# На кону – жизнь

Владимир Григорьевич Колычев

У олигархов свои забавы. Просто так в карты играть не интересно, но если на кону – человеческая жизнь, это самый кайф. В итоге – журналист, проигранный в преферанс. И все им сходит с рук – удалось-таки обвинить в убийстве невиновного человека. Однако опера Астафьева обмануть нелегко, он нутром чует подставу и подбирается к олигархам. Но те уже разыгрались так, что не остановить – поставили на кон жизнь самого мента. Обложили со всех сторон и травят по всем правилам охоты. Сначала обвинили в превышении полномочий, потом отстранили от дел, осталось добить. Но Астафьев сам привык охотиться, знает, как ловушки обойти и взять матерого зверя…

# Владимир Колычев. Палач мафии. На кону жизнь

## Пролог

Самолет набрал высоту.

– Господа, просьба расстегнуть ремни! – обольстительно улыбнулась красавица стюардесса.

Белая форменная рубашка с погончиками, до неприличия короткая юбка, туфли на высоком каблуке. Смотрится она эффектно и очень сексуально. А по-другому она просто и не могла смотреться.

Это был не обыкновенный самолет. Роскошный салон в светло-красных тонах, несколько кресел из мягкой дорогой кожи, кабинки, в которых размещены мягкие кушетки, застеленные шелковыми простынями. И стюардессы легкого поведения, по числу пассажиров, вернее, клиентов.

Клиентов было трое. Все с тугими кошельками. На борт они поднялись в поисках острых ощущений.

Давно замечено, что в полете человек испытывает мощный и продолжительный оргазм. Еще при взлете человеческий мозг начинает выделять в кровь большое количество адреналина и адренохром, вызывающий повышенное сексуальное возбуждение. Приятные ощущения усиливаются в несколько раз…

Мужчины расстегнули ремни. А один из них расстегнул и ширинку, пальцем поманил воздушную путану, привлек к себе. Другой, недолго думая, утащил в кабинку вторую красотку. Третий сгреб в охапку последнюю стюардессу, поставил ее на колени прямо на пол, задрал юбку…

Разнузданная оргия длилась не меньше двух часов. Пока планка сексуального возбуждения не опустилась на нулевой уровень, каждый из клиентов успел испытать не один оргазм.

Когда все закончилось, пассажиры прогнали проституток, уселись в кресла.

– Кайф! – устало выдохнул один.

– Неплохо, – кивнул второй.

– Классно… – лениво согласился третий.

– День еще не закончился. Надо бы продолжить. Давайте ко мне дернем. В сауне попаримся. Еще кое-что…

– Опять секс? Не, я пас!

– Я тоже! Больше не могу…

– Да какой там секс… Как насчет картишек?..

– Ну, можно…

– Опять на бабки играть?

– Можно и покруче… Есть вариант…

Широколицый мужчина крупного телосложения предложил, что можно поставить на кон в предстоящей игре. Его друзья сначала удивились. А затем с восторгом согласились.

Самолет пошел на снижение…

## Часть I

### Глава 1

Лето в этом году выдалось ну очень жаркое. Начало июня. Температура на выходные аж тридцать градусов тепла. Пятнадцать в субботу и столько же в воскресенье. Итого, тридцать… Пусть будет хоть минус пятнадцать, лишь бы воскресенье дома провести, под крылышком у жены. Но нет, приходится к любовнице ехать. А у ментов одна любовница на всех. Зовут ее Служба. И никуда от нее не деться…

Москва, спортклуб «Геркулес», площадка перед входом забита иномарками. На культурный отдых съехался народ. Фитнес, бодибилдинг, теннис, бассейн, на закуску сауна – чтобы выгнать остатки забродившего жирка. Кирилл и сам не прочь был бы хорошенько поразмять мышцы. Но сегодня, похоже, придется больше мозгами шевелить… У золотистого «Фольксвагена Пассат» толпится народ. Двое постовых в форме, озадаченный хозяин машины, зеваки.

Кирилл припарковал свою машину, вышел в народ. Представился, предъявил служебное удостоверение постовым милиционерам. Подошел к «Фольксвагену», нагнулся. Так и есть. Взрывное устройство, прикрепленное к днищу. Судя по всему, самопал. Два тротиловых брикета, перетянутые скотчем, детонатор, самодельная магнитная присоска…

Полчаса назад случайный человек проходил мимо «Фольксвагена», обронил ключи от своей машины, наклонился, чтобы их поднять. И обнаружил подозрительный предмет, прикрепленный к днищу машины. Прохожий блеснул, так сказать, гражданской сознательностью, позвонил в милицию. А тут и хозяин появился. Не трусливый мужик, не хватает ртом воздух, не мандражирует.

Тротиловую «погремушку» Кирилл трогать не стал. Это не по его части. Сейчас прибудет взрывотехник, вот он пусть и разбирается. А его дело узнать, откуда взялась эта взрывная пиявка, откуда уши у нее растут…

Для начала беседа с хозяином. Статный мужчина лет сорока, прямая осанка, благородные черты лица. Одет по случаю – спортивный костюм, кроссовки. Едва уловимый запах пота. Губанов Алексей Емельянович.

Кирилл поставил задачу постовым никого не подпускать к заминированному «Фольксвагену». А сам с потерпевшим сел в свой «Опель».

Немецкие машины делятся на две категории. Первая: «Мерседесы», «БМВ», «Ауди», те же «Фольксвагены» – это элита. Вторая, «Опель» – для рабочего класса. У Кирилла второй вариант, «Опель Вектра». Рабочая лошадка пролетарского ГУБОПа. Как и сам Кирилл. Он тоже рабочая лошадка. Только он не любит возить тележку по кругу. А нераскрытое дело – это и есть замкнутый круг для сыскаря. Так что надо найти злодеев, пожелавших поднять на воздух пана спортсмена.

Начал Кирилл с самого простого. Спросил, где господин Губанов работает. Оказывается, у него свой супермаркет.

– И как идут дела?

– Да нормально, – кивнул Алексей Емельянович. – Не жалуемся…

– Налоги платите?

– Ну а как же!.. А к чему, позвольте, этот вопрос?

ГУБОП собираются переименовывать в ОРБ – оперативно-розыскное бюро. Вместо двенадцати региональных отделов будет семь – по числу федеральных округов. В принципе задумка неплохая. Потому как эти бюро будут заниматься еще и экономическими преступлениями. Криминал и экономика – близнецы-братья, так что ими должна заниматься одна контора… Но перед Кириллом не стояла задача уличить Губанова в сокрытии налогов и тому подобном. Хотя почву на этот предмет прощупать надо бы.

Логика простая. Там, где финансовые аферы, там обязательно заводятся паразиты в виде рэкетиров. По нынешним временам это явление не носит глобального характера, как десять лет назад. Но все равно заразы хватает.

– К чему вопрос? – переспросил Кирилл. – Да так, кое-какой момент надо бы прояснить… У вас «крыша» есть?

– В смысле?

– В смысле рэкет не наезжает?

– А при чем здесь это?

– Алексей Емельянович, вас пытались убить, – нахмурился Кирилл. – Понимаете, убить! Я же пытаюсь найти преступников, которые, возможно, предпримут еще одну попытку лишить вас жизни. И неизвестно, повезет ли вам в следующий раз… Итак, давайте договоримся, я задаю вам вопрос, а вы честно и без проволочек отвечаете на него. Иначе я не смогу дать никаких гарантий вашей безопасности…

Губанов проникся. И сразу вспомнил про своих отнюдь не небесных покровителей.

– Есть у меня «крыша», – сообщил он. – Вернее, была…

– Кто?

– Главный у них Толик Полотнов.

– Чья «бригада»?

– Это как?

– Ну, солнцевские, ореховские, таганские там…

– Если бы таганские. Так, шушера… Я отказался от их услуг…

Лидеры крупных криминальных сообществ с головой в солидном бизнесе. Но, как правило, они не чураются черной работы – продолжают делать «крышу» крупным и не очень предприятиям. А вот мелочь отдается на откуп дикарям-самокруткам. Супермаркеты мелочью не назовешь. Может быть, поэтому Губанов прозрел и отказался от услуг доморощенных рэкетиров.

– Так, вы отказались от услуг рэкетиров. Они вам после этого не угрожали?

– Ну, было… Сказали, что я без них пропаду. И еще обещали магазин сжечь… А я им пообещал, что, если они не оставят меня в покое, я обращусь в милицию…

– И что же, они после этого отстали?

– Представьте себе, да!..

– К сожалению, мне трудно это представить… В самом деле, имеются случаи, когда преступники отступают перед подобными угрозами. Но в вашем случае они, похоже, не отступили. Вернее, отступили, чтобы затем пойти в наступление…

– Вы думаете, это они заминировали мою машину?

– Следствие покажет…

Можно было крутить Губанова и дальше. Но у Кирилла не было времени. Подъехала оперативно-следственная бригада, нужно было скоординировать совместные действия.

Вслед за бригадой подтянулся и Дима Якушев.

– Что у тебя? – спросил Дима.

Фактически он был начальником Кирилла. Но держались они на равных. Друзья.

– Верхнюю строчку рейтинга версий занимает следующая версия – месть рэкетиров. Потерпевший отказался им платить, отсюда вытекают последствия. Отсюда вытекают, а под машину потерпевшего затекают, в виде самодельного взрывного устройства…

– Рэкет – это серьезно, – кивнул Дима.

Глаза у него заблестели, кончик носа зашевелился. Верный признак, что он хоть сейчас готов идти по взятому следу.

– Кто такие?

– Есть такой Толик Полотнов, – пояснил Кирилл.

– Не знаю такого.

– Я тоже…

– Надо узнать.

Кирилл снова занялся Губановым. Тот знал имя и фамилию своего покровителя, но с адресом было туго. И номера телефона он не знал. После того как он отказался от его услуг, рэкетир Полотнов сменил номер своего мобильника. Одно это наводило на мысль о заговоре против коммерсанта.

– Знаете что, под опекой этих архаровцев находится магазин моего знакомого. Записывайте: Басов Ростислав Андреевич, директор ИЧП «Ростик»…

– Чем он торгует?

– Бытовая техника. Телевизоры, холодильники, кондиционеры…

– Как нам его найти?

– Очень просто. Ростислав сейчас на работе… Может, он знает, как найти Полотнова…

– А если не знает?

Губанов пожал плечами. Но Кирилл с Димой не стали разводить руками. Не в их правилах пасовать перед такими ребусами.

Опрос свидетелей ничего не дал. Никто не видел, кто и как подкладывал мину под «Фольксваген». А кто видел, тот не спешил в этом признаваться. Общеизвестный принцип: моя хата с краю…

Кирилл еще раз опросил Губанова. На этот раз прощупал другие мотивы – компаньоны, конкуренты, жена, любовница… Если ему верить, его смерть никому из них не выгодна. Так что версия насчет рэкетиров оставалась самой актуальной.

В салон-магазин «Ростик» Кирилл и Дима выехали вдвоем. Опытные сыщики, они не понаслышке знали, что такое оперативная хитрость. Это искусство должно было выручить их и в этот раз.

В салон они вошли как хозяева. Разве что дверь не ногами открывали. Магазин небольшой, квадратов пятьдесят торговой площади. И все забито бытовой техникой, развернуться негде.

– Ростислав Андреевич где? – довольно грубо спросил у менеджера Дима.

– У себя в кабинете. Но, может быть, есть возможность обойтись без него?

– Нет такой возможности! – отрезал Кирилл. – Начальника сюда давай, да. Или к нему веди, ну!

Паренек хотел что-то сказать в пику, но тяжелый взгляд отбил у него всякое желание перечить. Он озадаченно пожал плечами и повел нежданных гостей к своему боссу.

Басов занимал крохотный кабинет без приемной. Фамилия у него звучная, а вот голос неважный.

– Я вас слушаю! – пискнул он.

И зачем-то повел хлипкими плечами.

– Мы твоя новая «крыша»! – с порога заявил Кирилл.

Некогда было разводить антимонии. Все должно быть коротко и ясно.

– А-а… Какая «крыша», господа? У меня уже есть «крыша»…

– Гонишь ты, нет у тебя «крыши», мы пробивали…

– У вас неверная информация… Если вы не верите, я могу позвонить человеку, он расставит все точки над i.

– Звони, – кивнул Кирилл.

Басов дрожащей рукой взял телефонную трубку, набрал номер.

– Анатолий Львович, у меня проблемы! – жалко сообщил он.

Кирилл забрал у него трубку.

– Слышь, Толян, это чисто у тебя проблемы! Теперь это наша точка, сечешь? – нагло заявил он.

– Че! – взвился бандит. – Ты кто такой?

– А тебе не все равно?.. Если хочешь узнать, кто я такой, давай забьем «стрелу», перетрем тему, все дела. Или ты уже в штаны накезал со страху?

– Ты за базаром следи, чертила!.. Короче, давай забьемся. Где и когда?.. И не забудь взять запасные штаны, понял?

Ровно через полтора часа Кирилл и Дима подъехали к парку сельхозакадемии через Чуксин тупик. Там их уже ждали четыре крепко сбитых типа. Неподалеку от них стоял джип «Чероки».

Вперед выступил узколицый паренек с тяжелой массивной челюстью. Смешное сочетание. Но сам он смешным не казался. Скорее наоборот. Взгляд жестокий, злой. И рука все под куртку норовит нырнуть.

Кирилл тоже был наготове. И можно было не сомневаться, что пистолет он выхватит раньше.

– Это ты, что ли, со мной базарил? – с пеной у рта спросил узколицый челюстино.

Судя по описанию, это и был Толик Полотнов.

– Ну я, – криво усмехнулся Кирилл.

– А че за базаром не следишь? Ты че, баклан?

– Не, мы – новая «крыша» Ростика Басова, – зевая, сообщил Дима.

– Это кто вам такое сказал?

– А сам Ростик и сказал… Мы это, Леху Губанова под свою «крышу» взяли. А они с Ростком в кентах. Вот Ростик к нам и напросился…

– Кого вы взяли? Губанова?! – озадачился Толик.

Похоже, интеллект не особо тяготил его.

– Ну да, он сам попросился.

– Да не может быть! Он сказал, что под ментов отходит…

– Мало ли что он сказал. Вот взял и под нас отошел…

– Вот урод! – скривился Толик. – Надо было ему башку проломить, козлу!..

– А что, мог бы? – усмехнулся Кирилл.

– Да без проблем!

– А тачку его зарядить смог бы? Ну, в смысле, фугас поставить…

– Ха! Да как два пальца… И вас вместе с ним фугануть – никаких проблем!.. Вы ваще кто такие? Кто за вами стоит?

– Говорю же тебе, мы новая «крыша» Леши Губанова. А стоит за нами РУБОП…

– Чего?! – сошел с лица Толик.

– Ну так тебе Леха правильно сказал, что у него «крыша» ментовская…

Полотнов с перепугу опрометчиво полез под куртку за «волыной». Но Кирилл опередил его минимум на две секунды. Подавляющее превосходство. Толику осталось лишь хлопать глазами.

Его дружкам тоже было неуютно. Хоть и два «ствола» против них. Но видно, что находятся они в умелых руках. Братки попятились. Но уйти им помешал спецназ. Собровцы лихо выскочили из засады, набросились на незадачливых рэкетиров. С бандой Толика Полотнова было покончено. Если не навсегда, то надолго. Во всяком случае, Кирилл очень хотел на это надеяться.

Братков отвезли на Шаболовку, выделили им номер однозвездочного отеля – одно очко на камеру и услуги надзирателя. После непродолжительной беседы по душам один из компаньонов Толика назвал адрес «бригадира». Дима Якушев оформил постановление на обыск. И понеслась…

На квартире рэкетира был обнаружен целый арсенал. Два пистолета «ТТ», самодельный прибор бесшумной стрельбы, горка патронов. И самое главное, несколько тротиловых шашек, аммонит плюс детонаторы. В общем, набор киллера-взрывника в готовом виде.

Изъятый арсенал и покушение на Губанова – это постамент, с которого очень удобно было начинать беседу с задержанными бандитами. Кирилл и Дима надеялись на их чистосердечные признания.

Но Толик все отрицал.

– Да пойми ты, придурок, – увещевал его Якушев. – Все против тебя. Угрозы в адрес Губанова были? Были. Взрывчатка, найденная у тебя на квартире. Одного этого уже хватает, чтобы обвинить тебя в покушении на убийство. А это статья тридцатая и сто пятая Уголовного кодекса, от восьми до двадцати лет…

– Чешуя все это, – вяло отмахивался Толик.

Сейчас он соответствовал своей фамилии. От переживаний был белым как полотно.

– Не трогал я Губанова. Не трогал, и точка!

– Точку в этом деле поставит суд. И это будет не просто точка, а жирная клякса на твоей судьбе, можешь в этом не сомневаться…

– Да вам бы только человека засадить!

– Толик, ты не на суде. А мы не господа присяжные заседатели. Ты из нас слезу не вышибай. Уж мы-то хорошо знаем, какое ты дерьмо… Короче, ты замазан капитально. И у тебя сейчас только один выход. Сам понимаешь, чистосердечное признание – не индульгенция, но приговор смягчить может.

– Какое чистосердечное признание! Не собирался я убивать Губанова…

– Вот так и напиши, не собирался, мол, спонтанно все вышло. Не ведал, что творил, черт за руку дернул. Можешь сумасшедшим прикинуться. Дескать, шарики за ролики, помутнение рассудка. В общем, пиши что хочешь. Но это должно быть признанием твоей вины.

– Не в чем мне признаваться!

– Да? А тебе интересно знать, что думают по этому поводу твои братаны?

– Что? – встрепенулся Толик.

– Как что? Что было, то и думают… Одно признание у нас уже есть…

– Кто?

– Толик, есть такое понятие, как тайна следствия… А есть еще и другое понятие. Неофициальное, так сказать. Про предвзятое отношение к подследственному слышал? Объяснить, что это значит?

– Не надо. Без вас знаю, – обреченно буркнул бандит. – В камеру к петухам бросите…

– Ну, если ты этого хочешь…

– Не хочу!.. Да не убивал я вашего Губанова!

– Правильно, не убивал. Потому что обстоятельства сложились не в твою пользу… Толик, ты меня уже достал! Не хочешь писать признание, не надо. Другие за тебя сделают! Один уже сделал, и другие сделают… И, поверь, все на тебя свалят. Все чистенькими останутся, а ты дерьмом захлебнешься… Ну так что, Толик, будем признаваться?

Толик думал долго и напряженно. Наконец решился.

– Будет вам признание, – угрюмо кивнул он. – На вилы вы меня взяли… Но учтите, на самом деле я Губанова не трогал!

– Конечно, не трогал, – усмехнулся Дима. – Ты, главное, правильно напиши, как ты его не трогал…

Полотнов написал чистосердечное признание, которое очень напоминало филькину грамоту. Да, он принимал участие в покушении на убийство гражданина Губанова. Но когда, в каком месте была заминирована машина, кем – этого он не указал. Не такой уж он дурак, каким казался. Знает, что будет проводиться следственный эксперимент. И он постарается, чтобы его действия разошлись с действительностью. Только ничего у него из этого не выйдет. Им и его командой будет заниматься ушлый следователь Фокин. Уж он-то сможет разложить по полочкам и события, и самих братков. Никуда они от него не денутся.

Лично Кирилл нисколько не сомневался, что Губанова пытался убить именно Толик Полотнов. То, что он отрицал свою вину, ничего не значило. Кирилл не первый год служит и не понаслышке знает, как ведут себя на допросах подозреваемые и обвиняемые…

### Глава 2

После развода с первым мужем Татьяне отошел его дом, машина и куча денег. Но Кирилла это тяготило. Он не хотел жить в этом доме, и Таня его понимала. Она продала дом и все свои деньги вложила в дело. Открыла собственное модельное агентство. Это было единственное, в чем она знала толк. Может быть, поэтому с самого начала ее дела пошли неплохо.

Жена у него фотомодель и слегка бизнесвумен. Он же мент по жизни. И бизнес его не волнует. Хотя жене он помогал. Охранял ее агентство от нападок со стороны рэкетиров. А это немаловажная деталь. Ведь за «крышу» нужно платить. А пятнадцать-двадцать процентов от прибыли не уходят на сторону, остаются в бизнесе.

Получалось, модельное агентство «Элегант» – семейное предприятие четы Астафьевых. И все же Кириллу не давала покоя мысль о состоятельной жене. Вряд ли бы он обрадовался, если бы Татьяна пошла по миру. Но и на шее у жены висеть не хотелось. Может быть, поэтому на пару с Димой Якушевым он неофициально обеспечивал прикрытие еще для нескольких не очень крупных коммерческих структур. А это деньги.

Еще он обрадовался, когда по линии МВД ему было выделено собственное жилье. Всего лишь однокомнатная квартира на окраине города. Но скажи после этого, что он не вносит свою лепту в семейный бюджет.

Квартиру они с Таней тут же продали, добавили денег и купили трехкомнатный вариант в доме повышенной комфортности. Нагатино не центр Москвы, но и далеко не окраина. Кирилла все здесь устраивало, Таню тоже. Ей вообще нравилось все, что было по нраву ему. Не жена, а золото…

В квартире только что сделали ремонт в евростиле. С мебелью пока напряг. Все деньги в деле. Но этот недостаток Кирилла не угнетал. Главное, что есть, где им с Таней жить. Главное, что это не дом ее бывшего мужа, на все разговоры о котором был наложен запрет.

Диме их квартира понравилась. Его жена Ольга была в полном восторге. И она же предложила отметить это событие. И не абы где, а в модном ресторане «Ужин с пираньями». Кирилл и Таня проголосовали за.

Этот ресторан открыл какой-то безбашенный деятель. Главной фишкой был круглый бассейн посреди зала. В этом водоеме плавали зубастые пираньи. И был объявлен приз – десять тысяч долларов. Эти деньги должны были достаться смельчаку, который рискнул бы продержаться в бассейне пятнадцать минут. Правда, смельчаков не находилось. Зато какая реклама…

Кухня в ресторане соответствующая. К столу здесь подается все, чем якобы питаются пираньи. А считается, что они едят абсолютно все – от мелкой рыбешки и насекомых до акул и слонов. Может, это и не так. Но кухня в этом ресторане богатая, кулинарные изыски на высоте.

Кирилл занял столик рядом с бассейном. Пока Таня составляла заказ, он наблюдал за пираньями. Рыбки впечатляли. Длиной двадцать-тридцать сантиметров, краснобрюхие, большеголовые и тупорылые. Маленькие водоплавающие бульдоги. Не хотел бы Кирилл сунуть руку в этот бассейн.

Рыбки застыли на дне бассейна. Такое ощущение, будто кто-то на привязь их посадил. И они только ждут команды, чтобы сорваться с цепи. Они шевелили челюстями, двигали жаберными крылышками. Казалось, они смотрят на Кирилла. Ну уж нет, их общество не для него. Ему и в кругу друзей хорошо.

– Может, искупаемся? – в шутку спросил Дима.

– А может, не надо?

– Ну не знаю… Десять тысяч баксов на дороге не валяются…

– Все так считают, – усмехнулся Кирилл. – Только желающих нет…

– Это пока нет. А кто-нибудь обязательно в зюзю уклюкается, что тогда? Пьяному и бассейн с пираньями по колено…

– Тогда не напивайся, прошу тебя.

– Да если даже напьюсь, все равно не полезу. Я ж не клоун…

Кирилл обозрел зал. Публика солидная. Мужички в клубных пиджаках, стильные дамочки в золоте и жемчугах. На горячительное никто особо не налегает, на клоунаду никого не тянет. Так что, скорее всего, пираньи и сегодня останутся без человечинки.

Но Кирилл ошибся. Вечер был в самом разгаре, когда к бассейну подошел мужчина лет сорока, с лысиной на голове. Важная походка. Он остановился у самой кромки бассейна и с невозмутимым видом молча принялся раздеваться. Снял дорогой пиджак светлых тонов, аккуратно сложил его у ног. Шелковая сорочка, галстук, брюки легли рядом, сверху устроились часы и очки. Мужчина остался в одних плавках. Фигура у него, мягко говоря, не пляжная. Узкие плечи, длинное туловище, огромный живот, большая обвислая задница. Человек-бутылка.

Зал затаил дыхание. Даже музыка стихла. Рядом с безумным купальщиком застыл охранник клуба с секундомером.

Кирилл почему-то решил, что мужик испугается. Но нет, он прыгнул в бассейн. И началось…

Вода достигала уровня пупка. Хорошо, что не по горло. Иначе бы он просто не в состоянии был отбиваться от наседавших зубастиков. А он отбивался. И довольно успешно. Его бы сейчас к корме лодки прикрепить, толкал бы ее не хуже моторного винта.

Что ни говори, а зрелище было увлекательным. Кирилл даже не замечал брызг, которыми его щедро награждал полоумный купальщик.

Он продержался в бассейне девять минут. Но в конце концов выбился из сил и запросил помощи. Охранник спрятал секундомер и протянул к нему руки. Подбежал второй охранник с аптечкой в руках.

Крепкие хлопцы грамотно оказали мужику первую помощь. Пятку обработали каким-то раствором и перебинтовали. Еще два укуса были на лодыжке правой ноги. И еще пострадала левая ягодица.

Мужское достоинство, к счастью, не пострадало. Зато пострадало самолюбие. Смельчак не смог продержаться пятнадцати минут. И десять тысяч баксов плакали. Администратор ресторана преподнес ему утешительный приз – фотоаппарат. Но он тут же пошел на корм пираньям. Разобиженный смельчак без всякого сожаления швырнул его в бассейн.

– Придурок и есть придурок, – вынесла свое резюме Ольга.

– Придурок, – поддержала ее Таня. – Только мне кажется, что приз ему не нужен…

– Да уж видно, что не нужен. У него часы не меньше десяти тысяч долларов. Это же «Noblia», эксклюзивный вариант…

– У тебя что, глаз-алмаз? – улыбнулся Дима. – Ты заметила, какие у него часы?

– И заметила, а что?

– Тогда, может, скажешь, зачем он их с руки снял? Если это дорогие часы, значит, они водонепроницаемые, так?

– Ну, может, они ему мешали? Или застежка слабая… И вообще, господин сыщик, это по вашей части узнавать, что да почему?

– Мне кажется, что этот гражданин ничего противозаконного не совершил. Он имеет полное право покончить жизнь самоубийством…

– Нет, самоубийство здесь ни при чем, – покачала головой Таня. – Я думаю, мужчина с кем-то поспорил, выиграет он приз или нет.

– Может, и поспорил, – кивнул Кирилл. – А может, просто сумасшедший…

– А сейчас многие новые русские с ума сходят, – сказала Ольга. – Денег нахапали, а что делать с ними, не знают. «Шестисотые» «Мерседесы» уже не котируются, трехэтажные виллы тоже. Им что-нибудь необыкновенное подавай. Я вот слышала, что одни деятели на верблюдах помешались. Да, на верблюдах. Фишка у них такая, чей верблюд дальше плюнет…

– А я бы им макак порекомендовал, – развеселился Якушев. – Пусть соревнуются, у чьей макаки задница красней!

– Дима! – одернула его жена. – Ты – мент. И шуточки у тебя ментовские…

И Дима мент, и Кирилл мент. Поэтому ее слова были восприняты как комплимент.

Мужик тем временем оделся и с понурым видом вышел из ресторана. Кто-то из посетителей захлопал в ладоши, его поддержали. Но бурных аплодисментов не вышло. Да и не нужны горемыке овации. Дело не в них и даже не в деньгах. Возможно, мужик в самом деле проспорил. А на кону стояла куда большая сумма, чем десять тысяч. Или даже деньги здесь совсем ни при чем. Возможно, бассейн с пираньями серьезно подмочил его деловую репутацию…

Впрочем, Кириллу все равно, что да как. У богатых свои причуды, пусть как хотят развлекаются. Чем бы новый русский ни тешился, лишь бы других плакать не заставлял…

### Глава 3

Это была классическая схема заказного убийства. Жертва заходит в подъезд, а киллер уже тут как тут.

Этого мужчину убили, когда он выходил из лифта. Всего один выстрел. Точный и смертельный. Пуля вошла в затылок, а вышла через правый глаз. Пистолет «ТТ» с самодельным глушителем лежал в его ногах. Классическая схема, классическое оружие. И, судя по всему, классическое отсутствие улик.

В ожидании жертвы преступник мог курить и даже оставить после себя «бычок». Но в подъезде полно окурков, и поди разберись, где его, а где чужой.

Эксперт сумел примерно определить место, откуда стреляли. Выстрел был от лифта. Очень даже может быть, что киллер поднялся на этаж вместе с жертвой.

– Если так, то потерпевший видел своего убийцу, – с важным видом заключил капитан-участковый.

– Ну и что? – усмехнулся Якушев. – Мертвые, как известно, молчат.

– А я слышал, что в Японии прибор изобрели. По нему можно считать картинку, которую человек видел перед самой смертью…

– Ну мы же не в Японии, капитан. Поэтому давайте искать другой прибор. Слышали о таком приборе, «свидетель» называется?

– Слышал, – угрюмо кивнул участковый. – Только нынче этот прибор ненадежный. Он сам с прибором на кого угодно забьет…

Это верно, мысленно согласился с ним Кирилл. Гражданская сознательность у населения на крайне низком уровне. Люди могут нагло врать и при этом заискивающе улыбаться. И ведь находят оправдательный мотив. Сдашь преступника – накличешь на себя беду. Предрассудки, навеянные современной действительностью. А действительность ужасающая. Каждый год по всей стране от рук убийц погибает около тридцати тысяч человек. А это население небольшого городка. Получается, вырезаются целые города. Возможно, граждане и не знают этой цифры. Но, скорее всего, догадываются. Потому и молчат.

Работа со свидетелями по данному случаю уже проводилась. Поверхностная, в экстренном порядке. По принципу кого увидели, того и опросили. Но никто ничего путного не сказал. Так, охи-ахи, сожаления и соболезнования. Удалось только выяснить имя и фамилию убитого, род занятий. Прояснилась хронология событий. Люди видели, как незадолго до своей гибели потерпевший выходил из подъезда, шел в магазин. Правда, как он возвращался, не видел никто. И как киллер к нему привязался, тоже осталось за кадром.

Игорь Норильцев был журналистом, работал в малотиражной газете «Новая эра». Жил в однокомнатной квартире, ни жены, ни детей. В самом ближайшем будущем следствие будет работать с его коллегами, поднимет все его газетные публикации, рабочие материалы. Может, получится зацепиться за какую-нибудь ниточку. А сейчас нужно ковать железо, пока оно не совсем остыло. Кирилл был озадачен следователем и отправился опрашивать соседей потерпевшего. Второй этап работы со свидетелями. И пусть они забивают на все с прибором, все равно надо работать.

Соседи, жившие с Норильцевым на одной лестничной площадке, уже опрошены по полной. Кирилл поднялся на этаж выше. Квартира, расположенная как раз над квартирой покойного. С нее и нужно начинать…

Дверь открыла женщина лет тридцати пяти. Если бы не слегка обрюзгшее лицо, синие разводы под глазами, ее можно было бы назвать симпатичной. Растрепанные волосы, небрежно запахнутый дешевый халат. Фигурка у нее высший класс. Тонкая талия, плоский животик, худые стройные ноги. Правда, все это скрывал приличный слой жира… Было видно, что эта особа не очень-то следила за собой. Запах перегара наводил еще на одну мысль.

Кирилл вежливо поздоровался, представился.

– Да, я вас слушаю, – после некоторого раздумья сказала женщина.

Или она с хорошего похмелья плохо соображала, или сама по себе тугодумка…

– Может, позволите пройти к вам? – осторожно спросил он.

– Ах да! – спохватилась женщина. – Только… Только у меня не убрано…

– Ничего, мы люди привычные.

Квартира однокомнатная, не первой свежести обои, дешевая мебель, в комнате кавардак, скомканная простыня на расправленном диване. На кухне стол – немытые тарелки с остатками пиршества, на полу возле холодильника две пустые водочные бутылки. Пепельница, набитая окурками. Впрочем, это не помешало Кириллу познакомиться с женщиной. Ее звали Нина. Отчества она не назвала. Молодится.

– Вдвоем гуляли? – спросил Кирилл.

– Извините, не поняла…

– Мужчина у вас вчера был или женщина?

– А, мужчина, конечно…

– Кто?

– Не понимаю, какое это имеет значение?

– Скажите, где вы находились сегодня с десяти до одиннадцати утра?

– Как где? Дома. Спала…

– Вы уж извините меня за мою дурацкую натуру, – располагающе улыбнулся Кирилл. – На любой ответ у меня тут же появляется вопрос. И ничего не могу с собой поделать. Прямо-таки распирает от вопросов. Да еще какие вопросы, аж самому стыдно… Вы говорите, что с десяти до одиннадцати утра вы спали. А мне уже интересно спросить, с кем вы спали. Еще раз прошу прощения…

– А вы наглец! – снисходительно усмехнулась женщина.

Сигарета в ее руке очертила замысловатую траекторию.

– Думаете, я сам этому рад? Ненавижу себя за это. Но работа есть работа…

– Вообще-то сегодня суббота. Какая работа?

– К сожалению, у преступников ненормированный рабочий день, без выходных и праздников. Нелегкие будни у тружеников криминального фронта. И себе покоя не дают, и нам… Ладно, не буду вас томить. Спрошу прямо, во сколько от вас вышел Игорь Норильцев?

– А-а, Игорь… Ну, он обычно рано уходит… Но не сегодня. Он вчера уходил… Ой! – Женщина сначала смутилась, затем ее лицо разгладилось, в глазах вспыхнул озорной огонек, а на губах заиграла кокетливая улыбка. – А вы, господин майор, жук! Такие вопросы задаете… А я дура. На них отвечаю… Скажите, а вы покойника можете разговорить?

Интересно, к чему этот вопрос про покойника?

– Нет, с покойниками я не разговариваю. Но стараюсь добиться того, чтобы за них говорили другие… Значит, ваш сосед Игорь Норильцев ночевал у вас вчера?

– Да, с четверга на пятницу… А что тут такого? Он холостой мужчина, я незамужняя женщина…

– Это понятно, – кивнул Кирилл. – Друг друга нужно выручать… А может, вы что-то путаете? Может, он у вас сегодня ночевал?

– Вы меня что, совсем за идиотку держите?.. Нет, Игоря у меня сегодня не было.

– А где он был? Может, он в другом месте ночевал? Ну, не у себя дома…

Это был провокационный вопрос. Потому как, судя по всему, потерпевший ночевал у себя дома. Где-то в десятом часу он вышел из квартиры, отправился в магазин. Купил продукты. Самый обыкновенный набор – пакет пельменей, кусок ветчины, хлеб, две бутылки пива. Все случилось, когда он возвращался домой… Откуда киллер мог знать, что он выйдет из дома именно в это время? Может, Норильцев за весь день и носа не высунул бы на улицу. Или замылился бы куда-нибудь до завтрашнего утра…

Киллеры люди терпеливые, они могут караулить жертву весь день. Вопрос только в том, где устроить засаду. Или в подъезде, что не очень подходяще. Или в машине во дворе. Это удобнее, но не та оперативность… А может, киллер получил точную наводку. От кого?.. Может, от разгульной соседки Норильцева. Все-таки они друг с другом были близки, возможно, делились планами на день. Или, может, врет Нина. Что, если сегодня у нее ночевал не кто-то там, а сам Норильцев… Но зачем ей убивать соседа? Нужно выяснять…

Норильцев купил две бутылки пива. Вопрос: для чего? Чтобы одного себя любимого побаловать? А может, себе и Нине на опохмелку нес. Может, он к ней шел. А по привычке на своем этаже остановился, к себе домой пошел. Если так, то потом он мог бы вернуться к своей утешительнице с пивом. Мог бы, если бы не пуля в затылок…

– Не знаю, может, где-то и ночевал, – надула щеки женщина. – Но не у меня, это точно…

– А у кого?

– Я откуда знаю! Чего вы ко мне пристали?

Да нет, знает она, знает. По глазам видно.

– Нина, а вы меня вводите в заблуждение! – вроде как в шутку погрозил ей пальцем Кирилл. – Знаете вы, что у Игоря есть зазноба!

Это было всего лишь предположение. И снова интуиция его не подвела.

– Ну есть!.. А вам-то какое дело?.. И вообще, зачем вы ко мне пришли? С пропиской у меня все в порядке. Паспорт нового образца…

Она в самом деле дура или прикидывается? Хотел бы Кирилл знать ответ на этот вопрос.

– Нина, вы, наверное, только-только проснулись!

– Ну да, вы же меня и разбудили…

– Тогда все ясно. Спросонья вы ничего не поняли. Нина, запомните раз и навсегда, отдел по борьбе с организованной преступностью проверкой паспортного режима не занимается… Меня интересует ваш сосед, Норильцев Игорь Александрович…

– Не было его у меня. Не было… А зачем он вам?

Кирилл не стал ничего объяснять. Вместе с Ниной вышел из квартиры, они спустились на один лестничный пролет вниз.

Труп как раз укладывали на носилки. Но еще не накрыли простыней. Обезображенное лицо, кровь, флюиды смерти… Нина чуть не упала в обморок.

– Это же Игорь, – бледнея, пролепетала она.

Кирилл внимательно наблюдал за ней. Реакция естественная, без признаков фальши. Или Нина в самом деле ничего не знала про убийство, или она блестящая актриса.

Он отвел Нину домой. Сейчас самое время ее дожимать.

– Извините, у меня снова нескромный вопрос, – начал Кирилл.

Женщина сидела за столом. Сокрушенный вид, голова опущена, рука подпирает подбородок. Дым сигареты.

– Да, пожалуйста, – тихо сказала она.

– У вас с Игорем было серьезно?

– Да какое там… Я для него была всего лишь отдушиной. Или с работы уставший придет, или Виолка его на три буквы пошлет, ну он сразу ко мне, тоску разогнать. Ну а я, дура, всегда рада…

– Виолка – это Виолетта, я правильно понял?

– Правильно.

– Кто она такая?

– Да баба его…

– Они вместе живут?

– Да нет… Она у него один раз была. Увидела его квартиру, хвостом вильнула и больше к нему ни ногой. Ей апартаменты с евроремонтом и джакузи подавай. А какое у Игоря джакузи. От зарплаты до зарплаты еле дотягивает… Дурак он, эта фифа с ним как с собачонкой играется, а он бегает за ней с поджатым хвостом…

– Красивая девушка?

– Девушка?! Ну вообще-то да, девушка. Ей лет двадцать пять… А что красивая, так этого у нее не отнять. Красивая бестия. Натуральная блондинка с голубыми глазами и роскошным бюстом, ноги от ушей. Мужики по таким бабам страдают…

– А бабы по мужикам не страдают?

– Это вы к чему?

– Вам Игорь нравился?

– Да. Видный мужчина.

– Замуж за него хотели?

– Да какое там замуж? Кто ж меня замуж такую непутевую возьмет?

– Ну, у вас же были мужчины, помимо Игоря…

– С чего вы взяли?

– Как с чего? Сегодня ночью у вас был мужчина. Но не Игорь… Или вы спали с сегодняшним гостем на разных кроватях?

– Да нет, вместе спали…

– А с кем именно?

– Зачем вам это? – вытаращилась на Кирилла Нина.

– Скажем так, для общего развития.

– Знаю я ваше развитие. Так события разовьете… А Иван, между прочим, сидел. Да, сидел! И, между прочим, за убийство!..

Интересное признание. Очень интересное. Но не стоит спешить с выводами, мысленно одернул себя Кирилл.

– Иван – это ваш друг?

– Друг, любовник… А как хотите, так и называйте… Только в печь не кладите…

– Про какую печь вы говорите?

– Про такую!.. Знаю я вас. Если человек судим, значит, он уже не человек. Навешаете всех собак на Ивана и на Колыму его сошлете…

– Ну почему сразу на Колыму?.. Хотя и Колыма ему светит. Если он в самом деле убил Норильцева…

Кирилл пристально смотрел на Нину. Держал ее в напряжении, искал в ней фальшь.

– Да не убивал он Игоря!

– Вы говорите, он сидел за убийство? Кого он убил?

– Давно это было. Лет десять назад. Он на свадьбе друга гулял. А там был еще один друг. Напились и… Но вы не думайте, Иван всего лишь защищался. Это и на суде учли. Всего пять лет ему дали…

Но факт остается фактом, этот тип убил человека, мотал срок. А как известно, зона не исправляет, она больше калечит человека.

– Так, Нина, давайте по порядку. Вчера у вас ночевал Игорь Норильцев. Сегодня – Иван. Получается, вы живете с двумя мужчинами…

– А что, нельзя? – В голосе женщины смесь вызова и обиды за свою несложившуюся жизнь.

– Дело не в том, можно или нельзя. Дело в том, что ваш друг Иван мог ревновать вас к Игорю. А убийство из ревности – очень распространенное явление, вам не кажется?..

– Кажется. В том-то и дело, что кажется… Но Иван не убивал. Я это точно знаю… Да и не ревновал он меня…

– Ну, это еще надо выяснить… Итак, несколько вопросов, скажем так, для протокола. В какое время ваш друг Иван вышел от вас сегодня?

– Точно не знаю, – растерянно пожала плечами Нина. – Я спала, когда он уходил… Нет, не знаю. Я не смотрела на часы… Но было уже светло, когда он собирался…

– Сейчас лето, рассветает рано. Так что это не ответ… Нина, вы правильно поступили, что сообщили мне о судимости вашего друга. Но это не освобождает вас от ответственности…

– От какой ответственности? – встрепенулась женщина.

– За дачу ложных показаний или даже за соучастие в убийстве… Нина, вы мне очень симпатичны. Но это вам не поможет, если вы в самом деле замешаны в убийстве гражданина Норильцева… Ваш друг сидел за убийство, он мог ревновать вас к потерпевшему. Это достаточно веские основания, чтобы предъявить ему обвинение. Будут допросы, будут признания. Как бы и вас не зацепило ненароком… Так что давайте начистоту. Что вы знаете о своем любовнике, какие отношения складывались у него с Игорем Норильцевым?

Как-то легко все получалось. Кирилл зашел в первую попавшуюся квартиру и тут же наткнулся на любовный треугольник. Нина – Норильцев – некий Иван. Все сходилось один к одному. Бывший зэк находился в квартире Нины, из окна мог увидеть, как его соперник возвращается из магазина домой. Пистолет с глушителем припасен заранее. Осталось только спуститься на этаж ниже. И застрелить Норильцева, когда он будет открывать дверь в свою квартиру. Что Иван и мог сделать… Не слишком ли легко и просто распутывается убийство? Слишком… Кирилл нутром чувствовал, что сейчас начнутся нестыковки.

– Ну что я про него знаю, – тяжко вздохнула женщина. – Тридцать лет ему, живет с матерью в Алтуфьеве, работает… В автосервисе работает, машины ремонтирует… Что еще?

– Откуда вы знаете, что он отбывал срок за убийство?

– Да сам рассказывал…

– Обычно такие вещи скрываются… Если рассказал, значит, к вам он относился достаточно серьезно, или я не прав?

– Ну, не знаю, серьезно или нет… Может, и серьезно…

– Замуж вас не звал?

– Да что вы меня все время жените? То на Игоре, то на Иване…

– Нина, давайте обойдемся без эмоций, ладно?.. Как вы с ним познакомились?

– Да как обычно знакомятся… В компании познакомились…

– В какой компании?

– Друзья ко мне приходили. Бутылку принесли, закуску, все как положено… Иван с ними был. Ну, мы посидели хорошо. Друзья ушли, а Иван остался… Вы меня осуждаете?

– Ваша личная жизнь меня не касается… И все же, что за друзья к вам приходили?

– Ну, одного Яша зовут, а другого Миша… А, кстати! – просияла Нина. – Яша и Миша сегодня на рыбалку собирались. Куда-то на Пахру. Ивана с собой звали… То-то я думаю, чего он так рано от меня ушел!

Нестыковка первая. Иван ушел от Нины еще до убийства, отправился на рыбалку с друзьями. Если так, то у него железное алиби. И он как вариант отпадает на корню… А жаль. Как всякому профессиональному сыскарю, Кириллу хотелось как можно скорее раскрыть преступление…

– А может, он все-таки после десяти часов утра ушел? – спросил он.

– Ну что вы! Кто ж после десяти на рыбалку отправляется? Поздно уже…

– А вы уверены, что Иван отправился на рыбалку?

– Ну, его же звали…

– Мало ли кто кого и куда звал.

– А вы у Яши с Мишей спросите. Они вам точно скажут.

– Как с ними связаться? Может, у кого-нибудь из них сотовый телефон есть?

– Да какой там сотовый? – пренебрежительно усмехнулась она. – Был бы сотовый, они бы его сразу пропили…

– Адреса?

С адресами проблем не было. Нина дала все три адреса – Ивана и его дружков.

– Хорошо, допустим, ваш друг не убивал Норильцева. Кто его тогда мог убить?

Нина думала недолго.

– Да кто угодно! Игорь же журналист… Может, написал про кого-то что-то нехорошее, ну, а его за это наказали…

– Эту версию мы, конечно, рассмотрим… А может, ваши друзья с Игорем что-то не поделили? Хотелось бы знать, кто они такие, эти Яша и Миша? Чем занимаются?

– Да ничем… Только вот не надо на них грешить. И не надо делать из моего дома малину. Вы мне тоже симпатичны, господин майор, но, если честно, вы мне надоели со своими вопросами. К убийству Игоря я не имею никакого отношения. Между прочим, я смотрю сериалы про милицию и знаю, что имею полное право не отвечать на ваши вопросы!

– А я имею полное право не задавать вам эти вопросы? – Кирилл попытался сгладить ситуацию радушной улыбкой.

Нина перед ним не устояла. И сменила гнев на милость:

– Ну, честное слово, не знаю я, кто мог убить Игоря. Не знаю… Мои друзья здесь точно ни при чем…

С этим Кирилл еще разберется, при чем они здесь или ни при чем. И с самой Ниной будет разбираться. Но ей об этом знать пока не обязательно. Он сделал вид, будто разговор на эту тему исчерпан.

– Да, у Игоря конфликт недавно был, – вспомнила вдруг Нина.

– С кем?

– Да тут у нас новый русский живет, ну что-то вроде того. Квартиру из двух сделал. Джип у него, «Мицубиси», что ли… Так вот, Игорь с ним поругался…

– Из-за чего?

– Да из-за ерунды… У нас двор маленький, детская площадка еще меньше. А этот тип машину свою на детскую площадку поставил. Ну, Игорь сказал ему, что так делать нельзя… Я из окна это видела. И слышала, как этот тип ругался. Матерился страх как… Я думала, он и с кулаками на Игоря полезет…

– Когда это было?

– Да на прошлой неделе…

– Инцидент был исчерпан?

– Ну да. Этот тип убрал машину и больше на площадку не ставил… Теперь будет ставить. Игоря-то больше нет… Неужели его в самом деле нет? Трудно в это поверить…

Кирилл расстался с Ниной. Они еще встретятся. Или в этой квартире, или в кабинете у следователя. Время покажет… А пока надо бы заняться новым русским. Нина рассказала, как его найти…

### Глава 4

Новый русский жил в том же подъезде. На престижном третьем этаже. Вход в квартиру охраняла массивная бронированная дверь. Такую кувалдой не вышибешь. Разве что автогеном порезать, и то придется попотеть…

Над дверью ниша, в которой за толстым стеклом скрывался «глазок» видеокамеры и крохотный динамик. Под звонком специальная пластиковая ячейка, чтобы ставить квартиру на сигнализацию. Наверняка в самой квартире находится и тревожная кнопка для вызова наряда вневедомственной охраны. Неплохо укрепился новорус. Но ведь это его право.

Кирилл нажал на клавишу звонка. Ждать пришлось минуты три, не меньше.

– Че надо? – послышалось из динамика.

– Откройте, милиция!

– Ксиву покажи! В смысле корочки, да…

Кирилл поднес удостоверение к «глазку» видеокамеры.

– Майор Астафьев, Управление по борьбе с организованной преступностью…

– Ну и фига! Нашел, чем удивить! Че надо, спрашиваю? – Разговор есть.

– Давай говори и отваливай!

Грубый голос, грубый разговор. А Кирилл стой тут и обтекай… Вытащить бы этого урода из-за бронированной двери… А что дальше? В интересах дела он должен быть вежливым и обходительным. И плевать, что тебя при этом обливают помоями. И на самого себя плевать… Встретиться бы с этим типом где-нибудь в темном закоулке.

Усилием воли он охладил закипающую кровь. И даже изобразил улыбку на лице.

– Мне бы с глазу на глаз с вами поговорить, – сказал он.

– С глазу на глаз? – ухмыльнулся голос. – А твой глаз выдержит?.. Ладно, мент, заходи!

Новорусский хам сделал ему одолжение. Только Кирилл что-то не прыгает от радости.

Послышались щелчки отпираемых замков, бесшумно отворилась дверь.

– Заходи! – донеслось из глубины квартиры.

Кирилл зашел в холл. И оторопел. Прямо на него смотрел бойцовский бультерьер без намордника. Страшные глаза, утробное рычание. Еще мгновение, и он бросится в атаку.

Зверь остро чувствует страх, который превращает человека в жертву. А за жертвой охотятся… Но Кирилл не жертва. Он сам охотник. И пес должен это почувствовать. Пришлось напрячь всю свою волю, чтобы загнать страх на задворки души. И собрать в глазах всю свою энергию. Это был нечеловеческий взгляд. Сильный, лютый. Этот взгляд превратил в жертву самого пса. Бультерьер жалобно заскулил и, поджав хвост, скрылся из виду.

Но остался еще один бультерьер. О двух ногах. Бульдожья рожа, накачанные плечи, пивное пузо.

– Мент, ну ты даешь! – хмыкнул новорус. – Тебе бы на псарне работать…

Да, комплимент просто замечательный, с этим не поспоришь. Кириллу стоило усилий спрятать свою неприязнь к этому типу. А вот желание размазать его по стенке осталось.

– У меня к вам разговор, – напомнил Кирилл.

– Только если недолго. Двух минут хватит?

– А вы куда-то спешите?

– Да нет, просто выходной. А жена у меня молодая, сам понимаешь… Не, не понимаешь. У тебя жена, наверное, из деревни, да? Квашня деревенская, да? Кило сто весит, а, я угадал?

– Если точнее, сто двадцать… Пройдемте в комнату?

– Да какое в комнату, ты че? У меня в комнатах чистота и порядок. А ты туда со своим ментовским рылом… Короче, об чем базар?

Кирилл до боли сжал кулаки, напрягся, чтобы приструнить нервы.

– Для начала я бы хотел знать, как вас зовут. Фамилия, имя, отчество…

– А тебе не по барабану?.. Короче, Витя меня зовут, да. Фамилия Варенков. Все, доволен?..

– Я занимаюсь расследованием убийства Игоря Норильцева, – стараясь не обращать внимания на реплики этого идиота, сказал Кирилл. – Ну и че? Занимайся, я тебе че, мешаю?

– Не так давно у вас был конфликт с Норильцевым. Из-за машины, которую вы поставили на детскую площадку…

– Э-э, погоди, погоди! Так это он, что ли, да?.. Хы! Борзый чувак, в натуре, борзый… На меня буром попер, на других тоже…

– На кого на других?

– Да откель я знаю… Борзел мужик, потому и нарвался…

– Я не знаю, про каких других вы говорите, но конфликт с Норильцевым был у вас.

– Чего-то я не пойму! – брызнул слюной новорус. – Ты че, мент, на меня бочку катишь, да? Думаешь, это я его ухандохал? Ты че, в натуре, припух, да?.. Ты че на меня вылупился, че зенки пялишь? Не трогал я никакого Норильцева, понял? Я вообще не при делах…

– А я в этом не сомневаюсь, – усмехнулся Кирилл.

– В чем ты не сомневаешься?

– А в том, что ты вообще не при делах… Под бандита косишь, а ты фуфло дешевое, понял? Был бы ты крутым, ты бы так со мной не разговаривал…

Ни один уважающий себя браток не позволил бы себе столь грубого отношения к рубоповцу. И дело вовсе не в уважении к ментам. РУБОП – это очень серьезно, и бывалые братки прочувствовали эту истину на своей шкуре. А кое-кто и на задницу разменялся. В пресс-хате таких бакланов, как этот, опускают влет. Одной заявки хватит… А это хамло не въезжает. Насмотрелся фильмов, думает, что ему все можно. Придется его разубеждать. Слишком далеко он зашел в своей грубости.

– А как я с тобой разговариваю? – вскипел хам. – Как еще с ментом базарить? Мент, он и есть мент!.. Короче, ордер на обыск есть? Нет! Ну и вали отсюда! Я сказал, вали!!!

– Ну, раз нет у меня ордера, тогда ухожу… Как двери открыть?

– Бля, задолбало ментовье!..

Новорус всем своим видом показывал, что делает одолжение. Открыл Кириллу дверь и выставил его за порог. Хорошо, что пинка ему под зад не дал. Вернее, жаль, что он этого не сделал. Тогда Кирилл ноги-то ему повыдергал бы…

Якушева Кирилл нашел в квартире покойного. Он сидел за компьютером и копался в домашних архивах журналиста.

– Что-нибудь интересное? – спросил Кирилл.

– Если честно, то ничего интересного, – пожал плечами Дима. – Я тут его статейки пролистал. Ничего особенного. Ну, спускает он собак на российские власти, есть такое. Только собаки какие-то беззубые. Конкретных обвинений нет, одни сплошные домыслы. Ну, Чубайса песочит, Березовского. Так их и без него костерят все кому не лень… Короче, ничего конкретного. Может, что-нибудь дальше всплывет. А пока так, мура на постном масле…

– А на меня, Дима, собаку натурально только что спустили…

Кирилл рассказал другу про случай с новым русским.

– Вот сука! – взвился Дима. – Совсем, что ли, нюх потерял?

– Да у него и не было никакого нюха. Фраер дешевый. Может, фирма какая-то своя небольшая. А возомнил себя солью земли. Пальцы веером, сопли фонтаном…

– Обламывать таких надо… Говоришь, у него конфликт с покойным был?

– Был.

– Ну так в чем же дело? Основание для постановления на обыск у нас уже есть. Визитную карточку ты, надеюсь, оставил?

– Ну, случай обязывает! – улыбнулся Кирилл.

– Тогда будем ставить грубияна на место. До завтра потерпит?

– Думаю, да… Только этот тип ни при чем. Не убивал он Норильцева. Кишка у него тонка для таких дел…

Кирилл рассказал, что узнал у Нины Телегиной.

– Слушай, а это зацепка! – оживился Дима. – Иван Вершинин, говоришь… Надо будет его по картотеке пробить. И по адресу проехаться… Давай прямо сейчас к нему и поедем…

Иван жил на Алтуфьевском шоссе, в панельном двенадцатиэтажном доме. Трехкомнатная квартира, которую он делил с матерью. Дома его не было. Зато мать была на месте. Приятная миловидная женщина лет пятидесяти. Резкий контраст с оборзевшим новорусом. Она сразу впустила Кирилла с Димой в квартиру, даже кофе предложила.

– Надежда Сергеевна, нам ваш сын нужен, – осторожно сказал Кирилл.

– Он мне и самой нужен, – улыбнулась женщина. – Только его сейчас нет.

– А где он, если не секрет?

– Ну какой же тут может быть секрет. Он с друзьями на рыбалку отправился. Куда-то на Пахру…

– Скажите, он этой ночью дома ночевал?

– Нет… А, я поняла, – сошла с лица женщина. – Я все поняла. Это она. Это все она!

– Кто она?

– Нина ее зовут, если она, конечно, не врет.

– А почему она может врать?

– Да потому что она не очень порядочная женщина. Пьет, гуляет, клейма ставить негде… Это все она. Из-за нее вам нужен мой сын?

– Почему вы думаете, что из-за нее?

– Ну как же! Как говорится, с кем поведешься, от того и наберешься…

– Надежда Сергеевна, насколько нам известно, ваш сын отбывал срок за убийство…

– Что?! – захлопала глазами женщина. – Кто вам такое сказал?

– Вы хотите сказать, что он у вас не судимый?

– Был грех, судили Ваню. Но не за убийство. За хулиганство. По молодости с кем-то подрался, получил год. Но он не в колонии сидел, он на поселении срок отбывал… А кто вам сказал, что он отбывал срок за убийство?

– Ну, есть сведения, что он сам об этом рассказывает…

– Он может, – тяжело вздохнула женщина. – Ваня может… Он у меня хороший. Очень хороший… Непутевый, правда. Но это не он виноват. Компания такая попалась. Дружки его, Яша и Миша. Сами нигде не работают и Ваню за собой тянут… Даже не знаю, куда они его заведут… Может, вы на него повлияете?

– Ну, если вы дадите добро, – загадочно улыбнулся Дима. – Скажите, Надежда Сергеевна, в котором часу Иван вернулся домой?

– Где-то в двенадцатом часу… А что?

– Ну как что? Вы сами подумайте, какая может быть рыбалка после двенадцати?

– Так сегодня же суббота. Может, они до завтра рыбачить будут… Да и какая там рыбалка? – пренебрежительно махнула рукой женщина. – Опять напьются, вот и вся рыбалка…

– Значит, ваш сын вернулся домой в двенадцатом часу дня. А если точнее?

– Если точнее… Сейчас скажу… А, передача как раз начиналась. «Пока все дома», вот… Сейчас посмотрю, во сколько это было… Так, одиннадцать тридцать… Значит, Ваня в половине двенадцатого вернулся… А это что-то значит?

– Значит, – кивнул Кирилл. – Это очень много значит…

От Нины до своего дома Иван мог добраться за полчаса. На такси, на метро, без разницы. Как раз и выходило, что где-то в половине одиннадцатого он мог застрелить Норильцева. Какое-то время он переводил дух, затем домой. На все про все ровно час… Да, Вершинин мог убить Норильцева. Если учитывать, что у него был повод расправиться с журналистом.

– Он у Нины ночевал. Это тоже имеет значение? – встревоженно спросила женщина.

– Ну, в какой-то степени да. Дело в том, что в подъезде ее дома застрелили человека. И ваш сын мог видеть убийцу. Он как раз выходил от Нины в это время…

– Говорила же, добром все это не кончится, – запричитала Надежда Сергеевна.

Возможно, она права. Если Вершинин убийца, то добром для него эта история точно не кончится… А если он не виноват?

Кирилл попытался выяснить, где именно, в каком месте может сейчас находиться Иван. Но женщина лишь развела руками.

Пришлось ехать по адресу раздолбая по имени Яша. Он тоже жил с родителями. Но, в отличие от Ивана, не появлялся больше недели. Мать и отец и знать не хотели, где он находится. До печенок достал их родной сыночек. И с Мишей точно такая же история. Три дня кряду его не было дома. Правда, его бабушка от него не открещивалась. Переживала за него, как бы чего не случилось. Ни Яша, ни Миша за удочками домой не заходили. Так какая же тогда может быть рыбалка?.. Да, бывает такое, напьются рыбаки – и улова нет, и удочки спьяну забудут. Может, и эта троица отправилась на промысел без удочек? Чтобы их потом не забывать… Все может быть…

Кирилл посмотрел на часы. Время половина пятого вечера.

– Этого Ивана нам сейчас не достать. А выходной все равно испорчен, – вздохнул он.

– Что ты предлагаешь?

– По девочкам поехать.

– Не понял. – В голосе Димы было больше любопытства, чем возмущения.

Жену он любил, дорожил ею. Но интерес к другим женщинам не потерял. Да и Кирилл частенько заглядывался на красивых женщин. Против природы-то не попрешь… Но сейчас им двигал чисто профессиональный интерес.

– У Норильцева зазноба была. Виолетта зовут.

– Да, ты говорил, – кивнул Дима.

Задорный огонек в глазах погас.

– Надо бы с ней пообщаться.

– Само собой… Но давай уж на понедельник.

– А если в понедельник поздно будет?

– Ну так выходные же… – Дима с мольбой посмотрел на Кирилла.

Иногда им самим трудно было разобраться, кто из них начальник, а кто подчиненный.

– Так мы же ненадолго, – улыбнулся Кирилл. – Только заедем, глянем… А смотреть есть на что. Нина говорила, что Виолетта еще та красотка…

– Ну, если так… А у тебя адрес есть?

– Нет. Придется к Норильцеву домой ехать. Должны же быть у него какие-то записи…

– Это верно. Записная книжка у него есть. Но она сейчас у Патокина… – Дима вооружился мобильником. Набрал номер: – Алло, Семеныч?.. Это Якушев… Ты там записную книжку Норильцева прикарманил… Не, не прикарманил? А, ну да, изъял… Да у нас все нормально. Сейчас едем в ОВД «Алтуфьево»… Подозреваемый у нас есть, да… Ну точно не знаем, где он сейчас, но будем выяснять… Когда?.. В понедельник? Понедельник – это здорово. А то тут есть несознательные элементы, которые предлагают остаться на сверхурочные… Ну да, Астафьев, кто ж еще… А что я? Я как он скажет. Надо тут к одной дамочке проехаться… Не, Семеныч, это чисто для дела. Чисто деловой вариант. А то еще подумаешь. В общем, ты в записях покойного покопайся. Дамочку Виолеттой зовут. Может, адресок там есть или телефончик… Перезвонишь? Хорошо…

В ОВД «Алтуфьево» Дима озадачил дежурную смену. Нужно было взять квартиру Вершинина под контроль и, как только рыбак вернется с рыбалки, самого взять в сети. Чтобы никуда не делся. Дима предлагал его до понедельника в КПЗ продержать. Но Кирилл сказал, что он приедет за ним, как только его возьмут. И не так важно, суббота это будет или воскресенье. Татьяна его поймет.

Они уже выходили из здания ОВД, когда позвонил следователь Патокин. Говорил с ним Дима.

– Что, Семеныч, нашел?.. Адресок есть? Нет адреса… Телефон? Стационарный. А ты адрес пробил… Ну да, понятно, ты ж у нас за главного, с тебя спрос… Да, едем, Семеныч, прямо сейчас и едем. Потолкуем с красоткой… Да, Семеныч, баба она красивая… Ах, ты сам! Ну ты, Семеныч, и жук!.. Нет, Семеныч, мы уж как-нибудь сами…

### Глава 5

В записной книжке Норильцева была отмечена лишь одна Виолетта. Только имя и телефон. Если это та самая Виолетта, то фамилия у нее Ландышева, а жила она в центре города…

Это был элитный дом на Большой Никитской улице. В квартире был телефон, зарегистрированный на Виолетту Ландышеву. Значит, это была не чья-то, а именно ее квартира. Сколько комнат, пока неизвестно. Но по-любому, дамочка устроилась очень хорошо. Центр города, отличное место, престижный дом…

– Нижнее правое ребро заныло, – сказал Дима. – К чему бы это, не знаешь?

– К чему?

– Не пустит нас Виолочка к себе домой, не напоит чайком. Чует мое ребро, так просто к ней не подъедешь…

– Что, по повестке вызывать?

– Кирилл, ну ты как маленький? Где наша не пропадала… Как ты думаешь, она уже в курсе, что Норильцева больше нет?

– Не знаю.

– Узнаем… Сначала бы надо узнать, дома ли она.

Дима снова взялся за мобильный телефон, набрал номер.

– Здравствуйте! Виолетта Михайловна?.. Оператор всемирной службы доставки… Сейчас к вам подъедет молодой человек, привезет цветы… От кого? От Игоря Александровича!.. Ну, не знаю, от какого, может, и от Норильцева… Вы ждите, сейчас цветы вам подвезут… Не надо?! Ну, я не знаю, нам велено передать, а вы что хотите с ними делайте…

Дима отключил телефон и посмотрел на Кирилла.

– Трубку бросила, – пояснил он. – Нервная какая-то… Голос вроде бы молодой. Не знал, что климакс бывает в столь раннем возрасте… Ладно, пошли за цветами.

– Какие цветы?

– Да любые, желательно в корзинке… Да, брат, придется скинуться. Но ведь ты сам предлагал отправиться по девочкам…

Они купили цветы, зашли в подъезд дома. И сразу наткнулись на консьержа.

– Всемирная служба доставки! – важно сообщил Дима. И как ни в чем не бывало продолжил свой путь.

– Какая еще служба? – возмутился парень.

Он хотел было вцепиться в Диму, но Кирилл его опередил. Развернул перед его глазами красные корочки.

– Говорят же вам, служба доставки, – усмехнулся он. – Будете шуметь, доставим куда надо…

Парень шуметь не стал. Только мотнул головой и опустился в продавленное кресло.

Оперативники поднялись на шестой этаж. Кирилл отошел в сторону, а Дима замер перед стальной дверью, нажал на клавишу звонка.

Прошло не меньше пяти минут, прежде чем отворилась дверь. Кирилл со стороны наблюдал за другом. Видел, как округлились его глаза, как вытянулось лицо и опустилась челюсть. Игра началась.

– Я же сказала, не нужны мне цветы! – послышался женский голос.

Истерических ноток вроде нет, но возмущения выше крыши.

– Но мне сказали, – жалко пролепетал Дима.

– Мало ли что вам сказали!.. Вот. – Из дверного проема высунулась женская ручка, в корзину с цветами лег сложенный вчетверо листок бумаги. – Передайте заказчику. И пусть он меня больше не достает!

Женщина попыталась закрыть дверь, но Дима вовремя подставил ногу.

– Что вы делаете? – возмутилась она.

– Смотрю на вас!.. – пафосно воскликнул Якушев.

Виолетта и понять ничего не успела, а он уже втерся в дверной проем, втянулся в квартиру. Одно слово, спец.

Кирилл подошел поближе. Чтобы все слышать.

– Я не могу не смотреть на вас! – дурачился Дима. – Я помню чудное мгновенье! Передо мной явилась ты! Как мимолетное виденье! Как гений чистой… Как чисто гений!..

– По-моему, это вы передо мной явились!.. Если вы сейчас не уберетесь, я вызову милицию…

– Вы хотите испортить этот чудный миг? – сокрушенно воскликнул Дима. – Вы не хотите принять цветы от Игоря Александровича! Прошу вас, примите их от меня!.. О! Виолетта, вы покорили меня своей красотой! Я у ваших ног!..

– Убирайтесь прочь!

– Неужели вы можете вызвать милицию?

– Да!

– Тогда вызывайте! Иначе я отсюда не уйду. Я хочу умереть у ваших ног!

Похоже, первый акт спектакля затянулся. Пора переключаться на второй.

Кирилл вошел в квартиру.

– Милицию вызывали? – грозно спросил он.

Посреди просторного холла стояла девушка лет двадцати пяти. Красивое лицо, большие светло-серые глаза, длиннющие ресницы, роскошные волосы, великолепная фигура. И штормовые волны очарования… Сейчас она была смущена и растерянна. Но даже при этом наблюдалась царственная осанка, строгий, величественный взгляд. Судя по всему, эта красотка знала себе цену.

– А вы кто такой? – еще больше возмутилась она.

– Майор милиции Астафьев! – представился Кирилл.

Для убедительности он развернул служебное удостоверение. Девушка не растерялась, вчиталась в содержимое.

– В самом деле Астафьев. А что это за полоски? – А это показывает мое отношение к Управлению по борьбе с оргпреступностью. Майор Астафьев, оперуполномоченный РУБОП. Вы слышали про такую организацию?

– Да что-то слышала, – кивнула она. – Вы здесь случайно оказались?

– Нет. Я шел именно к вам… А тут, я вижу, какой-то конфликт…

Кирилл строго посмотрел на Диму. Лицо разгладилось, в глазах появилось узнавание.

– О! Да это мой начальник, майор Якушев! – обрадовался он. – Дима, что ты тут делаешь?

– Да вот, подрабатываю в свободное время. Цветы разношу. И в красивых девушек влюбляюсь…

– Может, хватит ломать комедию? – спросила Виолетта.

Похоже, она все поняла.

– Зачем весь этот цирк, может, скажете?

– И скажем! – широко улыбнулся Дима. – Так хотелось вас увидеть, Виолетта Михайловна!.. А ордера у нас, к сожалению, нет. Вы могли нас не принять. С виду вы женщина неприступная. С виду… Но я вижу, что в душе у вас цветут ландыши!

– Почему именно ландыши? – улыбнулась ему в ответ Виолетта.

Молодецкая удаль Димы Якушева растопила лед в ее душе. Девушка расцвела.

– Ну как почему? Фамилия у вас такая…

– Ах, фамилия… Что вам от меня нужно? – Ее шикарные брови вновь потянулись к переносице.

– Посмотреть на вас хотелось. Узнать, в самом ли деле вы такая красивая… Признаться, я покорен вашей красотой…

– А если без ля-ля?

Виолетта продолжала хмуриться. Но было видно, что комплимент из уст Димы лег на благодатную почву. Кирилл мог побиться об заклад, что у нее нет желания выставить их за порог. Чтобы подтвердить свою догадку, он закрыл дверь на замок. Никакой реакции с ее стороны. Как будто так и должно быть.

– Если без ля-ля, то можно фа-фа… Кофе «Фафа» – заряд бодрости на весь день! – весело продекларировал Дима.

– Уже вечер… И нет такого кофе «Фафа»… Зато есть коньяк «Хеннесси», – после непродолжительной паузы сказала она.

На ее губах снова играла улыбка.

Виолетта пригласила их в гостиную. Комната Кириллу понравилась. Новомодный стиль хай-фай, кожаная мебель, климат-контроль. Все как в лучших домах… А всего в квартире две или даже три комнаты. И это при том, что дом – полная чаша…

В дальнем углу гостиной находился домашний бар с самой настоящей барной стойкой и двумя кожаными стульями на хромированных металлокаркасах. Виолетта встала за стойку, а Кирилла с Димой пригласила занять места на стульях. Она барменша, они – клиенты. Неплохо придумано.

Девушка достала из бара пузатую бутылку дорогого коньяка и три хрустальные рюмки. Еще бы лимон порезать да сыр «Пармезан». Но, видно, Виолетта посчитала это излишеством. Или не хотела отвлекаться.

– Я слушаю вас, господа борцы с оргпреступностью, – любезно улыбнулась она.

Кирилл внимательно наблюдал за ней. И не замечал в ней нервозности и нездорового волнения. Похоже, она не совсем догадывалась, зачем понадобилась милиционерам. А еще, казалось, она не прочь была немного пофлиртовать. Самую малость. Вряд ли она хотела большего. Не та натура. Хотя кто ее знает…

– Всего несколько вопросов! – такой же улыбкой ответил ей Дима. – Начнем с цветов… Почему вы отказались от них?

– Ну, мне кажется, это мое личное дело, не правда ли?

– Совершенно верно. И вы имеете полное право не отвечать на этот вопрос без вашего адвоката… Кстати, вы можете ему позвонить.

– Спасибо за напоминание. Но обойдемся без адвоката. Я сама знаю, на какие вопросы можно отвечать, а на какие нет…

Это был опрометчивый ход с ее стороны. Дима не преминул им воспользоваться.

Как и Кирилл, он пытался уловить фальшь в ее поведении.

– Для вас существуют запретные темы?.. И, я так думаю, одна из них – Норильцев Игорь Александрович. Почему эта тема запретная? Вы в ссоре? Или есть другие основания, чтобы избавиться от Игоря?

– А, собственно, почему вас интересует Норильцев? – после недолгого раздумья спросила она. – И с чего вы взяли, что я хотела бы от него избавиться?..

– А вы бы хотели?

– Вы не ответили на мой вопрос. Почему вас интересует Норильцев? Что он натворил?

– А он должен был что-то натворить?

– Перестаньте говорить со мной загадками, – нахмурилась Виолетта. – Иначе я попрошу вас удалиться… Что случилось с Игорем?

Дима не торопился сообщать ей о гибели Норильцева. Хотел поговорить о нем как о живом. Но Виолетта поставила его перед фактом. Деваться некуда.

– Игоря больше нет, – скорбно вздохнул он. – Его застрелили…

– Как застрелили? – потрясенно уставилась на него Виолетта.

– Вот так, взяли да застрелили… Нет больше Игоря Норильцева…

– Какой ужас! – вроде бы искренне сокрушилась она. – И кто это сделал?

– Мы пытаемся это выяснить. Поэтому мы у вас… Вы меня, пожалуйста, извините, но я должен прочитать ваше послание. Это, конечно, невоспитанность, читать чужие письма. Но вы, прошу вас, не думайте обо мне плохо. Издержки профессии, понимаете ли…

Дима говорил, но Виолетта даже не слушала. Взгляд устремился в пустоту, рука судорожно нащупала сигарету. Кирилл поднес огонек. А Дима развернул записку.

– «Достал!..» – прочитал он. – Всего одно слово. Но как забористо… Значит, Норильцев вас уже достал?

– А-а, что? – встрепенулась Виолетта.

– Достал вас Норильцев?