# Слияние двух океанов

Эмма Дарси

Стоило шейху аль Фарраху принять решение заняться поисками подходящей жены, как к нему под конвоем доставили Эмили Росс, подозреваемую в торговле наркотиками. Более неподходящей женщины для женитьбы трудно было найти. Но пути любви неисповедимы…

## ГЛАВА ПЕРВАЯ

Шейх Загео бин Султан аль Фаррах был крайне недоволен. И не только совершенно возмутительным вторжением на территорию дворца его матери, но и тем фактом, что их частной гаванью на острове Занзибар посмел воспользоваться французский наркоторговец, пришвартовавший здесь свою яхту. Этот негодяй пытался откупиться от него, предложив… женщину.

Неужели этот жалкий, вульгарный тип мог подумать, что имеет дело с мужчиной, способным принять подобное предложение?

– Она совершенно особенная! – Похоже, наркодилер был еще и опытным сутенером. – Натуральная рыжеватая блондинка. Прекрасные голубые глаза. Роскошная грудь, тонкая талия, длинные ноги… – Руки француза нарисовали в воздухе песочные часы.

– И к тому же девственница? – насмешливо перебил шейх, все сильнее презирая этого человека, пытающегося выторговать свободу в обмен на свою шлюху.

– Да! Совершенно невинна! – тотчас ответил Жак Арно, при этом ни один мускул на его лице не дрогнул.

Каков лжец! Как может быть невинной сообщница преступника?

– И где же эта драгоценная жемчужина? – насмешливо протянул Загео.

– На моей яхте. Если вы прикажете своей охране, – француз нервно оглянулся на охранников, схвативших его на пристани, – проводить меня к яхте, они приведут ее к вам.

А сам он поспешит удрать. Отличная идея!

– Значит, на яхте… То есть вы проплыли по Красному морю, затем вдоль половины восточного побережья Африки, доплыли до Занзибара и ни разу не коснулись такой роскошной женщины?

Француз пожал плечами.

– Глупо портить такой высококлассный товар.

– И где же вы раздобыли этот высококлассный товар?

– На одном из курортов, где она работала тренером по дайвингу. Она согласилась помочь провести яхту до острова. – Француз цинично усмехнулся.

– Да, с ее стороны было глупо довериться вам.

– Женщины вообще глупы. Особенно те, кто чист душой.

– Меня вы тоже считаете глупцом? – Загео гневно изогнул бровь.

– Я говорю с вами откровенно, – быстро ответил Жак. – Вы можете получить ее. Без проблем. – Он выразительным взглядом окинул пышное экзотичное убранство гостиной. – При том, что вы можете предложить, вряд ли придется долго ее уламывать. Если, конечно, вы не предпочитаете брать женщин силой, – добавил Жак с отвратительной ухмылкой.

И тут гнев Загео прорвался наружу.

– Только что вы нарушили еще один закон, мсье. Работорговля была запрещена на Занзибаре больше века назад.

– Но человек вашего положения и влияния… Кто станет интересоваться, что вы делаете с женщиной, которую никто не знает и никогда не видел?! Даже если она сбежит…

– Довольно! – Загео подал знак охранникам. – Уведите его. Проверьте, есть ли на яхте женщина. Если она на борту, доставьте ее ко мне.

Жак Арно явно встревожился.

– Вы увидите, она именно такая, как я вам рассказал. Если вы будете удовлетворены… – быстро заговорил он.

– О, да! Я буду удовлетворен, мсье. Так или иначе, – пугающе бархатистым голосом произнес Загео и махнул своим людям, чтобы они выполняли приказание.

Он очень сомневался, что женщина существует на самом деле. Но даже если и существует, то вряд ли соответствует описанию. Загео подозревал, что француз попросту искушал его в расчете вернуться на свою яхту и сбежать. Несмотря на то, что охранники вооружены, неожиданность могла сыграть Арно на руку.

Однако если сообщница у него все-таки есть, она тоже должна быть арестована и передана властям. Даже если она непосредственно не участвует в торговле наркотиками, то в любом случае может сообщить важную информацию.

Загео расслабился, откинувшись на спинку кресла, похожего на трон. Протянув руку, он взял с плетеного столика стакан с соком манго и медленно, небольшими глотками стал пить. Гнев, вызванный попыткой француза использовать сексуальную «валюту» в торговле за свободу, перекинулся на Вероник, отказавшуюся сопровождать его в этой поездке. «Ты будешь занят делами, дорогой, – мило посетовала она. – Тебе будет не до развлечений».

Неужели глубина их отношений определяется количеством развлечений? Его трехмесячная деловая поездка была связана с инспекцией сети отелей и роскошных курортов в прекрасных экзотических местах Африки. Какие еще развлечения нужны Вероник, чтобы быть довольной?

Загео отдавал себе отчет, что для весьма востребованной французской модели марокканского происхождения жизненные удовольствия заключаются в безделье, развлечениях и шопинге. И его любовницей она является только по той причине, что он может все это ей обеспечить.

Похоже, пора с этой ситуацией заканчивать. Он и так слишком долго потакал ее прихотям. Вероник, безусловно, была роскошной женщиной, она умела одеться так, чтобы подчеркнуть свою экзотическую красоту смуглокожей мулатки. Но на этот раз Загео глубоко задело ее невнимание к его желаниям и потребностям, и даже хороший секс не способен окупить это.

Отец прав – пора заканчивать это слишком затянувшееся холостяцкое существование и связи с женщинами чужих культур и найти подходящую жену. Ему тридцать пять, и настало время задуматься о создании семьи. Следует порвать с Вероник и заняться поиском невесты – какой-нибудь образованной девушки из влиятельной семьи, которая станет его надежным тылом, разделит его жизнь не только в постели, но и в повседневных заботах. Сейчас мысль о продажном бездушном сексе была особенно противна Загео, и он решил дать это понять сообщнице Жака Арно, той особе, которая якобы находится на его яхте.

Загео очень захотелось, чтобы женщина существовала на самом деле. Он надеялся, что его люди найдут ее на борту, и уже предвкушал, какое получит удовольствие, продемонстрировав ей, что вся ее хваленая привлекательность абсолютно не трогает его.

## ГЛАВА ВТОРАЯ

– Я выберусь отсюда! Обязательно выберусь!

Эмили Росс повторяла эти слова, продираясь через мангровые заросли. Бормотание, выражающее горячую решимость, перемежалось всплесками самобичевания.

– Какая же я дура! Только последняя идиотка могла довериться Жаку! Нужно было не пожалеть денег и добираться сюда самолетом. Надежно и безопасно…

Она слишком поздно поняла, что Жак не из тех, кто держит свое слово. Подняться на яхту Жака невзирая на его незаконный бизнес ее заставило желание поскорее оказаться на Занзибаре, добраться до Стоун-Тауна и увидеться с Ханной.

Осознав же всю опасность своего положения, Эмили вплавь решила добраться до берега, сложив свои вещи в водонепроницаемый пакет. Можно сказать, что ей повезло – на нее не напали акулы, ее ноги не были изрезаны раковинами, кораллами и острыми подводными камнями. Осталось найти выход из этих мангровых джунглей.

– Я не дам обстоятельствам сломить меня! Я обязательно выберусь!

Освободившись из паутины корней мангрового кустарника, Эмили выбралась наконец на сушу, которая оказалась, увы, лишь прибрежной насыпью у небольшого залива. Опять вода! Но за ней несомненно была цивилизация – Эмили видела вдалеке большой и ухоженный участок земли. Худшее позади!

От полного изнеможения у Эмили дрожали ноги. Она рухнула на прибрежную насыпь и позволила себе заплакать облегчающими слезами. Но через несколько минут выработанная привычка к самоконтролю возобладала – пусть главные трудности позади, до конца путешествия еще ой как далеко.

Но она свободна!

Эта мысль придала ей сил. Свободна от Жака Арно… Свободна от коварных мангровых зарослей… Свободна идти куда и когда захочет!

Эмили успокоилась и попыталась реально оценить свое положение. На другой стороне залива виднелась высокая каменная стена. Наличие жилья порождало надежду на то, что где-то неподалеку должна быть и дорога.

Она шла по берегу залива, пока каменная стена не оказалась прямо напротив нее. Эмили подумала о том, что как только она преодолеет эту последнюю водную преграду, то сможет привести себя в порядок и переодеться в юбку и футболку, которые лежат в непромокаемом пакете. Бикини вряд ли подходящая одежда для встречи с местными жителями, а ей так или иначе придется общаться с ними, чтобы выяснить дорогу до Стоун-Тауна.

По пояс в воде, увялая в грязи и ненавидя каждый метр своего пути, Эмили была полностью сосредоточена на том, чтобы не упасть, как вдруг услышала повелительный окрик:

– Стоять!

Французский глагол в повелительном наклонении был явно адресован ей. Сердце Эмили бешено заколотилось от испуга, когда она увидела двух высоких и крепких мужчин с оружием в руках. В белых рубашках и брюках с черными поясами и кобурой они походили скорее на полицейских, чем на гангстеров из наркомафии, но Эмили не знала, хорошо это для нее или плохо. Если они поймали Жака и считают ее причастной к его криминальному бизнесу – не случайно же они обратились к ней по-французски. – она вполне может оказаться в тюрьме.

Один из мужчин достал мобильный телефон и что-то быстро проговорил по-арабски, другой жестом приказал Эмили приблизиться. Нацеленное на нее оружие исключало неповиновение, и ей оставалось только надеяться на то, что эти люди были все-таки представителями закона на этом острове и закон будет к ней справедлив.

Когда она добралась до берега, один из мужчин подошел к ней и выхватил из рук водонепроницаемый пакет с вещами.

– Подождите! В нем все, что у меня есть! – панически запротестовала Эмили.

В пакете были ее паспорт, деньги и одежда. Наверняка эти люди подумали, что в пакете контрабандный товар или наркотики, поэтому она сама попросила проверить его содержимое.

– Посмотрите! Там только личные вещи!

Никакой реакции. Мужчины полностью проигнорировали ее отчаянные попытки вступить с ними в контакт сначала на английском, а потом хоть и на плохом, но все-таки французском. Вместо ответа ее подхватили под локти и быстро повели прямо по подстриженной лужайке к огромному трехэтажному белому зданию. По крайней мере оно не похоже на тюрьму, подумала Эмили, отчаянно пытаясь унять страх, с новой силой охвативший ее.

Все этажи здания были опоясаны верандами с колоннами и балюстрадой в виде изящных железных кружев. Эмили подумала, что это строение – образец британской колониальной архитектуры… и вполне может оказаться зданием суда!

Господи, неужели Жак торговал наркотиками прямо под носом судебной бюрократии?!

А вдруг это насквозь коррумпированная бюрократия? Эта мысль испугала Эмили еще больше. Она была иностранкой, к тому же полураздетой, а единственное удостоверение личности – паспорт – у нее отобрали.

Высокие, около четырех метров, зловеще черные, окантованные витиеватой резьбой и рядами больших латунных кнопок двери, у которых они остановились, вызвали у нее очередной приступ страха. А когда они начали медленно открываться, Эмили подсознательно почувствовала, что сюда принято входить только со склоненной головой и потупленным взором.

Первое, что она увидела в просторном холле, был роскошный персидский ковер на полу из темного дерева. Боковым зрением Эмили отметила прекрасные вазы, смахивающие больше на музейные экспонаты. Такая обстановка дарила надежду на то, что ситуация, возможно, не столь безвыходна.

Эта вспыхнувшая надежда позволила Эмили поднять глаза, чтобы осмотреться получше. Ее привели в просторный атриум, обставленный как королевская приемная.

Широкая галерея, ведущая в остальные помещения первого этажа, была углублена на две ступеньки относительно холла и имела выходы на веранду. Высоко вверху здание венчал купол, по окружности которого свисали фантастической красоты люстры из цветного стекла, образуя причудливые каскады.

Как бы Эмили ни была потрясена увиденным, ее взгляд сразу же остановился на мужчине, который был, безусловно, главной достопримечательностью даже среди этой роскоши. С величественным достоинством он поднялся с красного кресла-трона. Его одежда – длинная белая туника, поверх которой была надета безрукавная, по-королевски пурпурная мантия, отделанная золотым галуном, – говорила о его арабском происхождении, но он в большей степени походил на испанского аристократа, чем на араба. В чем у Эмили сомнений не возникло, так это в том, что в своей жизни она еще не встречала такого потрясающе красивого мужчину.

Впрочем, слово красивый не отражало полностью того, как выглядел этот человек. Черты его лица были безупречны, словно созданы резцом талантливейшего скульптора. Густые черные волосы были откинуты со лба и прядями ниспадали за уши. Такое необычное и смелое обрамление лица подчеркивало разлет бровей, глубину темных глаз, классическую форму прямого носа. Верхняя губа была чуть тоньше и резче очерчена по сравнению с нижней, более полной и чувственной.

Мужчина притягивал, интриговал и был, по мнению Эмили, очень красив, но в то же время в нем безошибочно угадывалось врожденное мужское высокомерие, которое рождало в ней примитивную женскую тревогу, ускоряющую ток крови. Да, выглядел он потрясающе, но был очень… иностранцем и явно оценивал ее женские достоинства.

Поскольку мужчина находился на чуть более низком уровне пола, у Эмили вдруг возникло странное ощущение, что она перенеслась в то время, когда Занзибар был самым крупным мировым центром работорговли, и почувствовала себя пленницей, выставленной на помост, где продавался живой товар.

Незнакомец заговорил с одним из охранников, державших Эмили, на арабском. Вдруг с ее головы резко сорвали шарф, которым она удерживала волосы, а затем грубо выдернули заколки. Освобожденная масса волос рассыпалась по ее плечам, и спине.

– Эй! – закричала Эмили в испуге, что с нее сорвут и бикини. Чувствуя себя крайне уязвимой, она с ужасом ожидала дальнейших приказаний.

То ли араб, то ли испанец вдруг бегло заговорил по-французски, при этом взгляд его был весьма циничным, а усмешка – сардонической. Хотя Эмили за время своих путешествий и приобрела некоторые поверхностные знания разных языков, она ничего не поняла из этого стремительного потока французских слов.

– Послушайте, я не француженка, понимаете? – взмолилась Эмили. – Вы случайно по-английски не говорите?

– То есть… – одна из черных бровей незнакомца поползла вверх, демонстрируя скептическое недоверие, – вы хотите сказать, что вы – англичанка?

– Не совсем. Я из Австралии. Мое имя – Эмили Росс. – Эмили кивком указала на свой пакет, отобранный охраной. – Мой паспорт удостоверит…

– При данных обстоятельствах это не столь важно, – сухо перебил ее мужчина.

Эмили глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями и оценить сложившуюся ситуацию.

– Тогда могу я спросить, что для вас важно, мсье?

Но мсье заговорил совсем о другом.

– К моему большому удивлению, Жак Арно описал вас абсолютно точно. – В голосе мужчины отчетливо слышалась насмешка, а в глазах сквозила издевка. – Любопытно выяснить, насколько правдив он оказался и в остальном?

– Что он вам наговорил? – спросила Эмили и стиснула зубы, готовясь выслушать поток лжи.

– Например, что вы – девственница. Девственница?

Эмили прикрыла глаза, в ее мозгу молнией сверкнуло ужасное подозрение. Разговор о девственности мог означать только одно.

Жак Арно… Этот негодяй, обманом заманивший ее на яхту… Этот хитрый, беспринципный наркоделец, который ради собственных интересов готов на все… Жак наверняка предложил сделку – его шкура в обмен на Эмили в качестве секс-рабыни.

– Нет! – Эмили едва не задохнулась от яростного негодования, враждебно глядя на потенциального рабовладельца. – Конечно же, нет!

– А я и не поверил этому, – небрежно пожав плечами, ответил мужчина. Его холодный тон резко контрастировал с ее горячностью. – Это с вашей-то профессией исполнительницы танцев живота! Уверен, у вас отбоя не было от клиентов.

– Танцев живота? – неожиданно высоким голосом переспросила Эмили.

Мужчина бросил на нее раздраженный взгляд.

– Среди прочего багажа на яхте были найдены ваши костюмы, которые вы в спешке бросили, удирая с яхты, чтобы избежать поимки и ареста.

Поимки!

Значит, Жак арестован за торговлю наркотиками, и его яхту обыскали. Вот что навело этого человека на мысль о том, что она, якобы осознав безвыходность своего положения, бросилась в воду во избежание ареста.

– Я убежала с яхты не из-за страха ареста, мсье. Я бежала из плена, в котором находилась на этой яхте.

– Жак Арно удерживал вас против воли?

– Да. А костюмы для танцев живота, найденные вами при обыске, принадлежат не мне, уверяю вас, – продолжала горячиться Эмили, негодуя на то, что ее буквально в лицо назвали шлюхой.

Жар, с которым она говорила, постепенно охватывал все тело под бесцеремонным взглядом незнакомца, медленно и дерзко скользившим по изгибам ее женственного тела – полной груди, тонкой талии, округлым бедрам и безупречной формы ногам с изящными лодыжками.

– Ваши физические данные наводят на иные мысли, мисс Росс, – иронично заметил ее потенциальный хозяин.

– Я – профессиональный инструктор по подводному плаванию. У меня сертификат, удостоверяющий это. Он находится среди документов в пакете, который отобрали ваши люди.

Ее мучитель улыбнулся, продемонстрировав ряд белоснежных зубов, но что-то в этой улыбке подсказало Эмили, что ему хочется разорвать ее на мелкие кусочки и полакомиться ими.

– Мой опыт говорит, что люди могут быть весьма… разносторонними, – насмешливо заметил он.

– Да, в этом вы не ошибаетесь, – резко ответила Эмили. – Но я думаю, что вам пора назвать себя и объяснить, по какому праву вы обращаетесь со мной подобным образом.

Эмили злилась из-за того, что находится в таком зависимом положении. Мысль о склоненной голове и потупленном взоре давно покинула ее. Она смотрела прямо на мужчину, требуя ответить на свой вопрос.

– Вы задержаны потому, что вторглись во владения моей семьи, и потому, что тесно связаны с человеком, занимающимся криминальной деятельностью в этих самых владениях, – отрезал тот.

– У вас нет доказательств! Мужчина презрительно закатил глаза.

– Клянусь, я не замешана в делах Жака, – настаивала Эмили. – А костюмы, которые вы нашли, принадлежат женщине, которую он выдавал за жену. Меня же обманом заставили остаться на яхте.

– Обманом?

– Мне очень нужно было попасть на Занзибар. Жак сказал мне, что плывет до Мадагаскара и высадит меня здесь, если я помогу…

– …в его наркобизнесе.

– Нет, в качестве члена экипажа. Я не знала о его делах до тех пор, пока не проснулась на борту яхты в открытом море, напичканная наркотиками.

– Значит… – Вдруг в его глазах что-то вспыхнуло, заставив Эмили напрячься еще сильнее, пока он заканчивал фразу. – Вы настаиваете, что являетесь невинной жертвой?

– Я и есть невинная жертва, – подтвердила она. – Предполагалось, что я стану компаньонкой его жены и еще одним членом экипажа.

Черная бровь презрительно взметнулась вверх.

– И где же эта самая жена?

Эмили глубоко вздохнула. Вероятно, ее история кажется неправдоподобной, но она такова. Ей больше нечего было сказать в свою защиту.

– Я не знаю. Она исчезла. Когда я пришла в себя утром, ее не было на борту яхты.

– Ушла, значит, – протянул он. – Даже не взяв свои костюмы? – язвительно уточнил он.

Эмили отчаянно пыталась найти хоть какое-то правдоподобное объяснение.

– Может быть, она бросила их, чтобы незаметно сбежать от Жака. Я тоже была вынуждена оставить много своих вещей на яхте.

– При попытке сбежать?

– Да.

– Сбежать от чего, мисс Росс? – вкрадчиво спросил мужчина. – Вы должны признать, что Арно выполнил свое обещание доставить вас на Занзибар.

– Он обещал доставить меня в гавань Стоун-Тауна, мсье.

– Эта частная гавань находится как раз на пути в Стоун-Таун, мисс.

– Я не была в этом уверена. После завершения своих дел здесь, Жак мог направиться прямо на Мадагаскар, продолжая насильно удерживать меня на яхте.

– И поэтому вы решились на опасный заплыв в незнакомых водах? А потом в темноте пробирались через непроходимые мангровые заросли? Это был шаг отчаявшегося человека, мисс Росс…

– Это был шаг решившегося человека, мсье, – поправила его Эмили, чувствуя себя действительно отчаявшейся.

– …отчаявшегося человека, готового на все, лишь бы избежать тюрьмы. Я бы сказал, виновного человека…

– Я не сделала ничего плохого! – закричала Эмили. – Я пообещала своей сестре, что приеду к ней в Стоун-Таун…

– Сестра? Кто она?

– А кто вы?! – парировала Эмили, устав от этого одностороннего допроса. – У нас с сестрой важное личное дело, но я не собираюсь рассказывать о нем первому встречному незнакомцу.

– Я – шейх Загео бин Султан аль Фаррах, – высокомерно произнес мужчина.

Шейх! Или султан? Эмили показалось, что прозвучали оба эти слова. Впрочем, вместе или по отдельности они объясняли роскошь этого потрясающего места. Но какова его власть здесь?

– Насколько я знаю, Занзибар уже давно не под властью султаната и островом управляет правительство Танзании, – заметила Эмили не без ехидства.

– Несмотря на это Занзибар сохранил собственное правительство, – резко ответил шейх. – И у меня здесь достаточно власти и влияния. Вместо того чтобы перечить мне, вам следовало бы вести себя более почтительно, мисс Росс, чтобы завоевать мое расположение.

– А что мне даст ваше расположение?

Глаза шейха опасно блеснули, и нервы Эмили напряглись до такой степени, что она почувствовала себя сжатой пружиной, готовой вот-вот разжаться. Если он имеет в виду секс… если он только посмеет опустить взгляд ниже… Эмили чувствовала, что проиграла, но была готова драться, как дикая кошка.

– Я думаю, вам нужно время, чтобы обдумать свое положение, мисс Росс, – вкрадчиво произнес шейх, – осознать, что только чистосердечное признание может облегчить вашу участь.

Эмили уже поняла, что ей не следовало прибегать к наступательной тактике, а предпочесть самоуничижительную манеру поведения.

– Давайте продолжим наш разговор, когда вы немного отдохнете и почувствуете себя более комфортно. Примите горячую ванну, переоденьтесь, подкрепитесь…

Эмили не верила своим ушам.

– Я прикажу своим людям сопроводить вас на женскую половину.

Сейчас Эмили не волновало, что «женская половина» вполне может оказаться гаремом, полным жен и наложниц. Она просто снова хотела оказаться среди женщин, погрузиться в горячую ванну и вымыться, а потом переодеться, чтобы почувствовать себя более защищенной от слишком мужского взгляда шейха Загео бин Султан аль Фарраха.

## ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Загео быстро осмотрел содержимое непромокаемого пакета Эмили. Паспорт… Согласно этому документу, если он, конечно, подлинный, Эмили Росс была гражданкой Австралии, родилась в городе Каирнс. Судя по указанной дате, ей сейчас 28 лет.

– Ты слышал о таком месте… Каирнс? – спросил он своего самого надежного помощника Абду-ла Хаджи.

– Это город на восточном побережье Австралии, в северной части Квинсленда, второго по величине австралийского штата, – немедленно ответил Абдул, вновь продемонстрировав свою незаменимость на службе у шейха.

– Так… Документ, удостоверяющий, что мисс Росс является инструктором по дайвингу, – продолжал Загео. – К нему прилагаются, – он указал на стопку документов, – рекомендации работодателей, которые, по всей видимости, пользовались ее профессиональными услугами. Их, конечно, трудно сразу проверить из-за разницы во времени, но через несколько часов…

Сертификат был датирован шестью годами раньше. Значит, Эмили работала инструктором по дайвингу с двадцати двух лет.

– Тот курорт на Красном море, где Арно, по его словам, подобрал эту женщину…

– Этот курорт знаменит своими коралловыми рифами, – тут же отреагировал Абдул. – Однако там также много всякого рода развлекательных заведений, где исполняют танец живота.

На лице Загео появилась ироничная усмешка.

– Очень скоро мы узнаем, как на самом деле обстоят дела. – Он указал на небольшой сверток с одеждой. – Это выглядит как… спасательный набор.

– Его можно легко пополнить – приобрести все необходимое в ближайшем магазине, – резонно заметил помощник.

Загео взял в руки небольшую пачку американских долларов.

– Здесь совсем немного.

– Наверняка мисс Росс рассчитывала воспользоваться кредитной карточкой.

Карта Visa лежала тут же. По ней можно легко проследить денежные операции, что крайне рискованно, если занимаешься преступной деятельностью.

– Если она преступница, наличных денег должно быть больше, – произнес Загео.

Абдул пожал плечами.

– На самом деле у нас нет никаких доказательств о ее соучастии. Я склонен верить, что она договорилась с Арно о том, что он доставит ее сюда в обмен на работу на яхте.

– Точнее, в его постели.

– Обыск показал, что у них были разные каюты.

– Может, Арно храпел.

– Мне кажется, о любви между ними речи быть не может, – заметил Абдул. – Если Арно пытался продать вам мисс Росс в обмен на собственную свободу…

– Кстати, она прыгнула за борт до того, как его задержали. Пусть между ними не было любви, но секс мог быть разменной валютой в их сделке.

– Тогда почему мисс Росс не использовала свою сексуальную привлекательность, чтобы завоевать ваше расположение?

Это был хороший вопрос.

Именно так она и должна была повести себя. Женщины, которых Загео знавал немало, очень часто прибегали к этому избитому приему. Мисс Росс же повела себя нелогично, а на его замечание о ее женских достоинствах и вовсе разъярилась, а ведь женщины, стремящиеся вызвать его интерес, неизменно выставляли напоказ свои прелести. Почему Эмили Росс не воспользовалась этим старым как мир приемом? Тем более что, по ее собственному признанию, девственницей она не была.

И не была настолько юной, чтобы не знать, что к чему в отношениях между мужчиной и женщиной.

Многому в поведении мисс Росс Загео не находил логического объяснения. То, как она разговаривала с ним – фактически дерзила, – граничило с непочтительностью, но во всем, что и как она говорила, сквозил живой ум и даже юмор. Ее удивительно яркие синие глаза вполне могли бы кокетливо заигрывать с ним, но нет – в них горел вызов, отвергающий и его власть над ней, и его самого.

– Эту женщину необходимо поставить на место, – пробормотал Загео, решив сделать это прежде, чем закончится эта ночь.

Абдул сдвинул брови и стал поглаживать свою бородку, что было верным признаком смятения.

– Если она из Австралии…

– То что?

– Это свойственно всем австралийцам независимо от пола…

– Что это? Ты пытаешься сказать, что этой женщине в принципе несвойственна почтительность к авторитету власти?

Абдул с извиняющимся видом, как бы прося прощения за вынужденную непочтительность, пояснил:

– Я имею в виду, что мисс Росс и в голову не приходило, что вам нужно покориться…

– Спасибо, Абдул, я подумаю о твоих словах. Однако до тех пор, пока ты не проверишь рекомендации ее бывших работодателей, мы будем придерживаться моего мнения. Проследи, чтобы мои распоряжения были выполнены.

Помощник поклонился и вышел.

Загео же никак не мог смириться с непокорностью Эмили Росс. В конце концов, она была виновата уже в том, что вторглась в частные владения. И с ее стороны было крайне непредусмотрительно перечить ему.

Но он заставит ее покориться его власти!

Бикини Эмили исчезло, пока она нежилась в роскошной ванне с ароматической смесью лавандового и сандалового масел. После ванны ей подали шелковый халат, чтобы она надела его на время последующих процедур – маникюра и педикюра. Ее волосы, вымытые с шампунем, были уложены феном. В этих женских апартаментах сервис прямо как в пятизвездочном отеле, подумала Эмили.

Эмили проводили в великолепную спальню, где предложили единственный комплект одежды. И он был явно не из ее непромокаемого пакета, и не из багажа, брошенного на яхте. Эта одежда принадлежала не ей, но Эмили сразу поняла, что она означает – шейх хочет проверить ее, заставив надеть наряд танцовщицы.

Юбка представляла собой набор полосок из шифона, цвет которых менялся от темно-фиолетового до бирюзового. Эти полоски были прикреплены к широкой набедренной повязке, покрытой блестками ярко-синего, желтого и серебристого цвета и окаймленной золотистыми медальонами. К юбке прилагался лиф, расшитый блестками и бисером. Наряд был весьма экзотический и явно не дешевый.

У Эмили на миг проснулся интерес к той женщине, которой он принадлежал. Кто она? Что с ней случилось?

– Я не могу надеть это, – категорически заявила Эмили, обращаясь к Хебе, старшей из служанок. – Это не мой наряд.

– Его Превосходительство приказал, чтобы вы надели это. Тем более выбора у вас все равно нет, – также категорически ответила служанка.

Перед Эмили стояла дилемма: либо решительно воспротивиться и оставаться голой под тонким и слишком открытым шелковым банным халатиком, либо надеть наряд танцовщицы, который казался ей менее провокационным.

Она подавила переполнявшие ее мятежные чувства и покорилась неизбежному, в глубине души надеясь, что наряд ей попросту не подойдет. И тогда шейх убедится, что она говорит правду.

Досадно, но юбка села на бедра как влитая. Сбросив шелковый халат, Эмили мрачно посмотрела на лиф наряда – оставалась надежда, что он не застегнется сзади. Увы, бретельки легли там, где положено, крючки и петли без труда соединились на спине, а чашечки приподняли груди и подчеркнули ложбинку между ними. Да, грудь у нее не маленькая, но не такая же… вызывающая!

В этом наряде Эмили чувствовала себя еще хуже, чем в своем испачканном болотной жижей бикини. Но, похоже, смысла просить его вернуть нет. Хеба имела вполне конкретные распоряжения на ее счет, и их невыполнение было для нее делом немыслимым.

Эмили ощущала себя героиней арабских сказок, полностью оторванной от реального мира, хотя на ее глазах Хеба достала изящный мобильный телефон и быстро заговорила на своем языке. Скорее всего, доложила, как идет подготовка к спектаклю. Эмили вскинула голову – никто не может заставить ее согласиться на сексуальный компромисс!

У двери ее дожидались два уже знакомых охранника и какой-то бородатый мужчина, к которому те обращались с большим почтением. Женская половина находилась на втором этаже, и Эмили ожидала, что они спустятся тем же путем, что и пришли, в тот же роскошный атриум, но ее подвели к совсем другой двери на первом этаже. Это снова обострило в ней чувство опасности – открытый атриум, по крайней мере, был доступен взгляду любого человека. Эмили отчаянно надеялась, что за дверью находится кабинет или приемная.

Оказалось, зря.

Бородатый мужчина ввел ее в комнату, которая без сомнения была личной гостиной шейха, богато декорированной и обставленной таким образом, чтобы создать атмосферу чувственности. Несколько мягких кушеток со множеством подушек были расставлены вокруг низкого столика, на котором стояли напитки и аппетитные закуски. За столом сидел только один человек, который поднялся при их появлении.

– Спасибо, Абдул.

Бородач отступил к двери и, выйдя из комнаты, тихо прикрыл ее за собой, оставив Эмили один на один с шейхом. Его Превосходительство медленно обошел ее, внимательно осматривая с головы до пят. Эмили, стиснув зубы, стояла неподвижно, словно изваяние, высоко подняв голову, решив ничем не выдавать внутренней дрожи и не реагировать на его замечания.

Шейх приблизился к ней и остановился за ее спиной, а у Эмили от волнения побежали по спине мурашки и сбился пульс. Что он задумал? Показалось ли ей, или он действительно коснулся ее волос, пропустив их сквозь пальцы?

– Вы, должно быть, очень дорого стоили… как танцовщица. – Это было произнесено медленно и многозначительно.

Эмили резко развернулась, но успела заметить, как локон ее волос выскользнул из пальцев шейха, поднесенных к губам. Или носу? От одной мысли, что он вдыхал аромат ее волос, Эмили почувствовала смятение.

– Вы ошибаетесь на мой счет! – воскликнула она, изо всех сил противясь тем ощущениям, которые этот мужчина вызывал в ней.

– Это был комплимент, мисс Росс, – ответил шейх. Его губы дрогнули в чувственной усмешке. – У вас нет повода сердиться.

Он не имел права касаться ее без разрешения. Эмили хотела сказать ему об этом, но поняла, что он только рассмеется в ответ. Шейх имел власть и мог делать с ней все, что хотел. А все, что могла сделать она, это попытаться еще раз изменить его мнение о себе.

– Ваши слова прозвучали так, как будто вы считаете, что я была… э-э-э… девушкой по вызову, – протестующее ответила Эмили.

В его чувственную улыбку вкралась ирония.

– Я склоняюсь к тому, что вы сами выбираете себе любовников – это вам больше соответствует.

Это замечание ей тоже не очень понравилось. Эмили показалось, что ее подстрекают к тому, чтобы она выбрала в качестве очередного любовника именно его. Или это проверка, а может быть, ловушка?

– Проходите. – Шейх сопроводил приглашение жестом, указав на одну из кушеток возле круглого стола. – Вы, должно быть, голодны после всех своих приключений.

Да, ее желудок был пуст, настолько пуст, что его буквально сводило.

– Вы до сих пор не верите, что я сбежала от Арно и не связана с его криминальным наркобизнесом? – спросила Эмили, не сдвинувшись с места. Шейх снова сделал приглашающий жест.

– Пока у меня не появится дополнительная информация, я предпочел бы считать вас своей гостьей, а не пленницей.

– Вы действительно проверяете меня? – При его словах Эмили испытала облегчение.

– Разница во времени не позволяет получить информацию о вас немедленно. Тем временем…

– Я очень голодна, – быстро призналась Эмили, решив, что почувствует себя в большей безопасности, если сядет за стол и займется едой. Впрочем, позволит ли ее желудок проглотить что-либо – еше вопрос.

Ничто в мире не поможет ей расслабиться в обществе этого мужчины, но накрытый стол между ними показался ей относительно надежной преградой.

– Благодарю вас, – сказала Эмили, медленно направляясь к столу и пытаясь определить, где сядет он, чтобы самой сесть как можно дальше.

Ощущение интимности несколько ослабло, как только они заняли места за столом.

– Что бы вы хотели выпить? – спросил он, как будто она действительно была его гостьей. – На выбор – сок манго, ананаса или гибискуса, молоко кокосового ореха…

– Сок гибискуса? – Эмили слышала о таком цветке, но не знала, что из него можно делать напиток.

– Сладкий, легкий, освежающий. – Шейх потянулся к керамическому кувшину с ручной росписью, изображающей красный гибискус. – Хотите попробовать?

– Нет, спасибо. Я всегда любила манго. Темные глаза шейха насмешливо заискрились.

Ее явно подозрительное отношение к соку гибискуса рассмешило его.

– Где же ваша безрассудная смелость, мисс Росс?

Легкая издевка в его голосе подсказала Эмили верный ответ.

– Сейчас, я предпочту что-либо более привычное, Ваше Превосходительство.

Шейх взял другой керамический кувшин и налил сок манго в красивый хрустальный бокал.

– Да, привычное безопаснее, – заметил он с вызовом, ставя кувшин обратно и наблюдая, как она подносит бокал к губам. – Женщина, которая действует столь осторожно, никогда не поднялась бы на борт яхты Арно. Она нашла бы более традиционный, более надежный способ добраться до Занзибара.

Эмили и самой очень хотелось повернуть время вспять и поступить именно так.

– Вы рисковали, договариваясь с незнакомцем, – продолжал шейх.

– Я была уверена, что справлюсь.

– А когда вы проснулись и обнаружили, что нет никакой жены? Как вы… справились?

– В тот момент важнее было управиться с яхтой. Мы были нужны друг другу, чтобы яхта в целости и сохранности достигла нужного места. Жак только однажды попытался… заступить за черту. – В глазах Эмили отразилось отвращение, испытываемое к французу. – Это был удар по его самолюбию, но он больше не предпринимал попыток.

Язвительная улыбка тронула губы шейха.

– Вероятно, поэтому Арно решил, что вы – девственница.

– Не обязательно быть девственницей, чтобы не захотеть лечь в постель с подонком.

– Подонок?..

– Худший из худших, – сухо уточнила Эмили.

– О-о… – Одна темная бровь вопросительно изогнулась. – А кто же тогда лучший из лучших, мисс Росс? Какие у вас требования к мужчине, достойному быть допущенным в вашу постель?

Лучший из лучших…

Внезапно Эмили осознала, что желание сексуального удовлетворения было для шейха 3агео бин Султан аль Фарраха куда сильнее, чем желание узнать правду о ней.

Ни за что! Никогда!

Но что будет, если он станет удерживать ее здесь пленницей до тех пор, пока она не согласится переспать с ним? Тогда она никогда не попадет в Стоун-Таун и не встретится с сестрой.

## ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Загео наблюдал, как Эмили Росс ест. Она поглощала пищу небольшими порциями с такой сосредоточенностью, как будто находилась в комнате одна. Ему казалось, что Эмили попросту не замечает его.

По правде говоря, Загео задело ее пренебрежение, но он подождет. Время на его стороне. Если такова ее тактика уклонения от общения, то как только она насытится, у нее не останется другого выхода, как снова «заметить» его.

В чем француз не солгал, так это в оценке физической привлекательности этой женщины. Было на что посмотреть. Уже одни ее волосы вызывали восхищение. Цвет их был неоднотонным, а напоминал интригующий сплав различных оттенков – от совсем светлого до цвета меди. Выражение «рыжеватая блондинка» предполагает рыжие волосы и бледную кожу, но у Эмили Росс вся цветовая гамма была очень теплой. Ее кожа не была слишком светлой, и на ней не было никаких веснушек. Легкий загар придавал ей золотисто-медовый оттенок. Медь и золото, подумалось Загео. Женщина Солнца с глазами цвета ясного неба, но тело ее явно принадлежало Земле – округлость ее бедер и полнота грудей многообещающе говорили о естественной предрасположенности к деторождению, что показалось Загео весьма привлекательным.

Возможно, все дело в контрасте с Вероник, слишком худой и высокой, как любая модель. А Эмили приводила его в восторг своей роскошной женственностью. Ее пышные непослушные волосы не нуждались в услугах модного стилиста. Великолепное тело с округлыми женственными формами, но без намека на полноту, так и манило прижаться к нему, что мужчину, что ребенка. Эмили была истинное дитя природы, а не искусственным творением диет и модельеров.

Обо все этом размышлял Загео, продолжая наблюдать, как она ест. Он был даже склонен поверить, что Арно не удалось затащить Эмили Росс в постель. Отказ вполне мог ожесточить француза, вплоть до желания продать ее Загео. Но он совсем не понял характера этой женщины. Эмили Росс была способна вести свою игру по своим собственным правилам.

И все же Загео не сомневался, что ее можно купить, как и всех остальных. Нужно лишь назначить правильную цену.

– Где вы собирались встретиться с вашей сестрой в Стоун-Тауне? – спросил он.

Заканчивая трапезу удивительно вкусной тарталеткой с яйцом и спаржей и запивая ее манговым соком, Эмили размышляла над тем, как ответить на вопрос. Ей не понравилась сама его постановка в прошедшем времени. Как будто он давал понять, что не позволит Эмили увидеться с сестрой. Она пристально посмотрела на шейха.

– Я все еще собираюсь встретиться с ней. Она рассчитывает на меня. Я сбежала с яхты, чтобы не подвести сестру.

– У нее проблемы?

Нотка беспокойства в его голосе едва не заставила Эмили рассказать о своей собственной тревоге за Ханну, но осторожность взяла верх.

– Это просто семейная встреча. Я пообещала, что приеду. Она будет ждать меня, – сказала Эмили, стараясь говорить как можно более безразличным тоном.

– Мисс Росс, если вы хотите, чтобы я поверил вам… – Загео сделал паузу, как бы подчеркивая важность того, что собирается сказать, – я должен знать место встречи с вашей сестрой – отель, магазин, частный дом? Нужна информация, которая может быть проверена. Это придаст правдоподобие вашей истории.

Что ж, она имеет возможность доказать, что у них с Арно были совершенно разные цели.

– Отель «Саламандра». Я не знаю, заказала ли Ханна номер заранее. Это маловероятно, она ведь не знала, когда я доберусь до Занзибара. Но это – место нашей встречи.

«Саламандра»… Самый дорогой отель на острове.

– Я знаю этот отель. – Загео высокомерно улыбнулся. – Он принадлежит мне.

Замечательно! Надежда спрятаться от этого человека хоть где-нибудь таяла с невероятной быстротой.

– Вот и отлично, – без энтузиазма ответила Эмили. – Вы легко можете проверить, приехала Ханна или нет.

– Ее полное имя?

– Ханна Коулмап.

– Не Росс?

– Коулмап – ее фамилия по мужу.

– То есть ваша сестра вряд ли стала бы бронировать номер на фамилию Росс.

– Вряд ли. Росс – моя фамилия по мужу.

Эта информация заставила Загео резко сменить расслабленную позу, в которой он возлежал на атласных подушках кушетки.

– И где ваш муж, мадам Росс?

– Легкий бриз развеял его прах над морем… Он однажды сказал, что предпочел бы быть похороненным именно так, – произнесла Эмили ровным голосом, стараясь не выдать своего горя, волна которого могла снова подхватить и захлестнуть ее, как всегда, когда она думала о смерти Брайана.

Они любили друг друга со школы и почти не расставались все эти годы. А потом он так внезапно… оставил ее… одну. Нет, нет, нет, не возвращайся туда, Эмили!

Она заставила себя сосредоточиться на том, как шейх воспринял новость о ее вдовстве. Наблюдая смену выражений па его лице, она увидела, как постепенно в его живых, темных глазах появляется сочувствие.

– Как давно это случилось? – тихо спросил он.

– Почти два года назад.

– Он был молод?

– На два года старше меня.

– Как он умер?

– Брайан был в команде спасателей во время урагана. – На лице Эмили появилась гримаса. – Он погиб, пытаясь спасти любимую собаку одной пожилой леди. Его ударило снесенной ураганом крышей.

– В таком случае, он был храбрым человеком, – заметил Загео задумчиво.