Энид Блайтон
Тайна мертвого острова

А НАЧАЛОСЬ ВСЕ ТАК…

Все это было довольно странно. Филипп Меннеринг лежал под деревом и пытался решать задачки по математике. Поблизости никого не было, но он все же слышал чей-то голос, который обращался явно к нему.

– Ты что, не можешь дверь закрыть, идиот? – сказал кто-то нетерпеливым тоном. – И сколько раз тебе повторять, что надо вытирать ноги!

Филипп поднялся и внимательно осмотрел холм, на котором находился, но ничего не заметил. Он был совершенно один.

– Ну и дела! – сказал он сам себе. – Здесь и двери-то нет никакой, чтобы ее можно было закрыть, и половика, чтобы ноги вытереть. Тот, кто это говорил, должно быть, спятил. Во всяком случае, мне это не нравится. Голос без говорящего – это как-то подозрительно!

В этот момент из-под воротника его свитера высунулся крошечный коричневый носик. Это была мышка, любимый зверек Филиппа. Мальчик нежно погладил ее маленькую головку, и она зафыркала от удовольствия.

– Закрой дверь, идиот! – гневно окликнул его не известный. – И не шмыгай носом! Где твой носовой платок?

Для Филиппа это было уже слишком. Он заорал в ответ:

– Заткнись! Вовсе я не шмыгаю носом! Да и сам-то ты где?

Но ему никто не ответил. Филипп не знал, что и думать. Откуда здесь, на холме, в ясный летний день взялся этот таинственный голос, который несет какую-то чушь? И мальчик решил снова обратиться к незнакомцу:

– Я работаю. Если хочешь поболтать, выходи.

– Ладно, дядя, – ответил неизвестный совсем другим, дружелюбным тоном.

– Боже милостивый! – простонал Филипп. – Час от часу не легче! Надо разрешить эту загадку. Если я выясню, кому принадлежит голос, я смогу найти и того, кто говорит.

Он крикнул:

– Ты где? Выходи, чтобы я тебя видел!

– Я тебе не раз и не два, я тебе уже двадцать раз повторял: не смей свистеть! – злобно отозвался голос.

Филипп онемел от изумления. Он и не думал свистеть! Похоже, этот неизвестный не в своем уме. У мальчика даже пропало всякое желание знакомиться с таким психом. Ему захотелось домой.

Мальчик осторожно огляделся вокруг. Он не знал, где прячется таинственный незнакомец, но почему-то решил, что тот где-то слева от него. Ну что ж, тогда он обойдет холм справа и спустится к дому, держась среди деревьев, которые скроют его от посторонних глаз.

Филипп собрал свои учебники, сунул в карман карандаш и Хотел было со всеми предосторожностями приподняться, но в ту же секунду резко вскочил на ноги, потому что услышал громкий пронзительный хохот. Забыв об осторожности, мальчик пустился наутек вниз по холму, торопясь добежать до деревьев, за которыми его не будет видно. А вслед ему несся громкий хохот.

Наконец Филипп остановился под высоким деревом и прислушался. Сердце его бешено колотилось. Скорее бы добраться до дома! И в этот момент прямо у нею над головой кто-то отчетливо произнес:

– Сколько раз тебе повторять, вытри ноги!

А за этими загадочными словами последовал такой резкий и визгливый хохот, что Филипп от страха выронил из рук учебники. Он с опаской взглянул вверх и увидел на ближайшем дереве красивого попугая, ярко-красного с серым отливом, с роскошным хохолком. Тот сидел, покачиваясь на ветке и свесив голову набок, смотрел на Филиппа черными бусинками глаз и скреб клювом кору.

Мальчик, в свою очередь, глядел на попугая, а тот поднял лапку и почесал себе голову.

– Не шмыгай носом, – произнес он строгим тоном. – Неужели трудно закрыть за собой дверь, идиот? Где твои манеры?

– Ну и ну! – изумился Филипп. – Так это ты говорил, и кричал, и смеялся! Здорово же ты меня напугал!

Попугай чихнул и тут же осведомился:

– Где твой носовой платок?

Филипп рассмеялся.

– Ну и чудная же ты птица! И к тому же очень умная, как я погляжу! Откуда ты взялся?

– Вытри ноги! – строгим тоном сказал попугай.

Филипп снова рассмеялся. В этот момент он услышал голос какого-то мальчика, донесшийся со стороны дома:

– Кики, Кики, где ты?

Попугай расправил крылья и плавно слетел с холма, а Филипп следил за ним глазами.

– Его звал какой-то парень, – сказал он про себя. – Он кричал из сада, что вокруг дома, где я живу. Может, его тоже прислали сюда на зубрежку? Это было бы здорово! Кому охота летом учить уроки? А с попугаем станет куда веселее!

В прошлом семестре Филипп переболел скарлатиной, а потом еще и корью и из-за этого пропустил много занятий. Его классный руководитель написал письмо дяде и тете Филиппа и предложил, чтобы в летние каникулы он пожил в доме у одного из учителей и наверстал упущенное. К досаде мальчика, его дядя сразу же согласился. И вот ему пришлось зубрить математику, географию и историю, вместо того чтобы жить у моря, в Роки-Ледж, и весело проводить время с Диной, своей сестрой.

Учитель, господин Рой, нравился Филиппу, но с двумя другими учениками, которым из-за пропусков по случаю болезни тоже пришлось заниматься летом, ему было скучно. Один из них был гораздо старше Филиппа, а другой вечно ныл и до смерти боялся насекомых и разных зверей, без которых не мог жить Филипп. А он очень любил животных и умел их приручать.

Он поспешил спуститься с холма. Ему было любопытно, действительно ли к их маленькой группе присоединился еще один отстающий ученик? Если этот парень – хозяин попугая, то с ним будет куда интереснее, чем с вялым дылдой Сэмом или маленьким плаксой Оливером.

Он открыл калитку, ведущую в сад, и в замешательстве остановился. В саду гуляла девочка. Ей было лет одиннадцать, у нее были рыжие вьющиеся волосы и зеленые глаза, а лицо сплошь усеяно веснушками. Она вопросительно посмотрела на Филиппа.

– У меня есть Джек, а у него – любимая птица, и мы не унываем.

– Значит, Джека прислали сюда, так же как и меня, чтобы наверстать то, что он пропустил в школе, – сказал Филипп. – Везет тебе, ты можешь здесь гулять, играть и вообще – делать все, что хочешь, а нам придется корпеть за учебниками.

– О нет, – возразила девочка. – Я все время буду с Джеком. В школе я весь год его почти не вижу, так что по крайней мере на каникулах буду с ним рядом. Он отличный парень!

– А вот моя сестра Дина не очень-то высокого обо мне мнения. Мы то и дело с ней ссоримся. Смотри, это твой брат идет?

К ним приблизился какой-то мальчик. На его левом плече сидел попугай Кики. Он слегка пощипывал клювом ухо мальчика и что-то негромко верещал. Тот слегка потрепал своего любимца за хохолок и взглянул на Филиппа такими же зелеными глазами, как и у его сестры. Его рыжие волосы были еще более красного оттенка, чем у нее, а лицо так усеяно веснушками, что они сливались в одно сплошное пятно.

– Привет, Конопатый! – вырвалось у Филиппа.

Он ухмыльнулся.

– Привет, Вихрастый! – отозвался Джек и в свою очередь ухмыльнулся.

Филипп провел рукой по волосам на макушке, где у него всегда торчал непослушный вихор, и ни расческа, ни вода не могли с ним справиться.

– Вытри ноги, – серьезным тоном сказал Кики.

Девочка повернулась к Джеку.

– Я очень рада, что Кики нашелся. Ему не очень-то хотелось сюда ехать, вот он и удрал.

– Он улетел недалеко, Люси, – сказал Джек. – Готов поспорить, что наш Вихрастый здорово перетрусил, когда Кики сказал ему на холме пару слов.

– Еще как! – не стал спорить Филипп и рассказал им обо всем, что случилось на холме.

Все весело смеялись, а Кики то и дело вставлял какое-нибудь замечание.

– До чего же я рад, что вы приехали! – воскликнул наконец Филипп, который давно уже так не веселился.

Ему очень нравилась рыжеволосая и зеленоглазая сестричка Джека. Они наверняка подружатся. Он будет показывать им своих любимых зверей, они смогут вместе гулять. Джек был на пару лет старше Люси, ему было около четырнадцати, значит, чуть-чуть больше, чем Филиппу. Жалко, что здесь нет Дины, а то их было бы четверо! Дине недавно исполнилось двенадцать. Она как раз подходила к их компании. Только вот характер у нее – не приведи Господь! Только и жди, что выкинет какой-нибудь номер! Люси и Джек – совсем другое дело.

Он сразу заметил, что Люси обожает своего брата. Филипп не мог себе даже представить, чтобы Дина была такой послушной и охотно выполняла все, что он ей ни скажет. «Все люди разные, – подумал Филипп. – Хоть мы и ссоримся, Дина все равно хороший товарищ. Ей должно быть ужасно тоскливо без меня в Роки-Ледже. Уж тетя Полли не даст ей прохлаждаться!»

За чаем Филипп развлекался тем, что наблюдал за попугаем, который сидел на плече у Джека и время от времени делал какое-нибудь замечание. А как красиво блестели зеленые глаза Люси, когда она поддразнивала ленивого и неповоротливого Сэма или плаксивого коротышку Оливера! Теперь им тут скучать не придется!

И действительно, даже учить уроки с Джеком и Люси стало куда веселей.

ДРУЖБА

Их учитель, господин Рой, любил детей и любил свою работу. Каждое утро он занимался с ними, терпеливо повторяя пройденный материал, пока не убеждался, что ученики все усвоили. Он требовал от них полного внимания, и обычно все его слушались. Один только Джек составлял исключение. Все, что не могло летать, его просто не интересовало.

– Если бы ты так же усердно занимался математикой, как изучаешь свою книгу о птицах, то был бы первым учеником в классе, – сетовал господин Рой. – Ты меня беспокоишь, Джек, если бы ты только знал, как ты меня беспокоишь!

– Пользуйся носовым платком! – наглым тоном вмешивался попугай.

Господин Рой приходил в ярость.

– Когда-нибудь я этому попугаю шею сверну! – всякий раз говорил он. – Ты утверждаешь, что не можешь работать в классе, если эта птица не сидит у тебя на плече. Филипп, в свою очередь, собирает всюду разных зверюшек. Это становится просто невыносимым! Одна только Люси действительно что-то делает на уроках, но как раз ей это не нужно.

Люси нравились летние занятия. Ей доставляло радость сидеть рядом с братом и учить то же, что и он. А Джек витал в облаках. Ему грезились кормораны и чайки, о которых он недавно читал, а Люси тем временем решала задачки в его тетради.

Девочке было интересно наблюдать за Филиппом. Никогда нельзя было угадать, какой зверек вылезет у него из рукава, из-под воротника или из кармана. Недавно по его куртке ползла большая, удивительно красивой окраски гусеница, что вызвало неудовольствие учителя. А однажды утром крошечный крысенок покинул уютное убежище у Филиппа в рукаве и отправился на разведку, пока не запутался в брючине господина Роя.

Все, затаив дыхание, несколько минут наблюдали за тем, как учитель тщетно пытался вытряхнуть из брюк несчастное животное. Господин Рой был дружелюбным и добродушным человеком. Но Филипп и Джек со своими питомцами постоянно его донимали.

Утренние занятия проходили в классе. После обеда ребята готовили домашнее задание на следующий день, а вечером все были свободны. Поскольку у господина Роя было всего только четверо учеников, он мог уделить достаточно времени каждому из них и добросовестно старался ликвидировать пробелы в их знаниях. Он был хорошим учителем, но на этот раз ему не удавалось добиться тех результатов, на которые он рассчитывал.

Сэм, здоровенный детина, ленился и не был очень сообразительным. Оливер вечно ныл, жаловался и ненавидел учебу. Джек стал настолько невнимательным, что объяснять ему что-то было чистой тратой времени. Похоже, по-настоящему его волновали одни только птицы.

«Если бы на мне росли перья и я умел летать, он бы делал все, что я скажу, – часто думал господин Рой. – Никогда еще не видел человека в такой степени помешанного на птицах. Не удивлюсь, если он знает всех птиц на свете! Голова у парня светлая, но думает он только о пернатых».

Филипп делал успехи, но из-за своего пристрастия к животным тоже причинял массу хлопот. Ох уж эта крыса! Учитель не мог вспомнить без содрогания то утро в классной комнате, когда он вдруг почувствовал, как у него по ноге ползет какая-то тварь.

Прилежной ученицей была одна Люси, но она не нуждалась в повторении пройденного материала и приехала только для того, чтобы не разлучаться с братом.

Очень скоро Джек, Филипп и Люси стали неразлучными друзьями. Любовь ко всему живому сблизила мальчиков. У Джека еще никогда не было настоящих друзей, поэтому ему нравились шутки и проказы Филиппа. Люси тоже нравился Филипп, хотя она чуть-чуть ревновала его к брату. Кики обожал обоих мальчиков и то и дело выкрикивал какие-нибудь фразы, а Филипп слегка трепал его за хохолок.

Попугай словно задумал сжить со света несчастного учителя. Он постоянно перебивал его объяснения своими замечаниями. На свою беду господин Рой имел привычку шмыгать носом, и Кики не упускал случая сделать ему замечание.

– Не шмыгай носом! – осуждающим тоном произносил попугай, и все начинали хихикать.

Тогда учитель запретил Джеку брать птицу с собой на занятия. Но стало еще хуже. Попугай, обиженный тем, что его прогоняли в сад и не давали сидеть на плече у хозяина, устраивался на дереве прямо под окном классной комнаты и недовольным тоном говорил слова, которые, казалось, были обращены непосредственно к господину Рою.

– Не говори чепухи, – как-то раз перебил его Кики, когда тот проводил занятие по истории.

Учитель в ярости зашмыгал носом.

– Где твой носовой платок? – тут же ядовито осведомился Кики.

Господин Рой, потеряв терпение, подбежал к окну и замахал руками, надеясь прогнать птицу.

– Невоспитанный мальчишка, – прикрикнул на него Кики, даже не сдвинувшись с места. – Сейчас же марш в постель, невоспитанный мальчишка!

С птицей невозможно было справиться, и учителю ничего не оставалось, как снова разрешить Джеку брать Кики с собой на уроки. Джек был не так рассеян, когда попугай сидел у него на плече, и Кики не так сильно мешал, когда рядом был хозяин. А господин рой с нетерпением ждал конца каникул, когда все его подопечные вместе с попугаем Джека и многочисленными зверушками Филиппа наконец разъедутся по домам.

Каждый день, попив чаю, Филипп, Джек и Люси оставляли дылду Сэма и плаксу Оливера дома, а сами отправлялись гулять. Они беседовали о птицах и других животных, которые их интересовали. Люси не отставала от них ни на шаг и внимательно слушала. Куда бы они ни шли, девочка неизменно их сопровождала. Ей не хотелось даже на несколько минут потерять из виду своего любимого брата.

Филипп иногда даже терял терпение.

«Хорошо еще, что Дина не ходит за мной следом, как Люси за Джеком. Удивляюсь, как он это терпит!» – думал Филипп.

Действительно, хотя порой Джек как будто вообще не обращал никакого внимания на сестру и не заговаривал с ней, словно ее с ними не было, он никогда не раздражался и не сердился на нее.

«Она у него на втором месте, после птиц, – азмышлял про себя Филипп. – Ну что же, может, это и неплохо. Ведь должен же о ней кто-нибудь заботиться»

Друзья поведали друг другу о том, как им живется дома.

– Наши папа и мама умерли, – ассказывал Джек. – Мы их даже не помним. Они погибли в авиационной катастрофе. И тогда нас отослали к дяде Георгу, потому что больше у нас никаких родственников нет. Он старый и ворчливый и все время нами недоволен. Его экономка, миссис Миглс, не очень-то рада, когда мы на каникулах приезжаем к ним. Ты ведь слышал, какие Фразы чаще всего повторяет Кики, так что можешь себе представить нашу жизнь в доме у дяди. «Вытри ноги! Не шмыгай носом! Где твой носовой платок? Сколько раз тебе повторять, не смей свистеть! Неужели трудно дверь за собой закрыть, идиот!»

Филипп невольно рассмеялся.

– Да, если Кики повторяет то, что часто слышит у вас дома, то вам там живется несладко, – согласился он. – Нам с Диной тоже особенно хвастать нечем, но нам по крайней мере приходится не так туго, как вам с Люси.

А ваши родители тоже умерли? – спросила девочка, и в ее зеленых глазах Филипп заметил сочувствие.

Наш папа умер – и не оставил нам ни гроша, – признался мальчик. – У нас осталась мама. Но она с нами не живет.

Почему? – удивилась Люси.

Она очень занята, – объяснил Филипп. – Она зарабатывает достаточно, чтобы оплачивать нашу учебу в школе и содержать нас во время каникул. У нее свое агентство: она берет заказы на изготовление разных там плакатов и рекламных щитов, а потом передает эти заказы художникам и получает за это проценты. Она очень деловая, но мы редко ее видим.

А она красивая? – поинтересовался Джек.

Так как у него самого не было мамы, он всегда интересовался, какие бывают мамы у других ребят.

– Она – высший класс! – с гордостью заявил Филипп и мысленно представил свою деловитую и красивую маму.

Он очень гордился ее умом и красотой, но в глубине души огорчался тому, что она выглядит такой усталой, когда приезжает их навестить. В будущем, когда он вырастет, мечтал Филипп, он найдет хорошую работу, станет зарабатывать много денег, обо всех заботиться и облегчит жизнь своей любимой маме.

– И вы тоже живете у дяди? – спросила Люси и погладила по головке крошечную белочку, которая высунулась у Филиппа из кармана.

– Да. Мы с Диной всегда на каникулах приезжаем к дяде Джозефу и тете Полли, – ответил Филипп. – Наш дядя большой чудак. Он покупает всякие старые книги и журналы, потом их прочитывает и раскладывает. Он решил посвятить всю жизнь изучению истории нашего края. В прошлом там были разные сражения, войны и все такое. Дядя пишет капитальное историческое исследование. Но иногда он тратит целый год на то, чтобы с точностью установить два-три факта. И для того, чтобы написать хотя бы четвертую часть своей книги, ему надо прожить лет пятьсот – иначе он не успеет!

Все рассмеялись, представив себе ворчливого и седовласого ученого мужа, который склонился над пожелтевшими пергаментами.

«Неужели ему интересно убивать на это время? – с удивлением подумала Люси. – Интересно, как к этому относится тетя Полли?»

– А твоя тетя, какая она? – спросила девочка.

Филипп слегка поморщился.

Немножко занудная. Вообще-то она ничего, но все время суетится и целыми днями работает, а денег все равно нету. И по-настоящему помогает ей только Йо-Ио, он у нас что-то вроде слуги. Поэтому она старается приучить Дину к домашней работе. На меня она давно рукой махнула, но Дина ее побаивается и делает все, что та ни скажет.

А какой у вас дом? – заинтересовалась Люси.

Смешная старая развалюха, ему уже лет сто. Он здоровенный и несуразный, наполовину развалился и стоит на утесе, так что во время шторма до него долетают брызги и морская пена, – объяснил Филипп. – Но я все равно его люблю. У него такой дикий и полузаброшенный вид, а кругом кричат чайки и разные морские птицы. Тебе бы там понравилось, Конопатый!

Джек не стал с ним спорить. То, что рассказывал Филипп, звучало очень привлекательно! Их с Люси после каникул ожидал ничем не примечательный дом в самом обычном городишке. Дом, где жил дядя Филиппа, завладел воображением мальчика. Ветер с моря волны и чайки! Закрывая глаза, Джек словно видел все это перед собой.

– Проснись, соня! – проверещал попугай и ущипнул мальчика за ухо.

Джек открыл глаза и улыбнулся. Было забавно, когда Кики попадал в точку!

Хотелось бы мне увидеть твой дом, Вихрастый, – задумчиво сказал он. – Роки-Ледж[1]! Звучит так, словно в этом месте должно происходить что-нибудь таинственное, какие-то необыкновенные приключения. А вот у нас в Липпинтоне вообще ничего не происходит.

Ну, в Роки-Ледж тоже жизнь не очень-то насыщенная, – признался Филипп.

Он осторожно засунул белочку в карман и вытащил из другого маленького ежика. Тот был совсем еще малышом, и его иголки даже не кололись. Ему было очень уютно в кармане у Филиппа вместе с улиткой, которая, правда, не решалась покинуть свой крепкий и надежный домик.

Эх, поехать бы всем вместе к вам в Роки-Ледж! – воскликнул Джек. – Мы бы подружились с Диной, хотя, судя по твоим рассказам, она далеко не подарок. Так хочется увидеть редких морских птиц и старый, наполовину разрушенный дом. Как должно быть здорово жить в таком доме! Ты даже не представляешь, как тебе повезло!

Ну, не такое уж это счастье, – возразил Филипп. – Особенно когда приходится таскать в дом ведра с горячей водой только для того, чтобы принять ванну.

Он поднялся с травы.

– Пошли, пора возвращаться. Кто знает, может, тебе никогда не придется там побывать? Или тебе там не понравится. Так что какой смысл об этом говорить?

ДВА ПИСЬМА И ОДИН ПЛАН

На следующий день Филипп получил письмо от сестры и показал его друзьям.

– Бедной Дине приходится нелегко, – сказал он. – Хорошо, что я скоро приеду. То-то она обрадуется!

Вот что Дина написала брату:

«Дорогой Филипп! Ты вообще-то собираешься домой? Хоть мы с тобой частенько ссоримся, но мне все равно тебя не хватает. Ужасно тоскливо здесь с дядей, тетей и Йо-Йо, который совсем уже спятил. Вчера он мне заявил, чтобы я вечером не ходила по берегу, потому что там „духи“. По-моему, у него не все дома. Никаких таких „духов“ тут нет, если не считать чаек. В этом году их просто тьма.

Ради всего святого, Филипп, не привози ты в дом никакого зверья! Тебе прекрасно известно, я этого не выношу. Я не знаю, что со мной будет, если я опять увижу у себя в комнате летучую мышь. А если ты, как в прошлом году, притащишь в дом уховертку и начнешь ее дрессировать, то получишь табуреткой по башке!

Тетя Полли завалила меня работой. Мы целыми днями моем, скоблим и чистим, зачем – не ясно, ведь к нам никто не ходит. Учиться и то лучше, скорее бы в школу!

Все время не хватает денег! Тетя Полли надрывается, потому что никак не может заплатить по счетам. Дядя божится, что у него нет ни гроша, но даже если бы у него что-нибудь было, он все равно ничего бы не Дал. Мама вышлет, если мы ее попросим, но ее жалко, она и так вкалывает как лошадь. Напиши мне еще про Конопатого и Люси, мне интересно.

Твоя любящая сестра Дина».

«Странная она, эта Дина», – подумал Джек, возвращая Филиппу письмо.

– Послушай, Вихрастый, – сказал он, – похоже, что твоя сестра здорово скучает. Ой, смотри-ка, господин Рой мне машет! Пойду узнаю, в чем дело. Как пить дать, опять заставит заниматься.

Господин Рой тоже получил письмо. Его отправила экономка, которая жила в доме дяди Джека. Оно было очень кратким и выразительным. Учитель с ужасом прочел его и тут же позвал Джека. Тот прочел и тоже пришел в ужас. А написано там было следующее:

«Уважаемый господин Рой!

Господин Трент сломал себе ногу и не хочет, чтобы дети в эти каникулы приезжали к нему. Он желал бы знать, не могли бы они остаться в Вашем доме, и высылает Вам чек, чтобы оплатить расходы по их содержанию на оставшееся время. Дети могут вернуться за два дня до начала занятий, чтобы помочь мне собрать их вещи.

С уважением,

Элизабет Миглс».

– Ой, нет, господин Рой! – простонал Джек.

Ему не очень-то нравилось в доме у своего ворчливого дяди, но гораздо меньше ему хотелось оставаться у господина Роя в компании зануды Оливера.

– Я не понимаю, почему мы не можем поехать к дяде в Липпинтон. Мы не собираемся все время мозолить ему глаза! – проговорил Джек.

Господину Рою тоже не хотелось, чтобы Джек остался до конца каникул. У него не было ни малейшего желания терпеть попугая хотя бы один лишний день. Никогда в жизни он еще не испытывал ни к кому такой ненависти, как к этой птице. Он еще мог справиться с каким-нибудь невоспитанным мальчишкой, но совладать с попугаем – это было выше его сил!

– М-да, – задумчиво протянул учитель, с неодобрением поглядывая на Кики. – Я тоже не могу держать тебя здесь, это абсолютно бесполезная трата времени. Ты так ничего и не выучил. Но я не знаю, что делать. Ясно, что твой дядя не жаждет вас видеть у себя. Видишь, он выслал мне чек на солидную сумму. Но у меня свои планы, мне надо будет уехать. Найти бы такое место, куда вы с Люси могли поехать на оставшееся время!

Джек вернулся к друзьям. Он выглядел таким подавленным, что сестра в тревоге взяла его за руку.

– Что случилось? – участливо спросила она.

– Дядя не хочет, чтобы мы приезжали, – ответил Джек и рассказал им про письмо. – А господин Рой тоже против того, чтобы мы остались. Похоже, Люси, что мы с тобой никому не нужны.

Трое ребят беспомощно смотрели друг на друга. И вдруг Филиппа осенило. Он с такой живостью схватил Джека за руку, что Кики чуть не потерял равновесие.

– Джек! Поехали ко мне! Вы с Люси можете отправиться вместе со мной в Роки-Ледж! Дина страшно обрадуется, и ты сможешь целыми днями заниматься своими птицами. Ну, что скажешь?

У брата с сестрой загорелись глаза от восторга. Поехать в Роки-Ледж! Жить в полуразрушенном доме вместе с дядей Филиппа, который с головой ушел в науку, его тетей и ненормальным слугой, всегда слышать шум моря! Что может быть прекраснее?

Но Джек вздохнул и покачал головой. Он знал, что планы, которые строят дети, редко осуществляются, потому что всегда надо спрашивать разрешение у взрослых.

– Ничего не выйдет, – сказал он. – Дядя Георг скорее всего не согласится, а уж господин Рой и подавно. А твои дядя и тетя не захотят, чтобы у них на шее висели еще двое детей.

– Вовсе нет! – воскликнул Филипп. – Ты можешь отдать им чек, который твой дядя прислал господину Рою. Готов спорить, что тетя будет довольна. Ведь тогда она сможет оплатить счета, о которых говорила Дина.

– Ой, Филипп, Джек, – с мольбой в голосе сказала Люси, и ее зеленые глаза зажглись восторгом, – поехали в Роки-Ледж. Ничего лучше нельзя и придумать! Даже если мы останемся, ты же знаешь, Джек, мы тут никому не нужны. А господин Рой в один прекрасный день просто прибьет Кики, если тот снова скажет ему какую-нибудь глупость.

Кики резко вскрикнул и спрятал голову под воротником у Джека.

– Успокойся, Кики, – сказал Джек. – Я не дам тебя в обиду. Ты права, Люси, не имеет смысла спрашивать у господина Роя, можем ли мы поехать в Роки-Ледж. Он считает своим долгом держать нас здесь, и нам придется остаться.

– Тогда поехали без спроса, – беззаботно сказала Люси.

Мальчики оторопев уставились на нее. Отличная мысль! Взять и уехать, ни у кого не отпрашиваясь, почему бы и нет?

– Это было бы здорово, если бы мы втроем оказались в Роки-Ледж, – сказал Филипп, хотя он не был в этом абсолютно уверен. – Послушайте, когда вы уже приедете туда, мои дядя и тетя не смогут вот так вот просто взять вас и вышвырнуть. А потом тетя Полли позвонит господину Рою, все ему объяснит и попросит переслать ей чек от дяди Георга.

– Господин Рой будет рад, если мы уедем, – сказала Люси и подумала, как будет весело, когда она подружится с Диной. – Дядя Георг тоже будет доволен. Ну, пожалуйста, Джек, поедем!

– Ну ладно, – вдруг согласился Джек. – Поедем все вместе. Когда твой поезд, Вихрастый? Мы отправимся с тобой и скажем, что проводим тебя до вокзала. А потом, в последнюю минуту, вскочим в вагон и айда!

– Ура! – в восторге закричала Люси.

– Где твой носовой платок? – осведомился Кики, который чувствовал всеобщее возбуждение и раскачивался на плече у Джека. Никто не обращал на него внимания. – Кики, бедняжка! – обиженным тоном пробормотал попугай.

Джек ласково погладил своего любимца, соображая, как осуществить их план.

– Мы с Люси можем заранее подготовить наши чемоданы и потихоньку взять их с собой, когда поедем на станцию. Никто не заметит, что наших вещей нет на месте. Да, нам же еще надо купить билеты! Сколько у нас монет?

Трое друзей пересчитали свои карманные деньги, этого как раз хватало на билеты. Вот удача! Теперь, когда все было решено, уже ничто не могло их здесь удержать.

Так они строили свои планы. За день до отъезда Филиппа приготовили его чемодан. Джек незаметно принес свой, спрятал его в большом шкафу в своей комнате, а Люси собрала их вещи, когда никого поблизости не было.

– Мне нужна тележка, чтобы отвезти мой багаж на станцию, – сказал Филипп господину Рою.

Тот не имел ничего против. Как ему хотелось, чтобы Джек со своим попугаем тоже убрался восвояси!

Ребята погрузили оба чемодана на тележку, когда их никто не видел, и стали готовиться к путешествию. Побег оказался совсем простым делом. Сэм был занят сбором своих вещей, потому что он тоже уезжал домой, а Оливер ни с кем не разговаривал: ведь он-то оставался здесь. И тот и другой не обращали на трех друзей никакого внимания.

На следующее утро Филипп вежливо попрощался с господином Роем.

– Благодарю вас за помощь в занятиях, – сказал он. – Надеюсь, что в следующем семестре стану учиться лучше. До свидания.

– До свидания, Филипп. Ты неплохо позанимался, – сказал учитель, и они пожали друг другу руки.

Но когда у Филиппа из рукава высунулась мышь, учитель вздрогнул и нахмурился. Филипп слегка щелкнул зверька по носу, и тот снова спрятался.

– И как это ты позволяешь всяким тварям лазить по тебе? – спросил учитель и яростно засопел.

– Где твой носовой платок? – тут же вставил попугай, который, как всегда, сидел на плече у Джека.

Господин Рой злобно блеснул на него глазами.

– Можно мы с Люси проводим его до вокзала? – спросил Джек, а Кики разразился таким громким хохотом, что мальчику пришлось слегка наподдать ему. – Сиди смирно! Я не понимаю, что тут смешного!

– Невоспитанный мальчишка! – встрепенулся Кики, словно прекрасно знал, что замышляет его хозяин.

– Да, можете проводить Филиппа, – сказал господин Рой, который был только рад хотя бы на некоторое время избавиться от попугая.

Но последнее слово, конечно, осталось за Кики.

– Неужели трудно закрыть дверь? – проворчал он.

Учитель злобно хлопнул дверью. Он слышал, как попугай что-то насмешливо верещал, когда ребята отошли от дома.

– Как бы мне хотелось никогда больше не видеть эту несносную птицу, – пробормотал он, даже не подозревая, что его желание осуществилось.

Джек, Люси и Филипп вовремя успели на станцию и отдали свой багаж носильщику. Когда пришел поезд, они нашли свободное купе и устроились там. Никто не обратил на них внимания. Кому могло прийти в голову, что двое из них сбежали от учителя?

Друзья были взволнованы.

– Будем надеяться, что твои дядя и тетя не отправят нас назад, – сказал Джек и погладил своего любимца.

Шум поезда раздражал Кики, и он заметно нервничал. Сердитым голосом он приказал локомотиву не свистеть. Какая-то пожилая дама хотела было разместиться в купе, где сидели ребята, но, когда Кики стал пронзительно кричать, передумала и поспешила ретироваться.

Наконец поезд с тяжелым пыхтением сдвинулся с места, а Кики тут же не преминул посоветовать ему, чтобы он воспользовался носовым платком. Все рассмеялись. Поезд отъехал от станции, и ребята вдалеке увидели дом, в котором они прожили несколько недель.

– Ну вот мы и удрали! – весело воскликнул Филипп. – А как легко нам это удалось! До чего же здорово, что вы с Люси будете со мной в Роки-Ледж!

Дина с ума сойдет от радости, когда мы приедем все вместе.

– Вперед, в Роки-Ледж! – пропела Люси. – Туда, где море, ветер и волны! В Роки-Ледж!

Поезд мчал их в Роки-Ледж, где происходили странные и необъяснимые вещи, о которых даже и не подозревали трое друзей. Они ехали туда, где их ждали приключения

В ДОМЕ У ФИЛИППА

Казалось, прошла целая вечность, прежде чем тете Полли удалось дозвониться до учителя. Тот был всерьез обеспокоен. Сначала он решил, что Джек и Люси отправились гулять, Джек обнаружил какую-нибудь редкую птицу и забыл обо всем на свете. Но когда прошло уже несколько часов, а они не возвращались, он начал волноваться. Ему даже в голову не приходило, что они могли уехать вместе с Филиппом, а то он тотчас же позвонил бы его тете, госпоже Салли-ван. Каково же было его облегчение, когда он узнал от нее, что с Джеком и Люси все в порядке и они у нее в доме.

– Дети приехали вместе с Филиппом, – заявила ему тетя Полли довольно резким тоном. – Мне не совсем ясно, как вы могли это позволить. Я не могу оставить их у себя.

Господин Рой упал духом. На какую-то долю секунды в нем затеплилась надежда, что наконец-то так удачно решилась проблема и Джек, Люси и этот проклятый попугай проведут оставшиеся дни каникул у своих друзей. Неужели они вернутся к нему?

– Ах, госпожа Салливан, – вежливо начал он, хотя ему приходилось сдерживать свой гнев и разочарование, – мне очень жаль. Дети провожали Филиппа до станции, а там он, скорее всего, уговорил их ехать вместе с ним. Весьма прискорбно, что вы не можете оставить их у себя до конца каникул. У вас им было бы куда лучше, чем здесь. Они, вероятно, объяснили вам, что их дядя не в состоянии взять их к себе. В надежде на то, что я соглашусь взять на себя заботы по их содержанию, он выслал мне чек на довольно солидную сумму. Но я охотно перешлю его вам, если вы оставите детей у себя. Разумеется, у господина Трента также не будет никаких возражений.

Последовала продолжительная пауза.

– И какова же сумма, указанная в чеке? – осведомилась наконец тетя Полли.

После того как цифра была названа, снова возникла пауза. Тетя Полли быстро обдумала создавшуюся ситуацию. На содержание детей уйдет не так уж много. Она сумеет позаботиться о том, чтобы они не мозолили глаза Джозефу. А девочка будет помогать Дине по хозяйству. И наконец-то можно будет уплатить по счетам, которые так давно на ней висели!

Господин Рой на другом конце провода нетерпеливо ждал ответа. Только бы не видеть никогда этого несносного попугая! С Джеком еще можно ладить, Люси – милая и старательная девочка, но попугай – это сущая погибель!

– Постойте, дайте-ка мне сообразить, – неуверенным тоном сказала наконец тетя Полли, хотя была уже согласна. – Это будет не так просто, ведь у нас мало места. Дом у нас большой, но половина комнат находится в аварийном состоянии и в них жить нельзя. Но мы что-нибудь придумаем. Например, они могли бы жить в башне…

Лица четверых друзей, которые слышали каждое ее слово, сияли от восторга.

– Видишь, она соглашается, – прошептал Филипп на ухо Джеку. – Готов поспорить, что мы получим комнату в башне. Мне всегда хотелось спать там, но тетя не позволяла.

– Вы оказали бы мне большую услугу, госпожа Салливан, если бы согласились оставить детей у себя, – снова повторил учитель. – А если вам понадобятся деньги, тотчас дайте мне знать. Я немедленно позвоню господину Тренту, предоставьте это мне. И сразу же вышлю вам его чек. Не могу даже выразить, насколько я вам благодарен за помощь. С детьми вам будет легко. Люси – прелестное создание. Только этот ужасный попугай совершенно невыносим! Но его можно посадить в клетку.

– Ну, против попугая я ничего не имею, – ответила тетя Полли.

В этот момент Кики издал пронзительный крик, который услышал даже господин Рой на другом конце провода. Учителя удивили ее слова: уж если госпожа Салливан выносит эту чудовищную птицу, она достойна восхищения!

На этом их разговор фактически закончился. Тетя Полли пообещала, что напишет господину Тренту, как только господин Рой сообщит ей, что обо всем с ним договорился. И дети останутся у нее до конца каникул.

Наконец тетя положила трубку на рычаг, и ребята облегченно вздохнули. Филипп бросился к ней.

– Огромное спасибо, тетя Полли! – радостно сказал он. – Это чудесно, что Джек и Люси будут жить у нас. И мы постараемся не мешать дяде, а тебе будем во всем помогать.

– Полли, умница, – нежно проворковал Кики и вдруг слетел с плеча Джека и устроился на плече у тети Полли.

Все были поражены. Молодчина Кики! Нашел подход к тете Полли!

– До чего же глупая птица, – проворчала она, не желая показывать, что на самом деле ей очень приятно.

– Боже, храни короля! – громко выкрикнул попугай, и все рассмеялись.

– Филипп, вы с Джеком будете спать в башне, – сказала тетя Полли. – Мы сейчас сходим туда и посмотрим, как бы вас поудобнее устроить. Люси будет спать у Дины. Хотя нет, лучше она займет комнату Филиппа, рядом с комнатой Дины. Отправляйтесь-ка, девочки, в свои спальни и наведите там порядок!

Дина и Люси, весело болтая, пошли наверх. Джек со своим любимцем уселся на подоконник и, словно зачарованный, погрузился в созерцание птиц, которые плавно парили над морем.

Сияющий от счастья Филипп поднялся с тетей в башню. Он до сих пор не мог поверить, что его друзья до самого конца каникул пробудут с ним. Они прошли через темную и сырую переднюю, потом стали взбираться по каменным ступеням винтовой лестницы. Ступени были крутыми, и им пришлось с непривычки изрядно попотеть, прежде чем они добрались до комнаты на самом верху. Она оказалась совершенно круглой, с тремя узенькими оконцами, прорубленными в толстых стенах, из которых было видно море. В окнах не было стекол, и в комнату то и дело врывался свежий ветер, принося с собой крики птиц и шум прибоя.

– Боюсь, вам тут будет очень холодно, – неуверенно проговорила тетя.

Но Филипп беспечно покачал головой.

– Нас это не пугает. Мы все равно открывали бы окна, даже если бы они были со стеклами. Нам тут будет хорошо. Смотри-ка, здесь есть старый сундук! В него мы уложим наши вещи. А еще тут удобная скамейка. Мы притащим сюда старый коврик, чтобы положить на пол. Нужен еще матрац.

– Да, кровать невозможно внести по такой узенькой лесенке, – согласилась тетя Полли. – меня внизу есть двойной матрац, вот его вы и принесете сюда.

Но пусть сначала Дина как следует подметет здесь и вымоет пол.

– Тетя Полли, я очень благодарен тебе за все, – смущенно сказал Филипп.

Хотя он каждый год проводил каникулы в этом доме, тетя всегда была для него почти что чужой. Но сейчас он вдруг понял, что фактически совсем ее не знает.

– Вроде бы суммы, которую выделил господин Трент, хватит, чтобы за все расплатиться, – добавил он. – Но на Джека и Люси уйдет не так уж много денег.

– Ах, Филипп! – Тетя Полли вздохнула, закрыла крышку сундука и повернулась к мальчику. – Видишь ли, мой дорогой, я не так уж этим озабочена, как это тебе может показаться. Но твоя мама чувствует себя не очень хорошо. Она уже не в состоянии присылать столько денег, как раньше. А твоя школа стоит недешево. Я просто не знаю, что нам делать! Ты уже большой и прекрасно понимаешь, что от твоего дяди Джозефа, увы, толку мало. А те жалкие сбережения, что у меня оставались, подходят к концу.

Филипп был ошарашен. Мама больна! Тетя на этот раз даже не получила от нее денег. Это ужасно!

– Что с мамой? – испуганно спросил он.

– Она очень плохо себя чувствует, измоталась на работе, ее мучает сильный кашель, – призналась тетя Полли. – Доктор сказал, ей необходим длительный отпуск, лучше всего поехать к морю. Но она не может бросить работу!

– Тогда я не пойду больше в школу, – решительно заявил Филипп. – Я найду себе работу и буду зарабатывать деньги. Мама не должна так надрываться ради нас.

– Нет, ты не можешь работать! – возразила она. – Боже упаси, тебе еще нет четырнадцати! Нет уж, раз я получу кое-какие деньги от господина Трента, нам будет немного полегче.

– Этот дом такой огромный, – сказал Филипп, который только сейчас заметил, какой усталой и измученной была тетя. – Почему мы живем здесь? Почему бы нам не уехать отсюда и не снять где-нибудь хорошенький маленький домик? Тогда тебе не придется так много заниматься хозяйством и, быть может, не будет так одиноко, как в Роки-Ледж: ведь, кроме нас, тут никто не живет!

– Это было бы прекрасно, – снова вздохнула тетя Полли. – Но кто купит наш дом, который уже наполовину развалился, да еще стоит в таком уединенном месте, где постоянно дуют ветры, а море часто штормит? К тому же я никогда не смогу уговорить твоего дядю уехать отсюда. Он любит этот дом и эти места и знает о них больше, чем кто-либо. Так что ничего не выйдет! Постараемся как-нибудь продержаться, пока вы с Диной не подрастете и не начнете зарабатывать.

«И я тогда смогу позаботиться о маме, и мы все вместе заживем счастливо», – подумал Филипп, спускаясь вслед за тетей по лестнице, чтобы принести матрац.

Он позвал Джека, и они вдвоем, пыхтя и отдуваясь, затащили тяжеленный матрац наверх, в круглую комнату, а Кики то и дело подбадривал их криками. Йо-Йо раздражал этот шум. Похоже, он решил, что попугай кричит специально, чтобы действовать ему на нервы. А Кики, словно почуяв его враждебность, старался подкараулить негра и неожиданно кричал прямо у него над ухом, так что тот вздрагивал от испуга.

Йо-Йо внес в их комнату столик и чемодан Джека. Поставив вещи рядом с матрацем, он выглянул из окна. Филипп заметил, что настроение у негра было неважное. Он вообще не отличался веселым нравом, но сегодня выглядел особенно мрачным.

– В чем дело, Йо-Йо? – поинтересовался мальчик, который привык не обращать внимания на угрюмый нрав слуги. – Опять увидел «духов»?

Филипп с Диной часто посмеивались над его выдумками о «духах», которые расхаживают по ночам. Йо-Йо скорчил недовольную гримасу.

– Госпожа Полли не должна была пускать вас сюда. Я ей это говорил. Это плохая комната. Отсюда виден Мертвый остров, когда нет тумана. А это плохо – смотреть на Мертвый остров.

– Не валяй дурака, Йо-Йо, – рассмеялся Филипп.

– Не валяй дурака, Йо-Йо, – тут же повторил за ним Кики, в точности скопировав голос мальчика.

Негр мрачно сверкнул глазами на попугая и двух друзей.

– Послушай меня, Филипп, – сказал он, – и ни когда не смотри в сторону Мертвого острова. Это единственная комната, из которой его видно, и потому она – плохая комната. Ничего там нет хорошего, на этом острове. Там живут скверные люди. Сколько я себя помню, оттуда всегда приходило зло.

После этого таинственного предостережения негр стал спускаться по винтовой лестнице, и его глаза устрашающе блеснули, когда он оглянулся на ребят.

– Какой симпатяга, а? – сказал Филипп Джеку, когда они начали разворачивать матрац. – Я думаю, он немного чокнутый. Во всяком случае, если уж он здесь вкалывает, то он точно ненормальный. В другом месте он мог бы зарабатывать намного больше, чем у нас.

– А что это за остров, о котором он тут говорил? – заинтересовался Джек и подошел к окну. – Какое странное название! Слушай, Вихрастый, но я не вижу никакого острова!

– Его почти никогда не видно, – объяснил Филипп. – Он там, на западе, его окружают скалы, и когда о них разбиваются волны, вверх поднимаются целые тучи брызг. Над островом всегда густой туман. Вот уже много лет, как там никто не живет.

– Вот бы побывать там, – с жаром сказал Джек. – На острове должно быть полно птиц, и они совсем ручные и не боятся людей. Представляешь, как здорово?

– Ручные и не боятся людей? Откуда ты знаешь? – с удивлением спросил Филипп. – Ты же видел, что здешние птицы очень пугливые, они боятся даже твоего Кики!

– Да, но птицы на Мертвом острове не знают людей! Они еще не научились осторожности и страху. Я бы сделал там классные фотографии! Как мне хочется на этот остров!

– Но это невозможно! – возразил Филипп. – Я сам там ни разу не был. Да и никто там никогда не бывал, насколько мне известно. Смотри-ка, по-моему, стоит положить матрац сюда! Лучше спать подальше от окон, не то во время дождя мы промокнем.

– Клади его, куда хочешь.

Джек мечтал о таинственном острове, на котором водятся редкие породы птиц. Быть может, там есть такие птицы, которых он никогда в жизни не видел! Он бы нашел их гнезда и яйца и сделал бы потрясающие фотоснимки. Несмотря на предостережение Йо-Йо, Джек твердо решил, что непременно побывает на острове, как только представится возможность.

– Давай спустимся вниз к остальным, – предложил Филипп, когда наконец переложил в сундук последний предмет обихода. – Я бы не стал утверждать, что ты мне очень помог разбирать вещи. Пошли, Кики!

Ребята спустились по лестнице. Впереди беззаботное время каникул: никакой работы, ничего не надо зубрить, знай себе купайся, катайся на лодке и гуляй сколько влезет! Ну и повезло же им!

ДНИ ПРОХОДЯТ…

Девочки решили занять две соседние комнаты, потому что места в них было мало и чем меньше там будет вещей, тем проще будет делать уборку.

– В одной комнате нам все равно не разместить все наше барахло, – сказала Дина, и Люси согласилась с ней.

Она уже успела побывать в круглой комнате в башне, и ей там очень понравилось. Ей тоже захотелось жить в комнате с окнами без стекол.

«Тогда можно представить себе, что ты спишь под открытым небом», – мечтала девочка, высунувшись в окно и ощущая, как ее волосы овевает морской ветерок.

Из обеих комнат тоже было видно море, только с другой стороны, и Мертвый остров девочки увидеть не могли. Когда Джек рассказал им, как Йо-Йо пугал их всякими небылицами по поводу острова, на лице Люси отразился испуг.

Филипп ее успокоил.

– Бояться нечего, – рассмеялся он. – В голове Йо-Йо полно разных дурацких историй. Но это все вранье. Просто ему, похоже, доставляет удовольствие нас пугать.

В самую первую ночь в Роки-Ледж Люси овладело приятное волнение. Снаружи завывал ветер, и девочка долго лежала без сна, прислушиваясь к шуму волн, которые разбивались о скалистый берег. Как все здесь было непохоже на маленький городок, где живет дядя Георг! Там все было сонным, здесь же царили жизнь и движение. Вкус морской соли на губах, веяние ветра, играющего с ее волосами, – все было для нее новым, незнакомым и волнующим! Здесь, в Роки-Ледж, их наверняка ждут удивительные приключения.

Джек тоже бодрствовал в своей круглой комнате, тогда как Филипп давно уже спал на матраце рядом с ним. В окна дул ветер. Джек встал и подошел к окну. На небе между проплывающими мимо облаками то и дело мелькал серп молодого месяца. Внизу, под утесом, шумело море. Было время прилива, волны яростно бились о черные скалы, и в воздух взлетали мельчайшие брызги воды. Джеку казалось, что они долетают даже до их башни. Облизав губы, он почувствовал вкус соли. Прокричала какая-то птица. В ее голосе звучала тревога и печаль, но мальчик был очарован. Интересно, что это за птица? Море беспрестанно шумело, и ветер то налетал порывами, то вновь утихал. Джеку стало холодно. Было жаркое лето, но Роки-Ледж располагался в местности, открытой всем ветрам.

Внезапно мальчик вздрогнул от неожиданности. Кто-то прикоснулся к его плечу! Его сердце бешено застучало, но в тот же миг он с облегчением рассмеялся. Это был всего лишь Кики!

Попугай всегда спал рядом с Джеком. Обычно он устраивался на спинке его кровати, спрятав голову под крыло. Но здесь кровати не было, на полу лежал только плоский матрац. В конце концов Кики нашел себе место в углу, на старом сундуке, хотя там ему было неудобно. Когда он услышал, что Джек встал и подошел к окну, он тут же вспорхнул на плечо к хозяину.

– Сейчас же в постель, несносный мальчишка, – проверещал он. – Сейчас же в постель!

Джек улыбнулся. Было очень смешно, когда Кики иногда попадал в точку! Мальчик пригладил хохолок своему любимцу и тихонько стал разговаривать с ним, стараясь не разбудить Филиппа.

– Завтра я устрою тебе удобное спальное место, – пообещал он. – На сундуке тебе не нравится, как я заметил. А сейчас пора на боковую. Какая неспокойная ночь, правда? Но все равно очень красиво!

Поеживаясь от холода, Джек лег на матрац и укутался в одеяло. Он сразу же заснул, и ему снились тысячи морских птиц: они были совсем ручными, и он мог фотографировать их сколько угодно.

После того как в течение многих лет Джек и Люси проводили летние каникулы в маленьком домике своего дяди в ничем не примечательном городке, условия жизни в Роки-Ледж поначалу показались им непривычными и довольно суровыми. Электричества не было, как не было и водопровода. В округе не было ни одного магазина и не было даже небольшого сада.

Каждый день приходилось чистить и до блеска надраивать масляные лампы. Когда темнело, пользовались свечами, которые вставляли в подсвечники. А воду брали из глубокого-глубокого колодца, находившегося в небольшом дворике за домом. Джек и Люси очень удивились, что вода в нем несоленая.

– Да, здесь пресная питьевая вода, – сказала Дина, снимая тяжелое ведро с цепи. – Колодец пробит прямо внутри скалы. Поэтому вода пресная, чистая и такая холодная. Попробуй!

Вода действительно была превосходной на вкус и такой же холодной, как вода со льдом, которую ребята пили в летние жаркие дни. Джек заглянул в колодец.

– Я бы хотел спуститься туда в ведре и посмотреть, насколько он глубок, – сказал он.

– Интересно, что бы ты почувствовал, если бы застрял там и не смог оттуда выбраться? – хихикая спросила Дина. – Ладно, пошли отсюда. Ты бы лучше помог мне ведра тащить, Джек, а то совсем замечтался. Живешь, как во сне!

– А ты всегда грубая и нетерпимая! – упрекнул ее Филипп.

Дина злобно взглянула на брата. Она была очень вспыльчивая и заводилась с пол-оборота.

– Если бы на вас навесили столько же дел, сколько на нас с Люси, вы были бы расторопнее! – язвительно заметила она. – Пойдем, Люси, отнесем ведра сами. От них все равно никакого толку.

– Давай, давай, мотай отсюда, не то получишь! – крикнул Филипп ей вслед, но поспешил убежать первым, чтобы разгневанная Дина не бросилась на него с кулаками.

Люси сначала была в шоке от бесконечных перебранок между братом и сестрой, но потом заметила, что они мирились так же быстро, как и ссорились, и перестала придавать этому значение.

Делать покупки было гораздо труднее, чем в городе. Йо-Йо брал автомобиль и дважды в неделю ехал в ближайший поселок с длинным перечнем самых необходимых вещей. Если он забывал что-то купить, приходилось ждать до его следующей поездки. Овощи выращивали в крошечном огородике за домом. Он был защищен от непогоды навесом. Огородом занимался Йо-Йо.

– А давайте поедем за покупками вместе с ним! – однажды предложила Люси, но Филипп покачал головой.

– Ничего не выйдет. Мы с тетей уже не раз просили его, чтобы он взял нас с собой, но он не хочет. Он даже пригрозил, что высадит нас посреди дороги, если мы заберемся в автомобиль. А когда я один раз все-таки спрятался за сиденьем, он действительно вышвырнул меня!

– Какой грубиян! – возмутился Джек. – Почему вы его не выгоните?

– А кто еще согласится жить и работать в таком запущенном и полуразвалившемся доме? – вмешалась Дина. – Никто, кроме Йо-Йо, да и он здесь только потому, что у него мозги набекрень!

Люси все же спросила негра, не возьмет ли он ее за покупками.

– Нет, – буркнул тот и скорчил недовольную гримасу.

– Йо-Йо, ну пожалуйста, – стала упрашивать девочка.

Обычно она добивалась своего, если очень чего-нибудь хотела, но негр был непреклонен.

– Я сказал – нет! – отрезал он и пошел прочь, размахивая на ходу здоровенными ручищами.

Люси с обидой смотрела ему вслед. Вот вредина! Что ему, жалко, что ли, если она посидит у него в машине? Или он всегда не в духе?

Вообще-то в Роки-Ледж им с братом было здорово, но были и свои трудности. Так, например, чтобы принять горячую ванну, надо было развести огонь под большим медным котлом, а потом по извилистым коридорам таскать ведра с горячей водой в ванную комнату. Однажды провозившись так полдня, Джек утратил всякий интерес к горячим ваннам и просто купался в море несколько раз в день.

Девочки старательно занимались хозяйством, а тетя Полли на всех готовила. Дядя Джозеф не появлялся даже за обеденным столом. Тетя носила ему еду прямо в рабочий кабинет, и скоро ребята забыли о его существовании.

Мальчикам было поручено доставать воду из колодца, колоть дрова для печи и следить за тем, чтобы исправно работала керосинка, на которой тетя Полли готовила пищу. По очереди с девочками они чистили лампы. Это была грязная работа, и никто не брался за нее с большой охотой.

Йо-Йо возился с машиной и огородом, мыл полы в доме, очищал оконные стекла от морской соли, и, кроме того, на нем лежало много других обязанностей. У него была своя парусная лодка, крепкая и надежная.

– А он разрешит нам на ней покататься? – поинтересовался Джек.

– Конечно, нет, – пожал плечами Филипп, – и лучше не брать ее без разрешения, а то он нам задаст хорошую трепку. Он бережет ее как зеницу ока. Лучше вообще не подходи к ней близко.

Джек пошел посмотреть на лодку. Она была очень красивая, ее недавно покрасили, и, судя по всему, негр тщательно за ней ухаживал. Наверняка она стоила уйму денег. На дне лодки лежали руль, мачта и парус, а также снаряжение для рыбной ловли. Джеку ужасно захотелось на ней поплавать. А что, если залезть в лодку и немножко покататься?

Но в этот момент перед ним, словно из-под земли, вырос негр, и его лицо было более мрачным, чем обычно.

– Что ты здесь делаешь? – набросился он на Джека, яростно вращая глазами. – Это МОЯ лодка!

– Да, да, я знаю, – отозвался мальчик. – Я только хотел посмотреть.

– Нечего тут смотреть! – грубо оборвал его Йо-Йо и злобно уставился на Джека.

– Невоспитанный мальчишка! – выкрикнул попугай прямо в лицо негру, который охотно бы удавил дерзкую птицу.

– Как я погляжу, ты не очень-то любезен, – сказал Джек и с опаской отошел на несколько шагов в сторону. – Но обещаю тебе, в один прекрасный день я все равно покатаюсь на лодке, и ты меня не удержишь, вот увидишь!

Губы негра скривились в презрительной гримасе. Он прищурился и злобно взглянул на мальчика. Наглый сопляк! Ну что же, придется позаботиться о том, чтобы он не путался тут под ногами!

УДИВИТЕЛЬНОЕ ОТКРЫТИЕ

Если бы не присутствие Йо-Йо, жизнь в Роки-Ледж была бы для ребят еще веселее, после того как они привыкли к своим ежедневным обязанностям. Можно было вволю купаться в бухте, где вода была прозрачной и спокойной, или спускаться в темные и сырые пещеры в утесах, или удить рыбу. Все это было так ново и так радовало, Джека и Люси!

Но Йо-Йо способен был испортить любое удовольствие. Он с мрачной физиономией следовал за ними попятам или неожиданно появлялся там, где развлекались четверо друзей. Когда они купались, его черная как смоль голова то и дело выглядывала из-за скалы, а когда они удили рыбу, он подходил и говорил им, что они попусту тратят время.

– Оставь нас в покое, Йо-Йо, – раздражался Филипп. – Ты ведешь себя так, словно ты наш сторож! Ради всего святого, займись своей работой и дай нам делать то, что мы хотим. Мы же никому не мешаем!

– Госпожа Полли наказала мне не спускать с вас глаз, чтобы с вами не случилось ничего дурного, – ворчливым тоном отвечал негр.

– Брось молоть чепуху! – огрызался Филипп. – Ты вечно выныриваешь там, где бываем мы, и отравляешь нам все удовольствие! Перестань шпионить за нами! Ты надоел нам хуже горькой редьки!

Люси тихонько хихикала. Филипп такой смельчак, как это он не боится говорить с этим черным верзилой таким тоном! Но негр действительно ужасно им надоел. Если бы он был хоть чуточку повеселее! Тогда бы они все вместе ловили рыбу и катались на машине!

– Жалко, что он такой злой, а то бы мы сплавали на Мертвый остров на его лодке, – с огорчением сказала Люси. – Джеку очень хочется туда попасть, чтобы поискать редких птиц.

– Ничего не выйдет, и мы никогда не попадем на этот остров, – ответил Филипп. – Даже если бы мы туда попали, наверняка в таком заброшенном месте нет никаких птиц. Ладно, пошли, давайте исследуем большую пещеру, которую мы нашли вчера!

Им нравилось забираться в пещеры, многие из которых шли далеко в глубь леса. Иногда в потолке этих пещер были странные ходы, ведущие в другие пещеры, расположенные выше. Филипп рассказывал Джеку и Люси, что в давние времена этими ходами пользовались для того, чтобы скрываться или прятать контрабандные товары. Но сейчас ребята находили там лишь морские раковины.

– Какая жалость, что у нас нет карманных фонариков, – вздохнул Джек, когда его свеча в шестой раз погасла. – Скоро у нас и свечи кончатся. Был бы поблизости магазин, чтобы купить фонарь! Я просил вчера Йо-Йо, чтобы он привез, когда поедет за покупками, но он отказался.

– Ого! – вдруг воскликнул Филипп и посветил на пол сырой пещеры. – Здесь здоровущая морская звезда! Смотрите, какая огромная!

Дина в испуге ойкнула. В отличие от брата она терпеть не могла пресмыкающихся и всяких ползучих тварей.

– Не трогай ее, Филипп, и умоляю тебя, не вздумай бросить ее мне! – закричала она.

Филипп не упускал случая поддразнить сестру. Он взял огромную морскую звезду с пятью длинными щупальцами и медленно стал приближаться к Дине. Она тут же пришла в ярость.

– Мерзкий мальчишка! Не смей подходить ко мне с этой гадостью! Не то я ее раздавлю!

– Морскую звезду нельзя убить, – поучительным тоном сказал Филипп. – Если ее разрезать на две части, то у нее тотчас вырастают новые щупальца, и – фокус-покус – из одной звезды получаются две. Ну-ка, Дина, посмотри на нее, возьми ее в руки!

И Филипп сунул морскую звезду прямо в лицо взбешенной сестры. Вне себя от гнева и отвращения Дина влепила брату такую мощную затрещину, что тот потерял равновесие и упал. Его свеча погасла. Все услышали сдавленный крик, потом странный шорох, который сменила мертвая тишина.

– Эй, Вихрастый! У тебя все в порядке? – позвал Джек и поднял вверх свою свечу.

Филипп исчез. На полу лежала морская звезда, но их товарищ как сквозь землю провалился. Все молча смотрели друг на друга. Куда он мог деться?

Дина страшно перепугалась. Она, естественно, хотела врезать братцу как следует, но у нее вовсе не было желания, чтобы он провалился в тартарары!

– Филипп! Где ты спрятался? Вылезай сейчас же, глупец! – закричала она.

Откуда-то до них донесся приглушенный крик:

– Эй, где я?!

– Это кричит Вихрастый, – встрепенулся Джек. – Только вот где он?

Ребята подняли свечи вверх и беспомощно оглядывали низкие стены пещеры. Воздух был затхлый и сырой. И снова откуда-то донесся голос Филиппа;

– Эй, где я?!

И в этом голосе звучал страх.

Джек осторожно подвинулся к тому месту, где стоял Филипп. Вдруг он поскользнулся и прямо на глазах изумленных девочек буквально провалился сквозь землю!

При мерцающем пламени свечей Люси и Дина попытались выяснить, что приключилось с Джеком. И загадка разрешилась: в полу пещеры было отверстие, заросшее густым мхом. Поэтому, когда на это место кто-нибудь наступал, он проваливался вниз, в другую пещеру!

– Так вот они где, – сказала Дина. – Будем надеяться, что они не переломали себе ноги. Как же их теперь оттуда вытащить?

Джек шлепнулся прямо на Филиппа и чуть не раздавил его. Кики, оставшийся в верхней пещере, забеспокоился и громко заверещал. Он и так терпеть не мог эти темные ямы, а тут еще остаться без хозяина!

– Заткни клюв! – прикрикнула на него Дина, которая тоже испугалась не на шутку. – Смотри, Люси, в полу-то дыры! Ходи осторожно, а то и ты провалишься! Подержи мою свечу, а я попробую выяснить, в чем тут дело.

А все было очень просто: сначала Филипп упал в нижнюю пещеру, а после него туда свалился Джек. Филипп больно ударился и был напуган. Он вцепился в Джека и не хотел его отпускать.

– Что случилось? – спросил он.

В полу было отверстие, – объяснил Джек и вытянул руку, чтобы составить представление о размерах пещеры, в которой они оба очутились, но его пальцы сразу же наткнулись на стену. – Боже правый, да она совсем крошечная! Эй, девчонки, посветите нам, а то ничего не видно!

Сверху появилось пятно света и друзья смогли осмотреться по сторонам.

Это даже не пещера, а подземный ход, – удивленно пробормотал Джек. – Или по крайней мере начало хода. Куда он может вести? Похоже, прямо в середину скалы.

– Передайте-ка нам свечку! – крикнул он девочкам. – Ой, ты тоже к нам, Кики?

Неужели трудно дверь за собой закрыть? – недовольным тоном осведомился попугай и с решительным видом устроился на плече у хозяина, обрадованный тем, что тот наконец-то нашелся. Он принялся свистеть, после чего сам же начал укорять себя, что это неприлично.

– Закрой клюв, Кики, – строго приказал ему Джек. – Смотри, Филипп, это самый настоящий подземный ход, только очень узкий и ничего нельзя разглядеть! Фу, какой тут запах! Дина, давай сюда свечу, и поживее!

Дина легла на сырой и холодный пол, и наконец ей удалось передать им горящую свечу. Джек осветил темный коридор, который казался мрачным и таинственным.

– Это потайной ход, – взволнованно прошептал Филипп. – Давай пройдем по нему? Похоже, он ведет в глубь скалы.

– Никакой это не ход, а просто расселина в скале, и никуда она не ведет, – с сомнением отозвался Джек. – Кики, прекрати щипать меня за ухо! Вот увидишь, Вихрастый, скоро мы выйдем на поверхность. Эй, девчонки, мы собираемся пройти по этому коридору! Пойдете с нами?

– Нет уж, спасибо, – не задумываясь ответила Люси.

У нее не было ни малейшего желания лезть в темный, узкий и сырой туннель.

– Мы лучше подождем вас здесь, – ответила она. – У нас осталась еще одна свеча. У вас есть спички на случай, если свеча потухнет?

– Да, – отозвался Джек, пошарив в карманах. – Ну, тогда до скорого! И поосторожней там, не провалитесь в какую-нибудь яму!

Джек с Филиппом двинулись вперед по туннелю, и скоро девочки перестали слышать их шаги и голоса. При тусклом свете свечи они устроились на полу пещеры и стали терпеливо ждать возвращения братьев. Было холодно, и несмотря на то, что на них были одеты теплые свитера, они начали замерзать.

– Послушай, Дина, а может быть, нам все-таки пойти за ними? – робко спросила Люси.

Конечно, ей до смерти страшно идти по этому жуткому туннелю, но если Джек нуждается в помощи, она не задумываясь спрыгнет вниз и последует за ним!

– По-моему, надо позвать на помощь Йо-Йо, – ответила Дина. – Он может притащить сюда канат. Ребятам самим ни за что отсюда не выбраться!

– Нет, давай не пойдем к Йо-Йо, – стала уговаривать ее Люси, которая побаивалась негра. – Давай подождем еще немножко. Может, этот ход очень длинный?

Туннель и вправду оказался довольно длинным. Он петлял, то и дело поворачивал и, очевидно, вел наверх. Было так темно, что даже свеча едва освещала им путь, а порой проход так сужался, что мальчики больно ударялись головой о низкий потолок.

По мере того как они поднимались, в туннеле становилось не так сыро. Но воздух был таким спертым, что трудно было дышать.

– Какой здесь скверный воздух, – сказал Филипп, с трудом подавляя кашель. – Я еле дышу. И свеча вот-вот погаснет. А это верный знак того, что воздух плохой! Но, похоже, мы уже пришли!

Ребята чуть не споткнулись о грубо вытесанные каменные ступени, которые круто поднимались вверх и обрывались где-то у них над головой. Друзья остановились в изумлении.

– Если это не подземный ход, а просто расселина в скале, то откуда тогда взялись ступени? – задумался Филипп.

Да, вне всякого сомнения, это были настоящие ступеньки, и кто-то над ними немало потрудился! Но для чего их тут сделали? Джек поднял свечу над головой и воскликнул:

– Смотри! Теперь понятно, куда вел туннель! Там люк! Давай попробуем открыть его.

Старым деревянным люком заканчивался подземный ход. Но куда он ведет?

В ПОДВАЛЕ

– Давай вместе нажмем на дверь, – возбужденно прошептал Филипп. – А свечу я поставлю рядом.

Он вставил свечу в трещину в скале, и друзья изо всех сил налегли на деревянный люк, расположенный прямо у них над головой. Поднялось облако пыли.

– Проклятье! – воскликнул Филипп и протер глаза. – Ну-ка, попробуем еще! Ого, он уже поддается!

Они сделали еще одну попытку. Наконец деревянная дверца приподнялась на пару сантиметров, но потом снова встала на место. И опять поднялась туча густой пыли.

– Давай принесем сюда камень и встанем на него, – предложил Джек, дрожа от волнения. – Еще чуть– чуть – и мы его откроем.

Они принесли два плоских камня, положили их один на другой, а сами встали на эту импровизированную подставку. Потом друзья с новыми силами нажали на крышку люка. Она открылась и с глухим стуком упала на землю. У себя над головой ребята увидели четырехугольное отверстие.

– Подсади меня, – нетерпеливо шепнул Филипп Джеку.

Тот изо всех сил подтолкнул приятеля, и Филипп чуть не вылетел в открытый люк и шлепнулся на землю. Было темно, и он ничего не видел.

– Дай сюда свечу, Конопатый, – тихонько позвал он. – Сейчас я помогу тебе влезть.

Но свеча, которую передал ему Джек, тут же погасла.

– Проклятье! – в сердцах сказал Филипп. – В чем дело?

– Наверное, это Кики ее погасил, – ответил Джек. – Он только что вспорхнул у меня с плеча.

Во время перехода по туннелю попугай ни разу не издал ни единого звука. Испуганный темнотой и непривычной обстановкой, он вцепился в плечо хозяина и сидел там не шелохнувшись.

Филипп помог Джеку забраться наверх и стал шарить в карманах в поисках спичек, чтобы снова зажечь свечу.

– Куда это мы попали? – вполголоса произнес он. – Просто ума не приложу.

– Словно на другом конце света, – отозвался Джек. – Ну вот, слава Богу, наконец-то можно осмотреться!

Он поднял свечу, и ребята с любопытством огляделись по сторонам.

– Теперь я знаю, где мы находимся, – внезапно сказал Филипп. – В одном из подвалов Роки-Ледж. Смотри, там стоят ящики с припасами и консервные банки!

– Точно! – удивленно отозвался Джек. – Ничего себе запасы у твоей тетушки! Интересно, а твои дядя и тетя знают про этот подземный ход?

– Думаю, что нет, – убежденным тоном проговорил Филипп. – Иначе тетя нам бы об этом сказала. Эту часть подвала я плохо знаю. Постой-ка, а где же дверь?

Друзья прошлись вдоль стен подвала в поисках выхода. Наконец они наткнулись на массивную деревянную дверь, но она, к их изумлению, была заперта.

– Вот невезуха! – рассердился Филипп. – Неужели придется опять спускаться в проклятый туннель.

Мне что-то совсем туда не хочется! Но все равно, это не та дверь, что ведет из подвала на кухню. Перед той были ступеньки. Должно быть, она соединяет разные части подвала. Но я ее раньше никогда не видел.

– Тихо! Слышишь? Там кто-то ходит! – внезапно перебил его Джек.

Его острый слух уловил чьи-то шаги.

– Да. Это Йо-Йо, – сказал Филипп, который услышал знакомое покашливание. – Давай спрячемся. Лучше ничего не говорить Йо-Йо про тайный ход. Закрывай побыстрее люк! Встанем за этим выступом, а когда Йо-Йо откроет дверь, потихоньку выскользнем, чтобы он нас не заметил. Гаси свечу!

Они задули свечу, осторожно закрыли люк и притаились за выступом стены рядом с дверью. Им было слышно, как Йо-Йо возится с ключами. Наконец дверь открылась и появился негр. В неверном свете фонаря, который был у него в руке, он показался ребятам настоящим великаном. Он оставил дверь открытой и пошел в дальний конец подвала, туда, где стояли ящики с припасами.

На ногах у Джека и Филиппа были кеды, и они могли бесшумно проскользнуть за спиной у Йо-Йо, но на их беду в эту самую минуту Кики с потрясающим мастерством скопировал кашель негра. Звуки кашля, усиленные эхом, жутко отозвались в кромешной темноте подвала. Йо-Йо выронил фонарь, его стекло разбилось, и свет погас. Негр взвыл от ужаса, вслепую бросился к выходу, но налетел на Джека с Филиппом и, убедившись, что, кроме него, в подвале кто-то есть, снова издал истошный вопль.

Кики, ободренный тем, что ему удалось воспроизвести кашель Йо-Йо, отчаянно громко заверещал, а негр кубарем скатился с лестницы, оставив дверь в подвал открытой. Когда он вошел в кухню, где возилась тетя Полли, у него тряслись поджилки, а лицо, хоть и могло заметно побледнеть, все же было не таким черным, как обычно.

– Что случилось? – вопросительно подняла брови тетя Полли.

– Там внизу – духи! – заикаясь и кашляя пробормотал негр.

– Духи? Что ты имеешь в виду? – строго спросила его тетя Полли.

– В подвале духи, они кричат, они схватили меня!

Йо-Йо в изнеможении опустился на стул и закатил глаза.

– Чушь! – рассердилась тетя Полли и энергично помешала ложкой в кастрюле. – И вообще непонятно, что тебе там сегодня понадобилось. Нам всего хватает. Картофеля еще много и здесь, наверху. Возьми себя в руки, Йо-Йо! Если дети тебя увидят в таком состоянии, они испугаются.

Когда злополучный Йо-Йо, чертыхаясь, летел вниз головой с лестницы, ведущей в подвал, ребята чуть животы себе не надорвали от хохота.

– Йо-Йо все хотел напугать нас своими «духами», – проговорил наконец Джек, – а теперь он и сам поверил в свои дурацкие россказни. Он от страха чуть в штаны не наложил!

– Смотри, он забыл забрать ключ, – перебил его Филипп, который снова зажег свечу. – Давай его возьмем! А когда нам надо будет воспользоваться туннелем, мы сможем приходить сюда и запирать дверь.

Он сунул большой ключ себе в карман и ухмыльнулся. Пусть негр думает, что ключ утащили «духи»!

Друзья прошли в другую, известную им часть подвала. Филипп внимательно осмотрел дверь, через которую они вошли.

– А я и не знал, что за этим подвалом есть еще один, – задумчиво проговорил он и огляделся. – Как это я мог не заметить эту дверь раньше?

– Может быть, ящики были сложены так, что за ними ее было не видно, – предположил Джек.

Рядом стояли штабеля пустых ящиков и теперь, глядя на них, Филипп вспомнил, что он всегда видел их перед дверью, когда приходил в подвал. Наверняка эту хитрость придумал Йо-Ио, чтобы никто из детей не догадывался, что есть еще один подвал, где хранятся продовольственные запасы. Как глупо и наивно с его стороны! «Теперь у нас есть ключ и мы спокойненько можем пробираться сюда, когда захотим, и можем спускаться в туннель», – подумал Филипп. Здорово они обдурили его!

– Я думаю, эти ступени ведут на кухню, – сказал Джек. – Как считаешь, стоит рискнуть и залезть туда? Только нас никто не должен заметить, не то нам здорово влетит!

– Я проберусь незаметно и понаблюдаю через дверь, – ответил Филипп.

Но Йо-Йо уже ушел, а тетя тоже куда-то отлучилась. Можно было проскользнуть через дверь, спуститься к утесу, и их никто не заметит.

– А ведь девчонки-то наверняка волнуются, куда мы подевались, – внезапно вспомнил Джек. – Давай их испугаем! Они думают, что мы придем назад через туннель, а мы подберемся к ним с другой стороны!

Когда Филипп с Джеком вошли в пещеру, девочки сидели, тесно прижавшись друг к другу, и обсуждали, что им предпринять.

– Ну теперь-то точно придется звать кого-нибудь на помощь, – сказала Люси.

– С ребятами что-то случилось!

Глаза Филиппа упали на морскую звезду, которая невольно послужила причиной их сегодняшних приключений. Он осторожно поднял ее с пола, бесшумно приблизился к сестре и положил звезду прямо в раскрытую ладонь девочки.

Дина вскочила, словно ужаленная, и испустила дикий вопль, а Кики, который тут же его воспроизвел, крикнул еще громче.

– Ой, Филипп, наконец-то вы пришли! Ну погоди у меня, я тебе все волосы на голове повыдергиваю!

И Дина набросилась на брата, который со смехом выбежал из пещеры.

Люси обняла Джека. Как она боялась за него!

– Джек! Что случилось? Мы так долго вас ждали! Как вы умудрились прийти назад другим путем? И куда ведет этот тайный ход?

Крики Дины и Филиппа не дали им поговорить, к тому же Кики, возбужденный суматохой, летал по пещере и гудел как паровоз. Между Диной и Филиппом завязалась настоящая потасовка: разгневанная сестра наконец поймала своего горячо любимого брата и награждала его звонкими оплеухами.

– Я тебе покажу, как лезть ко мне со всякой гадостью вроде этой звезды! Дрянной мальчишка! Ты же знаешь, что я это ненавижу!

В конце концов Филиппу удалось освободиться. Он отошел в сторону, оставив в кулаке у сестры несколько прядей своих волос. А она в гневе обернулась к Джеку и Люси:

– Негодяй! В наказание я весь день не буду с ним разговаривать! А еще брат называется!

– Он ведь просто пошутил, – вступился за друга Джек, желая успокоить Дину.

Но это еще больше ее разозлило и она с такой злостью взглянула на Джека, что Люси пришла в ужас. Если Дина набросится на ее Джека, она не останется в стороне и будет его защищать!

– Не желаю вообще иметь с вами дела, – огрызнулась Дина и ушла прочь.

– Жаль, теперь она ничего не узнает о наших приключениях, – вздохнул Джек. – Разъярилась, словно дикая кошка! Ну что же, тогда мы расскажем все только тебе, Люси. Слушай: мы сделали потрясающее открытие!

По дороге домой Дине – хоть она и была рассержена на брата – пришло в голову, что она еще не услышала историю про тайный ход в скале. Она тут же позабыла свою обиду и вернулась.

Дина могла также быстро прийти в себя, как и вспылить. Когда она приблизилась к друзьям, сидевшим на пляже, то сразу подошла к брату и примирительно положила руку ему на плечо.

– Слушай, Филипп, – миролюбивым тоном сказала она, – так что там с вами стряслось в этом туннеле? Я просто умираю от любопытства!

Так мир был снова восстановлен, и девочки с напряженным вниманием слушали рассказ двух друзей.

– Я же говорил, это были настоящие приключения! – с гордостью сказал Джек.

И он был прав. Но если бы они только знали, какие приключения их ждут впереди!

ЧУЖАЯ ЛОДКА

Как Джек с Филиппом ни уговаривали девочек, те никак не могли решиться на то, чтобы спуститься в подземный ход. Одна только мысль о темном и сыром туннеле приводила их в ужас, И хотя на словах они соглашались, что все это очень здорово, на деле они предпочитали оставаться наверху.

– Дина, наверно, боится, что на нее там набросится морская звезда или еще что-нибудь в этом роде, – презрительно отзывался Филипп. – А Люси еще совсем ребенок.

Однако, хотя девочки наотрез отказались сопровождать Джека и Филиппа в их подземных путешествиях, они никогда не уставали слушать рассказы об их захватывающих приключениях. На следующий же день Джек с Филиппом пробрались в подвал и обнаружили, что Йо-Йо снова заставил вторую дверь ящиками. Ребята никак не могли взять в толк, зачем он это делает. Но как бы там ни было, у них теперь были ключи, а негр об этом даже не догадывался!

Погода стояла прекрасная. Небо было безоблачным, светило яркое солнце, и друзья расхаживали всюду в одних купальных костюмах. Они сильно загорели и стали смуглыми, как цыгане. Филипп, Дина и Люси гораздо больше времени проводили в воде и на солнце, чем Джек. Он, словно одержимый, целыми днями ходил по берегу и высматривал новые породы птиц. Ко всеобщему удивлению, он не хотел брать с собой Люси.

– Понимаешь, птицы ко мне уже привыкли и не боятся, – объяснял он ей. – Но тебя они не знают. Будь умницей, посиди с Диной и Филиппом. Нехорошо оставлять их надолго одних, это невежливо.

Так Люси перестала быть тенью своего брата. Но обычно она знала, где его можно найти, и когда приходило время возвращаться, она терпеливо его ждала.

Дина считала, что это глупо. Ей бы и в голову не пришло ждать Филиппа, чтобы вместе идти домой.

– Я, наоборот, рада, когда он не крутится под ногами, – сказала она подруге. – Того и гляди, выкинет какой-нибудь номер! В прошлом году он засунул не сколько уховерток мне под подушку, и меня чуть кондрашка не хватила, когда среди ночи эти твари расползлись у меня по постели!

Люси с ней согласилась, что это ужасно. Но несмотря на причуды Филиппа, она постепенно привыкла к нему и не находила странным, что он и на пляже не расставался со своими любимыми зверьками или пытался приручить новых. Например, вчера он возился с двумя крабами, пока один из них не прихватил его клешней за палец, после чего Филипп решил, что крабов лучше оставить в покое.

– Слава Богу, что Конопатый берет с собой Кики, когда валандается со своими птицами, – сказала Дина. – Я ничего не имею против попугая, но когда он начинает копировать всех пернатых, которых слышал, у меня просто голова кругом идет! Понять не могу, как только тетя Полли терпит Кики!

Тетя по-настоящему привязалась к попугаю. Хитрый Кики прекрасно знал, что стоит ему лишь проворковать: «Полли, бедняжка!» – и тетя ничего для него не жалела. Как-то раз Йо-Йо забыл купить для Кики семян подсолнечника и немедленно получил от хозяйки строгий выговор, а друзья радовались, что злому негру как следует влетело.

Что касается дяди Джозефа, то Кики не смог с ним поладить, как он ладил с тетей Полли. Однажды жарким полднем попугай незаметно влетел в открытое окно кабинета, где, как всегда, сидел дядя Джозеф, который с головой ушел в свои старинные книги. Кики уселся на книжной полке и с любопытством осмотрелся.

– Сколько раз тебе повторять, не смей свистеть! – строгим тоном заметил он.

Дядя Джозеф встрепенулся и поднял голову от книг. Он еще ни разу не видел Кики в своем доме и даже забыл о его существовании. «Откуда доносится этот голос?» – с удивлением подумал он.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Роки-Ледж – скалистый выступ (англ.)

Вернуться