# Тайна проклятого герцога. Книга вторая. Герцогиня оттон Грэйд

Елена Звездная

Одно из самых внушительных состояний в империи, преданность духов, что подчиняются лишь сильнейшим, черная магия и отвратительный, лишенный даже намека на справедливость жестокий нрав – истинная и в целом неприглядная правда о моем супруге. Думала ли я, что все может стать еще сложнее? Мне стоило учесть наличие могущественных врагов. Но выбор сделан и наступили странные времена, когда наставники становятся врагами и более не ведаешь, кому доверять, когда раскрываются подробности изощренного заговора и жизнь висит на волоске, а вместе со страхом и отчаянием в сердце врывается любовь, чтобы навсегда изменить мою жизнь, жизнь той, что отныне носит титул герцогини оттон Грэйд.

© Звездная Е., 2016

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2016

* * *

Порт-Артур показался не на закате, как я ожидала, а в момент, когда Тороп разливал нам за завтраком чай. Вначале это было облачко на горизонте, после стало ясно, что перед нами скалистый южный остров.

Лорд оттон Грэйд, накануне проспавший почти весь день до вечера, пока я читала книгу, расположившись на палубе, а после пропадавший неизвестно где всю ночь, покончив с традиционным завтраком из трех видов бекона, жареных яиц и бобов, отодвинул тарелку, промокнул губы салфеткой и воззрился на меня.

Под его пристальным взглядом медленно попиваемый мною чай мгновенно утратил свой вкус. Как исчезло и очарование этого утра, в котором впервые за дни плавания в небе появились облака и было достаточно свежо.

– Леди Грэйд, как вы себя чувствуете? – спросил его светлость.

– Хорошо, благодарю вас, – ответила, отводя глаза.

– По прибытии несколько дней вы будете находиться на корабле.

Вспомнила, что у меня осталось еще четыре книги, и поняла – скучать не придется. К тому же чтение отвлекало от мыслей о лицее и матушке Иоланте. Ощущение, что я предала ее, жгло каленым железом. Нет, и разумом и сердцем я понимала, что поступила верно, но все же…

– Ариэлла, – герцог отложил салфетку и взял чашку с чаем, – мне кажется, вы подавлены.

Попыталась улыбнуться и не смогла.

– Все хорошо, – повторила заведомую ложь.

Лорд оттон Грэйд, пристально глядя на меня, сделал несколько глотков чаю, а затем произнес:

– Ариэлла, дорогая, помните, я говорил вам, что погибла всего одна моя невеста?

Неопределенно кивнула, вновь посмотрев на приближающийся остров.

– Знаете, – герцог допил чай, вернул чашку на блюдце, сцепил пальцы и продолжил, – расследование, которое я, естественно, провел после случившегося, вывело меня на служителя храма Пресвятого.

Недоверчиво взглянула на последнего представителя династии оттон Грэйд, он ответил мне злой усмешкой и добавил:

– У меня есть все доказательства того, что девушку отравил священнослужитель. Именно они и позволили мне избежать ареста, на котором так настаивали храмовники, ведь все было устроено так, что убийцей выглядел я. Полагаю теперь, в свете информации, что я вам сообщил, вы прекратите терзаться напрасными сомнениями.

Вероятно, мой вид выражал абсолютное неверие в сказанное герцогом, потому что он нахмурился, затем как-то невесело усмехнулся и спросил:

– Полагаете, мне есть смысл лгать?

Промолчала.

– Или, по-вашему, – темные глаза лорда Грэйда сузились, – я ее сам убил? Неужели в вашем представлении я настолько чудовищен?!

Медленно перевела взгляд туда, где еще вчера был прикован захваченный маг – сегодня же на том самом месте трое матросов старательно драили палубу. Именно там. Герцога же всю ночь в каюте не было – я спала одна. Какие выводы из всего этого можно сделать?

– Ясно! – Лорд оттон Грэйд поднялся. – Приятного окончания завтрака, ваша светлость!

С этими словами он оставил меня в обществе стоящего неподалеку Торопа и остывающего чая. Я же вновь промолчала, глядя на очертания приближающегося острова. Хотя казалось, что это не мы к нему несемся на всех парусах под мерный стук барабана, контролирующего движения младших духов ветра, а остров надвигается на нас на немыслимой скорости.

Вскоре можно было разглядеть пальмы, в изобилии растущие на южной оконечности, а после стало ясно, что мы не просто подплывем к Порт-Артуру – нам предстояло миновать каменную арку, венчающую вход в просторную бухту, которая, впрочем, практически перестала быть таковой, едва корабли армады чинно вплыли в нее.

И почти сразу мерное биение барабанов перекрыли шумные голоса торговцев, плеск весел, крики портовых зазывал, бьющие колокола и приветственные выстрелы из пушек.

Поднявшись из-за стола, я подошла к поручням и, крепко схватившись, с жадностью всмотрелась в толпу, высыпавшую на пристань, и в корабли, стоявшие пришвартованными, и в духов ветра, слетавших к кораблям с гор, и все ждала, что «Ревущий» подойдет к пристани ближе, как другие корабли, уже спустившие сходни, но… Но вопреки моим ожиданиям, флагман бросил якорь посередине бухты, в окружении шести военных кораблей. И вот с них на берег не сошел никто, кроме герцога, для которого на воду спустили шлюпку.

За отплытием его светлости я наблюдала со смешанным чувством раздражения, негодования и досады.

Подавив горестный вздох, вернулась за столик, допила холодный чай, а после устроилась в кресле с томиком «Приключений капитана Эгвара» в руках. И с удовольствием погрузилась в события, происходящие примерно на таком же южном, заросшем пальмами острове, населенном дикими и жестокими аборигенами, отважными поселенцами, храбрыми солдатами и бескорыстными моряками, коих возглавлял доблестный капитан Эгвар.

Сложно сказать, сколько времени я провела вот так, вчитываясь в ровные строки и с замиранием сердца следя за приключениями отважного капитана, как вдруг услышала:

– Фрукты, южные фрукты для леди оттон Грейд! По приказу самого герцога. Уж и оплатил все!

Вскинув голову, увидела, как трое офицеров в некотором замешательстве наблюдают за юрким загорелым едва одетым торговцем, втаскивающим на борт корзину фруктов. Корзина, в отличие от торговца, была чистой, я бы даже сказала новой, и оказалась перевита голубой лентой.

– Во-о-от, фрукты! Спелые! Сочные! Выросшие под ярким южным солнцем для самой прекрасной леди оттон Грэйд!

Капитан Эртан в растерянности оглянулся на меня, после вновь поглядел на корзину с фруктами и махнул рукой, приказав заносить. И не прошло пяти минут, как Тороп принес поднос с уже тщательно вымытыми и сверкающими на солнце капельками воды южными плодами. Я с искренним удивлением смотрела на спелые бананы, мохнатые желто-красные и яркие оранжевые, как солнышко, только разных размеров фрукты, неизвестные мне. И зеленые, и красные какие-то забавные ягоды… Аппетит проснулся мгновенно.

– Леди оттон Грэйд, – Тороп поклонился, – прошу вас.

Подано все было на стол, однако… Сложно сказать почему, но совершенно неожиданно мне вспомнились слова герцога: «Вы должны есть исключительно в моем присутствии». И его произнесенное сегодня: «У меня есть все доказательства того, что девушку отравил священнослужитель. Именно они и позволили мне избежать ареста, на котором так настаивали храмовники, ведь все было устроено так, что убийцей выглядел я». Нет, у меня и мысли не возникло относительно того, что кто-либо может желать причинить мне вред, но решение следовать правилам не столько приличия, сколько почтения к супругу, показалось наиболее верным.

Улыбнувшись слуге, я спросила:

– Его светлость будет к обеду?

– Да, ваша светлость, – вновь поклонившись, ответил Тороп.

– Мне не хотелось бы начинать трапезу без него, – вежливо сообщила, вновь возвращаясь к чтению.

* * *

К полудню воздух будто накалился, а возможно, причина крылась в обжигающе горячих воздушных потоках с острова, но я искренне была благодарна Яниру и второму духу, в котором узнала Скайтара, за то, что они натянули надо мной и второй палубой тент из запасного паруса. Но даже несмотря на это, погода стала излишне жаркой, и, оставив книгу, я отправилась в каюту, переодеться.

Пользуясь своим одиночеством, заперла дверь, сняла платье и панталоны, а также была вынуждена снять и промокшую сорочку. Только отправилась освежиться в комнату с удобствами, как… скрип двери заставил меня замереть, так и не открутив пускающий воду вентиль. Но уже в следующее мгновение я облегченно вздохнула – в каюту вошел герцог, не узнать его решительные шаги было бы сложно.

Затем послышалось как и всегда раздраженное:

– Ариэлла, где вы?!

Скорбно покачав головой, предчувствуя очередной всплеск недовольства его светлости, уже собиралась было ответить, как до меня дошел весь ужас положения! Я была совершенно не одета. Более чем не одета, а герцог вовсе не отличается воспитанностью и…

К моей искренней радости, его светлость не стал проявлять собственного характера и произнес лишь:

– Леди оттон Грэйд, поторопитесь, будьте любезны, мы обедаем с моим старым другом.

Переведя дух, я ответила:

– Да, конечно, ваша светлость.

И уже собиралась было повернуть вентиль, как совсем рядом с дверью раздалось:

– Одежда строгая, прическа также. Никаких представлений подобных тем, что вы устроили в Гнезде Орла, иначе клянусь Тьмой – проторчите весь остаток недели в бухте! И будьте так любезны держать ваш острый язычок за вашими очаровательными зубками!

Сжав кулаки, я шагнула под воду, подставляя лицо потокам воды и старательно пытаясь сдержаться и ничего не ответить. Но, воистину, мне все труднее становилось убеждать себя в том, что я сделала правильный выбор.

Попытка успокоить нервы обошлась дорого – пришлось сушить волосы. Не могу сказать, что это были неприятные минуты, все же в южном климате купание доставляет особое удовольствие, но в свете приказа его светлости поторопиться…

Я переоделась в строгое серое монастырское платье, которое также было коротко и доставало лишь до щиколоток, и потому была вынуждена надеть под него длинные белоснежные панталоны и в тон к ним белые туфельки. Но завершив с одеянием, поняла, что волосы все еще остаются недопустимо влажными. А времени уже не осталось. Несколько секунд я смотрела на свое бледное отражение, после расчесала пряди и закрутила в узел на затылке, перехватив последний серой лентой, чьи концы перебросила на грудь.

И решительно покинула каюту, намереваясь следовать указаниям супруга. Буквально.

Однако стоило выйти на вторую палубу, оказавшуюся неожиданно огороженной серебристым сиянием от взглядов матросов и офицеров, как решимость моя поколебалась, и было от чего – навстречу мне поднялся не кто иной, как наследник империи – его высочество Теодор Лаэнер.

Это был высокий, немногим ниже лорда Грэйда мужчина, темноволосый, широкоплечий, с плотным, давшим ему в некоторых кругах прозвище «крестьянин» телосложением и черными глазами, присущими военным магам. Ничего кроме содрогания от вполне обоснованного ужаса его высочество не вызывал, в отличие от Генриха, снискавшего всенародную любовь еще с детских лет. К слову, разница в годах между принцами была существенная, и рождение младшего из Дангаверов сочли чудом, ниспосланным набожной королеве Пресвятым. А вот самому принцу Теодору господь детей не даровал, и его брак оставался бездетным вот уже пять лет как.

– Тео, – лорд оттон Грэйд также поднялся, – позволь тебе представить мою супругу, леди оттон Грэйд.

Даже не знаю почему, но я вместо реверанса замерла, заметив, что кроме его высочества и его светлости на второй палубе более никого, а именно Торопа, нет. Лишь двое черных магов и я.

– Ариэлла, – окликнул меня лорд оттон Грэйд, напоминая о правилах этикета.

Присела в реверансе, глубоком, как и полагается в случае приветствия члена королевской семьи, и пожелала самой себе оказаться как можно дальше отсюда. И не напрасно – мне казалось, что я кожей ощущаю взгляд наследного принца, неприязненный, злой, презрительный.

Ощущения не обманули.

– Тупоголовая монашка, – мрачно произнес его высочество Теодор Лаэнер.

– Моя жена! – еще мрачнее напомнил лорд оттон Грэйд.

– Что ж, сделаем вид, что я выразился о своей, – усмехнулся его высочество. – Леди оттон Грэйд, рад с вами познакомиться.

Мне пришлось сделать вид, что я не заметила тона, с которым это было произнесено. Еще один реверанс и почтительное:

– Величайшая честь для меня лицезреть ваше высочество… – начала было я.

Но была перебита ничуть не благопристойным:

– Дэс, сколько девчонке лет?!

Меня назвали «девчонкой»! Чрезвычайно мило! О воспитанности наследника империи я и вовсе предпочту не задумываться даже. Резко выпрямившись, я приложила немало усилий, чтобы продолжать смотреть исключительно себе под ноги.

– Шестнадцать, – прозвучал ответ его светлости.

– Паршиво, – недовольно заметил его высочество принц Теодор.

О, я была с ним полностью согласна.

– Что именно ты имеешь в виду? – уточнил герцог.

– Паршиво, Дэс, – повторил принц. – Ей нет восемнадцати, твой родовой брак могут оспорить.

Я замерла, затаив дыхание.

– На основании? – в голосе герцога промелькнуло напряжение.

– В родовой брак могут вступать две зрелые личности, полностью ответственные за свои действия и решения. Девчонке – шестнадцать. До совершеннолетия два года. Брак могут признать недействительным, Дэс.

Я прекратила смотреть себе под ноги и взглянула на супруга. Лорд оттон Грэйд мрачно смотрел на меня несколько долгих секунд, затем хрипло произнес:

– Варианты?

Его высочество повел плечом и с усмешкой ответил:

– Учитывая заинтересованность церкви – без вариантов. Мой совет, и совет от души – отдай Иоланте ее любимицу, найди себе нормальную жену, заведи детей.

На мгновение представила себе, что лорд оттон Грэйд так и поступит. Первая мысль – радость, облегчение, вера в светлое будущее без пугающего последнего представителя династии Грэйд, без убийств и смертей, без… Но еще в самом начале герцог очень правильно сказал – в глазах всего общества я та, кто ночевал с ним под одной крышей, то есть фактически в одной постели. Для меня будут закрыты все двери. Никто и никогда не возьмет меня в жены. У меня не будет детей… зато останется жизнь… и свобода.

– Не вариант, – отчеканил его светлость.

Почему-то я улыбнулась, продолжая глядеть на супруга. Лорд оттон Грэйд нахмурился и развернулся к его высочеству, игнорируя меня.

– Других нет, Дэс. – Его высочество вновь сел в кресло. – У храмовников длинные руки, а тут тем более столь удобный повод как возраст.

– На юге при определенных обстоятельствах это допустимый брачный возраст, – парировал лорд оттон Грэйд.

– Для церковного брака, – усмехнулся его высочество. – Но ты же понимаешь – Иоланта уже отдала нужное распоряжение, и ни один священник не сочетает вас супружескими узами. А если и сочетает – любое упоминание об этом будет стерто. Не вариант, Дэсмонд. Я тебе больше скажу – насколько я знаю мать-настоятельницу, она уже отправила к тебе как судебного пристава, так и комиссию от святой церкви. Как скоро догонят твою армаду? Полагаю, что достаточно быстро. Ари у тебя отберут. Нет, если бы малышка согласилась на предложение матушки Иоланты, ее, возможно, оставили бы при тебе. Но при отказе… Пойми, Дэсмонд, я за пять лет брака не стал отцом. И все никак не мог понять – почему моя здоровая молодая жена не в состоянии забеременеть, в то время как бастарды рождаются один за одним. А разгадка была проста – и дневник матушки Иоланты стал тому прямым доказательством. Но Диана изначально сотрудничала с храмовниками, Ариэлла же оказалась достаточно умна, чтобы сделать верные выводы и верный выбор. Смелая девочка. Я восхищен, правда. Но ей шестнадцать, у вас ни шанса, Дэс.

И я поняла, что его высочеству известно все. Абсолютно все. Меня несколько удивило, что лорд оттон Грэйд настолько ему доверяет, но, видимо, доверие было абсолютным. Что ж, я решила последовать примеру супруга и также быть предельно откровенной.

– То есть вы полагаете, – едва я заговорила, оба темных мага удивленно посмотрели на меня, – что будь я более изворотлива и сделай вид, что в данной ситуации нахожусь на стороне матушки Иоланты, мне бы… позволили остаться в статусе леди оттон Грэйд?

Его высочество нахмурился, после задумался, затем отрицательно покачал головой.

– Чем больше я об этом размышляю, тем отчетливее понимаю, что все-таки нет, – произнес принц.

И вот тогда я позволила себе высказать собственное предположение:

– В качестве «тупоголовой монашки» я вряд ли принесу пользу святой церкви, иные же пути после расторжения брака будут для меня закрыты.

Его высочество Теодор Лаэнер вскинул бровь, повторно вгляделся в меня, после усмехнулся и высказал нечто малоприятное:

– В этой игре не два игрока, леди оттон Грэйд, их значительно больше. С одной стороны Дэс, я… причем я все более смею надеяться, что и вы, с другой – храмовники, с третьей – личные враги Дэсмонда.

Он сделал паузу, в течение которой пристально смотрел на меня. Я не отвела взгляда, ожидая продолжения.

И его высочество продолжил:

– Матушка Иоланта отобрала вас лично, потратила девять лет на ваше обучение, даже дозволила вам, причем единственной из воспитанниц, оставить при лицее собаку.

Отчего-то я густо покраснела. И как ни желала не перебивать принца, все же проговорила:

– Вы… весьма осведомлены обо мне.

Поведя плечом, его высочество с усмешкой ответил:

– Дэсмонд, как вы понимаете, мог поручить сбор информации о собственной супруге только тому, кому безоговорочно доверяет.

Лорд оттон Грэйд улыбнулся, кивнул и жестом пригласил меня и его высочество за стол. Принц подал мне руку. Приняв помощь высокого гостя, я подошла к столу, села, герцог пододвинул мой стул, сел рядом, его высочество – напротив. После чего крышки с трех блюд поднял никак не лакей – нам за столом прислуживал Янир. Пораженная этим фактом, я несколько секунд в полнейшем изумлении взирала на него, пока дух терпеливо держал возле меня блюдо с вареными овощами.

– Ариэлла, – прошипел герцог.

Прекратив изумляться, молча набрала себе овощей, после чего вернулась к разговору.

– Так это вы выкрали дневник матушки Иоланты?

Его высочество, наполнив собственную тарелку, спокойно ответил:

– Увы, не сразу. Дэс затребовал информацию, я поступил так, как когда-то проверяя Диану, – позаимствовал в лицее Девы Эсмеры вашу личную характеристику и переслал ее.

– Там не оказалось ничего, что объясняло бы ваши знания ассара, вздорное поведение, излишнюю осведомленность и находчивость, – произнес герцог. – Именно поэтому я затребовал иные документы. В частности, дневник.

– Я счел это блажью, – усмехнулся его высочество принц Теодор.

– И напрасно, – отрезал лорд оттон Грэйд.

– Как оказалось – да. – Принц помрачнел.

Я также, вспомнив, как однажды его светлость сказал, что будут опрошены все мои друзья и знакомые. Словно прочитав мои мысли, герцог отставил бутылку с вином, из которой наполнил два бокала – свой и принца, и уточнил:

– Что со свидетельскими показаниями?

Теодор усмехнулся и ответил:

– Собираем.

Я же ощутила себя в этот момент крайне неуютно и потому вернулась к поднятой ранее теме:

– Вы полагаете, матушка Иоланта готовит мне иную судьбу, нежели невесты Пресвятого?

Как ни удивительно, но ответил мне лорд оттон Грэйд:

– Нет.

Это прозвучало резко. Настолько, что я не стала молчать. И подняв взгляд на супруга, спросила прямо:

– Желаете уверить меня в абсолютной безвыходности ситуации, лорд оттон Грэйд?

Вилка в руках его светлости напряженно заскрипела, после чего сквозь зубы мне напомнили:

– Вы сделали выбор, Ариэлла.

На это мне было нечего ответить, кроме:

– Надеюсь, мне не придется сожалеть о нем всю оставшуюся жизнь?

Развернувшись ко мне, герцог яростно сузил черные глаза и задал встречный вопрос:

– Надеюсь, вы не станете возлагать на меня ответственность и вину за сделанный вами выбор?!

На этот раз вилку стиснула я и, стараясь не шипеть, ответила:

– И в мыслях не было.

Ядовитая улыбка лорда Грэйда и саркастичное:

– Сделаем вид, что я искренне верю.

Его высочество, во все время нашего диалога, казалось, не пошевелившийся, подтянул рукава черной рубашки, небрежно обронил белоснежную салфетку на колени и столь же небрежно осведомился:

– Я вам не мешаю?

Взглянув на принца Теодора, я заставила себя улыбнуться и произнесла:

– Вернемся к озвученному мною вопросу, если вы не против.

– Я против, если вы этого еще не осознали, – холодно уведомил лорд оттон Грэйд, беря бокал с вином.

Он осушил его залпом, после приступил к трапезе. Мы с его высочеством проследили за герцогом, затем переглянулись, и принц, к моему искреннему удивлению, вдруг широко улыбнулся, что сделало его лицо почти приятным, и произнес:

– Это церковники, леди оттон Грэйд. Если им понадобится, вас и святой назовут даже после полугодового путешествия в обществе сотни невоздержанных матросов, толпой посещающих вашу спальню.

– Тео! – неожиданно громко рыкнул герцог.

Я потрясенно смотрела на принца.

– А… да-да, прости, – ничуть не устыдился его высочество. И вновь обращаясь ко мне: – В общем, леди оттон Грэйд, если церковники пожелают, они вас назовут святой, даже если вы будете скомпрометированы. Так лучше?

– Гораздо, – была вынуждена признать я.

Принц Теодор улыбнулся, отсалютовал мне бокалом с вином, затем уже без улыбки проговорил:

– И вы не Диана.

Мне, вероятно, следовало бы оставить это замечание без внимания, однако я не сумела сдержаться и произнесла:

– Что вы имеете в виду?

Неопределенно взмахнув рукой, его высочество обратился к герцогу:

– Без вариантов, Дэс.

– Я так не считаю, – холодно произнес лорд оттон Грэйд.

– Девочку отнимут, – парировал его высочество, – или убьют. Склоняюсь ко второму варианту. Следовательно, повторю мой дружеский совет – отдай малышку церковникам, там и лич до нее не доберется, так что хотя бы жива останется.

Герцог холодно посмотрел на друга, я же несколько недоумевала. Несмотря на сказанное его высочеством, мне было ясно – выбор крайне невелик и меня ждет либо брак, либо монастырь. И сколь бы сложным ни был брак, мне он казался все же предпочтительнее откровенного захоронения заживо в стенах монастыря. Более того, после уже имеющихся попыток запугать, я менее всего верила в то, что меня действительно попытаются убить. Цветы мальвы не ядовиты, а ничего более опасного таинственные враги мне не подсовывали. И кстати, появившийся в каюте лич попросту стремительно ее покинул, не причинив мне вреда. Соответственно…

– Искренне сомневаюсь, – я протянула руку и взяла персик, – что меня действительно попытаются убить, ваше высочество.

И увидела, как стремительно бледнеют оба мужчины.

А затем герцог вдруг вскочил, резко ударив меня по ладони! Персик упал на стол и скатился на палубу, я же в полнейшем изумлении смотрела, как лорд оттон Грэйд пытается что-то сказать. Пытается и не может…

Но затем над всем кораблем раздался его рык:

– Тороп!!!

Его высочество притянул к себе все блюдо с фруктами, бледнея и вглядываясь в каждый плод, вмиг растеряв всю свою грозность и самоуверенность, и хрипло, севшим голосом произнес:

– Луирон, Дэс, это… луирон…

Мне не было известно данное название, но я заметила, как задрожали руки герцога, а затем, явно лишившись разума, иначе подобное не объяснить, лорд оттон Грэйд схватил меня за ворот платья, подтянул к себе и заорал:

– Сколько ты съела, Ари? Сколько ты…

Но ответа он не ждал! Вытянув меня из-за стола и не давая опомниться, герцог стремительно, бегом, понес к каюте, на ходу разрывая ворот моего платья. Он словно обезумел! Он обезумел настолько, что снес входную дверь ударом ноги, втащил меня в каюту, хрипло проорав ринувшемуся за нами принцу:

– Воды!

Но его высочество, остановившись на пороге, растерянно произнес:

– Дэс, бесполезно. Луирон – яд на магической основе, он всасывается мгновенно и…

– ВОДЫ!!! – крик лорда оттон Грэйд испугал меня значительно сильнее, чем его действия.

– Дэсмонд, бесполезно! – в свою очередь заорал принц Теодор.

И в этот миг в дверном проеме появился бледный лакей. Лорд оттон Грэйд, не обращая внимания на его появление, втащил меня в умывальню, заломил руки за спиной и нагнул над раковиной, пытаясь…

– Что вы делаете? – воскликнула я, уворачиваясь от его пальцев, которые герцог бесцеремонно пытался засунуть мне в рот.

Рывок, меня пребольно ухватили за волосы, и, несомненно, герцог воплотил бы задуманное, но в каюте раздался гневный вопрос его высочества:

– Сколько леди оттон Грэйд съела этих проклятых фруктов?

И торопливый ответ напуганного происходящим лакея:

– Н-н-ни одного… Леди решила дождаться лорда Грэйда…

Герцог застыл.

Я же, высвободив ладони, ухватилась за край раковины, тяжело дыша и пытаясь выпрямиться, несмотря на тяжелую руку его светлости, все так же находящуюся на моем затылке. В следующее мгновение маг вдруг снова схватил меня, развернул, усадил на раковину, придвинулся столь близко, что это перешло все границы, схватил за плечи, совершенно бледный, с огромными пугающе-черными глазами, вгляделся в мое лицо и хрипло спросил:

– Ари, ты ничего не съела?

И только в этот миг я осознала, что произошло. И что именно герцог пытался сделать, засунув пальцы мне в рот. И вместо облегчения я испытала вполне оправданную злость и более того – откровенное негодование.

– Да что вы себе позволяете?! – возглас получился визгливым.

И бледность мгновенно покинула лицо герцога, а глаза яростно сузились.

– Только попробуй закатить мне истерику! – разъяренно прошипел его светлость. – Еще раз – ты ничего не съела?

– Нет! – взбешенно ответила я.

Закрыл глаза, судорожно выдохнул, после вновь посмотрел на меня и почти издевательски поинтересовался:

– Почему?

Задохнувшись от возмущения, я ответила не сразу, но столь же язвительно:

– Мне стоит исправить данное упущение?

Герцог застыл, глядя мне в глаза. Затем вновь судорожно, сквозь стиснутые зубы выдохнул, после как-то устало произнес:

– Да, острота вашего язычка заставляет теряться в сомнениях насчет испытываемых от неудавшегося покушения эмоций. Так почему, Ари?

Судорожно выдохнув, я попыталась отодвинуть от себя супруга, но уверившись в безнадежности попыток, устало ответила:

– Ориентируясь исключительно на правила хорошего тона. Отпустите меня!

Не сдвинувшись с места, герцог холодно вопросил:

– Вас насторожило сказанное мной за завтраком?

С сожалением была вынуждена признать, что, возможно, он прав. Но отвечать не стала, не менее холодно потребовав:

– Вспомните и вы о правилах приличия и о том, что вы находитесь недопустимо близко к леди, в присутствии посторонних!

Лорд оттон Грэйд промолчал, продолжая пристально взирать на меня.

– На будущее, – я пододвинулась вперед, намереваясь соскользнуть с раковины, в надежде прекратить наше столь тесное нахождение рядом, – потрудитесь для начала поинтересоваться у меня по поводу поедания чего-либо, прежде чем пытаться устроить мне насильственное промывание желудка!

Герцог усмехнулся, после наклонился и выдохнул мне в лицо:

– Вынужден напомнить об уже имевшей место беседе о том, что я всегда поступал и буду поступать так, как считаю нужным. И оправдываться за свои действия не намерен. Приведите себя в порядок.

С этими словами его светлость развернулся и покинул умывальню. Затем весьма бесцеремонно вытолкнул из каюты не скрывающего удивления принца Теодора, поднял выломанную дверь, приставил обратно к проему, и магия заструилась по контуру, намертво впаивая дерево в стену.

Оставшись в одиночестве, я покинула умывальню, прошла в каюту и медленно опустилась на край кровати. Сейчас, когда злость от словесной дуэли с его светлостью улеглась, я отчетливо осознала – меня пытались убить.

Но говоря откровенно, гораздо больше я была напугана поведением герцога, нежели самой попыткой отравления. Также весьма и весьма шокирована встречей с его высочеством наследным принцем, поэтому, пожалуй, сразу и не сумела осознать, что именно произошло до того, как услышала голос принца Теодора:

– К морскому дьяволу, капитана казнить! Его упущение.

– Лорд Эртан… – начал было оттон Грэйд.

– К демону, Дэс, у луирона нет противоядия. Малышке хватило бы кусочка, и в эту ночь она бы медленно гибла на твоих руках.

– Я понимаю.

– Так казни капитана, к Тьме, мне легче станет!

– А мне нет! – взбешенно ответил герцог. – Ко всему прочему только Эртан видел этого проклятого торговца.

– Его двенадцать офицеров видели, – как-то мрачно напомнил его высочество.

– Я сумею считать воспоминания только капитана.

– Ты сможешь считать любые воспоминания.

– Не убивая – только капитана.

– Казни всех!

Диалог проходящих мимо каюты мужчин на мгновение лишил меня способности дышать. В следующее мгновение я кинулась к двери, намереваясь спасти капитана Эртана, но та оказалась намертво соединена со стеной и никоим образом не желала отвориться. По счастью, мои попытки вырваться привели к тому, что за дверью неожиданно раздалось:

– Вам требуется что-либо, леди оттон Грэйд?

Голос был мне незнаком, и на миг я растерялась, но затем уверенно произнесла:

– Да, я бы желала поговорить с его светлостью. Немедленно.

Пауза, и голос на этот раз его высочества:

– Он занят.

Оторопев от ответа, я все же не удержалась от язвительного:

– Выслушивая ваши далекие от человеколюбия требования?

Пауза была долгой, затем его высочество Теодор насмешливо поинтересовался:

– Вы что-то имеете против?

– Вы сомневаетесь?! – возмутилась я.

Очередная пауза и насмешливо сказанное не мне:

– Тупоголовая монашка, как я и говорил.

– Тео, мне не хотелось бы вновь возвращаться к уже имевшему место разговору.

– Замени слово тупоголовая на чрезмерномилосердная, и то и другое ведет к одному финалу, и финал печален.

– Теодор.

Одно слово герцога заставило вздрогнуть меня и умолкнуть его высочество. Но затем принц произнес:

– Я понимаю, что подобные покупки фруктов у местных торговцев ранее случались, что привело к излишней халатности капитана «Ревущего», но… если ты не примешь меры, Эртан не усвоит урок.

И холодный, полный спокойствия и уверенности голос лорда оттон Грейда:

– Усвоит. К утру мучительно погибнут два повара и один офицер.

– Не удержались от соблазна? – в голосе принца не было сочувствия или сожаления, лишь насмешка.

– Да.

Испуганно прикрыв рот ладонью, я отступила от двери, не желая ничего более знать. Но все же услышала вопрос его высочества:

– Оставишь девчонку на корабле?

Я ушла в умывальню. Очень долго стояла, глядя на себя в зеркало и старательно не думая о произошедшем. Не желая думать. Не желая знать… Сегодня ночью погибнут три человека. Погибнут из-за меня. Из-за герцога. Из-за игр за деньги и власть, к коим не имели никакого отношения. Мучительно погибнут. Это ужасно. Это ужасно настолько, что не укладывается в голове.

И впервые с момента, как покинула лицей Девы Эсмеры, я подошла к своему чемодану, открыла боковой отдел и достала молитвенный томик, подаренный матушкой Иолантой в день поступления. Нас заставляли читать его ежедневно, особенно молитвы о благополучии и во здравие, и я никогда не думала, что обращусь к этой книге в момент, когда мне будет тяжело на душе.

Потрепанные странички с шелестом переворачивались, принеся в душную каюту аромат засушенных трав и цветов, отдаленный аромат лаванды…

Распахнулось окно, всего на миг, и вновь закрылось, оставляя на столе свежесрезанный цветок мальвы.

На мгновение я застыла, затем медленно поднялась с кровати, подошла к столу, взяла свое очередное предупреждение о смерти и смяла цветок, чувствуя совсем не страх – злость. Молча прошла в умывальню, выбросила смятую флору в мусорное ведро. И решила ничего не сообщать герцогу. Совершенно ничего. С человеком или же сущностью, подбрасывающей мне столь явные намеки на скорейшую смерть, следовало разобраться еще в Гнезде Орла, но герцог решил иначе. И вот итог – проблема так и не решена. И несмотря на все меры защиты…

Дверь распахнулась совершенно неожиданно. Более чем неожиданно, учитывая, что мгновение назад она была магически и совершенно намертво скреплена со стеной. Стремительно вошел герцог, огляделся, особо отметил мокрое пятнышко на столе, затем хмуро посмотрел на меня и задал неожиданный вопрос:

– Где?!

– Где «что»? – холодно и недружелюбно уточнила я.

Лорд оттон Грэйд выдохнул, явно стараясь сдержать раздражение, и медленно, как ребенку, пояснил:

– Что-то маленькое, неживое, неядовитое и не способное причинить вред, что проникло несколько минут назад на защищенную территорию.

А я ощутила усталость, ту же, что, вероятно, охватила и герцога. Медленно пройдя к постели, опустилась на край и безразлично ответила:

– Подброшенный мне цветок мальвы в данный момент находится в мусорном ведре.

Не говоря ни слова, его светлость прошел в уборную, достал цветок, рассмотрел. Выругавшись, вновь выбросил.

– Да, срез свежий, вероятно с острова, – проговорила я очевидное.

– Не вижу слез и истерики, – холодно проговорил герцог.

– Не вижу повода для слез и истерики, – не менее холодно ответила я.

Лорд оттон Грэйд вернулся в каюту, остановился рядом со мной, пристально разглядывая, а после внезапно осипшим голосом спросил:

– И вы не испугались?

Усмехнувшись, раздраженно ответила:

– Я была гораздо больше напугана в момент, когда вы втащили меня в умывальню и пытались засунуть руки мне в рот.

В ответ на это лорд оттон Грэйд поинтересовался:

– Все еще ждете извинений?

– Что вы, я молода и наивна, но не настолько же, – не скрывая язвительности, сообщила супругу.

На несколько мгновений в каюте воцарилась тишина. Затем герцог произнес:

– Не буду скрывать, ранее я приобретал южные фрукты подобным образом – делая заказ одному из портовых торговцев. Именно по этой причине стало возможным произошедшее. Более подобное не повторится.

Продолжая сидеть на краю постели, я вскинула голову, посмотрела на взбешенного необходимостью что-либо мне объяснять последнего представителя династии оттон Грэйд и поинтересовалась:

– Что именно не повторится, ваша светлость? Попытка отравления? Попытка насильственного спасения меня путем обращения со мной как с животным? Или присутствия в данной каюте очередного намека для меня на скорейшую гибель?! Вы уточните, будьте столь любезны!

Уточнять герцог не стал. С трудом сдержав реплику, явно рвущуюся с языка, его светлость ледяным тоном отчеканил:

– Его высочество готовит портал. Это рискованно, и подобный способ перемещения используется только черными магами, но в данный момент я считаю риск оправданным. Ничего из вещей вам не понадобится, письмо с распоряжениями на ваш счет я подготовлю. Можете захватить с собой только то, что будете способны удержать в руках. У вас менее четверти часа на сборы.

Портал?! Сборы?! Оправданный риск?!

– Могу я поинтересоваться, куда именно вы собираетесь меня отправить? – стараясь скрыть страх, тихо спросила.

– Родовое поместье Грэйд, – было мне ответом.

Элет, южная провинция… Насколько мне известно, свыше четырех месяцев пути отсюда… Степь, жара, пыльные бури, местное население, говорящее на элетском южном наречии, которое мне совершенно незнакомо. И да – значительная, весьма значительная удаленность от городов, дорожных развязок и вообще цивилизации… О, Пресвятой!

– Лорд оттон Грэйд, – я медленно поднялась, стараясь ничем не выдать своего откровенного испуга, – мне кажется, портал небезопасен и…

– Леди оттон Грэйд, – холодно перебил меня герцог, – я прощаю вам неуместный в данном вопросе страх, но вынужден в очередной раз напомнить – мои решения не обсуждаются. Собирайтесь, если вам есть что взять с собой. Если же нет, избавьте меня от ваших глупых предположений.

С этими словами его светлость развернулся и покинул каюту. Я же ощутила неприятный, липкий страх.

Во имя Пресвятого, а правильный ли выбор я сделала?!

* * *

Герцог вернулся в каюту, когда я уже собрала несколько тетрадей, имеющиеся скромные украшения и личный дневник в холщовую сумку, которую намеревалась перебросить через плечо. Кивнул, увидев, что я практически готова, и произнес:

– Остальные ваши вещи я могу переместить по частям, полагаю, мне хватит трех дней на это.

Я мало что знала о порталах и перемещениях, на которые были способны лишь темные маги, но определенно слышала о маленьком проценте выживших среди тех, кто решился на подобное. И потому не могла не спросить:

– Вы собираетесь ежедневно переноситься в родовой замок Грэйд?

Герцог молча протянул мне руку. Не оставалось ничего иного, кроме как подойти и вверить обтянутую тканью перчатки ладонь супругу. Лорд оттон Грэйд сжал мои пальцы, а затем издевательски поинтересовался:

– А вы полагаете, я оставлю юную супругу ночевать в одиночестве?

По моему телу невольно прошелся озноб.

– Армада будет находиться в Порт-Артуре не менее четырех суток, естественно, каждую ночь я намерен проводить с вами. Это не обсуждается. Вы готовы?

Возможности ответить мне не предоставили. Крепко ухватив за локоть, герцог вывел на палубу, провел мимо застывших, стоящих с самым мрачным видом офицеров, а когда капитан попытался попрощаться, отрезал:

– Вы утратили право обращаться к моей супруге.

Единственным, кто махнул мне на прощание, был солдат Гэс, тот самый, что недавно помог разобрать письмо управляющего Тория Аннельского. И это стало для меня страшным напоминанием – я не знаю элетского и даже не представляю, как смогу общаться с прислугой…

Лорд Грэйд подвел меня к веревочной лестнице, но, не позволяя спуститься самой, подхватил на руки, прижал к себе одной рукой и начал стремительный спуск вниз. Невольно закрыла глаза и не открывала до тех пор, пока меня не усадили на деревянное сиденье в лодке. Наше суденышко отплыло мгновенно и стремительно понеслось по волнам. И достаточно было запрокинуть голову, чтобы понять причину – судном управлял Янир.

Дух ветра, призрачным парусом гнавший нас к берегу, улыбнулся мне, а после я услышала тихое: «Уверен, вы вернетесь скоро, и я клянусь показать вам облака сверху, Ариэлла».

Грустно улыбнулась, но все же благодарно кивнула духу ветра. И только после заметила, что напротив нас сидит его высочество и пристально смотрит вдаль. К слову, герцог так же мрачно взирал в том направлении. Мне же пришлось привстать, чтобы из-за лорда Грэйда увидеть огромный величественный корабль, вплывающий в порт под серыми парусами церкви…

– Как я и сказал – Иоланта действует быстро, – мрачно произнес его высочество.

– Это подтверждает мое предположение о том, что луирон прислали не храмовники, – сделал вывод герцог.

– Сложно согласиться. – Принц Теодор продолжал рассматривать корабль. – Но да, и я бы скорее предположил, что они попытаются использовать ситуацию.

– Я не предоставлю им подобной возможности, – сухо отрезал лорд оттон Грэйд.

– Не понимаю, – продолжил его высочество, – зачем было так спешить с родовым браком? Хотел защитить девочку? В итоге подставился сам.

– Не понимаю твоей убежденности в ошибочности моего решения, – парировал герцог.

Принц Теодор оторвал взгляд от корабля, мрачно взглянул на его светлость и холодно пояснил:

– Родовой брак заключается лишь раз. Иной жены твой род не примет. И наследника от другой жены так же до конца не признает. Церковь же не признает ваш брак с леди Ариэллой в силу ее возраста. Соответственно, если с нами, тобой и мной, случится нечто запланированное матушкой Иолантой, то твой наследник, если ты, отринув благородство, решишь озаботить им свою очаровательную женушку, имеет шанс не быть признанным в королевстве… Мне продолжать?

Внезапно лорд оттон Грэйд подался вперед и с невероятной злостью произнес:

– Они не обнаружат Ари на моих кораблях, даже используя поисковые заклинания. Ни на кораблях, ни на острове. Признать брак недействительным заочно – на подобное не пойдет даже церковь. Это первое. И второе – твоя вера во всесилие церкви меня искренне поражает, Тео. Я разберусь с ситуацией, и я выясню границы допустимого для Иоланты. Строить прогнозы о дальнейшем развитии ситуации лично я буду после получения исчерпывающей информации. И довольно об этом.

Я молчала, ощущая себя жертвой чужих интриг. Именно это ощущение посетило в столице, когда меня привели на корабль, тотчас же по моем прибытии отчаливший от берега. Именно так я ощущала себя и сейчас – потерянной, подвластной малейшему велению ветра, лишенной права выбора и права на собственное мнение. До крайности неприятное ощущение.

– Леди оттон Грэйд, – внезапно обратился ко мне его высочество, – я искренне надеюсь, что мы обойдемся без истерик.

Несмотря на необходимость для любого аристократа выражать почтительность по отношению к члену королевской семьи, я не сдержала гневного взгляда на принца, более того – не считая себя обязанной извиниться, отвернулась и посвятила все свое внимание приближающемуся берегу.

– Истерик не будет, – уверенно произнес его светлость.

– Ты не сообщил леди про портал? – удивился принц Теодор.

«Все будет хорошо», – внезапно прошептал Янир.

Я закрыла глаза, подставляя лицо ветру, и тихо спросила:

– Ты полетишь с нами?

«Нет, – ответил дух ветра, – но я уверен».

Грустная улыбка скользнула по моим губам. Видят боги, если бы я знала, чем все обернется, ни за что и никогда не села бы на тот корабль. Устроила бы истерику на пристани, бросилась в воду, хотя бы попыталась сбежать – но не пошла бы покорной овцой на заклание. А впрочем – разве сейчас я не веду себя столь же покорно, как этого требует от меня воспитание?

Лодка ударилась о берег.

От толчка я едва не слетела с сиденья, но герцог удержал, после и вовсе поднявшись, подхватил меня на руки и, перешагнув борт лодки, ступил в воду. Его высочество последовал за нами, а я обратила внимание на то, что мы причалили не к пристани. Вовсе нет – лодка, управляемая духом ветра, обогнула доки и пристала к скалистому берегу, на песке которого виднелись лишь следы морских гадов, но никак не людей.

Что удивительно – его светлость не стал выходить на песок и, пройдя по кромке воды, внес меня в мрачный грот, заполненный запахом соли и тины, пронес до стены и поставил на то, что я вначале приняла за причудливый выступ, и лишь после поняла – это ступени.

– Поднимайтесь, Ариэлла, – приказал лорд оттон Грэйд.

Сдерживая охватившую меня дрожь, медленно шагнула на следующую ступеньку, едва не вскрикнув, когда из-под туфельки в сторону юркнул паук. Огромный, черный, нырнувший в паутину, обильно покрывавшую стены грота. Идти дальше вмиг расхотелось.

– Был бы очень благодарен, если бы вы поторопились, – раздался недовольный голос герцога.

Закрыв глаза, я сделала следующий шаг, но, видимо, слишком медленно, так как лорд оттон Грэйд догнал, схватил за локоть и вынудил идти втрое быстрее. Вверх, по грязным, полуразрушенным временем ступеням, затем вправо, в нишу, которая едва ли выглядела рукотворной, а после герцог вскинул ладонь. Возникло серое тусклое сияние с синим отсветом, и стена содрогнулась, а где-то внутри грота послышался грохот осыпающихся камней. Но это было лишь началом. Неприятный скрежет, облака серой каменной пыли – и стена перед нами сдвинулась, открывая проход, освещенный вспыхнувшими магическими факелами.

– Прошу, – сухо произнес лорд оттон Грэйд.

Мне же захотелось забыть о воспитании и броситься прочь. Герцог, слово ощутив мое настроение, холодно напомнил:

– Вперед, леди оттон Грэйд.

И я шагнула в огромный серый освещенный синими магическими факелами зал с полуразрушенными колоннами, в центре которого сверкал и переливался фиолетовыми оттенками вычерченный черным круг, испещренный по контуру магическими рунами.

Я вошла в зал, и под ногами неприятно заскрипела каменная крошка, жалобно и протяжно, словно и она не желала здесь находиться.

– Вы первые, – раздался голос его высочества.

Герцог ничего не ответил, стремительно обошел меня, приблизился к кругу и, не наступая на него, начал раздеваться. Мундир был стянут и отброшен на один из обломков колонн. Следом стремительно расстегнута белоснежная рубашка, затем его светлость обернулся ко мне. Холодный взгляд черных глаз едва не заставил отступить, свет от факелов причудливым образом придавал его волосам синий оттенок, шрам, при свете дня уже практически незаметный, сейчас словно обозначился сильнее.

– Ариэлла, – позвал лорд оттон Грэйд, опустив полы расстегнутой и вытащенной из-за ремня брюк рубашки.

Мне безумно хотелось укорить герцога за непристойный внешний вид, но внезапно я поняла, что голос отказывается мне повиноваться. Как, впрочем, и тело, и я осталась стоять на месте.

– Ари! – В сказанном герцогом читался отчетливый приказ.

Я же ощутила невероятно сильное желание отринуть все принципы и правила морали и, позволив чувству самосохранения возобладать надо мной, ринуться отсюда прочь.

– Я говорил, что будет истерика, – насмешливо произнес принц Теодор, становясь в проходе и тем самым блокируя мне путь к отступлению. – Придется ловить вашу драгоценную супругу.

Герцог никак не отреагировал на его реплику и продолжал пристально смотреть на меня. Прямо в глаза и так, словно в данный момент видел насквозь. Усмешка, едва заметная, но отчетливо презрительная, слегка искривила его губы, и я поняла, насколько жалко сейчас выгляжу. Вскинула подбородок, надеясь, что слезы не появятся в моих глазах, и, сжав кулаки, решительно направилась к последнему представителю династии Грэйд.

– Серьезно? – раздалось позади.

Я никак не отреагировала на реплику особы королевской крови. Молча подошла к супругу, вопросительно взглянула на него. Герцог почему-то улыбнулся, и в этой улыбке не было ни насмешки, ни презрения. Но затем улыбка померкла, и его светлость отчеканил:

– Это, – он указал на собственную обнаженную грудь, – для вашего комфорта. Мое тело единственное, что останется холодным при перемещении, и вам придется прижаться ко мне, чтобы избежать ожогов на лице.

У меня задрожали не только руки, меня всю затрясло. Но ни словом, ни взглядом я не продемонстрировала собственного страха.

– Вы меня все больше радуете, Ариэлла, – произнес лорд оттон Грэйд. – Идемте.

И он крепко сжал мою ладонь. Не ощутить, что она дрожит, его светлость не мог. Быстрый взгляд на меня, внимательный и встревоженный, и вдруг, наклонившись, герцог прошептал так, чтобы услышала только я:

– Есть вариант с немедленной консумацией брака, Ари. Но боюсь, я изголодался настолько, что это будет чрезмерно продолжительно и не пощадит вашу духовную целомудренность. Так что выбор за вами, моя дорогая леди оттон Грэйд.

И выпрямился, ожидая моей реакции. Реакции, которая не могла не последовать.

– О, нет, – выдохнула я, – портал предпочтительнее.

– Даже не сомневался. – Лорд оттон Грэйд кивнул, зло усмехнувшись, и шагнул в начертанный светящийся символ, увлекая меня за собой.

Когда сильно-сильно раскачаешься на качелях, каждый раз срываясь по амплитуде вниз, испытываешь захватывающее ощущение свободного падения – именно оно возникло, стоило войти в круг. И мне казалось, что я падаю, падаю, падаю вниз, с надеждой и даже более того – уверенностью, что сейчас взлечу вверх.

Сияние стало ярче, усиливая чувство нереальности происходящего, герцог же, заняв место в центре нарисованного круга, привлек меня к себе. На какое-то мгновение он обхватил мое лицо руками, вглядываясь в него так, словно что-то искал в моих глазах, а затем… Затем, совершенно возмутительным образом прижал меня щекой к своей груди, сильно, так что я не смогла вырваться при всем своем желании, закрыл полами рубашки и…

И прекратив падать вниз, мы понеслись вверх.

Жар охватил мгновенно, и я уверилась в правдивости слов герцога – его кожа оставалась тем единственным, что охлаждало, и невольно прижалась теснее.

– Руки также спрячьте под рубашкой, Ари, – посоветовал лорд оттон Грэйд.

Упорствуя, я некоторое время продолжала сжимать кулаки, надеясь хоть так уберечь ладони, но когда ощутила, как запекло кожу, последовала совету, прижав обе ладони к груди герцога. И страх стал нестерпимее жара. Нестерпимее настолько, что в какой-то момент мне захотелось закричать и отпрянуть от его светлости, пусть сгореть, лишь бы все это прекратилось…

А мы начали падать.

Взметнулись юбки, опаляя жаром ноги, и вдруг его светлость стремительно подхватил меня на руки.

От приземления я ощутила лишь толчок, как удержался лорд оттон Грэйд, ума не приложу, но удержался и устоял, продолжая держать свою леди-супругу.

Затем послышались голоса и слова на незнакомом мне элетском наречии, в следующее мгновение, чуть пошатнувшись, герцог опустил меня на пол со словами:

– Вот и все, Ари.

Я открыла глаза и невольно прижалась к последнему представителю династии Грэйд. И не могу винить себя за подобную реакцию – место, в котором мы оказались, было сумрачным, жутким, с колоннами в виде черных изваяний горгулий, чьи глаза все ярче сияли холодным синим светом, и по мере того, как делалось светлее, интерьер этого зала становился все более пугающим!

– Да-да, неприятное место, – усмехнулся его светлость, устало обнимая меня за плечи, – но, леди оттон Грэйд, вы же не настолько тупоголовая монашка, чтобы сейчас завопить «мы в аду» и упасть в обморок?

Я отпрянула от герцога мгновенно. Но лишь на шаг, отходить далее откровенно побоялась, так как послышался звук приближающихся к нам голосов, и почти сразу я разглядела две зловещие при таком освещении фигуры.

Тяжелый вздох его светлости и усталое:

– Ариэлла, это всего лишь начальник гарнизона замка и домоправительница, ничего ужасающего в них нет.

Мне хотелось бы возразить, учитывая тени, отбрасываемые жуткими глазами статуй, что превращали приближающихся в некоторое подобие монстров, но чем ближе подходили мужчина и женщина, тем отчетливее становилось понятно – герцог прав, всего лишь люди. Мужчина высок, столь же высок, как и герцог, и смугл, как большинство уроженцев древнего Элетара, был одет в дублет и штаны из черного сукна, черные же сапоги доходили до колена, и за отворотом правого из них сверкнула рукоять кинжала. Женщина также была одета крайне скромно – закрытое платье с длинной прямой юбкой, не приоткрывающей кружева нижних, однотонная темная ткань, и единственные украшения – белоснежные кружевные манжеты и воротник.

«Андейлский свод» – промелькнуло в моих смятенных мыслях.

Что ж, я слышала, что герцог являлся его приверженцем, но не заметила в супруге каких-либо склонностей к аскетизму, зато он, судя по одежде, во всей полноте присутствовал у служащих замка. И я невольно поежилась, едва женщина скользнула взглядом по моим, крайне неприличным в канонах Андейлского свода, виднеющимся панталонам, да и платье светло-фиолетового оттенка никак не могло понравиться тем, кто в одежде признавал три цвета – черный, серый и коричневый.

– Мой господин. – Мужчина низко поклонился герцогу.

– Мы рады вашему возвращению. – Женщина присела в реверансе.

Лорд оттон Грэйд, невозмутимо застегивающий рубашку, кивнул и, не утруждая себя приветствием, произнес:

– Говард, усилить охрану замка втрое. Все вносимые на охраняемую территорию продукты питания я буду проверять лично. Леди в мое отсутствие не кормить!

Мужчина повторно поклонился, ничем не выдав своего удивления, женщина же всплеснула руками и выдохнула:

– Да как же?! Деточка совсем маленькая еще, ее необходимо кормить и почаще, а вы…

– Госпожа Вонгарт! – холодно перебил ее герцог.

И домоправительница мгновенно умолкла, даже отступила на шаг и склонила голову.

– Далее, – продолжил его светлость, – никаких посторонних на территории замка. Если успели кого-либо нанять в мое отсутствие – уволить немедленно.

Говард вновь поклонился.

– Леди из замка не выпускать, – отчеканил лорд оттон Грэйд, и я невольно вздрогнула, – за нее отвечаешь головой.

Мужчина кивнул и глянул на меня так, что стало ясно – он более чем серьезно отнесся к словам герцога.

– Госпожа Вонгарт, я вернусь к ужину, – продолжил его светлость.

Женщина поклонилась, а выпрямившись, поинтересовалась:

– Для девочки приготовить комнаты на третьем этаже?

Третий этаж – по обыкновению гостевой. Я невольно взглянула на супруга и поняла, что вопрос женщины по неизвестной причине привел его в бешенство. Оно откровенно читалось как во взгляде его светлости, так и в яростно двигающихся желваках на скулах. Стоит ли удивляться, что госпожа Вонгарт испуганно отшатнулась, в ужасе глядя на герцога.

– Нет, – отчеканил последний представитель династии Грэйд, – леди будет жить на втором этаже.

Женщина взглянула на меня странно и уточнила:

– В-в-восточное крыло замка?..

– Центральная часть, – прошипел от чего-то разозлившийся герцог.

Выражение лица госпожи Вонгарт стало странно-потрясенным, не менее удивленный взгляд бросил на меня и названный Говардом. Лорд оттон Грэйд, заметив их реакцию, резко выдохнул, затем развернулся ко мне и издевательски-иронично произнес:

– Драгоценная леди оттон Грэйд, позвольте представить вам господина Говарда Эгра, являющегося командиром гарнизона замка, и госпожу Инас Вонгард, являющуюся экономкой.

– Ой, – воскликнула госпожа Вонгард.

Герцог, бросив на нее злобный взгляд, вновь обратился ко мне:

– Обыкновенно она более сдержанна. Но, возможно, госпоже придется оставить данную должность.

Мне стало невольно жаль женщину, да и все поведение его светлости было откровенно далеким от норм приличия, и потому я, не сдержавшись, заметила:

– Обыкновенно представление происходит в начале разговора, лорд оттон Грэйд, и часто это позволяет избежать множества недоразумений.

И вся злость последнего представителя династии Грэйд досталась целиком мне. Его светлость с минуту прожигал меня взглядом, после чего холодно произнес:

– Искренне рад, что вы уже пришли в себя, Ариэлла. Надеюсь застать вас в том же присутствии духа и по моем возвращении.

Он собирается вернуться? Перестав улыбаться, я с тревогой взглянула на круг, в котором мы все еще стояли с герцогом, после на него самого и едва не спросила, но его светлость отчеканил:

– Госпожа Вонгард, проводите вашу леди в замок.

Понимаю, что следует подчиниться, но все же я не сдвинулась с места, более того, позволила себе напомнить темному магу:

– Порталы крайне опасны, лорд оттон Грэйд, и, возможно, вам следует хотя бы отдохнуть, прежде чем…

– Леди оттон Грэйд! – рык герцога прозвучал пугающе. – Меня бесконечно злит необходимость в очередной раз напоминать вам о необходимости не лезть в мои дела. Вон отсюда!

Слезы совершенно неожиданным образом подступили. Я удержала их лишь усилием воли, привычно вскинув подбородок, расправив плечи и максимально выпрямив спину. Помогло. И мой голос даже не дрогнул, когда я отстраненно произнесла:

– Всего доброго, лорд оттон Грэйд.

И развернувшись, направилась туда, откуда пришли госпожа Вонгард и Говард, собственно не дожидаясь застывших в явной растерянности провожатых. Но не успела я сделать и десяти шагов, как позади раздалось:

– Ариэлла, я не хотел вас обидеть.

Остановившись, я до боли сжала кулаки. Затем развернулась, холодно взглянула на герцога и спокойно ответила:

– Нет, лорд оттон Грэйд, вы желали именно этого. Приятного вам путешествия.

А больше я не оборачивалась, даже когда услышала позади шаги торопившейся меня догнать госпожи Вонгард.

Но я напрасно полагала, но на этом испытания для моей выдержки прекратятся. Стоило подойти к выходу из этого жуткого и неприятного зала, как за дверью раздался дробный стук каблучков, затем тяжелые двустворчатые двери распахнулись, и в зал вбежала молодая женщина в ярком персикового цвета платье с возгласом:

– Дэсмонд, ты вернулся!

Кровь разом отхлынула от лица. О, Пресвятой, подобного я даже предположить не могла. Не ожидала. Не думала, не… Видит небо, я с трудом устояла на ногах, и с еще большим трудом мне удалось удержать вежливо-отстраненное выражение на лице.

– Оу, – женщина остановилась, увидев меня, – а это еще кто?! Он что, притащил в замок еще одну?

Что ж, одно мне стало определенно ясно – для того чтобы быть леди оттон Грэйд, необходимо иметь железные нервы и нечеловеческую выдержку. Воистину нечеловеческую.

– Госпожа Вонгард, – я слегка повернула голову к экономке, значительно превосходящей меня в росте и ныне делающей какие-то знаки потрясенно взирающей на нее женщине, – не могли бы вы, проявив такт и воспитание, превосходящие имеющиеся у его светлости, вспомнить о правилах этикета и представить мне данную…

И тут где-то на лестнице раздался перестук каблучков, а после и возглас:

– Налин, предательница! В этот раз моя очередь встречать Дэсси! А ты…

И в зал вбежала вторая женщина, на сей раз, в отличие от первой, жгучей брюнетки и определенно южанки, светлокожая с небрежно присобранными светлыми локонами северянка в светло-голубом платье. Женщина, как и первая, остановилась, изумленно глядя на меня, и явно желала что-то произнести, но госпожа Вонгард поторопилась обратиться ко мне: