# Зимняя роза

Эмили Рот

В жизни очаровательной Лизы Прайс – талантливого архитектора и дизайнера – происходит событие, которое вынуждает ее резко изменить привычное существование. Вернувшись из клиники, в которой она навещала бывшую одноклассницу Джерри, Лиза понимает, что с этой минуты сама себе больше не принадлежит. Веселая, энергичная и умная девушка ставит крест на возможности иметь собственную семью. Больше того, она избегает встреч со старыми друзьями, стараясь скрыть от них то, что могло бы разрушить и их хрупкое благополучие. Но шила в мешке не утаишь, и в один прекрасный день все меняется. Тем более что рядом с Лизой появляется Дэвид Грейсон…

## 1

За поворотом Лизе прямо в глаза ударил яркий луч предвечернего солнца. От неожиданности она зажмурилась и резко сбавила скорость. Сзади раздался негодующий визг тормозов следовавшей за ней машины. В отчаянии девушка свернула в боковую улочку – такую узкую, что хозяева лавочек, повыходившие из помещений в предвкушении вечерней прохлады, стали поспешно отодвигать рекламные щиты и стулья поближе к стенам домов, чтобы дать ей проскочить.

Впрочем, ехать дальше было некуда – улица упиралась в набережную. С тоскливым вздохом Лиза стала сдавать назад, виновато улыбаясь растерянно смотревшим на нее обитателям квартала.

А вот и знакомая площадь. Она не помнила, сколько раз уже проезжала мимо нее. Справа собор, слева стоянка автомобилей. Девушка решительно направила к ней свой серебристый «опель-корсо». Хватит паниковать! Нельзя же вечно крутиться по этому городку. Памела будет ждать ее в ресторане на набережной ровно в девять. Времени оставалось в обрез, а ей еще предстояло принять душ, переодеться и хоть немного отдышаться после безумной поездки из Милана.

Лиза уже в который раз корила себя за легкомыслие. Билет до Генуи ей достать не удалось, но она решила, что двести с лишним километров по автостраде – это не так уж и страшно. Поэтому и заказала машину прямо в аэропорту Милана. Собственно, дорога по Ломбардии оказалась именно такой, какой она ее себе и представляла – идеально ровной, широкой, плавно катившей вдоль равнин и вполне цивилизованных промышленных построек. Стариной здесь и не пахло, и Лиза пожалела, что ей не удалось толком посмотреть Милан. Впрочем, времени у нее достаточно, еще съездит.

Однако стоило выехать из Ломбардии, как пейзаж резко изменился. Лигурийская дорога петляла по горам и бесконечным туннелям, а к этому Лиза, и вообще-то не слишком любившая водить автомобиль, оказалась совершенно не готова. До небольшого городка на побережье, где ей предстояло провести две недели долгожданного отдыха, девушка добралась совсем измученной, но тут ее поджидало новое испытание. Улица, на которой находился ее отель, судя по карте, была в самом центре, однако Лиза кружила здесь уже полчаса и все никак не могла ее отыскать.

Выйдя из машины, она отбросила со лба белокурую прядь, и в который раз решительно развернула карту. Скоро она просверлит взглядом дыру в том месте, где красовалась надпись «Галерея Реджи». Нахмурившись, девушка в сотый раз принялась изучать пятачок, который знала уже наизусть. Вот же, названия окрестных улиц, все до одной знакомые. Однако куда подевалась та, что нужна именно ей? Да улица-невидимка так и оставалась для нее загадкой. Внезапно на карту упала тень.

– Вам помочь, мисс? – спросил по-английски мужской голос.

Лиза подняла глаза и обмерла. Похоже, от усталости у нее начались галлюцинации. Роджер! Не веря своим глазам, она тупо смотрела на мужчину. Не так уж много лет прошло с тех пор, как они виделись в последний раз, однако перемена, происшедшая с этим юношей, с которым она училась в школе, Лизу просто потрясла. Конечно, не было ничего удивительного в том, что он стал крепче и шире в плечах, а его золотисто-рыжие волосы чуть потемнели, но вот седина на висках… Да и вокруг глаз появились морщинки. Это в двадцать-то восемь лет! Глаза Роджера были по-прежнему ярко-голубыми, но их выражение! Куда исчезли вечно плясавшие в них чертенята? Теперь взгляд Роджера казался спокойным и даже печальным. Черты лица тоже стали тверже, и, пожалуй, красивее. Но все равно это был он – друг ее детства! И он смотрел на нее как на совершенно незнакомую женщину. Не могла же она так измениться! Или за годы разлуки ее черты полностью изгладились из его памяти?

– Что с вами? Вам нехорошо? – участливо спросил мужчина. Голос был тоже до боли знакомый, но странно другой.

Лиза отчаянно тряхнула головой, стараясь избавиться от наваждения. И, не в силах произнести ни слова, ткнула пальцем в карту.

– Ах, вот оно что! – улыбнулся мужчина. – С этим здесь вечная путаница. Галерея – это пешеходная улица. Пройдите сюда. Видите?

Лиза молча повиновалась и, бросив взгляд в направлении, куда указывал мужчина, ахнула от изумления. Еще одна небольшая улочка, за ней виднелась еще одна площадь, мимо которой она проехала сегодня не раз, а дальше… От площади ответвлялся узкий проход, вымощенный булыжником, и в глубине его ярко светилась надпись: «Астерия». Ее отель! С дороги увидеть его, как и саму «галерею», было просто невозможно. Какая же она дура! Вместо того чтобы наматывать круги по одному и тому же пятачку, надо было всего лишь спросить, тем более что итальянским Лиза владела вполне сносно.

Со вздохом облегчения она повернулась к мужчине и вздрогнула. Его улыбка! Ну почему он ее не узнает? И Памела тоже хороша! Ни словом не обмолвилась, что Роджер будет здесь вместе с ней. Хотя куда же ему деваться, ведь он ее муж. Окончательно сбитая с толку, Лиза выдавила слова благодарности и поспешно села в машину. Надо срочно уезжать, а со всем остальным она разберется позже!

Слабо улыбнувшись удивленно смотревшему на нее мужчине, она тронулась с места. Естественно, молодой человек не ожидал, что его помощь будет принята столь нелюбезно, но ей сейчас было не до вежливости. Роджер ее не узнал. В сердце Лизы медленно закипали гнев и обида. Ведь они выросли по соседству, вместе окончили школу, много лет были неразлучны! А теперь он смотрел на нее, словно на чужую.

Лиза плохо помнила, как добралась до отеля, зарегистрировалась, отдала ключи от машины портье, чтобы тот отогнал «опель» на стоянку. В маленьком уютном номере она устало опустилась на кровать. Ощущение было такое, словно ее выжали как тряпку, и повесили на прищепке сушиться.

Перед глазами, которые немилосердно щипали слезы, вставали картины детства. Вспоминались шалости, на которые Роджер был большой мастак. Воображение у него было неуемное, энергия била ключом, и тихая послушная Лиза всегда шла у него на поводу. Впрочем, Роджер был хорошим другом и никогда не заставлял ее отдуваться за свои проделки. Лиза невольно улыбнулась, вспомнив, как он утопил в бочке с водой башмаки их противной соседки миссис Паркер, вечно скандалившей с его родными и утверждавшей, что их собака гадит у нее в палисаднике. Ну и шуму тогда было…

Где-то неподалеку раздался бой часов. Лиза вздрогнула и, наконец, очнулась. Отбросив с лица прядь, она встала. Солнце клонилось к горизонту. Взгляд на часы подсказал, что уже восемь, пора было собираться. Пэм всегда отличалась редкой пунктуальностью, и вряд ли она изменилась за шесть лет.

Лиза тяжело вздохнула. У нее было достаточно причин нервничать в ожидании встречи со школьной подругой, и, будь эта встреча назначена дома, в Англии, она бы нашла предлог, чтобы от нее отказаться. Но здесь, за границей, можно было не особенно волноваться. Скорее всего, они проведут приятный, ни к чему не обязывающий вечер, после чего можно будет расстаться еще лет на десять…

Стоя в душе под струями воды – то обжигающе горячей, то ледяной, Лиза вновь прокрутила в памяти встречу с Роджером. Если он сегодня явится в ресторан, а, скорее всего так оно и будет, то его ждет сюрприз. Лиза давно уже избавилась от детской влюбленности. Роджер остался в ее памяти славным товарищем детских лет, но теплые воспоминания были омрачены горечью и чувством вины…

Стоп! Избавилась от влюбленности, говоришь? Внутренний голос издевательски захихикал. Встреча с сегодняшним Роджером – повзрослевшим, зрело-мужественным и красивым – всколыхнула в душе Лизы совершенно новые ощущения. Нет, это не возрождение старого чувства, размышляла она, выходя из душа и вытирая волосы полотенцем. Скорее это удар молнии! В такого мужчину она могла бы влюбиться с первого взгляда.

Лиза покачала головой. Лезут же в голову всякие глупости! Роджер есть Роджер, хоть изменился он, хоть нет. Ее старый друг детства, притом женатый на ее лучшей школьной подруге. Было и еще кое-что, связывавшее их гораздо крепче, чем Роджер или Памела могли себе представить, но об этом Лиза пока не хотела даже думать.

Открыв чемодан, она вынула из него бледно-розовое вечернее платье и, встряхнув, окинула его критическим взглядом. Слава Богу, платье не помялось. Лиза нарочно уложила свой воздушный наряд сверху, чтобы достать, как только приедет. Где-то сбоку должны быть босоножки. Ага, вот они. Тонкая серебряная шпилька, узенькая перемычка, оставлявшая открытыми пальцы ног, и серебряные ремешки, завязывающиеся вокруг лодыжки.

Лиза разложила платье на кровати, поставила рядом обувь и занялась прической. К счастью или к несчастью, ее волосы в особой укладке не нуждались. Прямые, пепельно-белокурые, почти серебристые, они спадали до середины спины. Хорошо, что длинные снова в моде, в который раз подумала Лиза, расчесывая волосы на пробор. Сложные модные прически ей не шли, укладка не получалась, даже подкрутить кончики феном было нелегкой задачей. Оставалось использовать бигуди или делать химию, но кудри ее отнюдь не украшали, тем более что от бигуди начинала разламываться голова.

Стянув волосы, Лиза приподняла их, прикидывая, стоит ли зачесывать наверх. На всякий случай у нее в косметичке лежала заколка, украшенная жемчужинами. Она как раз подошла бы к ее туалету. Однако, поразмыслив, Лиза отказалась от идеи делать высокую прическу. В конце концов, в школе она ходила с распушенными волосами. Если ее так невероятно изменило время, что даже Роджер не узнал, то Памела быстрее вспомнит подругу детства, если та будет походить на себя – школьницу.

Одевшись, Лиза придирчиво посмотрела в зеркало и осталась вполне удовлетворена. Бледно-розовый цвет, который для большинства женщин был опасен, поскольку просто «гасил» их, необыкновенно шел к ее очень светлой, почти не поддающейся загару коже, и придавал необычный дымчатый оттенок серым глазам, окруженным пушистыми ресницами. Мелкие веснушки, которыми был усыпан короткий, чуть вздернутый носик, в юности доставляли Лизе немало огорчений. Впрочем, многие находили их весьма пикантными, да и надоело вести с ними бесконечную борьбу, которая неизменно заканчивалась не в пользу Лизы. Она давно махнула на них рукой и лишь чуть припудривала нос, понимая, что это не избавляет от золотистой россыпи на носу, а лишь греет душу сознанием того, что она все-таки предпринимает попытки скрыть ненавистные конопушки.

Лиза нанесла на губы розовый блеск и забросила волосы на спину. Жемчужные серьги были почти не видны, ну да Бог с ними. На поиски подвесок у нее все равно не оставалось времени. Она провела руками по бокам, разглаживая платье – воздушный лоскут шелка, удерживавшийся на плечах тоненькими бретельками и до щиколоток мягко обтекающий ее худенькую, совсем девическую фигурку, и открывающий лишь ремешки босоножек. Лиза не любила мини-юбки, хотя ногами могла гордиться: они у нее были длинные, хорошей формы, со стройными лодыжками и узкой изящной ступней с красивыми пальцами. Любая обувь сидела на ее ногах идеально.

Что ж, осталось надеть на шею нитку жемчуга, сбрызнуть себя духами, и можно идти. Подхватив с кровати вечернюю сумочку, она бросила взгляд на часы. Без десяти девять. Набережная рядом, так что ресторан не может быть далеко. Хорошо бы обойтись без машины, подумала Лиза, спускаясь в вестибюль.

Дежурный за стойкой улыбнулся ей и вернул ключи от «опеля». Лиза вспомнила, что владеет итальянским, и спросила, как добраться до ресторана. К ее великому облегчению оказалось, что до него всего пять минут ходьбы. Ободренная этим сообщением, девушка наградила дежурного сияющей улыбкой и выпорхнула наружу.

Выйдя из-под арки, открывающей вход в так называемую галерею, она огляделась и почти сразу обнаружила неоновую вывеску ресторана. Лиза распрямила плечи и с наслаждением вдохнула морской воздух, напоенный к тому же ароматом цветов и деревьев, в изобилии растущих вдоль набережной.

Жара спала, и вечерняя прохлада ласкала ее обнаженные плечи и руки. Кругом были толпы людей, по проезжей части, время от времени, коротко сигналя, сновали бесконечные автомобили. Лизе пришлось лавировать в толпе, но она не жалела, что не воспользовалась машиной. Во-первых, поездка заняла бы у нее куда больше времени, чем прогулка пешком, а во-вторых… Вся эта масса гуляющих была такой умиротворенной и довольной! Слышался говор на разных языках, лица в большинстве своем светились улыбками. Люди прогуливались, сидели на лавочках, на парапете. Где-то рядом звучала музыка, уличные кафе были заполнены до отказа – еще бы, ведь самый разгар сезона. Неторопливо следуя к ресторану, Лиза поймала себя на том, что улыбается. Здесь сразу чувствовалось, что люди приехали отдыхать, и она ощутила себя частью этой жизнерадостной, расслабленной толпы. Подойдя к двери, Лиза решительно шагнула внутрь. Отпуск – долгожданный и заслуженный – наконец-то начался, и она не даст пустым тревогам омрачить его.

– Лиз! Вот и ты, дорогая! Дай мне на тебя посмотреть!

Памела возникла словно из ниоткуда, крепко обняла Лизу и, схватив за руку, потащила к окну, где было больше света. Глядя в сияющие глаза по-прежнему невероятного фиалкового цвета, Лиза почувствовала, что у нее сжимается сердце. Только теперь она поняла, как не хватало ей все эти годы энергичной и жизнерадостной подруги. Она почти не изменилась, лишь расцвела своей пышной экзотической красотой. Высокая, стройная, с великолепной грудью и тонкой талией, Памела была редкой красавицей уже в переходном возрасте, когда большинство девочек еще выглядели гадкими утятами. Однако ее красота почему-то не вызывала зависти. Или потому что была слишком совершенной, или из-за солнечного характера Пэм, умудрявшейся ладить со всеми, даже с самыми сварливыми старыми дамами и вредными девицами.

Памела пришла в их школу поздно, за два года до ее окончания, и, разумеется, все мальчишки тут же в нее влюбились, а девчонки стали набиваться в подружки. Но Пэм из всех парней выбрала рыжего задиру Роджера, а из девочек – незаметную тихоню Лизу. Так они и дружили втроем до тех пор, пока…

Постепенно улыбка сошла с лица Памелы, и ее взгляд, устремленный на Лизу, стал ласковым и немного грустным. Лиза вдруг поняла, что та смотрит в лицо подруги как в зеркало. В ее собственных глазах наверняка отражались те же самые чувства. Памела на мгновение замерла в нерешительности, а потом осторожно провела кончиками пальцев по щеке Лизы.

– Здравствуй, моя дорогая, – неожиданно глухо произнесла она. – Давно же мы не виделись!

И Лиза, с трудом сдерживая слезы, бросилась в объятия подруги.

Немного успокоившись, они уселись за столик в глубине зала. Лиза не сразу заметила, что он накрыт на четверых, но как только оправилась от первого потрясения, устремила удивленный взгляд на подругу.

– Это для Роджера и его родственника, – извиняющимся тоном пояснила Пэм. – Они придут позже – решили дать нам время наговориться. Надеюсь, ты не возражаешь? Я забыла тебя сразу предупредить, а сегодня по мобильнику почему-то не смогла дозвониться.

Ничего удивительного, раздраженно подумала Лиза. Мобильный у нее как всегда не вовремя разрядился, а доставать зарядное устройство со дна чемодана не было времени.

– Я же почти все время была за рулем, – сделала неловкую попытку оправдаться Лиза. – Вот и не стала его включать, чтобы не отвлекаться.

И тут же отругала себя за ненужную ложь. Что такого особенного в том, что человек забыл зарядить мобильный, пусть даже и перед дальней дорогой? Хотя с Памелой, всегда аккуратной и методичной, такого казуса случиться никак не могло. Лиза вновь почувствовала себя рассеянной девчонкой, которой постоянно нужно о чем-то напоминать. И уж совсем некстати она сообразила, что за всеми переживаниями забыла сообщить тете Диане о своем приезде. Та наверняка волнуется и ждет от нее известий. Ладно, сегодня все равно уже поздно, решила Лиза, а завтра она позвонит домой прямо с утра.

Подошел официант, и подруги заказали по безалкогольному коктейлю. Лиза с удовольствием выпила бы чего-нибудь покрепче – бокал вина, например. Но вовремя спохватилась, вспомнив, что с утра почти ничего ни ела, не считая сандвича, наскоро перехваченного на заправке.

Еще не хватало, чтобы меня развезло, мрачно подумала она. Причем именно сейчас, когда надо было сохранять голову ясной, чтобы не сболтнуть лишнего.

Лиза окинула взглядом зал. Обстановка здесь была уютной и располагающей к отдыху: приглушенный, мягкий свет, окрашенные в спокойные палево-дымчатые тона стены, украшенные композициями из ракушек, водорослей и морских звезд, негромкая музыка. Одним словом, изысканное местечко.

– Славно здесь, правда? – улыбнулась Памела, перехватив взгляд подруги. – Мы тут уже две недели и это наш любимый ресторан. Кухня в основном состоит из морепродуктов. Ты не против подобных блюд?

– Что ты, наоборот! Ужасно люблю морскую живность, – откликнулась Лиза, и обе рассмеялись.

После этого беседа потекла непринужденно. Девушки наперебой вспоминали разные эпизоды из детства, перемыли косточки школьным приятельницам, о которых хоть что-нибудь знали. Но при этом обе, словно сговорившись, избегали рассказывать о себе. Официант принес им новую порцию напитков, и в разговоре как-то сама собой возникла пауза. Пэм отпила глоток фруктового коктейля и слегка откашлялась.

– Ну, а ты как живешь? – словно наконец-то решившись, осторожно спросила она. – Мы ведь совсем ничего о тебе не знаем. Ты как в воду канула. За шесть лет – ни одной весточки. Только не думай, я тебя ни в чем не упрекаю! – поспешно добавила она, заметив, как неловко заерзала Лиза. – Жизнь такая суматошная, вечно разводит людей, особенно, если те живут в разных концах страны… Как тетя Диана и дядя Эван?

– Дядя Эван умер полгода назад, – грустно произнесла Лиза. Услышав, как негромко ахнула подруга, она поспешно опустила глаза и сделала большой глоток из своего бокала.

Памела крепко сжала ее руку.

– Прости, дорогая, я не знала. Это ужасная потеря для всех нас. Как это случилось?

– Рак, – коротко отозвалась Лиза.

Она до сих пор не могла полностью оправиться от невосполнимой утраты. Всего лишь месяц назад они с теткой смогли, наконец, более или менее спокойно заговорить о нем, стараясь, однако, избегать воспоминаний о том мучительном периоде, в течение которого Эван боролся с болезнью, а они изо всех сил пытались ему помочь, все отчетливее понимая, что битва с судьбой проиграна.

– Твоя бедная тетя, наверное, просто убита горем, – мягко заметила Пэм. – Они ведь так любили друг друга. Это была самая дружная пара во всем городе – всем на зависть.

– Да, – через силу улыбнулась Лиза. – Тете пришлось нелегко. Но ты ведь знаешь ее. Она сильная. Говорит, что жизнь продолжается, и живет. Я ею просто восхищаюсь.

Пэм задумчиво кивнула.

– Лучше расскажи, как у вас с Роджером, – сменила тему Лиза. – А то я, не дай Бог, начну реветь.

– Да-да, конечно, – закивала чуткая Памела, понимая, что тормошить школьную подругу расспросами о жизни сейчас, по меньшей мере, неуместно. – У нас все в порядке. Я работаю. Могу похвастаться: доросла до заместителя начальника департамента.

– А я могу поспорить, что знаю, какого именно, – подхватила Лиза. – По связи с общественностью, верно?

– Точно, – со смехом подтвердила Пэм.

– Поздравляю! Не сомневаюсь, что место начальника тебе обеспечено. А Роджер? По-прежнему весь в своей психологии?

– Представляешь, наш профессор пишет книгу! Это будет редкая заумь, в которой сам черт ногу сломит. Я, во всяком случае, чувствую себя полной дурой. – Памела говорила с иронией, однако в ее голосе отчетливо проскальзывали нотки гордости, да и глаза сияли совсем так же, как в те дни, когда она только влюбилась в Роджера.

– Рада за него и за вас обоих, – улыбнулась Лиза. – Похоже, любовь за эти годы не заржавела. Держу пари, ваша семья растет как на дрожжах.

При этих словах блеск в глазах Памелы померк, а улыбка стала какой-то вымученной.

– Да уж, – произнесла она с явно наигранной веселостью. – У меня уже восемь племянников, представляешь? По двое детей у Криса и Эдди, а у Риты – четверо!

– Когда же она успела? – ахнула Лиза. – Ей всего-то двадцать с небольшим!

Братья Памелы были старше ее, и к тому времени, когда семья перебралась в новый город, уже учились и колледже. Лиза их знала плохо, зато младшую сестренку своей подруги помнила прекрасно.

– А она выскочила замуж сразу после школы, родила одного за другим двух парней, а в прошлом году – двух девочек-близняшек, – с гордостью пояснила Пэм.

Лиза вгляделась в лицо подруги. У нее было такое чувство, что она вторглась на запретную территорию. В глазах Памелы затаилась стародавняя печаль.

– А вот своих детей у нас с Роджером по-прежнему нет, – неожиданно отрывисто бросила Пэм.

Лиза чуть не поперхнулась. Вот оно что! Для Памелы это была настоящая трагедия. Родом из большой семьи, она обожала детей и еще в школе говорила, что готова нарожать их целую дюжину. Сочувственно посмотрев на подругу, Лиза не знала, что ей сказать.

– Да, вот так. – Пэм криво улыбнулась и помешала соломинкой коктейль. – Тебе я могу признаться в этом, ты же знаешь, как я всегда мечтала о детях. А для всех прочих просто делаю вид, что слишком занята своей карьерой и мне еще рано думать о прибавлении семьи. На самом же деле… у нас просто ничего не выходит.

– А вы не пытались выяснить, почему? – осторожно спросила Лиза.

– Еще как пытались! Анализы у нас в полном порядке – и у меня, и у Роджера, – вздохнула Пэм. Мы прошли полный курс по специальной программе, без лекарств, конечно. Я их боюсь как огня, ведь они все гормональные. Специальное питание, физиотерапия… А результат – круглый ноль! Нас словно заклинило. Один врач заявил, что, мол, корни этой проблемы надо искать в нашем подсознании, но Роджер его просто высмеял. Иногда я думаю о том, что бесплодие сродни наказанию свыше! – На лицо Памелы набежала тень. – Впрочем, глупости все это. Я никогда не была особенно религиозной.

Лиза похолодела. Наказание? За что? Неужели Пэм что-то знает? Она нервно откашлялась и неуверенно произнесла:

– Может, все еще образуется. Вы молоды, и отчаиваться рано. – Она виновато посмотрела на подругу, понимая, как беспомощно звучат ее слова.

Но Пэм лишь солнечно улыбнулась и кивнула:

– Спасибо, моя хорошая! Я знала, что ты меня поддержишь.

– Но ведь это так! Бывает, люди по десять лет не могут завести детей, а потом их словно прорывает. Я знаю такие случаи. У вас все будет хорошо, ты даже в этом не сомневайся! – Последние слова она произнесла уже с непоколебимой уверенностью.

Памела улыбнулась, и обе снова принялись за свои коктейли. Внезапно на плечи Лизы легли крепкие руки.

– Ага, попалась, наконец, беглянка!

## 2

Обернувшись, Лиза посмотрела через плечо.

– Роджер! – взвизгнула она и, вскочив со стула, бросилась на шею молодому человеку. Тот крепко прижал ее к себе и тут же решительно отстранил.

– Дай-ка на тебя посмотреть, – тоном врача, собиравшегося осматривать капризную пациентку, произнес он.

Лиза почувствовала, как ее глаза наливаются предательской влагой. Милый Роджер! Он, конечно, стал шире в плечах, и рыжие волосы его слегка потемнели, но в глазах по-прежнему плясали чертики, а лицо было таким же по-мальчишески открытым и веселым. Однако никакой седины и странной печали в глазах. Мистика какая-то! Неужели у нее от усталости случилось временное помрачение рассудка? Перед ней был явно не тот человек, которого она встретила на площади. Лиза бросила взгляд на Памелу и увидела, как та украдкой смахнула слезу.

– Та-ак, – протянул Роджер, удовлетворенный осмотром. – Волосы те же, веснушки на месте. И все такая же тощая! Хоть бы поправилась немного, а то выглядишь как двадцатилетняя девчонка, а, Кэрри? – И он лукаво подмигнул.

Слезы мгновенно высохли, и Лиза невольно расхохоталась.

– Да ну тебя, Роджер! – досадливо поморщилась она, отстраняясь.

Первое имя Лизы было Кэролайн. Оно всегда казалось ей чересчур громоздким, а уменьшительное Кэрри вызывало у нее содрогание. Второе имя – Лиза – нравилось девочке гораздо больше. Кстати, именно Роджер, когда им было по восемь лет, предложил ей сменить имя. Более того, с его легкой руки все стали называть ее Лизой. Роджер постепенно так приучил окружающих к ее новому имени, что даже тетя Диана и дядя Эван со временем, казалось, забыли, что когда-то называли любимую племянницу Кэрри.

– Ну, а если серьезно, – тепло улыбнулся Роджер, – ты стала настоящей красавицей. Просто зимняя роза!

– Спасибо. – Лиза ласково коснулась его плеча.

– Ты и представить не можешь, как нам тебя не хватало, – прибавил Роджер, и Памела согласно кивнула.

Увидев, как затуманились глаза обеих женщин, Роджер сообразил, что разводить сантименты, пожалуй, не стоит, и снова вернулся к легкому, чуть насмешливому тону.

– Ну, девочки, надеюсь, мы дали вам время поговорить о своем, о девичьем? – весело сказал он. – Лиза, я хочу познакомить тебя с моим двоюродным братом. Дэвид!

Обернувшись, он помахал рукой.

Только сейчас Лиза заметила мужчину, стоявшего в стороне и наблюдавшего за их встречей. Он был чуть выше Роджера, строен и широк в плечах. Лицо же незнакомца Лиза смогла разглядеть лишь тогда, когда тот подошел ближе. И сразу же почувствовала, как ноги становятся ватными. Вот он – тот самый человек, который помог ей найти отель. Сейчас, глядя на обоих мужчин, стоящих рядом, Лиза поразилась тому, что ухитрилась их перепутать. Семейное сходство, конечно, было налицо, но, по сравнению с кузеном, Роджера можно назвать не более чем обаятельным симпатягой, в то время как Дэвид выглядел настоящим красавцем. И он был старше, это чувствовалось по всему – и по манере держаться, и по спокойному, какому-то мудрому выражению его лица. Похоже, что перед ней возник мужчина ее мечты!

– Помнишь, я тебе рассказывал о наших канадских родственниках? – продолжал Роджер. – Мы с ними долгое время почти не общались, но в последние годы Дэвид ведет дела в Лондоне и живет там почти постоянно. Так что мы очень сблизились. Дэвид, это наша давняя подруга – Лиза.

– Мы с Лизой уже встречались, – огорошил их Дэвид.

– Сегодня, – уточнила Лиза, протягивая руку. – Я немного заплутала, и мне любезно подсказали, как найти отель. Рада познакомиться с вами, Дэвид! – церемонно произнесла она, пожимая крепкую мужскую ладонь.

Ей показалось, или же он действительно задержал ее руку в своей чуть дольше, чем это позволяли правила приличия? Сердце Лизы слегка ёкнуло.

– Понятно, – кивнул Роджер. – Старина Дэвид! У него, похоже, жизненное предназначение приходить на помощь. – И он похлопал двоюродного брата по плечу.

– Давайте присядем, – предложил Дэвид. – Дамы, я смотрю, ничего не ели. Лиза, должно быть, умирает с голоду после долгой дороги.

– Кстати, как ты добиралась сюда из Генуи? – поинтересовался Роджер, усаживаясь рядом с женой и предоставляя Дэвиду возможность поухаживать за Лизой.

Досадливо морщась, Лиза поведала о своих злоключениях, однако постаралась придать рассказу комический оттенок. Все сочувственно поахали, немного посмеялись, и Дэвид понимающе качнул головой.

– Вы мужественная женщина, Лиза, – заметил он. – Не каждая решилась бы в одиночку проделать столь долгий путь, притом в чужой стране.

– Да что вы! – девушка слегка покраснела. Его слова прозвучали как отголосок возражений тети Дианы. – Что со мной могло случиться? Страна цивилизованная, да и итальянский я знаю неплохо. Наверное, от усталости меня просто заклинило. Могла бы уточнить дорогу гораздо раньше.

Лиза заказала себе салат и спагетти с морепродуктами. Еда была просто сказочной, вино – легким и необыкновенно приятным, но она, обычно ценившая хорошую кухню и сама любившая при случае поимпровизировать у плиты, на этот раз не смогла отдать должное вкусным блюдам, постоянно ощущая на себе изучающий взгляд Дэвида. В какой-то степени присутствие этого мужчины обернулось для нее настоящим спасением, поскольку при нем они беседовали на самые общие темы, не особенно касаясь личной жизни друг друга.

Лиза рассказала о себе лишь то, что сочла нужным. Роджер сокрушался по поводу смерти дяди Эвана и даже напустился на Лизу, ругая ее за то, что она ничего им не сообщила. Памела вовремя дернула мужа за рукав, и он, спохватившись, стал шумно выражать Лизе свое сочувствие. К счастью, ни Пэм, ни Роджер не стали расспрашивать ее, почему она так внезапно исчезла сразу после их свадьбы, хотя явно сгорали от желания выяснить отношения. Но не устраивать же разбирательство в присутствии постороннего человека, будь он хоть сто раз родственником! Дэвид появился в их жизни после исчезновения Лизы, и их личные дела вряд ли могли быть ему интересны.

Хотя… по некоторым его репликам Лиза поняла, что он не прочь был бы разузнать о ней поподробнее, и это ее сразу насторожило. Глядя на веселые лица школьных друзей, слушая их непринужденную болтовню – Пэм и Роджер с восторгом делились впечатлениями об Италии – Лиза с тоской думала о том, как несправедлива жизнь. Рядом с ней сидят двое людей, самых дорогих для нее после дяди Эвана и тети Дианы, а она должна таиться от них, размышлять, как бы сделать так, чтобы ей с ними больше никогда не встречаться! Причем пойти на это ради их же блага и ради еще одного существа, которое стало ей дороже всех друзей, вместе взятых.

Лиза поймала устремленный на нее взгляд Дэвида и поспешно опустила глаза. Ей всегда трудно было притворяться. Роджер постоянно твердил, что врать она не умеет и у нее все на лице написано. Что прочел сейчас на нем Дэвид? Во всяком случае, его взгляд был серьезным и странно задумчивым.

Наконец, ужин подошел к концу. Лизу не отпускали противоречивые чувства. Она испытывала одновременно и облегчение оттого, что расстается с друзьями, и нестерпимую тоску. Да, им снова предстояла долгая разлука… К тому же присутствие этого сурового красавца окончательно лишало ее душевного равновесия. Ничего себе отдых начинается! – сердито подумала Лиза, выходя на набережную. То ли еще будет!

– Вон наш отель – на самом верху. – Памела махнула рукой в сторону моря, где к невысокой скале прилепилась ярко освещенная постройка из розового камня. – Очень симпатичный, только немного суетливый, как все большие отели. А ты где остановилась, Лиза?

– Здесь, совсем рядом. Я специально сняла номер в небольшой гостинице – хотелось тишины и покоя.

– Да уж, суету ты никогда не любила, – заметил Роджер. – Но это пристанище хоть сколько-то отвечает твоим требованиям?

– Похоже, что да, я еще не успела как следует осмотреться, – улыбнулась Лиза. – Приехала, сразу помчалась в ресторан.

– Жаль, что нам завтра уезжать, – заметила Памела. – Мы так мало побыли вместе!

Уезжать? Лиза с трудом сдержала вздох облегчения. И одновременно разочарования. Чем дольше она находилась рядом с друзьями, тем сильнее был соблазн плюнуть на все и больше с ними не расставаться.

– Вечер еще не закончен! – объявил Роджер. – Вон там, на набережной, играет оркестр. Пошли, посидим немного.

Лиза слабо улыбнулась. Роджер, как всегда, брал инициативу на себя, и она готова была подчиниться. Однако Пэм решительно покачала головой.

– Опомнись, милый! – стала урезонивать она разошедшегося супруга. – Уже первый час. Лиза с ног валится от усталости, а нам с тобой в пять вставать. Ты что, забыл, во сколько наш самолет?

– Подумаешь! – заупрямился Роджер. – По мне, так можно и вообще не ложиться.

Молодые женщины с улыбкой переглянулись.

– Видишь? Нисколько не изменился! – со вздохом произнесла Памела, и Лиза засмеялась. – Нет уж, дорогой мой! Ты забыл, что у тебя завтра встреча с издателем? Хорош же ты будешь после бессонной ночи! У нас теперь есть номер ее телефона, пусть только попробует эта Лиза снова исчезнуть! Пообщаемся с ней дома.

– Видишь? – Роджер обернулся к Лизе и картинно вздохнул. – Нисколько не изменилась. По-прежнему вьет из меня веревки.

Все дружно расхохотались.

– Пойдем хоть, проводим нашу беглянку до отеля, – взмолился Роджер.

– Делай, что тебе говорят, – неожиданно вмешался Дэвид, – Полезайте на свою верхотуру, а Лизу провожу я сам.

От этой перспективы девушку вдруг пробрала дрожь, хотя ветерок, дувший с моря, был теплым и ласкающим.

– Не вижу в этом необходимости, – слабо запротестовала она. – Тут всего пять минут пешком – вон в ту арку. – Она махнула рукой в направлении галереи.

– Тем более, – отозвался Дэвид, – Я провожу вас, а потом нагоню Роджера и Пэм. Я ведь живу в том же отеле, что и они.

– Вот и отлично, – поддакнула Памела.

Лиза поняла, что спорить бесполезно. Да и в чем, собственно, проблема? Каких-то пять минут, и она сможет уединиться в своем номере. Ей надо хорошенько обо всем поразмыслить. Сегодняшний день, похоже, грозил перевернуть всю ее жизнь.

Погруженная в свои мысли, она рассеянно расцеловалась с друзьями, заверила их, что они обязательно встретятся дома, и в сопровождении Дэвида направилась к арке.

– Вам не холодно? – заботливо спросил ее спутник. – Мне показалось, вы продрогли.

– Да нет, это, наверное, от усталости, – отозвалась Лиза. – Я хотела извиниться перед вами за свой поспешный отъезд – там, в городе. Мне ужасно неловко, и я вам страшно благодарна за помощь. Просто меня совершенно измучила дорога, и я боялась опоздать, ведь Памела такая пунктуальная…

Она замолчала и подняла глаза на мужчину. На его лице играла легкая улыбка. Лиза мысленно отругала себя за дурацкое поведение. Ну что она оправдывается перед ним, как школьница?

– Вам совершенно незачем извиняться, – мягко произнес Дэвид, – Я сразу все понял. Идемте, пока дорога свободна.

Только сейчас Лиза сообразила, что они стоят у пешеходного перехода.

Пока они шли на ту сторону и пробирались затем мимо припаркованных к тротуару автомобилей, Дэвид украдкой бросал взгляды на спутницу. Поразительная женщина, думал он, хрупкая, почти прозрачная, в лице ни одной яркой краски, все мягкое, приглушенное, камерное. Как там сказал Роджер – зимняя роза? Пожалуй, скорее лилия. Такая тонкая, что, кажется, можно переломить одним движением руки, но в то же время чувствуется в ней какая-то скрытая сила, внутренний стержень, помогающий ей держаться на плаву.

Сегодня, когда, прогуливаясь по городу, он увидел ее на стоянке – бледную, особенно по сравнению с цветущими загорелыми туристами, измученную, с каким-то затравленным взглядом его сразу потянуло к ней. Захотелось помочь, утешить… Однако стоило ей увидеть свою гостиницу, как она сразу распрямилась, и ему стало ясно: перед ним человек, который привык все делать сам, обходясь без чужой помощи. Она заинтриговала его, и Дэвид решил, что непременно отыщет эту девушку. Судьба, да и только! Теперь он понял, почему Лиза смотрела на него столь пристально и удивленно. Должно быть, сходство с Роджером ввело ее в заблуждение, тем более что они давно не виделись.

Лиза скосила глаза на молча шагавшего рядом мужчину. Выражение его лица было по-прежнему серьезным и очень задумчивым. Она была благодарна ему за то, что он не стал приставать к ней с дежурными разговорами, например, выяснять, как давно она знакома с Памелой и Роджером? И произносить всякие милые глупости; правда, мол, какие они славные…

Возможно, в этом и не было нужды. Ребята наверняка ввели его в курс дела, прежде чем тащить с собой в ресторан. Внезапно она ощутила жгучее сожаление. Пэм и Роджер завтра уезжают, и Дэвид уедет с ними. А ей так хотелось… Впрочем, это к лучшему, одернула себя Лиза. Тесное общение с близким родственником, а теперь еще и другом Роджера, ей ни к чему.

– Ну, вот мы и пришли, – объявила девушка. Они незаметно приблизились к гостинице. – Приятно было познакомиться с вами, Дэвид! – Лиза протянула руку. – И спасибо, что проводили.

– Надеюсь, мы видимся не в последний раз. – Сжав ее ладонь, Дэвид заглянул Лизе в глаза. – Мне бы хотелось встретиться с вами снова.

У нее перехватило дыхание, и она почувствовала, как к щекам приливает краска.

– Да, конечно… как-нибудь, – пролепетала она. – Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – мягко отозвался Дэвид.

Он выпустил ее руку, и Лиза почти бегом бросилась к раздвижным стеклянным дверям, которые бесшумно раскрылись перед ней. Не удержавшись, она обернулась и увидела, что Дэвид по-прежнему стоит перед входом, провожая ее взглядом.

Оказавшись в номере, Лиза первым делом отыскала зарядное устройство для мобильного телефона. Как ни печально, но звонок тете придется отложить до утра. Она беспокоилась, но не будить же ее среди ночи!

К счастью, Лизе сразу удалось найти розетку. Подсоединив телефон, она стала лихорадочно вспоминать, когда в последний раз оплачивала счет. Не хватало еще, чтобы мобильный отключили за неуплату! Лиза поспешно включила телефон и присела на кровать, глядя на дисплей. Поиск сети… Ага, кажется, все в порядке. Слава Богу, телефон работает. Лиза облегченно вздохнула и тут же чуть не подпрыгнула. Телефон в ее руке мелодично затренькал.

– Алло! – срывающимся голосом отозвалась девушка.

– Лиза, дорогая, что случилось? – раздался в трубке встревоженный голос тети. – Целый день не могу дозвониться. Я уже навоображала Бог весть, какие ужасы!

– Ох, тетя Диана, милая, прости, пожалуйста! – взмолилась Лиза. – Честное слово, у меня сегодня мозги набекрень. Я забыла зарядить мобильник, а потом уже было не до того.

– Что-нибудь с машиной? Как ты добралась? – продолжала допытываться та.

– Да все в порядке! – заверила ее Лиза. – Ехала я нормально, только слишком долго. Еле успела переодеться и тут же помчалась в ресторан. Буквально несколько минут назад пришла, сразу включила телефон, и ты звонишь.

– А сама позвонить не догадалась? – В голосе тетки звучал ласковый укор.

– Не хотела тебя тревожить, – призналась Лиза. – Я думала, ты уже легла.

– Да Бог с тобой, девочка! – возмутилась тетка. – Неужели ты думаешь, я смогла бы заснуть? В кои-то веки отпустила тебя совсем одну в такую даль! Нет, я ни за что бы не успокоилась, пока не убедилась, что у тебя все хорошо.

– Все просто отлично! – бодро отрапортовала Лиза. – Город милый, природа потрясающая, море теплое. Чего еще желать?

– А как прошла встреча? Как Роджер и Памела?

– Ох, тетя, не спрашивай! – вздохнула Лиза. – Я уже и так вся испереживалась. Все прошло прекрасно. Не думала, что я так сильно по ним скучала! Жаль, что в жизни все так нескладно… Кстати, а почему ты ничего не говоришь про Эми? Как она там?

– Спит, как ангелочек. – Даже по телефону было ясно, что тетя Диана улыбается. – Скучает по тебе, конечно, но мужественно готова ждать твоего возвращения – при условии, что ты будешь звонить каждый день. Сегодня я ее еле уложила. Ребенок был полон решимости ждать твоего звонка до победного.

– Ради Бога, тетя, не трави душу! Завтра с утра пораньше, как только встану, позвоню – пообещала Лиза.

– Боюсь, что это будет не слишком рано, – отозвалась ее тетка. – Уже за полночь, а ты устала с дороги. Все, дорогая, ложись спать. Потом обо всем поговорим, хорошо? Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, – вздохнула Лиза. – Поцелуй за меня Эми.

– Непременно, – пообещала тетя Диана и связь прервалась.

Лиза положила телефон на тумбочку и откинулась на подушки. С души свалился камень. Слава Богу, тетя догадалась позвонить, иначе она так бы и мучилась до утра.

Милая тетя Диана, что бы она без нее делала?! А ведь они даже не состояли в кровном родстве. Диана Уэстлейк была сводной сестрой Лизиной матери – дочерью второй жены ее отца от первого брака. Родители Лизы были учеными-экологами и, отправляясь в экспедиции, оставляли дочь на попечение дяди и тети. Во время одной из таких экспедиций в горах случился обвал, и все, кто туда отправился, пропали без вести. Спасатели несколько недель прочесывали местность, однако так и не смогли подобраться к самому опасному месту. Лизе тогда было всего четыре года. К тому времени она уже настолько привыкла жить у родственников, что не очень-то и осознала перемену в своей жизни. Она просто осталась с тетей Дианой и дядей Эваном, вот и все. Родителей Лиза помнила смутно, а со временем воспоминания о них свелись к фотографиям в семейном альбоме, отдельным образам, сохранившимся в памяти, и рассказам близких людей.

Своих детей у Дианы и Эвана не было, и они с радостью взяли племянницу под свою опеку, тем более что Лиза была тихой и послушной девочкой. Она обожала дядю и тетю, а те, в свою очередь, души в ней не чаяли. Эти взрослые были единственными родственниками, которые у нее остались. Они всегда и во всем поддерживали свою любимицу, понимали ее с полуслова и умели найти нужные слова, когда надо было утешить ребенка.

Лиза с детства бредила архитектурой, штудировала книги и еще в школе постоянно что-то чертила, поэтому никто не удивился, когда после школы она поступила и колледж на отделение архитектуры и строительства. Учеба давалась Лизе без особого труда, она выигрывала почти все студенческие конкурсы, а ее дипломный проект привлек внимание представителей весьма преуспевающей строительной фирмы. Лиза была на седьмом небе от счастья, когда ей предложили работу там по окончании колледжа – работу вполне престижную и хорошо оплачиваемую.

Единственным минусом было то, что филиал фирмы, где ей предстояло трудиться, находился в другом конце страны, а расставаться с родными ей не очень-то хотелось. Лиза билась над решением этой проблемы, когда на ее голову внезапно свалилась Эми. Вот тут-то и проявился истинный характер ее близких. Понимая, что Лизе одной не справиться, дядя и тетя смирились с необходимостью уехать из их городка. Они продали дом, в котором счастливо прожили не один десяток лет, распрощались с друзьями, милыми их сердцу местами и отправились вместе с Лизой и Эми на север. Тетя самоотверженно взяла на себя заботу о ребенке, понимая, что совмещать карьеру и воспитание девочки Лиза не сможет, тем более что она только-только приступала к работе.

На новом месте они освоились очень быстро.

Дружная и приветливая супружеская пара с милой и спокойной племянницей и ее прелестной малюткой сразу завоевала симпатии соседей. У дяди и тетки образовался новый, достаточно приятный круг общения, и Лиза вздохнула с облегчением. Сама она мало с кем общалась: катастрофически не хватало времени. Работы было невпроворот, а досуг она посвящала малышке.

Лиза искренне радовалась, что перемена в их жизни прошла почти безболезненно, но иногда, глядя на родных, все же испытывала чувство вины. Ведь в их возрасте не так-то просто было все бросить и начать новую жизнь. Это чувство во сто крат усилилось, когда у дяди обнаружили рак. Лизу постоянно терзали сомнения, не спровоцировано ли это переменой климата или еще какими-то факторами, связанными с переездом. Она никогда не делилась этими предположениями с тетей – той и без ее домыслов было тяжело. Но, похоже, Диана догадывалась о душевных муках племянницы и, несмотря на свое горе, всячески старалась ее ободрить и утешить.

Лиза тяжело вздохнула. После смерти дяди они только начали приходить в себя, а тут новые треволнения. Чтоб он провалился, этот Деннис Сламки! С той самой минуты, как он появился в их офисе – толстый, шумливый, не в меру жизнерадостный и сыпавший плоскими шутками, у Лизы возникло нехорошее ощущение, что с ним хлопот не оберешься.

Мистер Сламки был совладельцем кондоминиума, на строительство которого в тот момент были брошены все силы компании, и желал, чтобы его собственное жилище стало настоящим шедевром. Начальство, поразмыслив, решило пустить в ход тяжелую артиллерию в образе хрупкой Лизы. Помимо несомненного таланта и высокой квалификации, она отличалась редким терпением и могла выдержать натиск любого клиента, не раздражая последнего и умудряясь при этом одновременно отстаивать интересы компании.

Лиза изрядно натерпелась от мистера Сламки и его слащавой, увешанной драгоценностями супруги. Эти двое сами толком не знали, чего хотят, но считали своим долгом ставить под сомнение любое Лизино предложение. После многочисленных переделок и перестроек они изъявили желание, чтобы Лиза занялась интерьером. Девушка мягко объяснила, что она архитектор, в компании полно прекрасных дизайнеров, которые удовлетворят запросы даже самого придирчивого клиента, но супруги были непреклонны.

Начальник готов был встать на колени, чтобы уговорить Лизу согласиться. В принципе, отказываясь, она покривила душой, ибо интерьером занималась при случае с не меньшим удовольствием, чем проектированием. Просто уж очень ей надоели милейшие супруги. Однако клиент был влиятельным и перспективным, и с этим приходилось считаться.

Скрепя сердце, Лиза согласилась с доводами начальника. И тут для нее началась настоящая битва, причем в какой-то момент Лиза поймала себя на том, что получает от нее удовольствие. Ей удалось совершить невозможное: совместить откровенный китч со сдержанной простотой, да так, что получилось нечто весьма оригинальное. Сламки пришли в бурный восторг, начальство было счастливо, а Лизу наградили хорошими премиальными и отпуском на три недели. Причем босс заверил отличившуюся сотрудницу, что она может спокойно отправляться на все четыре стороны, и никто ее за время заслуженного отдыха ни разу не побеспокоит.

Первую неделю Лиза с наслаждением провела дома: возилась с малышкой, помогала тете по хозяйству, водила их в закусочные и парки, а оставшиеся две недели решила провести в Италии – в стране, о которой мечтает любой архитектор.

.Кстати, ее предчувствия насчет мистера Сламки оправдались. Во время их последней встречи в офисе он восторженно заверил Лизу, что она самый талантливый архитектор и дизайнер во всей стране и что он будет кричать о ней на всех перекрестках. Это-то он благополучно и осуществил. В принципе, Лиза была бы не против, да вот только первым местом, куда заявился Деннис Сламки, размахивая ее визиткой, была компания по недвижимости, через которую этот неугомонный мистер продавал свой прежний дом. Компания, в которой, по иронии судьбы, работала Памела! Той хватило одного взгляда на визитку, чтобы сообразить, о ком именно идет речь, а пара дополнительных вопросов подтвердила ее догадки.

В тот же вечер Памела по ее мобильному телефону разыскала Лизу. И когда выяснилось, что они едут отдыхать в одно и то же место – еще одно невероятное совпадение! – Лиза окончательно поняла, что их встреча неизбежна. От судьбы не уйдешь, тоскливо подумала она. Как ни старайся, она все равно тебя настигнет.

Боже, какое лицо было у Памелы, когда она во время их встречи говорила о детях! Лиза поежилась. Похоже, ей самой в будущем предстоит принять трудное решение. Тетя однажды намекнула на то, что все равно когда-нибудь тайное должно стать явным. Она заговорила об этом один-единственный раз – перед их переездом – и больше к этой теме не возвращалась. «Подумай, стоит ли обеднять свою жизнь, девочка», – сказала тетя Диана.

Ладно, поразмыслить надо всем этим у нее еще будет время, решила Лиза, поднимаясь с широкой гостиничной кровати. А теперь неплохо бы заснуть, вот только удастся ли? Для одного дня слишком много впечатлений и переживаний. У нее уже не было сил даже на то, чтобы принять душ. Наскоро вымыв ноги, Лиза выудила из чемодана ночную сорочку и, натянув ее, рухнула в постель.

## 3

Сон пришел к ней, как только она коснулась, головой подушки, – видимо, сказалось переутомление. Однако спала Лиза беспокойно. Мешали часы, где-то совсем рядом методично отбивавшие каждые полчаса. Стоило ей задремать, как бой часов тут же будил ее. Устав без конца просыпаться, она встала и подошла к окну. Отодвинув штору, Лиза с удивлением обнаружила, что уже совсем светло.

Окно ее комнаты выходило на боковую улицу – в точности такую же, как те, по которым она кружила накануне в поисках отеля. Улочка в столь ранний час была еще пуста, но за окнами домов уже ощущалось движение. Часы снова начали бить. Семь, сосчитала Лиза. И сразу же вслед за боем часов раздался мелодичный звон церковных колоколов. Звонят к утренней мессе, догадалась Лиза.

Небо над крышами домов было серым, но уже золотилось лучами утреннего солнца. Лиза потянулась и зевнула. Вставать не было смысла. Завтрак в отеле начинался с восьми, и делать ей было решительно нечего. Читать не хотелось, включать телевизор – тоже. Лиза снова забралась в постель и закрыла глаза. С улицы не доносилось ни звука, тихо гудел кондиционер, и она медленно погрузилась в сон.

Проснулась Лиза, словно от толчка и в первую секунду не могла сообразить, где находится. Протерев глаза, она взяла с тумбочки часики, которые положила туда накануне. Половина десятого! Пора на завтрак, а то можно и опоздать. Два с половиной часа крепкого сна удивительно освежили Лизу, и она чувствовала себя бодрой и выспавшейся. В считанные минуты, приняв душ, она вытащила из чемодана легкий длинный сарафан в мелкий цветочек и босоножки на невысоком каблуке, оделась, расчесала волосы и побежала на нижний этаж, где находился ресторан. Указатель она автоматически запомнила еще накануне.

В ресторане было почти пусто – большинство туристов уже успели поесть и разбрелись кто куда. Лиза наскоро позавтракала кофе и булочками, выпила стакан апельсинового сока и, улыбкой поблагодарив симпатичную официантку, вернулась в номер. Надо было разложить вещи, извлечь купальник и собраться на пляж.

Сегодняшний день Лиза решила посвятить отдыху. Она поваляется на пляже, потом, не спеша, пообедает, погуляет по городу, а уж вечером разложит карты и путеводители и станет соображать, куда лучше поехать в первую очередь. Впрочем, сейчас самым важным для нее было позвонить тете и Эми. Мобильный телефон уже зарядился. Лиза набрала номер, и трубку сразу схватила Эми. Слушая веселый щебет девочки, Лиза почувствовала, как к ней возвращается хорошее настроение. В конце концов, у нее отпуск. Все размышления она отложит на потом, а сейчас у нее впереди две недели солнца, моря и экскурсии к восхитительным памятникам архитектуры, до которых она обязательно доберется. Попрощавшись с Эми, Лиза перебросилась парой слов с тетей, пообещала позвонить еще раз вечером и занялась своими вещами.

Она едва успела развесить в шкафу платья и вынуть обувь, как раздался телефонный звонок, Звонил дежурный из вестибюля.

– Синьорина Лиза Прайс?

– Да, – с некоторым удивлением отозвалась Лиза.

– Прошу прощения, синьорина, вас ожидают в вестибюле.

– Кто? – тупо спросила ошарашенная Лиза.

– Какой-то синьор, синьорина. Он просит вас спуститься вниз.

– Одну минуту, – сказала Лиза. – Передайте, что я сейчас подойду.

По-прежнему недоумевая, она бросила на себя взгляд в зеркало. С утра она не успела подкраситься и сейчас показалась себе похожей на бледную поганку, но времени приводить себя в порядок не было. Может быть, Памела и Роджер решили что-то ей передать перед отъездом?

Пожав плечами, Лиза вышла из номера и направилась к лифту. Кто бы это ни был, лучше сразу покончить с этим, иначе она рискует сегодня вовсе не попасть на пляж. С ее белой, непривычной к южному солнцу кожей жариться на солнце после двенадцати просто опасно.

Выйдя из лифта, Лиза сделала несколько шагов по вестибюлю и застыла как вкопанная. С дивана навстречу ей поднялся Дэвид.

– Доброе утро! – бодро поздоровался он. – Как спалось?

И улыбнулся – широкой, неожиданно мальчишеской улыбкой, что сделало его сразу похожим на Роджера.

– Н-ничего, – пробормотала Лиза. – Но почему вы здесь? Я думала, вы уехали вместе с Памелой и Роджером. – Она покраснела и совсем смешалась. Ничего себе приветствие! Хоть бы поздоровалась. Этот парень решит, что она невоспитанная тупица. У него просто редкая способность заставлять ее попадать впросак.

Дэвид подошел ближе. В глазах его светилось откровенное восхищение.

– Не знаю, хорошо ли выспались, но выглядите потрясающе, – искрение сказал он и, увидев, что краска на щеках девушки стала еще ярче, добавил:

– Это у Роджера с Пэм кончился отпуск, а я только что приехал и собираюсь пробыть здесь две недели. С утра я отвез ребят в аэропорт, – кстати, они передавали вам привет, – а потом решил попробовать поймать вас. Я так и рассчитывал, что в первый день отпуска вы рано не проснетесь.

– Да уж, – невольно засмеялась Лиза.

Какой все-таки он красавец, просто дух захватывает! – думала она, рассматривая Дэвида из-под полуопущенных ресниц. Голубая рубашка с расстегнутым воротом выгодно оттеняла бронзовый загар и яркую голубизну его глаз, светлые брюки подчеркивали узкие бедра и длинные ноги. В медно-рыжих волосах играли блики солнечного света, а морщинки, лучиками разбегавшиеся вокруг глаз, придавали им особенно доброе выражение.

– Какие у вас планы на сегодня? – мягко спросил Дэвид.

– Да ничего особенного, – неопределенно пожала плечами Лиза.

– Честно говоря, я хотел предложить вам свои услуги в качестве гида. Я объездил почти всю Италию и мог бы вам кое-что показать, если хотите.

В его голосе не было особой уверенности, словно чутье подсказывало ему, что Лиза воспримет его предложение без особого восторга, Лиза действительно мучительно колебалась. С одной стороны, предложение было заманчивым. Поездить по стране в обществе привлекательного мужчины, который к тому же знает дорогу, было бы просто прекрасно. Тем более что он не совсем чужой человек. Он родственник Роджера, так что ему вполне можно доверять… С другой стороны, именно то, что он связан с Роджером, и создавало проблему. Стоп, приказала себе Лиза. Она ведь вчера раздумывала над тем, чтобы принять ответственное решение. Может быть, несколько дней в обществе кузена Роджера помогут ей окончательно определиться. К тому же ее тянуло к нему как магнитом, да и он, похоже, ею заинтересовался. Иначе, с какой стати ему сюда приходить? Лиза отбросила со лба прядь волос.

– Прежде чем пускаться на поиски приключений, я хотела бы искупаться, – объявила она. – Никогда не купалась в море.

– В Средиземном? – попытался уточнить Дэвид.

– Вообще ни в каком, – улыбнулась Лиза. – Так что для меня это уже само по себе приключение. Мне сказали, что где-то здесь, совсем рядом, муниципальный пляж.

– Что ж, муниципальные пляжи здесь неплохие, – подхватил Дэвид. – Но у меня есть идея лучше. Отличный пляж есть при нашем отеле, думаю, там вам будет приятнее. И народу все же поменьше.

– Но ведь им наверняка разрешено пользоваться только постояльцам, – возразила Лиза.

– И их гостям тоже, – сообщил Дэвид. – Надеюсь, вы окажете мне честь быть моей гостьей. А потом, если захотите, я отвезу вас в одно изумительное местечко. Это сравнительно недалеко – всего сто с небольшим километров по автостраде.

– Хорошо, – согласилась Лиза. Приняв решение, она обычно уже не колебалась. – Сейчас, только схожу за вещами.

– Я подожду вас здесь, – тактично предложил Дэвид. – Единственное… То место, куда я собираюсь вас отвезти, находится в горах, так что…

– Лучше мне надеть брюки, вы это хотели сказать? – закончила Лиза. – Договорились.

– В общем-то, это необязательно, но, пожалуй, так будет удобнее, – улыбнулся Дэвид.

– Я буду через пять минут, – кивнула Лиза и направилась к лифту.

Дэвид проводил ее взглядом. У этой женщины поистине редкая способность менять облик, оставаясь при этом самой собой, размышлял он. Вчера он видел ее усталой путницей и светской львицей, сегодня же она – настоящее воплощение весны, легкая и воздушная. Он сразу заметил, что Лиза не наложила макияж. Веснушки стали заметнее, зато кожа была атласной и чистой, как у ребенка. А брови и ресницы у нее золотисто-бронзовые. Удивительно! Такие белокожие и светловолосые женщины без грима часто кажутся бесцветными, но Лизу словно окружил золотисто-розовый ореол.

Дэвид покачал головой и снова уселся в кресло. Он, собственно, и сам толком не знал, что заставило его прийти сюда. Впервые за долгие годы он был по-настоящему заинтригован. Облик Лизы был окружен некой таинственностью, Конечно, этому способствовали рассказы Памелы и Роджера об их давно исчезнувшей подруге, но Лиза заинтересовала его и сама по себе. Что ж, посмотрим, усмехнулся Дэвид, беря со столика газету. В любом случае его отпуск, похоже, обещает стать гораздо интереснее, чем он предполагал.

Лиза сдержала обещание. Буквально через несколько минут она спустилась вниз, держа в руке довольно объемистую пляжную сумку. Дэвид заметил, что она успела переодеться, теперь на ней были легкие светлые брюки и голубой трикотажный топ на бретельках. Она чуть подкрасила ресницы и губы, а волосы скрутила в небрежный узел на затылке. Поймав одобрительный взгляд Дэвида, она чуть смущенно улыбнулась:

– Ну вот, я и готова. Так годится?

– Отлично! – бодро ответил Дэвид. – А теперь – вперед, пока еще не очень жарко.

За каких-то пять минут они преодолели небольшой подъем и въехали на территорию отеля, где остановился Дэвид. Вблизи розовое здание, построенное в начале прошлого века, оказалось довольно неуклюжим. Розовым цветом оно было обязано вовсе не камню, а штукатурке, и многочисленные башенки и балкончики делали его каким-то аляповатым. Зато оно все буквально тонуло в зелени: стены были увиты экзотическими ползучими растениями, кроны огромных деревьев прикрывали бестолковую архитектуру, прелестные кустарники и благоухающие клумбы радовали глаз. Дэвид повел Лизу в холл, где обстановка была стилизована под начало двадцатого века, но при этом все выглядело вполне современно. Лиза одобрительно кивнула: ей всегда нравилось гармоничное совмещение стилей.

Они миновали холл и через залитый солнечным светом внутренний дворик прошли в зону отдыха и спорта. Здесь располагались тренажерные залы, внутренний бассейн, сауны и прочие атрибуты здорового образа жизни, которыми любой уважающий себя отель считает своим долгом обзавестись.

– Вон там можно переодеться. – Дэвид махнул рукой в сторону павильонов. – Я вас подожду.

В дамской раздевалке Лиза быстро натянула на себя купальник. Она купила его перед самым отъездом, не особенно заботясь о том, насколько он моден. Просто выбрала первый, который ей приглянулся. Купальник был закрытым – насколько вообще можно назвать закрытыми современные купальники очень простого классического покроя. С низким вырезом на спине, он удерживался на плечах тонкими бретельками. Критически разглядывая себя в зеркале, Лиза подумала, что, наверное, зря выбрала белый цвет. Она и так светлокожая, и на фоне загорелых туристов будет смотреться как бледная поганка. Однако купальник отлично подчеркивал ее стройную фигурку, тонкую талию и узкие, почти мальчишеские бедра. Завязав вокруг талии парео с рисунком из огромных размытых светло-вишневых цветов на белом фоне, Лиза осталась вполне удовлетворена. В этом наряде она казалась легкой нимфой, готовой вот-вот взлететь в воздух.

Жать, что босоножки придется нести в руках, подосадовала Лиза, надевая пляжные шлепанцы под цвет парео. Подумав, она вынула еще одну заколку и потуже затянула волосы. С моря дул устойчивый ветерок. Не хватало еще, чтобы волосы распустились и тянулись за ней по воде как мокрая тряпка.

Бросив последний взгляд в зеркало, Лиза подхватила сумку, босоножки и поспешила в небольшой холл перед лифтом, где ее терпеливо ждал Дэвид.

– У вас просто ангельское терпение, – улыбнулась она. – Обычно мужчины не выносят сидеть и ждать, пока женщина приведет себя в порядок.

– Я на отдыхе, – лениво улыбнулся в ответ Дэвид. – В кои-то веки мне некуда спешить, так что я этим просто наслаждаюсь.

Хорошее свойство характера, отметила про себя Лиза, Она тоже умела получать удовольствие от мелких жизненных радостей, и ей импонировало это качество в других людях.

Они спустились на лифте к пляжу. Дэвид расположился за столиком у открытого бассейна, где радостно плескались обитатели отеля. Лиза положила сумку на стол, сняла парео и огляделась.

– Спускайтесь вниз, – сказал Дэвид. – Пляж здесь каменистый. Очень удобно – прямо с уступа вниз по лестнице, и уже в воде! Вы умеете плавать?

Лиза наградила его сердитым взглядом. Тот факт, что ей не доводилось купаться в море, вовсе не означал, что, не успев окунуться, она тут же пойдет ко дну. В свое время они с Пэм регулярно посещали бассейн, а плаванием она начала заниматься еще в детстве – об этом позаботились тетя и дядя.

– Не волнуйтесь, – заверила она Дэвида. – Не утону.

Тот в ответ лишь одобрительно кивнул.

Лиза спустилась к воде, лавируя между зонтиками, под которыми грели бока расслабленные отдыхом туристы. Прямо у лестницы, держась за перила, стояла пышная итальянская матрона, покрикивая на свой выводок, резвившийся в воде. Море здесь пенилось и кипело, стоял дикий визг, там и тут мелькали черноволосые головки.

Да, похоже, залезть здесь в воду будет весьма проблематично, улыбаясь, подумала Лиза. Несколько секунд она наблюдала за бесившимися детишками, остро жался, что с ней нет Эми. Как бы она радовалась! Надо будет обязательно взять ее с собой на море, как только представится возможность.

Невдалеке у нависающих над водой скал была еще одна лестница. Рядом с ней прямо на плоской скале загорали несколько человек. В воду оттуда никто не стремился, и Лиза направилась к лестнице. Здесь, по крайней мере, она сможет спокойно спуститься и поплескаться в свое удовольствие. Туристы проводили ее любопытными взглядами, на которые Лиза решила не обращать внимания. Наверное, удивляются тому, что она такая бледная, подумала она.

У лестницы игриво бились волны, образуя крошечные водовороты вокруг перил. Лиза осторожно спустилась в воду. Здесь было достаточно глубоко, можно было сразу плыть, и она осторожно окунулась в теплую пену. Боже, какое чудо! Соленая вода держала и подталкивала, искрясь золотыми бликами. Убегающая волна подхватила Лизу и понесла прочь от берега. Девушка быстро приспособилась кататься на волнах и, спустя несколько минут, уже откровенно наслаждалась купанием. Тут и плавать-то особо не надо уметь, держись себе на воде, и все.

Чуть подальше от берега волны были уже не такими бурными, и Лиза уверенно поплыла к дальнему буйку. Через некоторое время, повернувшись лицом к берегу, она увидела Дэвида. Тот спустился к пляжу и, казалось, внимательно следил за ней. Лиза помахала ему и поплыла к берегу, решив, что хорошенького понемножку. Время неумолимо приближалось к полудню, и, если они собирались отправиться куда-то за сотню километров, стоило поторопиться. Завтра она встанет пораньше и вдоволь насладится изумительным морем.

Подплывая к лестнице, с которой она спустилась, Лиза увидела, что Дэвид делает ей какие-то знаки. Она стала недоуменно всматриваться, и в эту минуту набежавшая неизвестно откуда волна подхватила ее и понесла к берегу прямо на скалу. Лиза инстинктивно нырнула – и вовремя. Еще немного, и ее выбросило бы прямо на камни.

Поймав убегающую от берега волну, Лиза сумела отплыть подальше в сторону. Держась в воде вертикально, она осмотрелась. Лестница, по которой она недавно спустилась, была полностью погружена в воду, как и плоская скала рядом с ней. Загоравшие на ней туристы уже перебрались повыше и теперь радостно болтали ногами в набегавших волнах. У скал был настоящий водоворот. Теперь понятно, почему там никто не входил в воду, сообразила Лиза, да и Дэвид, видимо, пытался предостеречь ее. Слава Богу, она вовремя нырнула. Утонуть в этом месте, конечно, трудно, но вот насажать себе синяков и испортить отпуск – это запросто. Лиза огляделась и поплыла вдоль скал к общей лестнице. К счастью, многодетное семейство уже удалилось, и, хотя в воде у лестницы кишели купальщики, теперь был реальный шанс пробраться между ними.

Дэвид, стоявший у перил, протянул Лизе полотенце. Она благодарно закуталась в него и потрясла головой, стараясь избавиться от воды, попавшей в уши.

– Вы в порядке? Я забыл предупредить, – извиняющимся тоном произнес Дэвид. – Но мне просто в голову не пришло, что человек, впервые попавший к морю, отправится в то место, где явно никто не купается.

– Здесь было слишком шумно, – принялась оправдываться Лиза. – Вот я решила пойти туда, где поспокойнее.

– Этот пятачок – настоящий бермудский треугольник в миниатюре, – пояснил Дэвид, когда они поднимались к бару. – В определенные часы вода устремляется в эту бухточку с бешеной скоростью, сметая все на пути. А потом, буквально через считанные минуты – отлив, и снова тишь и гладь. Есть, конечно, любители острых ощущений, которые специально караулят эти приливы, но в основном народ здесь только ножки мочит. А вы молодец, не растерялись! Трудно поверить, что вам никогда не приходилось бывать на море.

– Да ну, это чисто инстинктивно, – отмахнулась Лиза. – И потом я на море была, просто не купалась никогда.

– Ясно, – усмехнулся Давид. – Будете кофе?

– С удовольствием. И еще какой-нибудь фруктовый сок, если у них есть свеже-выжатый. Боюсь, вам придется снова немного подождать. Пойду, смою соль. У меня уже такое ощущение, что волосы стали, как пакля.

– У вас есть крем от загара? – заботливо осведомился Дэвид. – Могу предложить воспользоваться моим.

– Есть, есть, – заверила его Лиза, подходя к павильону, в котором она раздевалась.

По счастью, в раздевалке оказался фен. Лиза приняла душ, наскоро подсушила волосы и переоделась.

– Можете оставить купальник в моем номере, – предложил Дэвид, когда девушка присоединилась к нему в баре. – Надеюсь, ваше маленькое приключение не отбило у вас охоту купаться?

Лиза скосила на него глаза, притворяясь, что поглощена своим соком. Означает ли это, что он намерен и завтра пригласить ее в свой отель? Заманчиво, но вот разумно ли?

Дэвид наблюдал за девушкой краем глаза, сохраняя на лице привычное невозмутимое выражение. Лиза склонила голову, потягивая сок через соломинку. Чуть влажные волосы рассыпались по плечам волнами, и в них играли солнечные лучи. Бледные щеки порозовели после купания, казалось, что все ее лицо светится изнутри этим розовым сиянием. Море смыло краску с ресниц, и они обрели свой естественный бронзовый оттенок, который так понравился ему сразу. Однако вид у нее был такой, словно она в чем-то сомневается.

Дэвид невольно поморщился. Эта молодая женщина была совершенно не похожа на ту Лизу Прайс, о которой рассказывали ему Памела и Роджер. После их рассказов у него сложилось впечатление, что в их компании именно они сами были заводилами, а Лиза лишь плыла по течению, робкая и безынициативная. Однако сидевшая рядом с ним девушка была явно не робкого десятка. Скромная, даже застенчивая – да, но не робкая. И решения она умела принимать мгновенно. Как лихо сориентировалась эта девушка, когда ее накрыло волной!

Всего пару дней назад Дэвид был свидетелем того, как одну взбалмошную туристку занесло в эту бухту. Когда начался прилив, девица устроила форменную истерику. Она вопила, била руками по воде, истошно призывая на помощь, и упрямо стремилась к берегу именно в этом месте, хотя от нее всего-то и требовалось, что отплыть подальше и мирно выбраться на берег там, где это сделала Лиза. В конце концов, пришлось подключать спасателей. Девицу извлекли из воды в полуобморочном состоянии. Весь персонал отеля стоял на ушах, а молодая особа, похоже, получила от инцидента полное удовлетворение.

Да, Лиза Прайс, ты настоящая загадка! – подумал Дэвид. Впрочем, шесть лет – большой срок, а Памела и Роджер, насколько он понял, перестали тесно общаться с Лизой еще раньше, ведь они учились в разных городах. За это время в человеке могут раскрыться такие качества, о которых он даже сам не подозревает. Судя по тому, что рассказала Памела, Лиза – талантливый и преуспевающий архитектор и дизайнер. А раз так, то ей наверняка приходилось сталкиваться в своей жизни с разными ситуациями.

– Ну что, поедем? – спросил Дэвид, видя, что Лиза молчит. – Если вы, конечно, не очень утомились.

Лиза сбросила с себя оцепенение.

– Извините, – смущенно произнесла она. – Я, похоже, немного отвлеклась. Нет, я нисколько не утомилась, наоборот, взбодрилась и готова к новым приключениям.

– Вот и прекрасно. – Дэвид энергично поднялся на ноги и протянул девушке руку. – Тогда вперед!

Лиза засмеялась и вложила свои тонкие пальцы в его раскрытую ладонь. Его рука была сухой и теплой, от нее так и веяло силой, и Лиза почти физически почувствовала, как в нее вливается энергия. Ощущение было приятным – успокаивающим и волнующим одновременно. У Лизы слегка засосало под ложечкой. Она давно уже не чувствовала себя так хороню в обществе мужчины, и ее никогда ни к кому так не влекло – даже к Роджеру, ведь ее влюбленность в него была чисто платонической.

Рука об руку они прошли к лифту. Там уже столпилось изрядное количество народа – публика потянулась обедать. Пришлось потесниться – просторный лифт едва вместил всех желающих подняться наверх. Лифт пришел в движение. Легкий толчок, и Лиза слегка коснулась грудью широкой и крепкой мужской груди. Это нечаянное прикосновение вызвало в ней мгновенную реакцию, повергшую девушку в полное смятение. Сердце ухнуло куда-то в низ живота, отозвавшегося сладкой болью. Соски затвердели, и, казалось, они вот-вот прорвут тонкий трикотаж. Лиза поспешно отвернулась, чувствуя, как ее щеки заливает краска. Запах его одеколона щекотал ей ноздри, и это отнюдь не улучшало положения.