# Линкор в нафталине

Гарри Гаррисон

«– Приблизимся, – сказала Мета, нажимая на клавиши пульта управления.

– На твоем месте я бы сделал прямо противоположное, – тихо, чтобы своей излишней опасливостью не вызвать раздражение пиррян, пробурчал Язон.

– Ничего-ничего, мы еще довольно далеко, – отозвался Керк, вглядываясь в экран. – Здоровенная посудина, километра три, не меньше. Наверное, последний из сохранившихся линкоров. Ему ведь уже больше пяти тысяч лет от роду, а мы в целых двухстах километров от…

Вдруг у борта линкора полыхнула оранжевая вспышка, и тотчас же пиррянский звездолет круто накренился. На пульте управления замигали красные огоньки…»

– Приблизимся, – сказала Мета, нажимая на клавиши пульта управления.

– На твоем месте я бы сделал прямо противоположное, – тихо, чтобы своей излишней опасливостью не вызвать раздражение пиррян, пробурчал Язон.

– Ничего-ничего, мы еще довольно далеко, – отозвался Керк, вглядываясь в экран. – Здоровенная посудина, километра три, не меньше. Наверное, последний из сохранившихся линкоров. Ему ведь уже больше пяти тысяч лет от роду, а мы в целых двухстах километров от…

Вдруг у борта линкора полыхнула оранжевая вспышка, и тотчас же пиррянский звездолет круто накренился. На пульте управления замигали красные огоньки.

– Сколько, говоришь, ему от роду? – невинно переспросил Язон. Ответом был лишь яростный взгляд Керка. Мета развернула корабль и стала возвращать его в прежнюю позицию, одновременно фиксируя понесенный урон:

– Небольшое повреждение левого стабилизатора и три пробоины в корпусе. Похоже, придется латать его в космосе, а то мы не сможем совершить посадку.

– Ну и прекрасно. Очень хорошо, что нам досталось, – произнес Язон динАльт. – На будущее мы получили хороший урок. Впредь будем осторожнее, чтобы не свернуть себе шею, пытаясь заполучить свои полмиллиарда. А теперь давайте посетим командующего флотом и проясним некоторые неприятные детали, о которых нас забыли проинформировать, поручив эту работу.


Командующий флотом адмирал Джакич был небольшого роста, а на фоне пиррян казался еще мельче.

Он в испуге отшатнулся, когда Керк вдруг всем телом навалился на его стол и холодно заявил:

– Мы, конечно, можем и уйти, но в таком случае Орда пронесется через эту систему, и с вами будет покончено.

– Ну что вы! У нас в запасе есть еще масса возможностей! Мы могли бы заняться строительством флота или приобрести новые корабли. Но все это займет продолжительное время и обойдется в кругленькую сумму. Куда проще воспользоваться этим линкором Империи.

– Проще? – вопросительно поднял брось Язон. – Интересно, сколько народу уже погибло, пытаясь пробраться на него?

– Ну, «проще», возможно, не самое подходящее слово… Имеются, конечно, некоторые затруднения, определенные сложности… В общем, сорок семь человек.

– И потому вы послали запрос на Счастье? – спросил Язон.

– Мне кажется, это разумно. Мы получаем от вас тяжелые металлы и много слышали о выходцах с Пирра. Ведь вам всего с сотней людей удалось покорить целый мир. И мы решили, что самым логичным было бы попросить именно вас проникнуть на линкор.

– А не кажется ли вам, что это не совсем справедливо в отношении тех, кто находится внутри и не желает никого впускать?

– А внутри-то никого и нет. – Улыбка адмирала становилась все фальшивее, пирряне придвигались к нему все ближе. – Позвольте, я все объясню! Эта планета играла важнейшую роль в древней Империи. Правда, еще около дюжины миров ныне провозглашают себя колыбелью человечества, но мы-то, жители Земли, точно знаем, что были первыми. И свидетельство тому – этот линкор. После окончания четвертой галактической войны его законсервировали и оставили здесь до тех пор, пока в нем не возникнет необходимость.

Керк недоверчиво усмехнулся:

– Не очень-то похоже на правду. Чтобы какая-то пересыпанная нафталином жестянка, которой пять тысяч лет, угробила сорок семь человек…

– А я верю, – отозвался Язон. – Да и вы поверите, если немножко пошевелите мозгами. Военный корабль, трехкилометровый, с самыми мощными двигателями из всех, когда-либо существовавших. И само собой, с самыми мощными орудиями, совершенной защитой, со спаренными, дублирующими друг друга системами, боевыми компьютерами… Ну, наконец-то вы начали улыбаться! Да ведь это голубая мечта любого пиррянина – самое мощное оружие! Какое счастье побывать на этом линкоре, оказаться в боевой рубке и, наконец, управлять им!

На лицах Керка и Меты блуждали мечтательные улыбки, оба могли лишь кивать в знак согласия, но с последними словами перестали улыбаться.

– Но сейчас корабль законсервирован. Все системы функционируют лишь минимально необходимо. Действуют лишь энергоблок и орудия, а также бортовой компьютер, оберегающие корабль от метеоритов и прочих нежелательных столкновений, в частности с теми, кому не помешал бы лишний линкор. То, что случилось с нами, было просто предупреждением. Убежден, что нас с легкостью могли бы разнести в пух и прах. Будь на борту экипаж, то, при полностью исправной системе защиты, нам не стоило бы и пытаться приблизиться к нему, не говоря уже о том, чтобы проникнуть внутрь. Но, к счастью, задача иная – нам предстоит перехитрить машину, а это дело хоть и трудное, но выполнимое.

Он посмотрел прямо на адмирала Джакича и улыбнулся:

– Ладно, мы согласны. Но гонорар вдвое больше – миллиард кредов.

– Да это ни в какие рамки не лезет! Сумма несусветная… Наш бюджет не позволит…

– Орда – это насилие и смерть. Вам не успеют сделать заказанные корабли. Орда будет здесь раньше. Они ворвутся в эту незапертую дверь, и кровь…

– Перестаньте! – воскликнул адмирал, смертельно побледнев. «Штабная крыса, сроду не нюхал пороха», – подумал Язон.

– Хорошо, я согласен, но с условием. Даю вам твердый срок – 30 дней. Не справитесь – пеняйте на себя. Даже на минуту опоздаете – не получите ни гроша. По рукам?

Язон бросил взгляд на Керка и Мету. Те, ни секунды не колеблясь, утвердительно кивнули.

– Идет, – сказал он. – Но миллиард – нашей чистой выгоды. А нам еще понадобится горючее, навигационная служба, прикрытие… Вы должны обеспечить нас всем этим.

– Но деньги… – прикусил губу адмирал.

– Кровь… – прошипел в ответ Язон и тут же получил согласие.

– Все необходимые бумаги уже подготовлены. Когда думаете начать?

– А мы уже начали. С бумагами разберемся позже.

Он энергично потряс безжизненную руку адмирала.

– Ну, на то, что у вас есть инструкция по проникновению на линкор, надеяться нечего?

– Да будь она у нас, я бы с вами не имел никакого дела. Перерыли все архивы – но не нашли. Если хотите, можете посмотреть на все, что нам удалось отыскать. Все равно от этого нет никакого толка.

– Ясное дело, если почти полсотни людей сыграли в ящик. За пять тысяч лет и самая мощная бюрократия растеряет все, что угодно. В первую очередь, конечно же, именно правила расконсервирования линкора: их законсервировать не догадались. Но мы найдем способ: пирряне способны справиться с любой задачей! Пришлите нам все, что у вас есть, имеющее отношение к линкору. А мы пока отправимся обсудить наши дельнейшие действия. В срок уложимся.

– Но как? – спросил Керк, едва они вернулись в свое жилище.

– Понятия не имею, – сказал Язон, весело улыбаясь. – Сначала промочим горло и подумаем. Дело это, скорее всего, завершится применением грубой силы. Но начаться оно должно демонстрацией интеллектуального превосходства человека над созданной им машиной. Тебя не затруднит положить мне льда в стакан, дорогая?