колбасой будешь? – спросил Моляр. – Позавчерашний, правда, но больше ничего нет.

– Благодарствуем, – судорожно вздохнул мужик, не поднимая глаз. – Меня по дороге уж покормили.

– Тогда рассказывай.

– Че рассказывать-то? – шмыгнул носом мужик.

– Все по порядку.

– В общем, сварщик я. В монтаже работаю. Три месяца назад подрядили нас на нефтеперегонный завод емкости бензиновые монтировать. Котлован под них вырыли на бывшем колхозном поле. А я на этом самом поле в восемьдесят не помню каком году систему орошения, значит, монтировал. Ну, трубы этой самой системы давно растащили, но одну в земле я все-таки нашел.

– Ну? – ухмыльнулся Моляр.

– Ну и попутал меня леший!.. – горестно всплеснул руками мужик. – Сделал я тайком из цистерны в эту самую трубу врезку, а на другом конце ночью вентиль присобачил. Никто ничего и не заметил. А на позапрошлой неделе цистерны эти уж в работу запустили. Выехал я ночью в поле на своем «Москвиче», в багажник бочку приспособил, ну и в канистры тоже бензина набрал. Теперь, думаю, заживу…

– Зажил?

– Ага, – вздохнул мужик.

– Ну и что дальше?

– Да что дальше? Решил, раз такое дело, свой бизнес наладить. Здесь, правда, светиться побоялся и погнал продавать бензин в соседнюю область, к авторынку. Продавал, считай, вполцены, так что брали хорошо. Три рейса сделал, отпуск даже на работе взял. А потом эти черные появились. Сперва говорят, мол, нехорошо без спроса, делиться надо. Ну я им – надо так надо. И отстегнул сколько сказали. А вскорости главный ихний на авторынок пожаловал, Асламбек, что ли. В джип к себе пригласил. И спрашивает: ты, мол, пяток бочек бензина привезти сможешь? Смогу, говорю. А цистерну, спрашивает. И по-доброму так. Запросто, говорю, без проблем. Ну тут они меня в оборот и взяли, – вздохнул мужик. – Все выпытали – про врезку, вентиль и палку, которую я на том месте в поле воткнул. А потом в погреб кинули…

– Дурак ты, дядя, – хмыкнул Моляр. – Зря ты в нефтяной бизнес сунулся. Нефть – она от крови черная. Благодари бога, что хоть жив остался. Если бы у «чехов» сегодняшняя заправка прошла нормально, они б тебя уже прикончили. Понял?

– Понял, – вздохнул мужик. – Спасибочки вам, значица… А как вы обо всем узнали? Я ж про этот вентиль – никому ни-ни.

– Работа у нас такая, – задумчиво проговорил Моляр. – Жене спасибо скажи, что вовремя заявила. Прибежала ко мне вся в слезах и рассказала, что знала, о твоем нефтяном бизнесе и о том, что ты пропал. Остальное – додумали. Что же с тобой делать, а?

– Да что делать? – шмыгнул носом мужик. – Готов, так сказать, ответить по всей строгости, раз вы меня, значит, поймали.

– Да мы таких, как ты, не ловим, – невесело усмехнулся Моляр. – Мы их, наоборот, спасаем. В общем, попробуем мы тебе оформить явку с повинной. Авось, пройдет этот номер с прокурором, тогда попадешь под амнистию. Ты свое в подвале у «чехов» уже отсидел.

– Благодарствуем…

## Глава 9

Выехав на улицу, Андрей Петрович кивнул на прощание жене и включил магнитолу. Из четырех местных FM-радиостанций он предпочитал «Радио Шансон». Здесь, по крайней мере, не крутили безумных шлягеров для недоразвитых дегенератов.

Сергей Крылов допел «Украли у дружка магнитофон», потом пошли местные новости. К этому времени белый «Пежо» уже подкатил к шлагбауму на выезде из «царского села».

Охранник поднял его заблаговременно, кивком поздоровался с Богдановым. Лично знакомы они, конечно, не были, но директора «Колойла» охранник уважал. Серьезный мужчина Андрей Петрович, не то что некоторые иные обитатели «царского села». На работу ездит каждый день минута в минуту, хоть часы проверяй. И без понтов – ни водителя с телохранителем, ни джипов сопровождения.

Богданов кивнул охраннику в ответ и неспешно покатил дальше. Носиться как угорелый он не любил. Маршрут давно выверен и рассчитан до секунд. А насчет охраны – это вообще детство.

«Наехать» на него мог решиться только сумасшедший. Ну а если захотят «убрать», так никакая охрана не поможет. Примеров тому не счесть. А чтобы этого не произошло, нужно просто предельно аккуратно вести дела. Чтоб ни ты никому не был должен по-крупному, ни тебе. Вот и весь секрет.

«Пежо» проехал двести метров по прямой, повернул. За поворотом уже и окраина Кольцова. Рукой до нее подать. Но прежде чем въехать в город, белый «Пежо» вильнул к обочине и начал тормозить. Андрей Петрович – человек аккуратный и педантичный не только в делах, но и в быту.

И каждый раз по дороге на работу он выбрасывает здесь пакет с мусором. Машина остановилась напротив контейнера, Андрей Петрович выбрался из нее и направился к багажнику. Пакет лежал там. Однако выбросить мусор на этот раз ему так и не удалось…

Микроавтобус Богданов заметил лишь тогда, когда тот резко остановился рядом с «Пежо». Откуда он взялся, Андрей Петрович не понял.

Дверь синего фургона отъехала в сторону еще на ходу. В самый последний момент Богданов удивленно оглянулся и вздрогнул. Из машины выскочили двое в масках. Молча подхватили его под руки и на удивление легко впихнули в фургон.

Секунда – и микроавтобус рванул прочь от «Пежо». Дверь со щелчком встала на место. Из темноты на Богданова пахнуло чем-то сладковатым и приторным. В следующий миг чья-то рука прижала к его лицу влажную салфетку.

Андрей Петрович дернулся, попытался вскрикнуть. Вздохнул судорожно и сразу обмяк. Не было уже ни страха, ни сил сопротивляться. Он просто вдруг захотел спать.

И тут же уснул с детской улыбкой на лице…

## Глава 10

Обитатели «царского села» – люди преуспевающие, но разные. Большинство, конечно, занимается нефтяным бизнесом. Но хватает и таких, кто прямого отношения к «черному золоту» не имеет: предпринимателей с коммерсантами и «простых» чиновников с грошовыми окладами.

Некоторые хорошо знают друг друга и даже дружат семьями. Некоторые просто здороваются. А есть и такие, которые терпеть друг друга не могут. «Село»-то хоть и «царское», но живут в нем такие же люди, что и везде.

Выездов из «села» два – «западный» и «восточный». Богданову ближе ездить к «западному», а большинству его коллег по нефтяному бизнесу – к «восточному».

Уже двадцать минут стоит «Пежо» у мусорного контейнера на обочине. Больше десятка обитателей «царского села» за это время его миновало, направляясь в город.

Скользнут взглядом по пустой машине и едут дальше. У всех свои дела, свои заботы. А чем там занимается Богданов – это его дело. Может, съел на юбилее что-то не то, теперь поносом мается. Прижало беднягу посреди дороги, он и выскочил в кусты.

Долго еще мог «Пежо» так стоять. Пока бы шефа не кинулись искать на работе. Но тут от «царского села» вывернул «семисотый» «БМВ».

Коммерческий директор КНПЗ Астахов всегда пользовался «восточным» выездом. Но сегодня ему нужно было заскочить к дантисту. После вчерашнего угощения в «Загуляе» зуб разболелся.

Астахов хорошо знал Богданова. Увидев «Пежо», он сразу притормозил, собираясь посигналить и поздороваться. Но, к его удивлению, «Пежо» оказался пуст.

По инерции Астахов проехал еще метров тридцать и вдруг остановился. Глядя в зеркало, он пожал плечами и включил заднюю передачу.

Резко затормозив рядом с «Пежо», Астахов оглянулся, подался немного вправо и увидел, что в замке зажигания машины Богданова торчит ключ.

Это ему здорово не понравилось. На всякий случай Астахов еще раз оглянулся по сторонам и тут же позвонил в «Колойл».

## Глава 11

Едва мужика увели писать явку с повинной, как в кабинет к Моляру заглянул Евсеев.

– Там внизу в дежурной части журналистка. К тебе рвется.

– Какая еще журналистка? – хмуро спросил Моляр.

– Московская. Приехала писать для своего журнала статью о КНПЗ. И прослышала о том, как мы «чехов» накрыли. Хочет у тебя интервью взять.

– Некогда мне, – махнул рукой начальник «шестерки».

– Зря ты так. Посмотреть на нее стоит в любом случае. Да и вообще. Пусть бы почитали в Москве о нашем отделе, как мы тут со всякой нечистью боремся…

– Ладно, – нехотя сдался шеф. – Скажи, пусть пропустят.

Через минуту на пороге возникла московская журналистка:

– Здравствуйте!

– Здравствуйте, – хмуро кивнул Моляр. – Прошу.

Журналистка, конечно, была хоть куда, но уж больно вычурная какая-то. Моляр этого не любил.

Она представилась, с опаской опустилась на колченогий стул, вытащила цифровой диктофон.

– Слушаю вас, – официальным тоном сказал Моляр.

Журналистка к этому времени успела его рассмотреть. И оценить. А мужчина Моляр видный.

Метр восемьдесят, косая сажень в плечах, талия узкая, ни капли жира, сплошные мышцы, но без излишеств, как у «качков». И лицом бог не обидел. В общем, рядом с Моляром Жан-Клод ван Дамм отдыхает.

– Хочу статью большую о вас написать. Если вы согласитесь помочь мне, конечно… – многозначительно произнесла журналистка, закидывая ножку на ножку.

При этом под короткой юбочкой на миг показались трусики. Моляр вздохнул. Намек-то он понял, только он не из тех, кто размахивает членом направо и налево. Моляр – мужчина основательный. Шалав не любит.

– Так что вы на это скажете, а? – томно улыбнулась журналистка, скользнув язычком по верхней губе.

Очень это у нее выразительно получилось и сексуально. Для пущего эффекта она еще на спинку облокотилась и развернулась к Моляру так, чтобы он мог получше оценить ее прелести.

– Не получится у нас ничего, – отрезал тот.

– То есть как – не получится? – опешила журналистка.

– А очень просто. Выматывайся. Мне работать нужно.

– Да как вы смеете?! – вскрикнула гостья и попыталась вскочить.

Да не тут-то было. Колченогий стульчик от ее резких телодвижений вдруг возьми и рассыпься.

Журналистка с грохотом – на пол, только ноги мелькнули. Короткая юбка задралась по самое некуда, а Моляра смех разобрал.

Красотка на полу стонет, охает, а он хохочет как сумасшедший, остановиться не может. Короче, скандалище вышел жуткий. На грохот Евсеев прибежал, кое-как поднял журналистку, юбку одернул.

– Я этого так не оставлю! – завизжала она. – Я до самого министра дойду!

– А я-то при чем? Меньше выпендриваться надо, – сквозь смех выдавил из себя Моляр.

– Паяц! – взвизгнула журналистка и поковыляла с сумочкой на выход.

Не на шутку перепуганный Евсеев семенил рядом, под руку ее поддерживал и оглядывался осуждающе.

– Паша! Диктофон ей отдай, а то еще министру нажалуется, что мы его сперли! – вытер слезы Моляр.

– И пожалуюсь! – крикнула с порога журналистка. – Вы за это ответите!

– Отвечу, – махнул рукой Моляр.

Вскоре Паша вернулся.

– Ты че, вообще, что ли?

– Так она ж сама грохнулась, ноги тут до потолка задирала! – улыбнулся Моляр.

– Смотри, как бы плакать не пришлось, – хмуро проговорил Евсеев.

И как накаркал. Тотчас на пульте зажглась лампочка, тревожно загудел зуммер. Моляр повернулся, увидел, что звонит дежурный по городу. Взял трубку.

– Моляр! Слушаю!.. Что?.. Твою мать! Паша, поднимай людей по тревоге!

– А что случилось-то?

– Богданова по дороге на работу умыкнули!

## Глава 12

Синий микроавтобус «Фольксваген» рванул к окраине. Трижды повернул, проверяясь. Погони не было, и водитель сбросил скорость, чтобы не привлекать внимания.

Еще несколько поворотов, вот и знакомый пустырь. «Фольксваген» притормозил за кучей строительного мусора. Там уже стояла легковушка. Богданова аккуратно перегрузили в багажник.

Пять секунд – и «Фольксваген» вырулил с пустыря. Водитель в нем был уже один. Бояться вроде нечего, но нервишки шалят, курит сигарету за сигаретой. Маршрут водителю прекрасно известен – через город к мосту. Перебраться на другую сторону реки, а там и до соседней области рукой подать.

Ехать вроде недалеко, но все как назло. Светофоры перед самым носом «красным» загораются, пешеходы какие-то ненормальные под колеса норовят влезть, троллейбусы в ряд выстроились, хрен объедешь.

Водитель про себя матерится, но держится. На «красный» аккуратно тормозит, пешеходов чокнутых с улыбкой пропускает. Взопрел весь, но впереди уже мост показался. Еще минута и – гуд бай, Кольцов.

Но тут откуда ни возьмись гибэдэдэшник. Выскочил из-за «КамАЗа», ткнул жезлом в «Фольксваген» и на обочину показывает…

## Глава 13

Через Кольцов к «царскому селу» с воем и мигалками несется кавалькада. Впереди – Моляр на своей «Ауди», за ним – Паша Евсеев с оперативниками на «девятке», следом два микроавтобуса ОБОПа – «Форд» и «Шевроле».

Распугали всех, в пять минут до окраины домчались. Завернули. Впереди, у мусорного контейнера, – полно машин. Милицейский «уазик» с надисью «ПМГ», «Пежо», «БМВ», «Рено-Клио» и еще какие-то иномарки чуть поодаль.

Моляр резко остановился, выскочил из «Ауди».

– Здравия желаю, товарищ майор! – направился к нему старший передвижной милицейской группы.

– Здоров! Ну что тут?

– Кажись, дело табак… – понизил голос лейтенант. – Богданов этот на работу, значит, ехал. И видно, остановился здесь, чтобы выкинуть мусор. Жена говорит, он каждый день пакет с собой брал. Ну его, судя по всему, тут и прихватили… Ключи торчат в замке зажигания, пакет с мусором – в багажнике, я посмотрел.

У Моляра внутри словно что-то оборвалось.

– Понятно, – вздохнул он. – Эта, что ли, жена, которая в «Рено»?

– Да, – оглянулся через плечо лейтенант. – А тот, который ее успокаивает, Астахов – коммерческий директор КНПЗ. «БМВ» – его, ехал к зубному врачу, увидел пустой «Пежо» и позвонил на работу Богданову. Думал, может, просто что-то с машиной… А с работы уже к нам звякнули.

– Свидетелей нет? – на всякий случай спросил Моляр.

– Нет.

– А на той стороне дороги что за машины?

– Соседи, из «царского села». Только они позже подъехали.

– Так, – быстро оглянулся Моляр. – Всех посторонних убрать! Дорогу перекрыть. Эксперты – к «Пежо», может, какие следы остались. Паша, отправляй по-быстрому людей на обход! Не может быть, чтобы никто ничего не видел…

Одноэтажные частные дома окраины утопают в зелени – лето. Да и встают здесь люди рано. Девять утра для них – чуть ли не середина дня. Кто на работе в городе давно, кто в огороде копается. Так что вполне может оказаться, что свидетелей нет. Но Моляр надеялся на лучшее.

Только отдал приказания, тут же позвонил по сотовому начальнику Кольцовского ГОВД.

– Привет, Иваныч! Моляр… Да, уже на месте… Херня дело. Вводи операцию «Перехват»… Да, немедленно. Свидетелей пока нет, короче, останавливать и проверять нужно все машины. И по полной программе. Если будет что конкретное, я сразу сообщу. Все.