# Наезд по понятиям

Владимир Григорьевич Колычев

Надо быть настоящим лохом, чтобы наезжать на крутого мафиози Бурлака. Но Джин взял и наехал, решив, что его бригада покруче будет. Однако получил отпор. На первой же стрелке ему показали гранатометы. И Джин понял, что надо действовать не грубой силой, а тонкой хитростью. Он взял к себе в бригаду одного парня, мастера спорта по стендовой стрельбе, и устроил на него наезд от имени Бурлака, да еще взял в заложницы его подругу. Не знал он, что подруга мастера спорта тоже умеет стрелять. Ей удается сбежать, убив охранников. Так что теперь Джин будет воевать совсем не с Бурлаком…

## От автора

По моей инициативе и под эгидой издательства «Эксмо» проводится акция «Письма из зоны». Осужденные преступники пишут мне письма, с тем чтобы впоследствии их опубликовали в специальном сборнике. Цель этой акции – донести до людей правду о жизни по ту сторону решетки, развеять сиреневый туман криминальной романтики, предостеречь от ошибок, от тюрьмы и от сумы. Есть покаянные письма, есть просто бесстрастные повествования о своей судьбе, встречаются очень интересные моменты. Скоро будет опубликован сборник «Письма из зоны», но еще до этого выходит моя новая книга, сюжетные линии которой позаимствованы у авторов этих писем:

«…Впервые на зону я попал вроде бы и по делу, но, по большому счету, по глупости. Был у меня приятель (другом я его назвать не могу, почему, сами поймете). Он был на три года старше меня, имея за плечами тюремный опыт, весь из себя – кум королю, сват министру. Ну и у меня ветер в голове, так хочется быть крутым, все такое. В общем, забились мы с ним на одно дело, взломав продовольственный магазинчик в нашем районе. Вернее, все делал Витька, а я всего лишь стоял на шухере. Нагрелись мы не очень, так, с десяток бутылок водки, ящик тушенки, еще там кой-чего по мелочи, да и не в том суть дела, сколько взяли. Гульнули мы хорошо, шик-блеск-красота, Соньку за два пузыря раскрутили, все дела. А утром (помню смутно, как это было) за мной пришли. Витьку тоже взяли, но он, гад, все на меня свалил. А у меня в голове блатная романтика, я такой весь в образе, круче только яйца, ну и взял по дурости всю вину на себя. Впаяли мне срок – три года, и загремел я на зону. Пацан я не хилый, за себя постоять умел, в обиду себя никому не давал, короче говоря, срок отстоял на одной ноге. Выйдя на волю, хотел устроиться на работу, а никуда не берут, и все из-за моего „волчьего билета“, то бишь судимости, к тому же образования никакого. В общем, куда ни сунься, везде от ворот поворот. Ну, обида меня взяла, и, найдя себе в пособники толкового пацанчика, я пошел на дело. Нам тогда повезло, но на очередном деле мы погорели… А на свободе уже другая жизнь. Мои школьные дружки на „Мерседесах“ раскатывают, поглядывая на меня сверху вниз. Пока я по тюрьмам и по пересылкам скитался, они бизнес делали, богатея. И такое зло меня тогда взяло, но не на них, а на себя. Ведь я мог быть на их месте, если бы тогда не сплоховал. Был бы у меня дом, семья, нормальная жизнь, а так ни кола ни двора, и в голове потухший образ блатной романтики…»

* * *

«…Знаю, что большинство заключенных говорят всем, что они сели в тюрьму ни за что, хотя у многих из них на самом-то деле рыльце в пушку. Говорить, что я ангел, не буду, но и за демона себя не считаю, хотя наше родное, правда, тогда еще советское государство сделало из меня преступника. За что? А за то, что сейчас называется бизнесом, а тогда называлось спекуляцией или фарцой. Я не грабил, не убивал, я всего лишь покупал у иностранцев фирменные вещи, затем выгодно все перепродавая. Может быть, это громко звучит, но я обеспечивал людей заокеанским дефицитом, за что и схлопотал свои четыре года общего режима… Вышел на свободу, а там кооперативы в полный рост, ну, я и развернулся…»

* * *

«…Я очень сильно любил Катю, не представлял без нее своей жизни. Я готов был носить ее на руках, сдувать с нее пылинки. Если раньше мне от девушки требовалось, ну, сами понимаете, что, то с Катей все было по-другому, о сексе даже как-то и не думалось. Сам не знаю, что со мной тогда происходило. Натурально витая в облаках, я очень боялся упасть, но, увы, упал. Мне больно об этом вспоминать, но я все же готов поделиться с вами своей историей. Катю я любил, об этом я уже говорил. Так вот, возвращались мы с ней из кино, вечер был, темно. Шли мы, значит, шли… Очнулся я в каком-то подвале, руки связаны, ноги тоже, на голове кровь. А Катя моя лежит на диване, а на ней пыхтит какой-то скот, и еще трое держат ее, чтобы она не сопротивлялась… Этих подонков я вычислял по одному, бил жестоко, смертным боем… А после суда Катя сказала мне, что не будет меня ждать. Она сказала, что ей не нужен такой злой и жестокий парень. Я ей пытался объяснить, что мстил за нее. А она мне сказала, что я мстил за себя…»

* * *

У авторов этих писем свои судьбы, реальные, а у героев моей новой книги – свои, по большей части вымышленные. Но что-то схожее в них есть. В общем, судите сами.

С уважением ваш

ВЛАДИМИР КОЛЫЧЕВ

## Глава первая

### 1

Москва как огромная планета – втягивала в свою орбиту, привораживала. Знающие люди утверждали, что для человека решительного и предприимчивого этот город – сущий Клондайк. Денег валом, на каждом шагу золотые россыпи, надо только уметь их поднять. Лично Джин в это верил. Потому и прикатил в столицу в поисках своего места под солнцем.

Одно такое место он уже однажды отвоевал. Далеко это место, в сибирских краях. Там был Клондайк в самом что ни на есть прямом смысле слова. Еще в девяностом, сразу после второй отсидки, он сколотил команду из отчаянных пацанов и конкретно взял в оборот тогда еще советскую золотодобычу. Сначала просто выслеживал и брал на абордаж машины, которые увозили золото из старательских артелей. Со временем плюс к этому он обложил данью самих старателей, затем прибрал к рукам их «бугров», которые конкретно жировали на неучтенном золоте. Короче говоря, развернулся он круто, сколотил на золоте состояние…

– Джин, гля, автосалон «Мустанг»! – обратил его внимание Мурат.

Справа по ходу движения на опорных столбах высился рекламный щит. «Автосалон „Мустанг“, лучшие автомобили из Европы и Америки…» Ехать всего ничего, каких-то двести метров по прямой.

– Ну, если лучшие тачки, то без базара, давай, причаливай, – распорядился Джин.

Из всех машин он предпочитал джипы. К внедорожникам его приучили условия сибирской местности. Правда, по таежным дорогам его братва гоняла в основном на отечественных «УАЗах». Не хилый вариант, между прочим, если, конечно, с движками поработать, чтобы не ломались в самый ответственный момент. Но что для провинции – класс, то для Москвы – не фонтан. Здесь его пацаны будут ездить на джипах «Чероки», даже не вопрос. И сердито, и удобно, и комфортно…

Внешний лоск автосалона будоражил воображение. Джин еще не заходил внутрь, но уже догадывался, что найдет здесь все, что ему нужно.

В огромном зале в ряд наискосок стояли новенькие иномарки. «Мерсы» – от «трехсот двадцатого» до «шестисотого», «БМВ» всех трех классов, «Ауди», «Фольксвагены». Нашлось место и для черного красавца с фирменной нашлепкой Jeep на капоте.

Рядом с этой с машиной стоял еще один красавчик – серебристый «Мерседес»-кабриолет. Две широченные дверцы, низкая посадка, мордастый передок – чисто спортивный вариант для небедных ездоков. Джин задержал взгляд на этом быстроходном «мерине». Что и заметил подскочивший к нему плюгавенький мальчик-менеджер.

– Вас интересует эта модель? – елейным тоном заискивающе спросил он.

– Да вообще-то не хилая тачка, – кивнул Джин. – Но это чисто телке своей подарить…

Мошна у него жирная, бабок на такую лайбу хватит с лихвой. Но у него нет подруги, которой он мог бы подарить этого железного скакуна. И вряд ли будет. Чтобы у него хватило духу раскошелиться на такую сумму, девчонка должна быть как минимум в два раза дороже этого «мерса». А таких красоток в природе просто не существует…

– Лично я на «индейца» запал, – снисходительно бросил Джин.

– На какого индейца? – вылупился на него менеджер.

– Ты что, в натуре, неграмотный, да? Индейцы в Америке были, племя такое, чероки называется…

– А-а, это! – восторженно захлопал глазами мальчик. – Вас джип «Чероки» интересует… Я вам сейчас все расскажу!

Он принялся грузить его техническими характеристиками машины, но Джин слушал его вполуха. Зачем ему все эти заморочки, если он и без того знает, что тачка – класс! Главное, чтобы коробка передач была чисто автомат. И чтобы в отрыв машина уходила на раз-два…

– Короче, сколько у вас таких тачек? – оборвал он менеджера.

– Ну, здесь одна. Еще четыре машины в парке…

– Все черного цвета?

– Ну, есть красный, есть с бронзовым отливом…

– Короче, мне нужны три тачки черного цвета.

– Организуем. Две машины вы можете взять хоть сейчас. Третья будет завтра, крайний срок послезавтра…

Цена Джина устраивала. А то, что придется ждать, так это, по-любому, ему сегодня на этой тачке не уехать. Пока прибамбасы наворотят, регистрация, то да се…

– Лады, беру три тачки.

– Платить как будете? – трепыхался от радости мальчик. – Наличными или по безналичному?

Видать, не часто ему попадаются такие клиенты, чтобы три тачки одним махом. Хотя кто его знает. Богатых людей на Москве валом…

– Ты что, парень, обидеть меня хочешь? – криво усмехнулся Джин. – Налом плачу, без вариантов…

– Будете смотреть машины?

– Зачем их смотреть?

– Ну, мало ли что, может, дефекты какие-то.

– Ты че, пацанчик, не въезжающий? Если там будут дефекты, ты сам ходячим дефектом станешь, понял?

Мальчик-менеджер отвел в сторону взгляд, опустил голову. Страшно. И хорошо, что страшно.

Джин состыковался со старшим менеджером, обмозговал с ним, какие навороты он хочет видеть на своих машинах, дал паспорта людей, на которых нужно оформить джипы. Пока тот заполнял документы, решил еще раз пройтись по автосалону. Джип «Чероки» – это супер, но «шестисотый» «мерс» все же круче. Для московских дорог самый раз.

– Слушай, Джин, скока тачек! – вслух, но тихо восхищался Мурат. – Ты прикинь, какие бабки здесь крутятся…

– Да бабла здесь валом, не вопрос, – кивнул Джин.

– Вот бы эту малину под себя взять!

– Думаешь, ты один такой умный?

– Ну, свято место пусто не бывает, это да. Но а вдруг «крыша» здесь хлипкая, дунь на нее и завалится… Надо бы пробить ситуацию…

Джин задумался.

Он продолжал качать золото из Сибири. Но если раньше у него все было на мази, то в последнее время проблемы растут как снежный ком. То одна залетная бригада нарисуется, то другая. И все пытаются отбить у Джина куш. Война за сферы влияния идет нешуточная. Чуть ли не каждый день перестрелки. Кровь льется рекой. А еще к делу подключился законный вор очень высокого полета. Ситуация обострилась до полного беспредела. За последние два месяца на Джина покушались три раза. Уцелел он только чудом.

Он почему-то думал, что ему будет везти и дальше. Но при этом решил исчезнуть на время из родных краев. Бригаду он оставил дома, а с собой прихватил с десяток самых крутых пацанов. В Москву он ехал не только отсиживаться и тратить деньги. Его одолевали честолюбивые планы. Он хотел урвать неслабый кусок из общего криминального пирога.

В Москве все занято-перезанято. И чтобы его планы осуществились, он должен действовать – искать и перебивать на себя самые доходные точки. Автосалон «Мустанг» как нельзя лучше подходил под эту категорию. Почему бы не начать с него…

– Да, надо бы прибить ситуацию, – сказал Джин.

– Так че, подтягивать пацанов?

– Не, с ходу не надо. Сначала присмотримся…

Джин приласкал взглядом «шестисотый» «Мерседес». Пожалуй, он возьмет и эту машину. Но не сейчас. И не за деньги. А в счет оплаты за «кровельные» услуги… А пока он будет довольствоваться джипом «Чероки». В принципе эта машина устраивает его на все сто… Он подошел к уже своему красавцу. Но взгляд на нем не задержал.

Его внимание привлекла девушка в шикарном песцовом полушубке. Тяжелая волна темно-русых волос, потрясной красоты лицо, глаза – это нечто. И фигурка, судя по всему, супер. Одета и ухожена она была по самому высшему разряду. Один полушубок чего стоил. Дорогущие сапоги на тонюсенькой шпильке, сумочка из одной с ними коллекции. Было видно, что посещение салонов красоты для нее такое же банальное дело, как чистка зубов. Выглядела она здорово, как фотомодель перед показом…

Она стояла возле спортивного «Мерседеса». Гордая осанка, высокомерный взгляд… А может, она в самом деле фотомодель? Только где фотограф, где ассистенты? Почему никто ее не снимает?..

Джин едва заметно усмехнулся. Он хоть и не фотограф, но снимать тоже умеет. Тут главное, не поймать мандраж.

Он набросил на губы небрежную улыбку, так же небрежно подошел к девушке.

– Клевая тачка, да? – показывая на «мерс», сказал он.

Она ответила не сразу. Сначала окатила Джина холодным пренебрежительным взглядом. Язвительно усмехнулась.

– Клевая тачка, ну и что?

– А чего ты такая невежливая? – нахмурился Джин.

– Какая есть. А чего ты мне тыкаешь?

Трудно было понять, или баба нарочно лезла в бутылку, то ли она по жизни такая шибанутая.

– Слышь, ты не в тему базаришь? – начал заводиться он.

– Только давай без жаргона, – поморщилась она. – И без того нутро наружу лезет…

– Какое нутро?

– Бандитское у тебя нутро… Как вы уже всех достали!

– Не, ну ты борзая! – уже закипал Джин.

Так хотелось отхлестать эту чересчур припухшую бабенку по ее нежным холеным щечкам. Но он пока сдерживался.

– А ты хам!.. Шел бы ты отсюда, деловар, пока я охрану не вызвала!

– Что?! – взвился Джин.

Он уже готов был ее ударить. Но появился какой-то мужик с такой же холеной красоткой под руку. Модельная стрижка, гладко выбритое лицо, цивильный прикид – дорогая дубленка поверх строгого костюма. В нем чувствовалась порода. А еще от него пахло большими деньгами.

– Какие-то проблемы? – Он в упор смотрел на Джина холодным немигающим взглядом.

– Проблема, – вместо него ответила оборзевшая красотка. – Лезут тут всякие!

– Виола, успокойся, – с укором глянул на нее мужик.

– Это кто тут всякие? – зарычал Джин.

– И ты успокойся…

– Слышь, а ты кто такой, чтобы тут командовать, а?

– Это мой салон. И мне здесь проблемы не нужны…

– Вот оно что! – угрожающе ощерился Джин. – Проблемы тебе не нужны, да?.. А у тебя есть проблема. Эта коза – твоя проблема!

– Кто коза?! – вскипела красотка.

– Виола, я же тебе сказал, успокойся!

– Да чхать она на тебя хотела! – осклабился Джин. – И я на тебя чхать хотел!.. Короче, у вас у всех три секунды времени! Ты! – ткнул он пальцем в Виолу. – Ты сейчас извиняешься! И потом вы все дружно сваливаете отсюда на хрен!.. Иначе будут проблемы. Очень большие проблемы!

Он понял, что припухшая красотка состоит с барыгой если не в близких, то, по крайней мере, в приятельских отношениях. Поэтому надеется на его защиту. Ну не идиотка!.. Она же знает, кто такой Джин. Сама же назвала его бандитом. И ведь понимает, что ей может не поздоровиться. Так нет, внагляк прет своей роскошной грудью на амбразуру…

– Извиняться?! Перед тобой?! – скривилась красотка. – Тебе же сказали, вали отсюда!

Джин в ответ только усмехнулся. Теперь у него был отличный повод создать барыге большие проблемы.

– Виола, тебе же сказали, успокойся! – метнула на нее осуждающий взгляд ее подруга.

– Лика, а ты мне не указывай, как жить, поняла? – вспенилась Виола. И бросила на Джина испепеляющий взгляд. – Ты все еще здесь! Тебе же русским языком сказали, вали отсюда, бандюга несчастный!

– Ну ты достала, тварь! – взорвался он.

И от всей души влепил ей пощечину. Красотка не удержалась на ногах и шлепнулась на задницу.

– А это ты зря! – нахохлился мужик.

Джин видел, как к нему подошли два мордоворота. Белые рубашки, черные отглаженные брюки. Тьфу!.. Джин посмотрел на Мурата. Это был лучший боец в его команде. Он понимал, что происходит. И с трудом сдерживал себя, чтобы не броситься в драку. Только дай ему отмашку, и он порвет этих мордоворотов на куски.

– Ты кто такой, чтобы меня учить? – наехал на барыгу Джин.

Но тот даже ухом не повел. Он подал руку Виоле, помог ей встать. Велел своей жене или подруге увести ее в кабинет.

– Ты еще заплатишь, урод! – На прощание красотка метнула на Джина уничтожающий взгляд.

– Ну нет, это ты мне заплатишь, – зло рассмеялся он. – И ты мне заплатишь!

Своим взглядом он должен был прожечь барыгу насквозь. Но тому хоть бы хны. В глазах спокойствие и невозмутимость. И только в самой глубине пылает яростный огонь.

– Объяснись! – тихо, но в то же время резко потребовал он.

– Объясниться?! Ты кто такой, чтобы я перед тобой объяснялся?!. Это ты мне сейчас объяснишь, кто у тебя «крыша»?

– Это не твоя тема!

– Да нет, это моя тема!.. Я приехал к тебе в салон, купил у тебя три тачки, а твоя баба устроила мне здесь концерт!

– Я должен извиниться за нее. И я бы извинился… Но ты сначала сам извинишься перед ней…

– Извинюсь, – хищно усмехнулся Джин. – Но сначала я поставлю тебе свою «крышу»…

– Я же тебе сказал, это не твоя тема. У меня есть «крыша»…

– Кто?

– Неважно…

– А-а, значит, нет «крыши»?

– Давай забьем стрелку, разотрем рамс…

В голосе барыги отчетливо звучали приблатненные интонации. Взгляд спокойный и твердый, как ледяная глыба.

– Ты, что ли, на стрелке будешь?

– Есть люди. Они с тобой и разберутся…

– А может, ты со мной разберешься?

– С тобой я за Виолу разберусь!

– Ну, попробуй!

Барыга попробовал… Он ударил резко, без замаха. Но удар вышел не очень быстрый и слабый. Джин легко ушел в сторону. На какое-то мгновение он упустил противника из виду, а зря. Второй удар был не в пример быстрее и сильнее первого. Как будто бомба взорвалась в животе. Джин согнулся в три погибели. Сильные руки обхватили его голову, и тут же в лицо врезалось колено. Как будто железнодорожная шпала на скорости влетела…

Падая, сквозь туман Джин видел, как присел барыга, пропуская над головой кулак Мурата. Затем он распрямился, как тугая пружина, и ударил в ответ… Как падал Мурат, он уже не видел. Потерял сознание…

### 2

Игнат гордился своим автосалоном. Отличное место, солидный внешний вид, стильный внутренний интерьер, вместительные выставочные площади, склад, автосервис на высшем уровне. Механизм доставки машин в Россию работает, как швейцарские часики – никаких сбоев. Товар расходится отлично. Навары капитальные. И все это благодаря Вилли. По большому счету, это его детище.

Разумеется, на сладкий сироп слетаются не только рабочие пчелы, но и злые дикие осы. Но «крыша» у салона прочная и надежная, так что левым браткам ничего не светит. Многие в этом уже убедились. А сегодня был еще один заход. Деталей Игнат не знал. Но Вилли сейчас ему все расскажет…

Вилли ждал его в директорском кабинете. Спокойный, сосредоточенный.

– Что там стряслось? – падая в кресло, спросил Игнат.

– Да Виола твоя сцену отчебучила, – куда-то мимо него посмотрел Вилли.

– При чем здесь моя Виола? Ты же про наезд говорил…

– Да тут не то чтобы наезд… Короче, красавчик тут один к нам заявился. Весь на понтах, пальцы веером, все дела. Ну, поначалу все было нормально. Он три джипа выбрал, уже расплачиваться собирался, а тут Виола… Я не знаю, может, он что-то не так ей сказал или она ему не так ответила, короче, они друг с другом сцепились. До ругни дело дошло, в общем. А тут я подъехал, с Ликой. Ну, стал разбираться. А Виола как разошлась – такой-сякой, посылать его стала. Ну, тот ее козой назвал, она еще больше взбесилась… Короче говоря, он твою Виолу ударил…

– Ни фига себе! – всколыхнулся Игнат.

Виола – стерва еще та. Иногда такие кренделя выписывает, диву даешься. Но при всем при этом она – его женщина. И никто не смеет ее козой называть и, тем более, бить…

– Я тебе честно скажу, братан, как на духу! – решительно посмотрел на Игната Вилли. – Твоя Виола с катушек съехала. Вообще за базаром не следит… Ты прикинь, браток тот, по сути, наш клиент. Три джипа «Чероки» у нас выписал. А она его на хрен посылает. Типа, королева, а все вокруг пыль под ногами…

– Это с ней бывает, – мрачно кивнул Игнат. – Но ты, по-любому, должен был за нее спросить.

– А ты думал, я оставил это дело без ответа?.. Этот… Джин его зовут, откуда-то из Сибири пацан… Короче, он наезжать на меня стал. То да се, пятое-десятое, короче, «крышей» моей обозвался. Ну, тут ничего такого, мы калачи тертые. Я ему стрелочку предложил забить, все дела. Там, типа, с ним и разберемся. А за Виолу я на месте разобрался. Кабан он здоровый, но ты же знаешь, бить я умею. И ему вломил, и пацану, который с ним был… Само собой, три джипа остаются у нас. Вернее, два. Третий джип у Ильичева взаймы можно было бы взять…

– Это уже детали.

– Ну, детали не детали, а товар на реализацию не ушел. Ну это еще ладно. Этот Джин, когда прочухался, стрелку нам забил… Завтра возле Бабушкинского кладбища.

– Да с этим раскидаемся, не вопрос… Откуда он взялся, этот Джин?

– Ну, он в запарке трещал, что у него дела конкретные в Сибири. И пацаны, типа, звери. Всех на части порвут… Дело в другом. Твоя Виола этого Джина из бутылки выпустила…

– Вилли, братан, давай так. С Виолой я сам как-нибудь разберусь, лады? А насчет бутылки… Может, он спецом на нее наехал, чтобы с тобой схлестнуться?

– Да откуда он мог знать, кто она такая?

– И то верно… Когда стрела?

– Завтра, в четырнадцать ноль-ноль.

– Ладно, решим вопрос. Я с этим Джином сам лично перетру…

– Тебе видней… – ярко, но не совсем от души улыбнулся Вилли.

На этом разговор был исчерпан. В другое бы время он бы спросил Игната, какие у него планы на вечер, организовал бы, типа, семейный ужин в ресторане. Но сейчас этого нет. Виола всему виной. У Вилли просто нет желания видеться с ней, слушать ее вздор.

Игнат порешал насущные дела. А вечером отправился к себе домой.

С Виолой он жил уже четыре года. Можно сказать, не жил, а мучился. Потому как заскоков и бзиков у Виолы хоть отбавляй. Это не так, то не эдак. И запросы у нее немереные. Хочешь секса, будь добр, раскошелься на знатный подарок. А секса Игнат хотел. Жадно и страстно. Потому как Виола заводила его не по-детски. С ней по-прежнему все как в первый раз… Красивая, сексуальная до умопомрачения. Этого в ней было с избытком, а вот отдушины для души в ней не было. Может, потому Игнат и не женился на ней. Да и она не особо-то напрашивалась. Так вот и жили…

Виола знала, что Игнат едет к ней. Потому встретила его во всеоружии собственного обаяния. Дорогой стильный халат, в котором не стыдно было бы появиться на званом ужине. Роскошные волосы распущены, вечерний макияж, пьянящий запах духов. Как всегда, она была ослепительно красива…

– Привет, – мило, и в то же время чуточку снисходительно улыбнулась она.

Игнат должен был поцеловать ее в щечку. Но сейчас он не стал этого делать. Зато задержал взгляд на правой щеке, где угадывалась легкая припухлость.

– Что, заметно? – с легкой ехидцей в голосе спросила она.

– Заметно, – нахмурился он.

– Это в твоем автосалоне какой-то урод меня ударил…

– Было за что?

– Что ты сказал? – От возмущения у Виолы расширились и без того большие глаза. – Как ты можешь такое говорить? Какая разница, за что меня ударили. Разве можно бить женщину?.. Или вам, бандитам, все можно?

Игнату неприятно было слышать эти слова. Ведь это он привил ей комплекс безнаказанности. Виола иногда выкидывала такие коленца, в самую пору хвататься за плеть. Но он за всю их совместную жизнь ни разу не позволил себе поднять на нее руку. Как будто не знал, что безнаказанность порождает беспредел… А потом, он не бандит. Он – самый обыкновенный цивилизованный мафиози. И в отличие от некоторых отмороженностью не страдает…

– Давай без истерик, – поморщился он.

– Какие истерики?! Это кто здесь устраивает истерики?

– Ты устраиваешь. И здесь, и там, в автосалоне. Мне Вилли все рассказал…

– Вилли ему все рассказал! – пренебрежительно фыркнула Виола. – Да твой Вилли терпеть меня не может…

– Ну, по тому, как ты себя с ним вела, этого не скажешь. Ты же искала у него защиты?

– Ха! Вилли – твой друг. И он обязан меня защищать. Или я не твоя женщина?

– Ты моя женщина. И Вилли за тебя заступился…

– Да уж видела, как он врезал тому козлу!.. Так ему и надо!

– У этого козла после твоих выкрутасов появилось желание взять наш автосалон под свою «крышу»…

– А это уже ваши, бандитские проблемы, – брезгливо поморщилась Виола. – Крыши, наезды, стрелки, разборки. Как все это надоело!

– А на новеньком «БМВ» ездить не надоело? – усмехнулся Игнат. – А шубы песцовые и норковые носить не надоело, а сережки с бриллиантами уши не оттягивают?

– Ты что, попрекать меня этим вздумал? – удивленно и с вызовом повела она бровью.

– Я тебя не попрекаю. Просто ты должна понимать, что деньги из воздуха не берутся… Что ты делала в автосалоне? К «мерсу» спортивному присматривалась?

Машины были ее слабостью. Как и все остальное, что касалось материальных благ.

– А что, нельзя?

– Присматриваться можно…

– А как насчет того, чтобы поменять мой «БМВ» на этот «Мерседес»?

Всю стервозность с Виолы как рукой сняло. Взгляд подернулся страстной истомой, на губах заиграла блудная улыбка, ее руки мягко обвили его шею… В такие минуты Игнат готов был простить ей все, что угодно. Кроме измены, разумеется. Но она ему не изменяла. Проверено…

Ему не очень было приятно чувствовать, как его железный внутренний стержень превращается в пластилиновую массу. И чем больше тепла источала Виола, тем эта масса становилась мягче. Зато крепчало его наружное мужское достоинство…

Виола отлично знала свои сильные и его слабые стороны. И, как умная женщина, умело пользовалась этим. Поэтому они до сих пор вместе. Поэтому она живет, как королева… А он рядом с ней чувствует себя королем – в приличном обществе на глазах у искушенных ценителей женской красоты и, особенно, в постели, с глазу на глаз. Только вот в повседневной жизни он иногда ощущает себя ее пажом…

– Ну так как насчет обмена? – развязывая поясок халата, игриво спросила Виола.

– Договорились, – не устоял Игнат.

Виола меняла машины, как перчатки. Что ж, пусть и дальше меняет, если ей это нравится… В конце концов, денег в «общаке» – миллионы. И пацаны все упакованы «от» и «до». А это значит, что никто не будет возникать, если Игнат порадует свою даму новенькой машиной. Никто еще не возникал…

У Виолы была одна не очень хорошая фирменная фишка. Она могла завести его до спазмов сосудов, а в самый последний момент дать задний ход. И сейчас она могла его продинамить. Ведь спортивный «Мерседес» еще не стоит в ее гараже… Но Виола не стала его дразнить. Она велась до самого победного конца… И в очередной раз подарила ему ослепительно яркие мгновения. На пике удовольствия Игнат готов был отдать за них полжизни. Но когда взрывная волна рассеялась, в душе появился вакуум. В голову полезли недобрые мысли. Виола не так хороша, какой должна быть. Стерва и вздорная баба. Может, им лучше расстаться?

Она как будто прочла его мысли. Приласкалась к нему.

– Извини меня, – мило улыбнулась она. – Я сегодня была не права… Но ты должен меня понять. В первые несколько недель беременности у женщины происходят гормональные нарушения. Как итог – нервный срыв…

Нервный срыв – это ее образ жизни. А вот беременность… Игнат смотрел на Виолу широко распахнутыми глазами.

– Ты хочешь сказать, что ты беременна.

– Вот именно, дорогой. Скоро у тебя будет ребенок. Потерпи немного…

Она умела расставить все по своим местам. Ей бы спросить, хочет он быть отцом или нет. Но она говорила с ним, будто он уже давно мечтал иметь ребенка. Типа, осталось только немного потерпеть…

А ведь он в самом деле хотел сына. В принципе, он согласен и на дочь… Виола родит ему ребенка. Игнат станет отцом. Отцом!.. А она станет матерью. И это изменит ее характер. Она будет мягкой и покладистой. Их совместная жизнь изменится в лучшую сторону…

### 3

Остаток вчерашнего дня Джин крутился как белка в колесе. Он искал и нашел три джипа «Гранд Чероки», оформил все документы, оплатил счета. Отстегнул штуку баксов, чтобы уже сегодня утром на машинах стояли госномера.

И пацанов привел в порядок. Как-никак сегодня у него была первая стрелка на московской земле.

Джин осматривал своих бойцов с тайной гордостью за себя и за них. Ребята все как на подбор – мощные, внушительного вида. В деле они просто супер. Сколько разборок на их счету, не счесть. А в золотоносных краях редкая стрелка обходилась без пальбы и крови. Из-за угла тоже приходилось бить – автоматы, гранатометы, все шло в ход. Его братва на этих делах собаку съела. А что московские?.. Они только понты колотить умеют. Ну, иногда постреливают. И то в основном через киллеров…

Джин знал примерный расклад в криминальных кругах столицы. Последние год-два здесь правит бал его величество Беспредел. Вовсю идет нешуточный передел территорий и сфер влияния. Влиятельные законники и крупные бандитские авторитеты гибнут пачками. Сейчас прав тот, кто сильней. А Джин в большой силе. Одни его пацаны чего стоят. Натуральные головорезы. Да и он сам десятерых стоит. Так что автосалон «Мустанг» будет принадлежать ему. И пусть кто-нибудь попробует оспорить его права на эту точку…

– Все готово, Джин! – доложил Мурат. – Можно ехать.

Этот пацан – его правая рука. Уже три года при нем. И еще ни разу не подводил. И не подведет…

– Поехали, – кивнул Джин.

И первый сел в машину. За ним по тачкам расфасовались его бойцы. Все при оружии. Помповые ружья, автоматы, даже гранатометы. По сути, его команду можно было назвать похоронной. Кстати, место разборки находится как раз рядом с кладбищем. Дурной знак – для врага…

Ярославское шоссе, лесопарк «Лосиный остров», Бабушкинское кладбище, сразу за ним тихое, безлюдное место. Джин подтянулся сюда ровно в назначенное время. Три новеньких джипа, все пацаны в одинаковых теплых куртках из дорогой глянцевой кожи, все при волынах. Плюс устрашающий вид. Ни дать ни взять – сибирская гвардия. Московские братки обделаются, как только их увидят… А вот и они…

На заснеженную поляну один за другим выехали четыре новеньких джипа «Гранд Чероки». Джин испытал легкую досаду. Он-то думал, что у него тачки будут покруче… Из машин выходили крепкие, масштабные ребятки. Все те же длиннополые кожаные куртки с меховыми воротниками. Все так же при оружии. С плеч у вражеских бойцов небрежно свисали на бедра компактные автоматы «Узи» с глушителями. Что ни говори, а подкованы вражеские пацаны здорово. Да и смотрятся очень внушительно. Спокойные, непроницаемые лица, в глазах устрашающая пустота. Может, эти парни и не ставили никогда засад на сибирских дорогах. Но вряд ли они дрогнут в огневом бою. Такие монстры сначала стреляют, а потом думают…

Джин догадался, что имеет дело с бывалыми бойцами. Но не видел повода для паники. Он и его пацаны, по-любому, представляли собой реальную силу. И что бы ни случилось, они дадут достойный отпор…

Последними из машин выбрались три не хилых на вид мэна. Была в них какая-то особенная железобетонная стать, чувствовалась порода – что выделяло их из толпы. Среди этих авторитетов Джин узнал главного своего врага – вчерашнего барыгу… Так он, оказывается, не барыга и не мужик. Сейчас он видел в нем авторитетного пацана.

На душе чуть-чуть полегчало. Получить в морду – дело всегда неприятное. Но лучше огребсти от реального авторитета, чем от зазнавшегося барыги. Хотя, по-любому, конфуз…

Джин с ненавистью смотрел на своего обидчика. Но только до тех пор, пока не напоролся на взгляд центрового авторитета. Он с трудом выдержал этот убийственно холодный и мощный, как танковая атака, взгляд. На душе стало сыро и неуютно.

Этот авторитет смотрелся очень внушительно. Высокий рост, тяжелая кость, широкие борцовские плечи. Он не делал страшные глаза, не сжимал кулаки. Ему это было ни к чему. Он и без того был похож на тяжелую грозовую тучу. В любой момент могла сверкнуть молния… Джин физически ощутил, как густеет и электризуется воздух вокруг него.

Авторитет в легком свитерке, поверх которого наброшен легкий долгополый кожан. И это в тридцатиградусный мороз… Он как будто нарочно демонстрировал свою неуязвимость. Холод и ледяной ветер ему нипочем. И смерти он тоже не боится. Про Джина и говорить нечего. Для него он как та муха, которую можно прихлопнуть без всяких церемоний…

Центровой авторитет чуть ли не вплотную подошел к Джину, в упор вперил в него пронизывающий взгляд. Губы изогнулись в презрительной усмешке. Никакого фарса, все натурально…

– Ты – Джин? – словно бы нехотя спросил он.

– Допустим.

Джину было немного не по себе. Но это совсем не значило, что он сломался. Нет, он уверен в себе по-прежнему на все сто процентов.

– А я Бурлак.

– Ну и что? Мне твое имя ни о чем не говорит…

Он думал, что своим небрежным тоном выведет авторитета из себя. Но тот даже бровью не повел.

– Это потому, что ты залетный и наших фишек не сечешь… Зато я про тебя знаю.

– Да? И что же ты знаешь?

– А то, что на золотишке сибирском поднялся. Хорошо поднялся… Только не один ты такой умный. С одного боку Зырян подпирает, с другого – Алфер. А в лоб вор коронованный давит, Колыма его погоняло, да?

Информированность Бурлака слегка обескуражила Джина. Выходило, что противник всерьез подготовился к стрелке.

– Все-то ты знаешь… – Смущение он скрыл за презрительной насмешкой.

– Это еще не все. Человек один в Москве есть. Я бы сказал, авторитетный человек. Ты через него золотишко свое за бабки спускаешь… Есть такое?

– Ну есть, и что?

– Да то. Ты бы пробил через него ситуацию, узнал бы, кто такой Бурлак…

– Да мне по барабану, кто ты такой!

– Зря ты так говоришь. Умный человек так говорить не станет… Да ты и не умный. Отморозок ты… А разве нет? За «Мустангом» очень серьезные люди стоят, а ты этого не понимаешь и понимать не хочешь…

– Очень серьезные люди – это ты?

– А ты сомневаешься?

– Если б не сомневался, на разборку бы не вышел… Короче, давай не будем вола водить. Давай по теме. Ты «Мустанга» кроешь?

– Зачем спрашиваешь, если и так понятно?

– А это кто? – показал он на своего обидчика.

– Это Вилли, мой брат. Вопросы?

– Да вопросов хоть отбавляй… Твой Вилли сказал, что автосалон его собственность.

– Так оно и есть. Автосалон – наша собственность. Но это уже детали…

– Я не понял, вы коммерсанты или братва?

– А ты, извини, из какой пещеры выполз? – жестко усмехнулся Бурлак. – На Москве у всех серьезных людей есть своя собственность. И это нормально…

– Да где ж нормально? Не по понятиям это.

– Слышь, чудила, ты меня своими понятиями не грузи. Если кто может мне предъяву ставить, так это только измайловская братва. Салон стоит на их территории. Но у нас этот вопрос улажен давно и надолго… У меня с измайловскими никаких проблем. А тут какой-то хрен с бугра вылупился и еще хавло свое разевает!

– Ты за базаром следи! – вскипел Джин.

В другой ситуации он бы уже дал отмашку своим пацанам, и те бы пустили в ход свои волыны. От волнения в желудке образовался неприятный холодок, казалось, кишки покрываются изморосью… Джин не хотел себе в этом признаваться, но, судя по всему, Бурлак в самом деле очень серьезный человек. И связываться с ним себе дороже…

– Хлебало закрой! – Бурлак свирепо блеснул взглядом. Как будто молния сверкнула. – И слушай сюда, мурло недоделанное! Я бы вообще с тобой базарить не стал. Если бы не Виола, на которую ты, гнида, лапу свою поганую поднял! Виола – моя женщина. И ты за нее ответишь!

Джину стало не по себе. Этот монстр собирается спросить с него за свою стервозную девку… Теперь понятно, почему эта сучка так вызывающе себя вела. Она знала, что в случае чего за нее подпишется сам Бурлак… Сам Бурлак!.. Джин поймал себя на мысли, что думает о нем, как об одном из самых крутых авторитетов. А ведь, в сущности, так оно и было. Только мощная структура может иметь в собственности такой автосалон, как «Мустанг». Да и «быки» у этого Бурлака будь здоров. Такие же монстры, как и он сам…

Бурлак конкретно оскорбил его. Чудило, хрен с бугра, мурло недоделанное… За такие базары отвечают кровью. Но у Джина рука не поднималась дать отмашку.

– Я не понял, ты че, за бабу свою подписываешься? – спросил он, пытаясь скрыть за возмущением свою робость. – Ты че, не въезжающий? Не знаешь, что это не по понятиям – из-за бабы разборки устраивать?

– У тебя свои понятия. У нас – свои, – презрительно усмехнулся Бурлак. – Я тебя сейчас воспитывать буду, урод!

– Че?!!!

– Морду, говорю, бить тебе буду!

– Да я тебя сейчас завалю, падлу! – взбесился Джин.

Он уже собрался было поднять руку, чтобы спустить своих пацанов с цепи. Но Бурлак его остановил.

– А этого я тебе делать не советую! – сказал он.

И кивком головы показал на заснеженные заросли кустарника. Джин не поверил своим глазам. На железной треноге со специальным электроприводом стоял самый настоящий авиационный пулемет. Один бурлаковский боец держал на прицеле Джина и его пацанов. А второй держал на руках заправленную пулеметную ленту с крупнокалиберными патронами.

Джин не стал задавать себе вопрос, откуда взялось это чудовище. Сейчас он мог думать только о том, что у этого пулемета потрясающая скорострельность. И позиция очень выгодная. В случае чего, кинжальная очередь ударит по его пацанам и в пять секунд превратит их в груду окровавленных тел. Даже дернуться никто не успеет…

– Пусть твои пацаны уберут стволы, – по праву сильного распорядился Бурлак.

Джин не стал пытать судьбу и выполнил его требование. Пацаны тоже знали, какая беда грозит им с правого фланга. Поэтому без промедления побросали оружие в машины. А бурлаковские бойцы остались при стволах.

– Ну а теперь посмотрим, какой ты крутой!

Бурлак скинул куртку. Пришлось и Джину расстаться со своей дубленкой. Он понимал, что дело идет к драке, но деваться-то некуда.

К тому же драться он умел. И любил. Сколько выбитых челюстей и сломанных носов на его счету. Удар у него мощный, сокрушительный. И Бурлак в этом сейчас убедится…

Джин встал в боевую стойку, вывел руки на уровень груди. Он готов к драке… Бурлак ударил первым. Без ложного замаха, со всей дури прямым в челюсть. Джин разгадал его маневр. Но, увы, удар оказался очень быстрым. И настолько же сильным… Он пытался, но не смог остановить руку. Как будто чугунный рельс врезался ему в подбородок. Казалось, голова раскололась пополам. Мозги пошли в пляс, глаза едва не выскочили из орбит. На какое-то мгновение он потерял ориентацию в пространстве. И Бурлак не замедлил этим воспользоваться. Второй удар отправил Джина в глубокий нокаут…

Сознания он лишился наполовину. Глаза закрыты, в голове какой-то шум, ударом колокола звучит чей-то голос. Сильные руки хватают его, куда-то тащат… В машине Джин открыл глаза. В узкой рамке задымленного взора высветилась физиономия Мурата. Под нос ткнулась ватка с нашатырным спиртом. Острый запах причесал взъерошенные мозговые извилины, разогнал хмарь перед глазами. Изображение Мурата прояснилось. И мысли медленно поползли на место.

– Где Бурлак? – спросил он.

И тут же тысячи раскаленных иголок впились в челюстную кость. Да у него, кажется, перелом, похоже, двойной…

– Уехал, – подавленно сообщил Мурат.

Джин хотел наслать проклятия в адрес Бурлака. Но сломанная челюсть удержала его от этого порыва. И хорошо, что удержала. После драки кулаками не машут…

Все-таки сделал его Бурлак, как последнего пацана сделал. Автосалон «Мустанг» по-любому остался за ним. Если б только это… Как теперь Джину смотреть в глаза своим пацанам?

– Ты только не кисни, братан! – стал утешать его Мурат. – Этот Бурлак – дикий черт, в натуре. Я как глянул на него, так сразу понял, что против него не попрешь. Мурый волчара, без базара… Если бы это какой-то лох был бы, было бы обидно. А этот, в натуре, волкодав… Ну и хрен с тем автосалоном, найдем того, кто попроще…

– Джин, да ты сам подумай, этот Бурлак даже измайловским свою точку не отдает. А измайловские – это сила, я про них слыхал, – подписался Бутыль. – А что Бурлак машется охренительно, так это он просто ломом подпоясанный. Ну не повезло, нарвался ты на такого, с кем не бывает…

Может, кто-то из пацанов и радовался в душе поражению Джина. Но в целом они поддерживали его. И даже не думали отворачиваться от своего бригадира. Ну попал под раздачу, что с того, с кем не бывает…

И все же Джин затаил злобу. Бурлак очень жестоко обидел его. А обид он не прощает. Не та порода…

## Глава вторая

### 1

Фраерок по кличке Бублик пускал сопли. Пока что самые обыкновенные, не кровавые. Но дойдет и до этого. Джин поймал кураж и уже готов был добить противника кулаками…

– Ну так че, за кем супермаркет остается? – громовым голосом давил он на уши раздавленного авторитета.

– За мной, – пролепетал Бублик.

– А это ты зря!

Джин ударил резко и без замаха. С разбитым носом Бублик слетел с копыт на глазах у своих пацанов. А те даже не рыпнулись. Кишка у них тонка… У Джина братва смотрится круто. Джипы, автоматы, да и сами по себе пацаны – зрелище не для слабонервных. А Бублик со своей сворой – плюнуть и растереть.

Пацаны какие-то зашуганные, стволов кот наплакал, тачки стремные – ну никакого форсу. Уму непостижимо, как эти чуханы умудрились подмять под себя целый супермаркет. Но подмяли же… Правда, лафа, как говорится, длилась недолго. Появился Джин, и этим придуркам придется подвинуться. Пусть убираются в свою деревню, своему сельмагу крышу ставят…

Джин подал Бублику руку. И этот идиот принял помощь. Он встал на ноги, но распрямиться не успел. Джин ударил его ногой и снова опрокинул на землю. Пока тот поднимался, он вытащил из-за пояса ствол. Снова ударил Бублика ногой, посадил его на задницу и приставил к голове волыну.

– Ну так чей супермаркет?

– Твой… – в панике выдавил из себя вшивый авторитет.

– Ну вот и договорились! – осклабился Джин. – Все, можешь убираться на хрен! Учти, еще раз увижу, пришибу! Ты меня понял?

– Понял! – всхлипнул Бублик.

Он поднялся, с низко опущенной головой сел в свою «семерку» и вместе со своими обмылками исчез из виду.

– Ну че, пацаны?! Супермаркет наш! – довольный, как слон, во всеуслышание объявил Джин.

Бублику до Бурлака как до Киева по-пластунски. Но все же приятно было осознавать свою над ним победу…

С Бурлаком Джин встречался зимой. Сейчас уже вовсю цвела весна. Деревья в зелени, на лугах сочная трава, цветы. На болотистом берегу реки резвятся утки…

– Пацаны, это дело нужно обмыть! – решил Джин.

Ему не хотелось возвращаться в пыльный загазованный город. К тому же в машинах есть все для пикника. Он заранее все приготовил, потому как знал, что Бублик без проблем сдаст ему свою точку.

Это была уже третья на его счету победа, которую он одержал на московской земле. Компьютерная фирма, торгово-оптовый склад, теперь вот супермаркет. И это всего лишь начало. Братва уже почувствовала вкус удачи и рвется в бой, только держись. Тем более что в Сибири дела идут не очень. Алфер и Зырян совсем обнаглели, самые прибыльные прииски под себя взяли. Да еще и Колыма бесится, совсем из ума выжил бродяга – хочет Джина на понятиях развести. А пулю ему в лоб, вот и все понятия. Еще рано вора мочить, но скоро настанет пора. Тогда Джин отыграется… А пока он сам будет ставить на понятия московских братков. Сначала таких, как Бублик, а со временем и до Бурлака доберется…

Пацаны у Джина отчаянные. И огонь, и воду прошли. Можно снарядить трех-четырех бойцов, чтобы пустили Бурлака в расход. Но шила в мешке не утаишь. Рано или поздно братва узнает, кто развел мокроту. И тогда у Джина могут начаться большие неприятности… Ладно, хорош думать о делах. Надо чуть-чуть расслабиться. А то в газетах пишут, что стрессы до инфарктов доводят…

Джин выбрал удобное место на берегу реки. Поставил машины буквой «П», по центру братва развела костер, скоро на огне зашипело маринованное мясо. И водочка пошла в ход…

– Клево! – на веселой ноте протянул Мурат. – Сейчас бы еще телку!

– И не одну! – подхватил Бутыль.

– И без телок хорошо, – урезонил их Джин.

Вчера он закуканил отпадную путану, так она за ночь все соки из него высосала. Так что сегодня ему не до баб. А вот водочки под шашлычок, да еще и на природе – это в самый раз.

– Во мля, смотри, какой селезень! – заорал Скляр.

Он без спросу схватил помповое ружье и с ходу разрядил его в летящую птицу. Но та как ни в чем не бывало продолжала лететь над камышами. И скоро скрылась в зарослях ивняка.

– Мимо! – захохотал Чибис.

Грохот выстрела поставил на крыло всю утиную свору. Братва схватилась за ружья и автоматы. Но кто ж стреляет по уткам впопыхах? Ни одна пуля не достигла цели. Но азарт не прошел. Джину и самому захотелось подстрелить селезня.

– Короче, автоматы спрятать, – решил он. – А ружья оставить. Если егеря заявятся, скажем, что мы – охотники.

– Так они и поверят, – хмыкнул Мурат.

– Не поверят, тем хуже для них… Все, угомонились, братва. Надо выждать, пока утки вернутся…

Ждать пришлось долго. В камыши вернулись всего две утиные пары. А на всю братву пять ружей. Не много, но и не мало. Дроби не было, поэтому стволы забили картечью. И началось…

Первую утку подстрелил Химик. Вторую – Мурат. Третья заложила крутой вираж, ушла за камыш и пошла низом над водой. Достать ее не смог никто. Зато четвертая резко ушла вверх. В считаные секунды набрала солидную высоту. Но Джин стрелять умел, он был уверен, что не промажет. Выстрел. Второй, третий… Но утка продолжала лететь. Братва тоже подключилась. Но все мимо…

Утка уже не набирала высоту и по ветру шла над ивняком. Но прозвучал одинокий выстрел, и подбитая птичка камнем рухнула вниз.

– Кто стрелял? – изумленно спросил Джин.

В ответ братва лишь пожимала плечами.

– Может, охотится кто-то? – первым нашелся Бутыль.

– А что, запросто? – поддержал его Химик.

– Из-за ивняка стреляли, – решил Мурат.

– Пошли, глянем! – Джину интересно было глянуть на удачливого охотника.

Вслед за ним подорвалась вся братва. Но он взял с собой только Мурата и Бутыля. Остальные пусть отдыхают…

За охотником можно было сходить и пешком, но лучше на машине. Заросшая травой дорога изобиловала ямами и рытвинами. Но джип без особых усилий пересекал их. На то он и внедорожник…

Скоро Джин увидел охотника. Парень лет двадцати, высокий, крепкий. За спиной рюкзак, в руках двустволка. С ним была девчонка лет семнадцати. Фигурка не очень – живот какой-то нестандартный, да и ноги коротковаты. Попка разве что ничего. Зато лицо по кайфу. Огромные глаза, высокие скулы, сочные губки. Светло-русые волосы волной стекают с плеч. И вообще…

– Гля, какая нимфа! – останавливая машину, промычал Бутыль.

– Ага, я ей бы вставил! – оскалился Мурат. – Может, прямо щас оформим, а че?

– Ну, в натуре! – подхватил Бутыль. – Пацана в аут, а бабу на раздербан…

– Да в принципе можно… – задумчиво изрек Джин. – Только не сейчас…

– А когда?

– Еще успеется. Надо бы с этим пареньком познакомиться…

– Зачем он на хрен нужен?

– На хрен девчонка нужна. А пацан для дела нужен…

Джин вышел из машины с улыбкой до ушей. Ни дать ни взять рубаха-парень. Солнце светит, птички поют, все вокруг друзья до гроба…

– Привет, пацан! – весело подмигнул он парню. – Охотимся?

– А что, нельзя? – угрюмо буркнул тот.

Он и его девчонка смотрели на Джина подозрительно. И косились на его джип. Ну да, простые смертные на таких тачках не высекают…

– А разве можно? – удивился Джин. – Что, разве охотничий сезон уже открыт, да?

– Нет.

– А ты стреляешь.

– Я просто с ружьем хожу.

– Ага, и наших уток по ходу стреляешь.

– Так получилось…

– Да ты не волнуйся, пацан. Я не из охотинспекции… Короче, ты же утку нашу подстрелил?

– А почему это ваша утка? – по-прежнему букой смотрел на него пацан.

И девчонка робко жалась к нему.

– А кто первый стрелять начал?.. Да ладно ты, не менжуйся, все нормально. Я начал, ты закончил, вот и все дела…

Джин на глаз смерил расстояние между охотником и примерной точкой в воздухе, где сковырнулась с крыла утка.

– Я смотрю, ты издалека стрелял. Откуда такой класс, а?

– Оттуда, – буркнул пацан.

– Слышь, братан, я же с тобой как с человеком разговариваю, – оскорбленно нахмурился Джин. – А ты мне грубишь…

Девчонка первая поняла, что с ним лучше не шутить. И влезла в разговор.

– Вы Тему не слушайте, у него сегодня настроение плохое… – часто моргая глазами, затараторила она.

Голос у нее звонкий, приятный для слуха. Хотел бы Джин послушать ее, когда она стонет под натиском его полового агрессора…

– А у Темы в самом деле есть класс, – продолжала она. – Он – мастер спорта по стендовой стрельбе, серебряный призер Советского Союза…

– Стоп! Какой Советский Союз?! Нет никакого Союза…

– Так Тема еще до армии призером стал, еще в девяносто первом году… У него еще все впереди, правда, Тема?

– Помолчала бы ты, Ксюш? – поморщился парень.

– А чего молчать? – удивленно посмотрел на него Джин. – Если ты мастер – это же здорово!

– Кому здорово?

– Ну, вообще… Если бы я мастером был, я бы тоже нос задирал…

– А кто нос задирает?

– Ты и задираешь… Ты в армии где служил?

– Тебе не все равно?

– Слушай, опять грубишь? Нехорошо…

– Тема в разведроте служил, – снова встряла в разговор Ксюша.

Загораживает своего парня… В принципе, напрасно. Тема, по-любому, заслужил конкретных трендюлей. Но у Джина был особый к нему интерес, поэтому он не торопился выписывать ему счет. Еще успеется…

– Ксюш, ну хватит! – снова одернул девчонку Тема.

– Слышь, братан, не выделывайся, ладно? Нормально же все. Никто не наезжает… Давай к нашему шалашу, посидим, водочки дерябнем, шашлычка навернем…

– Да нет, мы уж как-нибудь без этого обойдемся. Да и домой нам уже пора.

– И живешь где?

– В Москве, в Новогиреево, а что?

– Да ничего. Просто нам по пути. Я в Перово живу. Могу подвезти.

– Спасибо. Мы уж как-нибудь сами.

– Ну, если сами с усами, тогда бывай… Да, кстати, если вдруг какие-то проблемы, звони. Мне такие пацаны нужны…

– Да не надо! – мотнул головой Тема.

Но Джин его не слушал. Он взял в машине спичечный коробок, чиркнул номер своего мобильника, написал свое имя. Чтобы отдать «визитку», он должен был пройти метров двадцать, потому как охотник сам к нему не шел. Но так не хотелось идти к нему навстречу. Хотя бы потому, что этот фраер сам должен был подскочить к нему на задних цырлах. Но у него и в мыслях этого не было. Положение спасла девчонка. Она правильно сообразила, что требуется от ее парня. И чтобы не усложнять обстановку, сама подошла к Джину, забрала у него коробок. И еще поблагодарила его…

Она еще будет говорить ему «спасибо» после того, как на клык у него возьмет, мысленно усмехнулся Джин. А вслух сказал:

– Хорошая ты девчонка. Только парень у тебя глупый…

– Он не глупый, он просто стесняется…

– Ну, если так… Ты звони, Ксюша, если вдруг что… Ну все, бывай!

Джин помахал парню рукой и скрылся в машине.

– Ну а дальше что? – удивленно посмотрел на него Мурат.

– А дальше работать будешь. Возьмешь сейчас Химика и Горбыля. Кровь из носу, но чтобы узнал, где живет этот пацан…

– Зачем он тебе?

– Надо… Я ему телефон свой оставил.

– Ну и что?

– Ты лучше спроси, зачем, – недобро усмехнулся Джин.

– Ну, зачем?

– А затем, чтобы он позвонил мне, если с ним что-то случится… А это «что-то» с ним обязательно случится… Ну чего стоишь, давай обратно меня вези! А сам за пацаном следом рули. Ужом выкручивайтесь, но чтобы он даже не понял, что вы у него на хвосте. Стрелок он отменный, да еще, девка говорит, в разведроте служил. Как бы на хрен вас не перешмалял…

– Обижаешь, Джин! Все будет ништяк, отвечаю!

– Смотри, если упустишь, сам на дело пойдешь!

– Какое дело?

– А этого я тебе пока не скажу!

Он пока что и сам боялся признаться себе в том, что задумал.

### 2

Тема проснулся среди ночи. Как будто кто-то деревянным молотком его во сне ударил. Даже башка разболелась. Он глянул на спящую Ксюшу, заботливо прикрыл одеялом ее оголенные плечи, вышел на балкон, закурил.

Но Ксюша тоже проснулась. Набросила халат и выскочила на балкон вслед за ним.

– Ты чего в одном халате? – строго спросил он. – Не жарко же…

– Халат же теплый. Да и не холодно мне… – Ее голосок звучал, как колокольчик.

Улыбка у нее чистая, светлая и немножечко наивная – как у ребенка. А она и есть ребенок. Хотя ей уже девятнадцать лет. Есть же такие девчонки, которые не взрослеют. А он и не хочет, чтобы она взрослела. Он любит ее такой, какая она есть. Очень любит…

– Тебе не холодно. А ему, может, холодно!

Тема нежно обнял Ксюшу за плечи, привлек к себе. Она прижалась к нему всем своим телом.

– И ему не холодно, – улыбнулась она. – Его папочка согревает…

Ксюша в положении, уже на шестом месяце. Живот уже появляется. Спешить надо, а то совсем большим станет. Но в мае жениться Тема не хотел – всю жизнь маяться будешь. С таким характером, как у Ксюши, маета ему не грозит, но все же… А в июне они справят свадьбу… Родители его не очень того хотят, но ему на их мнение наплевать. Никто не смеет мешать их счастью…

Ксюшу он знает с самого детства. В одном дворе росли. И в одной школе учились. Правда, он был ее старше, на целых два года. Но это не мешало им дружить. Сначала просто дружить. А потом случилось то, что и должно было случиться, – дружба стремительно переросла в любовь.

Его родители тоже хорошо знали Ксюшу. Но также они знали ее мать. До того как умер ее отец, все было в порядке. Но как только Василия Дмитриевича не стало, Зинаида Евгеньевна ушла в запой. Так из него до сих пор и не вышла. Некогда чистая и светлая квартира превратилась в мрачный притон для алкашей и наркоманов. Мало того, Зинаида Евгеньевна еще и буйная. Бедной Ксюше доставалось от нее на орехи.

Зато родители Темы считались благополучной семьей. И состоятельной. Дом – полная чаша, машина, дача. И еще для сына была куплена однокомнатная квартира. Тема туда и переселился, как только вернулся из армии. Несмотря на протесты своей матери, Ксюшу он забрал к себе. Так они и живут. И не жалуются. А мать продолжает шкворчать, как сало на сковородке. Дескать, Ксюша ему не пара. У девочки, мол, дурная наследственность, то да се. И хоть кол ей на голове теши, не унимается. Хотя по идее радоваться должна. Во-первых, он любит Ксюшу. И это самое главное. Во-вторых, он не шляется по дискотекам, не ищет на задницу приключений. Бизнес свой открыл – торгует газетами и журналами возле станции метро. Доход небольшой, но им с Ксюшей хватает. Да и родители помогают. Правда, мать не устает повторять, что эти деньги только для него. А Ксюша и будущий их ребенок как бы в природе и не существуют. Да ну их всех…

Проблема «отцы и дети» была единственным его больным местом. Но вчерашний день, похоже, добавил проблем.

– Воздухом свежим вышел подышать? – спросила Ксюша.

– Ну да, люблю свежий воздух, – кивнул Тема.

– А за сигарету чего хватаешься? Волнуешься?

– Все-то ты знать хочешь… Волнуюсь. Те уроды из головы не выходят…

Он обожал охоту. Но так как сезон еще не открыли, он иногда просто выезжал в лес. В Подмосковье у него жил родной дядька, тоже заядлый охотник. Тема брал у него ружье и бродил окрест его поселка. Само собой, Ксюша ходила за ним, как ниточка за иголочкой.

Вчера они шли с ней вдоль реки, наслаждались природой. А тут выстрелы. И утка в воздухе барахтается. По ней стреляли, но мимо. Тема просто не мог удержаться от соблазна, сорвал с плеча ружье и… До армии он в самом деле всерьез занимался стендовой стрельбой и показывал отличные результаты. Так что утка была обречена еще до того, как он нажал на спусковой крючок.

Все бы хорошо, но вслед за уткой появились псы. Если бы охотничьи… Тема никогда не имел дел с братвой, но бандита от нормального человека отличить мог. А у этого мордастого бугая на лбу широким форматом читалось – «братва». А на каком джипе он к ним подкатил. Простые люди на таких машинах не ездят…

– Вот ты скажи мне, Ксюша, чего он от нас хотел?

– Не знаю. Может, ему просто понравилось, как ты стреляешь. Поговорить с тобой захотелось…

– А как он на тебя смотрел, ты не заметила?

– Ну как смотрел, обычно смотрел, – замялась Ксюша.

– Понравилась ты ему…

– Ты об этом?.. Ну и что, если понравилась? Или ты думаешь, что я никому не могу понравиться?

– В том-то и дело, что ты многим нравишься. Красивая ты у меня…

– У тебя, только у тебя…

– А тебе тот мордастый… Ну, Евгений он, да… Он тебе понравился?

– Ты издеваешься? Да я заикой стану, если он мне вдруг в страшном сне приснится…

– А я вот за сигарету схватился, когда он мне приснился… Ты зачем ему про моего «мастера» говорила, про армию?

– Тут уж ты меня извини. Он тебя спрашивает, а ты в ответ грубишь. Он же мог и разозлиться…

– Ну и разозлился бы, ну и что? У меня же ружье было заряжено…

– Ты бы мог выстрелить в человека?

– Какой он человек? Бандит он! К тому же в целях самообороны… У меня же вы есть, – Тема погладил Ксюшу по животу. – Да я за вас любого на части порву…

– Не надо так говорить. И рвать никого не надо, – без укора, но невесело покачала головой Ксюша.

– Боюсь я за тебя, родная. Что, если мордастый глаз на тебя положил? Еще похитит…

– Чур тебя!

– Да знаю, что глупости говорю. Но эти глупости сами на язык лезут… Не нравится мне вся эта история. Неспроста этот Евгений возник. Как бы он боком нам не вышел…

– Тема, все будет хорошо. Успокойся. Пошли, я тебя приголублю…

Они вернулись в комнату. Ксюша запустила руку в его волосы, легкими движениями стала массировать его голову. Тема балдеет от такого действа. Нервы успокоились, веки потяжелели. Он и не заметил, как навалился сон…

Утром он был на ногах. О ночном разговоре и о мордастом Евгении даже не вспоминал. Да и Ксюше было не до того. Закружил водоворот насущных дел. Она должна была убраться в квартире – а это занятие долгое и нудное, потому как она всегда стремилась к идеальному порядку. Затем нужно было сходить в магазин, приготовить обед. После чего она обычно шла к станции метро подменить Тему, чтобы он сходил домой пообедать.

А он развертывал свой стенд с раннего утра. Центральные и московские газеты, желтая пресса, глянцевые журналы. Народ на это дело западал, так что товар расходился неплохо. И конкуренты не особо мешали. Доставали только братки, сборщики дани. Хочешь работать спокойно – плати. Закон российского рынка. Интересно, на каком уровне утверждался этот закон? Уж не в Думе ли…

Товар лучше всего расходился по утрам. Но и в обеденное время неплохо. Поэтому сворачивать торговлю для того, чтобы сходить домой, было бы глупо. Как всегда, выручила Ксюша. Она обычно подходила к нему со спины. Но Тема фибрами души улавливал ее появление. И сейчас он ее почувствовал. Обернулся и увидел прелестной красоты девушку в модном сарафане – это и была его Ксюша. Милая, любимая, родная…

– Я пришла! – весело улыбнулась она.

Тема не удержался, обнял ее за талию, ткнулся носом в ее волосы. Он не знал, как пахнет дурман-трава. Но всерьез подозревал, что так же пахнут ее волосы. Пьянящий запах…

– А я ухожу, – отстраняясь, сказал он.

Ему нравилась та жизнь, которой он жил. Да, ему приходится работать, но зато у него есть надежный тыл. В доме чисто и уютно, на плите горячий и вкусный обед, а вечером его будет ждать ужин. Но ужин – ерунда. Главное, что у него есть Ксюша.

Он только собирался уходить, когда возле лотка остановились двое. На улице очень тепло, солнце светит вовсю, люди ходят в летних одеждах, а эти в кожаных куртках-косухах. Типа, бандитская униформа…

– Эй, чувак! – обратился к Теме один.

Морда кирпичом, во рту от одной щеки к другой перекатывается жвачка. Желваки попеременно вздуваются, как жабьи пузыри.

– Че продаем, а?

– Газеты продаем, журналы! – Под ложечкой у Темы неприятно засосало.

Так у него бывало в преддверии неприятных событий.

– А наркоту толкаешь? – спросил второй.

Ряха под противогаз четвертого размера, щеки, как у бульдога. Руки работают в режиме маятника. Правый кулак о левую ладонь. Хлоп! Левый кулак о правую ладонь… Ну не придурок?!

– Какая наркота? – удивленно выставился на него Тема. – Я этим в жизни не занимался…

– Да? А нам говорили, что на таких лотках все можно найти, – смерил его презрительным взглядом первый браток. – Даже бабу…

– Так есть же баба! – показал на Ксюшу второй. – Гля, Жгут, клевая телка. Я бы ей вдул!.. Слышь, чувак, скока за нее берешь? Сто баксов за два часа нормально будет, а?

Тема просто офонарел от такой наглости.

– Глянь, Бак, чувак репу морщит, – осклабился жующий урод. – Ему стольника мало. Давай полтинник еще накинем. Мы же телку в два ствола дуть будем!

– Ну, накинем, без базара! – похабно развеселился его щекастый дружок. И, обращаясь к Теме, сказал: – Видишь, чувак, мы пацаны честные, мы за все платим сполна…

– Может быть… – Тема с трудом сдерживал рвущуюся наружу злость. – Только оплата не принимается. Вы, ребята, ошиблись адресом.

– А-а, жена! Ну тогда ясно, что полторашки будет мало. Короче, давай так, фраерок, мы тебе три сотни баксов, а ты нам свою жену напрокат!

Тема покачивался на ногах, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не пустить их в ход.

– Слышь, чувак, мы же не спрашиваем, пойдет или не пойдет! – ощерился щекастый. – Мы тебя конкретно перед фактом ставим. Мы забираем твою жену, это однозначно. Вопрос только в том, будешь ты бабки брать или нет. Если не будешь, мы твою телку за просто так уведем…