# Смерть в запертой комнате

Анна и Сергей Литвиновы

«– Когда раздался выстрел, где вы находились? – Полковник сложил ручки на животе и вперил в меня испытующий взор.

– Внизу, в гостиной.

– Все вместе?

– Да…»

– Когда раздался выстрел, где вы находились? – Полковник сложил ручки на животе и вперил в меня испытующий взор.

– Внизу, в гостиной.

– Все вместе?

– Да.

– Сколько вас было?

– Четверо.

– Кто да кто?

– Ну, во-первых, Лора. Дочь покойника… То есть покойного… Блондинка. На вид лет двадцати трех. Томная. Капризная. Самовлюбленная…

– Тебя пригласили ради нее, и ты сразу влюбился, – утвердительно произнес полковник.

– Валерий Петрович! – воскликнул я укоризненно.

– Ладно, оставим… Еще кто был с вами в гостиной?

– Жорик, сын покойного хозяина. По-моему, изрядный шалопай. Высокий блондин лет тридцати. Он много пил – все подливал себе виски. Неразбавленный… Или надо говорить «неразбавленное»?..

Полковник не ответил, переспросил:

– Значит, у убитого осталось двое взрослых детей?

– Трое. Есть еще один сын, Илья. Он брат-близнец Жорика.

– Вот как? – Полковник поднял на полдюйма левую бровь.

– Но Илья на вечеринке не присутствовал. Он пребывал в командировке в Петербурге.

Валерий Петрович закурил – окутал себя и меня ядовитыми клубами дыма. Он признавал только ядреный болгарский «Опал» и все мои попытки перевести его на «буржуйские» сигареты отметал. Закашлялся и спросил:

– Говорят, покойный был богат?

– Говорят. Миллиона три-четыре у него точно имелось. Долларов, конечно.

– Нам бы такие деньжищи, а, Пашуня?

– Не помешали бы.

– А кто наследник?

– Завещания, насколько я знаю, он не оставил. Жена его давно умерла. Значит, деньги пойдут детям. Плюс им же отпишут особняк. И квартиру на Большой Дмитровке… А вот его фирма… Номинально-то, конечно, его доля в компании тоже принадлежит детям… А вот фактически, как показывает практика, она, скорей всего, отойдет к его партнеру.