Сьюзен Стивенс
Четыре кольца для невесты

ПРОЛОГ

В ярко освещенной Королевской палате Золотого дворца Абадана проходило заседание.

– Ваше Высочество!

Шейх Калил бен Сайд аль-Шариф обратил взгляд своих глубоких темных глаз на главного советника Абдула Хасана.

– Ваше Высочество, вы приняли решение по строительству вашего нового дворца?

Калил заметил вспышку ожидания в глазах всех присутствующих, сидящих вокруг стола. Все приглашенные были невообразимо богатыми людьми и соперниками в предстоящем деле. А престижные контракты могли еще приумножить их богатство.

– Я хочу построить свой новый дворец не в Абадане. – Калил подождал, пока стихнет ропот разочарования. – Я нашел городок в Европе – он очень подходит для моей новой резиденции. – Его мысли унеслись к городку Вестбери и Вестбери-Холлу, который он намеревался приобрести. Хотя здесь была проблема, приводившая его в смятение, стоило ему подумать о Люси Бенсон.

Когда шейх остановил свой выбор на Вестбери, то среди груды присланных ему документов, касающихся этого городка, он обнаружил местный журнал с фотографией молодой женщины.

Она смотрела прямо в объектив, и ее необыкновенные глаза сразу же привлекли его внимание.

Заголовок гласил, что Люси Бенсон, в недалеком прошлом дизайнер интерьера, достигла успехов на поприще ландшафтной архитектуры. И она купила Вестбери-Холл, ту самую виллу, которую он хотел приобрести.

В памяти Калила всплыли золотые волосы Люси, создававшие пышный волнистый ореол вокруг нежного, в форме сердечка, лица, и простое летнее платье. Плавные изгибы фигуры заставили его с презрением подумать о моде на худосочных женщин. Ее губы были яркими без всякой помады и достаточно приоткрытыми, чтобы увидеть ряд жемчужных зубов, – зубов, которые, как он сразу же легко вообразил, могли бы покусывать его тело в муках страсти. Шейх представил обнаженную и нежную Люси Бенсон, такую соблазнительную и покорную ему в момент экстаза, и ему потребовались определенные усилия, чтобы сохранить контроль над собой.

Независимый характер Люси выдавали упрямо приподнятый подбородок и целеустремленный взгляд ее глаз цвета предзакатной синевы. Как сын правящего шейха Калил имел все, что только мог желать мужчина, но он происходил из рода воинов: вызов был в его крови. А эта женщина наверняка начнет бороться с ним с самого начала намеченного им предприятия. Калил едва мог дождаться встречи с ней. Он приручит Люси Бенсон.

И это будет хорошим призом в добавление к тому, что он вырвет из ее рук Вестбери-Холл.

– Городок Вестбери очень удачно расположен, сказал Калил, снова обращая свое внимание к собравшимся. – Он находится вблизи моря, так что туда несложно добраться на яхте, и недалеко от аэропорта, где можно посадить наш реактивный самолет… Я вижу во всем этом элемент новизны, добавил он.

Напряженность за столом уменьшилась. Для людей, имеющих все, новизна была самой ценной валютой.

– Вестбери – хороший выбор, Ваше Высочество, – с почтением произнес Абдул Хасан, выражая мнение собравшихся. – Городок преуспевающий и полон своеобразия, хотя что-то, несомненно, придется усовершенствовать. Как мы можем посодействовать вам в этом вопросе?

– Необходимо принять меры для моей поездки в Вестбери, – пояснил Калил. – Я сам собираюсь оценить этот проект.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Наконец-то она одна. Сцепив руки за головой, Люси Бенсон тупо уставилась в потолок. Потеря Вестбери-Холла была для нее ужасной, столкновение с кредиторами – ужасным вдвойне.

Ее планы обновить великолепный старинный дом, в котором она выросла, разрушились из-за того, что катастрофически не хватало денег. Строители нашли серьезные ошибки в конструкции, на исправление которых требовались большие затраты, а затем, совершенно внезапно, банк выдвинул претензии.

Дочь экономки Вестбери-Холла, а теперь его владелица и вдобавок ландшафтный архитектор, Люси рисковала всем, чтобы восстановить здание во всем сиянии его прежней славы. Ей хотелось, чтобы Вестбери-Холл стал живым воздаянием памяти доброй старой леди, которая жила в нем. Но она подвела тетю Грейс, сокрушалась Люси, и это было больнее всего.

Люси едва сдерживала слезы. В одном из планов ее противников был снос старого Вестбери-Холла. А она не могла позволить, чтобы это изящное здание было вытеснено невыразительным блоком, состоящим из современных квартир…

– Извините меня. – Мужской голос был глубоким и имел легкий акцент.

Люси резко развернулась на пятках, ее сердце дико заколотилось в груди. Ей казалось, что она одна в доме! Справившись с собой, Люси разглядела мужчину, стоящего в дверном проеме, наполовину в тени. Высокий, в обычной одежде – как и многие другие кредиторы. Конечно, это ведь не тот случай, чтобы элегантно одеться и произвести впечатление, подумала она сухо.

– Я не хотел напугать вас.

Люси не вполне была убеждена в этом. Рост мужчины наводил на мысль о том, что он привык использовать свою внушительную внешность.

– Я думала, что все уже ушли, – прохладно произнесла девушка. – Входите, и я скажу вам то же самое, что говорила другим.

– Другим?

– Кредиторам, – пояснила Люси, шагая по черно-белым мраморным плиткам в импровизированную комнату для переговоров.

В отзывающейся эхом столовой стояло несколько стульев с жесткой спинкой и ее рабочий стол, вокруг которого она рассаживала своих кредиторов и других посетителей. Мужчина проследовал за ней.

– Люси Бенсон, – представилась она, протягивая ему руку.

– Кэл, – сказал он, пожимая ее ладонь своей, которая, казалось, мгновенно выпустила электрический заряд, пробежавший через все ее существо.

Люси поспешно выхватила руку.

– Садитесь, пожалуйста, – сказала она и указала на стул в дальнем конце стола.

– После вас, – проговорил он, выдвигая для нее стул.

Люси стало не по себе. Все другие кредиторы, не обращая никакого внимания на то, что она женщина, сразу же накидывались на нее со своими претензиями. И Люси понимала их. Но этот мужчина, такой невозмутимый, уверенный в себе и… необыкновенно сексуальный, одновременно пугал и привлекал ее.

Искрящиеся темные глаза тлели подобно углям на его лице, имеющем слишком резкие черты, чтобы считаться традиционно красивым. Осанка, внешность и ровный загар навевали на мысль о супербогатстве. Люси нахмурилась. Так кто же он? Турок? Армянин? Испанец? Она не могла понять, что у него за акцент.

На вид ему, пожалуй, около тридцати пяти лет.

Темноволосый, темнокожий, темноглазый, с полными и чувственными губами – и в очень дорогой одежде, как разглядела теперь Люси. Джинсы могут быть дешевыми или от известного дизайнера, но его были лучшими, как и простой черный плащ, который сидел на нем безукоризненно.

Он поменял позу, ему было явно неудобно на узком стуле. Люси опустила глаза, поняв, что слишком внимательно разглядывает лицо незнакомца. Ее взгляд переместился на его руки. Они были чрезвычайно мощными, но Люси и в голову не приходило, что он зарабатывает ими на жизнь… Стоп, твердо приказала себе Люси. Ведь это всего лишь очередной расстроенный кредитор. Она должна разъяснить ему свое положение.

– Итак, мистер…

– Кэл. Зовите меня просто Кэл, – прервал он и его черные, как смоль, брови, взметнулись вверх.

Похож на татарина, подумала она. Уж не прибыл ли он из степей России? Дрожь пробежала по ее телу, когда она вообразила, как его мощные бедра ловко охватывают бока дикого жеребца… или женщины…

Люси почувствовала, что краснеет, как будто он прочитал ее мысли, и быстро пришла в себя.

– Я намереваюсь заплатить каждому кредитору сполна. Все, что я задолжала вам, будет возмещено, – подчеркнула она и, заметив, что в темных глазах собеседника появилось странное выражение, добавила:

– Вы находите это забавным?

– Вовсе нет, – пробормотал он, жестом приглашая ее продолжать.

Ах, какие аристократические манеры! – язвительно подумала Люси. Было в нем что-то такое… подчеркнуто мужское, что заставило каждую клеточку ее тела взбунтоваться.

– Так вы, наверное, архитектор? – предположила она.

– Я слышал, что ваши грандиозные планы отреставрировать Вестбери-Холл провалились, произнес мужчина.

Люси нравился его голос, и она ничего не могла с этим поделать. Он был таким необычным, таким экзотическим… Черт! Это же просто смешно!

Ей следует держать свои чувства под контролем.

– Мне очень жаль, что пришлось отменить все контракты, – прямо сказала Люси и, подтянув к себе дипломат, начала шарить внутри. – Ваш договор должен быть где-то здесь… Вы должны посмотреть его, – сказала она, предлагая ему документ. – В нем объясняется, как я буду проводить выплаты за услуги, которые уже предоставлены.

Вы можете взять эту копию себе.

– Я изучу его позже, – сказал мужчина, аккуратно складывая документ.

Люси наблюдала, как он приподнимается, чтобы убрать бумаги в задний карман джинсов, – и не могла отвести взгляд.

– Мне действительно жаль, – пробормотала она, сопровождая свои слова беспомощным жестом, но это все, что я пока могу предложить вам.

Он пожал плечами и снова сел.

– Вот и все, – повторила Люси, увидев, что гость не собирается уходить. Он ожидает чего-то еще?

Сердце девушки странно затрепетало в груди. Вы, должно быть, приехали издалека? – спросила она голосом, прозвучавшим чуть выше обычного. Вы долго находились в пути?

– Полдня.

– Полдня! Я могу предложить вам вина или еще что-нибудь?

Он пожал широченными плечами.

– Сейчас время ленча.

– Конечно. Вы хотите перекусить? Можно пойти в кафе и съесть по сэндвичу.

– Кафе закрыто на ремонт.

Проклятье! Она забыла об этом. Он весьма наблюдателен.

– Я голоден, – признался Кэл, откинувшись на стуле и глядя ей прямо в глаза.

И тут Люси, совершенно неожиданно для себя самой, предложила:

– Почему бы вам не пойти ко мне домой? Я приготовлю сэндвичи.

Кэл сразу же встал и обошел вокруг стола, чтобы помочь подняться Люси.

Нет, она определенно спятила – в этом нет никакого сомнения!

Мужчина последовал за ней в кухню сельского коттеджа, пригибаясь, чтобы не удариться головой о балки невысокого потолка.

– Фермер, должно быть, был намного ниже вас, сказала Люси, стараясь держаться независимо, несмотря на дрожь в спине, возникшую от осознания его присутствия.

– Наверное.

Люси чувствовала, что он неотрывно наблюдает, как она изучает содержимое холодильника.

– Сыр? Маринованные огурчики?

– Все, что у вас есть, – любезно произнес экзотический, слегка хрипловатый голос.

– Пиво? Кофе?

– Кофе было бы великолепно. Или вода.

Да. Конечно, вода. Для начала мая стоит слишком жаркая погода.

– Не хотите ли присесть? – предложила Люси, чувствуя себя крайне неловко.

– Благодарю, – сказал гость, придвигая стул к кухонному столу.

Внезапно Люси будто током ударило. Она пригласила в свой дом совершенно незнакомого мужчину! Что за безрассудный, абсолютно несвойственный ей поступок! Но не каждый же день ее мечты рассыпаются в прах, подумала Люси, ища себе оправдание.

– А разве вы не хотите что-нибудь поесть или выпить? – спросил он.

– Я не голодна, – ответила Люси, вручая ему тарелку. – Послушайте. Я не хочу показаться грубой, – она нервно провела рукой по лбу, – но все же… какую компанию вы представляете?

Сложив руки на мощной груди, Кэл тепло посмотрел на нее.

– Вы всегда приглашаете к себе домой незнакомых мужчин?

– Вы не ответили на мой вопрос.

– А вы на мой.

– Не многих… то есть ни одного до сих пор.

Почему я оправдываюсь перед ним? – подумала Люси, закусив губу.

– Это небезопасно.

– Могу заверить вас, что это не войдет у меня в привычку. Но… сегодня особый случай.

Кэл пропустил ее слова мимо ушей.

– Вы хотите знать, какую компанию я представляю? – спросил он, отодвигая тарелку.

– Да, хочу – Я представляю самого себя.

– Понимаю…

– Я не уверен в этом.

Атмосфера стала накаляться.

– Я сделаю кофе, – предложила Люси дрогнувшим голосом.

– Не беспокойтесь. Холодная вода сгодится.

– Но мне потребуется всего минута. Сахар?

Сливки?

– Ни того, ни другого.

Она передала ему кружку, и, когда их пальцы соприкоснулись, Люси задохнулась. Как будто молния прошла сквозь всю ее руку.

– Вы обожглись? – спросил Кэл с беспокойством.

– Нет, все хорошо.

– Сядьте, – произнес он, выдвигая для нее стул.

Стол был узким, а ноги мужчины – длинными, они почти касались ее ног. Люси постаралась усесться поудобнее, как вдруг Кэл, сделав неуловимое движение, вплотную приблизился к ней.

От неожиданности у Люси перехватило дыхание. Она уставилась на Кэла широко распахнутыми глазами, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Контакт между ними был таким интимным, таким соблазнительным. Люси поняла, что пропала.

– Вы все еще чувствуете себя в безопасности? – поинтересовался он.

Люси сглотнула.

– Да, – солгала она, зная, что Кэл может овладеть ею в любой момент. Но он не сделает этого.

Если, конечно, она сама не захочет…

Выражение лица у мужчины было непроницаемым. Он ожидает чего-то – но чего? Предполагается, что первый ход должна сделать она? Несомненно одно – этот мужчина искушает ее. Привлекательный до невозможности, он каким-то непонятным образом показал ей, что знает, как доставить женщине настоящее удовольствие. Это было написано в его глазах. С ним она могла хотя бы на время забыть обо всех своих горестях и разочарованиях. А ведь это именно то, в чем она сейчас так нуждалась.

Заняться любовью с совершенно незнакомым человеком? Это показалось ей вдруг до нелепости привлекательным, хотя раньше Люси полагала, что секс допустим только с тем, кого хорошо знаешь и кому можно довериться.

Но в этот миг вся она была во власти желания. Разум уже не управлял ею, чувства взяли верх. Одного движения уголка его рта было достаточно, чтобы она захотела ощутить вкус поцелуя на своих губах.

Взяв Люси за запястья, Кэл поднял ее со стула, и она оказалась прямо перед ним. Люси задрожала. Когда он притянул ее еще ближе, она прижалась к нему так, что почувствовала его всего, все его разгоряченное тело. Было слишком поздно сожалеть о том, что рядом с мужчиной по имени Кэл у нее полностью пропала сила воли.

Никто из ее знакомых не обладал такой атлетически сложенной фигурой. В нем чувствовалась необыкновенная сила, от него исходил божественный аромат. Через мгновение он раздвинул ее губы языком, и Люси ощутила биение его сердца, а ее собственное сердце забилось с ним в унисон.

Совершенно новое ощущение, о котором она никогда и не подозревала, захлестнуло Люси.

Без всякого предупреждения он поднял девушку и, усадив на край стола, осторожно положил ее на спину. Поднял легкую юбку, обнажил ее нижнее белье, одновременно расстегивая молнию на своих джинсах… Люси почувствовала, как он нежно входит в нее.

Такого наслаждения от близости с мужчиной Люси еще не знала. Танец любви уносил ее все дальше и дальше из реального мира, пока, наконец, разум не отключился окончательно.

Опьянев от блаженства, она вскрикнула, и Кэл замер.

– Нет! – взмолилась Люси, поняв, что он принял ее крик за нежелание продолжать. – Не останавливайся… – И она засмеялась – тихо, счастливо, с благодарностью.

Он умело привел ее туда, где ей так хотелось быть. Она ощутила такое облегчение, что все беды и невзгоды отошли куда-то далеко-далеко, на задний план.

– С тобой все в порядке? – выдохнул он.

Люси смущенно спрятала голову на его груди, чтобы он не смог видеть ее лица. Теперь, когда это закончилось, она не могла поверить в то, что они только что сделали.

Взяв Люси за подбородок, он поднял ее голову, и она посмотрела ему прямо в лицо. Его глаза были не черные, а темно-карие, с крапинками цвета меди вокруг зрачков. Удивительные глаза.

– Все прекрасно, – сказала Люси, с трудом сглотнув.

– Не отводи глаз, – настаивал Кэл, зорко всматриваясь в нее. – Как насчет кровати? У тебя же она есть?

– Да, конечно, – буркнула Люси, поправляя одежду. – Ты, наверное, утомлен.

– До этого еще далеко, – заверил ее Кэл, приподняв уголок рта, едва наметив улыбку. – Я только начал.

Он снова притянул ее к себе, чтобы она почувствовала твердость его плоти. Люси почувствовала новую вспышку желания.

Взяв его за руку, она пошла из кухни, но заколебалась перед дверью спальни.

– Только скажи, чтобы я ушел, – пробормотал Кэл, – и я тут же уйду.

– Нет! – воскликнула Люси. – Я не хочу этого.

– Тогда, раз ты уверена… – сказал он, воспламеняя ее своей неотразимой улыбкой.

– Я уверена, – прошептала она, поднимая лицо для поцелуя.

Проснувшись, Люси удовлетворенно улыбнулась, но потом, очнувшись окончательно, поняла, что его рядом нет. Люси осмотрелась вокруг. А чего, черт возьми, она ожидала? Всего одна ночь даже такая незабываемая, как эта, – не способна дать шанс для серьезных отношений.

Натянув на себя простыни, она зарылась головой в подушку, сознавая, что каждая клеточка ее тела все еще пульсирует от воспоминания о самом идеальном возлюбленном. Никогда такое больше не повторится, никто другой не сможет доставить ей подобное удовольствие, никто не будет таким нежным, как Кэл.

Люси проглотила комок в горле. Она знала, что винить, кроме себя, ей некого. Он не принуждал ее ни к чему. Она сама совершенно осознанно пошла на это, создав себе еще одну проблему, которую нужно теперь как-то решать.

Встав, Люси направилась в ванную. Горячий душ уменьшит боль, а дальше – будет видно.

На туалетном столике в стеклянной вазе стояли цветы. Должно быть, Кэл срезал их утром в ее саду, прежде чем уехать: пышные розы, ярко-розовые, с легким и нежным ароматом, ее любимый сорт – лохинвар.

Касаясь влажных от росы лепестков кончиками пальцев, она почувствовала, как приятная дрожь охватывает все ее тело.

ГЛАВА ВТОРАЯ

От разорения к триумфу? Не совсем так, думала Люси, лениво развалясь в шикарном кресле.

Но она действительно преуспела. После победы в конкурсе проектов по дизайну интерьера ее жизнь изменилась к лучшему. Она выплатила все долги кредиторам и начала заново создавать свой бизнес.

Приятно сознавать, что прилежная работа и целеустремленность в деле иногда хорошо оплачиваются, размышляла она, с улыбкой глядя на людей, летевших вместе с ней. Несколько пассажиров улыбнулись ей в ответ и подняли свои бокалы.

Обычно она боялась перелетов и путешествовала наземными видами транспорта, но отказаться лететь первым классом компании «Эйр-Абадан» было невозможно. Ей ни разу не дали почувствовать себя не в своей тарелке, начиная с того момента, как улыбающийся стюард приветствовал ее на борту самолета.

А теперь они уже идут на посадку. Люси с трудом верилось, что в королевстве Абадан, расположенном на краю пустыни, двадцать пять градусов тепла.

Абадан. Одного только названия страны было достаточно, чтобы зажечь воображение Люси.

Первым призом на конкурсе был очень выгодный контракт по реставрации и оформлению зала для приемов в Золотом дворце Абадана. Она вложила в этот проект весь свой талант, зная, что такой шанс может выпасть лишь раз в жизни. Условия были четкими и конкретными. Необходимо провести невероятные по объему реставрационные работы, прежде чем начнется последующая отделка зала. К счастью, работа по восстановлению золотой филиграни, которая дала дворцу его название, оказалась тем типом вызова, который был так мил ее сердцу.

Продажа Вестбери-Холла позволила Люси расплатиться с долгами и отложить кое-что на будущее. Несколько воодушевившись этим, она вся сконцентрировалась на том, что знала лучше всего, а именно на дизайне интерьера.

Люси вспомнила церемонию награждения в шикарной лондонской гостинице, посла Абадана, объявляющего, что она победила, потому что провела огромную работу для своего клиента и раскопала такие факты, о которых не подозревало даже правящее семейство.

Единственное, что Люси не исследовала во всех деталях, было это самое правящее семейство. Шейх и его сын оставались темными фигурами. По соображениям безопасности, предположила девушка. Однако она не ожидала встреч с ними, а посему излишне не интересовалась тем, чего ей знать не следует.

Требования к проекту были весьма определенными, переписка шла с помощью электронной почты. И все, что бы Люси ни предлагала, было встречено на ура. Она не ожидала никаких трудностей.

– Все прекрасно, милый мой, – напевала Люси, проверяя ремни безопасности на дорожной колыбельке, когда самолет пошел на посадку. – Каким же будет твой первый день рождения в Абадане?

Не каждому счастливчику удается пожить во дворце, думала Люси, с любопытством осматривая все вокруг. Представительница шейха, безукоризненно одетая женщина средних лет, объяснила почти извиняющимся тоном, что ей отвели апартаменты в одной из старых частей дворца.

– О, это замечательно, – ответила Люси, едва способная поверить в происходящее. Апартаменты казались ей шикарными.

Женщина вздохнула с облегчением.

– И Лейла будет заботиться о вашем сыне, добавила она, поворачиваясь, чтобы представить молодую девушку, стоящую за ее спиной.

Лейла была одета в обычную униформу медсестры американского Красного Креста. Светло-коричневые хлопчатобумажные брюки и белая рубашка поло со значком, вышитым на нагрудном кармане. Значок обозначал, что медсестра обладает самым высоким профессионализмом в своей области. Сначала Люси хотела оставить Эдварда дома с бабушкой, но из-за вспыхнувшей эпидемии гриппа пришлось поменять планы. Должностные лица из дворца, с которыми она общалась, заверили ее в том, что об Эдварде хорошо позаботятся в Абадане.

Перспектива пропустить первый день рождения сына была ужасной, но судьба чудесным образом распорядилась этим.

– Какое у вас первое впечатление об Абадане? – спросила Лейла, привлекая ее внимание.

– Фантастическое, – призналась Люси, и лицо ее оживилось. – Пейзаж, который я наблюдала по дороге от аэропорта до дворца, меня ошеломил. А когда солнце опустилось, я увидела верблюдов, идущих караваном по вершинам дюн, – чернильно-черные силуэты на фоне великолепного ярко-красного неба.

– Вам здесь очень понравится, – засмеялась Лейла. – Можно, я возьму его? – Она улыбнулась Эдварду.

Видя радостную реакцию малыша, Люси согласилась.

– Конечно. Кажется, вы с ним уже подружились, Лейла.

Бродя ранним утром по отведенным ей просторным комнатам босиком, в пижаме и с Эдвардом на руках, Люси чувствовала себя счастливой, несмотря на беспокойную ночь.

Малыш издавал радостные звуки и показывал на все ручонкой, когда они вместе осматривали богатый интерьер.

Смахивая волосы с лица, Люси громко рассмеялась. Убеждение, что пребывание в Абадане явится новой вехой в жизни обоих, росло в ней с каждой минутой. Она выбрала правильный путь, и теперь надо постучать по дереву – все идет хорошо.

Люси не спала половину ночи, меряя шагами комнату и прокручивая в памяти последние события. Но она была не единственной, кто бодрствовал во дворце. В какой-то момент ее потянуло к окну, выходящему во внутренний двор, но ей удалось разглядеть только тень, исчезающую в одной из сводчатых дверей, находящихся напротив ее комнат.

Она и сейчас посмотрела из окна на тот сводчатый проход и, подумав о промелькнувшей тени, вздрогнула.

Лепет Эдварда прекратился, и он уставился на мать.

– Все в порядке, дорогой мой, – пропела Люси, привлекая внимание сынишки к высоченным вазам, чтобы развлечь его.

Люси заверила себя, что тень, несомненно, принадлежала одному из служащих, который оставил свою постель раньше остальных… Свою ли постель? Мгновение она раздумывала об этом.

Тень была длинной и наверняка принадлежала мужчине – крупному мужчине…

– Мисс Бенсон?

Люси повернулась и улыбнулась Лейле, которая быстро шла к ней по покрытому мраморными плитами полу. Женщины весело заговорили о том, как Эдвард проведет этот день. Люси планировала, что, когда вернется с совещания, они с Лейлой примутся за подготовку к завтрашнему дню рождения Эдварда.

– Не волнуйтесь, – сказала Лейла, – я начну все улаживать, когда вы пойдете на совещание.

Они замолчали, поскольку Эдвард потребовал внимания.

– Ему нужно подышать свежим воздухом, предположила Люси. – Постарайся, чтобы он поиграл в саду, пока прохладно.

– Я так и сделаю, – пообещала Лейла.

Люси была уже на пороге, когда Лейла позвала ее обратно.

– Подойдите сюда и посмотрите в окно, только быстро.

– Что там? – спросила Люси, подходя к ним и удивляясь тому, что Эдвард затих и тоже внимательно смотрит в окно.

Следуя за взглядом Эдварда, Люси взглянула вниз, во внутренний двор, на группу быстро шагающих мужчин в развевающихся одеждах. От волнения у нее по коже побежали мурашки. Было что-что величественное в том, как они держались, что-то романтичное. Мужчины выглядели просто великолепно. На их головах были надеты национальные головные уборы – гутра, похожие на шарфы и удерживаемые на голове с помощью специальной полосы – огала, черного и золотого цветов. Особенно ее поразил мужчина, возглавляющий группу. Он явно был их лидером. Рядом с ним семенил невысокий человечек, едва доходивший ему до плеча. Коротышка пытался не отставать от лидера, когда тот изрекал свои высказывания в маленький черный диктофон.

– Самый высокий мужчина – это принц Калил бен Сайд аль-Шариф – сын правящего шейха, объяснила Лейла. – Теперь он фактически управляет Абаданом. Его отец все больше и больше удаляется от общественной жизни. Очевидно, шейх Калил очень скоро возьмет на себя полную ответственность за управлением страной.

– Что еще мне следует знать? – пробормотала Люси, когда мужчины исчезли в сводчатом проходе.

– Говорят, что Абадан достойно войдет в двадцать первое столетие благодаря шейху Калилу, доверительно повествовала Лейла. – Он чрезвычайно успешно ведет международные дела. И он великолепен…

– Мне лучше подготовиться к совещанию, перебила ее Люси. Как бы ни был интересен рассказ Лейлы, она знала, что не может позволить себе быть вовлеченной в дворцовые сплетни.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Одетая в красивую удобную тунику с длинными рукавами и широкие брюки из ткани цвета сливок, Люси была уверена, что вполне готова к совещанию. Ее явно балуют, подумала она, когда молодой, одетый в европейскую одежду мужчина, сопровождающий ее, взял у нее портфель. Лучше не привыкать к этому, размышляла Люси, следуя за ним по гулкому коридору.

Все затихли, когда она вошла в зал, затем собравшиеся разом поднялись со своих мест. Высоко подняв голову, Люси прошествовала к столу в форме ромба, вокруг которого стояли люди в свободных аравийских одеждах – стояли, ожидая ее…

У Люси пересохло в горле. Ее оптимизм оказался преждевременным. Уверенность в себе начала испаряться, когда она поняла всю важность проекта, осознала действительные размеры и богатство дворца.

Сопровождающий ее мужчина положил портфель на стол и выдвинул для нее стул. С уверенным выражением знающего свое дело профессионала она села. Это послужило сигналом к тому, чтобы остальные тоже сели. Пожилой человек, сидящий слева от нее, наклонился к ней и тихо пробормотал:

– Его Высочество приносит свои извинения.

Он присоединится к нам, как только сможет. Не будете ли вы любезны дать краткий обзор вашего проекта?

Люси наклонила голову в вежливом согласии.

Она едва успела закончить формальное представление проекта, как двойные двери внезапно разошлись. Все сидевшие за столом сразу же встали и повернулись в направлении входа. Люси занервничала. Это же смешно, сказала себе она, делая несколько глубоких, успокаивающих вдохов.

Она не чувствовала ничего подобного с тех пор, как…

– Его Высочество. – Невидимый придворный по-английски объявил о прибытии шейха. Несомненно, из уважения к ней, предположила Люси.

Вошедший в зал мужчина, за которым следовали его придворные, поразил ее. Он был слишком молод, чтобы быть правящим шейхом. Должно быть, это его сын, подумала Люси и, вспомнив фигуру, которую видела утром во внутреннем дворе, почувствовала, что ее сердце стремительно забилось. Он обладал невероятной внешностью.

Ей казалось, будто она смотрит фильм, в котором самый лучший голливудский актер исполняет роль аравийского принца.

Ослепительный солнечный свет, струящийся в зал из стеклянных, расположенных над входными дверями окон, не давал ей разглядеть его как следует. Но не надо было видеть этого мужчину, чтобы ощутить ту ауру власти, которая окружала его.

Шейх Калил из Абадана, принц пустыни, воин до мозга костей. Он должен быть тем, кто одновременно внушает и доверие, и страх в равной степени.

Его черные одежды вздымались, пока он шел.

Простой черный гутра, охваченный золотым огалом, закрывал часть лица.

– Мисс Бенсон, – бесстрастно проговорил он, приветственно протягивая ей руку по европейскому обычаю.

Когда их руки соприкоснулись, Люси показалось, что ее ударила молния, которая прошла через каждый сантиметр ее тела.

– Ваше Высочество, – выдавила она из себя, отнимая руку, как будто он прожег ее. Люси стояла, опустив голову, но больше для того, чтобы избежать его резкого, оценивающего взгляда, чем для того, чтобы выразить ему свое уважение.

– Господа, пожалуйста, садитесь. Не хочу сбивать вас с мысли, мисс Бенсон. Прошу вас, продолжайте.

В его голосе звучала какая-то угроза. Ее разум затуманился, а сердце приостановилось. Она шумно вздохнула, затем осознала, что присутствующие начали проявлять к этому интерес, и, собравшись с мыслями, привела свои чувства в порядок.

– Да, да, конечно, – сказала она торопливо.

– Воды для мисс Бенсон, – сказал шейх Калил.

Этого не может быть, с отчаянием сказала себе Люси, с благодарностью принимая стакан воды, которую кто-то подал ей. Мог ли Кэл, которого она знала, иметь близнеца? Двойника в Абадане, о котором он ничего не знает? Люси сделала несколько глотков и заставила себя улыбнуться присутствующим.

Да, спасибо. Я готова продолжить.

Люси поразилась твердости своего голоса. Но мысли ее носились взад и вперед, как маятник.

Неужели шейх Калил и Кэл – это один человек? В своем сердце Люси уже знала ответ. Мужчина, сидящий в нескольких дюймах от нее, спокойно расправляющий складки на своей одежде, и есть отец Эдварда!

Внезапно Люси стало не по себе. Что сделает такой могущественный человек, как шейх Калил, когда обнаружит, что у него есть сын? Что теперь будет с Эдвардом?

– Мисс Бенсон? Мы вас слушаем.

Тон шейха был спокойным, и это нервировало ее. Он тоже ее узнал, она была уверена в этом.

Сколько времени у нее есть, прежде чем кто-то скажет ему, что она приехала не одна… что привезла с собой своего сына?

– Да, конечно. Простите меня, господа… Тут так жарко…

Жарко! Кондиционирование во дворце обеспечивало полный комфорт. Ей следовало придумать что-нибудь получше. Но Люси чувствовала, что летит в глубокую черную пропасть. Ее сердце не подчинялось ей, разум был парализован. Так или иначе, но она должна пройти через все это ради Эдварда, если не ради нее себя самой. Как только совещание будет закончено, у нее будет возможность разработать план, как ей исчезнуть из Абадана вместе с сыном.

Конечно, Эдвард должен знать, кто его отец. И она сообщит ему, когда сочтет это нужным… Но как она может конкурировать с принцем? Как она может отрицать такое происхождение своего сына?

Дальнейшее прошло как в тумане. В тех немногих случаях, когда Калил обращался непосредственно к ней, он ограничивался конкретными вопросами по проекту. Но сила его ума встревожила Люси. Она поняла, что при их первой встрече не приняла во внимание его интеллект, и теперь ее опасения все больше росли.

Ничто никогда не проходило вне его контроля.

Внутри у Калила все бушевало. Он поручил заниматься конкурсом и всем, что было с ним связано, одному из своих советников. И сегодняшнее совещание было устроено так, чтобы он лично мог встретить и поздравить победителя. Здесь впервые должна была быть показана его, шейха Калила, реальная причастность к проекту, который привлечет к Абадану внимание во всем мире. Он надеялся, что его наследникам достанется страна, успешно развитая в области туризма и отдыха. Решающим фактором для осуществления этого плана должна была стать известность его страны, которая последует за конкурсом проектов и открытием Золотого дворца для широкой публики.

Но произошло непредвиденное. Калил хотел лучшего дизайнера – и получил Люси Бенсон! Но от нее едва ли можно ожидать, что она осуществит его замыслы в лучшем виде. Двадцать один месяц назад он сказал ей, что его зовут Кэл, и ничего больше.

Да, они наслаждались друг другом. Но это и все.

Он не хотел нарываться на неприятности.

Конкурс, как предполагалось, должен был открыть совершенно нового человека в этом бизнесе, чтобы начать рекламную кампанию с использования фотографий победителя, представленных во всем мире, и привлечь как можно больше внимания к Абадану. Но когда Калил все это затевал, он думал о привлечении лучших дизайнеров, а не женщин с сомнительной моралью – хотя, раз уж речь зашла о сексе, то здесь Люси Бенсон действительно была лучшей. Буквально через несколько минут после их знакомства Калил овладел ею на столе ее же кухни. Между ними возникло такое мощное желание, что даже он не смог противиться искушению. Она заставила его потерять контроль до такой степени, что он занимался с ней любовью, как алчущее животное, без мысли о последствиях!

Ему не за что упрекнуть себя, отметил Калил, вспоминая события двухлетней давности. Они оба были взрослыми людьми. И он постарался сделать разрыв между ними безболезненным, уехав прежде, чем она проснулась – никаких сожалений, никаких взаимных обвинений.

В Калиле закипел гнев. И в таком состоянии ему пришлось председательствовать на совещании. Его мысли упрямо возвращались к Люси.

Бенсон. Что же привело ее в Абадан? Совпадение или хитрый умысел? Он волею судеб оказался рядом с нею, когда ее мечты были разрушены. Каждая деталь того дня, наверное, запечатлена в ее памяти. Сумела ли она выяснить после их краткой и страстной встречи, кем он является на самом деле?

История доказала, какими хитрыми могут быть женщины, когда ставкой являются королевство и богатство. Теперь он должен быть начеку и ждать, какую же неожиданность она может преподнести ему.

Люси была довольна тем, как закончилось совещание. Все присутствующие одобрили ее проект. Когда зал опустел, она наклонилась над столом, чтобы собрать рисунки и образцы. Наконец остались только Калил и ее сопровождающий.

– Вы можете идти, – произнес Калил, поворачиваясь к молодому помощнику. – Я сам помогу мисс Бенсон.

Люси хотела возразить, ее помощник был уже далеко.

– Все в порядке, я справлюсь сама, – сказала она спокойно, поднимаясь со стула.

Калил, стоящий рядом с ней, принял угрожающий вид.

– Я желаю говорить с вами.

Его голос был тихим и низким, но вместе с тем властным и пугающим. Люси подумала, что здесь, в Абадане, желание Калила – закон.

– Конечно, – ответила она.

– Мы вместе позавтракаем… – это прозвучало так, как будто ей велели войти в клетку с тигром, в городе.

Люси почувствовала некоторое облегчение.

Подальше от дворца, подальше от Эдварда.

– Хорошо, – согласилась она, смело встречая взгляд Калила. В голове пронесся вихрь мыслей, но доминировала всего одна – нужно как можно дальше держать Калила от Эдварда, пока она благополучно не увезет мальчика из Абадана.

Люси решила, что если она за завтраком ограничит их беседу обсуждением проекта, то сможет избежать неприятностей и выиграть некоторое время. Золотой дворец очень обширен, и маловероятно, что их дорожки когда-либо пересекутся снова.

– Я только отнесу вещи в свою комнату.

– Оставьте все здесь. Их отнесут в ваши апартаменты. Я полагаю, это вас удовлетворит? – спросил он.

– Вполне, – сказала Люси. – Мне переодеться к завтраку? – спросила она, ища повод повидаться с Эдвардом.

– Вы совершенны, как вы есть.

Слова вырвались у него прежде, чем он смог остановить себя. Но это, к сожалению, было правдой; как женщина и любовница Люси Бенсон была идеальна.

Возможно, эта неожиданная встреча станет не такой уж и неприятной. Его губы начали изгибаться в сардонической улыбке. Фотографии, которые были сделаны на совещании, распространятся по всему миру, и по ним никто даже приблизительно не сможет определить давнишнюю причастность друг к другу автора проекта и принца.

Жизнь двигалась таинственными кругами – но Люси была здесь; и он может опять использовать ее.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Ресторан, расположенный двумястами метрами выше Абаданского залива, был исключителен: явно очень дорогой и изысканный.

Кабинки, отделенные друг от друга высокими стенками и обставленные бархатными креслами темно-малинового цвета, создавали ощущение уединенности, которую по некоторым причинам Люси нашла опасной. За столами сидели мужчины в национальных одеждах и молодые красивые женщины, одетые по самой последней моде; обилие их уникальных драгоценностей поражало воображение.

– Что это за место? – спросила она. – Я думала, что у нас официальный завтрак.

– Укромное, – решительно сказал Калил.

Метрдотель проводил их к одному из лучших столиков с видом на залив.

Это не официальный завтрак, а выяснение отношений, сердито подумала Люси. Калил все помнит об их первой встрече и, вероятно, хочет расставить точки над «i», прежде чем они вернутся во дворец.

Сидящие в зале сразу же обратили на них внимание. Приподняв подбородок немного выше обычного, Люси слабо улыбнулась и постаралась придать своему лицу выражение самоуверенности.

Вежливо поблагодарив, Люси села в кресло, которое метрдотель выдвинул для нее, и огляделась. У всех дверей стояли телохранители, одетые в европейскую одежду. Под их пиджаками угадывалось оружие. Дрожь пробежала по телу Люси, когда она осознала, что ее бегство может быть воспринято как измена. Увезти сына наследника трона Абадана из страны, не рассказав об этом его отцу и не получив его одобрения, было бы с ее стороны безумием – но какая у нее альтернатива?

Потерять сына?

Шейх Калил бен Сайд аль-Шариф – отец Эдварда! Живот Люси сжался от дурного предчувствия, когда она украдкой бросила взгляд на мужчину, сидящего напротив.

Калил производил впечатление властного человека. Настоящий принц, принц-воин – поправила она, ловя почтительные взгляды, которые он привлекал. Здесь все почитали его. Гул голосов вокруг них снизился на пару тонов. И даже официанты, казалось, ставили фарфоровую посуду и: бокалы аккуратно, чтобы произвести как можно меньше шума.

Люси слегка покачала головой, когда подошел метрдотель, чтобы обсудить меню. Теперь казалось почти невозможным, что шейх Калил был тем самым мужчиной, которому она сама так нетерпеливо отдалась, надеясь на краткое забвение, принесшее ей тогда несказанное облегчение…

Должно быть, она была безумна! Она и сейчас безумна, если действительно надеется скрыть, что родила от него ребенка.

Люси посмотрела на молодых женщин, находящихся в зале. Большинство из них счастливо улыбались своим богатым и могущественным спутникам, многие смеялись – но такая жизнь не для нее. Она такая, какая есть, и ей необходимо учитывать возможные последствия.

Люси почти не принимала участия в обсуждении меню. Если шейх Калил хочет что-то заказать для нее, пусть заказывает.

– Итак, Люси, – легко начал он, – это – приятная неожиданность.

Нет, неприятная, думала Люси, читая по его глазам.

А он продолжал:

– Прошло много времени. Почти два года; многое могло произойти.

– Немного расслабившись, Люси рассказала ему о своей работе, но умолчала про личную жизнь.

Она не хотела замечать вспышки желания в его темных глазах, которые говорили ей, что шейх Калил помнит каждый момент их первой встречи и побуждает ее сделать то же самое.

Как будто она могла забыть, думала Люси, довольная тем, что постоянная перемена блюд заполняла промежутки в их беседе.

– Не хочешь ли пудинг или кофе? – спросил он, когда наконец унесли последние блюда.

– Нет, спасибо, – ответила Люси, сворачивая салфетку. Она стремилась поскорее попасть во дворец – к Эдварду – и разработать план, как благополучно добраться домой прежде, чем шейх Калил узнает правду о ее сыне.

– Я отвезу тебя во дворец.

Калил встал, и немедленно из ниоткуда возникла его свита и окружила их. Когда он жестом отпустил их, сердце Люси предупреждающе екнуло.

Шейх ошеломляюще привлекателен, признала она, поднимаясь из-за стола. Самым легким выходом было бы снова лечь с ним в постель и заняться любовью. Сама мысль о том, что она единственная женщина, которая сможет приручить принца-воина и растопить его ледяное сердце, казалась ей непреодолимым вызовом. Однако, как бы много меток о побежденных им женщинах не оставил он на столбике своей аравийской кровати, у нее не было никакого намерения добавить еще одну.

– Спасибо. Я сразу же приступлю к работе, как только мы вернемся, – солгала она, размышляя об Эдварде.

Неужели Люси Бенсон действительно воображает, будто может одурачить его? – думал Калил, когда шел впереди нее из ресторана. Следовало признать, что ее чопорность была чем-то новым, но он очень скоро собьет с нее спесь.

В дверях один из телохранителей вручил ему ключи от автомобиля. Калил спешил вернуться во дворец. Люси Бенсон имела смелость избегать его вопросов, и он хотел знать – почему. Факт, что он все еще желает Люси, но она пробудила в нем подозрения. Было в ней что-то такое, чего Калил никак не мог понять. Люси гораздо лучше владела собой и держалась значительно уверенней, чем он запомнил. У нее есть мужчина? Удар ревности застиг его врасплох, он не мог припомнить, чтобы такое случалось с ним раньше.

Подарив ему грациозный поклон, Люси забралась в салон, и Калил завел двигатель изготовленного по индивидуальному заказу «мазерати». Здесь, в своей собственной стране. Калил не подчинялся ничему и никому. Но сегодня это касалось Люси, и он все-таки использовал общепринятые знаки внимания. Она была испугана – за себя и больше всего за Эдварда, – но не забывала, что любое проявление слабости в конечном счете только повредит ей и ее ребенку. Она должна быть крайне осторожной до тех пор, пока не представится возможность убежать.

Однако шейх Калил был не простым противником. Это единственный мужчина в мире, которого желала бы любая женщина в здравом уме. И Люси не была исключением.

Сексуальное напряжение между ними просто невероятное, подумал Калил, сидя рядом с ней в дорогом спортивном автомобиле. Воздух в машине потрескивал от повышенного напряжения, которое так или иначе должно найти выход. Возможно, он прикажет принести пудинг в свои апартаменты, возможно, будет кормить ее с рук, а затем отнесет в спальню. Даже наиболее капризная из его скаковых лошадей научилась доверять ему, и Люси Бенсон непременно покорится шейху Абадана.

Своенравной гордячке Люси повезло; несмотря на ее дерзкое поведение в ресторане, он предоставит ей остальную часть дня – к тому времени, подобно лучшему из его аравийских коней, она будет умолять его о хорошей разминке.

Когда они прибыли во дворец, член совета Калила ожидал его у парадного входа.

– Мы встретимся позже, – сказал Калил Люси После того, как перекинулся парой фраз с ожидающим, – и закончим наш завтрак и разговор.

Сердце Люси пропустило удар.

– Когда точнее? – спросила она, чтобы успеть подготовиться.

– Через час, – пояснил Калил. – Тебя проведут к моим комнатам, а мой повар приготовит для нас восхитительный десерт.

Было облегчением узнать, что он не придет за ней сам. Но все это напоминает песок в песочных часах, сыплющийся слишком быстро, думала Люси.

Любой может рассказать Калилу, что она привезла с собой сына. Остается только надеяться, что у него на уме более важные вещи, чем дворцовые сплетни.

Эдвард спал, когда она вернулась.

– Нет, дай ему поспать, – сказала она Лейле. Я думаю, что он еще некоторое время будет ощущать смену часовых поясов.

– Мы хотим, чтобы он был на своем дне рождения завтра бодрым и веселым, – согласилась Лейла, нежно глядя на спящего Эдварда.

– Да, – согласилась Люси, чувствуя комок в горле. – Но мне надо будет уйти, чтобы закончить переговоры с шейхом.

– Не волнуйтесь о нас, – сказала Лейла, вглядываясь в напряженное лицо Люси. – У нас все будет прекрасно. Идите и просто наслаждайтесь тем, что дает вам жизнь.

Если бы это было так, подумала Люси, когда выходила из комнаты.

Нетрудно понять, почему она так легко уступила Калилу, сообразила Люси, наблюдая, как он берет вилкой последний кусочек восхитительного пудинга и подносит к ее рту. Резкие контуры его лица казались гораздо более мягкими в свете горящих свечей.

Несмотря на то, что до вечера было еще далеко, в роскошном павильоне царили сумерки: слуги задернули шелковые занавеси и зажгли множество свечей. Люси казалось, что она в сказке.

Потолок в комнате был обтянут изысканной тканью в рубиново-красных тонах, а окна из цветного стекла, занавешенные изящными шторами, защищали от яркого солнечного света. Калил выбрал хорошее место. Если хоть какая-то форма договора и была возможна между ними, то только в такой идеальной обстановке.

И рано или поздно он должен узнать об Эдварде. Она хотела доверять ему.

Люси наклонилась, чтобы взять кусок пудинга с его вилки. С пудинга капал апельсиновый соус.

Она смущенно засмеялась, потянувшись за салфеткой.

Но прежде чем успела взять салфетку в руку, Калил осторожно стер каплю соуса в углу ее губ кончиком пальца.

– Я был небрежен, дав тебе такой большой кусок, – мягко произнес он. – Удивлен, что ты не сделала мне выговор.

Люси поняла, что ей действительно хотелось шаловливо отчитать шейха Калила из Абадана.

Он безошибочно угадал одну из ее наиболее соблазнительных фантазий. Она тяжело сглотнула, когда он облизал свой покрытый соусом палец.

– Кофе? – пробормотал Калил, удерживая ее взгляд.

В его глазах стоял вопрос – и он не имел никакого отношения к кофе. Люси сделала несколько глубоких вздохов, но это не помогло. Ее сердце не подчинялось ей. Он все еще хочет ее. Они могут просто продолжить с того места, где остановились в прошлый раз…

Безумие! Она не должна думать об этом, рассердилась на себя Люси.

– Кофе, – твердо сказала она.

– Почему ты так застенчива? – спросил Калил, поворачиваясь к ней после того, как проинструктировал слуг и затем отпустил их. – Или в твоей жизни есть кто-то еще?

– Никого нет, – призналась Люси.

– Никого? – повторил Калил, поднимая одну бровь цвета черного дерева. – Тогда почему ты так упорно отказываешься рассказать мне хоть что-то из своей личной жизни?

У Люси побелели костяшки пальцев, когда она изо всех сил сжала руки в кулаки.

– Я должна уехать.

– Ты хочешь вернуться домой?

Калил взял ее руку, и Люси почувствовала, что ослабла, такими нежными и дразнящими были его прикосновения. Он медленно, осторожно возбуждал в ней желание. Взгляд его был мягким и ласкающим. И Люси не выдержала этой пытки, она растаяла, мечтая о близости с ним, чтобы еще раз забыть все на свете…

Забыть! Она не может ничего забыть, поняла Люси. Это был вопрос будущего Эдварда, его безопасности, его счастья. Он был самым дорогим ее сокровищем.

– Я должна идти, – сказала она, опуская веки, чтобы не видеть желания в его глазах.

– Я не буду останавливать тебя, – произнес Калил, зная, что она хочет остаться. Как ни странно, он тоже хотел этого. Калил едва не рассмеялся вслух. Сильный духом мужчина Абадана вдруг обнаружил, что у него тоже есть сердце? Но на эту опасную территорию Калил никогда и никого не впускал. – Ты можешь идти. Я провожу тебя.

– Нет! – Испуганное восклицание сорвалось с ее губ прежде, чем она сообразила, что должна держать себя в руках.

– Нет? – холодно переспросил Калил.

В его глазах появилась тревога, он стал обдумывать, чем она так напугана. Люси заметила это.

– Калил, пожалуйста! Мне бы хотелось проверить свои разработки еще раз. Есть детали, которые я должна продумать перед нашим следующим совещанием, – в отчаянии импровизировала Люси.

– Работа может подождать, – успокоил ее Калил. – Я сам назначил дату следующего совещания и поэтому могу изменить ее. Если тебе нужно больше времени, ты должна только уведомить меня.

Люси вздохнула. Он все равно узнает об Эдварде. Лучше она сама скажет ему, чем кто-нибудь другой.

– Мне нужно уйти, – объяснила Люси, едва слыша свой охрипший голос, – потому что я здесь не одна…

– Не одна? – резко перебил он. – Что ты имеешь в виду?

– Я привезла с собой своего ребенка, – сказала Люси и, собравшись с духом, добавила:

– Своего сына.