Дарья Калинина
Мираж в обручальном кольце

Вокруг нас с Катериной мирно шумел лес. Шум зарождался где-то в верхушках деревьев, а потом плавно спускался вниз. Шум приятно успокаивал. Он навевал удивительный покой и чувство уверенности, что наконец-то мы оказались в полной безопасности. И пока мы тут, все у нас будет просто отлично. На душе от этой мысли становилось очень хорошо, и мы даже не заметили, как поддались гипнозу качающихся деревьев, опустились на мягкий мох, покрывающий кочки, и прикрыли глаза, наслаждаясь тишиной и покоем.

Очнулись мы от нашего безмятежного существования, когда внезапно поняли, что уже прошло порядочно времени с тех пор, когда мы последний раз слышали голоса наших парней – Сереги и Прапора.

С Катериной мы дружили уже столько времени, что и вспоминать не хочется. Познакомились мы с ней на курсах английского языка, куда отходили целых два года. Так что времени подружиться было предостаточно. Курсы давно закончились, язык из головы за ненадобностью повыветрился, а дружба осталась. Прапор был парнем Катерины уже год, а Серега моим официальным женихом полгода. Да и познакомились мы с ним только благодаря Кате и Прапору.

У Прапора и Сереги на двоих свой бизнес. Ангар, в котором ремонтируют машины, моют их и еще много чего с ними делают. Бизнес вполне процветающий благодаря тому, что оба владельца с утра до ночи вкалывают в своей мастерской наравне с другими слесарями.

Так вот, Катька познакомилась с Прапором на танцах, потом он познакомил ее с Серегой, а потом уж Серега познакомился со мной благодаря все той же Кате, которая решила, что Серега идеально подойдет мне. Она оказалась права. Во всяком случае, мне жаловаться не на что. Насчет Серегиных чувств я не так уверена. Временами мне кажется, что он жутко расстраивается, что вообще познакомился со мной. Особенно когда отправляюсь куда-нибудь одна. То есть без него.

Почему Прапора зовут Прапором, и вовсе просто. Раньше он служил в армии в чине прапорщика. У Прапора в паспорте имелось, конечно, какое-то вполне нормальное имя. И он мне его даже как-то, будучи пьяным, называл. Но так как я и сама к этому времени выпила уже достаточно, то его имя выветрилось у меня из головы, как только я протрезвела. Та же история, очевидно, произошла и с другими друзьями Прапора. И уже давно все прочно забыли, как на самом деле его зовут. Забыли, если когда и знали. Катька, наверное, знает, но молчит. В общем, теперь он для всех просто Прапор.

И это была его идея привести нас в лес, собирать грибы на соленье. Его и Сереги. После выпитых вчера двух литров водки парней пробило на воспоминания детства. Оказалось, они в детстве всегда по осени отправлялись в лес, собирать грибы. Скажите на милость, можно подумать, в детстве они одни этим занимались. Но это же еще не повод, чтобы тащиться теперь в конце октября в лес.

Но наши возражения никто не слушал. И сегодня прямо с утра парни загрузились в Серегин джип и покатили в лес, прихватив и нас с Катериной для компании. Напрасно мы с ней объясняли парням, что грибы – они тоже живые и на морозе расти не будут. Все оказалось бесполезно. Мы с Катькой были обречены. В лес нас привезли, высадили и велели поискать грибы вон в том соснячке.

– Вы идите налево. Там должны быть грузди, – со знанием дела распорядился Серега. – А мы посмотрим справа от дороги.

И мы с Катькой как последние дуры поперлись в указанном нам направлении. Конечно, никаких груздей мы в соснячке не нашли. И решили пройти немного дальше. Ну, говорю же, дуры потому что решили, что в лесу и в самом деле могут каким-то чудом оказаться хоть и подмерзшие, но все-таки грибочки.

Вначале голоса наших парней слышны были совсем рядом. До джипа тоже было рукой подать. В общем, мы сваляли дурака и расслабились. Отойдя при этом на довольно приличное расстояние. Вот что самое скверное. И теперь голосов наших парней слышно что-то не было.

– Ау! – вопила подруга, пока я предавалась ненужным воспоминаниям.

Я ее начинание активно поддержала и тоже завопила. Минуту мы вопили, потом замолчали и прислушались. В ответ раздавался все тот же убаюкивающий шум деревьев. Только на этот раз он нас не убаюкал, а наоборот, привел в состояние повышенной возбудимости. И мы заорали снова. Напряженно прислушавшись, мы не услышали ничего.

– Даша, а ты помнишь, в какой стороне мы оставили машину? – каким-то странно напряженным голосом спросила у меня Катерина.

– Нет, а разве ты этого не помнишь? – удивилась я. – Это же ты у нас все лето в своей Костроме проводишь и из лесу там не вылезаешь. Должна ориентироваться в любом лесу, как у себя дома. Вот напрягись и постарайся вспомнить, где машина.

– Я не помню, – ответила Катя. – Я думала, ты запомнишь.

Мы с ней огляделись по сторонам, и нам стало страшно. Вокруг стояла сплошная стена из деревьев и кустарника. А машины не было. И куда идти, совершенно не понятно.

– Кажется, Серега что-то говорил, будто нужно ориентироваться по солнцу, – неуверенно сказала я.

Задрав голову, мы с укором уставились на тучи, основательно закрывшие солнце.

– По солнцу не получится, – заключила Катерина. – Давай снова орать. Может, парни нас услышат.

Мы орали и орали. И все безрезультатно. Охрипнув, мы присели на корень дерева и начали совещаться.

– Как думаешь, они уже заметили, что мы потерялись? – спросила у меня Катька.

Я прикинула. Прошло всего часа полтора. Обычно Серега спохватывался, что меня нет рядом, на вторые сутки. Об этом я и сказала Кате.

– Значит, они еще нас не ищут, – снова сделала вывод Катька. – Ну что ж, придется спасать себя самим.

– А как? – робко поинтересовалась я. – Просто сидеть и ждать, когда они нас найдут?

– Просто сидеть и ждать холодно, – сказала Катерина. – Уже не лето в конце концов. Сейчас вот еще ничего, а ночью и вовсе заморозки будут.

– Ты думаешь, что мы останемся в лесу до ночи?! – ужаснулась я.

– Не знаю, – покачала Катька головой. – Вообще-то тут места не очень дикие. Думаю, если мы пойдем прямо, то через несколько часов выйдем на какую-нибудь дорогу или к поселку.

И мы пошли. Так как к этому времени мы обе уже охрипли, то кричать мы не могли. Так и шли, молча продираясь сквозь густой подлесок.

На просторном, огороженном глухим деревянным забором участке стоял дом. Даже не дом, а целая усадьба. Тут было практически все, что нужно для комфортной жизни в загородном доме. Да не практически, а просто все. Тут была сауна, и была русская баня. В доме паровое отопление и плюс к нему полы с подогревом. В окнах стояли тройные стеклопакеты, а весь дом был очень нарядно отделан снаружи светлым пластиком. Вдобавок зеленая крыша из финской черепицы и витые чугунные решетки, перила и оградки повсюду, где это было уместно.

В саду сделаны дорожки, усыпанные гравием и обрамленные газоном, который даже в осеннюю пору еще сохранял изумрудную зелень. Вдоль дорожек росли декоративные растения. А через маленький ручей, который, протекая по участку, скрывался в лесу, был перекинут изящный деревянный мостик с чугунными витыми перилами.

Кроме двух этажей, в доме был еще цокольный, который использовался под гараж сразу на несколько машин. Со всех сторон дом окружал лес. Обычно во дворе было тихо, но сегодня тяжелым воротам с чугунным литьем поверху пришлось изрядно потрудиться. В который уже раз в них въезжали все новые машины. Всего въехало уже пять машин, три из которых удалось разместить в гараже, а вдалеке слышался шум еще одной. Она должна была стать последней.

Хозяин дома, высокий мужчина лет сорока, худощавый и смуглый от того южного загара, который возможно приобрести, только регулярно отдыхая не северней Средиземного моря, вышел встречать последнего гостя.

– Анатолий! Толя! – воскликнул он, раскрывая объятия маленькому черноволосому мужчине в очках. – Ты ли это?

– Я, – смущенно поправляя очки, ответил упитанный Толя. – Позволь познакомить тебя с моей новой подругой. Это Настя. Настя – а это мой старинный друг Валентин.

Стоило Насте выйти из машины и встать рядом со своим спутником, как сразу же стало ясно, что Толе она не пара. Девушка была на целую голову выше. Но не это даже главное. На Толю она смотрела сверху вниз не только буквально, но и фигурально выражаясь. Легкое презрение, с каким она смотрела на спутника, сменилось в ее глазах откровенным интересом, когда она увидела встречающего их хозяина дома.

– Настя, – слегка зардевшись, представилась девушка, протягивая хозяину руку.

– Валентин, – сказал тот и, задержав в своей руку Насти, пригладил свободной рукой свои волнистые каштановые волосы.

Этот знак между старыми друзьями означал:

«Ну, ты и телку оторвал! Одобряю выбор!»

Увидев это, Толя неожиданно нахмурился и поморщился.

– Да будет тебе, Валька. Настя – моя невеста, – без дальнейших проволочек заявил он, властно обнимая девушку за талию.

– В самом деле? – подняв одну бровь, спросил у девушки Валентин.

– Посмотрим, – кокетливо усмехнувшись прямо ему в глаза, ответила Настя. – Я еще ничего не решила.

Кажется, такой ответ девушки откровенно не порадовал Толю. Но к ним уже спешили остальные гости, которым не терпелось поздороваться с вновь прибывшей парой.

– Толя, дорогой мой! – кинулась обнимать его худая женщина в возрасте Валентина. – Как хорошо, что ты приехал. Когда Валька затеял эту встречу нашей группы, я в первую очередь подумала о тебе. После всего, что тебе пришлось пережить в этом году. Господи! И что это все на тебя валится. Операция, крах фирмы, потом увольнение. Хорошо еще, что тебе удалось быстро найти новую работу. Ну, как ты?

– Галка, потом, все потом, – смущенно выпутался из длинных Галкиных рук Толя. – Вот познакомься – Настя.

Галина скользнула по девушке мимолетным взглядом, словно говоря, что в той нет ровным счетом ничего, что могло бы заинтересовать ее. Настя ответила ей своим все тем же слегка презрительным взглядом. Галина не была хороша собой, к тому же почти вдвое старше – в соперницы она явно не годилась.

– Здравствуйте, Галина, – представилась женщина и снова переключила все свое внимание на Толю.

– Петя, – закричала Галина такому же худому, как и сама, мужчине с блестящими глазами, – иди сюда, поздоровайся с Толей!

Настя лишь фыркнула. Петя был из племени типичных жениных подкаблучников. И не стоил даже элементарного внимания. В общем, пока все остальные здоровались, Настя принялась с интересом разглядывать дом и его хозяина. И отвлеклась она лишь после того, как к компании подошли еще четверо мужчин. После этого внимание девушки невольно переключилось на эту четверку. И это понятно. Эти четверо, безусловно, произвели бы впечатление в любом обществе. Все одеты очень элегантно и дорого. И от них исходил волнующий аромат больших денег.

– Раз все в сборе, прошу в дом, – пригласил гостей Валентин. – Сейчас покажу вам ваши комнаты. Умоетесь с дороги, освежитесь – и за стол. Сенька с утра заперся на кухне. Меня туда не пускает, говорит, что готовит что-то потрясающее.

– Кто это Сенька? – спросила у Толи Настя, немного отстав от остальных. – Приятель нашего хозяина? А этот твой Валька, он что, голубой?

– Сенька – это повар! – даже не улыбнулся ей в ответ Толя. – И наш общий друг. Мы вместе учились в институте. Я же тебе рассказывал. Сеня всегда готовит для нас праздничные застолья. И еще, прошу тебя, не говори в таком тоне о моих друзьях.

– Почему?

– Потому что задевает мои чувства, – слегка раздраженно объяснил Толя. – И потом пойми, приличные люди о таких вещах вслух не говорят. Не хочу, чтобы про тебя говорили, что я тебя на помойке подобрал.

Настя открыла рот, чтобы достойно ответить, но тут возле них снова оказалась Галина. И принялась засыпать Толю вопросами о его жизни, работе, здоровье и прочем. Так как энергии тощей Галине было не занимать, а вдобавок природа наградила ее пронзительным и громким, как у сойки, голосом, то в ее присутствии думать или говорить о чем-то еще было невозможно.

Мы с Катериной начали основательно замерзать. Хотя солнца из-за туч видно не было, но день явно клонился к вечеру. К тому же стал накрапывать дождь. Ко всему прочему, мы ужасно проголодались, потому что с утра выехали из дома, не позавтракав, надеясь перекусить в каком-нибудь придорожном кафе на обратном пути. И бродить по лесу было совсем не то же самое, что идти по ровной дороге.

– Мне кажется, что мы кружим на одном месте, – сказала я.

– Да, – поддержала меня подруга. – Иначе мы бы уже давно вышли куда-нибудь, где живут люди. Рощино – большой и престижный дачный массив. Тут должно быть полно разных поселков и коттеджей.

Стоило ей произнести эту волшебную фразу, как мы и в самом деле увидели впереди просвет, а за ним нечто похожее на дощатый забор. Не веря своему счастью, мы кинулись через кусты, ломая ветки. Мокрые листья хлестали нас по щекам и рукам, но мы не обращали на такие пустяки внимания. Впереди были люди! Люди!

Мы выскочили из леса и в самом деле уперлись в сплошной дощатый забор, за которым виднелся большой светлый дом под зеленой крышей. А в доме горел свет, звучала музыка и ходили какие-то люди. Господи, какое счастье! Люди! Мы стояли возле этого дома, и мне казалось, что еще никогда в жизни я так сильно не любила весь род человеческий.

– Пойдем к ним, – наконец произнесла Катька. – Холодно зверски. Я чувствую, что простудила себе все, что было можно.

Обойдя забор по периметру, мы наконец нашли ворота, а рядом с ними калитку. Толкнув ее, мы оказались во дворе, где нас сразу же облаял огромный лохматый пес, не совсем понятной породы. Отсутствие экстерьера компенсировалось размерами. Голова собаки доставала рослой Катерине до пояса.

Но отделались мы легким приступом страха, потому что пес оказался на редкость дружелюбной животиной. Выполнив свой долг и облаяв нас, он ткнулся нам в руки холодным носом, обнюхал и завилял хвостом. Погладив ласковое чудовище, мы с Катькой прошли по усыпанной гравием дорожке к дому.

– Звони, – сказала Катька.

Но звонить не пришлось. Дверь распахнулась, и в наступающих сумерках на порог вышел высокий мужчина. Почти бог. Во всяком случае, нам с Катькой, замершим, промокшим и голодным, показалось именно так.

– О! – казалось, ничуть не удивился мужчина. – У меня, оказывается, еще гости. Вельзи, почему ты их не сожрал? – обратился он к псу.

В ответ пес только скалился и махал хвостом.

– Что ж, проходите в дом, – пригласил нас хозяин, слегка пошатнувшись.

Мы радостно перешагнули порог и смущенно остановились в дверях, потому что после целого дня блужданий по лесу наша одежда, а главное, обувь выглядели, мягко говоря, неподходяще для сверкающего паркета холла.

– Проходите, проходите, – подогнал нас хозяин. – Раз вы понравились Вельзевулу, значит, вы хорошие люди. Будьте моими гостями.

И он обнял нас обеих за плечи и провел куда-то вбок. Как выяснилось, к винтовой лестнице, ведущей на второй этаж. Только сейчас мы заметили, что наш хозяин изрядно пьян. И даже слегка покачивается, несмотря на то что мы поддерживали его с двух сторон. Но сейчас нам с Катериной было не до критики чужих пороков. Мы бы и сами выпили чего-нибудь покрепче и побольше.

– Потом объясните, что с вами случилось, – сказал хозяин. – До ужина еще пропасть времени, а точнее, почти целый час. А пока идите наверх, найдете там розовую дверь. Не спутаете. Она будет первая слева. Она ведет в свободную комнату. Переоденетесь и спускайтесь вниз. Я буду вас ждать. Да, кстати, сухие шмотки найдете в шкафу. Он стоит там же, в комнате.

После этого наш гостеприимный хозяин отпустил перила лестницы и, покачиваясь, направился по своим делам. Мы с Катькой поднялись по довольно узкой винтовой лестнице и оказались на втором этаже. Дверь в нашу комнату мы нашли сразу же. Она действительно была слегка розоватого цвета. Но это была не краска, а так светилась сама древесина.

Оказавшись в комнате, мы первым делом кинулись в ванную комнату, которая примыкала к комнате. Набрав полную ванну горячей воды, мы насыпали туда ароматических шариков, налили пены и, забравшись в воду, блаженно зажмурились.

– Как хорошо, – простонала Катька.

– Только есть еще сильней хочется, – сказала в ответ я.

– А что там этот мужик про ужин говорил?

– Что он будет через час, – ответила я.

– Тогда нам нужно поторопиться, – заметила Катька минут через двадцать, вылезая из ванны.

Вытершись, мы направились на поиски сухой одежды. Как и сказал нам наш странный хозяин, одежда оказалась в шкафу. Честно сказать, шкаф был буквально набит джинсами, футболками, свитерами, пуловерами, жилетками и прочим барахлом. После некоторого колебания мы с Катериной натянули на себя джинсы, оказавшиеся даже нераспечатанными. И надели под джинсы толстые гетры. И выбрали для себя две уютные, хотя и малость великоватые, толстовки. А потом надели кроссовки.

С кроссовками получилось сложней всего. Их тут было больше десяти пар. Почти все – новые. Но все они были нам с Катюхой велики. Пришлось вместо гетр натянуть не менее толстые махровые носки. После этого жизнь стала вполне терпимой. Мы высушили волосы и даже накрасили физиономии из Катькиной косметички, которую она все это время таскала с собой по лесу в кармане куртки. Только Катька способна, отправляясь на сбор грибов, прихватить с собой пудру и тушь.

Выйдя из комнаты, мы оказались в уже знакомом нам коридоре. Спускаться по винтовой лесенке нам не хотелось. Очень уж она была крутая. Поэтому мы рассудили, что на второй этаж в таком большом и богатом доме должна вести еще одна парадная, если можно так выразиться, лестница. В поисках ее мы и прошли дальше по коридору. И внезапно остановились возле одной из дверей. Она была неплотно прикрыта, и из-за нее доносились громкие голоса.

– У кого-то скандал, – заметила Катя.

Здоровое природное любопытство тут же вынудило нас навострить уши и остановиться.

– Ты свинья! – визжал женский голос. – Мерзкая харя! Зачем ты притащил меня сюда? Чтобы твои друзья вытирали об меня ноги?

– Детка, заткнись, – велел ей мужской голос, не так чтобы ласково, а скорей угрожающе.

– Не приближайся ко мне! – завопила женщина еще громче.

После этого послышались звук пощечины, сдавленные вопли, треск рвущейся ткани, и затем наступила тишина, перемежающаяся стонами. Катька рванула, но я ее удержала. Милые бранятся, только тешатся.

– Погоди, послушаем, что будет дальше, – шепнула я Катьке. – Спорим, что они сейчас помирятся.

И действительно, дальше бурная ссора переросла в не менее бурную сцену примирения в постели.

– Ах, мой котеночек! – стонал женский голос. – Да, поцелуй меня тут. И там, и там, и…. Ах! Ох! Еще!

– Пошли! – дернула я остолбеневшую Катерину за рукав. – Ничего нового мы не узнаем. И перестань таращить глаза, будто бы сама никогда в жизни ничего подобного не вытворяла.

– На себя посмотри, – посоветовала мне Катерина. – У тебя глаза горят, как у нимфоманки, и щеки все красные.

Пришлось отойти подальше от опасной двери и немного подышать, приходя в себя. В общем, вниз мы спустились, уже вполне благообразно выглядя. Там мы застали нашего хозяина в обществе двух мужчин… Ну, как бы это получше сказать, нетрадиционной окраски. О нет, никакой эротики! Они сидели совершенно одетые и просто спокойно беседовали.

Но в том, что эти двое солидно выглядевших людей стопроцентные голубые, ни на минуту не усомнилась ни одна из нас. Что-то в них было такое… Может быть, манера держать и поглаживать другу другу руки. Может быть, выражение глаз, когда они увидели нас. Ни один нормально ориентированный мужчина не позволит себе таких пустых глаз при виде двух довольно миловидных и незнакомых ему девушек. Вот наш хозяин, хотя и был пьян, нас углядел и явно обрадовался.

– А! – помахал рукой нам хозяин. – Девочки! Идите сюда. Будем знакомиться.

Знакомство прошло в максимально сжатые сроки. Собственно, это даже и не знакомство было вовсе.

– Выпить хотите? – осведомился у нас хозяин, не потрудившись даже узнать наши имена.

Мы с Катькой с готовностью кивнули. И с жадностью уставились на бутылку с водкой. Сознаюсь, что выглядело это со стороны довольно странно. Но мы ничего не могли с собой поделать. Нам нужно было снять стресс. После целого дня блуждания по лесу одной горячей ванной не обойдешься. Тут нужно средство покрепче.

– Валька, плесни им водки, – лениво сказал один из педиков. – Видишь, они глаз с бутылки не сводят. Где ты их подцепил?

– Сами пришли, – ответил хозяин, вручая нам по полной рюмке с водкой. – Из лесу.

– Из лесу? – заволновался второй педик. – А что они там делали?

– Грибы собирали, – брякнула Катюха.

После этого все трое мужчин резко и надолго замолчали.

– Мы с ребятами поехали сегодня в лес погулять, – поспешно сказала я, чувствуя какое-то недопонимание между нами и нашими хозяевами. – Хотелось напоследок полюбоваться золотой осенью. И мы с Катериной как-то случайно отстали от остальных. И заблудились.

– Ах, есть еще и остальные? И они тоже придут сюда? – заинтересованно осведомился наш хозяин и добавил, обращаясь уже скорей к самому себе: – Интересно, нужно пойти спросить у Сеньки, хватит ли у него запасов еще и на остальных? Хотя чего спрашивать, я же сам закупал провизию на все выходные, на всю компанию. Но спросить все равно не мешает.

И он ушел, оставив нас в компании двух голубых. Они сразу же перестали проявлять к нам какое бы то ни было внимание, а занялись друг другом. Мы бы совсем заскучали, если бы не столик, сплошь уставленный бутылками со спиртным на самый изысканный вкус. А так мы весело провели время, смешивая в наших стаканах то один коктейль, то другой. И к тому времени, когда в комнату вернулся наш хозяин, мы уже могли разговаривать с ним на равных. Ну, почти на равных. Благодаря этому наш разговор быстро пошел на лад. И мы узнали, что Валентин сегодня устраивает вечеринку для своих институтских друзей. Вечеринка эта проводилась ежегодно, но в этом году Валька решил взять на себя хлопоты о гостях.

– Скоро вы их всех увидите, – пообещал он нам. – А пока они разбрелись по дому. Осматривают. Я его купил несколько лет назад и еще тогда всех пригласил на новоселье. Но потом еще много чего доделывал и переделывал. Никто, кроме Алекса и Сени, тут еще не бывал после окончательного варианта ремонта.

– Алекс – это кто-то из них? – спросила Катька, выразительно глядя на двух педиков, которые увлеченно о чем-то беседовали.

Таким нехитрым способом она попыталась выяснить ориентацию нашего хозяина.

– Нет, – развеял ее опасения Валька. – Это Миша и Борис. По большому счету не все из приглашенных сегодня гостей учились вместе со мной. Только Галина, Толя, Мишка и Алекс с Веней. Галька приехала со своим мужем. Петька – классный мужик, но зануда. Впрочем, Галина ему под стать. Потом Мишка привез с собой Бориса. Они давно знакомы, и я не вижу причины, по какой я не мог бы пригласить их обоих. И вообще, я рассудил, что все должны чувствовать себя комфортно. Поэтому и разрешил своим друзьям привезти с собой кого угодно.

– Мы из своей комнаты слышали какие-то странные звуки за стеной, – сказала Катька. – Кажется, кто-то может опоздать к ужину…

– На втором этаже я поселил Толю с этой его новой девицей, – недоуменно сказал Валька. – Так он ее уже там жарит? Молодец, Толян! Пойду спрошу, не нужна ли моя помощь.

И он в самом деле, пошатываясь, отправился наверх.

– Надеюсь, они уже закончили, – шепотом сказала мне Катька. – А то испортит людям весь кайф. Слушай, а чего этот пес во дворе так надрывается? Может быть, нам пойти и утихомирить его?

Я тоже обратила внимание на заходящегося лаем во дворе Вельзи. Так как спросить разрешения нам было не у кого, то мы обошлись без оного. Просто вышли во двор. Дождь хлестал еще сильней, но, несмотря на это, пес бегал по двору туда-сюда. Верней до забора, там он останавливался, приникал к земле, лаял, а потом мчался обратно по двору.

– Что это с ним? – спросила я. – Смотри, он четвертый раз остановился в том же месте возле забора. Смотри, пятый раз! И все в том же месте.

– Может быть, там за забором кто-то есть? – предположила Катя.

Мысль была интересной.

– А что, похоже на правду, – сказала я.

И мы шагнули во двор. Увидев нас, пес бросился к нам, вцепился зубами в рукав моей куртки и потащил нас к воротам.

– Полагаю, что большой беды не будет, если мы посмотрим, кто там, – сказала Катька.

Вообще-то к этому времени уже совсем стемнело. И одна я бы ни в жизнь не высунулась в такую погоду в лес. А, что ни говори, лес примыкал почти вплотную к усадьбе нашего хозяина. Но Вельзевул уже мчался вперед вдоль забора по опушке леса. Так что нам ничего не оставалось, как последовать за ним. Спотыкаясь и едва не падая, мы все же добежали до того места, где остановился Вельзевул.

– Что? Что тут? – заголосили мы с Катюхой.

И в ту же минуту мы увидели человеческое тело, лежащее прямо на земле. Волосы на голове у этого тела были длинные, так что мы рассудили, что перед нами лежит, скорей всего, женщина. Перевернув ее на спину, мы убедились, что это и в самом деле женщина. Верней, молодая девушка. Очень грязная, измученная и вдобавок находящаяся без сознания.

– И что нам теперь делать? – растерялась Катька. – Бежать за подмогой?

– Не хочется оставлять ее тут и дальше мокнуть, – сказала я. – Давай попробуем ее отнести. Она кажется довольно худенькой. Бери ее за ноги, а я возьму за плечи.

Мы подняли незнакомку и поволокли к дому. Вельзевул бегал вокруг нас кругами и, кажется, был страшно доволен. Несмотря на то, что девушка была тощенькой и маленького роста, но руки она нам все оттянула. Да еще дорога оставляла желать лучшего. Какие-то корни, коряги и кочки сорной травы. И так как я была вынуждена двигаться задом, то в конце концов поскользнулась на одной из кочек и рухнула на землю в жидкую холодную грязь. Следом за мной упала девушка, а придавила нас всех Катька.

Вельзевул прыгал вокруг и заливался радостным лаем, явно считая, что мы все это выделываем исключительно ради того, чтобы немного поразвлечься самим и развлечь его. Кряхтя, мы с Катюхой снова встали на ноги, подняли вконец перепачканную теперь несчастную девушку и потащились к дому. На пороге нас встретил один из педиков. Боря, кажется.

– Боже! – воскликнул он. – Они еще одну тащат! Валя, посмотрите.

– Нашли подружку? – поинтересовался откуда-то из глубины дома Валентин.

А мы тем временем устроили незнакомку на полу в холле. По сравнению с ледяной жижей, в которой она валялась, это было просто царское ложе. Сразу же после этого появился на пороге наш хозяин и в недоумении уставился на нас. Потом губы его раздвинула ухмылка и он захохотал. Лично я ничего смешного в том, что у тебя дома на полу лежит полумертвая девушка, не находила. Но нашего хозяина это, казалось, забавляло.

– Потрясающе, – наконец выдавил он из себя. – Всего полчаса назад вы явились ко мне в дом мокрые и грязные. Потом вы отмылись, а теперь вы снова в том же виде. Да еще и тащите ко мне вашу подругу. И… И кто эта девушка?

– Не знаем, – ответили мы чистую правду.

– Вам лучше знать, – прибавила грубая Катька. – Она возле вашего забора валялась.

Хозяин пробормотал, что мало ли что валяется у его забора. Он в конце концов не обязан за всем следить. После этого он опустился на корточки возле найденной нами девушки, откинул одну грязную прядь с ее лица и задумчиво уставился на нее.

– А она хорошенькая, – внезапно сказал он. – И кого-то она мне напоминает.

– О, бедняжка! – послышался голос, и мы увидели высокую худую женщину – Галину, как мы сразу поняли. – Где вы ее нашли? Возле забора со стороны леса? Господи, она же совсем замерзла! Ее нужно уложить в постель.

– Пусть остается, – внезапно решил хозяин. – Только ее сначала нужно отмыть. И давайте побыстрей с ней возитесь. Потому что мне уже есть хочется. И Сеня говорит, что у него уже все готово.

Втроем с Галиной мы понесли бедную девушку мыться. Стоило опустить ее в теплую воду, как с ней произошли волшебные метаморфозы. Во-первых, она открыла глаза, оказавшиеся у нее бездонными, как небо. Во-вторых, она улыбнулась, показав два ряда великолепных белых зубов. До сих пор я всегда считала, что таких зубов без дорогостоящих услуг дантистов просто не бывает. А в-третьих, девушка чихнула, потерла нос и явно ничуть не смутилась оттого, что лежит голая в ванне, а вокруг нее суетятся трое незнакомых женщин.

– Где я? – только и спросила она, обведя глазами ванную комнату.

Мы с Катькой промолчали, так как и сами не знали точного адреса. Поэтому инициативу взяла на себя Галина.

– Ты у друзей, деточка, – засюсюкала она. – Все в порядке. Сейчас тебе нужно прийти в себя и отдохнуть. А на все вопросы ответишь потом. Ты, наверное, заблудилась в лесу? Твои друзья, должно быть, тебя ищут?

Эта фраза навела меня на кое-какие мысли.

– Слушай, Катька, нужно позвонить нашим парням, – сказала я. – Теперь-то точно нас хватились.

И мы, оставив Галину вдвоем с девушкой, ушли искать телефон.

– Как тебя зовут? – было последнее, что мы услышали, выходя из комнаты.

– Лара, – ответила девушка и снова чихнула.

Влетев в комнату, которую мы уже считали своей, мы по второму разу переоделись в чистые сухие вещи. Принимать душ или ванну мы уже не стали, а ограничились тем, что умылись и вымыли руки. А потом отправились на поиски какого-нибудь телефона. Наши собственные сотовые остались у Сереги в джипе.

Но нужный нам телефон обнаружился не сразу. Для того чтобы раздобыть средство связи, нам пришлось вступить в переговоры с двумя мужчинами. Алексом и Веней. Они оба охотно снабдили нас своими сотовыми. Катя набрала номер Прапора, а я номер Сереги. Но оба абонента находились вне зоны действия сети. Мы звонили битых десять минут, но результат оставался тем же.

– Ну, и стоит покупать эти игрушки, если все равно до человека не дозвониться? – обиженно заметила Катюха, возвращая сотовый Алексу.

– Попробуйте через некоторое время повторить, – посоветовал ей Алекс. – Мы находимся вдалеке от крупных населенных пунктов. Связь тут действительно плохая. А кому вы звоните?

– Другу, – буркнула Катька. – Хотя после сегодняшнего он мне уже и не сказать, что друг.

– И мне тоже, – поддержала я Катьку.

– А что случилось сегодня? – хором и с неподдельным интересом спросили у нас Алекс с Веней.

– Они нас потеряли. Забыли в лесу.

Алекс с Веней переглянулись.

– Я бы никогда не позволил себе потерять таких очаровательных девушек, – заметил Веня.

Они с Алексом, чувствовалось, до многого бы договорились. Но в это время появился наш хозяин и прервал становившийся таким увлекательным разговор.

– Ужин почти готов, – с раздражением заявил он нам.

– А чего такой злой? – спросил у него Веня. – Жрать хочется?

– Не то слово, – буркнул в ответ хозяин. – Ну, – обратился он к нам, – что там с вашей подругой стряслось? И говорите мне «ты». У нас все друг другу говорят «ты». Так проще. Так что там с подругой?

– С подругой? – растерялись мы.

Вроде бы ни о какой нашей подруге мы с ним не говорили.

– А! – сообразила я. – Ты о той девушке, которую мы нашли у тебя под забором?

– Так она нам не подруга! – радостно закончила за меня Катька. – Ее твой Вельзевул нашел. Он лаял и вроде бы звал нас туда. Мы пошли и нашли эту девушку.

– Картина ясная, – мрачно пробормотал Валя. – И сколько еще гостей пожалует следом за вами ко мне домой?

– Слушай, мы никого не ждем, – рассердилась я. – И как только появятся наши парни, мы сразу же уедем.

– Вот ты и проболталась! – торжественно заявил мне хозяин дома, которого штормило уже так, что он с трудом держался на ногах и то только потому, что успевал ухватиться то за стену, то за плечо Вени, стенной крюк и все такое прочее. – Значит, вы еще и парней своих ко мне в гости ждете. Ничего не скажешь, удобно устроились.

Весь этот разговор напоминал какой-то театр абсурда.

– Не обращайте внимания на Вальку, – дружеским шепотом посоветовал нам Алекс. – Он, когда наберется, всегда такой.

– Никого мы не ждем, – все-таки обиделась я на хамский тон нашего хозяина. – Как только мы дозвонимся до наших парней, они приедут за нами и заберут нас.

На это Валя ничего не ответил. По-моему, он просто не услышал, потому что витал где-то в своих эмпереях.

– Так кто эта девушка? – наконец спросил он у нас.

Мы с Катькой удивились постоянству, с каким пьяный хозяин возвращался к теме найденной нами девушки.

– Она сказала, что ее зовут Лара, – сказала я. – Наверное, сокращенное от Ларисы.

Мне показалось, что, услышав это имя, наш хозяин вздрогнул. Во всяком случае, его взгляд перестал блуждать и сфокусировался на мне.

– Я должен немедленно на нее взглянуть, – сообщил он нам. – В конце концов она – моя гостья. И кажется, хорошенькая.

– Господи, надеюсь, что он успеет на нее насмотреться до ужина, – простонала Катька, когда Валя скрылся из виду. – Есть ужасно хочется.

– Вы проголодались? – тут же участливо спросил у нас Алекс.

Нет, определенно все мужчины, даже самые привлекательные, просто ослы какие-то. Ну, скажите, неужели не ясно, что если девушки целый день блуждали по лесу, то им просто зверски хочется есть. Или, по его мнению, в лесу закусочные прямо на каждом шагу попадаются? Мы с Катькой злобно посмотрели на Алекса. Нет, он не издевался, а искренне хотел нам помочь. Поэтому мы с Катькой синхронно и быстро закивали ему в ответ.

– Можно заглянуть на кухню, – все так же услужливо предложил нам Алекс. – И попросить там у Сеньки чего-нибудь перекусить.

– Я провожу вас, девочки, – тут же вызвался Веня.

– Почему это ты? – не уступил Алекс. – Ведь я первый предложил.

– Не ссорьтесь, пойдемте все вместе, – сказала Катюха.

И мы пошли. Найти кухню оказалось довольно просто. Сумасшедшие ароматы, которые расплывались из нее по всему дому, помогли нам безошибочно выйти к ней. Мы приоткрыли одну створку кухонной двери, заглянули внутрь и тут же испуганно отпрянули назад. Из кухни доносились не только ароматы, но и дикий вопль.

– Я убью его! Клянусь, убью!

– Что там происходит? – заинтересовался Алекс и заглянул на кухню.

Мы с Катькой осторожно сунули туда носы. Среди кастрюль, кухонных приборов, разложенной зелени, разноцветных сладких перцев, коробочек с пряностями и емкостей с салатами сновал внешне ничем не примечательный мужчина среднего роста и возраста. Мужчина был в поварском колпаке. Возле него суетились два мальчишки, которые были у него на подхвате. И повар, страстно воздевая руки к небу, верней к облицованному пластиком потолку, вопил:

– Куда он подевался? Убить этого подлеца мало!

– Еще один ваш сокурсник? – спросила я, показывая на повара.

– Угу, – кивнул Алекс. – Сенька, перестань вопить.

– А как мне не вопить? – поинтересовался у потолка Сенька. – Целый день все идет из рук вон плохо. А теперь еще этот идиот умудрился сломать табуретку и разбить блюдо с нарезкой. Как ему это удалось? Просто не представляю. Она же сделана из металла!

Мы посмотрели в угол, куда он указывал. Там и в самом деле валялись осколки белого фарфора, куски ветчины и какие-то продолговатые штуки, должно быть, обломки металлической табуретки.

– Дай нам чего-нибудь пожевать до ужина. Девушки целый день ничего не ели, – сказал Алекс, закончив рассматривать руины, оставшиеся от табуретки.

Сенька перестал жаловаться на судьбу и кому-то угрожать, опустил голову и узрел наконец в дверях посетителей.

– Сдурел ты, что ли? У меня дел невпроворот. – Нож в руках Сеньки на мгновение остановился. – Так что передохнуть некогда. От моих помощников никакого толка. Поверишь, я сам ничего не ел целый день. И вообще уйди, не мешай. Через пять минут уже все будет готово.

Я обрадовалась, но Веня поспешил разочаровать меня.

– Ты это уже почти два часа повторяешь, – сказал он.

– Но теперь точно все будет готово через десять минут, – ответил Сеня, снова принимаясь ловко шинковать зелень.

– Ну, не будь таким зверем. Дай девушкам чего-нибудь пожевать, – сказал Алекс. – Они целый день блуждали по лесу. И страшно проголодались.

Рука повара с ножом снова на мгновение остановилась.

– Обе? – почему-то осведомился он у нас.

Мы с Катькой кивнули. И вскоре получили по тарелке с салатом, который положил нам впавший в странную задумчивость повар.

– И хлеб, – напомнил ему Алекс.

Но хлеба мы не получили. На это жалостливости повара не хватило. Сенька вместо хлеба просто вытолкал нас из кухни чуть ли не взашей и запер за нами двери кухни.

– И чтобы больше никто меня не тревожил! – закричал он оттуда. – А то ходят целый день. Иначе до ночи ужина не дождетесь.

– Вот злодей! – засмеялся Веня. – Он и в институте был злюкой. Не представляю, почему все повара, когда готовят, такие раздражительные? Во всяком случае, Сенька всегда сам не свой. Лучше к нему и не соваться.

– А ты попробуй разок сам приготовить чего-нибудь, – посоветовала я ему. – Особенно когда тебе все время лезут под руку и отрывают от дела. Да к тому же и число едоков с каждой минутой все увеличивается и увеличивается.

– Надеюсь, что больше никто не придет, – сказал Веня.

Покончив с салатом, который оказался, несмотря на сварливый нрав повара, неожиданно вкусным, мы снова начали звонить Сереге с Прапором. И снова нам это не удалось. Связи по-прежнему не было.

– Давай позвоним им в Питер, домой, – предложила я. – Может быть, они уже там.

– Если они там, то я собственными руками их придушу при первой же возможности, – свирепо заявила Катерина.

Я ее словам не удивилась. Катька у нас девушка солидной комплекции. Грудь, бедра, живот, все при ней. И все это великолепие нужно поддерживать в форме. И покушать поэтому Катька любит основательно. Ей кучка салата, который выделил нам Сенька, была что слону дробина. Хорошего настроения салат ей не прибавил. А только раздразнил демонов, живущих в Катюхином желудке. Поэтому сейчас она была зла на весь мир. А особенно на тех двух кретинов, которые потеряли нас в лесу, не накормив предварительно даже завтраком.

Но ни Прапора, ни Сереги дома не оказалось.

– Это еще вовсе не значит, что они нас ищут, – не успокоилась Катька. – Вполне возможно, что они уже вернулись в город и отправились в какой-нибудь кабак.

– Праздновать наше исчезновение? Ты так договоришься до того, что они заранее сговорились бросить нас в лесу, – сказала я. – Потому что не знали, как иначе от нас отделаться.

– А ты знаешь, мне эта мысль раньше как-то в голову не приходила, – задумалась Катька. – Но после того, как ты мне сказала…

И она снова с ожесточением начала тыкать в кнопки Вениного сотового. В общем, у Катьки был обычный приступ нервной активности. Я тоже потыркала кнопками, но потом подумала, что если Серега с Прапором и в самом деле такие сволочи, что уехали из лесу, зная, что мы потерялись, то и звонить им не стоит. На этой мысли я успокоилась и пошла в столовую ждать ужина. До ужина я вообще была не способна объясняться с кем-либо, а особенно с Серегой.

В столовой я застала уже почти полностью заставленный снедью стол, так что не было видно пустого пространства. И всех гостей. Алекс шел рядом и начал знакомить меня со всеми. Галину мы уже знали.

– Лара чувствует себя уже лучше, – сообщила мне женщина. – Она даже сказала, что спустится к ужину.

Галина вообще была неплохой теткой. Долговязая и тощая, но явно без комплексов. А вот ее муж Петр мне не понравился. Слишком явно он таращился на красивую девицу с безвкусно ярким макияжем и в чересчур открытом платье. Вообще, в этой девице все было как-то чересчур.

– Толино последнее приобретение, – шепнул мне Алекс, кивая на толстенького типа в очках. – Девицу зовут Настя. Непонятно, где это наш благообразный Толик со своей язвой подцепил эту девицу в соку.

– Спорим, что у них с этой Настей почасовая оплата, – вмешался в наш разговор Веня.

– Скорей, посуточная, – заржал Алекс.

Я почувствовала себя как-то неуютно, но тут, к счастью, в комнату явился Сеня. Он был уже без поварского колпака. И в отличном настроении.

– Все готово! – сообщил он. – Сейчас мои ребята подадут все на стол.

И плеснув себе изрядную порцию французского коньяка в стакан, он выпил его до дна.

– Мерзкое пойло, – передернуло его. – Терпеть не могу.

– Так зачем пьешь? – спросил у него Алекс.

Но Сеня не ответил, а снова умчался на кухню подгонять своих поварят. В это время появился наш хозяин. Лицо у него выражало самую мрачную гамму чувств. Не говоря ни слова, они плюхнулся за стол. Все поспешно последовали его примеру. И начали накладывать себе на тарелки выставленные на столе деликатесы.

– А где Лара? – внезапно спросила Галина. – Нужно ее позвать.

– Я ей уже сказал, что ее ждут внизу, – ответил Валя. – Она сейчас спустится.

– Она не найдет дороги, – засуетилась Галина.

Валька открыл рот, чтобы ответить, но не успел. Потому что на пороге комнаты появилась девушка.

– А вот и Ларочка! – обрадовалась Галина.

Мы с Катериной посмотрели на новую гостью и от удивления пороняли куски сочащейся жиром семги обратно в свои тарелки. Сами бы мы ни за что не узнали в этой неземной красавице с облаком распущенных волос ту грязную девчонку, которую подобрали всего час назад под забором. Лара явно взяла для себя чистую одежду из того же шкафа, что и мы с Катей. Но при этом ей удалось сделать как-то так, что все вещи сидели на ней идеально, как на нее сшитые.

Когда Лара прошла и села за стол рядом с Борей, даже он не смог удержаться и с одобрением взглянул на красавицу. В Ларе была какая-то неземная прелесть, которую не смог не почувствовать даже закоренелый педик. Толина спутница Настя тоже, без сомнения, была красива. Но ее красота была земной, чувственной. И казалась почти грубой по сравнению с тонкими, правильными чертами Лары.

– Сеня! – завопил наш пьяненький хозяин. – Иди за стол. Все уже в сборе. Только тебя не хватает.

– Хватит своих поварят терзать! – поддержал его Алекс. – Сеня, иди к нам. Лучше мы за тебя тост скажем.

Наконец появился наш шеф-повар. Он плюхнулся за стол рядом с Валей, удовлетворенно обвел стол глазами и наконец взял налитую ему рюмку прозрачной водки.

– За нашего доброго хозяина! – провозгласил тост Алекс. – Который нас всех собрал, предоставил кров и замечательный стол. За тебя, Валя!

В предвкушении обильной еды изголодавшиеся гости с радостью присоединились к тосту. Дружно выпив, наконец принялись закусывать. Мы с Катюхой отдали должное и салатику с креветками, и мясному салатику, и янтарного цвета ломтикам соленой форели, и прочим закускам, от которых ломился стол. Второй тост был за нашего мага и волшебника, который все это изобилие приготовил. Благодарные гости чествовали Сеню с искренней сердечностью, которой явно недоставало первому тосту.

– Я тоже хочу сказать тост, – расчувствовался от похвал Сеня.

Поднявшись из-за стола, он взял рюмку.

– Хочу сказать, что без Вали сегодняшнее застолье было бы невозможно, – сказал Сеня. – Поэтому благодарите не меня. Потому как, что я такое? Лишь скромный труженик ножа и сковороды. Давайте выпьем за нашего хозяина и всех его гостей. И пусть их число не омрачит сегодняшнего веселья.

Все выпили и снова принялись закусывать.

– А что ты говорил про число гостей? – через весь стол спросил у Сени Петр. – Я что-то не понял.

– Так ведь нас же тринадцать, – удивленно ответил ему Сеня.

– Как тринадцать? – переспросил Петр.

– Ну да, тринадцать и есть, – сказала его жена. – Считай сам. Валя с Сеней, мы с тобой, Толя с Настей, Боря с Мишей, Алекс с Веней, Даша, Катя и Ларочка.

– Ларочка, выходит, тринадцатая гостья, – с усмешкой сказал Петр. – Тринадцатый гость в доме всегда к беде.

Нет, не даром мне этот Петя сразу не понравился. Надо же, какой бестактный тип! Ляпнуть такое!

– Петя, – ласково сказала ему жена. – Замолчи. Глупо верить во всю эту ерунду.

– А что такого? – принялся оправдываться глупый Петя. – Во всех романах, если за столом тринадцать человек, то кого-нибудь обязательно убьют.

После его слов мне лично стало ясно, что, если в этой компании кто и тринадцатый лишний, так это явно сам Петр.

– Никого не убьют, – твердо сказала Галина. – Что за чушь? Это все глупые суеверия. Все эти бабы с пустыми ведрами, горбуны, приносящие богатство, черные кошки, приносящие беды, – современному человеку недостойно верить в эти приметы. Я в них никогда не верила, не верю и не поверю.

– Даже если нас всех тут перережут? – спросил у нее муж. – Включая меня?

– А что там на горячее будет? – внезапно спросила Настя у Сени.

И хотя ее вопрос в другое время показался бы не совсем приличным, но сейчас все с благодарностью посмотрели на девушку. Своим вопросом она разрядила обстановку. И все с живостью принялись строить догадки, что там такое мог изобрести Сеня.

– Морил нас голодом почти до девяти вечера, – заметил Боря. – Я вообще в это время уже спать всегда ложусь.

На горячее подали сразу три блюда. Во-первых, было тушеное мясо в томатном соусе с белой фасолью. Такое острое, что после него хотелось выпить целый бочонок. Традиционное мексиканское блюдо, как заверил нас Сеня. Во-вторых, был запеченный поросенок со сметаной и хреном. Поросенок вообще был выше всяких похвал. А в-третьих, изумительная отварная севрюга с соусом из мелко порубленной кинзы и белого вина. Рыба хоть и была приготовлена специально для Бориса, который ничего жирного и острого есть не мог, но пришлась по душе всем. Впрочем, как и поросенок, и тушеное мясо.

Наконец-то все гости наелись и пришли в хорошее расположение духа. Больше не было слышно пикировок. Напротив, все были настроены благостно и благожелательно по отношению друг к другу.

– Предлагаю перед десертом сделать перерыв, – сказал Валя. – Мы ведь никуда не спешим. У нас вся ночь впереди. Деваться отсюда все равно некуда.

– Что ты имеешь в виду? – оторопев, спросила у него Галина.

– Разве я вам не говорил? С наступлением ночи из лесу выходит оборотень, – таинственно понизив голос, сказал Валя.

– Тьфу, дурак! – рассмеялась Галина. – Вечно ты меня разыграваешь!

Остальные гости тоже рассмеялись. Настроение у всех было прекрасное. Кто-то включил музыку. И гости принялись танцевать. Меня пригласил Алекс, а Веня танцевал с Ларой. Катьки в комнате не было, но я за нее не беспокоилась. Я видела, как она схватила телефонную трубку и скрылась в соседней комнате.

– Ну как? – спросила я у нее, когда она вернулась.

Катька молча покачала головой.

– Не дозвониться, – сказала она. – Просто мистика какая-то. Поневоле начинаю думать, что они специально решили от нас избавиться.

– Тогда мы с тобой не прогадали, – усмехнулась я. – Тут гораздо веселей, чем сидеть в лесу, слушать ветер и ждать, когда наши парни убедятся, что грибов в этом году уже не будет.

Катька взглянула на дело с моей точки зрения и признала, что я права. И тут же пошла танцевать с Веней, который явно обрадовался, увидев ее. Алекс не отставал от меня ни на минуту. Вскоре мы танцевали только вчетвером. Вниманием Лары полностью завладела Галина. А Петр о чем-то беседовал с Валей. Сеня отдавал последние распоряжения на кухне.

– Ты удивительно похожа на мою маму, – внезапно услышала я шепот Алекса. – Я мечтаю познакомить тебя с ней.

Сначала я испугалась. Но, сделав скидку на количество выпитого парнем за ужином, я смекнула, что до завтра он может еще и забыть о своем предложении. Поэтому лишь смущенно захихикала, делая вид, что страшно польщена. Кажется, Алекс воспринял мое идиотское хихиканье за согласие. Потому что закружил в каком-то совершенно диком ритме, не обращая внимания на то, что музыка давно смолкла.

В ожидании десерта, который запаздывал, гости расползлись по всему дому. Катьку мы нашли в обществе Вени, который шептал ей на ушко какие-то комплименты. И Катька была вовсе не против. Я ее отлично понимала. Приятно услышать про себя что-то новенькое после того, как тебе в течение полугода вдалбливают в голову, что ногти у тебя постоянно грязные, пятки неухоженные, волосы секутся, одеваться ты не умеешь, и вообще вкуса у тебя нет. А именно столько и такими методами Катькин Прапор пытался сделать из нее идеальную, по его понятиям, женщину.

– Ты собираешься тут прохлаждаться или работать? – неожиданно услышала я у себя за спиной злобный голос, в котором с трудом узнала голос нашего хозяина. – Я тебя не для того пригласил, чтобы ты литрами жрал мой коньяк.

Я оглянулась. Хозяин явно обращался к Сене. Повар пробормотал что-то в оправдание и ретировался на кухню. После этой сцены наш с Алексом интерес к танцам как-то угас, а на душе у меня стало противненько-препротивненько. Машинально мы еще немного потанцевали, а потом тоже пошли осматривать дом.

– Сеня готовит что-то экстраординарное, – сообщил нам Толя, которого мы встретили в холле, где он разглядывал картины. – Что-то с пламенем.

– Как бы он не устроил пожар, – заволновалась я. – За ужином он выпил довольно много.

– Да все нализались, – заржал Алекс.

Внезапно раздался громкий женский крик. Затем визг. И наконец все стихло.

– Что это было? – шепотом спросила я. – Кто кричал?

– Не знаю, – тоже почему-то шепотом ответил Толя.

– Важней знать, где это кричали, – авторитетно заявил Алекс. – По-моему, это где-то в той части дома.

И он указал направо. Мы втроем помчались туда. По дороге к нам присоединились Катя с Веней, которые тоже слышали шум. И Борис с Мишей.

– Это точно было в той стороне, – возбужденно говорил Миша.

В той стороне была кухня. Но в кухне находился Сеня, который тоже слышал женский вопль и не понимал, откуда он исходил. За кухней была столовая, где мы все ужинали. И вбежав в нее, мы снова услышали истошный женский визг. Мы бросились на него. И вскоре оказались возле той самой крутой винтовой лестницы, по которой мы с Катькой не отважились спуститься вниз.

Возле лестницы стояла Настя и истошно визжала. А возле ее ног лежал Валя. Его руки были вывернуты под каким-то неестественным углом. А из-под головы уже натекла приличная лужа крови. При виде подмоги Настя прекратила визжать. И бросилась в объятия Толи.

– Я вышла из туалета и наткнулась на него. Наверное, он упал с лестницы, – всхлипывая, объяснила она нам. – Как вы думаете, он очень пострадал? Он ведь был сильно пьян. Он жив? Как вы думаете?

Алекс уже опустился на колени и принялся прослушивать пульс у Вали. Через некоторое время лицо Алекса приняло хмурое выражение. Он поднял веко на левом глазу Вали и обречено покачал головой. Лично мне при виде струйки крови, которая текла из угла рта Вали, сразу стало ясно, что перед нами не жилец.

– Мертв? – шепотом, словно не веря в случившееся, спросил у него Толя.

Алекс подавленно кивнул.

– О господи! – прошептал Сеня. – Сколько раз я ему говорил, чтобы он не пользовался этой чертовой лестницей. На ней и трезвому легко свалиться. А когда человек пьян, так что и говорить.

– Что ты тут делала? – обратился к Насте Толя. – Я искал тебя повсюду.

– Я была в туалете, – сказала Настя, показывая на дверь напротив лестницы. – А когда вышла, то увидела возле лестницы Валю.

– А какой-нибудь шум ты слышала? – спросила я у Насти.

– Нет, – пожала плечами Настя. – У меня вода текла.

Я подозрительно посмотрела на нее. Если Валя свалился с лестницы, то шуму должно было быть предостаточно. Да и стены должны были затрястись, пока он катился по ступеням. Но тем не менее никто в доме ничего не слышал до тех пор, пока не заверещала Настя.

– Валя, должно быть, даже не успел закричать, – сказал Миша. – Не успел, бедняга, понять, что произошло. А уже был мертв.

– Настенька, бедная моя, ты, должно быть, жутко испугалась, обнаружив его, – обнял покрепче свою подругу Толя. – Скажи, а ты точно ничего не слышала?

– Ничего, – пробормотала Настя, пряча лицо у него на груди.

Я не стала настаивать на своем мнении. Отведя Катьку в сторону, я сказала:

– Голову дам на отсечение, что Настя что-то должна была слышать. Хоть у нее там водопад воды лейся, но шум падения она должна была слышать. Мы-то его не слышали, но ведь Настя находилась ближе всех к месту трагедии. И вообще, я не понимаю, как Валя, даже пьяный, мог скатиться по лестнице. У нее же масса перил и всяких там балясин, чтобы за них уцепиться.

– И что ты хочешь этим сказать? – спросила у меня Катюха.

– Пойдем осмотрим верхнюю часть лестницы, – предложила я.

Знала бы я, чем в конечном итоге закончится этот осмотр, никогда в жизни не пошла бы туда. И что у меня за страсть гадить самой себе. Но, как говорится, знать бы, где упадешь, соломки бы подстелил. Поэтому мы с Катькой, не подозревая о последствиях наших действий, поднялись на второй этаж по центральной лестнице. Прошли по коридору к винтовой лесенке. И принялись осматривать перила. С перилами все было в полном порядке. Никаких подозрительных зазубрин или царапин на них не было. Даже пятен крови нам не удалось обнаружить на ступенях. Мы прошлись по всей лесенке и снова очутились внизу.

– С лестницей полный порядок, – сказала я. – Она вся в целости и сохранности. Никаких повреждений.

– Должно быть, ваш друг был человеком очень аккуратным, – сказала Катька. – Нигде ни пятнышка крови. Не представляю, как он умудрился свалиться с нее и ничего на ней не повредить.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.