Мэри Линн Бакстер
По обе стороны любви

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Увидев возле кофейни «Сип энд снэк» Харви Типтона, начальника почтового отделения, Грант Уилкокс вылез из своего грузовика. Харви поприветствовал его, улыбаясь сквозь густые усы.

– Эй, может, заглянешь ненадолго? Или мне позвать кого-нибудь еще?

Грант недоуменно посмотрел на него.

– Ты о чем?

– О новой цыпочке.

Грант поморщился.

– Полагаю, речь идет о новой женщине, приехавшей в город, верно?

– Верно, – все еще ухмыляясь, ответил Харви. Он явно не видел ничего зазорного в употреблении сниженной лексики. – Она замещает Рут.

Грант внутренне содрогнулся. И надо же ему было, как назло, столкнуться с главным сплетником в городе! То, что он был мужчиной, только усугубляло ситуацию.

– Это для меня новость. Я уже давно не заходил к Рут.

– Когда ты увидишь новенькую, ты об этом пожалеешь.

– Сомневаюсь, – сухо произнес Грант.

– Не думал, что ты устал, Уилкокс.

– Дай мне передохнуть. – Грант был раздражен и даже не пытался этого скрыть.

– Она настоящая красотка, – не унимался Харви. – Остальные ей в подметки не годятся.

– Зачем ты мне все это рассказываешь? – произнес Уилкокс скучающим тоном, надеясь, что Харви поймет намек.

Харви заговорщически улыбнулся.

– Подумал, что это может тебя заинтересовать, поскольку ты здесь единственный, у кого нет жены. – Он похлопал Гранта по плечу.

На мгновение Гранту захотелось расквасить ему нос, но, разумеется, он этого не сделал. Харви был не единственным, кто пытался найти ему жену.

Конечно, время от времени он был не прочь развлечься с какой-нибудь знойной красоткой, но мысль о постоянных отношениях приводила его в ужас. Здесь, в маленьком техасском городке, ему впервые начало казаться, что жизнь удалась. Ему нравилось заниматься лесным хозяйством, и он был уверен, что в конце концов это принесет большую прибыль.

Но все же пока он не был готов осесть. Постоянно меняя место жительства, он не знал, куда в следующий раз его занесет судьба. Загнать себя в ловушку? Нет, это не для него. По крайней мере, не сейчас.

– Хочешь, я представлю ей тебя? – предложил Харви.

Грант процедил сквозь стиснутые зубы:

– Спасибо, Харви, но, когда дело касается женщин, я могу сам о себе позаботиться. – Он красноречиво посмотрел на часы. – Тебя, наверное, ждут клиенты.

Харви подмигнул ему.

– Удачи!

Когда Типтон скрылся из виду, Грант направился в кофейню.

Келли Бейкер, закусив губу, мыла руки в тазу с горячей водой. Она выставляла на прилавок пирожные и испачкалась до локтей.

Все эти три недели, что жила в Лэйне, Келли постоянно спрашивала себя, не сошла ли она с ума. Впрочем, она знала ответ, и он был отрицательным. Ее кузине Рут Перри срочно понадобилась помощь, и Келли, не раздумывая, поспешила ей на выручку точно так же, как Рут поддержала ее после трагического события, навсегда изменившего ее жизнь.

Когда терпеть стало невмоготу, она поморщилась и выдернула руки из воды. Посмотрев на свои пальцы, Келли расстроилась: куда-то подевался красивый маникюр, которым она так гордилась. Сейчас кожа ее рук была красноватой и загрубевшей.

Келли вздохнула, оглядев пустую кофейню и представив себе, что через несколько минут она будет кишеть людьми. При слове «кишеть» молодая женщина усмехнулась. Оно вряд ли было здесь уместным.

Но кто она, собственно, такая, чтобы смеяться? Детище Рут снискало огромную популярность в городке с населением в две тысячи человек. При минимальных затратах Рут уже получила прибыль, пусть и небольшую, продавая пирожные, супы и сэндвичи. По мнению местных жителей, городу было просто необходимо заведение типа «Сип энд снэк». Келли приходилось задерживаться допоздна, но это было хорошо, потому что она боялась вечеров. Они были слишким долгими и склоняли к раздумьям. Хотя Келли приходила домой настолько уставшей, что с трудом добиралась до ванной, по ночам она все равно не могла спать. Прошлое продолжало преследовать ее и здесь. Впрочем, скоро она закончит помогать кузине и вернется домой, в Хьюстон. Но там было еще хуже, иначе бы она не приехала сюда. Ее сердце покрылось слоем льда, который ничто не в силах растопить.

– Тебе звонят, Келли, – сказала ее помощница Дорис.

Взяв трубку, она услышала веселый голос Рут:

– Привет, сестренка! Ну как идут дела?

– Все в порядке.

– Ты уже познакомилась с ним?

– С кем? – удивилась Келли.

Рут захихикала.

– С первым парнем нашего городка и самым завидным холостяком.

Келли скрыла свое волнение.

– Даже если мы с ним и встречались, я этого не заметила.

– Поверь мне, ты бы заметила его.

– Рут, не трать попусту время. Сваха из тебя никудышная.

Ее кузина вздохнула.

– Прошло много времени, и тебе уже давно пора смотреть на других мужчин.

– А кто сказал, что я на них не смотрю?

– Уф! Ты знаешь, что я имею в виду.

Келли рассмеялась.

– За меня не беспокойся. Если мне суждено встретить кого-то, то так тому и быть. Только не в этой жизни.

– Ты просто говоришь то, что я хочу услышать.

Келли снова рассмеялась.

– Мне нужно бежать. Я слышала звонок. Прежде чем Рут смогла что-либо ответить, она положила трубку. Когда Келли с дежурной улыбкой на лице вышла за прилавок, она застыла на месте с широко раскрытыми глазами. Даже позднее она так и не смогла понять, почему повела себя подобным образом. Возможно, потому, что он был таким высоким и красивым. Или все дело в том, как он на нее смотрел?

Был ли это тот самый тип, о котором говорила Рут?

К ее огорчению, взгляд темно-синих глаз незнакомца медленно скользил по ее фигуре снизу вверх, не упуская ни малейшей детали. Когда он задержался на ее медно-рыжих волосах, она порадовалась, что заплела их в косу. Затем их взгляды встретились, и в воздухе повисло напряжение. Ошеломленная, Келли затаила дыхание.

– Ну как, вам нравится то, что вы видите? – спросила она, не подумав. В ее нынешней профессии, чтобы добиться успеха, нужно быть смелой и развязной.

Верзила очаровательно улыбнулся.

– Вполне.

В первый раз за четыре года после смерти мужа на Келли так подействовал мужской взгляд. И голос. Но она почувствовала, что это мужчина особенный. В нем было что-то такое, что сразу приковывало к нему внимание. Келли пришло на ум слово «суровый».

Ей нечасто доводилось видеть мужчин в поношенных джинсах, фланелевых рубашках и ботинках с железными мысами. Даже в Лэйне такие встречались редко.

Незнакомец все еще изучал ее. Келли попыталась отвернуться, но не смогла оторвать взгляд от его широких плеч и выгоревших на солнце каштановых волос.

Большой и суровый. Опасное сочетание. Наверное, в его постели перебывала куча женщин.

Господи, о чем она только думает? Как бы этот тип ни был привлекателен, он ее не интересует. В Хьюстоне у нее были поклонники, но она поняла, что никто не сравнится с ее покойным мужем Эдди. Придя к этому выводу, Келли сделала карьеру смыслом своей жизни.

Нарушив гнетущую тишину, она произнесла деловым тоном:

– Что вам принести?

– А что сегодня есть? – поинтересовался он бархатным голосом, который соответствовал его внешности.

– Может, кофе? – прокашлявшись, спросила Келли.

– Для начала пойдет, – ответил он, выдвигая стул и садясь на него.

– Сегодняшнее меню висит на доске за прилавком.

– Боюсь, что нет, – протянул он, – Если я не ошибаюсь, сегодня среда, а не вторник.

Густо покраснев, Келли кивнула. Она забыла поменять табличку, что при обычных обстоятельствах показалось бы ей мелочью. Но по какой-то причине замечание, сделанное этим мужчиной, заставило ее почувствовать себя неумехой. Больше всего Келли не любила, когда кто-то сомневался в ее компетентности.

Пожав плечами, она притворно улыбнулась и сказала:

– Сегодня мы подаем кофе с ванилью.

Мужчина потер подбородок, затем нахмурился.

– А обычного нет?

Поняв, что он ее дразнит, Келли, продолжая улыбаться, заявила:

– Если вы хотите растворимого кофе, то вам придется готовить его самому.

Он засмеялся.

– Ладно, несите что есть.

Вернувшись с чашкой и поставив ее на стол, Келли старалась не смотреть на него, чтобы избежать дальнейшего разговора. В присутствии этого человека она чувствовала себя неловко. Бегло просмотрев меню, он спросил:

– Значит, вы теперь вместо Рут?

– Временно.

– А где она?

– Уехала заботиться о больной матери.

Его густые брови сошлись на переносице, когда он снова посмотрел на нее.

– Кстати, меня зовут Грант Уилкокс.

– Келли Бейкер.

Вместо того чтобы протянуть ей руку, он кивнул.

– Рад познакомиться.

Его голос действовал на нее почти физически. Это было похоже на то, как если бы она ожидала, что ей нанесут сильный удар, а вместо этого к ней нежно прикоснулись.

– Вы здешняя? – спросил Грант, сделав глоток кофе.

– Нет, – покачала головой Келли. – Я из Хьюстона, а вы?

– Сейчас я живу здесь, но родился в другом месте. Я владею компанией, занимающейся заготовкой и транспортировкой пиломатериалов. Недавно мы приобрели двести гектаров строевого леса, так что я надолго застрял в этой дыре. – Он улыбнулся, и в уголках его глаз появились морщинки.

Он всегда говорит как деревенщина или пытается что-то ей объяснить?

– Насчет леса это хорошо, – ответила она, не зная, что ей объяснить.

Ей было абсолютно все равно, кем был Грант и чем занимался, поэтому она спросила, не хочет ли он чего-нибудь поесть. Будто догадавшись об этом, он ухмыльнулся, а затем сказал:

– Принесите тарелку супа и подогрейте кофе.

Ему осталось только добавить «детка». Грант Уилкокс совсем не походил на преуспевающего бизнесмена. Неужели так заметно, что она нервничает? Ее раздражал его снисходительный тон, и, не желая, ударить в грязь лицом, она решила обслужить его на должном уровне.

Взяв с прилавка чашку, Келли направилась к его столику. Но когда девушка ставила чащку на стол, она выскользнула у нее из рук, и содержимое вылилось Гранту Уилкоксу на колени. Он вскрикнул и вскочил со стула. Онемев от ужаса, Келли уставилась на него.

– Я бы сказал, отличный удар. Прямо в цель.

Взгляд Келли устремился вниз и застыл на мокром участке ткани вокруг молнии на его джинсах.

Они одновременно подняли глаза. Их взгляды встретились.

– Это самые любимые из моих джинсов, – протянул Грант, ухмыляясь.

Напуганная и униженная, Келли, запинаясь, пробормотала:

– Мне очень жаль. Стойте здесь, я схожу за полотенцем.

Повернувшись, она почти побежала к прилавку. Когда она вернулась, Грант снова встретился с ней взглядом.

– Позвольте мне, – сказала она, протягивая руку, и замерла, увидев, что он улыбается.

Она отдернула руку, чувствуя, что краснеет.

– Все в порядке. Нужно будет только переодеться.

– Слава богу, – ответила Келли, снова обретя дар речи.

– Сколько я вам должен?

Келли пришла в ужас. И он еще спрашивает!

– При сложившихся обстоятельствах совсем ничего.

Грант повернулся и направился к выходу. Ошеломленная, Келли молча смотрела ему вслед. У двери он обернулся и, подмигнув ей, сказал:

– Увидимся.

Она надеялась, что нет, но в то же время ей было очень жаль, потому что у него была самая очаровательная улыбка, которую она когда-либо видела.

Жаль, что он ей не нужен.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Как же он ненавидел бумажную работу! Когда взгляд Гранта упал на стол, стоявший в углу комнаты, он застонал. Там лежала стопка неоплаченных счетов и кипа неподшитых папок.

Тогда Грант решил немного развеяться. Все утро он провел в четырех стенах, занимаясь решением финансовых вопросов. Банковские совещания всегда нагоняли на него тоску, и теперь ему была просто необходима физическая разрядка. Немного помахав топором, он обычно приходил в себя, но сейчас это не помогло. Его тело по-прежнему было напряжено как сжатая пружина.

Грант ухмыльнулся. Он не помнил, когда в последний раз получал удовольствие, занимаясь любовью с женщиной. За все эти годы лишь немногим удалось пробудить в нем интерес. Однако он вынужден был признать, что Келли Бейкер его заинтересовала. Его влекло к ней.

Келли Бейкер – красивая женщина. У нее белоснежная кожа с россыпью веснушек, одежда подчеркивает плавные изгибы фигуры. Вот жаль только, что умом она, кажется, не вышла.

Вдруг Грант почувствовал укол совести. Он ведь говорил с ней всего пару минут и ничего о ней не знает, кроме имени. Ясно было одно: торговля кофе и пирожными – не ее стихия. Возможно, при других обстоятельствах он получил бы удовольствие от общения с ней.

– Черт побери, Уилкокс, – пробормотал он, потянувшись за бутылкой пива. – Успокойся.

Такие, как он, ее не интересуют. Нескольких секунд оказалось достаточно, чтобы раскусить ее. Городская леди с городскими замашками. Такие всегда его раздражали.

Нет, у них ничего не выйдет.

Хуже всего было то, что она красотка. Ему нравились пылкие женщины, а Келли, кажется, была именно такой. Почему бы ему немного не поразвлечься?

В этой женщине было что-то волнующее. Возможно, дело в том, что она показалась ему неприступной и снисходительной, и ему захотелось узнать, что скрывается под внешним слоем льда, доказать, что он способен его растопить. Он схватит ее за талию и прижмет к своей груди, покроет поцелуями ее лицо, шею, грудь... Представляя это, он почти ощущал вкус ее кожи.

Что она почувствует? Заставит ли он ее трепетать, пробудит ли в ней ответное желание?

Если только она вообще подпустит его к себе. Раздосадованный этой мыслью, он направился в кухню за второй бутылкой пива. Внутри у него все кипело. Когда с пивом было покончено, ему в голову пришла одна мысль.

– Черт побери, Уилкокс. Забудь об этом. Это же безумие. Ты спятил!

Безумие это или нет, он это сделает. Схватив куртку, Грант вышел на улицу.

Ее лицо все еще горело, но совсем не из-за того, что она уже целых полчаса лежала в горячей ванне.

Как могла она быть такой неуклюжей? Никогда прежде Келли не оказывалась в таком неловком положении. В компании, где она работала, ее всегда считали спокойной и собранной.

Она и была такой до того, как...

Келли потрясла головой, чтобы прогнать непрошеную мысль. Думать об этом сейчас не только вредно для ее душевного здоровья, но и глупо. Того, что произошло четыре года назад, нельзя изменить. Ничто не вернет ее семью.

Впрочем, то, что произошло утром, было совсем другое дело.

– Боже милостивый, – пробормотала Келли. Взяв мочалку, она стала тереть себя с такой силой, что начало покалывать кожу. Затем, решив, что утреннее происшествие есть не что иное, как досадное недоразумение, и, как бы она ни хотела, ничего уже не изменить, Келли вылезла из ванны и вытерлась. Завернувшись в махровый халат, она села на диван рядом с камином. Хотя было еще довольно рано, ей следовало попытаться уснуть, но она знала, что все попытки окажутся напрасными. Она была слишком возбуждена. Кроме того, дома Келли редко ложилась спать до полуночи. Обычно она брала на дом кучу работы.

При мысли об этом ее сердце глухо застучало. Ей не хватало ее офиса, клиентов, квартиры. Очень не хватало. В Хьюстоне спутником ее бессонных ночей был гул транспорта, а не уханье сов. Она содрогнулась и потуже затянула пояс халата. Нужно выпить чего-нибудь горячего. Это всегда действовало на нее успокаивающе.

Но только не в этот раз. Даже после чашки горячего кофе ей все равно было не по себе.

Когда Келли откинулась на спинку дивана и закрыла глаза, перед ее внутренним взором неожиданно предстал образ Гранта Уилкокса. Вместо того чтобы прийти в ярость, она дала волю разыгравшемуся воображению. Она представила его во фланелевой рубашке и тугих вылинявших джинсах, прикрывающих такое тело, за которое большинство женщин продали бы душу дьяволу.

Как только Келли увидела Гранта, она сразу признала, что он очень хорош собой. Черты его лица были твердыми, словно высеченными, из камня. У него была сногсшибательная улыбка и ямочки на щеках. В отличие от большинства крупных мужчин, двигался он легко и грациозно. Келли представила его работающим на улице без рубашки. Чинящим забор, рубящим дерево – в общем, занимающимся физическим трудом. Но этим она не ограничилась, и вскоре Грант Уилкокс предстал перед ее мысленным взором полностью обнаженным. Келли чувствовала, что уже не может остановиться, и вообразила, как они лежат вдвоем обнаженные...

Остановись, приказала она себе. Келли была так обескуражена собственными мыслями, что даже не смогла открыть глаза. Ну и что? Никто ведь не знает, что происходит у нее в голове. Эти эротические фантазии были ее, и только ее, и не могли никому причинить вреда.

Ложь.

Это была опасная игра, отчаянный шаг, на который ее толкнуло одиночество и желание быть любимой. Волнующие образы все еще кружились у нее перед глазами, не давая ей покоя.

Звонок телефона, прорезавший гнетущую тишину, стал настоящим спасением.

– О боже, – прошептала она, застигнутая врасплох. Чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди, Келли потянулась за телефонной трубкой.

– Привет, дорогая! Как дела?

Опять Рут. Хотя Келли совсем не хотелось с ней разговаривать, у нее не было иного выбора. Возможно, смех кузины поможет ей прийти в себя.

– Как прошел день?

– Ты уверена, что хочешь знать? – дрожащим голосом спросила Келли.

– Что-то случилось?

– Можно сказать и так.

– Мне не понравилось, как это прозвучало. – Рут остановилась. – Неужели Альберт и Дорис уволились?

– Нет, мы прекрасно понимаем друг друга.

– Слава богу. Если бы ты знала, с каким трудом мне удалось найти их.

Келли прокашлялась.

– Ты знаешь фермера по имени Грант Уилкокс?

Рут рассмеялась.

– Он не фермер, а лесник.

– А разве это не одно и то же?

– Нет, моя дорогая кузина.

– Ладно, проехали, – уступила Келли.

– Это тот парень, о котором я тебе говорила. Уверена, ты сразу это поняла.

– Да, я догадалась.

– Ну и как он тебе?

Если бы ты только знала!

– Ничего.

– Ничего и все? – недоумевала Рут. – Я тебе не верю. Все женщины в округе мечтают пойти с ним под руку к алтарю. – Она рассмеялась, а затем добавила: – Но все безуспешно.

– А жаль. Тебе, как никому, должно быть известно, что я не горю желанием стать женой фермера. – Келли заерзала на диване.

– Он лесник, забыла?

Келли проигнорировала это замечание.

– Не хочу тебя обижать, но, по-моему, он всего лишь неотесанный деревенщина, который предпочитает женщинам деревья.

– Да, мне известно твое отношение к загородной жизни. – Рут помедлила. – Ну и что там у вас произошло?

Келли снова прокашлялась, затем рассказала сестре всю правду без утайки. На обоих концах провода повисла тишина, после чего Рут прыснула со смеху.

– Хотела бы я на это посмотреть.

– Звучит так, будто ты считаешь, что он это заслужил.

– Нет, но согласись, получилось довольно забавно, что именно Уилкокс, главный казанова в нашем городке, получил удар по самому больному месту.

– Не могу поверить, что ты это сказала.

– А разве ты не это сделала?

– Рут, он был в джинсах. Я уверена...

– Если тебя облили кипятком, джинсы не спасут. Готова поспорить, его мужскому достоинству изрядно досталось.

– Наверное, – согласилась Келли.

– Ради всех девиц, гоняющихся за ним, давай надеяться, что оно не обуглилось.

– Рут, когда ты вернешься, я тебя придушу.

Ее кузина снова захихикала.

– Ты заставляешь меня чувствовать себя ужасно виноватой.

– Да не волнуйся ты. Уилкокс – крепкий мужик. С ним все будет в порядке. Конечно, в его лице я могу потерять одного из клиентов, но это справедливо. Согласись, кому понравится быть облитым горячим кофе!

Поговорив с сестрой, Келли отправилась на кухню. Вдруг раздался стук в дверь. Отворив ее, она застыла от удивления.

На крыльце стоял Уилкокс с букетом цветов в руках. Она сразу же почувствовала на себе его испытующий взгляд.

Келли хотела что-то сказать, но словно онемела.

– Очевидно, вы никого не ждете, – спросил он, переминаясь с ноги на ногу, – но можно мне все же войти?

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

У Келли перехватило дыхание. Разумеется, нельзя. Для этого нет никаких оснований. Однако она все еще стояла перед распахнутой дверью. Нет, она не пойдет на это безумие. Она даже толком и не одета. Халат довольно плотный, но под ним ничего нет.

Грант поднял голову и ухмыльнулся.

– Этим цветам нужна вода. Не знаю, как долго они еще без нее протянут.

Келли улыбнулась.

– Я заметила, что они немного завяли.

– Вот видите, я знал, что мы непременно придем к соглашению по какому-нибудь вопросу.

Она раздраженно посмотрела на него.

– Вам не говорили, что вы слишком самонадеянны?

– Говорили, – беззаботно признался Грант. За этим последовал глубокий грудной смех, от которого сердце Келли бешено застучало. Ее удивило, что этот мужчина, в отличие от других, пробуждал в ней желание. Что в нем было такого? Келли не знала, но почему-то он пугал ее.

– Я уйду сразу же, как только вы поставите цветы в воду, – сказал он, вопросительно подняв одну бровь.

Подумав, что она, должно быть, сошла с ума, Келли жестом позволила ему войти.

Когда Грант снял шляпу и переступил порог, ей показалось, что комната стала меньше. Ей хотелось отодвинуться подальше, но его высокая широкоплечая фигура словно заняла собой все пространство.

– У вас есть ваза? – спросил он, ухмыляясь.

– Думаю, должна быть.

– Может, вы пойдете и поищете ее?

За этим последовала короткая напряженная пауза.

– Может быть.

Грант снова засмеялся.

– Не бойтесь, я совершенно безобиден.

Келли подняла бровь и улыбнулась. Да уж, как гремучая змея. С ним нужно держать ухо востро. Она взяла цветы, и их пальцы соприкоснулись.

– Присаживайтесь, а я пока схожу за вазой.

– Вы уверены, что вам не нужна помощь?

– Уверена, – произнесла Келли резче, чем хотела. Черт побери, этот мужчина вскружил ей голову, и хуже всего было то, что она предоставила ему полную свободу действий. Ее тело ответило на его прикосновение легкой дрожью.

Наконец она нашла вазу, наполнила ее водой, поставила туда цветы и отнесла их на журнальный столик в гостиной. Грант сидел на корточках у камина и раздувал потухающие угли. Она невольно залюбовалась его широкой спиной. Затем, осознав, что исподтишка разглядывает его, Келли сказала:

– Спасибо за цветы.

Грант повернул голову и пристально посмотрел на нее. Их взгляды встретились. Наконец он опустил глаза, и Келли вздохнула с облегчением. Его неожиданный визит добром не кончится, если она сейчас же не возьмет себя в руки. Господи, она же ведет себя как подросток под действием гормонов.

– Это искупительная жертва, – произнес Грант, потирая потемневший от щетины подбородок. Легкая небритость делала его еще более привлекательным.

– Если так, то это мне следовало бы появиться у вас на пороге.

– В действительности это был просто предлог, чтобы снова увидеть вас. – Он остановился и пристально посмотрел на нее. – Вы не против?

Против!

– Похоже, вы не привыкли церемониться, – произнесла Келли. Ей представилась отличная возможность сказать Гранту, что ни он, ни другие мужчины ее не интересуют, но вместо этого она спросила: – Не хотите присесть?

– Я бы хотел, но вы сами уверены, что хотите этого?

– Нет, – нетвердо произнесла Келли. – В данный момент я ни в чем не уверена.

Он плюхнулся на диван и стал смотреть на огонь в камине.

– Не хотите чего-нибудь выпить? – предложила она.

– Пива, если можно.

– В холодильнике Рут есть несколько бутылок.

– Я не люблю пить один.

– Я выпью кофе.

Его грудной смех преследовал ее до самой кухни. Когда она вернулась, Грант сидел, вытянув перед собой длинные ноги. Келли неосознанно начала разглядывать его мощные бедра и бугорок под молнией. Когда до нее дошло, куда она уставилась, она отвела взгляд и обнаружила, что Грант смотрит на нее глазами, полными желания. Келли сделала глубокий вдох, но это не помогло. Сердце бешено колотилось, щеки горели огнем.

Ему следует уйти.

Она села в кресло и стала наблюдать за тем, как Грант пьет пиво большими глотками.

– Что занесло такую, как вы, в наши края? – спросил он, поставив на стол бутылку.

– Такую, как я? – удивилась Келли.

– Да, утонченную городскую леди, которая чувствует себя здесь как рыба, вынутая из воды.

– Я приехала помочь кузине.

Он взял бутылку и сделал еще глоток.

– И это все, что вы хотите мне рассказать?

– Совершенно верно, – отрезала она, чувствуя, что ее губы расплываются в улыбке.

– Значит, вы привезли с собой много тайн, Келли Бейкер?

– Не скажу.

– Если вы не хотите поделиться ими со мной, тогда как же мы сможем лучше узнать друг друга? – ухмыльнулся он.

– Никак.

Грант поднялся, расправил плечи и начал снова мешать кочергой в камине. Господи, от этого мужчины исходит прямо-таки животный магнетизм!

– Жаль, я очень любопытный.

Напряжение возрастало.

– Вы знаете, что говорят о любопытстве?

– Да, оно сгубило кошку, – он улыбнулся, и обстановка разрядилась.

– А как насчет вас? – спросила Келли.

– Насчет меня? – удивился он, облокачиваясь на спинку дивана.

– Готова поспорить, вы не собираетесь рассказывать о своей жизни незнакомой женщине.

Он пожал плечами.

– Что вы хотите узнать?

– Все, – ответила она, затем, спохватившись, добавила: – Все, что вы не считаете нужным скрывать.

– Я даже и не знаю, есть ли мне что скрывать.

– У каждого есть свои секреты, мистер Уилкокс.

Грант нахмурился.

– Мистер Уилкокс? Вы что, издеваетесь надо мной?

Келли покраснела.

– Я недостаточно хорошо вас знаю, чтобы называть по имени.

– Ерунда. То, что вы разожгли во мне огонь сразу же, как только я вас увидел, сближает нас.

– Очень смешно, – парировала Келли, чувствуя, что ее лицо становится красным как свекла. – Хорошо, Грант, – ответила она, видя, как его губы снова растягиваются в ухмылке.

– Так-то лучше. – Он допил пиво и продолжил: – Полагаю, больше всего вам хочется узнать, почему я такой непоседа.

– И почему же?

– Я родился в семье военного. Моего отца постоянно переводили с места на место. Мы не успевали пускать корни и строить долгосрочные отношения.

– Вы единственный ребенок в семье?

– Да. Мои родители умерли.

– Мои тоже.

– Эй, поосторожнее, а то еще расскажете мне что-нибудь личное.

Келли сердито посмотрела на Гранта, и он рассмеялся.

– Только учась в Техасском университете, я узнал, что такое оседлая жизнь. Такому бродяге, как я, это казалось невыносимым, пока я не познакомился со своим лучшим другом Тоби. Он изучал лесное хозяйство, и поскольку мы оба любили бродить, мы подружились. В конце концов, я перевелся на его факультет и получил диплом по той же специальности. Большую часть времени мы проводили в восточном Техасе, где вырос Тоби. После окончания университета на деньги, полученные в наследство от родителей, я купил несколько сотен акров земли в Лэйне и построил бревенчатый домик, в котором живу по сей день. Вскоре после этого я основал свою собственную компанию и объездил весь мир. Сейчас, когда мы подписали новый контракт, я очень доволен.

– Интересная история, – заметила Келли.

– Это всего лишь краткий рассказ о моей скучной жизни.

Она рассмеялась.

– В вас нет ничего скучного.

– В ваших устах это прозвучало как комплимент.

– Вы забыли упомянуть только об одном.

– И о чем же?

– О вашей личной жизни, об отношениях с женщинами.

– Здесь тоже особо нечего рассказывать. На собственном опыте я познал одну важную вещь.

– И какую же?

– Женщины любят таких мужчин, которые могут предложить им стабильность: дом, семью, постоянный доход – в общем, все, что мне чуждо.

– Вы правда так считаете? – поинтересовалась Келли.

Он замолчал и посмотрел на нее.

– Теперь вы лезете не в свое дело.

– Похоже, не только у меня есть секреты, – заметила Келли.

За этим последовала неловкая тишина.

Наконец Грант поднялся.

– Думаю, мне пора идти. Уже поздно.

Келли не стала спорить. Она была раздосадована тем, что не может разобраться, какие чувства вызывает у нее этот невыносимый человек.

– Спасибо за пиво, – сказал Грант, подойдя к ней.

– Спасибо за цветы.

Он был так близко, что она чувствовала аромат его кожи. Вдруг Келли заметила, что его синие глаза уставились на ее грудь. Опустив голову, она обнаружила, что халат распахнулся.

Прежде чем она успела пошевелиться, Грант провел кончиком пальца по ее шее, плечу, затем слегка коснулся полуобнаженной груди. Здравый смысл подсказывал ей оттолкнуть его, но она не смогла. Келли вздрогнула, но не от смущения, а от желания, парализовавшего ее волю и разум.

Грант наклонил голову. Его глаза потемнели. В это мгновение она почувствовала, что он собирается ее поцеловать и она не в силах его остановить. Грант застонал, а затем накрыл ее губы своими. Его поцелуй был настойчивым и ненасытным, как будто он боялся, что у него не будет другой возможности. Когда они наконец отстранились друг от друга, оба прерывисто дышали. Келли была в таком смятении, что стояла, вцепившись в его рубашку.

– Я хотел этого с той самой минуты, как впервые тебя увидел, – хрипло произнес Грант.

Она хотела ответить, но не знала, что сказать. Грант снова заговорил:

– Сейчас я ухожу, но мы обязательно пообщаемся позже.

Он бросил на Келли тревожный взгляд. Кажется, она доведена до крайности, и виноват в этом был он.

– С тобой все в порядке?

Нет, не все!

Келли сглотнула, затем кивнула. Когда Грант ушел, она долго неподвижно стояла на месте.

Как могла она позволить незнакомому мужчине усыпить ее бдительность? Как могла она позволить себе предать мужа – любовь всей ее жизни? Что на нее нашло?

Келли больше не хотела влюбляться, боясь, что это может снова причинить ей боль. Она дала себе обещание и не собирается его нарушать. Ужаснее всего было то, что она не знала, как исправить ошибку, которую только что совершила.

* * *

Грант закончил колоть дрова. Он заготовил их больше, чем нужно, но какая разница, если это занятие избавляло его от эмоционального напряжения! К несчастью, на этот раз оно не помогло. Хотя они с Келли не виделись два дня, он не мог выкинуть ее из головы. Он до сих пор помнил, какой нежной и ароматной была ее кожа.

Такого рода мысли могут довести до беды, потому что он рискует попасть в эмоциональную зависимость от женщины, которую едва знает. Впрочем, с Келли Бейкер это вряд ли возможно. Кажется, он здесь надолго не задержится. К тому же у нее слишком много секретов.

Все же этот поцелуй перевернул его душу, подарил ему ощущение полета. Кого он обманывает? Ему хотелось большего. Он не мог забыть, какая у нее грудь. Хотя ему удалось лишь украдкой взглянуть на нее, Грант знал, что она упругая и нежная.

Осторожнее, Уилкокс, сказал он себе. Притормози немного, а то спугнешь ее. Если он хочет продолжать видеться с ней, ему следует действовать более тонко. В любом случае Келли Бейкер так просто не сдастся. Однако он видел желание в ее глазах, чувствовал, как ее тело трепещет от его прикосновений. Ее тоже влечет к нему, просто она не хочет этого признавать. Он чувствовал, что под внешней холодностью скрывается пылкая, страстная натура.

Почему бы ему не выяснить это, пока она здесь?

С этой мыслью Грант направился в дом. Приняв душ, он пошел на кухню за пивом. Вдруг кто-то постучал в дверь.

– Открыто, – крикнул он.

На пороге появился Пит Эйкерс, прораб и друг Гранта. На его обветренном лице сияла улыбка.

– Хочешь пива? – без церемоний спросил Грант.

– Я уж думал, ты никогда не предложишь, – усмехнулся Пит, подходя к нему.

Они прошли в комнату.

– Черт побери, здесь холоднее, чем в Монтане.

– Тогда садись поближе к камину и погрей свою лысину.

Они спокойно потягивали пиво, занятые каждый своими мыслями.

– Зачем тебе столько дров? Здесь хватит на целую зиму, а у нас март на носу.

Грант пожал плечами.

– Мне была необходима разрядка.

Брови Пита взметнулись вверх.

– Судя по тому, как идут дела, тебя сейчас ничто не должно беспокоить.

– Не могу с этим поспорить.

Грант не собирался рассказывать другу о своем новом увлечении и поэтому направил разговор в деловое русло.

– Я уж думал, что никогда не приобрету этот лес.

– Сделка скоро окупится, и твоя компания станет известной.

– Надеюсь. А пока не забывай, что мне еще нужно оплатить кучу счетов. Ты же знаешь, во сколько обошлась покупка нового оборудования.

– Да, знаю. Тебе есть о чем беспокоиться.

– Беспокоиться – не вполне подходящее слово, – нахмурившись, заметил Грант. – На самом деле я просто немного возбужден. Уверен, что этот лес принесет прибыль и я вылезу из долгов. – Он поставил на стол пустую бутылку и пристально посмотрел на прораба.

– Я уже подготовил обе бригады.

– А оборудование?

– Все готово, – воодушевленно произнес Пит, словно гордясь своей исполнительностью.

– Ты нашел еще одного прораба?

Пит нахмурился.

– Я подумал, что мы с тобой справимся вдвоем. Тебе ведь известно, как я не люблю нанимать незнакомых людей.

– Но ведь ты знаешь всех в этих краях.

– Именно поэтому я никого и не нанимаю, – упрямо произнес Пит. – Ты понял, куда я клоню?

– Это сработает, поскольку остальные участки леса сейчас нельзя вырубать из-за плохих погодных условий.

– Остается надеяться, что дождя не будет.

– Он обязательно пойдет. Я убежден, что удача изменит мне. Итак, куда ты отправил бригады рабочих? – спросил Грант, снова перейдя к делу.

– Одну на северо-восточный участок рядом с шоссе, другую – на юг.

– Я беру на себя южную часть, – сказал Грант, зная, что там пилить будет труднее всего.

– Они уже приступили к работе, и похоже на то, что мы будем получать до четырнадцати партий груза в день.

Вдруг у Гранта зазвонил телефон. Он нахмурился, когда обнаружил, что ему звонит Дэн Холланд, землевладелец, у которого он купил лес.

– Что такое, дружище? – спросил Грант без предисловий.

– Боюсь, у нас проблемы.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Сожалеет ли он о том, что поцеловал ее?

Да, наверное.

Возможно, именно по этой причине они долго не виделись. Как всегда, память была ее злейшим врагом, рисуя в ее сознании безумные образы.

С тех пор как Келли начала работать в кофейне, она видела здесь Гранта всего однажды. Он не был постоянным посетителем.

Келли не переставая думала о том поцелуе. Если бы она не позволила ему себя поцеловать, все было бы в порядке. Но она поступила опрометчиво, и это имело свои последствия. Ей хотелось снова увидеть Гранта, хотя она постоянно уверяла себя, что это глупо.

Вся ее жизнь была в Хьюстоне, и скоро она уедет отсюда. Она не могла дождаться, когда вернется к своей работе.

– Келли, тебе звонят.

Улыбнувшись Альберту, она вошла в маленький кабинет и взяла трубку. Это был ее босс, Джон Биллингсли.

– Как дела? – участливо спросил он.

– Ты правда хочешь знать? – Несмотря на то, что Келли глубоко уважала Джона и считала его своим другом, сейчас он был у нее в немилости. В конце концов, если бы не он, она бы здесь не торчала.

Джон вздохнул.

– Ты же знаешь, что да. Иначе бы я не стал спрашивать.

– Вынуждена признать, что дела идут лучше, чем я думала.

Он засмеялся.

– Я знаю, ты все еще дуешься на меня.

– И буду еще очень долго.

Несмотря на резкий тон, в ее словах не было злобы.

– Ты же знаешь, как я о тебе беспокоюсь, Келли. Я желаю тебе только самого лучшего.

– Да, я знаю. – И это было правдой. Иногда ей казалось, что Джон хочет стать для нее больше чем боссом, но он никогда не выходил за служебные рамки.

– Можешь задержаться в Лэйне подольше. Окрепнешь душевно и физически. Это все, чего я прошу.

– А у меня есть выбор?

– Нет, – твердо сказал Джон.

Она знала, что он прав, хотя и не желала этого признавать. И Джон, и ее психотерапевт доктор Риверз советовали ей ненадолго уехать. Джон заверил ее в том, что она не лишится работы, но намекнул, что, пока Келли заново не научится контролировать свои эмоции, о повышении она может забыть.

Она прекрасно помнила тот день. Джон попросил ее зайти к нему в кабинет. Сев рядом и взяв ее за руку, он сказал:

– Посмотри мне в глаза и скажи, что ты не делаешь над собой усилие.

Келли не смогла. Ее глаза заволокло слезами, плечи начали трястись.

– Если я причинила вред фирме, мне очень жаль.

– Ты действительно допустила несколько промахов, и я не стану заверять тебя в обратном. Думаю, тебе самой это известно. Пока ты не навредила фирме. Именно этого я и пытаюсь избежать.

– Слава богу, – вяло произнесла Келли.

– У тебя есть шанс сделаться моим партнером, но только в том случае, если ты снова станешь тем хладнокровным и рассудительным адвокатом, которого я когда-то знал.

Но это же означает снова стать такой, какой я была до того, как моего мужа и дочь сбил пьяный водитель, чуть не закричала она.

Будто прочитав ее мысли, Джон добавил:

– Тебе нужно посмотреть в лицо своему горю.

– Я уже справилась с ним, – воскликнула она, выдергивая свою руку.

Келли возмущало, когда ее опекали, как ребенка. Она впилась ногтями в ладони. Просто невероятно! Это она, Келли Бейкер, постоянно брала сверхурочную работу, находила для фирмы лучших клиентов. Разве это не в счет? Очевидно, нет, потому что при первых сигналах тревоги от нее решили избавиться, как от ненужной вещи.

Впрочем, Келли знала, что преувеличивает. В глубине души ей было известно, что Джон полностью на ее стороне.

– Нет, ты не смирилась с утратой, – мягко возразил он. – И в этом вся проблема. Ты похоронила себя в работе. Сейчас, четыре года спустя, боль, с которой ты боишься встретиться лицом к лицу, подтачивает тебя изнутри. Это может плохо отразиться на твоем физическом и психическом здоровье.

Как бы ей ни хотелось это отрицать, все же она знала, что Джон прав.

Она действительно находилась на грани полного упадка сил и больше не могла притворяться, что все хорошо.

– Я знаю, Келли, что твоей кузине нужна помощь, – сказал Джон, нарушив тишину. – Поезжай и помоги ей. Новая обстановка, новые люди, новая работа. – Он криво усмехнулся. – Хотя я не могу представить тебя подающей кофе, я уверен, что ты подойдешь к этому так же ответственно, как и ко всему, за что бы ни взялась.

Келли вымученно улыбнулась.

– Я тоже не представляю себе этого, но, похоже, у меня нет другого выбора.

Чмокнув Джона в щеку, Келли покинула его кабинет. Это было три недели назад. Три самых долгих недели в ее жизни.

– Келли, ты все еще на проводе? – бросил Джон в тишину.

– Да, прости, я вспоминала наш последний разговор.

– Это хорошо, потому что с тех пор ничего не изменилось.

– Я знаю, – произнесла Келли, надеясь, что он не уловил печали, прозвучавшей в ее голосе. Она хотела любой ценой сохранить достоинство.

– Обещаю, ты вернешься к своей работе. Я на днях тебе перезвоню.

Положив трубку и вернувшись за прилавок, она обомлела, когда увидела вошедшего в дверь Гранта. У него был угрюмый вид.

У Келли сердце ушло в пятки. Она была права: он не рад ее видеть. Тогда зачем он здесь? Ответ был очевиден. Чтобы выпить кофе и перекусить.

– Тебя удивило мое появление? – спросил он, подойдя к одному из столиков.

Сегодня он был одет более элегантно, чем в прошлый раз. Разумеется, на нем были джинсы, но фланелевую рубашку он сменил на однотонную хлопковую. В руках Грант держал черную ковбойскую шляпу.

– Да, удивило, – честно призналась Келли, когда к ней вернулся дар речи. Она не знала, что сказать, и это было абсолютно на нее непохоже. Но затем она напомнила себе, что совсем недавно целовала этого мужчину.

Когда Грант проходил мимо нее, она уловила его запах. От него пахло одеколоном и свежестью, как будто он только что вышел из душа. Чувствуя, что у нее горят щеки, Келли отвернулась. После смерти мужа она ни о чем подобном не думала.

– Не хочешь чего-нибудь выпить? – наконец спросила она.

– Пожалуй, кофе.

– Ты уверен, что хочешь, чтобы я тебя обслуживала? – пошутила Келли, чтобы поднять ему настроение. Вероятно, она поступила глупо, потому что от его очаровательной ухмылки ее сердце растаяло. Держи себя в руках, приказала она себе.

– Уверен, хотя на всякий случай не забудь, что я нахожусь совсем рядом со столом.

Она снова улыбнулась, но сейчас это не подействовало, и его лицо опять приняло угрюмый вид.

Келли принесла кофе и осторожно поставила чашку на стол.

– Ты, кажется, чем-то расстроен.

Если она имеет к этому отношение, то непременно должна знать.

– Да, но ты здесь ни при чем. – Их взгляды встретились. Затем Грант наклонился и хрипло произнес: – Ты потрясающе выглядишь. Если бы это зависело только от меня, я бы схватил тебя и целовал до тех пор, пока ты не попросила бы меня остановиться. Но даже тогда я не уверен, что смог бы.

Его дерзкое замечание настолько ошеломило ее, что она застыла на месте, не в силах произнести ни слова. Все ее тело пылало огнем.

– У тебя есть минутка?

– Да, – неловко ответила Келли. Она боялась, что сейчас он скажет ей то, чего она не хочет услышать.

Грант выдвинул соседний стул и попросил ее присесть.

– Дай я сначала принесу себе чашку кофе.

Когда она вернулась и села, они несколько минут молча пили кофе. Наконец Келли не выдержала и сказала:

– Я же вижу, у тебя что-то стряслось.

Брови Гранта сошлись на переносице, и он тяжело вздохнул.

– Ты права.

– Не хочешь мне все рассказать?

– Мне нужен хороший адвокат. Ты случайно никого не знаешь?

У Келли подпрыгнуло сердце, но она сохранила спокойствие.

– Просто удивительно, что у человека, занимающегося серьезным бизнесом, нет адвоката.

– Адвокат у меня есть, но, к сожалению, в данный момент его нет в стране, а его партнер просто идиот.

– Понятно, – вздохнув, сказала Келли.

– Прости. Это не совсем правда. Просто мы не можем прийти к общему мнению по некоторым вопросам.

Келли кивнула, а затем спросила:

– С чего ты взял, что тебе нужен адвокат?

Не захочет рассказывать – не надо, но, очевидно, ему нужно с кем-то поделиться своей проблемой, иначе он не стал бы ничего ей говорить с самого начала.

– Дэн Холланд, землевладелец, у которого я недавно купил участок леса, только что позвонил мне и сообщил одну неприятную новость. Это было как гром среди ясного неба. – Он нахмурился. – Хуже всего то, что я считал его своим другом.

– Дружба и бизнес – две совершенно разные вещи, Грант. Ты должен это знать.

– Я это знаю, черт побери. В этом городишке честное слово человека равносильно его подписи. От Дэна я получил и то, и другое.

– И что же изменилось? – подтолкнула его Келли.

– Он хочет, чтобы мы остановили вырубку леса.

– А по какой причине?

– Он нес какую-то чушь по поводу того, что неожиданно появился его незаконнорожденный единокровный брат, претендующий на часть семейного бизнеса Холландов.

Келли была озадачена.

– И твой друг купился на это, раз хочет разорвать сделку?

– Целиком и полностью. Он сказал, что, если Ларри Росс, так зовут этого парня, и вправду сын его отца, тогда он имеет право на свою долю.

– Звучит нелепо.

– Дэн и его братья словно с ума посходили.

– И что ты сказал Холланду? – поинтересовалась Келли.

– Что он ненормальный, раз позволил какому-то типу, которого он знает без году неделя, заявлять о подобных претензиях и не послал его куда подальше.

– Мне тоже кажется странным, что он не сделал этого, – покачала головой Келли.

– Дэн сказал, что никогда еще не видел меня таким расстроенным.

Глаза Келли расширились.

– У меня такое ощущение, что он зря это сделал.

– Ты права. Я сказал ему, что это еще цветочки, что в данный момент я спокоен, как спящий младенец.

Келли снова покачала головой.

– Какая неприятная история.

– Это еще не все, – добавил Грант. – Дэн защищал этого Росса, заявив, что его отец был бабником и вполне возможно, Ларри сын одной из его любовниц. Очевидно, мать после долгих лет молчания открыла своему сыну, что Лукас Холланд его отец и он должен получить все, причитающееся ему по праву.