Лин Картер
Тоутский вор

Глава 1

Фишка Ртуть, один из самых знаменитых и профессиональных легальных преступников, а также тайных агентов в Ближних Звездах, жил со всей роскошью и комфортом, который цивилизация предоставляла тем, кто достиг окончательных высот своей профессии.

У него был замок из органического розового кварца на планетоиде Каравелла. Этот планетоид располагался в астероидном поясе под названием Цепь Астарты. Замок строил по индивидуальному проекту сам Смингот Вибберли – самый известный, противоречивый и наиболее широко «цитируемый» архитектурный философ тридцать шестого века. Фишка жил в этом замке совершенно один среди причудливых инопланетных домашних зверей, а также коллекции ручного оружия, собранного в 1376 различных планетных культурах. Не менее полутора тысяч – а уж, честно говоря, и все 1600 разновидностей оружия были представлены в этом арсенале – устройства, сконструированные для того, чтобы проколоть, зарезать, взорвать, отравить, оглушить, сжечь, парализовать, обездвижить, обезглавить, лишить конечностей, выпотрошить или привести еще какие-то веские аргументы в споре с противником. С каждым из «устройств» Фишка Ртуть хорошенько познакомился, поскольку хотел быть уверен в своей профессиональной компетентности, если эти предметы встретятся ему во время выполнения какого-либо поручения.

Замок Фишки Ртути стоял над самым обрывом, на отвесной коралловой скале темно-зеленого цвета, поднимавшейся из океана с тяжелыми опаловыми водами. Туманный океан полностью покрывал поверхность планетоида, и розово-белый алебастр замка составлял утонченный эстетический контраст с зыбкими оттенками изумрудного коралла и неба цвета чайной розы. А также с хмурым диском Астарты темно-рубинового цвета, мерцавшей на мутной линии горизонта.

Горизонт казался более далеким, чем был в действительности. Планетоид Каравелла был диаметром лишь 49 километров. Постоянное гравитационное поле, создаваемое устройствами в глубинах планетоида, воздействовало на атмосферу, производя оптический эффект вогнутых линз, создавая иллюзию далеких расстояний, радуя глаз перспективой.

Коралловый пик, на котором разместились постройки из кварца, был не одинок среди множества подобных монолитов, встающих из опаловых глубин океана по всей поверхности Каравеллы. Да и сама Каравелла была лишь одним из множества мирков, кружившихся у звезды. Астарта не имела ни одной крупной планеты. Она была умирающим красным сверхгигантом со спектром М1, примерно такая же, как Антарес, но чуть меньше по величине. Цепь крошечных планетоидов, в которой Каравелла являлась лишь крупицей, жемчужиной, окружала побагровевшую дряхлую звезду, как ожерелье – шею вдовствующей герцогини. И среди множества миров Каравелла казалась лишь песчинкой, найти которую не так просто. Ее координаты были указаны далеко не на всех картах звездной Империи.

А в профессиональных интересах Фишки Ртути было, во-первых, не высовываться и, во-вторых, уж ни в коем случае не светиться. Поэтому он выбрал себе надлежащую планету и звезду. У него было множество врагов. А, как гласит стих на эту тему:

Трудней всего пробиться лбом сквозь стену
И отыскать иголку в стоге сена.

Глава 2

С профессиональной точки зрения бюджет Фишки Ртути страдал оттого, что его «контора» располагалась в такой дали от миров с богатой и многолюдной клиентурой. Какой клиент постучится в твою дверь, если она расположена за тридевять земель?

И все же до Фишки Ртути можно было добраться. Для «своих клиентов» он всегда был дома. Дозвониться до него можно было лишь по тщательно зашифрованному и законспирированному телефону. Шифр этот публиковался каждую вторую взятницу (биржевый и коммерческий день недели) в его персональной колонке на Новой Андельшпрутц (Альфа Центавра IV) в «Таймс-Кларион». Если дело представлялось достаточно заманчивым и многообещающим, и под него давался хороший аванс, Фишка Ртуть переключался на радиомаяк, который проводил его клиента вслепую по джунглям каменных глыб, вращавшихся по орбитам, известным только хозяину планетоида. Он называл это «рвом» вокруг своего замка.

В тот день – затницу (по астрофизическому календарю считавшейся чем-то вроде черной пятницы; говорят, что именно в этот день как-то случилось «затмение», и поэтому он считается лучшим для воровских дел); итак, именно в эту затницу или, если угодно последождичковый четверг, Фишка Ртуть принимал посетителя.

Гость напоминал рыхлую груду плоти с маленьким ртом и исключительно вкрадчивой манерой речи, так что возникало подозрение на гипноз и телепатию. Поросячьи глазки клиента прятались под веками, на которых был вытатуирован зеленый знак касты Профессоров IV класса Законников Психодисциплины.

Бормоча приглушенным голосом, потенциальный клиент пытался убедить Фишку Ртуть, что Кандидат Поэл Спиро, резидент-идиомист в области Тоутской археологии в Багхазийском Великом Мемориале-музее на Тавори, на Альказаре Третьем, нуждался в профессиональных услугах вора. После представления собственной персоны Спиро – так звали гостя, стал говорить быстрей, задыхаясь и шепелявя. Он как будто оправдывался, в то же время не смея поднять на Фишку глаз.

– Мля… дело в том… мля… что музей, нет вы не подумайте… «Музей» с большой буквы… мля… заинтересован предоставить достаточно высокую плату за ваши услуги. То есть готов обеспечить гонорар… мля… – Спиро пробормотал это почти на едином выдохе. – М-мля… дело в том, что задание исключительно важное и требующее, как бы это сказать, крайней деликатности.

– В чем же дело? – напрямую спросил Фишка Ртуть хорошо поставленным баритоном, в котором чувствовалась уверенность и мужская сила.

– Д-дело в том, что задание представляет исключительно, как бы это сказать, научный и исторический интерес, и поэтому сумма вознаграждения…

– Так в чем же дело? – спокойным ровным тоном повторил Фишка.

Кандидат Поэл Спиро сложил на груди свои рыхлые белые ручки, которые в данный момент были липкими и мокрыми. Фишка Ртуть знал это, не прикасаясь к ним. Прокашлявшись, гость продолжил:

– В инкрустированном головном уборе работы древних мастеров, – решительно промямлил он наконец. – Убор этот является реликтом эпохи первобытных Пещерных Королей планеты Тоут… мля… Тонна Четвертого, в кластере… – видимо, пришелец не решался довериться, не получив уверения, что Фишка согласен, – в кластере Дергиз… Мля? – вопросительно поднял он глаза. – Мы, то есть Музей, понимаем, господин Фишка, что цены на ваши… мля… профессиональные услуги довольно… высоки…

– Боюсь, что да, – согласился Фишка Ртуть. – Но они оправданы высокой профессиональной компетентностью.

Бледная ухмылка заиграла на губах Спиро, и он снова потупил глазки.

– Мы должны были это понять, господин Фишка. Вы… мля… сами понимаете, что мы не привыкли вести дела подобного рода, и проконсультировались с центральным бюро бизнес-центра Ориона и Торговой палатой Альфарда, планетой, с которой вас связывает…

– Конечно, – кивнув, перебил его Фишка – он не любил, когда говорились лишние слова. – Конечно, связывает.

– Естественно, гонорар будет соответствовать стоимости сокровища, то есть даже превосходить его, но, поскольку организация, представителем которой являюсь я, хочет узнать потолок суммы расходов за… мля… скажем так… за освобождение реликвии в течение трех месяцев от даты заключения контракта, то?..

Фишка чуть заметно улыбнулся.

– Контракт не заключен, пока мы не поставили под ним свои отпечатки пальцев, – ненавязчиво напомнил он нервозному клиенту. А про себя подумал: «Что-то здесь нечисто…»

Глава 3

Фишка Ртуть достал из шкатулки красного дерева изящную зеленую сигарилью, поднес ее к губам и затянулся. Едкий дымок заполнил комнату в башне, где они сидели. Некоторое время вор сосредоточенно курил ароматическую сигарилью, наблюдая за пальцами Поэла Спиро. А те заметно подергивались от нервного напряжения – толстяк сцепил потные ладошки. Лицо вора при этом оставалось совершенно бесстрастным, и в глазах ничего не отражалось, хотя он тщательно изучал собеседника.

Выдающийся, лицензированный, легальный преступник и тайный агент, один из лучших в Галактике, был с виду сухопарым стройным молодым человеком семидесяти шести лет, явно гуманоидной наружности, хотя унаследовал частицу антрофелинской крови от прабабки со стороны отца.

С головы до пят он был облачен в темный, с отливом, костюм. На его твердых скулах лежал бронзовый загар. Маленький подбородок и высокий лоб выдавали мужской ум в сочетании с женской изворотливостью. Волосы, завитые мелкими локонами на античный манер, он красил по моде в загадочно-свинцовый цвет, делавший неподвижное лицо похожим на металлический бюст. Искорка иронии, сквозившая во взгляде, довершала облик, словно оправдывая его прозвище.

– Этот «головной убор», – начал он, внезапно прервав молчание, – известен как Корона Звезд, не так ли? И, насколько я знаю, почитается культом фанатиков, давших торжественную клятву предать мучительной смерти любого, кто на нее покусится. Я правильно говорю, профессор Спиро?

В замешательстве тот сначала потерял дар речи, но потом пришел в себя, мерзко раскашлявшись.

– Э… мля… кгм! Думаю, что вы правы.

– Да?

– Да, вы правы. Культ жрецов-неототиков… Каста, в которой сейчас правят наследники четырнадцатого поколения. Служат они Пещерным Королям – загадочной расе, процветавшей в былые времена, вымершей на Тонне Четвертом за несколько столетий до того, как первые корабли Службы Выживания прибыли туда из Галактического Центра. В то время, насколько мне известно, уже почти легендарное правление Галактического Императора Дронгергастуса Неподражаемого, «Открывателя звездных дорог»…

– И кто же такие эти Пещерные Короли? – поинтересовался Фишка.

– Раса… кхм… высокоразумных существ, развившихся из ящериц, как мы – из обезьян. Если точнее: из рода Sauria, семейства Lacertidae, класс Lacerta, вид, близкий к Cniloticus, и до некоторой степени близкие к так называемым «гекконам»…[1] М-да… Оригинальные создания с необычно высоким уровнем культуры, хотя совершенно лишенные возможности выхода в космос, то есть находившиеся на уровне докосмического развития и даже, скорее всего, не знавшие электричества. Их города, забавные архитектурные строения, что-то вроде причудливо закрученных конусоидальных башен, построенных по законам квазиэвклидовой геометрии, находились под землей.

– Подземные башни? Интересно, – хмуро произнес Фишка Ртуть.

Валидианский профессор, захваченный в разгар своих научных изъяснений, кивнул несколько раз, порозовев от интеллектуального возбуждения.

– Уникальная культура… Просто уникальная!.. Кгхм… К несчастью, никаких следов артефактов не сохранилось. И до сих пор эти подземные города остаются одной из великих загадок археологии – науки, которая, как известно, делает все свои открытия под землей. Эти загадки продолжают тревожить археологов всего Кластера… и, конечно, в первую очередь, Корона Звезд.

Фишка Ртуть погасил ароматический окурок в вакуумной пепельнице и посмотрел на клиента с едва заметной проницательной усмешкой.

– Такая редкость должна стоить… целое состояние? – почти вскользь спросил он.

Профессор Поэл Спиро уставился на него в замешательстве.

– Ну, я думаю, что да…

Ироническая усмешка сменилась сарказмом.

– Ведь это – практически бесценный предмет… для искусства и науки?

Лицо гостя стало определенно мрачным и потерянным.

– Ну… Вероятно, так.

– В таком случае, – так же спокойно произнес вор, – мой обычный гонорар… удваивается.

Глава 4

После этих слов Поэл Спиро вновь превратился в комок бултыхающейся плоти, заморгав и закашлявшись, загибая пухлые белые ручки. Одернув лацканы костюма, как будто его пиджак вдруг стал ему тесен, он забормотал:

– Однако, господин Фишка, вы должны понять… Кхм… Этот культовый объект имеет более научную ценность, чем, так сказать, чисто коммерческую…

Фишка насмешливо вскинул бровь:

– Но ведь туда вставлены редкие драгоценные камни, разве не так, профессор? Да и потом, насколько я помню, эта штука называется «Короной Звезд»?

– Гм, ну… Да…

– И является произведением мастеров-ювелиров, даже более того – шедевром, близким к стилю высшего Фриота. В корону вставлено сто пятьдесят семь драгоценных и полудрагоценных камней, среди которых не менее тринадцати легендарных. Не так ли?

Поэл Спиро стал вялым как вчерашние макароны.

– М-м-м… Да.

– В таком случае гонорар должен быть удвоен, как всегда, когда мне приходится иметь дело с раритетами.

В тусклых водянистых глазах Спиро мелькнуло подозрение.

– Похоже, вы знакомы с короной, господин Фишка?

Лучший агент среди Ближних Звезд саркастически рассмеялся.

– Естественно, профессор. Мне, как профессиональному вору, наемному убийце, шпиону, головорезу и пирату приходится разбираться в таком деле, как редкие драгоценные камни!

– Конечно, – тяжело вздохнул Спиро.

– Значит, у вас больше нет возражений насчет размера гонорара?

– Я думаю, мне удастся убедить старших коллег.

Фишка некоторое время не сводил с гостя пытливого сосредоточенного взора. Гонорар, и так чересчур высокий, с удвоением суммы становился просто фантастическим. Что-то здесь было не то. Похоже, этот Спиро – темная лошадка. И что за музей подрядился платить двойное жалованье самому Фишке Ртути, чьи гонорары за профессиональные услуги так высоки, что доступны немногим?

Он воскурил еще одну самозажигающуюся ароматическую сигарилью и откинулся на спинку роскошного пневмокресла, мгновенно отвечавшего на любые позы человеческого тела. Через высокие витражные стекла пробивался свет заходящей Астарты, заливавшей рубиновым светом комнату и игравшей на полировке мебели красного дерева. Толстяк сидевший на стуле с высокой спинкой, нетерпеливо заерзал.

И осторожно прокашлялся.

– Так вы, стало быть, беретесь за дело, господин Фишка?

– Меня интересует еще один вопрос, – внезапно произнес хозяин, медленно выпуская дым.

– Вопрос? Какой вопрос?

– Зачем это вам?

Спиро заморгал:

– Зачем? Как это… Я не понимаю.

– Выкладывайте начистоту! – Фишка Ртуть пригвоздил гостя к месту сверкающим взором. – Зачем вам понадобилась Корона Звезд, да еще за такие деньги? Я имею законное право на изъятие ценностей, но ваш музей не имеет права выставлять похищенное или даже просто владеть им.

Глава 5

Спиро заметно расслабился: Фишка обратил внимание, что к этому вопросу коротышка-профессор был готов.

– Действительно, мы вряд ли сможем экспонировать похищенный артефакт… Однако музей предусмотрел это. Богхазийский музей занимает высокое положение среди подобных ему заведений и имеет авторитет среди ученых археологов и ведущих историков. Наши серийные монографии – особенно те, что имеют отношение к тоутской археологии, древней истории и эстетике Лакериданских Пещерных Королей, привлекут повышенное внимание к новому фонду и сделают музей лидером в этой области научных исследований.

– Хм-м… – скептически протянул Фишка.

Поэл Спиро меж тем продолжал строчить как пулемет:

– Более того, по истечении пятнадцатилетнего срока, предусмотренного Криминальным кодексом Карина-Сигнус Квадранта, Часть Пятая, параграф двенадцатый, подраздел «б», «Статут об ограничениях», мы сможем открыто и, не боясь преследования со стороны властей, совершенно легальным образом выставить этот культовый объект, включив его в экспозицию музея.

К тому времени как он договорил, Фишка Ртуть принял решение.

Он встал, давая понять, что беседа закончена.

– Где я смогу найти вас, профессор Спиро?

Коротышка-толстяк так и подскочил, затем довольно ухмыльнулся:

– Имперский Дом, Требух, на Вассили Втором. Я занял номер под именем доктора Смотли. Значит, я могу считать, что вы беретесь за это дело?

– Прежде чем мы заключим контракт, я должен узнать досконально, как эта корона охраняется. Я дорожу, как вы могли заметить, своей репутацией. Поэтому я должен все рассчитать заранее, и быть уверенным в успехе предприятия, за которое берусь.

– Но время… – заныл Поэл Спиро.

– Не беспокойтесь, – оборвал его Фишка. – Вы услышите обо мне не позже чем через двадцать семь часов, даю слово!

Глава 6

Без дальнейших дискуссий и церемоний Фишка Ртуть выпроводил возбужденного клиента и проследил за тем, чтобы радиомаяк вывел его целым и невредимым за «ров» орбитальных астероидов.

Затем он бодро направился в комнату, где состоялась беседа, и с ловкостью выудил из тайника миниатюрную камеру, замаскированную в стенде с великолепной коллекцией Диофразианских муравьев.

Затем, направившись в примыкавшую в башне лабораторию, он просмотрел снимки и отобрал девять лучших.

Вернувшись в комнату, он набрал номер Мемориального Богхазийского музея в Тэйвори на Альказаре Третьем в Биалло-Персеидах. Затем, с профессиональной ловкостью пользуясь сменой голосовых модуляций и умением убеждать, вышел на связь с ректором Отдела Дергизской археологии, непосредственным начальником Поэла Спиро – если этот бледный, робкий, как напуганная мышь, человек в действительности был тем, за кого себя выдавал!

Экран видеофона тут же озарился. Появился стол, заваленный бумагами и толстыми научными журналами, куча всякого фотонного оборудования, древних артефактов, их голограмм и прочего барахла. Вскоре экран заполнил сам ректор: полный картушанец с розовым лицом и иссиня-черными усами ультрамаринового цвета, что обычно является результатом ухода за ними в течение десятилетий.

Ректор с заметным раздражением поинтересовался, ради чего его побеспокоили.

Но среди Ближних Звезд не сыскать собеседника лучше Фишки Ртути.

– Ваша мудрость, досточтимый профессор, я – Томас Джефферсон Пушье, старший штатный корреспондент журнала «Стар». В самом ближайшем будущем мы планируем отвести несколько полос на статью о блестящей работе в области исследований вашего отдела: в области изучения Карина-Сигнусианской предыстории и неокультуры.

Розовое лицо просияло как зеркало, в котором отразился огонь далекого маяка. Вся надменность испарилась как сухой лед, брошенный в горнило ядерного реактора. На лице ректора мигом появилось новое выражение: теперь этого человека нельзя было узнать.

– Ладно, ладно, ладно! Конечно, господин Томас, чем могу помочь вашему замечательному журналу? Мы с упоением, время от времени, почитываем его: я и мои сотрудники… Ха-ха! – Ректор пришел в самое благодушном настроение.

– Что ж, досточтимый профессор, мой звонок на самом деле касается одного из ваших сотрудников. Я собираюсь посвятить буквально несколько абзацев статьи конкретно ему и его работе. Естественно, основная часть статьи будет посвящена вам. Итак… – Фишка сделал вид, будто смотрит в бумагу, припоминая фамилию: – Так-так, вот, некий Поэл Спиро.

Закрученные усы дрогнули, доброжелательная улыбка ректора чуть угасла.

– Ах, вот оно что… Да, да, есть такой сотрудник. Что ж, ничего не могу сказать плохого, прекрасный работник… Гхм… Его специальность – Тоутская археология, ну, сами знаете – тупиковая отрасль науки. Полагаю, все? Так, а моя тема… «Знаменитые строения-монолиты на Дельте Карина 10334»…

Фишка напустил на лицо такой вид, с каким и полагается слушать тему научной диссертации: почтительный и глубокомысленно-удивленный.

– Прекрасное поле для исследований, господин профессор… А какое обширное! Дух захватывает, как интересно. Но, увы! Мой начальник старший редактор, многоуважаемый Дотмер Ром, готовит центральную колонку. Должность имеет свои привилегии, ничего не попишешь. Но… – тон Фишки внезапно изменился, как будто он сообщал нечто доверительное, – мне надо выбрать несколько снимков вашего сотрудника Спиро, обычные двуцветки, – ничто в сравнении с теми фото, которые Дотмер планирует для вас. Не будете ли вы столь добры указать что-нибудь такое типичное, где он лучше всего смотрится?

И он веером развернул фотографии перед экраном видеофона. Картушанин окинул из безразличным взором.

– Ну-у… Неплохо… Все хороши… Да, да… Мм… Вот та, пожалуй, где Спиро теребит нос – очень, очень характерная. Там просто передан его характер… Хмм… Но, впрочем… Скажите мне, насчет моей колонки, вы уверены, что в центре лучше будет смотреться…

– Господин Дотмер в самом скором времени сам позвонит вам для того, чтобы лично взять интервью. Так что мне, сами понимаете, лучше не вмешиваться. Субординация – тонкая вещь. Да, еще один вопросик, если можно вас побеспокоить, оторвав минуту драгоценного времени.

– Конечно, конечно.

– Этот Спиро сейчас находится в музее, или, может быть, вы подскажете, где я смогу найти его?

Ректор пропыхтел в свои выдающиеся усы, словно морж, вынырнувший из проруби.

– В настоящий момент в командировке.

– Надолго?

– Примерно месяц, вернется числа пятнадцатого иона.[2] Мой секретарь может сказать точнее.

– Естественно! А вы не знаете, куда это он направился?

Пухлые розовые щеки опали.

– Хгхм… Звезда… ну да, Джезуальдо Пятая. Вероятно, работает в местном Мемориальном Библиариуме… Да…

Фишка Ртуть рассыпался в неискренних благодарностях, затем отключился и тут же связался с Библиариумом, находившимся в самом центре Галактики. Робот-секретарь проинформировал его, что все каналы в настоящий момент заняты в связи с бракосочетанием принца-наследника галактического трона. Обилие поздравительных телеграмм, а также переговоры прессы. Посему соединить его смогут лишь через час. Тогда Фишка сообщил роботу свою частоту и попросил соединить, как только эфир очистится.

Тут как раз пришло время ланча. Неплохая работа была проделана в одно утро. При этом – не выходя из кабинета. Фишка встал, потянулся и заказал ланч, нечто среднее между хорошим завтраком и сытным обедом. Ничего отягчающего желудок, ничего, что ложится на него тяжким бременем всю остальную часть дня. Грудинка морской змеи под аркадским мятным соусом и чашка свежесваренного ароматного стимулака. Как только шеф-повар записал меню, Фишка задумался, все ли у этого Спиро в порядке с головой. Как это сказано:

Берегись: ведь и «фальшивка»
Часто – правда без ошибки!

Глава 7

После необременительного ланча, закусив как следует, Фишка Ртуть просмотрел свой объемистый архив, содержавший информацию обо всех без исключения преступлениях, крупных и мелких, имевших место на Ближайших Звездах последнюю сотню люструмов.[3] Набрав: «Преступления экстрапланетарного происхождения. /Место: Тонн IV, Дергиз, Кар-Сиг, квадрат Первый/ Предпочтение: „кража“», Фишка откинулся в кресле, потягивая стимулятор и смакуя острый аромат кофе.

Затем, раскуривая очередную ароматическую сигарилью, традиционную после ланча, он просмотрел информацию, предложенную ему компьютером.

Информация была интересной и наводила на размышления.

Не менее одиннадцати попыток завладеть Короной Звезд полулегального и квазилегального свойства, то есть, грубо говоря, грубого бюрократического прессинга и обыкновенного мошенничества. Спектр способов оказался достаточно широк: вымогательство через властные структуры, попытки шантажа и просто гипноза, политическое влияние, экономическое давление, психохиасталическое воздействие и тому подобное. Самой высокой ценой, предложенной за корону, была совершенно космическая сумма в валюте со стороны короля Осваля Благочестивого из Альтаирского Королевства. Коллекция антикварных редкостей Его Величества сильно страдала, очевидно, за недостатком этой вещи. Но и это щедрое предложение оказалось отвергнуто. На этом легальные попытки завладеть короной прекратились.

Состоялось тридцать девять серьезных покушений. Это были искусно продуманные кражи, но все они сорвались. Всех воров, за исключением одного, казнили варварски изощренными способами. Казнили их фанатики, называвшие себя жрецами-неотоутиками. Единственным исключением стал взломщик мастер-класса в чине капитана – широко известный Дуган Мотли, ныне находящийся в отставке.

Фишка Ртуть поставил полупустую чашку со стимулятором на панель бара и наполнил ее до краев «Кремом-де-шмальц 67». Затем он набрал: «Информация / Центральная» и живо впечатал в командную строку запрос из одиннадцати слов. И пока компьютер перебирал информацию, неистово пощелкивая, вор попивал коктейль, именуемый «ройял», предаваясь медитации по неодзенской философии. Вскоре компьютер проинформировал его, что никакой Дуган Мотли в чине капитана из Кластера Детабельта не числится ни в одном из трех галактических рукавов.

Числится или не числится, Фишка должен был его найти. Дуган Мотли, единственный из всех воров, умудрился выжить после неудачной попытки украсть предмет тоутского культа и избежать пыток жрецов-самозванцев, посягающих на пресловутое наследие Пещерных Королей. И только Мотли мог рассказать в деталях о том, как эта корона охраняется и где она спрятана. Мотли надо было найти во что бы то ни стало!

Фишка Ртуть размышлял только мгновение, затем он точно по наитию запросил информацию с центрального терминала. Бывший взломщик мастер-класса в чине капитана часто работал с подельщиком, откликавшимся на имя Сферн Хаффард. Эта была последняя ниточка, которая могла вывести на самого Мотли. По крайней мере, Фишка Ртуть на это очень надеялся и полагался. По счастью, его надежды оправдались. Сферн Хаффард по-прежнему числился на Воровском Притоне, планете вне закона в системе Щель.

Фишка Ртуть позвонил ему, однако ответа не последовало. В задумчивости допив кофе, разведенный брэнди, вор вышел в соседнюю башню. Там, в клетке из жароупорного стекла его приветствовал ручной минидракон, желтый, как канарейка. Он радостно трепетал крылышками, испуская бодрые струйки пара из пасти. Потрепав его по холке, Фишка Ртуть позволил животному вскарабкаться ему на плечо, продолжая расхаживать в задумчивости, почесывая примостившегося на плече дракончика под подбородком.

Наконец он решил нанести Хаффарду визит. Возможно, удастся убедить коллегу при личной встрече или предложить ему процент от гонорара, а может даже участие в игре, при условии, что он назовет местопребывание своего бывшего подельщика. Фишка Ртуть недаром носил свое прозвище: он был подвижен, как этот быстрый и юркий металл, ему так же не сиделось на месте – он не мог долго оставаться в вынужденном бездействии. Возможно, поэтому он и ухватился за это сомнительное предложение.

Но не успел Фишка покинуть замок, как на стене замигала лампочка видеофона. Кто-то желал выйти с ним на связь…

Глава 8

Это был еще один потенциальный клиент, высокий, желчный аристократ, который просто отмахнулся от попыток вора-профессионала объяснить, что в данный момент он занят и собирается отбыть по делу, не терпящему отлагательства. Причем контраргумент звонившего был убедительно красноречив. Он предложил миллион мюнитов так, словно речь шла о выходном пособии для уволенного лакея. Мысли Фишки Ртути молниеносно перелетели с одного клиента на другого. Ведь прежде всего вора интересовал гонорар, точнее, его размеры: в этом и есть коренное отличие профессионала от любителя. Перед таким веским аргументом, как миллион мюнитов, забота о Поэле Спиро на время растворилась, покинув его мысли, будто такого человека никогда и не существовало на свете.

По крайней мере, надо было выслушать, в чем дело, ведь, прежде всего Фишка считал себя бизнесменом.

Так, примирившись с действительностью, он включил радиомаяк и провел второго за этот день посетителя до самой поверхности своего маленького планетоида.

Перспективный клиент под номером «два» представился как особа королевских кровей, Эверет Двенадцатый, владелец звезды Канопус. На вид – истинный денди с головы до пят, несмотря на несколько ледяные манеры. Двигался он как учитель танцев, щеголеватый и грациозный: весь облаченный в бархат, с изумрудной серьгой в левом ухе и волосами, выкрашенными кармином.[4] На голове его локоны были уложены причудливой прической: точно шерсть у снежного барса на загривке. В зрачках красного цвета сверкало высокомерие и чувство собственного превосходства. Холодным отрывистым голосом Светлейший князь Канопуса сообщил:

– Вот заверенный чек на миллион денежных адекватов, выписанный Королевским Банком Ориона. Принесите Нам древнюю, украшенную драгоценными камнями… корону Пещерных Королей с планеты Тоут. Это, поясняю, чтобы вам лучше найти, четвертая планета звезды Тонна IV в Кластере Дергиз в первом квадранте рукава Карина-Сигнус. Корону следует доставить в почтовый абонентский ящик, зарегистрированный на X. Эверета в Шантилльский Почтовый Центр. Как только это сделаете, дайте объявление в Шантилльском Портовом «Ньюс-Сентинел». Текст такой: «Сделано. Ф. Р.».

На лице Фишки Ртути ничего не отразилось, но в голове в то же время бешено крутились мысли. Два клиента за одно утро! Что они там, с ума посходили, с этой короной?

– Я… – начал было он.

Однако его королевское Высочество еще не закончил. Жестом остановив его, князь продолжил:

– Как только все будет выполнено согласно инструкции, Королевский Банк оплатит чек и на этом наши взаимные обязательства будут выполнены. Все понятно?

– Абсолютно, однако…

Белая рука аристократа протянула ему папку.

– Вот досье, в котором содержится информация о Короне Пещерных Королей, а также ключ к абонентскому ящику.

В это время дракончик с плеча Фишки Ртути предупреждающе шикнул паром на протянутую к хозяину руку. Эверет Двенадцатый одернул руку и бросил папку на край стола.

Фишка поднял ее и безмолвно пролистал, в то время как Светлейший достал тяжелую изукрашенную алмазами табакерку и зарядил обе ноздри, искоса поглядывая на дракона. Затем Владелец Канопуса прокашлялся и бросил взгляд на циферблат наручных часов.

– Пора, пора, любезный! Заключим контракт, вам уже пора приступать к делу.

Откладывая папку, Фишка Ртуть еще раз смерил взглядом фигуру Светлейшего.

– Вот уж не знал, что Ваше Высочество собирает коллекции древнего антиквариата, – заметил он вскользь.

Эверет Двенадцатый тонко улыбнулся, сверкнув несколькими алмазными зубами.

– Причина, по которой мне понадобилась эта вещь, не имеет отношения к делу, так что опустим подробности. Давайте, давайте, сэр Фишка, поставим наши отпечатки пальцев и займемся делом. Как гласит одна из поговорок Нашего королевства: «Тим-зах вейстин». Делу – время, потехе – час.

Фишка колебался.

– Мне нужно проверить некоторые данные по этому досье. Ваше Высочество поймет, что я дорожу своей профессиональной репутацией, так что смиренно прошу дать мне возможность предпринять все необходимые меры. Я не могу принять на себя столь великую честь – оказать вам услугу, не проверив предварительно, все ли у меня к этому готово.

Но Эверета Двенадцатого было не просто сбить с толку.

– Наше время драгоценно, господин Фишка, неотложные государственные дела не ждут. Мы должны заключить контракт немедленно. О гонораре не беспокойтесь – пусть это будет два миллиона, лишь бы это побудило вас к быстрым действиям!

За непроницаемой маской учтивости Фишка пытался скрыть, какой эффект произвело на него такое повышение суммы. Его охватила при этом вовсе не жадность, а любопытство. Что, в самом деле, за реликвия рептилий согнала всех на порог его дома? Он решил выяснить, в чем тут дело. И еще он решил не заключать никакого контракта, о котором потом пожалеет. Тем более, у него, как у вора, было обостренное чувство профессиональной этики.

Таким образом, ему удалось пока увильнуть от прямого ответа. Со всем тактом и почтительностью он остался бесстрастен как камень ко всем посулам князя. Узнав телефонный номер недовольного аристократа, он со всеми почестями выпроводил дорогого гостя подальше, к его неотложным государственным делам, пообещав дать определенный ответ не позже чем через двадцать семь часов астрофизических суток.

Как только потенциальный клиент «номер два» стартовал в стратосферу, Фишка озадаченно покачал головой. «Кто следующий?» – назревала мысль. Что, во имя Священной Бороды Арнама, происходит на свете?

Но главные загадки ждали его впереди, только Фишка Ртуть еще не знал об этом.

Глава 9

Не успел высокомерный монарх пробраться через «ров», не успел Фишка вернуться к изучению и штудированию тоутского досье, как снова замигал настенный видеофон. Это запрашивал робот: появился канал связи с Библиариумом, желает ли господин Фишка Ртуть воспользоваться им? Господин Фишка желал.

У него состоялся разговор с аккуратно одетой женщиной неопределенного возраста, но, судя по всему, хорошо сохранившейся или хорошо законсервировавшейся, с плоской грудью, закрытой черной сутаной, и с высокой прической.

Представившись Высокопреподобием Абдул Нагубом фон Кесселем, перипатетико-евангелистическим псевдобаптистом, пекущимся о нравственном здоровье своих прихожан, Фишка Ртуть поинтересовался режимом работы Поэла Спиро в Библиариуме. Целомудренно прикрыв свою плоскую грудь листком-расписанием, в присутствии святого человека, библиотекарша выдала ему очень интересную информацию:

– Профессор вот уже несколько месяцев пребывает в Библиариуме, досточтимый падре, занятый в трудах над монографией, кхм… брачные обряды Айхаркэклаклока Третьего Совиного Народа, – ответила она, почтительно шевеля губами, наверное, с рождения не знавшими помады.

– Благословение на вас, сестра, – с надрывом религиозного фанатика произнес Фишка. – А вы уверены, что брат Поэл не покидал планеты? Ведь это такой опасный регион галактики… Роскошь, блудные женщины, этот пагубный виноградный сок и даже… Да сохранят нас Аллах, Будда и Отец Фрейд!.. Спиртные напитки из ферментированных жидкостей!

Генерал-библиотекарь в ужасе поджала губы:

– Нет, Преподобный Отец, то есть я хочу сказать, о да, Преподобный Отец, я уверена в этом. Я только сегодня видела профессора. Я вижу его каждый день и убеждена, что он ни на миг не покидал планеты.

Фишка выразил свою благодарность благословением «ка» генерал-библиотекарши, которое при эффективной самоотдаче избавит ее от нескольких тысячелетий Чистилища. А закончили они беседу продолжительным чтением толкований Девяти Евангелий, изрядно накрутив ежемесячный телефонный счет. Затем он отключился от связи и откинулся в кресле, почесывая пальцем дракона-канарейку, примостившегося на плече.

Итак, Поэл Спиро был клиентом той редкой разновидности, что называется «туфта». Но очень, очень хорошо сработанная туфта… туфта профессионального класса. Странно…

А как насчет Эверета Двенадцатого? Его Высочество тоже фальшивка или же подлинник? Без промедления, тут же, Фишка сел проверять bona fides Канопианского монарха.

Прямо перед дверью находилось довольно скользкое место, где паркетный пол был натерт самой тонкой, деабразивной мастикой. Часть дверного косяка была покрыта гладкой металлической хромированной пластиной. Для того, чтобы не уронить лицом в грязь свой имперский снобизм, Его Высочеству Светлейшему князю Канопуса пришлось схватиться за эту полированную панель. Фишка посмотрел через лупу: ну, конечно, остались «пальчики» правой руки, отчетливые. В любом полицейском участке такими бы гордились.

Затем он запросил Королевские архивы в Плюнгалундуме на Канопусе Втором, для чего ему пришлось поднять на ноги такую важную шишку, как самого Третьего Ассистента Унтер-Архивиста: скрюченного гнома с серебряной бородкой, который захлопал красными глазами и раздраженно поинтересовался, чего ему надо. – Фишка Ртуть, Человек с Двумя Тысячами Лиц, тут же превратился в сухого педанта и фанатика по имени Собиратель.

– Меня зовут Фойвель Корадайн. Я – коллекционер. Возможно, вам доводилось видеть мои собрания по видео? Нет? Ну что ж… Ха-ха… У меня имеется скромная коллекция предметов, которые когда-то принадлежали Его Высочеству… я просто горю, вы понимаете, это моя страсть! – бормотал он голосом полубезумного.

– Да, да… Продолжайте, в чем дело? – перебил его архивист, тут же приняв за своего. – В жизни не слышал ни о вас, ни о вашей коллекции, так что же вам нужно?

– Понимаете, недавно мне предложили купить хрустальный бокал, из которого, как говорят, Его Светлость Эверет Двенадцатый пил здравицу. Естественно, хотелось бы иметь подтверждение, что это именно тот бокал, а никакой другой, прежде чем пополнить им мою маленькую коллекцию.

– Само собой. Ну и что?

Фишка показал ему увеличенное изображение отпечатка правой руки.

– Я полагаю, Его Высочество не левша? Вот это – фотограмма отпечатков пальцев, оставшихся на бокале. Вы не могли бы проверить ее и сличить?

– Да запросто! Сейчас, погодите.

Гном исчез куда-то налево и возвратился через некоторое время с отпечатками пальцев Его Высочества, оправленными в серебро. Он внимательно вгляделся в них, затем в те, что Фишка Ртуть держал перед сканером.

– Совершенно идентично, не может быть никаких сомнений. Это все? Я бы хотел вернуться в хранилище, если не возражаете!

Фишка благодарил его, как отца родного, что сменило гнев на милость, и карлик отключил связь, растаяв на экране.

Эверет Двенадцатый, похоже, был настоящим, а Поэл Спиро – как раз напротив. С точностью до наоборот. Интересно… очень интересно.

Впрочем, хватит копаться с телефонными звонками и отпечатками пальцев. Игра пошла. Фишка ощутил знакомый зуд причастности к ней, зуд игрока. Крейсер был готов к немедленному старту. Дуган Мотли, знаменитый взломщик мастер-класса в чине капитана, должен быть найден во что бы то ни стало. И единственный ключ к нему – его подельщик Сферн Хаффард, обитавший на Воровском Притоне. Фишка решил отправляться в путь без промедлений, прежде чем новый вызов по видеофону успеет задержать его.

И тут же замерцал звонок видеофона. Фишка не стал бы откликаться, однако в этот раз на связь выходил не клиент. Это была частота официальной Имперской Галактической Комиссии, как информировал электронный секретарь.

Фишка со вздохом включил экран. Хорошо хоть, не очередной клиент, которому понадобилась Корона Звезд, из склепа Пещерных Королей с Тоута!

Глава 10

Экран заполнился изображением представительницы женского рода. Это был великолепный во всех отношениях экземпляр.

– Старший специалист-дознаватель Берсен Торч запрашивает разрешение на посадку. У меня поручение от Коронной комиссии из разведотдела Карины.

Фишка Ртуть с трудом удержался от нескольких едких ругательств. Он работал со Старшим Специалистом Разведки (или ССР) Торч уже по нескольким делам, и, несмотря на всю внешнюю привлекательность этого создания, достаточного сообразительного в работе, в ее присутствии он ощущал неловкость, причем по самой необъяснимой причине. Возможно, эта дамочка просто влюбилась в него, а он не приветствовал таких эмоций на работе и не разделял ее чувств. А может быть, ему просто не по душе был надзор и руководство со стороны полиции, тем более – женщины.

В любом случае, сейчас ее появление было совершенно неуместным, поскольку его заинтриговало новое дело: «Дело Тоутской Короны», как он мысленно озаглавил его. Поэтому он решил сразу дать ей от ворот поворот.

– Сожалею, – холодно ответил он. – Но в настоящий момент я очень и очень занят.

Первое «очень» он отнес к Поэлу Спиро, а второе, само собой – к Его Высочеству.

– Привет, Фишка, это ты? Включай видеорежим, не валяй дурака! Я разговариваю с этим кошмарным типом, который сторожит твой дом.

Он включил видеомонитор, предоставив ей созерцать свой суровый лик, и повторил формулу отказа.

– В данный момент я занят двумя делами сразу, ССР Торч, – объяснил он, буравя ее взором. Затем в ход пошла малая толика лжи. – Я уже взялся за одно из них, заключив контракт. Поэтому, боюсь, мой график слишком плотно забит, чтобы разговаривать на темы…

Она скривила маленький розовый ротик:

– Фу-ты, ну-ты, ножки гнуты! Фишка! Перестань корчить из себя черти что. Это дело заинтересует тебя. Меня послал сам господин Уполномоченный ЧК Внутреннней Безопасности!.. Собственной персоной!

– Я занят!

В прекрасных женских глазах отразилась буря.

– Фишка! – прошипела она сквозь зубы. – Занят ты или нет, это никого не волнует, когда дело идет о поручении члена Коронного кабинета! Ты должен отложить все дела в сторону.

Он стиснул зубы. Конечно, она права: он не мог отказать Коронному кабинету, коронной комиссии. Статья XIX Криминального Кодекса выражалась на этот счет предельно ясно. Фишка Ртуть, как лицензированный Хартией Воров, полномочный член Воровской Гильдии и полноправный брат Воровского братства, был допущен к работе Коммерческой Палатой Альфарда. Анархат Альфарда был знаменитой на весь мир звездной системой, где криминал узаконен и находился на совершенно легальном положении. Честное предпринимательство было не только противозаконно, но и каралось истязанием электрическими иглами. Во многих отношениях прелюбопытный социум – совершенно уникальное явление во Вселенной. Анархат дипломатически признал Имперское Содружеством несколько люструмов

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Семейство цепкопалых ящериц, длиной до 30 см (прим. перев.).

Вернуться

2

Летний месяц летоисчисления (прим. автора).

Вернуться

3

Люструм – пять лет (прим. автора).

Вернуться

4

То же, что кошениль и киноварь – красный краситель, добываемый из тел бескрылых самок насекомых – кошенили. Используется, как пищевой и парфюмерный краситель (прим. автора).

Вернуться