Дарья Калинина
Вояж на Кудыкину гору

ГЛАВА ПЕРВАЯ

– К вам почта, – сообщил женский голос в домофон.

Юля пожала плечами и нажала на рычажок, открывая входную дверь почтальону. Письма ей могли прийти из кучи мест. А все потому, что многие ее подруги и знакомые разъехались из России кто куда. В Европе, Америке, Канаде и даже в Австралии жили Юлькины подруги. Но независимо от того, куда забросила их судьба или собственный выбор, всех этих женщин объединяло одно – жуткая скука и желание потрепаться с кем-нибудь из русских подруг о той шикарной, в их понимании, жизни, которую они вели теперь.

Но в то же время никто из них так и не нашел за рубежом подходящей работы, потому что там, если честно, все теплые местечки были расхватаны. А идти поломойкой или домработницей никто из них не захотел. И они сидели на шее у мужей, зачастую не имея ни цента карманных денег. Телефонные разговоры по межгороду в такой ситуации отпадали начисто, а вот писем Юлька получала массу.

Но сейчас, открыв дверь своей квартиры, Юля с удивлением обнаружила на пороге вместо ожидаемой улыбающейся почтальонши подругу Маришу.

– Ой, что это с тобой!? – невольно вырвалось у Юльки вместо приветствия.

И немудрено было всполошиться, потому что Мариша стояла не просто так, а с дико вытаращенными глазами и всклокоченными волосами. Молча отпихнув Юльку в сторону, Мариша буквально ворвалась в квартиру. Мимоходом она смела с дороги хорошенькую керамическую кошечку, украшавшую полку в прихожей, с которой Юля только что заботливо смахнула пыль. Не заметив катастрофы, хотя кошечка была довольно увесистой и плюх получился громкий, Мариша прогалопировала дальше в комнату и там рухнула на диван. Юля задумчиво посмотрела на осколки своей любимицы и постаралась найти светлое пятно в происходящем.

«Ко мне пришла ближайшая подруга и к тому же мне теперь больше не нужно возиться с уборкой и в частности с этой статуэткой, вычищая пыль из всех изгибов ее тела, и вообще, никогда больше не придется с этой керамической ерундой возиться», – подумав, философски заключила Юлька.

И, почувствовав себя почти утешившейся, двинулась в комнату. Мариша как упала на диван, так и сидела на нем, не меняя позы и выражения лица.

– Ну? – обратилась к ней Юлька. – Что у тебя случилось-то?

– Откуда ты знаешь? – заголосила, внезапно обретя дар речи, Мариша, так что Юлька даже вздрогнула. – Откуда ты знаешь, что у меня что-то случилось? Кто тебя сказал? Откуда они знают?

И она схватилась за голову, вперив в подругу немигающий пристальный взгляд.

– Так мне и говорить ничего не нужно, по тебе сразу видно, что у тебя есть какая-то потрясающая новость, – осторожно заметила Юлька, уже решив про себя, что с Маришей определенно творится что-то неладное. – И потом, – прибавила она, – ты ведь уезжала на неделю в санаторий, чтобы пройти курс первичного очищения организма. А вернулась уже через три дня. Ежу ясно, что у тебя произошло нечто незапланированное. Другими словами, новость. Хорошая хоть у тебя новость-то?

Ее вопрос произвел неожиданный эффект. В Маришу словно впилась выскочившая из дивана пружина. Она сначала взвилась в воздух, а затем забегала по комнате из угла в угол, ожесточенно размахивая руками.

– Есть! Есть у меня новость! – кричала она. – Да еще какая! Закачаешься и упадешь, так что лучше прямо сразу сядь!

– Я и так сижу, – попыталась деликатно привлечь внимание подруги к своей персоне Юля, думая в то же время, куда подевалась почтальон. – Говори скорей!

– Такая новость! Такая новость! – еще пару раз вдохновенно повторила Мариша, словно заучивая эти слова наизусть, и наконец выпалила словно из пушки: – Ты себе не представляешь! Мой Смайл – он пропал!

Юля откинулась на спинку кресла и с облегчением рассмеялась:

– Тоже мне новость! Да он у тебя в среднем раз в месяц куда-то пропадает!

И она потянулась к маленькому холодильничку, в котором хранились запасы вина, шампанского, сока и водки на случай внезапного появления в доме гостей. Мариша одобрительно проследила взглядом за Юлькиными действиями, приняла от нее бокал с кока-колой и кусочками льда и произнесла:

– Но на этот раз он действительно пропал! Окончательно! Его нет уже два дня.

– Он и на гораздо больший срок пропадал, – пробормотала Юля, отпивая глоток шипучего напитка. – Вспомни, его как-то раз не было дома почти два месяца.

– Но тогда я знала, где он, – возразила Мариша. – Он мне звонил и отчитывался, как у него дела. И вообще, тогда он улетал по делу, я это точно знала. А на этот раз у нас с ним куплена путевка на Крит. Он сам мне все уши прожужжал про этот Крит, его собственная идея. Он сам купил путевку, собирал вещи, а теперь за неделю до отлета взял и пропал. А ведь он должен еще кучу вещей сделать.

Юля почувствовала какой-то неприятный холодок в солнечном сплетении. Рассказ подруги начал ее волновать.

– Может быть, передумал и не захотел лететь, – предположила она.

– Это не в его манере, – замотала головой Мариша. – Ты же знаешь.

Юля знала. Маришин муж Смайл, с которым она познакомилась во время их путешествия по Западной Африке, был по натуре бродягой. Американец, он объехал за свою жизнь почти весь земной шар. Но при этом всегда тщательно планировал, куда поедет и зачем. Такое внезапное исчезновение было совсем на него не похоже.

– К тому же дома остались все его документы, – продолжила Мариша. – Паспорт, сертификат о прививках и еще куча всяких бумаг. Все на месте. Я проверила. Даже кредитные карты остались. И деньги!

Упоминание о паспорте окончательно добило Юльку. Теперь она не сомневалась, что со Смайлом что-то и в самом деле случилось. Другой вопрос, что именно. Мужик все-таки. Мог уйти к любовнице.

– Вы с ним ссорились? – спросила Юля.

– Да как с ним можно не ссориться! – завопила в ответ Мариша, размахивая бокалом с колой как знаменем. – Конечно! Бывали у нас ссоры!

– А в последнее время?

– Ничего такого особенного, – заверила ее Мариша.

– А ты не замечала настораживающих признаков?

– Что ты имеешь в виду? – и в самом деле насторожилась Мариша. – Ты подозреваешь, что Смайл просто свалил от меня к другой бабе?

– Примерно так, – уклончиво произнесла Юля. – Мог?

– Любой мужик может! – пожав плечами, фыркнула Мариша. – От этого ни одна женщина не застрахована. Я всегда говорю, что, живя с мужчиной, нужно быть постоянно готовой к смене партнера. Но не в данном конкретном случае.

– Почему?

– Да потому что он оставил дома все свои вещи, опять же документы и деньги! Говорю же, вся наличка дома. А кто без денег уходит к любовнице? И опять же, он оставил мне все свои драгоценные макеты самолетов.

– О! – произнесла Юлька, у которой теперь отпали всякие сомнения в том, что любовной интрижкой тут и не пахнет. Значит, со Смайлом что-то и в самом деле случилось.

Дело в том, что Смайл относился к своей коллекции самолетиков с фанатической любовью. Макеты он иногда покупал, но по большей части мастерил сам. И если бы задумал уйти от Мариши, то в первую очередь позаботился бы о сохранности своей коллекции, заблаговременно вывезя ее из дома и спрятав в надежном месте. Юлька прекрасно помнила, как мужик убивался, когда во время одной из ссор с Маришей та случайно сломала какой-то плюгавый макетик. Конечно, супруги потом помирились, но урок из случившегося Смайл должен был извлечь. Уж что-что, а дураком он не был. И собираясь линять, увез бы свои самолетики с собой.

– А как это все выглядело? – спросила она у подруги.

– Исчезновение Смайла? Да обыкновенно! Как люди пропадают? Раз – и нет его! Только что стоял возле газетного киоска, разговаривал с каким-то мужиком. А потом – раз! И словно сквозь землю провалился.

– Подожди, ты так все это описываешь, вроде была рядом, когда это произошло! – удивилась Юля. – Но ведь ты уезжала из города. Или не уезжала?

– Уезжала, – кивнула Мариша.

– Постой, я что-то теперь совсем ничего не понимаю. Если ты уезжала из города, то как ты могла видеть Смайла за минуту до его исчезновения? Ага! Я, кажется, поняла. Он приехал к тебе в санаторий и уже там исчез. Так?

– Ничего ты не понимаешь! – с досадой махнула рукой Мариша.

При этом коктейль у нее в руке выплеснулся на пол, а кубики еще не растаявшего льда упали на светлый палас, который Юлька постелила совсем недавно.

– Ничего страшного, – машинально пробормотала Юлька, хотя Мариша и не думала извиняться.

Она, похоже, вообще не заметила, что залила Юлькину гордость – новенький палас – ничем не смывающейся колой.

– Еще как страшно! – закричала Мариша, полагая, что Юлькино замечание относится к исчезновению Смайла. – Ведь это не я его прошляпила. Если бы Смайл пропал, пока я за ним следила, – это еще куда ни шло. В конце концов, я не профессионал, он мог бы и заметить мою слежку. Ну и наказать меня таким образом. Но… Но за ним следил настоящий детектив!

– А! – поняла Юлька и тут же спросила: – А откуда детектив-то взялся?

– Ты совсем плоха! – констатировала Мариша. – Откуда бы ей взяться? Я ее и наняла!

– Ну да, – пробормотала Юля, трусливо решив не уточнять больше ничего. – В самом деле. Откуда же еще?

– Я наняла детектива, чтобы проверить Смайла, – немного успокоившись, принялась объяснять Мариша. – Понимаешь, никогда не вредно лишний раз выяснить, чем занимается твой муж, когда говорит, что идет на боулинг с приятелями. Ну вот, я и обратилась к Глафире.

Глафирой звали женщину-детектива, которая держала детективное агентство и уже один раз здорово помогла Инне – третьей подруге Юльки и Мариши, когда та разбиралась со своим мужем.

– И вот мы вместе с Глафирой и ее подчиненными разработали план, – продолжала Мариша. – Они предложили, чтобы я уехала на некоторое время из города. Да так, чтобы Смайл при этом был твердо уверен: я неожиданно не вернусь. Поэтому мы и выбрали санаторий, где применяют методику очищения организма голоданием и прочими вещами. Сама знаешь, процедуры там не для слабачков. И пока из пациентов накопившаяся в них дрянь выходит, выглядят они, мягко говоря, плохо. Поэтому с родными и близкими общение сводится к минимуму. Я это все хорошенько растолковала Смайлу, несколько раз подчеркнула, что в город до окончания курса не вернусь, и уехала. А Глафира послала детектива, чтобы та следила за Смайлом.

– И это у нее на глазах и исчез Смайл? – поняла наконец Юлька.

– Вот именно! – кивнула Мариша. – Теперь тебе понятен весь ужас ситуации? За Смайлом ведется профессиональная слежка. А ты ведь помнишь, даже Бритый – муж Инны, за которым следила детектив из конторы Глафиры, не сумел ее вычислить. Где уж Смайлу разобраться, что за ним следят!

– Предположим, – кивнула Юлька. – Предположим, он не знал, что за ним следят. И чем же он занимался перед тем, как исчезнуть?

– Встречался с каким-то худосочным, вконец измочаленным типом, – мрачно произнесла Мариша. – Детектив представила мне фотографии. Никогда в жизни не видела этого мужчину.

– Значит, он не из числа друзей Смайла, – сделала вывод Юля. – А кто он такой, ты знаешь?

– Говорю тебе, понятия не имею! – ответила Мариша. – Но после того, как Смайл исчез, детектив немного пометалась и приняла решение проследить за этим типом. По ее словам, тот прошел совсем немного и скрылся в подъезде какого-то жилого дома.

– Уже теплей, – взбодрилась Юля. – Может быть, он там живет. Только не пойму, почему детектив помчалась следить за этим типом? Выходит, Смайл пропал в тот момент, когда он разговаривал с этим человеком?

– Нет, – помотала головой Мариша и, сделав последний глоток коктейля, с видимым сожалением отставила стакан в сторону. – Смайл как раз закончил с ним разговаривать. Встал из-за столика в кафе, где они сидели. Потом Смайл вышел на улицу, завернул за угол и пропал из поля зрения детектива. Она клянется, что не более, чем на полминуты. Однако их хватило, чтобы Смайл растворился без следа. Детектив попыталась обежать все павильоны и магазинчики, но быстро поняла, что все бесполезно. Это случилось в центре города. Там снуют толпы народу, где уж в такой толчее найти одного человека.

– А потом детектив в отчаянии решила последить за тем мужчиной, с которым встречался в кафе Смайл? – уточнила Юля. – Просто от отчаяния?

– Ну да, – кивнула Мариша.

– И когда это случилось?

– Говорю же, два дня назад!

– А почему ты только сегодня прибежала ко мне?

– Я не могла, – смутилась Мариша.

– Как это – не могла? – возмутилась Юля. – Чем таким важным ты была занята, что даже не смогла примчаться ко мне, когда твой собственный мужик испарился? Как тебе не стыдно. А еще считаешься подругой! Я вот так никогда не поступала! Стоит Бритому исчезнуть, как я уже тут как тут, сижу и жалуюсь тебе. А ты..!

В голосе Юльки чувствовалась неподдельная обида. Поняв, что под угрозой их многолетняя дружба, Мариша призналась:

– Видишь ли, пока я была вынуждена исчезнуть из жизни Смайла, я решила немного заняться собой. Вдруг бы выяснилось, что он ведет себя хорошо. Бывают же чудеса! А тут и я возвращаюсь – свежая, помолодевшая и вообще просто сияющая. Прямо подарок супругу.

– И что ты с собой делала? – подозрительно скосилась на подругу Юлька.

Она не могла не признать, что, несмотря на волнение и растрепанный вид, выглядит Мариша и в самом деле лет на пять моложе, чем раньше.

– Что? – требовательно спросила она у Мариши.

– Пилинг выходного дня, – призналась Мариша, пряча глаза.

– А! – воскликнула Юлька таким жалобным голосом, словно в сердце ей угодила стрела. – Одна! Сделала себе тайком химический пилинг! Да как ты могла? Это же просто подло! То-то я смотрю, ты вроде бы даже помолодела, несмотря на свои страдания! Это ты что же натворила? Я теперь на твоем фоне должна старухой смотреться?

– Юлька, что ты мелешь! Тебе еще не нужны такие меры! У тебя кожа, как у младенца.

– Мне лучше знать, что мне нужно, – буркнула Юлька и злорадно добавила: – Вот! Так тебе и надо! Есть все-таки бог на свете. Уверена, если бы ты взяла меня с собой, ничего бы с твоим Смайлом не случилось.

– Ужас! – в отчаянии заломила руки Мариша. – Юлька, прости меня. Я не подумала. Пожалей меня! Я пошла на эту процедуру только потому, что на твоем фоне выглядела дряхлой бабкой.

– В самом деле? – кинула на подругу внимательный взгляд Юлька. – А ты не врешь?

Мариша поклялась, что говорит чистую правду.

– Ну ладно, – пробормотала Юлька, вспомнив, как в прошлом году тоже тайком от Мариши сделала себе контурный татуаж губ и бровей.

А еще тайком записалась на курс вакуумного массажа и на прошлой неделе специально отправила свою таксу Нику на дачу со своими родителями, чтобы полностью отдаться медитации по специальной системе релаксации. Что присутствие таксы полностью исключало бы. И всем этим Юлька тоже не поделилась с Маришей. Так что…

– Поэтому, – продолжала Мариша, – я никак не могла показаться перед людьми, пока с лица не ушла краснота и воспаление. Жила в мотеле, где должна была заниматься очищением организма. Конечно, никаким очищением я не занималась, а просто пряталась от всего белого света. Но как только сегодня утром взглянула на себя в зеркало и поняла, что могу появиться на людях, сразу же помчалась к тебе. Ну что? Поехали?

– Куда это? – удивилась Юля.

– В тот дом, в котором скрылся вот этот мужчина, – ответила Мариша, протягивая Юльке фотографию, на которой Смайл разговаривал с каким-то задохликом.

– Какой противный! – сморщила нос Юлька. – Фи! Тощий и кожа висит!

Собеседник Смайла и в самом деле красотой не блистал. Нос длинный и хрящеватый, маленькие глазки близко посажены. И выражение у них было какое-то затравленное. Редкие волосики, едва прикрывавшие череп, тщательно зализаны на лоб. К тому же мужчина был весь какой-то костлявый, и костюм висел на нем словно мешок. И при этом на тонких губах красавчика играла жалкая улыбочка.

– Судя по фотографии, Смайл не мог быть в восторге от своего знакомого, – заметила Юлька.

Смайл на фотографии и в самом деле смотрел на противного человечка, словно на какое-то недоразумение природы, – с жалостью и сочувствием. Он ведь в глубине души был добрым парнем, этот Маришин Смайл.

– В восторге он там был или нет, но у нас с тобой нет другой ниточки, – сказала Мариша. – Мы должны разыскать этого типа, поговорить с ним и выяснить, зачем он встречался с моим мужем и о чем они говорили.

– И ты хочешь, чтобы я поехала с тобой? – спросила Юлька.

– Конечно! – кивнула Мариша. – Ты же не бросишь меня одну в таком ужасном положении?

Что Юльке? Вот она без лишних слов и пошла одеваться. И собралась в рекордно быстрый срок. Уже через полчаса подруги вышли из дома, а еще через полчаса оказались у перекрестка, известного в народе под названием «Пяти углов», где и находилось то кафе, в котором встречался Смайл со своим неприятным знакомым.

– В кафе этого типа никто не знает, – сказала Мариша. – Детектив там уже была и опросила всех сотрудников и даже постоянных посетителей.

– А в том доме, где он скрылся, она что, не была? – удивленно поинтересовалась Юлька.

– Была, – кивнула Мариша. – Но безрезультатно.

– И почему ты думаешь, что нам удастся то, что не удалось профессионалам? – удивилась Юля.

Мариша не ответила. А Юлька только вздохнула. И так было ясно: подруга цепляется за последний шанс, пытаясь найти следы своего мужа. Было бы слишком жестоко отнимать у нее последнюю надежду.

– Просто будем надеяться, что нам повезет больше, – оптимистично заявила Юлька.

Войдя в подъезд, в котором скрылся собеседник Смайла, подруги обнаружили, что он проходной. Наверх вела довольно чистая лестница, однако ее ступени были так стерты от времени многочисленными ногами, что становиться на них можно было с большой опаской.

– Сначала обойдем все квартиры, а потом выйдем через черный ход и посмотрим, что там, – предложила Юлька, тоскливо прикидывая, что в доме пять этажей и на каждом расположено как минимум три, а то и все четыре квартиры.

– Все не надо, – возразила ей Мариша. – В некоторых уже побывала детектив. Вот номера тех квартир, куда нам предстоит зайти.

Юлька заглянула в записи и убедилась, что им осталось проверить всего шесть квартир. Имея каждая по фотографии неизвестного мужчины, они отправились наверх. В четырех квартирах им ничем не помогли, потому что попросту не открыли. В пятой подругам попалась говорливая старушка, которая радостно уверила их, что мужчина на фотографии ей кажется знакомым. Но стоило девушкам обрадоваться, как старушка объяснила, что похож этот молодой человек на ее бывшего начальника, скончавшегося еще в начале семидесятых годов.

– Большой был зануда и мерзавец! – заявила бабуля. – Мы все так радовались, когда он ушел на пенсию!

В последней квартире подруг облаяла какая-то собака, хозяева которой заверили девушек, что у них живет не какая-нибудь моська, а породистый российской селекции доберман, очень злой и свирепый, которого они не постесняются спустить на кого угодно. Поспешно скатившись вниз по лестнице, подруги открыли железную дверь и оказались в небольшом чистеньком дворике. Тут имелась пара скамеечек с мамашами, детишки которых деловито ковырялись в довольно большой куче недавно привезенного чистого песка, лепя из него куличики и выпекая пирожки.

– Странно, но в отчете детектива ни словом не сказано про этих кумушек, – заметила Мариша.

– На фотографии видно, что в этот день на улице шел дождь, – заметила Юлька. – Возможно, детишек просто не вывели на прогулку. Да и песок совсем свежий. Видишь, льда в нем совсем нет.

– Может быть, он уже растаял? – предположила Мариша. – Последнюю неделю погода стоит теплая. Настоящая весна.

– Нет, нет, – заверила ее Юлька. – Я знаю, как выглядит песчаная куча, перезимовавшая под снегом.

Беседуя таким образом, подруги подошли к одной из скамеечек, на которой сидела упитанная женщина лет тридцати пяти и, лениво позевывая, призывала пухленького карапуза не пачкаться. Видя, что женщина явно скучает, подруги рассудили, что вряд ли она откажется завести с ними беседу. Так оно и оказалось.

– Чудесный сегодня день, – обратилась к ней Юлька. – Сущее удовольствие в такой денек детишкам поиграть в песочек.

– И не говорите! – охотно откликнулась мамаша. – Раньше просто не знала, чем своего занять. Центр, до парка далеко. А теперь благодать, вышли во двор и гуляем. Хорошо, что Витя привез машину песка.

– Витя?

Через несколько минут подруги уже знали, что Витей зовут соседа из пятнадцатой квартиры. Что у него тоже есть ребенок – девочка Катя трех лет. Этот Витя зарабатывает себе на жизнь, продавая песок для строительства. Теперь он и сделал доброе дело, подогнал к ним во двор грузовик песка для детишек.

– А вы тут давно живете? – спросила у мамаши Юлька. – Наверное, всех соседей знаете в лицо.

– Да уж, торчу целыми днями во дворе, так всех вижу, – кивнула женщина.

– А вот этого мужчину не видели?

И Юлька сунула женщине фотографию худосочного.

– Кто же это такой? – задумалась женщина. – Изможденный какой-то, хотя одет прилично. Вроде бы лицо знакомое, но тут, в нашем доме, он точно не живет. Может быть, ходит к кому-то? Валентина Семеновна, гляньте, – обратилась она к женщине постарше. – Не знаете, кто это может быть?

– Так это ж Никита Кураев, – сказала она. – Муж Нонны. Бывший, правда.

– Это Нонна, от которой год назад муж ушел и все вещи из квартиры вывез? – уточнила молодка. – Точно, он! А я его и не узнала. Высох, похудел. Лысина какая жуткая. А был очень даже интересный мужчина! Надо же, что с людьми жизнь делает!

– Небось, высосала его та дрянь, что от жены увела, – злорадно фыркнула пожилая тетка. – Так ему и надо! А откуда у тебя фотография?

– Они дали, – кивнула в сторону Юльки с Маришей молодая женщина.

– Мы из детективного агентства, – тут же бодро соврала Мариша в ответ на вопросительный взгляд Валентины Семеновны. – Наша клиентка поручила следить за своим мужем. У нее подозрение, что он собирается вернуться к своей прежней жене.

– Да вы что, следили за Никитой? – выразительно подняла брови пожилая. – В таком случае смело можете передать этой твари, которая вас наняла, что Нонна своего Никитку обратно никогда не примет. У Нонны теперь другой муж. Побогаче и пощедрей будет. Он Нонне и ремонт в квартире шикарный сделал, и вообще всю обстановку новую купил. И саму ее этой зимой два раза на курорт возил. Так что она про Никиту и думать забыла. И пусть эта дрянь, ваша клиентка, локти себе теперь кусает и то старье, что Никита из дома при разводе вывез, через старьевщиков распродает.

– Мы так не можем, – вздохнула Мариша. – Нам отчет предоставить нужно. Может быть, это только вы так говорите, что муж Нонне не нужен, а она сама в глубине души еще питает к нему нежные чувства.

– Ну так и поднимитесь сами к Нонне! – ответила женщина. – Она дома и вам полный отчет даст о том, какой этот Никита мерзавец. Нежные чувства! Скажете тоже! От Нонны ее Никитка всю жизнь гулял, даром что замухрышка. И от этой твари, что его у Нонны увела, тоже гулять будет. Горбатого – могила исправит! Вот так-то!

При этом темные глаза женщины так нехорошо сверкнули, что подруги заторопились распрощаться и отправились искать квартиру Нонны. Она находилась на четвертом этаже. Вход в нее перекрывала массивная стальная дверь, сверху деликатно прикрытая фасадом из МДФ. Судя по блестящей, якобы старинной бронзовой ручке, изящному звонку, тоже под старину, и причудливому «глазку» в дверях, соседка насчет ремонта в квартире Нонны не соврала. Стоило подругам подергать за цепочку на звонке, как в квартире раздался мелодичный звон. Дверь распахнулась, и на пороге возникла здоровущая деваха с закатанными почти до подмышек рукавами, из которых выглядывали натруженные красные руки.

– Чего опаздываете? – громогласно осведомилась она у подруг. – Живей заползайте. Шторы-то где?

Подруги перешагнули порог и оторопело переглянулись. И это Нонна? Да она раза в два массивней своего супруга. И какая неряха! И то сказать, если квартира сияла чистотой, то открывшая им дверь деваха была одета в какой-то замызганный халат и растоптанные тапки на босу ногу.

– Опять не принесли? – ахнула деваха, углядев, что в руках подруг нет ничего хотя бы отдаленно похожего на шторы. – И чего вы тянете? Хозяйка извелась прямо! У нее сегодня гости будут, а у нее окна без тюля. Это же позор! Уж она вам сейчас задаст! Держитесь!

После этого деваха отворила дверь и громогласно заявила:

– Нонна Степановна, к вам тут девушки. Насчет штор!

– Вера, сколько раз тебе повторять, чтобы ты не орала. Пусть войдут, – раздался приятный голос из комнаты.

Домработница посторонилась, пропуская пришедших. Войдя в комнату, подруги с изумлением огляделись по сторонам. Они оказались в спальне, заставленной мебелью с малиновой парчовой обивкой. На потолке висела массивная люстра с хрустальными подвесками и цветным стеклом. В центре стояла широкая кровать, застеленная таким же малиновым покрывалом. Но самой хозяйки нигде не было видно. Наконец она появилась, выйдя из-за легкой ширмы, отгораживающий угол комнаты.

Нонна оказалась еще совсем не старой женщиной, лет сорока – сорока пяти. Ее роскошные телеса упруго выпирали из просторного розового халатика с более темной шелковой оторочкой. Ее густые каштановые волосы были зачесаны наверх и спадали по плечам пышными локонами. Карие глаза Нонны, чуточку навыкате, напоминали коровьи, но были по-своему красивы.

– Вы ко мне? – удивилась она, увидев подруг. – А где же Лариса? Мы договаривались, что она сама лично завезет шторы. Впрочем, не важно. Привезли заказ?

– Простите, но мы к вам не по поводу ваших штор, – сказала Мариша. – Мы к вам по поводу вашего мужа. Вы с ним когда в последний раз виделись?

– Что с ним? – ахнула женщина. – Боже мой, что случилось? Он попал в аварию? У него приступ? Не томите же меня!

– Нет, нет, – поспешно заверили ее подруги. – С ним все в порядке.

– Так зачем же вы спрашивали, когда мы с ним в последний раз виделись? – изумилась Нонна. – Сегодня утром и виделись. Нет, вы от меня что-то скрываете!

– Утром? – переспросила Мариша.

– Ну да! – с раздражением кивнула Нонна. – Проснулись, выпили кофе и он поехал на службу. А что вас удивляет?

– Так он к вам все-таки вернулся? – оторопела Мариша.

– Что за ерунда? Где вы его здесь видите? Нет! Он еще не возвращался! – начала раздражаться Нонна.

– Простите, вы нас не совсем верно поняли, – вмешалась в разговор Юля. – Мы говорим о Никите. Он когда был у вас в последний раз?

– Ах, вот вы о ком! – рассмеялась Нонна. – Уф! Прямо от сердца отлегло! Но нет, Никита мне больше не муж. Мы с ним развелись три месяца назад. И я уже снова вышла замуж. Я думала, вы меня спрашиваете о моем новом муже.

– Нет, – покачала головой Мариша. – Нас интересует как раз ваш прежний – Никита.

– Я его после развода не видела и видеть бы не желала! – решительно заявила Нонна. – Такой мерзавец! Мало того, что ушел от меня к какой-то молоденькой потаскушке, так еще и все вещи из дома вывез! Я домой вечером с работы вернулась, батюшки святы! Во всем доме один стол колченогий стоит и раскладушка! Я сначала подумала, что у нас воры побывали. А потом опомнилась, думаю, как же воры, если дверь-то не взломана. Я к соседям. А они мне так удивленно и говорят, а разве вы, Нонна Степановна, вместе с мужем вещи перевозить не поехали? Он, говорят, еще днем приехал на двух машинах и все вещи забрал. Вот так-то. А у нас и новый польский гарнитур был куплен. И мебель мягкая. И в кухню мы технику разную приобрели. Так все вывез. У меня даже мойки и газовой плиты не осталось. Воды было не набрать, потому что этот гад даже смесители в ванной и кухне и те свернул. Удивительно, что еще унитаз не снял. А у меня как на грех в кошельке три рубля. Дело-то перед его днем рождения было, я на все деньги ему свитер красивый и ботинки купила. Как жить? Хорошо, думаю, что на книжке у меня копеечка на черный день отложена. Так что вы думаете, он и с моей сберкнижки все деньги тоже снял. У меня на него доверенность оформлена была. Мало ли что может случиться. Вот он этим и воспользовался. И ни записки не оставил, ничего.

И Нонна замолчала, потянувшись за сигаретами. Потом она закурила и по спальне потянулся холодноватый аромат ментола.

– Разнервничалась я что-то, – посетовала Нонна и спохватилась: – А кстати, чего это вы моим бывшим муженьком интересуетесь? Нужен он вам зачем-то?

Подруги смущенно переглянулись. Они как-то не придумали, что соврут Нонне. И теперь растерялись.

– Мы ведь можем рассчитывать на конфиденциальность? – наконец произнесла Мариша, одновременно заговорщически подмигивая Нонне. – Вы никому не скажете?

Какая бы женщина не клюнула на подобную приманку? Вот и Нонна мигом оживилась и охотно закивала в ответ.

– А что случилось-то? – на всякий случай понизив голос, спросила она.

– Мы из журнала! – сказала Мариша. – «Будни звезд». Слышали?

– Краем уха вроде бы слышала, – ответила Нонна, несказанно изумив обеих подруг, потому что это название Мариша придумала только что и исключительно для Нонны.

– Но вообще-то я ни газет, ни журналов не читаю, – порадовала подруг Нонна. – А о чем пишет ваш журнал?

– Как сейчас принято, обо всем, – пожала плечами Мариша. – Но нам редактор поручил написать статью о Никите Кураеве.

– О Никитке? – даже задохнулась от возмущения Нонна. – Статью? Чтобы весь мир о нем прочитал?

– Да, вообще-то мы надеялись, что вы как его жена сможете рассказать нам о вашем муже. Но если вам неприятно о нем говорить… То мы напишем что-нибудь безлико-хвалебное, или вы хотите, чтобы мы написали всю правду?

И Мариша многозначительно замолчала. Конечно, Нонна хотела правды! Еще как! У нее даже глаза засверкали в предвкушении того, как вся страна будет читать ее откровения о бывшем супруге.

– Давно про этого подлеца не вспоминала! – кровожадно хмыкнув, произнесла она. – Но вам, так и быть, я всю его подноготную выложу и всю его подлую натуру по полочкам разложу. Терпела, терпела, а сейчас прямо чувствую, как накипело в душе. Мне ведь не вещей жалко. Борюша – мой новый муж в десять раз дороже обстановку купил. И ремонт сделал. Просто подлость человеческая мне до сих пор покоя не дает. Ведь как же это можно? Почти двадцать лет мы с Никитой прожили, он к нам нищим студентом пришел, моя мама нас и кормила, и поила, и одна тянула, пока мы учились. И еще сестра у меня младшая есть, о ней тоже позаботиться нужно было. Отец у нас рано умер. А родители Никиты ничем нам помогать не хотели. И работать я раньше Никиты пошла. Он-то еще в ординатуре учился, а я уже работала, чтобы дома хоть какие-то денежки завелись. И потом я всегда работала. Пока Никита известность свою приобрел да деньги наконец зарабатывать начал. А ведь это только в последний год нашей жизни и случилось. И что? Считайте, что все им заработанное к этой стерве и переехало. Да еще и мои личные деньги вложены были.

– А вы ее знаете, эту мерзавку, которая у вас мужа увела? – спросила Юлька.

– Да в том-то и прикол, что это я ее к нам домой привела, – фыркнула Нонна. – Она сестра Милки. А Милка – это подружка моя школьная. Я с Милкой дружила, а Ирка все возле нас крутилась. Она нас младше на десять лет, но родители Милы, да и моя мама, младших сестер всегда нам поручали. Вот нам и приходилось всюду с Иркой в качестве пажа гулять. Встретились мы с ней совершенно случайно, разговорились. Я ее к нам на ужин и пригласила. Даже в голову не могла взять, что она на моего Никиту позарится.

– Наверное, она не на него самого позарилась, а на те деньги, которые он зарабатывал, – предположила Мариша.

– Может быть, да только мне от этого не легче было, – еще раз вздохнула Нонна и затушила сигарету в красивой пепельнице в виде розовой морской раковины.

– А как вы его выследили? – жадно спросила Мариша. – От кого узнали, куда ваш муж от вас ушел?

– Да очень просто, – пожала плечами Нонна. – Никита к тому времени уже из больницы ушел, свою клинику открыл. И то сказать, врач он от бога, этого у него не отнять. И клиентура у него к этому времени уже своя наработана была. У нас ведь в стране как, если врач хороший, так пациент за ним и сам хоть куда пойдет и друзьям и родственникам своим посоветует. Вот так и получилось, что когда Никита свою собственную клинику открыл, то его старые пациенты вместе с ним перекочевали. Опять же у Никиты в клинике порядки были строгие заведены. Персонал всегда приветливый, с улыбочками. В коридорах и палатах чисто, везде цветочки. В каждой палате и телевизор, и холодильничек, и мебель красивая. Люди же нынче избаловались. Это раньше положат тебя в отдельную палату, ты уже и рад до небес.

– Извините, а в какой области специализируется ваш бывший муж? – спросила Юлька.

– Он хирург, – пояснила Нонна. – Органы пищеварения, вот его специализация. А ведь все я! Сколько лет мы с мамой этого засранца на себе тянули. И зачем? Как только он нормально зарабатывать начал, как его Ирка – змея подколодная – хлоп! – и увела. И ведь что интересно, я как только узнала, кто у меня мужа увел, сразу же Миле звонить стала. Говорю, дрянь у тебя сестра. А Мила сама в слезы. Оказывается, у них с Иркой такая же точно история произошла. Только там у Ирки промашка получилась. Милка-то перед родней соловьем разливалась, что ее Миша золотые горы зарабатывает, чтобы они, значит, ей нотации лишний раз не читали, мол, она своего мужика ни к чему пристроить не сумела. Вот Ирка и решила мужа у сестры увести. Да только как узнала, что все деньги у них в семье ее сестра зарабатывала, а Мишка сам по себе ноль без палочки, гроши получает, так на попятный пошла. Понятное дело, что отношения между сестрами все равно порушились, но Мишка обратно в семью вернулся.

– И ваша подруга его простила?

– Да уж больно плакался, – вздохнула Нонна. – А Милка всегда жалостливой была. Вот и приняла обратно. А я бы не приняла!

– И ваш муж к вам приходил? – возликовали подруги.

– Притаскивался дня три назад! – кивнула Нонна. – Только меня дома не было. Верка – моя домработница дверь ему открыла. Говорит, насилу его узнала. Хотя в одном доме с нами сколько лет прожила. И Никиту хорошо знает. А тут стоит перед ней что-то тщедушное, лысенькое, глазки по сторонам бегают. Костюмчик на два размера ему велик, так Никитка со своей мымрой истощал. Верке прямо его жалко стало. Но в дом она его, конечно, не пустила. На этот счет у нее строгие указания от Борюсика имеются: Никитку в дом не пускать!

– А почему? – заинтересовалась Юля. – Что, ваш муж сюда уже приходил?

Нонна молча кивнула.

– После развода? – ахнули подруги.

– То-то и странно, – ответила Нонна. – Я сама ничего понять не могла. Через два месяца после нашего с Никитой развода я от соседей узнаю, что ко мне днем, когда меня не было дома, приходил мой бывший муж.

– Он снова хотел вас обокрасть?

– Ну, этот фокус у него бы вряд ли прошел, – самодовольно хмыкнула Нонна. – Когда делали ремонт, поменяли и входную дверь. И замки. Так что ключи, которые сохранились у Никиты, к новым замкам не подошли. Но в тот же день вечером Никита позвонил мне снова.

– И что ему было нужно?

– Умолял меня разрешить ему навестить меня дома, – фыркнула Нонна. – Нес какую-то чушь, что ему позарез нужно со мной увидеться.

– А вы?

– Я передала трубку Боре и предложила ему поговорить с Никитой. Уж он ему наговорил! До сих пор приятно вспомнить, как он на него орал! Я думала, что Никита отстанет. Он вообще-то трусоват. А Борис четко ему объяснил, что если он еще раз сюда сунется, то он ему морду набьет и все руки-ноги переломает. И что вы думаете, несмотря на эту угрозу на следующий день рано утром Никита снова мне позвонил.

– Да вы что! – удивились подруги. – Надо же, какой настырный. И чего это ему от вас так сильно понадобилось? Неужели действительно хотел вернуться?

– Не знаю, – покачала головой Нонна. – Я с ним разговаривать отказалась. Тогда он начал плести какой-то бред, что ему нужно забрать свои вещи! Вы можете себе представить! Он мне одну старую табуретку оставил. Я так ему и сказала: все свои вещи, да и многие мои тоже, ты нагло вывез. И не надейся, что я позволю тебе повторить этот маневр.

– И что он ответил?

– Не знаю, я сказала и сразу же повесила трубку и отключила телефон, – ответила Нонна. – И на некоторое время забыла о Никите. Тем более что нас чуть было не обокрали. И мне пришлось разбираться в милиции.

– Хм, – пробормотала Мариша. – Странное совпадение. А что у вас украли?

– Как ни странно, почти ничего… Деньги, но немного. Только то, что Боря оставлял мне на хозяйство. И еще что-то по мелочи. Несколько моих колец, но недорогие. Основные ценности мы держим в сейфе. А до него грабители не добрались. Но дело-то не в этом. Просто было противно, что чужие люди копались в наших вещах. Представляете! Эти вандалы исковеркали мой новенький встроенный шкафчик! – воскликнула Нонна. – У нас в прихожей раньше была такая уродливая ниша. Когда мы с Никитой жили, она у нас просто занавеской была завешана, и там хранилось всякое барахло. А потом, когда мы ремонт делали, Борис предложил там шкафчик встроить. Очень удачно получилось. И шкафчик такой симпатичный получился. Вишневое дерево, резные дверцы. И замочек такой хорошенький. Правда, дверцы немного неплотно закрывались, так приходилось их на ключ запирать. Наверное, воры из-за этого и подумали, что там ценности какие-то спрятаны. В общем, даже хорошо, что так получилось. Они со шкафчиком этим провозились, на осмотр остальной квартиры у них времени, наверное, и не хватило. А дверцы нам столяр новые сделал. На этот раз тщательно их подогнал, все хорошо закрывается.

– Шкафчик, говорите, – пробормотала Мариша, у которой в голове крутилась какая-то мысль, которую она никак не могла ухватить.

– Ну да! – кивнула Нонна. – Так о чем это я? Ах, да, Никита на некоторое время от нас отстал. Я уж думала, что образумился. А тут три дня назад опять появился. Вера ему дверь открыла, а он в дом рвется. Пусти, говорит, толстая корова, я тут прописан. Имею право находиться! Вы подумайте, гад какой! Права качает. Как все вещи из дома вывозить да мои драгоценности для этой Ирки красть, так он о чужих правах не думал. Ну, я ему вечером перезвонила и тоже нашла что сказать.

– Куда перезвонили? – спросила Юля.

– Этой Ирине домой, – ответила Нонна. – Никита у нее пока живет! А мне Милка телефон дала.

И Нонна пустилась в пространный рассказ о том, что она сказала Никите и его сожительнице. Но подруги ее уже не слушали. Дождавшись паузы в монологе Нонны, они выяснили адрес Ирки и поторопились уйти. Нонна отправилась провожать гостий в прихожую. И прислонившись полным плечом к красивой резной дверце, она еще раз повторила:

– Так вы уж в своей статье этого мерзавца так опишите, чтобы к нему пациенты опасались обращаться. Всю правду напишите. Мол, честный человек так с женой не поступил бы. Небось, он и пациентов своих обдирает. Облейте этого паразита грязью хорошенько. Чтобы он ко мне и дорогу забыл!

С этим пожеланием Нонна отпустила подруг.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Ирка жила в самой обычной типовой девятиэтажке. Обитая вагонкой дверь скрытой в квартире роскоши не предполагала. И тем не менее дверь подругам открывать не торопились. Девушки позвонили раз и еще раз, пока наконец за дверью не раздался какой-то шорох.

– Ира, откройте! – закричала Юля.

– Иры нет дома, – раздался приглушенный голос. – И вообще никого нет.

– Тогда передайте ей, что она выиграла приз – поездку на месяц на Багамы, – брякнула Юля. – Сейчас мы вам телефон оставим, чтобы она перезвонила, когда вернется.

Но писать записку подругам не пришлось. После Юлькиных слов дверь мгновенно отворилась, и в образовавшуюся щель высунулась маленькая женская темноволосая головка. Озабоченно повертев ею, обладательница головки смерила подруг цепким взглядом. Безошибочно оценив Юлькин кожаный плащик из «Тото», а также Маришины итальянские сапоги и пальто из шерсти ламы, девушка посторонилась и пропустила подруг.

В квартире был не то чтобы беспорядок, но все вещи располагались как-то не так. Кроме того, в углу стояло два громадных чемодана, возле которых валялась мужская и женская одежда. По всем признакам хозяева этой квартиры явно собирались куда-то ехать. Причем уезжали они поспешно.

– Что вы там говорили о призе? – жадно осведомилась девушка у подруг.

– Мы можем рассказать об этом только самой Ирине, – твердо произнесла Мариша.

– Я она самая и есть, – кивнула девица. – Что? Не верите? Могу и паспорт показать!

И она быстренько метнулась к чемоданам. Из бокового кармана одного из них она вытащила паспорт и сунула его подругам. Паспорт был выдан на имя Буровой Ирины. Фотография на паспорте тоже совпадала.

Ирина была худощава, и в ее облике чувствовалось что-то змеиное. Маленькая подвижная головка, блестящие глазки-бусинки, острые зубки. Казалось, что между ними того и гляди мелькнет раздвоенный язычок. И вообще, никакой особой красотой Ирина не отличалась. Даже непонятно было, от чего там Никита потерял голову. Девушка подругам совсем не понравилась. Тем не менее Мариша придала лицу приветливо-радостное выражение и торжественно возвестила:

– Поздравляю вас! Вы выиграли путевку на Багамы на два лица сроком на один месяц.

– Вот повезло-то! – восхитилась Ирина, не усомнившись в реальности приза. – Так я и знала, что мне обязательно повезет и все уладится. Мне вообще всегда везет. А когда вылетать?

– Как только будут готовы документы, сможете вылететь первым же рейсом, – не моргнув глазом, произнесла Мариша. – Если хотите, можете прямо сейчас поехать к нам в офис. Вы сейчас можете?

– Могу! – с готовностью кивнула девица.

– А что, у вас телефон отключен? – спросила Юля, успевшая уже к этому времени увидеть вытащенный из розетки штекер.

– Ой, тут такая неприятная история! – наморщила узенький лобик Ирина. – Пациентки моего мужа совсем достали! Идиотки какие-то! Звонят целый день, надоели! Вот и отключила!

– Кстати, а вы одна полетите? – сделала вид, что спохватилась, Мариша.

– Нет, а что? – насторожилась девушка. – За второго человека что-то платить нужно?

– Нет, – помотала головой Мариша. – Но если вы летите не одна, тогда нужно присутствие у нас в офисе этого второго человека вместе с его паспортом.

– Это еще зачем? – надулась Ирина. – И где я вам сейчас Никиту найду? Он у себя в клинике. У него операция.

– Можно не сейчас, а ближе к вечеру, – сказала Юля. – Или мы сами заедем к вашему мужу, снимем ксерокопию его паспорта, и этого будет достаточно. Мы пока подготовим документы, чтобы времени не терять, а вы вечером вместе с ним подъедете к нам в офис.

– В самом деле? – оживилась Ирина. – Все сами сделаете? Это было бы классно. А то у меня, честно говоря, еще куча дел на сегодня намечена. Сейчас я вам дам его адрес и рабочий телефон.

И пока дурочка старательно выводила какие-то каракули, подруги успели обменяться торжествующими взглядами.

– Только вы телефон-то включите, – напомнила Юля. – А то как же мы к вам дозвонимся?

– А я вам свой сотовый дам, – ответила Ирина и написала еще одну строчку. – И номер сотового Никиты тоже. Хотя он сейчас наверняка в больнице. Так что номер трубки Никиты вам, собственно, и не нужен. Но уж ладно, на всякий случай. Только если будете звонить, сразу скажите, что от меня. А то разговор может и не состояться.

– Что, совсем пациенты достали? – сочувственно спросила Мариша. – Ваш муж такой хороший хирург?

– Да уж, никто не жаловался, – с мрачной усмешкой ответила Ирина. – Только эти две ненормальные нам покоя не дают. Что-то им там померещилось, вот и названивают. Ужас! Вы не представляете, как этот приз нам с Никитой кстати придется. Эти бабы нас буквально задавили. Если вы их возле дома не увидите, значит, они почти наверняка возле Никитиной клиники дежурят. Идиотки! Наша жизнь из-за них превратилась в настоящий кошмар. Мы с Никитой и так решили, что из города нам на время нужно уехать. Уже и вещи собирали, а я туристические фирмы обзванивала. А тут вы появилась! Нет, ну как кстати! Просто изумительно! И платить ничего не надо. Слушайте…

И тут в глазах Ирины блеснула какая-то мысль.

– А вы можете как-нибудь так сделать, чтобы мой муж не просек, что этот тур нам совсем бесплатно достался?

– К сожалению, думаю, нет, – ответила Мариша.

– Жаль, – явно расстроилась Ирина. – А то вообще бы чудесненько получилось. И тур оказался бы у нас в кармане, и денег бы я еще со своего козлика вытрясла. А то он такой жмот! Вечно за каждую копейку давится. А я ведь его моложе почти на десять лет. Это ведь ценить нужно! Ну, ничего, я ему скажу, что уже внесла деньги за другую путевку, когда вы приехали. Так что от той путевки отказаться пришлось. И всей суммы мне не вернули. Хоть что-то с него сдеру. А сколько ваш тур стоит?

– Около тысячи, – брякнула Мариша первую попавшуюся цифру.

– Это на двоих?

– На каждого.

Ирина хищно облизала тонкие губы и спросила:

– А что если я вам дам пятьсот долларов из этих двух тысяч? Вы сможете сделать так, чтобы Никита никогда не узнал, что тур я выиграла? Ведь выиграла-то его я! С какой это радости я должна его с собой бесплатно тащить? Нужен он мне на Багамах. Я там себе побогаче и пощедрей мужика спокойно найду. Зачем же мне такую халяву ему дарить?

Эта мысль так прочно овладела небольшим, но хищным умишком Ирины, что она вцепилась в подруг мертвой хваткой, склоняя их на разные лады к обману. В общем, подруги были рады, когда наконец распрощались с этой женщиной и покинули ее квартиру. Чувствовали они себя при этом так, словно искупались в сточной канаве.

– И кто поймет этих мужиков! – возмущалась Мариша, шагая по улице к своему «Форду». – Какого черта им надо? Ведь была же у этого врача хорошая заботливая и красивая жена. Так нет же! Потянуло на эту кобру гремучую! А она ведь, кроме своей выгоды, в жизни ничего и знать не хочет.

– Забудь ты о ней! – буркнула Юля. – Нонна нашла себе хорошего человека, а Никита пусть с этой стервой мучается. Высосет она его как апельсин, а шкурку выбросит. Вот, все, кто его раньше знал, уже и так говорят, что он сильно сдал.

– Ну да, – пробормотала Мариша. – Оно так, конечно. Ну ладно, бог с ними. А вот как ты думаешь, что могло связывать моего Смайла с этим человеком?

– А Смайл у тебя ничем не болел? – спросила Юля. – Может быть, у них была чисто профессиональная встреча?

– В кафе? – усомнилась Мариша. – Да еще возле дома бывшей жены Никиты, где врач теперь не смеет и появиться? Да и вообще, ты же знаешь, Смайл здоров как бык.

– Все меняется, – заметила Юлька. – Вспомни, он никаких таблеток в последнее время не глотал?

Мариша призадумалась и вспомнила, что Смайл вдруг резко перешел на диетическую пищу. И стал избегать жирного мяса, а однажды в гостях у Маришиной мамы к своему излюбленному плову даже не притронулся.

– И даже если бы ему понадобилась медицинская помощь, он бы все равно пошел в клинику к этому Кураеву, а не встречался бы с ним в кафе, – упрямо повторила Мариша. – Нет, я чувствую, тут что-то другое.

– Ничего, сейчас найдем этого Кураева и выясним у него, что там у них со Смайлом за таинственные делишки были, – утешила подругу Юлька.

Но в клинике их поджидала неудача.

– Господин Кураев только что уехал, – сообщил подругам дюжий охранник, сидящий на входе.

– Как же так? – растерялись девушки. – У него же должна быть операция.

– Он неважно себя почувствовал, – покачал головой охранник. – Так что операцию пришлось отменить. Но если честно, то его просто эти бабы вконец измучили.

– Какие бабы?

– Да вон эти! – кивнул головой охранник в окно.

Подруги выглянули и увидели, что во внутреннем дворике по кругу ходят несколько человек, держа в руках транспаранты с какими-то лозунгами. Время от времени кто-то из них открывал рот и что-то выкрикивал. Что именно, из-за тройных стеклопакетов было не разобрать.

– Видите, что делается? – посетовал охранник. – Я уже милицию вызвал. Сейчас разгонят этих кликуш. А то ходят тут и репутацию нашей клиники позорят. Я лично так считаю: есть у тебя доказательства, ступай в суд и там разбирайся. А если одни только подозрения, то нечего и головы людям морочить. А то ведь что получается, люди-то этих кликуш послушают да и подумают, что дыма без огня не бывает. И эти женщины в чем-то да правы.

– А на самом деле? – спросила Мариша.

Но охранник в ответ скорчил такую пренебрежительную гримасу, что и без слов стало ясно, как он относится к этим дамочкам под окнами клиники. И в это время Мариша почувствовала, что ее кто-то тянет за руку.

– Пошли! – прошептала Юлька.

– Куда? – удивилась Мариша.

– Поговорим с этими тетками, пока их менты не разогнали.

– Да зачем они нам?

– Нам они ни к чему, но эти женщины как-то связаны с Кураевым, а тот с пропавшим Смайлом, – ответила Юлька. – Чувствуешь, куда я клоню?

Мариша молча восхитилась прозорливостью Юльки, и подруги помчались во двор. Лозунги были самые разнообразные, но суть их сводилась к тому, что господин Кураев мясник и сволочь и ему не место в ряду честный врачей.

– Скажите, – остановила Мариша одну из женщин, – а вы лично знакомы с господином Кураевым?

– Будь он проклят! – злобно взвизгнула та. – Он моего мужа насмерть зарезал! До операции жил себе человек потихоньку, так нет же, понадобилась ему эта операция. Я уж ему твердила, твердила, а все без толку. Зачем, спрашиваю, тебе, Феденька, эта операция? Ну, кушал ты себе пять лет овсянку на воде и вареные овощи, так у тебя и полнота прошла, и вообще самочувствие было неплохое. А он мне и заявляет, что по поросенку с хреном соскучился. Вот и будет теперь своего поросенка в раю кушать!

– Так ваш муж умер на операции у Кураева? – догадалась Юля.

– Да кабы у меня у одной! – воскликнула женщина. – Все мы тут от него пострадали. Мы все родственники людей, которых убил этот палач!

– Ой, – ужаснулась Мариша, быстро подсчитав, что во дворе вышагивает не меньше полутора десятка человек.

Но продолжить интересную беседу подругам не удалось. Приехала милиция, и митингующие быстро попрятали свои лозунги и разбежались в разные стороны. Поняв, что тут больше ничего интересного не предвидится, подруги решили покинуть клинику и найти господина Кураева по его сотовому телефону.

– Я сейчас занят! – закричал в трубку Кураев, когда подруги дозвонились до него.

– Но с нами вы все же должны встретиться! – разозлилась Мариша. – Мы за вами целых три дня носимся.

Со злости она немного преувеличила, но Кураев тем не менее проникся и спросил:

– А что вам от меня нужно?

Узнав, что это ему звонит жена человека, который разговаривал с ним в кафе «Мариотт» у «Пяти углов» три дня назад, он внезапно сильно разволновался и пожелал узнать подробности. А услышав, что Смайл таинственно исчез сразу же после их разговора, совсем раскис.

– У него даже голос задрожал, – поделилась Мариша с Юлькой, когда разговор с Кураевым был закончен. – Ты бы слышала! Такое впечатление, что он штаны обмарал!

– Но он тебе объяснил, зачем встречался со Смайлом? – спросила у нее Юлька.

– Нет, он обещал навести справки и перезвонить мне поздней, – сказала Мариша.

Юльку моментально одолели сомнения.

– Думаешь, он сдержит свое слово? – спросила она у Мариши. – И вообще, что это за тайны такие? Почему Кураев сразу тебе все не рассказал?

– Не знаю, вроде бы он очень испугался и не смог говорить, – ответила Мариша. – Ладно, ничего не поделаешь, подождем.

И подруги принялись ждать. А пока что решили зайти в кафе и поужинать. Время шло, а Кураев все не звонил. Наконец терпение подруг лопнуло.

– Я позвоню ему сама! – заявила Мариша. – Сил нет больше ждать! И если он не ответит, то я… Я просто не знаю, что я с ним сделаю.

Но Кураев ответил. Голос у него был довольно бодрый. Поняв, кто ему звонит, он ненадолго задумался, при этом в трубке слышались гудки машин и прочий уличный шум.

– Ну что? – поторопила его Мариша.

– Жду вас через час, – наконец произнес Кураев. – Все объясню при встрече!

– И куда нам предстоит ехать? – поинтересовалась Юлька.

– В Ольгино, – сказала Мариша. – Какой-то частный дом. Адрес он нам дал.

– Ой, не нравится мне все это! – даже зажмурилась от нехороших предчувствий Юля. – Мало ли что у этого типа на уме? Заманит нас невесть куда. И что это за странное место для встречи? Почему бы нам не встретиться где-нибудь в оживленной центральной части города?

– Если боишься, я поеду одна, – грустно произнесла Мариша. – Честно. Без обид. Я все понимаю. Можешь не ездить.

– Что ты там понимаешь? – разозлилась Юлька. – Чтобы я тебя бросила одну в такой ситуации? Ты за кого меня принимаешь! Конечно, я поеду с тобой!

– Спасибо! – обрадовалась Мариша. – Честно говоря, я рада, что ты так решила.

В ответ Юля только фыркнула. Усевшись в машине, она постаралась поудобней устроиться на сиденье, и тут ее внезапно озарила светлая мысль.

– У тебя есть оружие? – воскликнула она, кровожадно обводя взглядом салон «Форда».

Мариша, которая в этот момент как раз заводила машину, вздрогнула и замерла.

– Оружие? – дрогнувшим голосом произнесла она. – Что ты имеешь в виду?

– Не притворяйся идиоткой, – зло буркнула Юля. – Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду. Мне этот Кураев совсем не нравится. Кто его знает, что у него на уме. И вообще, имея дело с тобой, Мариша, всегда нужно быть готовой к самому худшему.

– У меня есть газовый баллончик, – задумчиво произнесла Мариша. – Правда, у него вышел срок годности. А еще есть монтировка.

Юля одобрительно кивнула.

– А у меня есть электрошок, – сказала она. – Ладно, будем надеяться, что с одним Кураевым мы с помощью этих нехитрых приспособлений справимся и сумеем развязать ему язык. Он не выглядит особо стойким.

Что будет, если Кураев явится на встречу не один, а в компании какого-нибудь дюжего приятеля или даже двух, подруги предпочли не думать. В Ольгино они оказались примерно минут через сорок пять. Нужный дом искали примерно еще столько же, старательно вымешивая весеннюю грязь модельными сапожками и пытаясь не думать, во что теперь эти сапожки превратятся. Дело осложнялось еще и тем, что таблички на домах отсутствовали либо были затерты. И подругам приходилось пробираться по участкам к темным домам, стучать жильцам и выяснять номер, отыскивая нужный им дом.

– Что за мистика? – ворчала вспотевшая от напряжения Мариша. – Седьмой дом есть, одиннадцатый есть, а где же девятый? Тут он должен стоять, а его нет! И главное, никто толком подсказать ничего не может.

– Но, с другой стороны, никто из старожилов и не говорит, что такого дома вообще нет, – робко заметила Юля.

– А что они говорят? – вспыхнула Мариша. – Они говорят, что не знают такого дома! Это одно и то же!

В конце концов подруги окончательно плюнули на свою обувь и стали месить грязь в промежутке между седьмым и одиннадцатым домами. Тут все заросло деревьями и больше походило на лес. Именно поэтому подруги в темноте и не заметили с улицы приземистое деревянное строение, на котором чья-то рука белой краской намалевала огромную цифру девять.

– Вот он! – обрадовалась Мариша и рванула к дому.

Юлька едва успела ее перехватить.

– Постой! – прошептала она. – Похоже, дом совсем развалился. И необитаем.

– Конечно, необитаем! Какой нормальный человек станет жить в доме, в котором обвалилась крыша! – возмутилась в ответ Мариша. – Но нам-то с тобой какое дело до состояния этого дома? Мы же его не покупать явились!

– Но тебе не кажется странным, что Кураев назначил нам встречу именно в этом месте? – едва слышно прошептала Юля. – Более подходящего он не нашел?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.