Ник Картер
Цезарь, собака-сыщик

* * *

– Ни звука! При малейшей попытке позвать на помощь я перережу вам горло!

– Сжальтесь!

– Я не причиню вам никакого вреда, если только вы будете мне повиноваться. Встаньте, оденьтесь и следуйте за мной!

– Ради Бога…

– Ни звука! Или вы не поняли меня?

– Но, умоляю…

– Последний раз говорю вам – молчите, или я приведу в исполнение свою угрозу. Встаньте!

– Нет! Я не могу, не хочу, наконец!

– Вы не хотите? Хорошо же! Взгляните-ка на эту штучку!

С этими словами замаскированный мужчина, забравшийся ночью в спальню молодой Этель Пайн, показал ей остро отточенный нож… Глаза мужчины, мрачно блестевшие в отверстиях маски, впились в лицо несчастной.

Ошеломленная девушка тряслась от страха, глядя на злоумышленника с кинжалом в руках, приказывавшего ей встать, одеться и следовать за ним. – Куда?

Дрожа как в лихорадке, она невольным движением натянула одеяло вплоть до подбородка. Инстинктивно соображая, что перед ней только два выхода: или повиноваться незнакомцу, победить свой стыд и, одевшись, следовать за ним или приготовиться к неминуемой смерти.

Замаскированный злодей зажег газовый рожок, очевидно, нисколько не боясь, что его накроют. Такая смелость ясно говорила, что негодяй принял все меры предосторожности.

– Встаньте! – повелительным тоном произнес он еще раз.

– Нет! Я не могу! – молила девушка. – Неужели у вас нет ни капли жалости? Неужели вы не понимаете…

Она не докончила – из глаз ее хлынули слезы…

Из под маски послышался короткий, презрительный смех.

– Я далек от мысли, сударыня, оскорблять ваше чувство стыдливости. Пока вы будете одеваться, я отвернусь и не подойду к вам, если только вы не заставите меня поступить иначе.

– Послушайте, – обратилась Этель к замаскированному. – Возьмите все мои драгоценности; их немало, вам дадут за них порядочную сумму денег.

– Это я прекрасно знаю, – ответил он.

– Берите их, они лежат в комоде.

– Даже и не подумаю, – спокойно возразил преступник. – Зачем мне эти побрякушки? Я пришел не за ними, а за вами!

– Но…

– Не глупите, – пожал плечами злодей. – Вы всецело в моей власти!

– Неужели ничто не в состоянии изменить вашего адского намерения?

– Ничто на свете!

– Я заплачу вам! Назовите сумму.

– Разговоры не приведут ни к чему, – сухо проговорил ночной посетитель. – Мне нужны вы и только вы! Никакие ваши попытки не изменят моего решения.

– Но завтра день моего совершеннолетия…

– Это мне тоже прекрасно известно! – грубо остановил ее замаскированный негодяй. – Скорее вы убедите вашими речами камень, чем меня! Или вы исполните то, чего я требую или… пеняйте на себя! Теперь я встану спиной к вам, вон у той двери, и обернусь только, когда вы оденетесь. Но, помните: если вы, воспользовавшись тем, что я вас не вижу, крикнете, чтобы обратить внимание обитателей этого дома на происходящее здесь, то я немедленно убью вас! Поняли вы? Убью!

– Конечно, поняла, – проговорила несчастная девушка.

– Будете ли вы мне повиноваться?

– У меня нет выбора!

– Наконец-то я получил разумный ответ, – проговорил мужчина.

– А вы… сдержите слово – не будете оглядываться? – осторожно осведомилась Этель.

– Безусловно! – последовал ответ. – Все будет именно так, как я сказал! Однако, поторопитесь, я и так уж слишком долго торчу в вашей комнате!

Проговорив это, незнакомец отвернулся.

Этель Пайн с быстротой молнии вскочила с постели, отбросив атласное одеяло, и одним прыжком очутилась около дамского письменного стола, стоявшего в углу.

Дрожащими от волнения руками она открыла один из ящиков, в котором обыкновенно лежал маленький револьвер, на который до сего дня Этель смотрела как на игрушку. Теперь он должен был спасти ей честь, свободу и даже жизнь.

Страшное разочарование ожидало Этель – револьвера не было!

Напрасно искала она его во всех уголках ящика – оружие исчезло…

– Вы одеваетесь? – спросил замаскированный, не оборачиваясь.

– Да, да! – поспешила ответить девушка.

– Поторопитесь! – предупредил злодей свою жертву.

Дрожащими руками Этель начала одеваться.

Она была смелая девушка и потому даже в этом неприятном положении мысль сразиться с врагом и, может быть, победить не покидала ее ни на минуту.

Однако, как ни ломала она голову, выхода не было. Казалось, ей не освободиться от замаскированного мужчины ни хитростью, ни силой… Револьвер, который мог бы ее спасти, исчез, очевидно, негодяй спрятал его, прежде чем разбудить спавшую девушку.

Кроме револьвера в комнате не имелось никакого оружия.

Не было ни одного предмета, которым можно бы защититься в случае нужды.

Девушка была совершенно беззащитна! Замаскированный, очевидно, знал это не хуже самой Этель Пайн, так как, согласно обещанию, не оглядывался.

Правда, в комнате была кнопка электрического звонка, но негодяй стоял почти возле нее.

Этель, быстро добежав до стены, могла бы надавить ее, но пока на звонок сбежались бы, замаскированный сто раз успел бы привести свою угрозу в исполнение.

В этот поздний, ночной час все обитатели дома спали.

Внезапно у Этель мелькнула мысль, за которую она судорожно и ухватилась. Правда, это не изменило бы ее теперешнего положения, но, зато дало бы возможность известить друзей о случившемся.

Она решила в нескольких словах описать ночное происшествие и оставить записку в таком месте, где ее легко нашли бы домашние.

Но как это сделать незаметно от замаскированного негодяя?

И затем, если бы даже и удалось написать записку, куда положить ее? На какое место? Как устроить, чтобы ночной посетитель не заметил ее маневра?

Стоя перед трюмо она дрожащими руками застегивала платье, комбинируя тысячи планов, один несбыточнее другого. В этот момент ей бросился в глаза бриллиантовый перстень, надетый на безымянном пальце правой руки.

– А! – невольно вскрикнула она. Возможность известить домашних о происшествии была найдена.

– Что с вами? – осведомился негодяй, услышав восклицание.

– Второпях я укололась булавкой, – поспешила ответить Этель.

– Очень жаль, – любезно заметил замаскированный. – Вы совершенно напрасно волнуетесь, сударыня; повторяю, вам не грозит ни малейшей опасности.

– Ради Бога, не оборачивайтесь! – закричала Этель, боясь, чтобы ее мучитель не поймал ее при исполнении задуманного плана.

– Что я обещал, то и исполню, – подтвердил снова негодяй. – Но попрошу вас поторопиться, мне некогда!

– Сейчас, сейчас! Я почти уже одета! Еще несколько минут!

Она сорвала перстень с пальца и вплотную подошла к зеркалу.

Схватив левой рукой шелковую юбку, она зашуршала ею в то время, как правой быстро нацарапала перстнем на зеркале несколько слов, которые должны были объяснить друзьям ночное приключение.

Окончив писать, Этель объявила:

– Я готова!

Замаскированный обернулся и хотел подойти к ней, как вдруг в коридоре послышались шаги.

Негодяй быстро повернул ключ в замке и, на цыпочках подойдя к своей жертве, прошептал:

– Кто-то идет! Ни звука, если не хотите быть убитой!

Этель задрожала. Ей было ясно, что злодей нисколько не задумается вонзить ей нож в сердце при первой же попытке к бегству.

В дверь постучали.

– Спросите, кто там? – прошептал замаскированный.

– Кто там? – проговорила Этель, стараясь придать своему голосу твердость.

– Это я, тетя Бетси! Не больна ли ты, милая Этель?

– Нет, нет, тетя!

– Знаешь ли ты, который теперь час? Ведь уже два часа ночи! – снова раздалось за дверью.

– Я знаю, тетя!

– Ты бы легла, Этель!

– Я уже разделась, – заговорила девушка, повинуясь безмолвному приказанию стоящего рядом с ней негодяя, – сейчас потушу огонь и лягу.

Тетушка взялась за ручку, очевидно, намереваясь войти в комнату.

– Ты заперла дверь? – послышался удивленный голос.

– Да, тетя!

– Можно войти к тебе?

– Не теперь, тетя! Спокойной ночи!

– Ты здорова, моя дорогая? – продолжала спрашивать стоявшая за дверью.

– Вполне здорова, тетя, не беспокойся!

– Спокойной ночи.

Послышался легкий вздох и находившиеся в комнате услышали удаляющиеся шаги, вскоре совершенно затихшие.

– Бедная тетя, – прошептала девушка. – Когда она узнает о моем исчезновении, это убьет ее! Будьте человечны! – обратилась Этель к замаскированному. – Позвольте мне оставить записку с объяснением.

– Ни за что! – ответил он.

– О, негодяй! – прошептала несчастная.

Замаскированный рассмеялся.

– Может быть, я и негодяй, – проговорил он, но очень хладнокровный, ваша брань не оскорбляет меня! Однако, к делу, вы захватили с собой что-нибудь?

– Ничего, – ответила Этель.

– Ваш чемодан здесь? – осведомился мужчина.

– Да. В этом шкафу.

– Я достану чемодан, а вы уложите в него белье и туалетные принадлежности. Весьма возможно, что пройдет много времени, прежде чем вам удастся другим путем получить необходимое.

Этель повиновалась. Замаскированный стоял рядом с девушкой и зорко следил за каждым ее движением.

– Вы готовы? – спросил он наконец.

– Да.

– Тогда пойдемте.

Он потушил газовый рожок и затем вместе с Этель вышел из комнаты.

* * *

В тот же день Патси, младший помощник Ника Картера, вручил своему начальнику письмо, переданное ему слугой в богатой ливрее.

"Биркенгоф, 7 августа 18… г.

Многоуважаемый мистер Картер!

Покорнейше прошу зайти ко мне, так как необходима помощь опытного сыщика. У меня большое горе: моя племянница таинственным образом исчезла минувшей ночью. Ни я, ни слуги не можем найти никаких ее следов. По некоторым причинам я решила обратиться непосредственно к вам, не заявляя о случае властям. Во-первых, я очень мало верю в способности правительственных сыщиков, а, во-вторых, желаю избежать какой бы то ни было огласки. Если вы не можете принять на себя расследование этого дела, то очень обяжете, указав другого сыщика, достойного доверия. Приятнее всего было бы, если бы вы сами немедленно же посетили меня. Мой слуга проводит вас.

Разумеется, размер гонорара зависит всецело от вашего усмотрения.

Искренне уважающая вас

Элизабет Вандерполь".

– Где посланный? – осведомился Ник Картер, прочтя письмо.

– В приемной, – ответил молодой помощник.

Сыщик прошел в приемную и увидел пожилого слугу, вежливо поклонившегося.

– Как вас зовут? – прямо приступил к делу Ник Картер.

– Джон Мекер.

– Вам известно содержание письма?

Слуга дал утвердительный ответ.

– Как зовут молодую особу, об исчезновении которой говорится в письме? – продолжал сыщик.

– Этель Пайн, – почтительно ответил слуга.

– Дама, написавшая мне письмо, ее тетка?

– Так точно, мистер Картер!

– С материнской стороны?

– Точно так!

– Когда видели Этель Пайн в последний раз?

– Вчера, приблизительно в 9 часов вечера, – подумав, ответил Мекер.

– Кто же ее видел?

– Я, мистер Картер.

– Где? – коротко осведомился сыщик.

– В ее спальне. Вечером было довольно свежо и барышня позвонила мне, чтобы я затопил камин в спальне.

– Ничего особенного вы не заметили?

– Ровно ничего, мистер, – со вздохом ответил посланный.

– Сколько вам лет, Джон? – вдруг изменил сыщик тему своих вопросов.

– Пятьдесят, мистер Картер, – несколько удивленно произнес Мекер.

– Сколько времени служите вы в этом доме?

– Да, если можно так выразиться – с младенчества, мистер Картер. Моя мать, еще до моего рождения, поступила к деду мисс Этель.

– Ага, – задумчиво проговорил Картер. – Где находится Биркенгоф?

– Около шести миль от форта Ли, – почтительно ответил Мекер.

– Вы, конечно, приехали в экипаже?

– Да, мистер. Дорога идет вдоль Гудзона.

– Гмм… – вырвалось у Картера. – Вы, Джон, производите на меня впечатление человека неглупого.

– Не могу вам сказать, сударь, – живо возразил старый слуга, – умен ли я. Знаю только, что никогда идиотом не был!

– Ну, вот, видите, – поддержал его знаменитый сыщик. – Теперь соберитесь хорошенько с мыслями и откровенно скажите: что вы думаете об исчезновении вашей барышни?

– По моему глубокому убеждению, – взволнованно произнес Мекер, – ее увели насильно!

– Из собственной спальни? Курьезно, – проговорил Картер. – Сколько лет барышне?

– Как раз сегодня ей исполнился 21 год.

Сыщик слегка свистнул…

– Скажите: тетка исчезнувшей разделяет ваше предположение? – спросил он.

– Вот чего не знаю, того не знаю.

– Ну, ну, Джон, – шутливо проговорил Картер. – Выкладывайте-ка мне всю правду! А то, что сейчас вы солгали, видно даже по вашему носу!

Слуга засмеялся.

– Откровенно говоря, мистер, мне кажется, что мисс Бетси не совсем согласна со мной.

– Бетси… Это тетя и есть… Ага! А сколько ей лет?

– Она на два года моложе меня, мистер.

– Значит, ей 48 лет. Так! Имение принадлежит ей?

– Нет, мистер.

– Кому же?

– Мисс Этель, мистер, – поклонился лакей.

– Недурно было бы, дружок, если бы вы посвятили меня в родословную этого семейства.

– Извольте, мистер Картер, – с готовностью согласился старый слуга. – Наша госпожа умерла, когда мисс Этель была еще ребенком, и мисс Бетси Вандерполь заменила сиротке мать. Десять лет назад умер и мистер Пайн, оставив свою дочь единственной наследницей всего состояния. Сегодня исполнилось совершеннолетие, и мисс Этель должна была получить его в свои руки.

– Понимаю, – кивнул сыщик. – Ну, а если бы Этель Пайн умерла, не достигнув совершеннолетия? К кому бы перешло наследство?

– В случае преждевременной смерти мисс Этель наследство переходит в пользу благотворительных обществ, точно указанных в завещании.

– А мисс Бетси упомянута в нем?

– О, да, – ответил Мекер. – Она получает пожизненно ежемесячную пенсию, платеж который совершенно не зависит от того, кто является главным наследником.

– Гм… Интересно, – задумчиво произнес сыщик. – Как велико, приблизительно, все состояние, оставшееся после Пайна?

– Свыше полмиллиона долларов, мистер Картер!

– Какие обязанности исполняете в доме вы, Джон? – спросил Картер.

– Я, так сказать, "человек на все руки", – пошутил старый слуга. – Я и дворецкий, и управляющий, нанимаю, увольняю и рассчитываю остальную прислугу. Сегодня, например, я слуга, а частенько бываю то кучером, то поваром. Миссис Этель мою яичницу с пореем всегда очень хвалила и уверяла, что никто не умеет делать ее лучше меня!

– Однако, у вас бездна талантов! – засмеялся сыщик. – В таком случае, Джон, вы можете мне сказать, не заметили ли вы за последнее время в поведении мисс Этель, которую знали детства, чего-нибудь такого, что заставило бы ожидать ее внезапного исчезновения?

– Нет, нет, и тысячу раз нет! – заволновался Мекер. – Никогда мисс Этель не ушла бы по своей воле из дому! Ни за что! Для подобных глупостей она была слишком умна и воспитана! Она не то, что другие!

– Значит, она не фантазерка, не сентиментальна? – осведомился Картер.

– Она обожала мою яичницу с пореем, но ведь это не сентиментальность, мистер Картер?

– Безусловно, нет, – улыбнулся сыщик. – Однако, скажите мне, сколько всего прислуги в Биркенгофе?

– Кроме меня, кухарка, горничная, камеристка, девочка для мелких услуг, кучер и садовник.

– Ну, вот, я кое с чем и познакомился, – весело проговорил сыщик. – Подождите одну минуту, Джон, мы с вами сейчас поедем.

– Слушаюсь, мистер, – поклонился старый слуга.

Ник Картер ушел в кабинет, позвал Иду, сообщил ей все, что следовало передать его главному помощнику Дику, который отсутствовал по делам уже несколько дней, а затем сел в экипаж вместе со стариком Мекером и отправился в Биркенгоф.

Имение лежало на правом берегу Гудзона и отделялось от острова Манхэттен, на котором стоит Нью-Йорк, величественным потоком. Оно было окружено красивым парком, спускавшимся к реке. Местность была столь же здоровая, как и красивая.

Тотчас по приезду в имение сыщик долго беседовал с тетей Бетси.

Картер сразу понял, что в лице мисс Вандерполь видит мягкую нежную натуру, которая всю любовь сконцентрировала на боготворимой ею племяннице, Этели Пайн, исчезнувшей так загадочно.

Вследствие постоянного недомогания мисс Бетси уже несколько лет никого не принимала и сама не выезжала из Биркенгофа.

– Самое лучшее, мисс, – произнес Картер, – отправиться в ту комнату, из которой исчезла ваша племянница. Там мы и побеседуем.

– Как вам угодно, мистер Картер, – со вздохом ответила мисс Бетси.

Большая спальня пропавшей девушки занимала весь передний угол дома, выходя двумя окнами на крышу большой веранды, тогда как другая открывала восхитительный вид на громадный парк.

– Когда вы в последний раз говорили с вашей племянницей? – начал Ник Картер свои расспросы.

– Сегодня, в 2 часа ночи.

– Значит, незадолго до рассвета? В таком случае, когда же исчезла мисс Этель?

– Очевидно, после 2 часов.

– Какое впечатление произвела она на вас? – снова спросил сыщик.

– Я не видела ее, так как стояла в коридоре за дверью.

– А разве дверь была заперта?

Бетси кивнула головой.

– Вероятно, так было принято? – осторожно осведомился сыщик.

– Запирать дверь? – вскричала Бетси. – Никогда! Я, по крайней мере, не могу припомнить ни одного такого случая!

– И как же вы объясните себе эту странность?

– Я ровно ничего не могу понять! Поэтому-то я и написала вам!

– О чем же вы говорили с вашей племянницей? – спросил Картер.

– Мы перебросились всего несколькими словами.

– Так, – задумчиво произнес сыщик. – Время, казалось бы, совершенно не подходящее для бессодержательных разговоров.

– Видите ли, мистер Картер, – начала мисс Бетси, – я уже легла, но почувствовав себя нехорошо, встала… Проходя по коридору и сквозь щель увидев свет в комнате Этель, я постучалась к ней.

– Ваша племянница ответила вам?

– Да, мы говорили около двух минут. Затем я хотела войти к ней, но дверь оказалась запертой.

– Вам не открыли?

– Нет. Этель сказала, что не может впустить меня.

– А потом? – быстро осведомился Ник Картер.

– Вернувшись в спальню, я легла и тотчас же уснула. Когда на другое утро я вышла в столовую, Этель там еще не было. Это меня удивило, так как мы обе встаем очень рано. Однако, вспомнив, что в эту ночь племянница очень долго не ложилась спать, я успокоилась и решила не будить ее. Но когда Этель не явилась и после десяти часов, я испугалась и пошла к ней в спальню.

– Вы нашли дверь по-прежнему на замке? – быстро спросил сыщик.

– Да.

– Что же вы тогда предприняли?

– Я начала стучать в дверь, звала Этель, но не получила никакого ответа. Тогда я позвала Джона. Он принялся изо всей силы колотить в дверь, но результат был тот же, никто не отзывался. Тогда мы выломали дверь и, войдя, убедились, что племянница исчезла!

– Вы не нашли никакой записки или, вообще, известия от нее?

– Ничего! То есть, совсем ничего, мистер Картер! – Мы все перерыли!

– Мисс Вандерполь, – обратился знаменитый сыщик к собеседнице, – Джон только что рассказал мне, что вы заменяли мать исчезнувшей девушке. Поэтому вам лучше, чем кому другому, известны ее привычки, характер, наклонности и так далее. Скажите, что вы думаете об этом таинственном исчезновении?

– Я стою перед неразрешимой загадкой, – со вздохом ответила старушка.

– Но что вы предполагаете: похищение или добровольное бегство?

– Откровенно сознаюсь, не знаю, – ответила мисс Вандерполь.

– Но в душе, – продолжал допытываться Картер, – к чему вы склоняетесь больше: к добровольному бегству?

– Если говорить правду, мистер Картер, я предполагаю бегство.

– На чем вы основываете ваше заключение?

– На чем? – нервно передернула плечами собеседница. – Есть у меня и основания, правда, не особенно веские. Я думаю, что трудно похитить взрослую, ловкую и сильную девушку, как Этель, не произведя при этом ни малейшего шума. А шума не было, за это я ручаюсь! У меня очень чуткий сон: достаточно пустяка, чтобы я проснулась.

– Ваша спальня, вероятно, рядом с этой комнатой?

– Да. Нас разделяет только тонкая перегородка. Если бы здесь произошло что-нибудь необыкновенное, я немедленно проснулась бы!

Подумав немного, она продолжала:

– Еще одно обстоятельство, подкрепляющее мое подозрение. В том вот ящике письменного стола постоянно лежал небольшой, заряженный револьвер с серебряной инкрустацией. Мне это всегда не нравилось, мистер Картер, и еще вчера я говорила об этом с Этель, доказывая, что рано или поздно револьвер наделает бед. Этель рассмеялась, сказав, что оружие ей необходимо на случай защиты и что без заряженного револьвера она не может спокойно спать.

– Значит, вам известно, что вчера этот револьвер находился в письменном столе? – спросил сыщик.

– О, да! Это мне достоверно известно!

– А теперь?.. Оружие, вероятно, исчезло?

– Вместе с племянницей, – подтвердила старая дама. – Помимо револьвера, исчез еще и чемодан крокодиловой кожи, с которым Этель обыкновенно путешествовала. Из шкафа вынуто белье, захвачены туалетные принадлежности… Словом, все выглядит так, как будто Этель отправилась в путешествие.

– И все вещи упаковала сама мисс Этель? – спросил Картер.

– В этом не может быть никакого сомнения, – твердо произнесла Бетси Вандерполь.

– Гм… – задумчиво произнес сыщик. – Странно! В высшей степени, странно! Скажите, – вдруг обратился он к Бетси, – между нами говоря: был у мисс Этель какой-нибудь поклонник?

– И очень много! Этель богата и хороша собой, а все это, как вам, вероятно, известно, привлекает мужчин!

– Та-а-ак, – протянул сыщик, поднимаясь с места. – Постель не убрана. В таком виде вы и нашли ее утром?

– Точно в таком, мистер, – поспешила дать ответ мисс Бетси. – Я нарочно приказала ничего не убирать до вашего прихода.

– Великолепно сделали, – вежливо заметил Картер. – Постель имеет такой вид, как будто человек встал сам, а не был стащен с матраца. Одеяло отброшено в сторону, как это делает большинство при вставании.

– То же самое и я думаю, – согласилась мисс Бетси.

– В каком платье была мисс Этель вчера вечером? – осведомился сыщик.

Тетя Бетси изумленно взглянула на него…

– В обыкновенном домашнем, – отозвалась она. – С шотландским шитьем и шлейфом, цвета бордо.

– В таком платье, конечно, мисс Этель не отправилась бы путешествовать, – снова спросил Картер, – как вы полагаете?

– Безусловно, нет!

– И все-таки в гардеробе мисс Этель не достает только его… Не так ли?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.