# Чепуха и сбоку бантик

Дарья Александровна Калинина

Юлька всегда была бдительной. И когда заметила, что какая-то девушка, выходя из маршрутки, забыла свои сигареты, выскочила за ней. Но странная девица пустилась наутек, будто за ней гналась гремучая змея. Юлька обиделась, в сердцах швырнула пачку в мусорку у магазинчика. И тут же прогремел взрыв. Торговой точки как не бывало! Ну и ну! Юлька и ее подруги – Инна с Маришей – не могли не взять дело в свои цепкие ручки. И для начала решили выяснить, не покушалась ли незадачливая террористка на кого-нибудь из пассажиров.

Перво-наперво они пожаловали к водителю «Газели». Им оказался парень по имени Вовчик, который недавно получил крупное наследство от своей тетки. Девушки смекнули: маршрутку хотели взорвать жадные родичи Вовчика, чтобы получить его наследство! Придется навестить их… Кажется, дело сдвинулось с мертвой точки, решили Юлька, Инна и Мариша. Что ж, немудрено. Ведь разоблачать злодеев всех мастей – их стихия…

## Глава 1

Юлька смотрела в окно автомобиля и думала о том, какие необычные пейзажи она могла бы сейчас видеть. Например, пробегающие мимо безупречные ряды апельсиновых деревьев в Испании, или зеленеющие всходы на полях и маленькие чистенькие деревушки в Западной Германии, или, на худой конец, даже хвойный лес на подъезде к порядком надоевшей, но такой родной даче. Но вместо этого перед ней тянулись тошно-одинаковые блочные монстры – застройки середины восьмидесятых.

– А-апч-хи! – раздалось у Юльки за спиной, что заставило ее вспомнить еще об одной неприятности.

Ехала Юлька не в собственной машине, а в подвернувшемся ей случайно маршрутном такси. Юлькин «Рено» благополучно сломался у третьего по счету светофора, который находился по дороге от Юлькиного дома до дома ее подруги Мариши. И ведь выехала-то Юлька специально пораньше, прямо в девять часов, чтобы к десяти уж точно приехать к Марише, как и договаривались еще вчера. А потом вместе они собирались посмотреть новую Маришину квартиру, приобретенную взамен старой. Мариша уверяла, что без Юли ни за что в жизни не сумеет принять правильное решение, как ей расставить мебель.

– Если ты не поедешь со мной и не будешь держать меня за руку, то я накуплю всякой дряни и никогда в жизни потом ни себе, ни тебе этого не прощу, – заклинала подругу Мариша. – Ты просто обязана поехать со мной и предостеречь меня от глупых поступков. В конце концов, это твой долг!

В принципе Юля и сама была не против того, чтобы дать подруге дружеский совет или даже несколько советов. Советы давать всегда приятно. Тем более когда тебя при этом еще и безоговорочно признают образцом хорошего вкуса. Юля уже предвкушала, как она будет ходить с Маришей из магазина в магазин и указывать, что следует купить. Правда, некоторые сомнения у Юли на этот счет все же были. Зная Маришин характер, Юля что-то сомневалась, что даже учитывая бездну ее вкуса и здравого смысла, Мариша откажется от нелепых покупок.

Но сломавшаяся Юлькина машина с самого начала дня внесла в планы подруг свои коррективы. Ей пришлось спешно вызывать подмогу в лице Максима – школьного приятеля и соседа, который не раз выручал ее в трудную минуту. Вот и сейчас Максим отбуксировал Юлькину заглохшую машину в ближайшую автомастерскую и умчался дальше по своим делам.

Юле же еще пришлось ненадолго остаться там, чтобы обсудить с автослесарем, что же войдет в понятие «ремонт», и его примерную стоимость. Ждать ее Максим никак не мог – работа. Так что пришлось Юльке, закончив беседу с мастером и кинув последний, полный укоризны взгляд на любимый «Рено», ловить частника. Но вместо него возле Юли почему-то остановилось маршрутное такси. Посмотрев на табличку в окне, Юлька убедилась, что она все же доедет до дома Мариши, и села в «Газель».

И сразу поняла, что сделала крупную ошибку. Юлька даже в детстве не любила кататься в общественном транспорте, и совершенно справедливо. Вот и сейчас, не успела она устроиться на сиденье и отключиться от всех забот, как рядом плюхнулся пьяненький мужичок, который тут же уснул, начав совсем неделикатно заваливаться на Юльку. Первое время Юлька спихивала его с себя довольно беззлобно. Но в конце концов такое поведение пьянчужки заставило ее воззвать к его совести.

– Мужчина, почему бы вам не заваливаться в другую сторону? – вежливо поинтересовалась у соседа Юлька.

Тот посмотрел на Юльку мутным и каким-то удивленным взглядом и неожиданно резонно возразил ей:

– Так там же проход! Ты че, хочешь, чтобы я на пол свалился?

– А-а-апч-хи! – снова раздалось сзади, на этот раз еще и с жутким подвыванием.

Юлька поежилась. Было самое начало весны. То время, когда зима еще продолжает бороться за свои права, но уже чувствуется, что ее ненадолго хватит. В воздухе тогда роятся всякие вирусы, которые были заморожены раньше, а теперь ожили при нулевой температуре. Тем временем пьяница, окончательно обидевшись на Юлю, пересел на другое место, в уголок, где и продолжал дрыхнуть.

Но недолго Юля радовалась своему счастью. Уже через минуту рядом с ней уселась огромных размеров бабища, совершенно придавив Юлю. При этом на сиденье поместилась даже не половина пассажирки, а так… небольшая ее часть. Сзади продолжали чихать, а вскоре в такси влез мужчина с какими-то длиннющими металлическими палками, которыми он тут же принялся усердно тыкать во всех пассажиров, каждый раз извиняясь. Юля тоже успела получить свою порцию палками по затылку, но тут с радостью увидела, что уже почти подъехала к дому своей подруги Мариши.

– А-а-а-апч-хи!

– Остановите! – завопила Юлька не своим голосом. – Прямо здесь!

Маршрутка остановилась, и Юля попыталась пробраться к выходу. Сделать это из-за огромных размеров бабищи было непросто. И какая-то молоденькая девушка опередила Юлю, выскользнув из такси первой. При этом она, видимо, так торопилась, что забыла на сиденье пачку ментоловых сигарет. Заметив это, Юля схватила сигареты и поспешила следом за девушкой. Но пока Юля закрывала дверь, пока пропускала поток машин, девушка уже перешла на другую сторону дороги и теперь резво, даже весьма резво удалялась от Юли.

– Девушка! – закричала ей Юля, энергично замахав руками.

Но незнакомка то ли не услышала Юлин крик, то ли не обратила на него внимания. Юлька огляделась по сторонам. Вообще-то она немного поспешила выйти. До Маришиного дома было еще примерно минут пять ходьбы. Но зато неподалеку виднелся продуктовый павильончик, где Юлька решила купить чего-нибудь вкусненького, чтобы порадовать себя и подругу. Так как девушка, забывшая сигареты в маршрутке, двигалась в ту же сторону, Юлька бодро припустила за ней, решив сделать одновременно сразу два добрых дела.

– Девушка! – обратилась Юлька к незнакомке, почти поравнявшись с ней.

На этот раз та не смогла сделать вид, что не слышит. Она взглянула на попутчицу, и на ее лице отразилась растерянность и даже промелькнула тень страха, словно Юля была не симпатичной девушкой, а олицетворением богини возмездия. Но Юлька, собирающаяся совершить добрый поступок, совершенно не обратила внимания на то, что ей явно не рады.

– Ваши сигареты! – сказала она, лучась счастьем и протягивая девушке пачку ментоловых сигарет. – Вы забыли их в маршрутке.

Девушка взглянула на сигареты, потом на Юльку и внезапно сильно изменилась в лице. Настолько сильно, что теперь это не могла не заметить даже Юля. Она уже открыла рот, чтобы спросить у незнакомки, в чем дело, как вдруг та все так же молча оттолкнула от себя Юлю и бросилась бежать. От полученного сильного толчка Юлька качнулась, но на ногах удержалась.

– Ох! – выдохнула она, изумленно глядя вслед беглянке.

Та мчалась так быстро, что вскоре скрылась за углом огромного блочного массива. А Юлька осталась стоять – в полном недоумении.

– Верно говорят: дорога в ад вымощена благими намерениями, – пробормотала наконец Юля. – Вот стерва! Хоть бы поблагодарила! Или если ей не нужны сигареты, так бы и сказала! Чего пихаться-то? Психическая какая-то!

И Юля побрела к павильону, размышляя о странном поведении людей. Чем больше Юля думала, тем тверже убеждалась, что девушка явно ненормальная. С заскоком.

И рассерженная Юлька швырнула пачку сигарет в пустую коробку с мусором, видимо, выполнявшую возле входа в продуктовый павильончик роль урны. После этого Юлька дернула за ручку двери и с удивлением обнаружила, что она закрыта. Юлька приникла к стеклу и увидела, что магазинчик пуст. И только вдоволь насмотревшись на недра павильончика, Юля наконец увидела записку, прикрепленную под самым ее носом к дверному стеклу. Стандартно знакомый текст гласил, что продавщица ушла на десять минут.

– Знаем мы эти десять минут, – проворчала Юлька.

Решив не ждать, вконец расстроенная тем, что ни одно из запланированных на сегодня добрых дел сделать не удалось, Юлька быстренько убралась от павильона, возле которого она испытала сегодня столько разочарований. Наконец, твердо решив, что напрасно она такая добрая, Юлька вспомнила про Маришу, которая ждала ее уже добрых полтора часа, и прибавила скорость. Может быть, Юлька даже пустилась бы бегом, чтобы поскорей увидеть подругу и извиниться за опоздание, но вдруг позади нее что-то бабахнуло.

Остановившись, Юлька оглянулась назад и успела увидеть, как часть павильона, возле которого она только что торчала, взлетает в воздух, подкинутая вторым взрывом. Кусок металлической крыши, свистя, вскоре приземлился неподалеку. И Юльку обдало жаром от полыхающего ярким пламенем павильона, а потом холодом – от ужаса, что она могла быть в этом самом павильоне. От смены температурных режимов Юлька покрылась конденсатом, который неприятно холодил кожу.

– Мамочка! – прошептала Юлька. – Что это было, а?

Похоже, этот вопрос интересовал не ее одну. Возле горящего павильона тут же собралась толпа. Просто удивительно, минуту назад площадь перед ним была практически пустынна. Изредка проходил какой-нибудь одинокий пенсионер, и все. Теперь же возбужденная толпа материализовалась буквально из воздуха. И при этом она все увеличивалась. Из соседних домов, окна которых выходили на горящий павильон, бежали все новые и новые люди, желающие узнать, что же случилось.

Вскоре прибыла бригада МЧС вместе с пожарной командой. Пожарные быстро залили огонь пеной и уехали. А спасатели, оцепив сгоревший павильон и отодвинув толпу за ограждение, принялись бродить по обломкам павильона, что-то старательно высматривая и осторожно поднимая куски оплавившегося пластика.

– Ищут чего-то, – послышался женский голос.

– Выяснить хотят, с чего загорелось-то все! – услышала Юлька рядом с собой второй женский голос.

– Чего выяснять, взорвалось тут, а потом и пламя пошло, – возразил пожилой мужчина. – Я на остановке стоял, когда бабахнуло.

– Может, хранили тут что-нибудь взрывоопасное, – предположил другой мужчина. – Бензин или еще что.

Юля с интересом прислушивалась к разговору, размышляя, встрять ей в него или не стоит, как вдруг зазвонил мобильник.

– Юлька, ты где? – раздался из трубки возмущенный Маришин голос. – Ты где это шляешься? Кошмар какой-то, я тебя жду, прямо поседела вся от нетерпения. А ты все не едешь! Тебя что, по голове трахнули? Ты все забыла?

– Ой! – спохватилась Юлька, которой взрывом и в самом деле, похоже, вышибло все мысли о том, куда она собиралась идти. – Мариша, прости меня. Тут взрыв был.

– Где? – мигом насторожилась Мариша.

– Возле твоего дома, – сказала Юлька.

– Брось врать! – рассердилась Мариша. – Сначала машина у тебя сломалась, теперь взрыв какой-то. Если ты у любовника и вылезать из постели не хочешь, то так и скажи. Я тогда и без тебя поеду.

– Мариша, ты же знаешь, нет у меня никакого любовника! – возмутилась Юлька.

Стоящие в толпе мужчины, услышав это заявление, дружно обернулись и с интересом посмотрели на девушку. Смутившись, Юлька отошла подальше от толпы и продолжила разговор.

– Ты где? – надрывалась тем временем из трубки Мариша.

– Говорю же, я у твоего дома, – сердито буркнула Юлька. – Метрах в двухстах. Тут взрыв был.

– Не слышала, – гнула свое Мариша. – Врешь ты все!

– У тебя окна на другую сторону выходят, – пояснила ей Юлька. – Хотя все равно странно, что ты не слышала.

– А давно был? – спросила Мариша.

– Минут пятнадцать назад, – прикинула Юля.

– А-а! Так я в душе была, – догадалась Мариша. – А что там взорвалось?

– Павильон, где мы с тобой в прошлый раз грузинское вино покупали, – сказала Юля. – Помнишь?

– Да, – печально ответила Мариша. – И что в нем могло взорваться?

– Не представляю, – искренне сказала Юля. – Говорят, что, может быть, бензин или растворитель какой-нибудь. Тут спасатели сейчас работают.

– Что, и жертвы есть? – ужаснулась Мариша.

– Вообще-то, думаю, что нет, – отбросила эту мысль Юля. – Продавщицы в магазинчике не было. Она как раз отлучилась куда-то. Так что магазин был закрыт. Да и спасатели никого не нашли, хотя уже долго тут ходят.

– Я тоже сейчас приду! – воскликнула Мариша. – Стой там и никуда не уходи. Я мигом.

Она и в самом деле появилась возле Юли уже через пятнадцать минут.

– Волосы только феном высушила, и к тебе, – отдышавшись, сказала Мариша, с интересом глядя на сгоревшие руины павильона. – Вот ужас-то. А как все это случилось?

– Сначала бухнуло, потом крыша отлетела, и вообще мне показалось, что все вверх и в разные стороны летит, – сказала Юля.

– Так был взрыв? – заинтересовалась Мариша. – А потом уже пожар? Или как?

– Сначала взрыв, а потом пожар, – сказала Юля.

– А до взрыва в павильоне ничего не горело? – уточнила Мариша.

– Нет, – покачала головой Юлька.

– Точно, нет? Откуда ты так точно знаешь? Ты что, принюхивалась?

– Говорю тебе – нет, не горело! – воскликнула Юлька. – Я как раз зайти хотела. Купить нам с тобой чего-нибудь вкусненького пожевать. А дверь была закрыта. Я ее еще подергала и внутрь заглянула. Там все тихо было.

– Очень странно, – сказала Мариша. – Если бы внутри канистра с бензином взорвалась, так для этого сначала бензин нагреть нужно. Сам по себе он не взорвется. А если ты говоришь, что в павильоне, когда ты туда заглядывала, никакого огня не было, тогда даже и не знаю, что предположить. Может быть, ты не заметила пожара?

– Вон стоит продавщица, – потеряв терпение, сказала Юлька. – Хочешь, у нее спроси, было ли в павильоне что-нибудь, что могло взорваться.

Мариша так и сделала. С продавщицей она была немного знакома, поэтому легко разговорилась с подавленной несчастьем женщиной. Зная, что у Мариши дар – разговорить любого, Юлька совсем не удивилась, что уже через несколько минут продавщица вовсю болтала с Маришей, выкладывая подробности случившегося.

– Вы подумайте, мне мужик мой, идиот такой, можно сказать, жизнь спас, – говорила, уже счастливо улыбаясь, продавщица. – Господи, никогда не думала, что он хоть на что-то сгодиться может. А ведь сгодился! А мама меня еще ругала всю жизнь, зачем я за этого малахольного замуж пошла. Он у меня и впрямь недотепа. И вечно ему от меня что-то нужно. Вот и утром позвонил, попросил сигарет ему принести. Он у меня ногу сломал, на хоккей ходил, так теперь из дома со сломанной ногой не выходит. А живем мы тут рядом, в двух шагах. Вот и решила, пока покупателей нет, сбегаю, отнесу ему сигарет, чтобы уж не канючил весь день. Взяла сигареты и пошла. Только до дома дошла, слышу, грохнуло. Страшно подумать, что бы со мной было, кабы моему Аркашеньке покурить не захотелось. Я раньше его все время пилила, чтобы курить бросил. А теперь сама сигареты покупать стану. Пусть курит, соколик.

Из всего рассказа у Юльки в голове почему-то отложились только сигареты, которые спасли жизнь продавщице. Но подумать, к чему бы это, времени не было. Среди спасателей, стоящих на том месте, где раньше был вход в павильон, началась жаркая дискуссия. Одна из пронырливых старушенций, которые ради хорошей сплетни в любую щелку пролезут и в засаде хоть целый день просидят, подобралась совсем близко к спасателям. В ухе у старушенции красовался слуховой аппарат. Должно быть, с его помощью ей удалось услышать много занятного. Потому что выражение лица у нее изменилось и она опрометью, длинными скачками ринулась к своим подругам, уже с нетерпением поджидавшим ее. Старушенция начала им что-то взволнованно рассказывать. Бабки тут же заохали на разные голоса, схватились за головы и закачали ими, словно китайские болванчики.

– Что у них там? – пробормотала Юлька, с интересом следившая за перемещениями бабки со слуховым аппаратом.

Некоторые из толпы тоже обратили внимание на бабулек. И через некоторое время возле них сгрудилось уже человек десять. Бабки оказались понимающими и охотно делились добытой информацией с окружающими.

– Взрыв тут был! – закатывая глаза, говорила первая бабка.

– Возле входа взрывное устройство положили-то, – причитала вторая.

– Не иначе, как чеченцы теперь и за наш город взялись! – взвыла третья. – Погибнем мы все теперь!

– Точно взрывное устройство? – спросила у них Мариша.

– Конечно, своими ушами слышала! – азартно подтвердила первая бабка. – Спасатели так и сказали, что возле входа взрывное устройство примостили. Небольшое, в пачке из-под сигарет поместилось бы.

Услышав это, Юлька почувствовала, как у нее в голове все путается и вообще становится как-то нехорошо и муторно.

– Пачка из-под сигарет? – прошептала она внезапно пересохшими губами. – А вы не путаете?

– Спасатели так сказали, – возразила ей бабка. – Им-то видней. Специалисты как-никак.

Мариша, заметив, как побледнела подруга, отвела Юльку в сторону.

– А ты чего? – спросила она у нее. – Зеленая вся стала. Ты не беременна?

Юлька отрицательно помотала головой, не в состоянии выбросить из памяти пачку сигарет, которую забыла в маршрутке неизвестная девушка. Ту пачку сигарет, которую та девушка почему-то отказалась признать своей и решительно отказалась забрать. Теперь Юльке наконец стала понятна причина загадочного поведения девушки из маршрутки.

– Мариша, – прошептала Юлька, – мне кажется, я знаю, кто взорвал павильон.

– Ну да! – ахнула Мариша. – Ты его видела? Ты видела человека, который положил взрывное устройство?

– Не совсем, – покачала головой Юлька.

– А откуда ты знаешь тогда, кто взорвал? – удивилась Мариша.

– Знаю, – твердо кивнула Юля.

– Ну и кто? – спросила Мариша.

– Я! – с какой-то вызывающей интонацией заявила Юлька.

Мариша в ответ презрительно фыркнула.

– Тут дело серьезное, а ты с дурацкими шуточками! – попеняла она подруге. – Люди ведь могли погибнуть!

– В первую очередь могла погибнуть я, – сказала ей Юлька. – Потому что это я несла в руках взрывное устройство.

– Да что ты болтаешь? – нахмурилась Мариша. – Юля, это не смешно, в конце концов. Я просто не понимаю, как ты можешь шутить такими вещами. Впрочем, ты же мне действительно сказала, что заглядывала в павильон… Боже мой! А будь это несколькими минутами позже, тебя бы сейчас не было в живых! Юлька! Любимая! Как бы мы без тебя жили?!

И Мариша, преисполнившаяся теплыми чувствами к едва не погибшей подруге, кинулась обнимать Юльку.

– Мариша, ты не понимаешь всего кошмара! – с досадой отмахнулась от нее Юля, отцепляя от себя подругу. – Ты, между прочим, тоже могла взорваться вместе со мной.

– Это еще с какой стати? – удивилась Мариша, которой вполне очевидная мысль о том, что она тоже смертна, как и все остальные, никогда в голову до сих пор, видимо, не приходила.

– Потому что шла я к тебе! – принялась втолковывать ей Юля. – А взрывное устройство было у меня.

– Юля, я тебя умоляю! – Мариша сложила руки на своем пышном бюсте. – Только не заставляй меня думать, что тебя контузило взрывной волной. И что ты теперь всегда будешь так неудачно шутить!

– Мариша, я не шучу! – воскликнула Юля. – Можешь ты это понять?

– Ну конечно! – кивнула Мариша. – Ты несла взрывное устройство. А позволь спросить, ты сама его смастерила? Или тебе его просто кто-то дал на время? Так, поносить ради развлечения?

– Ни то и ни другое, – ответила Юля. – Я взяла его сама.

– Какая нехорошая ты девочка, – захихикала Мариша. – Разве тебе мама в детстве не говорила, что брать чужие вещи стыдно? Ай-яй!

– Не валяй дурочку! – строго сказала ей Юля. – Я взяла эту бомбу, потому что знать не знала, что это такое на самом деле. Ты же слышала, что бомба была в коробке из-под сигарет.

– Ну и что?..

– Страшно подумать, что бы сейчас со мной было, если бы я курила ментоловые сигареты, – прошептала Юля и содрогнулась.

Мариша молча смотрела на подругу. По ее лицу было видно, что она все же сомневается в сохранности Юлькиного рассудка.

– Ничего, – наконец ласково произнесла Мариша и даже сделала попытку погладить Юльку по голове. – Все пройдет. Сейчас пойдем ко мне. Ты полежишь, отдохнешь. Выпьешь коньячку. Мы вызовем доктора, и все будет хорошо.

– Не нужен мне никакой доктор! – взорвалась Юлька. – Я совершенно здорова! И коньяка я тоже не хочу!

– Мало ли чего ты не хочешь! – возмутилась теперь Мариша. – Считай, что это лекарство. Тебе без коньяка сейчас никак нельзя. У тебя же стресс.

– Стресс, – согласилась Юлька. – Но…

– Ну а стресс нужно как-то снимать, – сказала Мариша и с непоколебимой уверенностью добавила: – Лучше всего коньяком.

Она схватила Юльку за руку и, несмотря на протесты подруги, потащила ее домой.

– Ничего, ничего, – приговаривала Мариша, увлекая за собой Юльку. – Квартиру посмотреть мы всегда успеем. Никуда квартира не денется. А тебе, Юля, нужно отдохнуть. Да и мне себя в порядок не мешает привести. В конце концов, никто, к счастью, при взрыве не пострадал. А павильон был, наверное, застрахован. Может быть, его сам хозяин и взорвал, чтобы страховку получить. А что? Я его видела несколько раз. Тот еще жук. Улучил момент, когда в магазине никого не будет, чтобы человеческую жизнь себе на душу не брать, и подложил бомбочку. А может быть, конкуренты это вместо него сделали.

К этому времени Марише уже удалось дотащить подругу до своей квартиры и усадить на мягкий диван.

– Сколько раз тебе говорить, – отчеканила Юля, откидываясь на подушки, – никакие это не конкуренты, я взорвала, одна. Вот этими руками!

Тут же возле ее носа появился бокал, до половины наполненный золотистой влагой.

– Пей! – приказала Мариша.

Юля вздохнула, взяла бокал и двумя глотками осушила его.

– А теперь закусывай! – велела ей Мариша, пододвигая блюдечко с несколькими тонюсенькими кружочками лимона.

Послушно закусив коньяк, Юля почувствовала, что ей и в самом деле становится лучше. Во всяком случае, мертвенный холод, который сковывал ее внутренности, растопился под воздействием коньяка. Все вокруг заиграло яркими красками, и жизнь вновь показалась Юльке стоящей штукой.

– Слушай, как было дело, – сказала Юля, посмотрев на Маришу. – А потом уж сама решишь, права я или нет.

– Ну?!

И Юлька, морщась от кислого лимона, который она продолжала жевать, принялась рассказывать подруге о странной девушке, с которой она ехала в маршрутке, и о злополучной коробке сигарет с ментолом, которые девушка наотрез отказалась принять обратно.

– Так ты кинула эту пачку в коробку для мусора, которая стояла возле павильона? – уточнила Мариша.

– Вот именно! – кивнула Юля, чувствуя после выпитого коньяка и пережитого стресса необыкновенный подъем. – А через несколько минут павильон взял и взорвался. Улавливаешь связь?

Некоторое время Мариша молчала.

– А в саму сигаретную пачку ты заглядывала? – спросила она наконец у подруги.

– Зачем? – пожала плечами Юлька. – Ты же знаешь, что я ментоловые сигареты на дух не переношу. К тому же пачка была целенькая. В целлофане.

– Значит, в ней могло быть что угодно! – догадалась Мариша. – И совсем не обязательно, что там была бомба?

– Но как же? – растерялась Юля. – Я же тебе говорю, пачка была слишком тяжелой. Я сначала не смекнула, но теперь я точно могу сказать, что для двадцати сигарет, пусть даже и с ментолом, пачка весила многовато. И потом, странное поведение той девушки. И самое главное – взрыв!

– Хм, – произнесла Мариша. – Что пачка тяжелая, тебе могло показаться. Девушка могла от тебя уйти, потому что сигареты в маршрутке забыла вовсе не она, а твое поведение показалось ей странным. А взрыв… Взрыв мог произойти и от взрывного устройства, которое лежало там уже давно, еще до того, как ты вышла сегодня утром из дома.

– Нет! – решительно отказалась Юля. – Мне не показалось, что пачка тяжелая. И девушка забыла ее специально. Пачка осталась лежать на сиденье девушки.

– А ты можешь ее описать? – спросила Мариша.

– Конечно, – кивнула Юля. – Беленькая такая пачка, с зеленой веточкой. Очень нежный рисунок.

– Да не сигареты! – с досадой рявкнула Мариша. – А саму девушку.

– И ее могу, – согласилась Юлька.

– Тогда, думаю, тебе стоит с твоей историей обратиться к ребятам из МЧС, которые, наверное, еще лазают по остаткам павильона, – сказала Мариша.

Слова подруги огорчили Юльку.

– Как это я сама до этого не додумалась! – воскликнула она. – Нужно было сразу же рассказать эту историю спасателям. Может быть, тогда они успели бы задержать ту террористку.

– Вряд ли, – усомнилась Мариша. – Судя по тому, что ты мне рассказала, девица уже давно смоталась на какой-нибудь машине в другой район города. Да и зачем ей дожидаться взрыва, если она намеревалась взорвать маршрутку?

– Думаешь?! – ахнула Юля.

– Если в пачке из-под сигарет была и в самом деле бомба, то девица собиралась взорвать маршрутное такси, – заключила Мариша. – Ведь она оставила пачку на сиденье? Это уже ты притащила подозрительную пачку к моему магазинчику и не нашла ничего лучше, чем выкинуть ее именно там. Где я теперь буду покупать свое любимое грузинское вино? Тоже мне, чистоплюйка какая нашлась! Не могла выкинуть пачку где-нибудь на газоне. И павильон был бы цел, и нервы твои не так пострадали бы.

– Постой! – перебила ее Юлька. – Что же это выходит – та девица хотела взорвать пассажиров такси? Ведь не на саму же «Газель» она покушалась?

– На пассажиров или на кого-то одного из пассажиров, – сказала Мариша. – А может быть, она имела зуб на водителя маршрутки. Если предположить, что в пачке из-под сигарет действительно была взрывчатка, получается две версии. Первая: террористический акт. А вторая – личная месть, девица хотела уничтожить какое-то конкретное лицо, но крыша у нее от ненависти совсем поехала, и она решила взорвать вместе с этим типом и всех остальных. Юлька, постарайся вспомнить, кто из пассажиров мог бы вызвать в этой девице такую ненависть?

Юля старательно принялась вспоминать все подробности про девицу.

– Она проехала в маршрутном такси вместе со мной всего одну остановку, – начала Юля. – Села она в маршрутку следом за одним типом с длинными железными палками. Так вот, эта девица заплатила деньги и почти сразу же вышла. И я вышла следом за ней, потому что сзади меня все время чихали. Я еще подумала, что для здоровья полезней пройтись по свежему воздуху.

– И правильно, – согласно покивала Мариша. – А ты не заметила, эта девица ни с кем из пассажиров не здоровалась?

– Нет, – сказала Юля. – И еще эта девушка когда вошла, то села на то место, которое за спиной водителя. Я еще удивилась, зачем она туда села, потому что в маршрутке были и другие свободные места. А за спиной водителя обычно никто не любит сидеть, потому что тогда приходится все время передавать ему деньги за проезд.

– Это так, – подтвердила Мариша. – А что-нибудь еще можешь вспомнить? Как, например, выглядела эта девушка?

– На вид лет двадцати пяти, – сказала Юля. – Крашеные черные волосы или парик. Сама же она, похоже, русая или светло-русая. Брови у нее были совсем не черные. И волосы были слишком уж иссиня-черными для натуральных.

– А что еще?

– Еще? – задумалась Юлька. – Ну хорошенькая она была. Стройная и довольно спортивная. Когда она бежала, я обратила внимание, как слаженно у нее работают все рычаги.

– А во что она была одета?

– Брюки из темного трикотажа, – сказала Юлька. – Короткая куртка из светлой ткани. Темный свитер с горлом. На ногах кроссовки, тоже темные. На руках никаких украшений. А мордашка симпатичная. Брови только у нее неудачные были. Складывались в такую тоненькую, уж очень тоненькую линию, почти невидную. Да, а за спиной у нее был маленький кожаный рюкзачок!

– И это все? – спросила Мариша.

– Да, – кивнула Юля. – А что тебе еще нужно?

– Видно, придется все-таки обратиться к тем спасателям или в милицию в отдел по борьбе с терроризмом, – сказала Мариша. – Неприятно это, но ничего не поделаешь. По тем сведениям, которые тебе известны, нам самим эту девицу не найти и не поймать. А у ментов могут быть на нее и другие данные. Может быть, она еще в чем-то замешана. И ты ее сумеешь опознать по фотографии, если она у ментов, конечно, есть. Только… Только…

И Мариша замолчала.

– Что только? – спросила у нее Юля.

– Только ты не удивляйся и не расстраивайся, если в милиции тебе не поверят, – немного помявшись, все же договорила Мариша.

– Почему бы им не поверить? – удивилась Юля.

– Сколько раз я лично ни обращалась в милицию, мне никогда там не верили, – сказала Мариша. – Ни в чем! Такая уж у ментов привычка, что они никому и ни при каких обстоятельствах не верят. Да ты и сама вспомни, вот в Берлине, когда ты явилась в полицию и заявила, что пропал твой муж, тебя сразу же заподозрили в том, что это ты же его и угробила.

– Но это же было в Берлине, – попыталась возразить Юля. – У нас, я уверена, все совсем не так.

После солидной порции выпитого коньяка Юле хотелось верить только в самое лучшее.

– А у нас менты еще хуже! – как показалось Юле, с каким-то даже злорадством поспешила ее разочаровать Мариша. – Да что я тебе рассказываю, будто бы ты к нашим ментам не обращалась никогда.

– Обращалась, – вынуждена была согласиться Юля. – Но это было давно. Может быть, они за это время изменились.

– Ага! – фыркнула Мариша. – Но только в худшую сторону, дорогая! В худшую!

– Да ну! – возмутилась Юля. – Тебя послушаешь, так и жить не захочется.

Мариша от возмущения даже потеряла дар речи. Впрочем, надолго она его ни при каких обстоятельствах не теряла. Поэтому уже через минуту пришла в себя от Юлькиного нахальства и заголосила:

– Что мы тут с тобой сидим? Время теряем и спорим о разной чепухе? Мне, между прочим, еще сегодня квартиру осматривать! Пошли живо в милицию, там сама все поймешь!

Юлька согласилась, и подруги, выпив для храбрости остатки коньяка, отправились на место взрыва. Спасатели были еще там.

– Вон тот вроде бы симпатичный, – сказала Мариша, дергая Юльку за рукав и показывая на действительно симпатичного спасателя.

– Что мне с его красоты? – прошипела Юлька. – Нужно выбрать толкового. В мужике красота не главное.

– Не скажи, – не согласилась с ней Мариша. – По внешности человека иногда можно многое о нем сказать. Точно тебе говорю, обратись к этому симпатичному, а то уйдет.

Мариша словно в воду глядела. Пока Юля перебиралась через ограждение, пока ковыляла по обломкам, оступаясь и едва не падая, симпатичный спасатель куда-то делся, а на его месте словно по волшебству появился довольно упитанный, лысый мужик с красной физиономией и таким зверским выражением лица, что Мариша про себя сразу решила, что, если даже она находилась бы в горящем доме, ни за что на свете не разрешила бы этому типу себя спасать. Лучше смерть!

– Что вам нужно? Тут нельзя находиться посторонним. Вы это знаете? – холодно спросил спасатель, увидев приближающуюся к нему Юльку.

Впрочем, вопроса Юлька не услышала. В это время она оступилась на очередном обломке и свалилась. Как оказалось, очень удачно. Прямо в объятия спасателя. Надо отдать ему должное, он и не подумал воспользоваться ситуацией. Мужик быстро отстранил от себя девушку, выбрав для нее относительно ровное место, и повторил:

– Ну, я слушаю. Что вам тут нужно?

Услышав наконец вопрос, Юля открыла рот и задумалась. А что ей в самом деле нужно? Выяснить личность той девушки из маршрутки? Установить, была ли взрывчатка в коробке из-под сигарет? Просто посоветоваться?

– Мне нужно рассказать вам историю, которая со мной приключилась, – наконец выдавила из себя Юлька.

Судя по выражению лица спасателя, он был вовсе не в восторге от этого предложения. И даже скорее напротив, совсем не жаждал слушать рассказы какой-то неизвестной ему особы, к тому же плохо держащейся на ногах и покачивающейся сейчас перед ним на весеннем ветру.

– Я занят, – сухо ответил он.

– Понимаю, понимаю, – заторопилась Юля. – Но дело в том, что я ехала сегодня в маршрутке с девушкой, а она забыла сигареты. Я бежала за ней и догнала. Но она почему-то не захотела их взять. У нее черные крашеные волосы или, может быть, парик и рюкзак. А как она от меня рванула… Мне это сразу показалось подозрительным. И я кинула взрывчатку в ту коробку, которая стояла возле входа в павильон.

Если начало рассказа спасатель выслушал со скучающим выражением лица, а к середине его скука сменилась раздражением, то последняя фраза наконец привлекла к Юлиной персоне самое пристальное внимание спасателя.

– Вы хотите сказать, что это вы устроили взрыв? – настороженно глядя на Юлю, спросил он. – Но с какой целью?

– Ни с какой, – правдиво ответила Юля.

– Ага, ни с какой, – повторил спасатель, явно начиная сомневаться в здравости Юлиного рассудка. – То есть просто чтобы поразвлечься немножко, вы взорвали торговый павильон?

– Вовсе я не развлекалась! – обиделась Юля. – Скажете тоже. Я так и знала, что вы мне не поверите. Права была Мариша, не стоило мне к вам соваться со своими подозрениями.

– Значит, Мариша не советовала к нам идти? – участливо спросил у Юли спасатель. – А почему она вам не советовала? Может быть, это она дала вам взрывчатку?

– Да нет же! – с досадой воскликнула Юля. – Мариша вон там стоит! А взрывчатка была в коробке из-под сигарет. То есть я думаю, что она там была. А в маршрутке Мариши не было. А насчет взрывчатки, Мариша считает, что ее в пачке сигарет вполне могло и не быть. Но коробку из-под сигарет оставила та девушка из маршрутки, которую я не догнала. То есть догнала, но сигареты ей так и не отдала. Да и сигареты она мне не давала. Я сама взяла. Хотя и не хотела их брать, потому что с ментолом не курю. Мне от них во рту холодно.

– И что вы от меня хотите? – с тихим отчаянием спросил у нее спасатель и уже без всякой надежды на понимание добавил: – Мне ведь работать нужно. И нельзя тут посторонним находиться.

– Да не посторонняя я! – громко взвыла Юля.

– Хорошо, не посторонняя, но что вы хотите от меня?

– Я же вам говорю, что теперь я хочу узнать, кто эта девушка из маршрутки, – заявила Юля, решив, что лысый спасатель уже достаточно посвящен в детали ее утреннего приключения, чтобы можно было потребовать у него объяснения.

– Милая ты моя! – с чувством произнес спасатель. – Добром тебе говорю, иди домой и проспись. От тебя же спиртным за несколько метров в нос шибает.

– Я пила коньяк! – ужасно обиделась Юлька. – Восьмилетней выдержки! А вовсе никакой не спирт!

– Но все-таки пила! – обрадовался спасатель своей проницательности. – Я так и знал! Иди ты домой, а то несешь тут всякий бред. Сигареты какие-то. Брюнетки с рюкзаками. Нализалась с утра. Тьфу!

– Послушайте, – с отчаянием произнесла Юля. – Вы можете мне помочь?

– Девушка, я вам говорю, идите домой, – сказал ей спасатель, снова переходя на «вы». – Тут и без вас дел много. Нельзя вам тут находиться. Опасно это!

И он отвернулся от растерявшейся Юли.

– Никуда она не пойдет! – вдруг раздалось за спиной Юли.

Юля обернулась и увидела мчащуюся на всех парах к ней через завалы Маришу. Спасатель тоже увидел ее, и на его лице отразилась самая настоящая паника. Похоже, он готов был удариться в бегство. Но Мариша ему не позволила.

– Сами вы можете идти куда подальше, а она не пойдет! – агрессивно вцепившись в рукав спасателя, заявила Мариша. – Вернее, Юля, конечно, пойдет, но только к вашему начальству. И расскажет ему, как его работники отмахиваются от свидетелей происшествия.

Неизвестно, чем бы закончился этот разговор. Возможно, что вконец разъяренный спасатель силой вытолкал бы подруг за ограждение. Но тут на сцене появилось еще одно действующее лицо – высокий, очень представительный мужчина средних лет, а рядом с ним стоял тот самый приглянувшийся Марише симпатичный спасатель.

– Симаков, что тут происходит? – спросил у лысого спасателя представительный мужчина.

– Вот, сумасшедшие набежали, – пробурчал тот. – То ли сумасшедшие, то ли просто пьяные. Несут всякий бред.

Мужчина перевел взгляд на девушек.

– Вы что-то видели? – спросил он у них. – Я имею в виду что-то, имеющее отношение в взрыву?

– Да, да! – радостно завопила Юлька, ликуя, что наконец кто-то сумел точно сформулировать то, ради чего она сюда притащилась. – Я видела! Я!

– Ну расскажите, – предложил он.

Юля начала рассказывать в своей излюбленной манере, путая действующие лица и ситуации. Мужчина поморщился и сказал:

– Минутку, давайте успокоимся и начнем все сначала.

– Хорошо, – покорно кивнула в ответ Юля.

– Но только более подробно и по порядку, – предупредил ее мужчина.

Юля и на это была согласна. Обрадовавшись, что наконец-то у нее появился, судя по всему, компетентный слушатель, Юля начала пересказывать события сегодняшнего утра с того самого момента, когда она проснулась. К ее удивлению, представительный мужчина и симпатичный спасатель слушали ее внимательно и не перебивали. Лишь когда Юля закончила, один из них произнес:

– А теперь я попрошу вас проехать с нами и рассказать еще раз свою историю, но только начиная с того момента, как вы вышли из автомастерской.

Юлька кивнула и выдвинула свое условие:

– Только Мариша поедет со мной.

– Это ваша подруга? – вежливо осведомился у нее мужчина. – Конечно, пусть едет.

После этого подруг усадили в черный «Форд». По тому, как предупредительно с ними стали обращаться, девушки поняли, что, во-первых, наконец-то им удалось добиться доверия. А во-вторых, что рассказ Юли действительно заинтересовал людей, расследующих дело о взрыве торгового павильона.

– Похоже, что сегодня я на новую квартиру не успею, – пробормотала Мариша. – Ужасно, но ничего не поделаешь. Взрыв важней.

– А зачем тебе вообще туда ехать? – спросила Юля, отвлекшись от своих мыслей. – Ты же видела вашу со Смайлом новую квартиру.

– И не один раз, – заверила ее Мариша. – Ты же знаешь, мы ведь продали мою старую квартиру, чтобы купить побольше. Смайл сказал, что нужно расширяться, пока есть деньги.

Смайлом звали Маришиного мужа. Он был американец, всю свою сознательную жизнь колесивший по миру. Познакомились они с Маришей, когда та была в Африке, где Смайл подрабатывал авиарейсами на своем собственном самолете, а Мариша разыскивала вместе с Юлей пропавшего Юлькиного мужа. С тех пор много воды утекло. Юлин муж благополучно нашелся. И так же благополучно Юля с ним развелась. А Мариша со Смайлом, наоборот, поженились. И вот уже второй год жили в Питере.

– Так что там с квартирой? – спросила у Мариши Юля.

– Ну старую квартиру мы продали, – пояснила Мариша. – Поэтому наши покупатели требуют, чтобы мы поскорей выехали. Их понять можно, ведь охота пожить наконец на приобретенной недвижимости. Ну а у нас свои причины тянуть с переселением. На новой квартире нужно еще оборудовать кухню и купить кое-что из вещей, чтобы там можно было жить. Новая квартира гораздо больше старой. Ну и вообще. Вот я и хотела поехать, чтобы на месте сориентироваться, что и в каких количествах нужно докупать.

– Понятно, – сказала Юля. – Но мы ведь можем это сделать и вечером? Все равно ведь Смайла нет сейчас в городе.

– Да, он улетел за деньгами, – ответила Мариша. – Они, как он говорит, в разных банках по всему миру раскиданы.

– Почему? – удивилась Юля.

– Он говорит, что, когда все время путешествуешь, очень удобно помимо кредитной карточки иметь еще и собственные счета в разных странах. Но теперь он надумал осесть в России. Поэтому большинство счетов ему уже не пригодится. Вот он и собирается часть из них просто закрыть.

И, помолчав, Мариша добавила:

– И как я подозреваю, Смайл решил заодно немного проветриться. Ты же знаешь, какой он непоседа.

– Угу, – пробормотала Юля. – Слушай, а ты не беспокоишься, что он тебе изменит или вообще не вернется?

– Думаю, что вернется, но не раньше, чем через две недели, – совершенно спокойно сказала Мариша. – Да и не на привязи же мне его держать? Деньги нам нужны для переезда, а я со Смайлом поехать не могла, потому что нужно было улаживать формальности с продажей и покупкой квартир.

К этому времени машина, на которой ехали подруги, остановилась перед каким-то массивным зданием.

– А что тут находится? – спросила Юля у симпатичного спасателя.

– Тут вас внимательно выслушают, – уклончиво ответил тот. – Проходите, девушки!

Девушки поднялись следом за своими спутниками на второй этаж и оказались в просторном кабинете, где собралось еще человек семь серьезных мужчин.

– Повторите еще раз свою историю, – попросил у Юли представительный мужчина. – Мои сотрудники тоже должны послушать.

Юля не заставила себя просить дважды, повторно изложив события сегодняшнего дня. После этого в кабинете поднялся страшный шум. Юле наперебой задавали десятки вопросов. Например, уверена ли она, что пачка сигарет принадлежала действительно девушке из маршрутки. И особенно спасателей интересовал еще один вопрос: сколько весила подозрительная пачка из-под сигарет. С этой целью Юле давали взвесить на руке различные предметы. Включая стеклянную пепельницу, книжку в бумажном переплете и набор шариковых ручек. Наконец Юля среди всех этих предметов выбрала небольшой керамический брусок, служивший в качестве пресса для бумаг.

Спасатели многозначительно переглянулись. И хотя вслух ничего не сказали, но, похоже, были удовлетворены выбором Юли. Потому что сразу же потащили Юльку в другую комнату, где начали показывать ей фотографии самых разных женщин. Увы, среди них Юля не узнала девушку. Тогда Юлю посадили к другому компьютеру и попросили составить фоторобот девушки из маршрутки.

Все эти мероприятия заняли достаточно много времени. Мариша, которая томилась от безделья в коридоре, чуть не умерла от радости, когда в четыре часа вечера Юля наконец возникла возле нее и устало пролепетала:

– Все, теперь я свободна.

– Господи! – воскликнула Мариша. – Они тебя что, все это время пытали? Ты хоть жива?

– Не очень, – призналась Юлька. – Есть зверски хочется. Просто умираю от голода!

– Пошли скорей! – воскликнула Мариша. – Я тут приглядела неподалеку кафе. Думаю, нас там быстро накормят.

Юлька с радостью позволила вытащить себя на улицу, довести до кафе и усадить за столик, накрытый симпатичной голубенькой скатертью.

– Ну что, опознала свою девицу? – спросила Мариша, когда они уже сидели в кафе и с жадностью поедали курицу-гриль с овощным гарниром.

Но Юля ответила не сразу. Лишь после того, как от курицы осталась одна грудка, от которой девушки отщипывали по кусочку, ни Мариша, ни Юля не любили белое мясо, Юля наконец вздохнула и сказала:

– Девицу мне опознать не удалось. Но зато мы составили ее фоторобот. На мой взгляд, получилось очень похоже. Теперь ее будут разыскивать по всему городу.

– Это замечательно, – пробормотала Мариша, запивая куриное мясо темным пивом. – А теперь мы можем наконец поехать и посмотреть мою квартиру?

Юля, которую после сытного обеда, честно говоря, потянуло в сон, вспомнила о своем обещании, которое она до сих пор так и не выполнила, и воскликнула:

– Да, да! Едем немедленно!

– Слава богу! – пробормотала Мариша. – Только я тебя предупреждаю, если ты затеяла еще что-нибудь взорвать, то лучше скажи сразу. Потому что тогда я вместо тебя позову с собой Инну.

– Инну! – возмутилась Юля. – Да разве у Инны есть вкус? За нее всю их с Бритым квартиру обставлял дизайнер. Инка только и приобрела самостоятельно одну кровать!

– Ту самую, в форме сердца? – мечтательно вздохнула Мариша. – С розовой обивкой, балдахином и беленькими амурчиками над ним?

– Да, тот самый кошмар, – подтвердила Юля, не совсем правильно истолковав интонации, прозвучавшие в голосе подруги. – Тот кошмар, который Инне пришлось делать на заказ, потому что кровати таких размеров, которую требовала Инна, в магазине попросту не нашлось!

– Я помню. Кровать ведь у них занимает почти всю площадь спальни. Боже мой! А кстати, – Мариша выдохнула, резко возвращаясь к реальности, – как им удалось ее туда запихнуть? Ты не в курсе?

– По частям, – буркнула Юля.

– Пожалуй, я бы тоже хотела такую кровать, – пробормотала Мариша. – Юля, а ты случайно не знаешь, где Инна ее заказывала?

– Не знаю и знать не хочу! – рявкнула Юля. – Мариша, ты что, с ума сошла? Учти, если ты закажешь такую кровать, я к тебе в гости никогда не приду. Встречаться будем на улице или у меня.

Угроза возымела свое действие.

– Ну раз ты так настроена против той кровати, – протянула Мариша, – тогда, конечно, я не буду ее покупать. Но может быть… потом, когда-нибудь в будущем, ты пересмотришь…

– Нет! – твердо сказала Юля. – Никогда!

Мариша вздохнула еще раз и покорилась. После этого подруги поймали частника и отправились смотреть Маришину квартиру. Что и говорить, она производила отличное впечатление. Дом был новый, построен всего четыре года назад. Трехметровые потолки, огромный холл с кухней и очень просторные комнаты, которые казались еще больше из-за отсутствия мебели.

– Целых три огромных комнаты! – воскликнула Юля. – И это не считая гардеробной, комнаты для глажения и встроенных шкафчиков, в каждом из которых вполне можно было бы жить, если бы прорубить окошки. Отличная квартира! Небольшой ремонт, свежие обои на свой вкус, и все!

– Но теперь ты видишь, что тут моей мебелью со старой квартиры никак не обойдешься, – сказала Мариша. – Капля в море для таких хором. Кроме того, кое-что еще пришлось выкинуть при переезде.

– Почему? – удивилась Юлька.

– Испортилась, – лаконично ответила Мариша. – То есть, пока она стояла и никто ее не трогал, все вроде было в порядке. А как тронули, выяснилось, что она либо рассохлась, либо вылиняла, либо просто вышла из моды.

– Так вы уже что, перевезли сюда всю мебель, которую собирались? – спросила у нее Юля, оглядывая совершенно пустое пространство квартиры. – И где же она?

Мариша промолчала.

– Вы что, ее всю выкинули? – ахнула Юлька, вспомнив, что в старой квартире Мариши ее, несмотря на стресс, тоже поразил появившийся там, скажем так, простор.

– Не выкинули, а отдали хорошим людям – маминым знакомым для их дачи, – ответила Мариша.

– Ты с ума сошла! – диагностировала поступок подруги Юлька. – А чем тебе твой кожаный диван не угодил? Он же был еще почти новый!

– Как это чем? Во-первых, мне его подарил мой любовник! – возмутилась Мариша. – А во-вторых, я на нем занималась любовью с разными мужчинами. И поэтому я подумала, что будет неэтично по отношению к Смайлу, если я оставлю этот диван.

– Скажите на милость, какая потрясающая тактичность! – фыркнула Юлька. – Из-за каких-то мужиков, имен которых ты уже и не помнишь, лишиться отличного дивана! А кресла в стиле модерн, они где? Они-то чем тебе не угодили? Их ты куда дела? Или они тебя тоже смущали? Чем ты на них занималась?

– Это что – допрос? – возмутилась Мариша.

– Говори, где мои любимые кресла?! – гневно наступала на нее Юлька. – Ни за что не поверю, что ты и их отдала на какую-то дачу! Господи, ты же знала, как они мне нравятся! Если уж тебе приспичило, могла бы отдать их на мою собственную дачу!

– Ну ладно, – вздохнула Мариша. – Кресла пока остались на старой квартире. Не понимаю, ты что, не заметила их?

– Так они еще там? – обрадовалась Юлька.

– Ты на одном из них даже сидела, – подтвердила Мариша. – Теперь-то понимаешь, почему вопрос с мебелью стоит так жестко? Нам попросту не на чем даже сидеть, если не считать кресел, которые я, так и быть, подарю тебе.

– Тогда мы немедленно должны присмотреть для тебя все необходимое, – твердо сказала Юля. – Хорошая мебель да еще по сходной цене на дороге не валяется. Ее еще поискать нужно.

И подруги отправились по магазинам. Правда, к тому времени, когда они добрались до ближайшего крупного мебельного магазина, выяснилось, что он уже закрывается. Подруги все равно прорвались внутрь, но их ожидало разочарование.

– Никогда бы не подумала, что во времена изобилия так мало хорошей мебели, – фыркнула Мариша. – Посмотри, тут все гарнитуры из ДСП. Куда это годится?

– А я видела пару симпатичных и, кажется, прочных диванов, – сказала Юля.

– Да, но больше тут ничего нет, – вздохнула Мариша. – Придется ехать дальше.

– Сегодня мы вряд ли уже куда-нибудь успеем, – откликнулась Юля. – Предлагаю поехать ко мне и поужинать. Заодно и обсудим, что будем делать дальше.

Девушки так и поступили. И отправились к Юле, где, по крайней мере, было на чем сидеть и на чем есть.

## Глава 2

Хорошенько перекусив приготовленным Юлей салатом из консервированного лосося с кукурузой, рисом и мелко порубленными яйцами, подруги принялись ждать, когда будет готов поставленный в духовку запекаться свиной бок, нашпигованный чесноком, брусочками моркови и густо обмазанный горчицей, смешанной с различными пряными травками и перцем.

– Его можно запекать и на большом огне, но только завернув в фольгу, – сказала Юля. – Если не завернуть, то высохнет и станет жестким.

Таким образом, аккуратно укутанный несколькими слоями фольги кусок свинины мирно зрел до готовности. А подруги, налив себе по бокалу красного грузинского вина, которое хоть и было неплохим, но далеко уступало тому, которое обычно девушки покупали во взорвавшемся сегодня утром павильончике, неторопливо вели беседу.

– Никак не могу тебе простить, что ты швырнула эту проклятую сигаретную пачку со взрывчаткой возле моего любимого магазинчика, – сказала Мариша. – Там хозяин настоящий грузин. И считает делом чести продавать настоящее грузинское вино, а не дешевые подделки.

– А что, было бы лучше, если бы я притащила эти проклятые сигареты со взрывчаткой к тебе домой? – спросила Юля. – После этого ты бы уже все равно не смогла наслаждаться грузинским вином, да и никаким другим вином, если уж на то пошло. Да и просто ничем ты бы не смогла уже наслаждаться.

– Вообще-то, мне ничего не грозило, – сказала Мариша. – Взрыв прогремел, когда ты еще не успела даже дойти до моего дома, а не то что войти в квартиру.

– Просто не верится, что это случилось именно со мной! – вздрогнула Юля, мысленно вернувшись к событиям сегодняшнего дня. – Какая ужасная опасность мне грозила, а я даже ничего не подозревала.

– Так чаще всего и бывает, – успокоила ее Мариша.

– Я все думаю, какую же цель преследовала та девушка с рюкзачком из маршрутки, которая оставила сигареты, – сказала Юлька.

– Брюнетка, ты говорила? – спросила Мариша.

– Крашеная брюнетка, – напомнила ей Юля. – Или в парике.

– Ну и что ты надумала?

– Я вот тоже подумала, что это либо террористический акт, либо крашеная брюнетка хотела угробить кого-то из пассажиров маршрутки и действовала наверняка.

– И кого же из пассажиров она хотела прикончить? – заинтересовалась Мариша. – Как ты сама считаешь?

– Думаю, что того мужика с железными палками, следом за которым она и вошла в такси, – предположила Юля.

– Почему именно его?

– Да хотя бы потому, что она села вместе с ним, – сказала Юля. – Если она собиралась прикончить кого-то из пассажиров, уже ехавших в маршрутке, то как она могла угадать, что в нее сядет тот человек. А если она имела зуб на тех, кто потом сел в маршрутку, возникает вопрос: почему потенциальная жертва сядет именно в нее?

– Хорошо, предположим, что наша фальшивая брюнетка охотилась за мужиком с палками, – согласилась Мариша. – И что ты можешь сказать по этому поводу?

– Ну только то, что вряд ли это была его знакомая или родственница. Потому что они не поздоровались и вообще не проявили интереса друг к другу, – сказала Юля.

– Не густо, – поморщилась Мариша. – И как искать этого мужика с палками? Нужно выяснить его личность, чтобы установить круг его общения, ну и так далее. Вот если бы все это происходило в самолете или хотя бы в поезде, тогда другое дело. Там фамилии пассажиров записывают. А в маршрутке пока такие правила не введены. И как же нам, по-твоему, найти того мужика, если единственная зацепка – длинные железные палки? Что за палки хоть были?

– Думаю, что из строительного магазина, – сказала Юля. – Там, где он садился, в подвальчике дома располагался какой-то небольшой магазин стройматериалов.

– Это уже кое-что! – обрадовалась Мариша. – Завтра с утра поедем в этот магазин. Может быть, нам повезет. Ты увидишь эти палки, и мы узнаем, как они называются. А потом спросим у продавца, может, он помнит, кто их покупал. И если уж нам совсем повезет, то продавец скажет, что тот мужик их постоянный клиент. И живет где-нибудь неподалеку.

– Это было бы и в самом деле чудесно, – пробормотала Юля, мечтательно устремив глаза в потолок.

– Юля, не улавливаешь, чем-то пахнет? – спросила Мариша.

Подруги обернулись и с ужасом увидели, что из духовки валит дым.

– Мясо! – завопила Юлька. – Оно горит!

Она открыла духовку, и дым повалил еще гуще. Кашляя, Мариша кинулась открывать окно. Оказалось, что осенью Юля основательно подготовилась к зиме и заклеила окна намертво. Пока Мариша сражалась с окном, Юлька вытащила из духовки противень с мясом. К ее удивлению, дым продолжал валить, но не от мяса. Снова нырнув в духовку, Юлька вытащила нечто обуглившееся и воняющее паленым мехом и жженой резиной.

– Мои любимые тапочки! – горестно воскликнула Юлька, опознав останки. – Как они тут оказались?

– Твоя крыса, которая уже который год прикидывается таксой и живет у тебя в доме, засунула их туда! Как же еще! – наконец справившись с окном и рывком распахивая его, крикнула Мариша сквозь клубы густого дыма. – Залей их водой, а то мы тут окончательно задохнемся!

После этого она принялась полотенцем выгонять дым из кухни в открытое окно, а Юлька кинула обуглившиеся ошметки своих тапок в мойку и залила их водой. Раздалось сердитое шипение, и все стихло. Дым постепенно развеялся. В кухне стало прохладно, но свежий воздух сделал свое дело.

– Думаю, что мясо не пропиталось этим жутким запахом горелой резины, – с тревогой сказала Юля.

– Не беспокойся, я в него столько чеснока запихала, что он перешибет любой другой запах, – сказала Мариша. – Ставь мясо обратно.

Юлька поставила противень обратно в духовку, предварительно убедившись, что там больше нет никаких сюрпризов. После этого она призвала виновницу переполоха – таксу Нику и устроила ей допрос с пристрастием.

– Ты зачем, мерзавка, положила мои тапки в духовку? – возмущалась Юля, глядя сверху вниз на собачонку. – И как ты ее вообще умудрилась открыть? Улучила момент, когда мы с Маришей отвернулись, и засунула, да?

При этом в голосе Юли звучало даже не недовольство, а откровенное отчаяние. Ника, несмотря на свои крохотные размеры, была сущей бестией. Она крала все приглянувшиеся ей съедобные и малосъедобные предметы, которые затем все равно сжирались. А с возрастом Ника достигла в похищениях таких успехов, что застать ее за этим занятием никогда не удавалось.

Юля могла целыми днями без толку искать пропавшую подушку, словарь, пакет с веревочками или один сапог от новой модельной пары, купленной только вчера за безумные деньги. Ника спокойно взирала на беготню хозяйки, сидя где-нибудь на диване, и на ее морде было написано выражение полнейшей невинности.

– Эту шельму давно пора отправить на перевоспитание в собачий питомник! – сердито сказала Мариша. – Пусть посмотрит, как живут другие собаки, которым не так повезло в жизни и им попались менее снисходительные хозяева.

– Думаю, что на этот раз можно ограничиться тем, что оставить ее без сладкого, – робко возразила Юля. – Тапки были старые. И я сама думала каждый раз, когда их надевала, что пора бы их уже выбросить. Только руки все не доходили. Так что ничего страшного, в общем-то, не случилось. Ника все решила за меня.

– Вот! Ты ее всегда защищаешь! – возмутилась Мариша. – Поэтому она и сидит у тебя на голове. И позволяет себе хулиганские выходки! Она и маленьким щенком была редкой оторвой. Помнишь, как она умудрилась сожрать башмак моего тогдашнего возлюбленного, когда мы зашли к тебе в гости. А башмак был из чистой кожи и подошва из каучука. И он был больше ее ровно в полтора раза. Но она его сожрала дочиста. А потом мой кавалер чуть не помер, когда ему пришлось ковылять до дома в одном ботинке. И машину, как назло, он в тот вечер оставил в гараже. Ничего удивительного, что после этого мы с ним расстались.

– Но к этому же все и шло! – воскликнула Юля. – Ты же сама мне все время твердила, что от него устала, что он скучен до невыносимости и что скоро ты либо его убьешь, либо расстанешься с ним.

– Это так! – согласилась Мариша. – Но он до сих пор считает, что это я спрятала его башмак, чтобы поставить его в дурацкое положение. Он так и не поверил, что щенок таксы смог слопать зимний ботинок сорок третьего размера да еще на меху и с толстой каучуковой подошвой и после этого даже не заболеть. Говорю тебе, ее нужно наказать!

Ника сидела рядом и с изумлением смотрела на девушек. В ее взоре светилась удивительная просветленность. Словно у первых христиан, когда они за свои убеждения отправлялись на пытки.

– Иди уж отсюда, мученица ты наша! – вздохнула Юля. – Мясо все равно еще не готово. И хотя я не знаю, зачем ты сожгла мои тапки, но конфет после ужина сегодня не жди!

Словно поняв, что приговор вынесен и обжалованию не подлежит, Ника встала и, трагически повесив голову и хвост, медленно поплелась из кухни. Вся ее поза олицетворяла великую, почти вселенскую скорбь.

– Она еще и актриса! – возмутилась Мариша, подливая себе вина. – Черт, до сих пор в кухне воняет!

– Этот запах теперь долго не выветрится, – со знанием дела сказала Юля. – Когда Ника положила мои пляжные шлепанцы и купальник из эластана, которые, по ее мнению, вышли из моды, в микроволновку, то запах держался недели две, как я ни проветривала помещение.

– И ты, когда включала, не заметила, что в микроволновке что-то лежит? – удивилась Мариша.

– Дело было утром, я еще только продирала глаза, сунула в микроволновку пирожки, чтобы разогрелись к кофе, а посмотреть внимательнее мне и в голову не пришло, – призналась Юлька.

Наконец мясо было готово. Услышав, что его достают из духовки, Ника немедленно появилась на кухне и выразила готовность отведать крохотный кусочек. В результате подруги съели половину куска, а вторую половину съела Ника, давясь и чавкая от жадности. При этом она слопала чеснок, морковь и даже носом не повела на приправы, которыми Мариша густо посыпала мясо.

– А ведь перед уходом я ее сытно накормила и оставила ей целую миску сухого корма, – вздохнула Юля, глядя на кривые и дрожащие от нетерпения лапы ее питомицы, пожирающей мясо. – А еще говорят, что маленьких собачек легко прокормить. Эта жрет больше, чем овчарка.

– И ей никогда не бывает плохо? – с нескрываемым интересом спросила Мариша.

– Никогда, – заверила ее Юля. – Во всяком случае, настолько, чтобы вызывать врача. Один раз, правда, она чуть не загнулась, когда вылизала с пола целый литр оливкового масла, бутылку с которым перевернула в мое отсутствие. Тогда я думала, что она никогда не перестанет проситься во двор. Целую ночь мы с ней гуляли. А как только возвращались домой, мчались обратно на улицу. Но, как видишь, все прошло, и урок ей на пользу не пошел. И знаешь, самое странное, сколько бы она ни лопала, не толстеет.