Гунхильд Зехлин
Маленький ослик Марии

САМЫЙ ЛЕНИВЫЙ ОСЛИК В НАЗАРЕТЕ

В давние-давние времена в Святой Земле в Назарете жил маленький ослик. Он был совсем не похож на других ослов в городе. Другие ослы были прилежны и опрятны, этот же казался ленивым, вечно грязным и взъерошенным. Но зато у него была красивая походка, и он выше всех держал свою голову.

Время от времени все ослы отправлялись в лес за дровами. Навьюченные, длинной колонной возвращались они в Назарет. Каждый усердно тащил свою поклажу. Кто принесет домой своему господину самую большую вязанку? В самом конце этой колонны плелся ленивый ослик, и всякий раз, когда представлялся случай сбросить со спины ветку, он решительно так и делал. Не раз он пытался прошмыгнуть мимо других ослов, потому что не хотел идти последним. Но они его не пускали, лягали и приговаривали: «Стой, где тебя поставили, скверный осел!»

Вечером, когда все возвращались в хлев, слуги чистили их, скребли, так что шкуры начинали блестеть, словно шелк. Хозяином ленивого ослика был самый богатый в Назарете человек, но заботиться об ослике было поручено самому плохому и грубому слуге. Тот никогда не чистил ослика скребницей, и поэтому ослик вечно бегал весь грязный и косматый. Несмотря ни на что, ослик гордо носил свою голову, и другие ослы выговаривали ему: «Постыдился бы! Ишь, вытянул шею и вышагиваешь!»

А самый старый и умный осел говорил: «Ты что, не понимаешь? Так не подобает! Кто так выглядит, тому нечего задирать нос»

Но это мало трогало ленивого ослика.

– Я вам еще покажу! – думал он.

Правда, он пока не знал, что же такое он им покажет. Но это будет что-то необыкновенное, удивительно прекрасное.

Люди в городке часто смеялись над ленивым осликом.

– И как это он не помер с голоду, – говорили они. – Ему даже поесть лень.

Сам его господин не раз вздыхал:

– Как же ужасно он выглядит. Симон, возьми-ка, выскреби его поосновательней!

– Да, господин, – отвечал Симон.

Но едва господин исчезал, Симон вешал щетку на гвоздь и ложился на травку. Вот почему маленький ослик много раз бывал вычищен только наполовину. Немудрено, что люди и животные еще больше смеялись и издевались над ним.

– Ну, погодите! – думал в ответ маленький ослик. – Я вам еще покажу, скоро покажу.

Но вслух он не говорил ничего.

Иногда Симон должен был привозить воду из городского источника. Симону совсем не нравилось, когда господин поручал ему эту работу. Он бросал ослу на спину два кожаных бурдюка для воды, и они тащились вдвоем. Когда слуге казалось, что они плетутся слишком медленно, он погонял осла палкой. Но это случалось не часто, потому что Симон сам был ленив и очень редко торопился.

Рано утром у источника всегда кипела жизнь и работа, женщины набирали воду в огромные глиняные кувшины. Они доверху наполняли свои кувшины свежей, прозрачной водой и несли их на голове домой. Женщины несли ловко, не теряя ни капли воды, не позволяя кувшину упасть. Часто перед тем, как отправиться домой, они присаживались у источника и беседовали, всего минутку, не дольше, потому что все хотели вернуться, пока утро еще свежее и прохладное.

Однажды утром Симон и ослик встретили юную женщину, которую звали Мария. Она уже возвращалась со своим кувшином. Мария увидела маленького ослика и сказала: «Что за славный ослик! Как жаль, что он такой грязный!» Она остановилась на минутку и почесала ослика за ушком. Как это было чудесно! Он не помнил, чтобы кто-нибудь его ласкал, и на обратном пути все думал о Марии, так что даже не замечал, как Симон кричал, бил и пинал его.

С этого дня ленивый ослик стал часто по утрам встречать у колодца Марию. И всякий раз она с приветливым словом останавливалась возле маленького знакомца и гладила его.

И ослик, семеня после этого домой, выступал еще горделивее и голову держал выше, чем обычно. Другие же ослы еще больше оскорбляли его, говоря:

– Что это с ним происходит? С каждым днем он все больше важничает – и при этом все больше ленится. Фуй!

Но маленький ослик ни словом не удостаивал их в ответ.

– Если бы вы знали! – думал он про себя. Теперь каждое утро ослик, навострив ушки, слушал, не посылает ли господин Симона к источнику. Стоило появиться слуге с бурдюками, ослик очень радовался и едва сдерживал нетерпение, пока их привязывали. Потом он так быстро бежал с горки на горку к источнику, что изумленный Симон еле поспевал.

Если Марии там не было, ослик думал, что она запаздывает. Поэтому он принимался капризничать, пока Симон закреплял наполненный бурдюк. Он тянул время как только мог. Наконец, все бывало готово и они могли отправляться в обратный путь. Тогда ослик растопыривал ноги, упирался, позволял себя колотить и пинать, пока не появлялась Мария. Она гладила ослика, говорила ему пару ласковых слов.

Только после этого ослик трусил домой, высоко держа голову.

– Он совсем сошел с ума, – жаловался Симон, вернувшись, другим животным.

Однажды ослик занозил ногу. С каждым шагом это причиняло ужасную боль, и он прихрамывал. «Это наказание, – сказали другие ослы. – Он захромал справедливо. Будет знать, как вышагивать»

Мария заметила это на следующее утро. «Что случилось с ногой у ослика? – спросила она. – Поранена?»

– Не знаю, – ответил Симон, еще и не заметивший, что ослик хромает.

– Стыдно не помочь бедному животному, – сказала Мария с досадой.

– Вот еще не хватало, – подумал Симон. – Он такой ленивый и злой.

– Можно мне посмотреть твою ногу, – попросила Мария ослика.

– Не подходи, ударит, – предостерег Симон. – Он опасен, лягается.

– Ничего, – ответила Мария.

Ослик с готовностью поднял ногу и стоял очень спокойно. Мария быстро нашла занозу и вытащила ее.

– Так вот в чем дело. Теперь ты можешь опять ступать уверенно и красиво, – сказала ему Мария ласково.

Когда ослик пришел домой, его товарищи рассердились, что он снова вышагивает, как всегда. Они ужасно оскорбляли его. Но это не трогало ленивого ослика.

– Знали бы они! – думал он. – О, если бы они только знали!

ПОКУПКА ОСЛИКА

Мария возвращалась домой с кувшином на голове. Ее путь пролегал по узкой, угловатой улочке. Совершенно изнуренная, пришла она, наконец, домой. Она сняла кувшин и присела в саду на лавку отдохнуть.

Из мастерской вышел Иосиф, ее муж. Он всегда заботился о Марии и перепугался, увидев ее такой измученной.

– Если бы я мог купить тебе осла, – вздохнул он. – Он возил бы дрова и воду, и тебе не приходилось бы таскать такие тяжести.

– Это было бы прекрасно, – сказала Мария. – Мне так хочется завести ослика. Но мы же знаем, что такая покупка нам не по карману. Ты не беспокойся, Иосиф. Я немного отдохну, и снова смогу трудиться. Бог даст мне силы, подожди немного.

Иосиф вернулся в свою мастерскую. Ему приходилось так много работать с утра до вечера, чтобы заработать на жизнь семье. Поэтому он был очень огорчен, что нет денег завести осла.

Но пока он стоял и строгал, ему пришла в голову мысль: «Буду-ка я каждый день вставать на час раньше и работать побыстрее. Тогда я, может быть, смогу собрать деньжат на осла! – сказал он себе. – Надо попробовать. Мария выглядела сегодня такой усталой»

С этого дня Иосиф вставал до света и работал, пока руки держали инструмент. К счастью, у него было достаточно заказов! Его сбережения медленно, но верно росли.

– Бедный Иосиф, – часто говорила Мария. – Ты работаешь слишком много. Нам вполне хватает денег на все, в чем мы нуждаемся.

– Работать так прекрасно, – отвечал Иосиф.

– Ты слишком переутомляешься, – озабоченно приговаривала Мария.

– Совсем нет, – возражал Иосиф и таинственно улыбался.

Он не говорил Марии, что копит деньги на осла для нее.

Однажды Иосиф заметил, что Мария необычно долго не возвращается от источника. И хотя у него было много работы, он отряхнул стружки с куртки и вышел на улицу. Марии нигде не было видно, и он пошел ей навстречу. Он нашел ее очень уставшей, она сидела на обочине. Кувшин стоял рядом.

– Милый Иосиф, – сказала Мария, – я хотела только чуть отдохнуть и снова могу нести воду. Ты не должен слишком беспокоиться.

Иосиф взял кувшин и поставил на плечо – он не мог как женщины носить на голове. Как утомительно носить воду! Мария последовала за ним.

В этот вечер Иосиф достал свои деньги. «Я должен сегодня же купить осла» – подумал он, но Марии ничего не сказал.

Иосиф отправился к самому богатому человеку Назарета. «У них так много ослов, могут же они обойтись без одного»

– Не продадите ли вы мне осла? – спросил Иосиф богача.

– А можешь ли ты заплатить? Хорошее животное стоит больших денег.

– Да, господин, – сказал Иосиф нерешительно. – Сколько вы хотите?

Но богач потребовал намного больше, чем было у Иосифа. Чтобы заработать столько денег, ему пришлось бы работать еще много-много месяцев.

– Приходи в другой раз, когда сможешь заплатить, – сказал богач.

– Но мне нужно сейчас, потому что у Марии нет сил и она не может носить все на себе. Не могу ли я потом принести остальные деньги?

– Нет, – сказал богач, – мне деньги нужны сразу.

Иосиф совсем опечалился. Богач сделал вид, будто торопится.

– До свидания, – сказал он. – Приходи, когда сможешь заплатить. Тогда и сторгуемся.

И он собрался уйти. Иосиф ухватил его за платье.

– Господин, а нет ли у тебя ослика подешевле других? – спросил он.

– Нет, – отрезал богач. – У меня только породистые животные.

Тут он вспомнил о ленивом, грязном осле, над которым все смеются. Он охотно бы от такого избавился. Это был позор для всей конюшни. А еще если взять у ремесленника деньги…

– Погоди-ка, – сказал он. – Кажется, у меня есть один, ты можешь его купить.

Он позвал Симона и приказал привести ленивого осла.

Иосиф ожидал с нетерпением. Едва увидев Симона с ослом, он сразу понял, что это недоброе и ненадежное животное, но это было единственное, что он мог получить.

Богач взял деньги, а Иосиф осла.

И пустился Иосиф с ослом в путь, домой.

Но ослик считал, что он на сегодня достаточно наработался, и не имел ни малейшей охоты еще что-то делать. Не мог он и понять, почему этот чужой человек его уводит и куда. Поэтому он изо всех сил упирался.

В одном месте улица ступеньками шла вверх. Когда Иосиф с ослом взобрались на самый верх, осел вдруг дернулся назад, и неопытный Иосиф потерял вожжи. Ослик быстро соскользнул вниз по ступенькам, и при этом он словно бы смеялся. Он часто так делал, чтобы одурачить Симона, и погонщик неистовствовал, догоняя ослика. Но Иосиф не рассердился. Он только вздохнул и спокойно сказал ему:

– Постарайся в другой раз так не делать, иначе мы не придем до темноты домой.

И Иосифу пришлось еще раз провести строптивое животное по всем ступенькам. «Боюсь, у Марии больше будет хлопот, чем помощи от этой скотины», – думал он опечаленно и стирал пот со лба.

Наконец они пришли домой. Иосиф привязал осла к оливковому дереву перед домом и вошел.

– Я купил осла, Мария, – сказал он, но его голос звучал совсем не радостно.

– О, Иосиф, – воскликнула Мария. – Как ты добр! Так вот почему ты так усердно работал?

– Я хотел завести для тебя действительно хорошего, крепкого осла, который бы хорошо помогал, но моих денег хватило лишь на самую ленивую и грязную скотину из всех, каких только носила Святая Земля.

– Ты говоришь, ленивый? – горячо спросила Мария. – Не тот ли это ослик у источника? У него красивая походка, не как у других ослов, и голову он держит выше? И он ужасно грязный?

– Да, грязный, – устало сказал Иосиф. – Я не заметил, красиво ли он ходит. Он много раз садился на задние ноги, и мне приходилось его тащить.

Но Мария была уже на улице.

– О, Иосиф! Это он! С тех пор, как ты сказал об осле, я только и мечтала именно о нем. Но как могла я думать, что моя мечта сбудется. Спасибо, спасибо, милый Иосиф!

– Но, Мария, – удивился Иосиф, – почему тебе хочется как нарочно самого ленивого, глупого и грязного осла во всем Назарете?

– Потому, – объяснила Мария, уже принеся щетку и начав чистить ослика, – что из этого неряхи может получиться очень славный ослик. Разве ты не заметил, какие умные у него глаза? Кто так легко и свободно ходит, может научиться носить и тяжелую поклажу. У него только одна плохая привычка: он очень ленив. Но кто так высоко держит голову, тот в глубине чист и благороден. Надо его только вычистить. Иосиф, я так рада ослику. Как мне тебя отблагодарить?

– Может быть, ты отдохнешь, – заботливо сказал Иосиф. – Я рад, что угодил тебе. Позволь мне его почистить?

И Иосиф вычистил осла так, что тот действительно заблестел. Мария стояла рядом и почесывала ослика.

Ослик между тем был в полном замешательстве. Что все это может значить? Почему он здесь у Марии? Но раз уж он здесь, он в любом случае здесь и останется. Разве что унесут его отсюда.

Когда Мария взяла поводья и позвала: «Идем», он пошел за ней к яслям. «Поешь и спи спокойно, – сказала Мария и потрепала ослика по холке. – Здесь ты найдешь новых друзей, – добавила она и объяснила: – Тут в хлеву овцы и козы. Будешь жить с ними»

Затем Мария ушла. Ослик попытался вырваться.

– Бее, – блеяли овцы. – Добро пожаловать. Так чудесно завести нового друга. Марии так нужен был осел.

– Мее, – мекали козы. – Добро пожаловать. Ты будешь помогать Марии, понимаешь? Мы так долго тебя ждали. Хорошо, что ты наконец здесь.

Это немного успокоило маленького ослика. Он очень удивился, другие животные никогда не были к нему так дружелюбны.

– Чей это хлев? – спросил он.

– Марии, Марии, – закричали все ягнята и козлята. – Это лучший дом в целом свете. Но откуда ты пришел?

Маленький ослик ничего не отвечал. Он лишь удивлялся. «Я никогда не уйду отсюда», – думал он.

Вокруг уже спали овцы и козы. Скоро уснул и маленький ослик. Но даже в глубоком сне он беспрестанно думал: «Нет, я никогда не уйду, никогда, ни…»

БОЛЬШАЯ ТАЙНА

На следующее утро маленький ослик проснулся рано. «Что за сон мне сегодня приснился! – подумал он. – Пришел какой-то незнакомец, забрал меня и привел к Марии, которая мне так нравится. Да еще сказал, что теперь она моя хозяйка. Да и она радовалась, она тоже ждала меня. Незнакомец меня вычистил и выскреб, я был прекрасен как день. Ах, это был сон, чудесный сон»

– Но что-то тут не так, ведь я же чистый и гладкий. Как это приятно. Словно во сне.

Маленький ослик закричал «Иа» так, словно засмеялся.

От этого в хлеву у Иосифа проснулись овцы и козы. «Доброе утро, маленький ослик, – сказали они. – Надеемся, ты видел сегодня прекрасный сон»

– Да, – ответил ослик. – Мне снился чудеснейший в мире сон.

– Это замечательно, – кротко сказала старейшая овца. – Смотрите-ка, к нам уже идет Мария.

Все животные запрыгали в своих загончиках. Каждому хотелось первым поздороваться с Марией. Кругом слышалось блеянье и меканье.

– Мария? – озирался и соображал ослик. – Так это, оказывается, был совсем не сон, это в самом деле Мария. Это правда!

Терпеливо и молча стоял он и ждал, пока Мария выскребет всех животных и задаст им корм. Напоследок она подошла к загородке маленького ослика.

– Доброе утро, мой маленький ослик. Тебе нужно теперь хорошо кушать, чтобы быть здоровым и крепким. Я подою коз и отправлю вместе с овцами на пастбище, а нам с тобой надо будет принести из источника воды. Поешь пока сена.

Но маленький ослик был так рад, что забыл про еду. Иосиф тоже зашел глянуть на него.

– Ослик так великолепно выглядит, – удивился он. – Просто не узнать.

– Да, милый Иосиф, это самый чудный ослик, какие только бывают, – заметила Мария.

– Но боюсь, что когда вы отправитесь за водой, у тебя с ним будет много хлопот. Ты не представляешь, как он капризен.

– Сделай для него хорошее седло, чтобы не терло. Я привяжу к нему бурдюки, и увидишь тогда, как славно он ходит, – отвечала Мария.

Иосиф тотчас принялся за дело. Он снял с ослика мерку и пошел в мастерскую. Было слышно, как он орудует молотком и рубанком. Вскоре он вышел с седлом и примерил его на спину ослику.

– Надо еще немного подтесать с правой стороны. Так будет лучше, – сказал он и отправился снова в мастерскую. Вернулся он с готовой упряжью, как раз когда Мария закончила свою утреннюю работу. Они вдвоем оседлали ослика, все подошло очень точно.

– Милый Иосиф, – благодарно сказала Мария, – никто бы не смог сделать такое хорошее седло, как ты.

Маленький ослик нашел, что Мария права. Никогда прежде у него не было такого седла, которое бы нигде не терло, нигде не причиняло боли. Все было так гладко, ладно и удобно.

Иосиф прикрепил бурдюки.

– До свидания, Иосиф, мы пошли, – воскликнула сияющая Мария.

– До свидания, – вздохнул Иосиф. – Когда еще ты вернешься с этим ослом. Я все же беспокоюсь.

– Не нужно, – засмеялась Мария. – Мы придем вовремя. Посмотри только, как он послушно идет. – Иосиф покачал головой, возвращаясь в свою мастерскую.

Гордая и веселая, шествовала Мария со своим маленьким осликом по узким извилистым улочкам Назарета. Она шла вдоль низких домов с плоскими крышами, и из всех домов выходили женщины и девушки с кувшинами на головах.

Мария шла впереди, ослик следом. Она и представить-то не могла, что ослик вздумает капризничать, ей и командовать-то не надо. Поводья лежат на седле. Осел идет за ней, словно самый послушный пес. Он ни разу не заупрямился. Кто может не слушаться Марию? Когда они пришли к источнику, женщины и девушки столпились вокруг маленького ослика.

– Ах, Мария, – сказали они, – какой замечательный осел. Где вы взяли такого? Он ведь не ваш?

– Нет, он наш, – отвечала Мария гордо. – Иосиф купил его для меня.

– Иосиф? – спросили они удивленно. – Такого чудесного ослика? Он должен очень дорого стоить!

Мария только смеялась. Девушки почесывали ослика, хвалили его наружность. Самая красивая сорвала розовый цветок и прицепила к переднему ремню.

– Смотри, Мария, теперь он подошел бы и царю – рассуждала она. – Я еще никогда не видела осла, который бы так высоко держал голову.

Мария наполнила бурдюки и прицепила их к седлу.

– Пошли домой, – сказала она. – Но будь внимателен, чтобы ни капли воды не пролить.

И осел гордо зашагал, послушно и красиво, выбирая лучшую дорогу к своему новому дому, так, чтобы не расплескать свежую воду.

Иосиф все время высматривал Марию и осла, и когда они вернулись, тотчас вышел из мастерской.

– Ну, как сходили? – спросил он. – Вернулись? Или тебе оказалось не под силу его тащить? Отдохни, Мария, а я пойду схожу. Я скоро с ним управлюсь.

– Дорогой Иосиф, – отвечала Мария улыбаясь. – Это лучший в мире ослик, должна я тебе сказать. Мы были у источника, смотри! Бурдюки полны доверху, и ни капли не пролилось.

Иосиф удивился. Он уставился на один из бурдюков, полнехонький воды, и сказал: «Все создания становятся кроткими и послушными, когда с ними обращаешься ты, потому что ты добрая!»

– Не во мне дело, – заметила Мария, – это маленький ослик славный, да и ты тоже, милый Иосиф.

Затем Мария отвела ослика на пастбище, где паслись остальные животные.

– Спасибо за помощь, – сказала Мария. – Отдыхай, мой маленький ослик. Сегодня для тебя нет больше работы, но скоро придет время жатвы, и можешь поверить, тогда будет очень много забот.

Выгон был небольшой, но очень хороший для скота. С горки стекал маленький ручей, вдоль него росла зеленая трава, очень приятная на вкус. Воздух был полон благоухания, а старая суковатая олива давала тень, когда солнце жгло слишком сильно.

В этот день маленький ослик узнал тайну.

Сначала его спросили, хочет ли он узнать большую тайну.

Конечно, он хотел.

А может ли он хорошо хранить большую тайну, спросили его тогда.

Да, ему можно доверять.

Ну так слушай же. Старейшая овца сделала глубокий вдох и приготовилась рассказывать. Ослик задрожал от любопытства. Но ягнята и козлята, которые уже знали, что сейчас последует, от мыслей о тайне так развеселились, что не могли спокойно стоять. Они принялись скакать, танцевать, толкаться и мекать. Большие животные попытались их успокоить, но это продолжалось довольно долго, прежде чем стало настолько тихо, что старейшая овца могла наконец начать.

Она сделала глубокий вдох, открыла рот… Но тут все заглушило щебетанье большой птичьей стаи. Все птицы Назарета слетелись и уселись на большую оливу. Они заслышали, как веселились ягнята и козлята, и тотчас поняли, о какой тайне речь. Они тоже хотели быть тут. Они тоже знали ее, и когда думали о ней, то радостно пели во все горло. Старой овце опять пришлось ждать, но она была спокойна. Бедный ослик между тем чуть не умирал от любопытства.

Наконец овца смогла говорить. В третий раз она набрала воздуха и сказала: «Ма…»

И тут начали стрекотать веселые кузнечики. Их еще называют цикадами. Они тоже собрались у оливы. Для ослика их пронзительное стрекотание было оглушительным шумом, но сами цикады полагали, что это звучит очень красиво. И кроме того, это была их манера радоваться.

Когда они наконец перестали, овца в четвертый раз набрала воздуха. Она хотела, наконец, тихо и торжественно рассказывать, что же это за тайна такая, но вместо этого очень громко выпалила: «У Марии будет Дитя, Сын!»

Здесь ее снова прервали. Овцы и козы прыгали и плясали, птицы пели новые песни, кузнечики стрекотали. И ослик тоже от радости закричал так громко, что цикады не слышали сами себя. Это длилось бесконечно долго, пока все снова не угомонились.

Стало очень тихо. Каждый думал про Сына Марии, который скоро придет в мир. Теперь было так тихо, что слышно было слабое журчание ручья.

Ягнята успокоились. Они стояли и напряженно думали о том, как они будут играть с Ним. Может быть, Он захочет играть в прятки вокруг старой оливы. Маленькие козлята представляли, как они будут с Ним бегать наперегонки. Цикады собирались научить Ребенка стрекотать. Птицы придумывали красивые колыбельные; они знали, что человеческое дитя не может сразу играть и баловаться, но должно много спать, чтобы расти и быть здоровым.

Взрослым животным это тоже, конечно, было понятно. Козы будут приносить Ребенку хорошее молоко, и они размышляли, какие растения им лучше есть, чтобы оно было еще здоровее и приносило больше сил, чем обычно. Им нужно отказаться от горькой зелени и травы, чтобы молоко не горчило.

Овцы же со своей стороны считали, что малышу нужна мягкая теплая одежда, и обдумывали, как им отрастить побольше шерсти, да надо быть поосторожнее и не испачкать ее.

Но самая чудесная мысль пришла в голову маленького ослика: у маленького сына богача был верховой ослик с седлом. Как молодцевато он выглядел, когда мальчик ехал на нем верхом. Только бы Иосиф сделал такое детское седло! Никогда больше он не будет так плохо себя вести с Иосифом! Он хочет стать очень послушным. Может быть, тогда Иосифу захочется сделать для ребенка седло.

Тишина стояла долго. Каждый думал о своем. Но внезапно ягнята испуганно закричали: «Змея!»

Рядом с ними, у самого носа самого маленького ягненка лежала большая змея. Она жила в самом углу пастбища. Что привело ее сюда? Что ей тут надо? Все перепугались!

Но змея сказала: «Вы разговариваете про Дитя Марии и боитесь меня. Разве вы не знаете, что это Дитя будет без боязни играть со змеями? Разве вы не знаете, что дикие звери и домашние животные будут пастись рядом? Разве вы не знаете, что в доме Марии ни одно живое существо не может причинить другому зло?

– Да, – ответила пристыженно старейшая овца, – ты права. Мы не будем больше бояться. Радуйся вместе с нами Младенцу Марии.

СБОР УРОЖАЯ

Пришло время собирать урожай. У Марии и маленького ослика действительно оказалось много работы.

Нужно было собирать смоквы, перевозить их домой и раскладывать для сушки на плоской крыше. Смоковница Марии так и никла от плодов, и корзина, которую таскал ослик, всегда была такая тяжелая. Но Мария потреплет его по плечу, даст пожевать сладкую смокву – и он опять не знает усталости. Наконец, все смоквы были собраны.

– Ну, мой маленький ослик, мы можем пару дней отдохнуть до сбора винограда.

– Как это прекрасно, – подумал маленький ослик и потерся головой о руку Марии, – я буду целыми днями пастись на выгоне с козами и овцами.

Но на следующее утро Мария с Иосифом снова пришли в хлев. «Маленький ослик, – сказала Мария, – наша бедная соседка Юдифь совершенно одна. У нее нет осла. Мы поможем ей немного, ты и я»

– На пастбище, конечно, прекрасно, – думал ослик, – но еще радостнее мне работать весь день с Марией.

И он с готовностью затрусил. Юдифь обрадовалась таким помощникам. «Я старая и дряхлая, – сказала она. – Я и думать не могла, что кто-то обо мне позаботится. Но вижу, Бог помнит и о такой старухе. Он послал мне лучшую женщину во всем Назарете»

– И самого благоразумного осла, Юдифь, – заметила Мария, смеясь.

Несколько дней Мария и ослик работали для Юдифи.

– Пожалуй, довольно, – сказала Мария однажды вечером.

– Завтра меня наконец-то отпустят попастись, – думал Ослик. – Это будет так чудесно. Мне все-таки кажется, что я немного устал.

– Утром начинается сбор винограда, – сказал Иосиф, вернувшись домой. – Как жаль, что тебе не удалось отдохнуть, Мария.

– Ничего не поделаешь, Иосиф, – отвечала Мария. – У меня прилежный ослик. Без него мне пришлось бы таскать все на себе, и я была бы сегодня действительно уставшей. А с ним я даже смогла хорошо помочь Юдифи. Поэтому я очень рада.

– Как жаль, – сказала старейшая овца ослику. – Тебе ни денечка не удалось погулять на пастбище.

Сбор винограда – это самое веселое время в году. Повсюду царство винограда, люди смеются, поют и передают друг другу сочные виноградные гроздья.

Радость заразила и всех животных. Маленький ослик Марии теперь словно танцевал на ходу, хотя корзины с виноградными гроздьями были очень тяжелыми.

– Сколько ягод уродилось в этом году, – говорил Иосиф. – И какие превосходные.

– Да, хватит и на сок, и посушить, – отвечала Мария радостно. – Но наш маленький ослик выглядит усталым. Пусть он в самом деле отдохнет пару дней на пастбище, пока не подойдет пора собирать маслины.

– Вот нам будет утром весело на пастбище, – ликовали козы и козлята. – Не так ли?

– Да, да, – соглашался ослик.

Но на другой день рано утром Мария сказала своему ослику: «У Юдифи совсем никого нет, кто бы помог ей с виноградом. Ее виноград уже перезрел. Она уже не может собирать так быстро. Мы вдвоем поможем ей несколько деньков»

– На пастбище и правда прекрасно, – думал маленький ослик, – но разве можно это сравнить с работой возле Марии.

И ослик с Марией принялись помогать бедной Юдифь.

– Какое богатство – добрые соседи, – приговаривала Юдифь. – Это самое лучшее, что может Бог послать бедным людям.

– Прилежный ослик – тоже очень хорошее подаяние, – отвечала Мария.

Наконец и виноградные гроздья Юдифи были собраны и перевезены в дом. Но тут подошли маслины.

– Ты совсем не отдыхаешь, – сказал Иосиф.

– Ничего страшного, – отвечала ему Мария, – Меня только беспокоит ослик.

– Нет! – подумал он и наклонился к Марии. – Ты что-то совсем нехорошо выглядишь.

– Закрою-ка я на пару дней мастерскую и помогу тебе, – заключил Иосиф.

Собирать маслины было трудно. В роще неподалеку, где росли старые суковатые оливы, могли собирать плоды все жители Назарета. Мужчины били по оливковым деревьям длинной палкой, начиная с самого верха, с вершины и вниз. Дети собирали маслины и наполняли ими корзины. Женщины руками рвали то, что могли достать. Хотя ослику теперь приходилось таскать ужасно тяжелую корзину, он все же не чувствовал себя усталым.

– Этот ослик поистине сокровище, Мария, – сказал Иосиф. – Очень хороший осел, лучший во всем городе, должен я сказать.

– Лучший в целом свете, – откликнулась Мария.

На выходе из оливковой рощи маленькому ослику встретились другие ослы из Назарета. Никто не признал его, ни сами ослы того богача, ни их погонщик.

– Какой благородный осел, – вздохнул погонщик. – Как послушно он ступает. Как красиво несет голову, прямо и гордо! И какой он опрятный и ухоженный!

– Мне кажется, он напоминает мне одного осла, которого я некогда знал, – сказал старейший осел. – Его походка и осанка были так же красивы. Но никак не могу припомнить, кто это был!

– Он очень, очень красив, – восхищались все молодым ослом. – И такой крепкий. – И старый осел сказал: «Он должен быть у нас, раз наш хозяин самый богатый человек. Он совсем не подходит этим беднякам»

– Не могу никак понять, как это они его заполучили, – размышлял дальше осел богача.

Маленький ослик Марии все слышал и посмеивался, идя с корзинами домой. Ему приходилось часто сновать между оливковой рощей и домом Иосифа. Но однажды днем Иосиф провел ослика мимо своего дома, к Юдифи.

– Это нужно сделать, Иосиф, – попросила: Мария. – Как может бедная женщина сама ходить к оливам?

– Ты права, Мария, – согласился с ней Иосиф. – Нам достался лучший в мире осел, и помогать соседям – это то немногое, чем мы можем выразить Богу нашу благодарность. Но время идет, а тебе все не удается отдохнуть.

– Скоро зима, – сказала Мария. – Тогда и отдохнем, и я, и мой замечательный ослик.

– Что ж поделаешь, отдыхать мне или нет, это только Мария может решать, – думал ослик.

Но когда закончился сбор урожая, ослику пришлось сопровождать Иосифа.

Жара, почти иссушившая долину и холмы, кончилась. Стало холодно. Иосиф брал осла и отправлялся подальше, чтобы принести дров. До позднего вечера искал Иосиф сухие сучья, привязывая их на спину маленького ослика. Им приходилось уходить довольно далеко, чтобы что-то найти. Вокруг Назарета было мало дров, да и другие бедняки тоже собирали за городом.

Однажды, когда Иосиф с ослом ушли особенно далеко, на небе сгустились черные тучи. Солнце спряталось, и стало очень темно, хотя был всего первый час пополудни. С моря подул холодный ветер.

– Видно, будет дождь, – порадовался Иосиф. – Земля не может больше жаждать. Ручьи и источники снова наполнятся водой, и звери смогут пить сколько хотят. Это замечательно, что дождь!

Маленький ослик, напротив, не любил дождя. Фуй, нет, он такой неприятно мокрый и холодный. Но раз Иосифу так хочется, пусть уж будет. Но все-таки он тосковал по дому, по сухому, теплому хлеву. И нетерпеливо переступал.

– Ну-ну, маленький ослик, – увещевал его Иосиф. – Нам надо бы сегодня побольше хвороста принести домой. Может быть, утром нас дождь и не выпустит из дома. Я знаю одно место, чуть дальше на север, мы наверняка там что-то найдем.

Ослику пришлось тащиться за Иосифом дальше. Он был уже совсем готов заупрямиться. Внезапно ему представилось, как он вдруг растопырится, упрется и отпрыгнет. Иосифу придется его ловить, и они вернутся в хлев, думал он.

Но тут он вспомнил про ребенка. Ребенка, которого он, может быть, будет когда-нибудь катать на спине. Ему надо быть послушным, чтобы Иосиф сделал такое удобное маленькое седло. И он уступчиво засеменил.

– Ты славный, самый прилежный маленький осел, – похвалил Иосиф. – Ты, наверное, и сам понимаешь, что мы должны собрать для Марии много дров. Ей нужно держать дом теплым, чтобы наш малыш не озяб. – Ослик устыдился своих некрасивых мыслей.

Когда они дошли до того места, о котором говорил Иосиф, они нашли там довольно много веток. Иосиф нагрузил так, что ослик едва мог тащить. «Теперь возвращаемся, – сказал Иосиф. – Я пойду рядом и буду поддерживать вязанку»

Между тем наступили сумерки. Ветер дул все сильнее и сильнее, и начался дождь. Пошел действительно сильный ливень. Дождь сек их в глаза, так что они оба почти ничего не видели. С трудом шли они вперед. Скоро Иосиф остановился. Он озирался и пытался найти путь. Это было невозможно. Иосиф и ослик сбились с дороги.

– Нам надо держаться левее, – думал Иосиф и тянул вожжи. Но маленький ослик устремился вправо. Они ведь оттуда пришли. Почему это Иосифу хочется в другую сторону? «Иди сюда», – просил Иосиф и тащил изо всех сил.

Тогда ослик уселся на задние ноги: он и шагу не сделает в сторону от дома!

– Ну не упрямься, – умолял Иосиф. – Ты был в последнее время так понятлив и благоразумен. Мы должны помогать друг другу, чтобы вернуться домой к Марии, пока не наступила ночь.

Но именно этого и хотел маленький ослик. Сколько Иосиф его ни тянул, он не сдвинулся с места. Чтобы подтянуть ослабевшую веревку, Иосиф на мгновение выпустил вожжи. Осел словно этого и ждал. Он тут же вскочил и побежал направо. Иосиф остался сзади и закричал: «Стой! Стой! Мы заблудимся! Стой!»

Осел подпустил его так близко, что Иосиф едва не схватил его за вожжи, и снова поспешно отбежал. Усталому и озабоченному Иосифу приходилось догонять. Он уже боялся совсем потерять маленького ослика Марии.

Вдруг осел остановился и закричал. Иосиф его почти не видел в темноте, но слышал его ликующее: Иа! Иа!

Наконец-то Иосифу удалось схватить осла за вожжи. Он осмотрелся и пришел в крайнее удивление: они стояли прямо перед городскими воротами Назарета. «Ну и ну! – поразился Иосиф. – Глазам своим не верю! Мы в Назарете! Мария права: ты самый умный в мире осел»

Мария сидела в теплом хлеву возле дома и доила. Ягнята и козлята не давали ей покоя, они толкались и тыкались мордочками, толпились у ее колен, лишь бы она их погладила. Старые животные пытались обуздать молодежь и порицали такую назойливость.

– Оставьте их, – сказала Мария. – Они такие милые. Подрастут, и станут совсем смирными. Но где же Иосиф и ослик? Где они могут быть в такую погоду? Видно, дождь захватил их врасплох. Если бы я не знала, что Ангел их защитит, я бы очень беспокоилась.

Прямо в это мгновение раскрылись ворота хлева. Вошли Иосиф и ослик. Мария встала, помогла Иосифу снять тяжелую вязанку дров и обсушить промокшего осла. Иосиф стащил свое насквозь промокшее пальто, рассказывая в это же время, как он заблудился, и как осел нашел правильную дорогу и вынудил идти сюда за ним.

Мария смеялась и думала, что она ведь всегда знала: ее ослик самый умный в целом свете.

И все животные в хлеву восхищались ослом, и старейшая овца сказала: «Дети, учитесь у него!»

– Да, – блеяли ягнята и козлята, – наш ослик очень, очень умный и большой герой!

– Ах что вы! – думал ослик. – Я только хотел как можно быстрее вернуться к Марии. Потому я и направился прямо к дому.

В этот вечер, как обычно, в хлеву разговаривали о Младенце Марии. За этой беседой ослик и забыл, как он продрог и устал.

– Скоро ли Он придет, мама? – томились ягнята.

– Как ты думаешь, Он придет завтра? – спрашивали маленькие нетерпеливые козочки.

– Погодите еще немного, – отвечали старые животные.

– Ну если только маленечко, – блеяли ягнята. – Совсем-совсем мале-е-енечко.

– А теперь спите, дети, и будьте славными, – попросила старейшая овца, – иначе придется ждать ужасно долго.

Чтобы не рисковать, все тут же угомонилась. Скоро весь хлев спал. Ягнятам и козлятам снился Младенец. Но ослику снилась Мария.

ЦАРСКИЙ УКАЗ

На следующий день дождь лил как из ведра. Ослика оставили в покое в хлеву с друзьями. Было так чудесно наконец-то отдохнуть.

Вечером, пока Мария доила, вошел Иосиф.

– Такая гроза! – сказал он. – Как хорошо, что мы дома, и собрали весь урожай и дрова на зиму.

– Да, нам хорошо, – отвечала Мария. – Как ты думаешь, Иосиф, не можем ли мы поделиться дровами с Юдифью?

– Да, пожалуй, можем, – подумал Иосиф. – Пусть возьмет завтра вязанку.

– Вот она обрадуется, – улыбнулась Мария.

– Ты права, Мария. Я хочу…

Раздался сильный стук в ворота. Иосиф вышел и открыл. Он долго оставался снаружи, и когда вернулся, то выглядел опечаленным и обеспокоенным.

– Кто это был? – спросила Мария робко. – Что-то нехорошее?

– Нам нужно немедленно отправляться в Вифлеем! – промолвил Иосиф.

– Вифлеем? Это же так далеко! Что нам понадобилось в Вифлееме?

– Император приказал сосчитать всех людей в империи, – объяснил Иосиф. – Всех запишут в большую книгу, и каждый человек должен прибыть в город, откуда происходит его род.

– Но разве нельзя с таким же успехом записаться в книгу в Назарете? – спросила Мария.

– Нет, каждый должен прибыть в город своего отца; так повелел император. Я происхожу из рода Давидова из Вифлеема, поэтому нам придется туда отправиться.

– Но как раз сейчас я не могу, – сказала Мария. – Мое Дитя в любой день может прийти в мир.

Ягнята пришли в большое волнение от такого известия.

– Тс! – напомнила им старейшая овца.

– Император приказал всем отправляться немедленно, – сказал Иосиф. – Мы не можем откладывать.

– Милый Иосиф, иди тогда один. Ты же не хочешь, чтобы Дитя родилось на дороге? Или в пустыне среди диких зверей?

– Может, мы все-таки успеем в Вифлеем, – утешал Иосиф.

– Но мы не знаем там ни одного человека, кто бы нас мог приютить, – сетовала Мария.

– Я очень беспокоюсь, Мария, – произнес Иосиф. – Но ты тоже должна идти вместе со мной. Император приказал сосчитать всех людей. Его писец хочет самолично видеть всех членов семьи, прежде, чем он их запишет. Надо слушаться императора.

Мария уселась и призадумалась. Потом она встала и сказала: «Пожалуй, ты прав. У нас такой способный ослик. Кто знает, может, Бог нам как раз и посылает это путешествие. Я уложу все детские вещи вместе, да еще теплую шкуру, в которой Ребенок сможет спать, и много еды на дорогу. Ослик сможет нести все это, да и меня, если я устану»

– Но кто присмотрит за нашими животными, пока мы будем в пути? – рассуждал Иосиф.

– Утром я схожу к своей сестре и попрошу ее об этом. Ее муж происходит из Назарета, поэтому им не надо никуда идти. Она, наверное, охотно позаботится обо всех, пока нас не будет дома. Я думаю, все будет хорошо, Иосиф.

Мария пошла в комнату подавать ужин. Иосиф закрыл тщательно хлев, чтобы никакой дикий зверь не проник внутрь и не разорил скот. И тоже пошел в дом.

В хлеву воцарился сильный страх. Животные все слышали, но ничего не поняли. Ягнята и козлята вообще заметили только слова Марии о том, что Ребенок может прийти в мир в любой день. Взрослые, напротив, уразумели, что что-то тут не в порядке.

– Он скоро придет! Он скоро придет! Он скоро придет! – кричала молодежь.

– Но не сюда, – ответила старейшая овца. – Иосиф ясно сказал, что они скоро должны отправиться, и Марии тоже придется идти.

– Но Ребенок вполне может остаться с нами – думали маленькие козочки. – Такой чуши я еще не слыхала, – укоряла их старейшая овца. – Мать не оставит своего Младенца и не отправится в путь. Да прежде всего Ребенок еще и не родился.

– Разве Марии непременно надо идти сейчас, когда должен наконец явиться Сын? – застонали ягнята и козлята, которые потихоньку понимали, в чем дело, но никак не могли с этим смириться.

– Имейте терпение, – напомнили старшие. – Разве вы не слышали, как Мария сказала, что скоро вернется.

– Но это будет так долго, – жаловались молодые.

– А если она не найдет дороги домой? – спросил самый маленький ягненок.

– Наш благоразумный ослик приведет ее, – отвечала старейшая овца. – Так что тут нечего бояться.

– Да, бояться нечего, – согласились малыши. – Но ты торопись изо всех сил, маленький ослик.

– Обязательно, – уверял он. – А еще я буду очень осторожен, чтобы не повредить ребенку. Мы скоро вернемся, и тогда все будет хорошо. А сейчас спите.

Постепенно успокоились и ягнята, и козлята, и большие животные, и скоро все спали в доме Марии.

Неутомимо трудились Мария и Иосиф в эти дни. Но маленького ослика оставляли в хлеву.

– Отдыхай хорошенько, – говорила ему Мария. – Нам предстоит долгий, долгий путь в Вифлеем.

Иосиф заканчивал все заказы, какие у него были. Он разнес все покупателям. И когда отдал последний заказ, вымел мастерскую, вычистил инструмент и запер.

Мария тем временем напекла хлебов и упаковала их вместе с высушенными спрессованными смоквами, оливковым маслом и другими припасами в общий сундук.

Затем она выложила все, что было сшито для Ребенка: пеленки, рубашечки и свивальник. Как они были красивы и нарядны! Она разложила все на столе, рассматривала и позвала Иосифа: он тоже должен восхититься этими вещичками.

Затем она связала все в чудесную белую овечью шкуру.

Собравшись, Мария выстирала и вычистила свое и Иосифа платье, чтобы они оба могли отправиться на чужбину в достойном виде.

Конечно, она побывала и у сестры и попросила ее присмотреть за животными. Сестра была очень огорчена, что Марии приходится покидать Назарет, но охотно согласилась позаботиться о скотине. Попросили помочь и старую Юдифь.

– Я все надеялась, что доведется побаюкать твоего Сына, – сказала она. – Я бы охотно это делала, но вместо этого постерегу теперь твоих ягнят.

– Спасибо, Юдифь, – отвечала Мария. – Ты меня обрадовала.

Когда Мария в последний вечер перед отъездом доила, все животные толкались больше, чем обычно.

– Дорогие мои, – говорила Мария, – вы знаете, что мне нужно уезжать? Я вижу по вашим глазам. Не печальтесь. Моя сестра пообещала, что будет заботиться о вас. И старая Юдифь тоже. Кроме того, у Юдифи есть время, она может вам многое порассказать и побаловать, потому что у нее нет других забот. Моя сестра всегда немного спешит.

Тут все заблеяли, и это звучало ужасно жалобно.

– Ну-ну, – сказала Мария. – Я скоро вернусь. И тогда, да, тогда я принесу на руках маленького Сына. Вы слышите, шалуны, вам придется быть поосторожнее, не пихаться и не напирать, потому что Он будет маленький и нежный и не перенесет таких толчков. Будьте славными, пока я буду в пути. И набирайтесь терпения, потому что путь не близок.

В этот вечер Мария простилась со всеми. «Вы еще будете спать утром, когда мы отправимся в путь,» – сказала она.

Но все проснулись и невесело смотрели, как Иосиф запрягает осла и закрепляет поклажу.

– Не смотрите так печально, – попросил ослик своих друзей. – Сейчас нам надо идти, но мы скоро вернемся.

– Береги Марию и ее Сына, – наказывали животные.

– Это я обещаю, – важно отвечал ослик.

– Идемте, – сказал Иосиф и подсадил Марию в седло. – Пора. Еще темно, но близок рассвет. Запахни поплотнее шаль, Мария, ветер сегодня утром такой холодный.

Так и отправились Иосиф, Мария и их маленький ослик в далекий путь в Вифлеем.

НА ПУТИ В ВИФЛЕЕМ

От Назарета до Вифлеема было далеко, почти целая неделя пути для маленького ослика, если бежать рысью с раннего утра до позднего вечера.

Но ослик был горд, что ему позволили целыми днями нести Марию в седле. Как всегда, он выступал с высоко поднятой головой, послушный и окрыленный.

– Иосиф, как я довольна нашим маленьким осликом, – говорила Мария. Я бы ни за что не смогла пройти весь путь. Как хорошо, что ты его купил.

В первый день путь проходил по местам, которые были им знакомы. Они шли мимо пастбищ и пашень, виноградников, оливковых рощ и зарослей смоковниц под Назаретом, затем мимо незнакомых селений, которые выглядели все же похожими на Назарет.

Не раз их настигал ливень. Мария и Иосиф радовались, потому что много дождя хорошо для растений и животных. Порой светило солнце, и это тоже радовало их, потому что солнце высушивало их влажную одежду.

Наконец они вышли к какой-то реке, которая из-за бурных дождей вышла из берегов. Прежде это был лишь узкий ручей, который можно было легко перейти. Но сейчас это была широкая, бурная река!

Иосиф озабоченно и задумчиво погладил бороду.

Как же им переправиться на ту сторону реки?

Он подвязал свою длинную одежду на бедрах. Затем осторожно сделал шаг в воду. Ух! Река чуть не унесла его. Поспешно выбрался Иосиф назад на берег.

– Что же нам делать, – думал Иосиф. – Мне кажется, вряд ли ослик сможет перебраться на ту сторону. Придется ждать, пока спадет вода. Но это может продлиться несколько дней.

– Я полагаю, Бог укажет нам путь, – уверенно ответила Мария.

– Иосиф, смотри-ка, что делает ослик!

Маленький ослик с Марией на спине вдруг важно направился вдоль берега. Он увидел светлый образ, который им кивал, и направился к нему! Это был Ангел, но ни Иосиф, ни Мария не могли его видеть.

Когда ослик подошел к Ангелу, тот взял за поводья и повел в воду.

– Держи! Назад! – испуганно закричал Иосиф. – Мария, заверни его назад!

Но ослик шел через реку, и Ангел вел его по большим плоским камням на другой берег. Хотя Иосиф и не видел камней, их захлестывала вода, но он бросился вслед за осликом и также удачно вышел на другой берег.

– Мария, – спросил он, – ты сильно испугалась?

– Испугалась? – удивилась Мария. – Чего мне бояться? Я полагаю, Божий Ангел вел ослика, хотя и не видела его.

– Ты, пожалуй, права, Мария, – ответил Иосиф. – Это было глупо с моей стороны так пугаться. Как забилось мое сердце!

Вскоре наступило время обеда. Мария слезла с ослика. Она поела и отдохнула под фиговым деревом, полном распускавшихся новых почек. Иосиф нашел еще несколько съедобных прошлогодних фиг и дал Марии.

– Смотри, – сказала Мария, – как хорошо пришелся дождь этим деревьям. Они уже не такие сухие. В них новая жизнь.

В это мгновение воздух наполнился ликующим птичьим пением. Стайка птиц уселась на дерево и щебетала, так что душа радовалась.

– Как они веселятся, – сказала Мария. – Ты слышишь, они поют для моего ребенка.

Иосиф рассмеялся.

– Откуда ты знаешь?

– А вот знаю, – сказала Мария таинственно. – Разве ты не заметил, Иосиф, что это наши птицы?

– Наши птицы?

– Да, ты их не узнал? Это птицы из нашего сада в Назарете. Я узнала их. Вот эту, маленькую, которая всегда так боком прыгает, вот эту, совсем ручную, она отваживается клевать даже из моей руки. Ты не узнаешь их, Иосиф? И эту тоже я знаю! И эту! И эту! Да, это они все. О Иосиф! Птицы летят вслед за нами. Они хотят быть с нами и приветствовать Дитя.

– Ты действительно уверена, что это наши птицы? – спросил Иосиф. – Ему казалось невозможным их узнать.

– Вполне, – сказала Мария. – Не так ли, мой маленький ослик? Ты ведь тоже их узнаешь!

Да, ослик узнал их. Но он уже давно заметил, что птицы их сопровождают. Иногда они залетали вперед, иногда отставали, затем снова садились на дерево и щебетали, когда ослик шествовал мимо, и, чирикая, пролетали возле Марии, Ослик удивлялся только тому, что Мария так долго не узнавала их. – После отдыха они продолжили путешествие до вечера. Было очень утомительно столько идти, час за часом. Все трое были изнурены, когда солнце закатилось.

– Дальше идти нельзя, – заметил Иосиф. – Нам нужно искать место, где мы могли бы приготовиться к ночлегу.

– Лучше в каком-нибудь доме, Иосиф, – попросила Мария.

– Ты озябла? Пройдем еще немного, может быть, мы придем в деревню, – сказал Иосиф.

Скоро стемнело, а они все шли и шли, и Иосиф уже боялся, что они не найдут никакого дома и придется им ночевать под открытым небом.

– Не волнуйся, Иосиф – сказала Мария. – Я полагаю, Бог нам поможет.

Едва она это сказала, как ослику снова явился Ангел и настойчиво замахал. Осел поднялся к нему на пригорок. Оттуда можно было видеть слабый свет.

– Иосиф, деревня! Слава Богу! – радостно воскликнула Мария.

Скоро путешественники были в деревне. Иосиф постучался в первый же дом и попросился на постой. Они пришли к очень бедным людям. Хозяин пригласил их войти, а хозяйка разделить с ними ужин.

Скоро Мария, Иосиф и ослик крепко спали.

Утром всех разбудило пение птиц.

– Что это за птицы? – спросил хозяин.

– Это мои птицы, – объяснила Мария. – Они сопровождают нас, потому что хотят своим ликованием поприветствовать мое Дитя, когда Оно придет в мир.

– Птицы из Назарета? – спросил хозяин удивленно.