Энн Уил
Не покидай меня

Глава 1

– Если ты встретишь там достойного мужчину, не теряйся, – суетилась Наоми, лучшая подруга Сары, – тебе выпал фантастический шанс вырваться из нашей тоскливой жизни. Возьми от своего путешествия все, что можно, и даже больше. – Зная, что Сара разделяет ее мысли, Наоми продолжала:

– Пару лет назад там, куда ты летишь, было много настоящих мужчин. Они, знаешь ли, не любят цивилизации и предпочитают экзотическую жизнь – океаны, джунгли, горы. Они как редкие монеты. Если хочешь сблизиться с ними, нужно быть покорной, а нам кротость дается с трудом. Верно? – Наоми усмехнулась.

Сорок восемь часов спустя, когда аэробус несся над пустынями и горами, Сара думала о сказанном Наоми; в самом деле, большинство людей живут в более чем скромном достатке и от этого чувствуют себя несчастными. А порой, напротив, жизнь складывается более чем благополучно, но бремя обязанностей мешает осуществить свои заветные мечты.

Жизнь Наоми и Сары протекала где-то между двумя этими крайностями. Не в состоянии что-либо изменить, они брали от нее все, что удавалось. Но вот Саре представилась возможность окунуться в иную действительность.

И теперь, свободная, она летела в незнакомые края, которые с каждой минутой манили ее все сильнее.

Целых две недели она будет предоставлена себе, свободна от всех своих обязанностей… свободна, чтобы быть самой собой.

Женщина, сидевшая рядом с ней в самолете, спала. Из их разговора за ужином Сара узнала, что ее соседка – стюардесса и полеты в разные концы света для нее дело обычное. Сара же нигде раньше не бывала и сейчас была настолько возбуждена, что ни на секунду не могла сомкнуть глаз.

Вскоре после завтрака они приземлились в Дакаре, о котором Сара раньше и не слыхивала. Стюардесса работала на Арабской авиалинии и жила в Дакаре. Она с нетерпением ждала момента, когда сможет наконец расслабиться у себя в доме и принять холодный душ. Саре же предстояло еще пять часов полета, и ближайшие полтора часа в зале ожидания не сулили ей ничего приятного.

Попрощавшись с экипажем самолета и поблагодарив его, Сара вышла на жаркое солнце.

Еще вчера, в Англии, было сыро и холодно, чувствовалось приближение зимы. Здесь же, в нефтяной столице Персидского залива, даже в этот ранний утренний час было так тепло, как в разгар европейского лета.

Весь ее багаж состоял из маленького рюкзачка. Дождавшись, пока он выедет из таможенного рентгена, Сара закинула его за плечо и пошла искать туалетную комнату. Ей хотелось простоять под душем целую вечность, но это было невозможно: у душевых толпились люди. Она взглянула на свое отражение в зеркале. Поменяв цвет волос и прическу, надев вещи, которые посоветовала и дала ей Наоми, Сара еще не привыкла к своему новому облику, так же, впрочем, как и к туристическим ботинкам.

Она не снимала их целый месяц, но они по-прежнему казались тяжелыми и неудобными. И вообще, что могло быть нелепей такого сочетания: туристические ботинки на толстой подошве и подвернутые до лодыжек яркие брюки в клеточку?

Впрочем, Наоми заверила Сару, что там, куда она летит, такая экипировка вполне привычна и никого не удивит.

Поверх брюк на Саре была длинная хлопковая рубашка. Под ней – футболка, принадлежащая Наоми, с изображением и названием горного хребта, на который та поднималась со своим другом после окончания школы.

Сара сняла рубашку и футболку и осталась в одном спортивном бюстгальтере, надеясь, что если даже какая-нибудь арабская женщина войдет в душевую, то не оскорбится при виде ее.

Прохладный душ немного взбодрил ее, и через пятнадцать минут, одетая в светло-голубую майку и чувствуя себя на удивление бодрой, несмотря на бессонную ночь, она вернулась в зал. Несколько важно выглядевших арабов в традиционных белоснежных одеяниях прогуливались неподалеку, но большинство людей были одеты по западной моде – кто в деловых костюмах, а кто в потертых джинсах.

Сара проверила на табло свой рейс и осмотрелась в поисках свободного места. Не успела она сесть, как на нее устремилось множество любопытных мужских взглядов. Только один человек не поднял на нее глаз. Мужчина, сидевший напротив, был погружен в чтение книги.

Со свойственным людям любопытством Сара пыталась разглядеть название книги. Ей понравился этот мужчина тем, что он единственный не таращил на нее глаза.

В его пользу говорило не только это обстоятельство. Он был высок и широкоплеч, одет в рубашку цвета хаки и того же цвета брюки с множеством карманов. С собой у него был лишь пластиковый пакет из аэропорта Хитроу, – наверное, основной багаж он получит, прибыв на место, подумала она.

По его развитой мускулатуре Сара решила, что он, скорее всего, альпинист и направляется покорять Гималаи. В Непал обычно приезжали из других стран альпинисты или туристы. У мужчины были темные волосы, щеки и подбородок гладко выбриты. Все в нем выглядело элегантно, от начищенных до блеска ботинок до кончиков ногтей на сильной загорелой руке, сжимавшей книгу.

В этот момент он оторвался от книги и поймал изучающий взгляд Сары.

Та инстинктивно попыталась отвести взгляд, но не смогла. Какая-то странная сила в его серых глазах не дала ей этого сделать. Несколько мгновений они смотрели друг на друга. Затем легкая улыбка коснулась его губ.

«Если ты встретишь там симпатичного парня…» – голос Наоми эхом отозвался в ее голове.

А почему бы и нет, подумала она и подарила ему свою самую дружелюбную улыбку, а затем оделила ею всех, кто сидел рядом с ним.

Люди ответили ей встречными улыбками или кивками и как-то сразу разговорились. Все, за исключением мужчины с книгой. Он продолжал читать.

Когда объявили рейс на Катманду, Нил Кеннеди спокойно перевернул страницу. Долгая практика путешествий научила его не спешить к секциям таможенного контроля, поскольку первые два-три автобуса, шедшие к самолету, обычно бывали переполнены, а последний оставался наполовину пустым. В нем он смог бы познакомиться с привлекательной женщиной, сидевшей напротив.

Но когда он закрыл книгу и поднял глаза, то был удивлен, обнаружив, что она уже ушла. Ее одежда, манера держаться, а главное, туристические ботинки – все говорило о том, что это не первое ее путешествие. Нил заметил эту женщину еще в Лондоне. Она стояла впереди него на таможенном досмотре. Он проводил ее взглядом и отметил про себя, что со спины она выглядит довольно соблазнительно. Стройная, но не худая, все формы пропорциональны, прекрасная осанка. Интересно бы увидеть ее лицо…

Он совершенно забыл о привлекательной незнакомке, пока не поднял глаза и не поймал на себе ее заинтересованный взгляд. Женщину в клетчатых брюках нельзя было назвать красивой. Но у нее умные карие глаза и неотразимая, теплая улыбка. Он вспомнил, как отец говорил, что нужно искать именно умных, благородных девушек.

Ему тогда было шестнадцать, и он пропускал советы мимо ушей. Что родители понимают в жизни подростков?

К двадцати годам он понял, что его родители здравомыслящие и мудрые люди. Они очень любили друг друга, и их брак длился долго. Но между поколением родителей и поколением Нила, его братьев и сестер произошел разрыв. Жизненные ценности изменились. Многие, включая и его самого, полагали, что институт брака вырождается. Неудачная женитьба его брата Криса казалась более типичной, нежели брак родителей. На опыте брата Нил решил, что он выберет для себя другую дорогу.

У него было пять племянников и племянниц и много крестников. Зачем ему свои дети, да, собственно, и жена?

Все необходимое он делал сам, и притом гораздо лучше, чем многие нынешние неумехи домохозяйки. Воспитывая своих сыновей, его мать с детства внушала им, как и дочерям, что каждый человек должен сам уметь постирать свои вещи и приготовить несколько простых блюд.

Единственное место, где Нилу нужна была женщина, – это постель. Уже в двадцать лет он никогда не оставался один и, хотя рано понял, что отношения, предполагающие душевное взаимопонимание и физическую гармонию, предпочтительнее, чем случайные связи на одну ночь, все же в удовольствиях себе не отказывал – ведь в жизни нужно любить только себя; Если, когда он прибудет в Катманду, эта симпатичная женщина даст понять, что она доступна, неужели он, полноценный мужчина, предпочтет провести ночь один?

Сара попросила место около иллюминатора в хвостовой части самолета. Наоми сказала, что так она сможет увидеть панораму Гималаев при приближении к Катманду.

Подойдя к своему ряду, она обнаружила, что невысокая пухлая женщина в национальной непальской одежде заняла ее место. Решив, что объясниться с ней будет трудно, Сара уселась на соседнее, среднее в ряду место, забросив свой рюкзак в шкафчик.

Некоторое время спустя, среди последних, в самолет вошел мужчина с книгой и направился по проходу. Опустившись в кресло рядом с Сарой, он повернулся к ней и произнес:

– Привет!

– Привет! – Неожиданно для себя Сара обрадовалась тому, что непальская женщина заняла ее место возле иллюминатора.

Ее сосед перегнулся через нее и что-то сказал женщине, сидевшей у окна. Та заулыбалась и стала ему отвечать.

– Вы говорите по-непальски? – спросила Сара.

– Да, но я не очень хорошо знаю этот язык. Могу только кое-как объясниться. – Он поудобней устроился в кресле. – Если уж нам выпало провести всю дорогу вместе, то почему бы не познакомиться? Я – Нил Кеннеди.

– Сара Андерсон.

– Путешествуете? Она кивнула.

– А вы?

Подняв брови, он уставился на эмблему, нарисованную на ее футболке. Три снежных пика, над ними – название хребта, а под ними вышито имя Наоми и дата, когда она была там.

– На этот раз меня пригласили на Эверестский марафон.

Саре не захотелось объяснять ему, что майка принадлежит не ей. Из книг о туризме она знала, что люди, преодолевающие сложные маршруты с тяжелыми рюкзаками за спиной, с пренебрежением относятся к тем туристам, которые решаются подняться на вершину только с носильщиками.

Зачем разочаровывать его в самом начале их знакомства?

– Вы бегун? Хотя они, по-моему, обычно ниже ростом и более худощавые.

– Ну, бегуны бывают разные, – ответил он. – Но я не бегун. Я собираюсь только освещать марафон. Я журналист. А вы кем работаете?

– Я занимаюсь компьютерами. – Сара решила не вдаваться в подробности. – Вы работаете по найму?

В его грустных глазах промелькнула улыбка. – Вы, очевидно, не читали «Джорнал». У меня там своя колонка, и еще я кое-что делаю на телевидении и радио.

Сара лишь просматривала, не читая, одну из скандально известных бульварных газет. А новости узнавала из службы новостей в Интернете. Но знала, что «Джорнал» – одно из самых уважаемых и независимых английских изданий, предназначенное в основном для деловых людей. Скорее всего, Нил – ас в своей профессии, хотя и не выглядит так, как, по ее представлениям, должен выглядеть настоящий журналист.

– Я обязательно посмотрю вашу статью, когда вернусь домой, – улыбнулась она ему в ответ.

Ее улыбка заставила Нила призадуматься, сколько мужчин целовали эти красивые губы и целовал ли их кто-нибудь на прощание в Хитроу вчера вечером. То, что она сейчас одна, еще ничего не объясняет. Его родители тоже иногда путешествовали поодиночке.

Он успел заметить, что на руке у нее несколько серебряных колец, но безымянный палец остался неокольцованным. Нил избегал связей с чужими женами и подружками. Вокруг более чем достаточно возможностей заводить романы, не затрагивая при этом чьего-либо достоинства.

Он знал, что его решение избегать серьезных отношений сильно огорчало родителей, которые хотели внуков. Но не намеревался терять голову и теперь был достаточно далек от той опасной черты, когда инстинкт продолжения рода берет верх.

Сидя рядом с Сарой Андерсон и представляя себе изгибы ее тела, он чувствовал, что возбуждается. От нее не пахло тяжелыми, приторными духами, которые некоторые женщины считают соблазнительными. Единственный аромат, который он мог уловить, – это запах чистых светлых волос. На самом деле она была брюнеткой – ее выдавали большие карие глаза. Кожа нежного кремового цвета, совсем незагорелая. Ему больше нравились длинные волосы, у нее же волосы были короткие, как у мальчишки, будто специально подстриженные для путешествия. В ушах блестели серебряные сережки.

Самолет побежал по взлетной полосе. Когда Сара повернулась к окну, Нил подумал: интересно, как она будет реагировать, если он нагнется и поцелует ее в шею около очаровательной маленькой родинки? Хотя, конечно же, он не собирался этого делать.

– Когда вы начнете свое путешествие?

– Не раньше среды. После такого долгого перелета отдохнуть парочку дней совсем не помешает. А когда начинается марафон?

– Через две недели, но участники обычно съезжаются заранее. Я всегда рад провести время в Катманду… даже если там многое изменилось с тех пор, когда мы с вами впервые ступили на землю Непала.

Надо же, он думает, что я тоже люблю Непал, с удовольствием подумала Сара. Как бы она хотела, чтобы так оно и было! Еще с десятилетнего возраста такие названия, как Самарканд, Джарджелинг, Катманду, звучали для нее волшебной музыкой.

Аэродром остался позади. Сара попросила джин с тоником, но оказалось, что на этом рейсе спиртное не предусмотрено.

– Тогда только тоник, пожалуйста.

Нил заказал себе то же, но попросил принести ему еще два пустых стакана. Когда стюардесса ушла, он достал свой пакет.

– Мой компьютер и моя выпивка, – объяснил он, показывая ей содержимое пакета: небольшой компьютер и полбутылки джина.

– Вы не боитесь, что ваш компьютер может сломаться, если возить его без чехла?

– Эти чехлы больше похожи на дамские сумочки. С ними любят красоваться бизнесмены. На них будто написано для воров: «Возьми меня!» Я заметил в аэропорту, что у вас с собой маленький рюкзачок, и мой вам совет: не носите в нем ничего ценного.

– Я и не ношу, – ответила Сара. Наоми дала ей маленькую сумочку, которая прикрепляется к поясу.

Нил налил в оба стакана джин и, поставив один на подлокотник ее кресла, добавил туда тоник. То же он проделал и со своим стаканом.

– Ом мани падме хум, – произнес он, подняв стакан.

Саре не требовался перевод этой фразы. Это была одна из буддистских мантр – «Драгоценный камень в сердце Лотоса». Она интересовалась буддизмом, так как верила, что смерть – это не конец, а всего лишь переход в другую форму жизни на пути к высшему совершенству.

От внимания Нила не ускользнуло выражение ее лица, когда он произнес эту фразу. Он подумал: уж не обиделась ли она на то, что он использовал мантру в качестве тоста? Или эти слова напомнили ей о том, что она не хотела вспоминать?

За ужином он попытался узнать что-нибудь о ее личной жизни, но Сара отвечала уклончиво, и Нил перевел разговор на книги.

Сара была на высоте. Она читала все книги, о которых он говорил, и даже те, о которых он и не слышал. Оказалось, что оба по несколько раз перечитывали «Потерянный горизонт» Джеймса Хилтона – о затерянном райском месте Шангри-Ла.

– Дедушка подарил мне эту книгу на мой двенадцатый день рождения, – сказал Нил. – А когда вы прочли ее впервые?

Улыбка коснулась ее губ.

– На Рождество, когда мне было пятнадцать. Я тогда тратила все свои карманные деньги в букинистическом магазине на покупку старинных книг. Мистер Кинг – старик, которому принадлежал магазин, – подарил мне ее, сказав, что я самая маленькая из его постоянных посетителей. -Улыбка на ее лице сменилась грустью. – Он умер той же зимой от бронхита, и магазин так больше и не открылся. Я очень скучала по нему.

Немного помолчав, она добавила:

– Когда мы обсуждали эту книгу, мистер Кинг уверял меня, что такое место, как Шангри-Ла, должно обязательно существовать… затерянная в горах долина, где люди живут очень долго и безмятежно. Какое-то время я действительно верила в это. Но если бы такое место существовало, его давно бы уже обнаружили.

– Мой дед говорил, что Шангри-Ла не существует, – промолвил Нил. – По крайней мере в том виде, в каком она описана в книге… но кое-где на плато Центральной Азии есть загадочные места. О них-то и думаешь как о Шангри-Ла. Каждый может найти себе такое место, но не каждый ищет.

– А сколько вашему деду?

– В будущем году будет девяносто, но до сих пор бодрый и активно пользуется Интернетом и электронной почтой, общаясь с другими стариками, которые еще не потеряли рассудок.

Сара рассмеялась.

– Молодец!

Нил заметил, что она ничего не рассказывает о своей семье. Многим достаточно лишь небольшой зацепки, чтобы выложить перед незнакомым человеком всю историю своей жизни.

Сара же ни словом не обмолвилась о своих близких. Вероятно, неспроста.

После ланча непалка повернулась к Саре и тихо произнесла:

– Пипи.

Нетрудно было догадаться, что она имела в виду. Сара обратилась к Нилу:

– Кажется, моей соседке нужно пройти в туалет. Нил поднялся и вышел в проход, Сара последовала за ним. Пока непалка отсутствовала, они стояли в проходе, радуясь возможности хоть немного размяться.

– Интересно, знает ли она еще что-нибудь по-английски? – спросила Сара. – Впрочем, мои знания непальского не многим лучше… от силы слов десять.

– Сейчас многие туристы вообще не удосуживаются хоть что-нибудь выучить, – сухо ответил Нил. – Лично я стараюсь немного поднатореть в языке, на котором говорят там, куда я направляюсь впервые.

Возвышаясь над ней в узком проходе между рядами, он казался еще выше и шире в плечах, чем при первой их встрече в аэропорту. Про себя она отметила, что такое удачное сочетание физической силы и интеллекта встречается в мужчинах крайне редко.

Вскоре после того, как они снова заняли свои места, ребенок лет трех начал бегать по проходу, а затем громко плакать и, всхлипывая, звать своего папу.

Возможно, отец ребенка спал и даже не подозревал, что его отпрыск на грани истерики. Сара уже готова была прийти на помощь, но Нил опередил ее. Подняв ребенка на руки, он пошел по проходу, шепча ему что-то на ухо.

Глядя Нилу вслед, Сара подумала, что наверняка он давно женат и у него есть дети.

Возле кабины пилота Нил вернул малыша родителям.

– Вы действовали со знанием дела, – с легкой улыбкой встретила его Сара.

– У меня племянник того же возраста. – И Нил добавил:

– Детям нельзя разлучаться с родителями, такого рода расставания для маленького ребенка – настоящий стресс. Да, журналистика и семейная жизнь явно несовместимы.

– Пожалуй, – согласилась Сара и подумала, уж не предупреждение ли это. Если так, то не слишком ли он самоуверен?

Однако Нил, несомненно, был одним из тех мужчин, о которых ей говорила Наоми. Может, неудачный опыт заставил его сделать такие выводы?

Во время чая показывали фильм. Заметив, что ее соседка-непалка прильнула к окну, загородив его собой, Сара поняла, что они приближаются к Непалу. И огорчилась, что ничего не увидит. Впрочем, кто имеет больше права смотреть на прекрасные виды гор, чем возвращающийся домой непалец?

Нил дотронулся до руки непалки и заговорил с ней, после чего женщина откинулась назад, и им открылись снежные вершины Гималаев, сверкающие на полуденном солнце.

Наконец вид далеких хребтов сменился зелеными холмами долины Катманду. Сара почувствовала, что радость встречи с членами ее туристской группы будет омрачена расставанием с новым знакомым.

Нил подозревал, что Сара не спала всю дорогу, но все же спросил:

– Сегодня вы, наверное, сильно устали, но как смотрите на то, чтобы нам встретиться завтра вечером?

– Я не против, но могут возникнуть кое-какие трудности. А если я позвоню вам завтра утром?

– Буду рад. – Он написал на листке бумаги номер и протянул его Cape. – Постарайтесь позвонить до девяти. У меня завтра очень много дел.

– Договорились.

– Хорошо. Было очень приятно с вами познакомиться.

От улыбки, появившейся при этих словах на его лице, у Сары потеплело внутри. Неужели она настолько потеряла голову, чтобы желать продолжения знакомства? Каким бы хорошим ни был совет Наоми не теряться, Сара инстинктивно чувствовала, что на этот раз наставления подруги могут сыграть с ней злую шутку.

Когда они не торопясь спускались с трапа, Сара впервые почувствовала случайное прикосновение Нила.

Пришло время расставаться, и Нил взял ее тонкие пальцы в свою ладонь.

– До завтра. – Говоря это, он уже точно решил: ничто не сможет помешать им встретиться следующим вечером.

– До свидания, Нил. – Если у нее осталось хоть немного рассудительности, она позвонит ему завтра утром и скажет, что не сможет прийти.

Ей нужен мужчина на всю жизнь, и совсем не такой, как Нил Кеннеди.

Глава 2

Сара разместилась на заднем сиденье мини-автобуса. Переключив свое внимание с гирлянды из ярких цветов, которую накинули ей на шею местные мальчишки в аэропорту, она наблюдала за гидом.

Гида звали Сенди. Сара, не имевшая привычки судить о людях с первого взгляда, почему-то почувствовала антипатию к этой мужеподобной женщине, которая стояла около шофера с микрофоном в руке.

Неужели она думает, что они хоть что-то смогут запомнить из сказанного ею, когда их всех клонит ко сну? – подумала Сара. Разумнее было бы раздать каждому по копии инструкций. Но Сенди явно очень нравился ее собственный голос и тот факт, что она здесь главная.

Присмотревшись к членам своей группы, Сара немного расстроилась. Она никак не могла отыскать хоть кого-нибудь, с кем бы ей захотелось пообщаться. Судя по тому, как все внимали рассказам Сенди, они, очевидно, были провинциалами.

Провести две недели в их компании вовсе не улыбалось. Интересно, которая из этих простушек будет моей соседкой по номеру? – подумала Сара.

Это выяснилось через полчаса, когда они подъехали к большому отелю и множество носильщиков стали разгружать их багаж.

По мере того как туристы один за другим выходили из автобуса, Сенди каждому называла номер его комнаты и имя соседа. Сару поселили с Беатрис, худой женщиной лет шестидесяти, улыбка которой больше походила на гримасу после приема горького лекарства.

Вид из окна номера немного улучшил настроение Сары. Над крышами города виднелись горы, окружавшие долину, среди которых выделялось несколько высоких пиков.

– Не могу поверить, что я наконец-то здесь, – восхищенно произнесла Сара, опершись о подоконник.

Беатрис не ответила, и Сара обернулась. Ее соседка уже начала распаковывать вещи.

– Я надеюсь, вы аккуратный человек, миссис Андерсон, – сказала старушка, подняв на мгновение глаза. – Или вы предпочитаете «мисс»? – В ее голосе слышались нотки сарказма.

С такой разве сдружишься? Сара изо всех сил попыталась быть как можно вежливее.

– Лучше просто Сара. Я оставлю вас разбирать чемоданы, а сама пойду вниз, выпью чего-нибудь. У нас ведь только один ключ на двоих, так что, когда вы закончите, пожалуйста, найдите меня. До скорого.

Была середина дня, до вечера еще далеко, и Сара решила немного посидеть в парке, который раскинулся рядом. Даже пятизвездочный отель разочаровал ее, поскольку это оказалась типичная европейская гостиница, без какого бы то ни было национального своеобразия.

Она вспомнила о записке Нила, которую вложила в блокнот, купленный накануне для того, чтобы писать очерки о своем путешествии. Еще час назад она решила, что их отношения с Нилом должны закончиться, но сейчас уже не была в этом настолько уверена. Если уж так случилось, что ни Сенди, ни Беатрис, ни остальные ее не радуют, может, ужин с Нилом будет ей в радость? На самом деле она с трудом сдерживалась, чтобы тотчас не кинуться к телефону.

На следующее утро в начале девятого, когда Беатрис завтракала, Сара позвонила Нилу.

– Доброе утро. Это Сара.

– Доброе утро. Как прошла ночь?

– Прекрасно, – солгала она. – А у вас?

– Я проснулся в четыре утра и взялся за книгу. Мне потребуется пара дней, чтобы привыкнуть к местному времени. Так мы увидимся сегодня?

– Это было бы здорово.

– Тогда я заеду за вами в полседьмого. Надеюсь, вы не будете против, если мы поужинаем в «Як и йети».

Из путеводителя Сара знала, что это один из шикарнейших отелей в Катманду.

– Но я не взяла с собой вечернего платья.

– Это не обязательно. Только местные богачи да путешественники с мировым именем любят наряжаться, альпинисты и опытные туристы – никогда. Так что все в порядке.

– Ну что ж, если вы в этом уверены, тогда до встречи. – Положив трубку, она почувствовала радостное возбуждение.

Сара сидела в холле, наблюдая, как люди входят и выходят из здания, когда в дверях появился Нил.

– Уже готова, – одобрительно сказал он. – Не люблю томиться в ожидании. Ну что, идем? Наш транспорт за воротами. Администрация отелей не любит, когда на территорию заезжают рикши. Ну, как вам в этом отеле?

– Будь моя воля, я не остановилась бы здесь, мне больше нравятся коттеджи.

Утром, когда Сенди водила их на экскурсию в город, Сара видела много педальных экипажей, управляемых рикшами. Смуглые знатоки своего дела каким-то образом умудрялись в хаотичном городском движении ехать в нужном направлении и при этом не сбавлять скорости. Их рикша был худой маленький мужчина с седыми волосами; ему, казалось, не хватит сил, чтобы сдвинуть с места коляску с двумя европейцами. Сара улыбнулась ему:

– Намает.

– Намает, мадам. – Кланяясь и улыбаясь, он показал ей на металлический штырек, которым она могла воспользоваться как ступенькой.

Нил уселся рядом с Сарой, и коляска заскрипела. Звук стал еще жалобнее, когда рикша вскоре съехал с утоптанной тропинки на неровную обочину. Выглянув из коляски, Сара ужаснулась, увидев, что колесо с ее стороны сильно разболталось и грозит совсем отвалиться. Случись это, они рискуют попасть прямо под колеса проезжающих рядом машин. Ей стало страшно, и она покрепче вцепилась в сиденье.

Вдруг Нил положил ей руку на плечо и, прижав к себе, сказал:

– Ужасно. С каждым годом дороги становятся все хуже и хуже.

Прижавшись к его широкой груди, она почувствовала себя в безопасности.

Вскоре рикша свернул с дороги на затененную деревьями часть улицы. Минуя маленький рынок, они подъехали к воротам отеля «Як и йети».

Он был в несколько раз больше, чем тот, в котором остановилась Сара. В большом фойе расположились магазин, ресторан и огромный бар.

Взяв Сару под локоть, Нил повел ее мимо пианиста, игравшего спокойную мелодию, к столику около окна, из которого открывался вид на живописный сад с небольшим прудиком.

– Что вы будете пить? – спросил он, протягивая ей меню.

Выбор коктейлей был впечатляющий. В этом баре можно было насладиться любым напитком, начиная с «Ледника Эвереста» и заканчивая «Языком яка» и «Улыбкой йети». Но Сара недоверчиво относилась к коктейлям, которыми можно незаметно для себя набраться до беспамятства.

– Можно мне «Кампари» с содовой? – немного подумав, попросила она.

Нил заказал ей «Кампари», а себе пива.

– Как вы провели свой первый день здесь?

– С утра мы были на экскурсии, а после полудня каждый занимался, чем хотел. Думаю, что большинство предпочло сон дальнейшим прогулкам. Им всем за шестьдесят, а двум семейным парам едва ли не по семьдесят.

– И они в хорошей форме? Сара покачала головой.

– Я поражена, что они выбрали именно этот тур для отдыха, причем за свой счет. Я тут единственная, кто отдыхает бесплатно. Когда Сенди за обедом объявила всем, что я выиграла это путешествие в качестве приза от одной скандальной газеты, я почувствовала на себе много косых взглядов.

– Интересно, как вам удалось выиграть? – Брови Нила удивленно приподнялись.

– Кто-то вписал мое имя в лотерейный бланк. Вообще-то у меня был выбор, куда поехать. Я могла бы заниматься подводным плаванием на Каймановых островах или кататься на лыжах в Колорадо.

– Почему же выбрали Непал?

– Я не катаюсь на лыжах и плохо плаваю. Может, моя группа покажется не такой скучной, когда я лучше всех узнаю.

– Уверен в этом, – ответил Нил. – Я часто убеждаюсь, что первые впечатления не всегда верны. А Сенди – мужчина или женщина?

– Женщина, больше похожая на мужчину. Он нахмурился.

– Она что, поселила вас к себе в номер?

– Нет, я живу с Беатрис, которая считает меня законченной феминисткой и вдобавок храпит всю ночь. Надеюсь, что скоро к этому привыкну и не стану просыпаться каждые пять минут, как это было прошлой ночью.

– Похоже, она не очень-то вам по душе.

– Да уж. Так же как Сенди, которая всячески старается показать всем, что она тут главная и что все обязаны строиться в шеренгу по первому ее приказу. – Сара улыбнулась.

Нил расспрашивал ее об остальных участниках тура, когда неожиданно раздался женский возглас:

– Нил… я не знала, что ты в городе! Он поднялся.

– Привет, Джулия. Как поживаешь?

– Прекрасно, а ты? – спросила она, подставляя щеку для поцелуя.

Джулия была почти одного с Нилом роста, очень худая, с медного цвета волосами, ниспадающими на ее угловатое лицо. Единственно красивыми были серо-голубые глаза, но, несмотря на явные недостатки внешности, в ней чувствовалась какая-то изюминка.

Нил обнял ее и поцеловал в обе щеки.

– У меня все хорошо… я только вчера прилетел. Это Сара. Мы познакомились в самолете.

– Здравствуйте, – Джулия протянула Саре руку. Ее ладонь оказалась на удивление сильной.

– Присоединишься к нам? – спросил Нил.

– Рада бы, но не могу. Я только что с Лукла, а вечером будет банкет. С минуты на минуту появится моя компания… А вот и они. – Джулия посмотрела в сторону входа. – Ты надолго сюда?

– Пока не начнется марафон.

– Хорошо, значит, мы еще увидимся. Ну, мне пора. – Она улыбнулась Саре.

Джулия повернулась к ним спиной, и Сара внимательно рассмотрела ее фигуру. Нежно-сиреневый мохеровый свитер выигрышно подчеркивал высокую грудь, а джинсы и спортивные ботинки стройные ноги. Однако в целом фигура казалась какой-то несуразной.

– Джулия – спасатель и проводник, – сказал Нил восхищенно. – Она очень сильная женщина. Мы с ней познакомились на курсах лет пять или шесть назад.

– На каких курсах?

– На курсах экстремального вождения. Она была единственной девушкой и к тому же лучше всех водила машину. Многим парням это не нравилось. -Он улыбнулся, вспомнив что-то явно смешное.

– А вас это не задевало. – Интонация ее голоса была скорее утвердительная, нежели вопросительная.

– Если женщина водит лучше, это нисколько не затрагивает моего самолюбия. Когда мои родители отправляются куда-нибудь вдвоем, за рулем всегда мама. Ей нравится водить, а отцу нет. Так уж заведено в моей семье.

Сара подумала, что у нее все было совсем не так, и, желая перевести разговор в другое русло, поинтересовалась, не были ли те курсы частью подготовки к экспедиции.

– Для Джулии да, для меня – нет. Мне просто казалось, что умение водить в экстремальной ситуации может пригодиться.

Через полчаса, уходя из бара, они прошли мимо Джулии и ее группы – более спортивной, чем группа Сары. Джулия беседовала с кем-то, но, заметив их, не прерывая разговора, помахала им рукой.

Этот жест заставил Сару подумать, что когда-то Джулия и Нил были близки, даже очень близки.

– Давайте пройдем в ресторан. Он тут недалеко, предложил Нил.

Будь Сара одна, она никогда не нашла бы вход в ресторан, настолько темна была улица, которую освещали лишь звезды. Интерьер ресторана сильно контрастировал с темной улицей. На столах стояли свежие цветы, официанты были одеты в ла-костские рубашки и длинные белые фартуки. Нила и Сару встретил хозяин ресторана – красивый непалец, который прекрасно говорил по-английски; он провел их к столику.

Ресторан был небольшим, но стильным, публика в большинстве своем состояла из служащих посольств и представителей благотворительных организаций.

Меню было написано на маленькой деревянной дощечке. Сара заказала жаркое с грибами и орехами. Нил – свинину по-испански.

– Вы вегетарианка? – спросил он Сару.

– Да нет, просто люблю грибы и орехи.

– Но в самолете вы тоже ели только овощи.

– Вы все замечаете. Это что, профессиональная привычка журналистов? Просто мне сказали, что вегетарианское меню здесь намного интереснее, чем обычное. – А ведь он может догадаться, что она вовсе не такая опытная путешественница, как ему показалось.

– Многие считают, что кошерная пища самая лучшая, – сказал Нил. – Мои коллеги по работе сделали приблизительный обзор тех блюд, которые готовятся в Хитроу. Обслуживающий персонал работает на износ. Одной только «Бритиш Айрлайнз» требуется около двадцати тысяч блюд для их многочасовых полетов.

Напоминание о том, что Нил живет в мире прессы, гораздо более интересном, чем мир, в котором живет она, заставило Сару призадуматься, что будет, когда он поймет: она вовсе не та, за кого он ее принимает.

Сара усиленно соображала, как можно поддержать этот разговор. Ей вспомнилась Наоми, которая была большим специалистом в области шуток и анекдотов. Чтобы немного посмешить Нила, Сара позаимствовала несколько шуток из репертуара Наоми.

Ближе к концу вечера, когда они уже прикончили вкуснейший яблочный пудинг и запили его ароматнейшим белым вином, Нил неожиданно сказал:

– Вместо того чтобы еще одну ночь слушать, как храпит Беатрис, почему бы нам не пойти в мой номер? Я не страдаю такой напастью, и у меня большой номер с двухместной кроватью. Еще я могу похвастаться маленьким зимним садом, в котором очень приятно утром попить кофе.

От такого предложения у Сары перехватило дыхание. Она, конечно, предполагала, что услышит его, но не ожидала, что это может случиться так скоро и так неожиданно. Многие делали ей подобного рода предложения, но чтобы так открыто… И никогда не получали согласия, потому что нисколько ее не интересовали.

Нил же явно заинтересовал Сару, но его предложение было уж слишком поспешно. Некоторые женщины готовы прыгнуть в постель с мужчиной, едва познакомившись с ним. Но для Сары секс не был чем-то тривиальным: насладиться и забыть – нет, это не для нее.

– Простите… нет, – сказала она, запинаясь. – Знай я, что вы пригласили меня только с такой целью, ни за что не пошла бы. – Она почувствовала, как румянец заливает ее щеки.

– Вовсе не с такой целью, – ничуть не смутившись, возразил Нил. – Просто мне показалось это неплохой идеей. Если вы не согласны, ничего страшного. Я и не надеялся, что согласитесь. Женщинам требуется больше времени, чтобы решиться на это.

– Что ж, так принято в маленьком провинциальном городке, где я живу. В Лондоне, конечно же, все по-другому.

– Отличий не так уж и много, – сухо ответил Нил. – Просто в больших городах меньше сплетен. Провинциалы более благоразумны, но они тоже не без людских слабостей. У моего деда есть любимая присказка: «Любовь, страсть и душевная боль это часть человеческой натуры. Они всегда были и всегда будут». Он в этом абсолютно уверен.

– Но во времена его молодости все было по-другому. – Сара говорила, вспоминая своего отца, он был на несколько десятков лет младше деда Нила.

– Моему деду нравится, как сейчас живут. Меньше лицемерия. Взаимоотношения людей стали проще, менее напряженные.

Вместо кофе она попросила жасминовый чай, а Нил – горячий шоколад. Официант аккуратно поставил перед ней чашку. Она улыбнулась ему.

– Спасибо.

– Мне нравится, как вы обращаетесь с людьми… Вы не считаете их ниже себя, – тихо произнес Нил и, не дожидаясь ответа, спросил:

– Что вы делаете завтра?

– Нас увозят смотреть несколько храмов.

– Может быть, вечером вы будете свободны? Мы могли бы снова поужинать вместе… в другом ресторане.

– Мне нужно быть с группой. Будет просмотр слайдов и заключительный брифинг.

– Вам бы больше понравилось в «Ромовом болване».

– Что это?

Он удивленно приподнял бровь.

– Вы там не бывали? Это бар-ресторан, где собираются альпинисты, клуб покорителей вершин. Стены и потолок украшены фотографиями следов йети, снятыми альпинистами и путешественниками во время экспедиций.

Он, наверное, еще и неплохой альпинист, подумала Сара. Во всяком случае, все физические данные налицо.

– А вам приходилось подниматься на Эверест? – с интересом спросила она.

Взгляд Нила стал холодным. На мгновение показалось, что он рассердился.

– Я не альпинист, – произнес он ледяным голосом.

Сара заметила, что ее невинный вопрос почему-то задел его.

А может, это своего рода реакция на ее отказ?

Может, то, что ему не удалось затащить ее в постель, сильно задело его самолюбие?

Нил подозвал официанта и попросил счет.

– Можно я заплачу? – спросила Сара.

– Конечно, нет. Вы моя гостья, – мягко ответил он и улыбнулся.

У ворот их поджидал рикша, всем своим видом демонстрирующий готовность везти пассажиров куда угодно, но Нил не обратил на него никакого внимания.

– Вы не против пройтись до отеля пешком?

– Давайте. Небольшая прогулка будет очень даже кстати после такого сытного ужина.

Только вечерело, но все магазины уже давно закрылись. Они шли мимо темных витрин и ощущали тишину и покой, которые с восходом солнца исчезнут.

Нил повел ее по узкой безлюдной тропинке. Неожиданно, когда до освещенного шоссе оставалось совсем немного, он схватил ее за руку и потащил к остановке.

– Ваш отель уже совсем близко. Я посмотрю, как вы будете входить в дверь, но пожелайте мне спокойной ночи здесь. – Не успела Сара опомниться, как оказалась в крепких объятиях. Нил покрыл ее лицо страстными поцелуями.

Прошло много времени с момента, когда она целовалась в последний раз, но сейчас все было совсем по-другому. Она еще никогда не чувствовала себя такой беззащитной перед мужчиной, ни одни мужские губы не целовали ее с такой уверенностью. Он не дал ей и минутки на раздумья.

Нил прижимал Сару к себе одной рукой, а другой нежно проводил по ее волосам. Каждой своей клеточкой Сара ощущала упругое тело мужчины, который не ослаблял своих объятий.

А ведь ей казалось, что желание больше не вернется к ней, что она больше никогда не испытает той немыслимой страсти, которая однажды привела к катастрофическим последствиям. Но сейчас, когда Сара ощущала под своими ладонями мощную мужскую грудь и широкие плечи, давно забытое чувство снова ворвалось в ее жизнь.

– Ты уверена, что не передумаешь? – спросил Нил, оторвавшись от ее губ и продолжая покрывать поцелуями щеки.

– Нил, отпусти… пожалуйста. Она попыталась оттолкнуться от него и с удивлением обнаружила, что ей это удалось. Нил сделал шаг назад.

– Если ты настаиваешь… но я не могу понять, почему.

Она провела рукой по волосам.

– Мы только что встретились и почти незнакомы. Может, для тебя это не важно, а для меня очень. Одного желания недостаточно. Мне нужно узнать человека… доверять ему… прежде чем… – она не договорила.

– Доверие возникает инстинктивно, так же как и желание, – ответил Нил. – Но если ты хочешь отложить удовольствие на потом, это твое право.

– Мужчина в любом случае получает удовольствие. Женщина – нет, ей нужно нечто большее, иначе при воспоминании о неудавшейся близости она ощущает горечь.

– Тебе виднее, – сухо сказал Нил. – Но я знаю, твой внутренний голос говорит, что у нас все будет по-другому.

– Мой внутренний голос не всегда прав.

– Много у тебя было любовников? Этот вопрос, так же как и предложение в ресторане, застал ее врасплох. В ее мире люди не задавали таких вопросов.

– Думаю, что с тобой я не смогу тягаться.

Он схватил ее за руку:

– Но почему ты решила, что я бабник?

– Потому что ты так себя ведешь, – коротко ответила Сара.

– У меня мало времени, – тихо сказал Нил, – в таких обстоятельствах медленный подход не годится. Ты уезжаешь из города послезавтра, а когда вернешься, у меня останется очень мало времени. Через месяц я возвращаюсь в Англию. Многое может произойти за это время, и к тому же мой девиз:

«Жить сегодняшним днем». – А мой – «Не терять головы», особенно если собираешься лечь с кем-нибудь в постель.

– Ты от природы такая осторожная или жизнь сделала тебя такой?

– С возрастом люди набираются ума. Сколько, по его мнению, мне лет? – подумала Сара. Многие удивлялись, когда узнавали, сколько ей на самом деле. Пережитое никак не отразилось на ее внешности.

– Ты когда-нибудь была не такой серьезной? – Вопрос прозвучал несколько дразняще.

– Да. – Ее голос сорвался. – Когда мне было семнадцать, я была безумно влюблена… Но это старая история.

Они подошли к отелю. Не отпуская ее руки, Нил вошел внутрь.

– Если ты решишь провести завтрашний вечер не так, как запланировала, то знаешь, где меня искать.

На глазах швейцара, который уже успел открыть им дверь, Нил поднес ее руку к губам и нежно поцеловал.

– Спокойной ночи, Сара. Надеюсь, мы еще встретимся.

Он попрощался со швейцаром на непальском и, резко повернувшись, пошел к выходу, оставив ее сгорающей от желания окликнуть его.

Но она не сделала этого, и секунду спустя он исчез за дверью.

С утра, перед запланированным отлетом в Луклу, Сара всячески пыталась побороть свое нежелание куда-либо лететь. Ей хотелось увидеть Нила.

Она зашла в открытое кафе около книжного магазина, в котором было полно народу, и заказала жасминовый чай. Ее заинтересовала женщина, которая села неподалеку. Сара уже готова была завязать с ней разговор, но та стала заполнять открытку.

Через некоторое время женщина поднялась и направилась в туалетную комнату, оставив на столике свою сумочку. То ли она была рассеянная, то ли чем-то слишком поглощена.

Пока женщины не было, несколько посетителей вошли в кафе. Сара на всякий случай внимательно следила за забытой сумочкой.

Вдруг появилась ее хозяйка. Она еле держалась на ногах и была вся в крови. Женщина подошла к своему столику и тяжело опустилась на стул. Казалось, она вот-вот потеряет сознание. К ней подошел официант и, с тревогой взглянув на капли крови на полу, спросил:

– Что-то случилось?

– Да, – ответила за нее Сара, – этой леди нужна медицинская помощь. Пожалуйста, вызовите такси… побыстрее.

Она наклонилась к женщине, пытаясь определить, насколько серьезно та пострадала.

– Что с вами произошло? Расскажите.

– Мне стало плохо… закружилась голова… я обо что-то ударилась. Я не уверена…

– Не волнуйтесь. Я не оставлю вас одну, – как можно мягче сказала Сара. К счастью, у нее с собой был адрес больницы, которую ей посоветовали. – Как вас зовут?

– Роза Джонс.

Женщина заплакала.

В больничной приемной было очень многолюдно. Но, увидев состояние Розы, медсестра сразу же вызвала дежурного врача и проводила пострадавшую в палату.

– Доктор скоро подойдет, – сказала она. Роза, которой к тому времени стало немного лучше, села на стул и закрыла глаза. Сара оглядела чистую и светлую комнату. В центре стояла кушетка. Сара знала, что больница принадлежит одному из иностранных врачей и известна тем, что в ней очень внимательно относятся к больным и оказывают квалифицированную помощь. Некоторые в шутку называли эту больницу «Марш Катманду».

Неожиданно открылась дверь, и в палату вошел Нил. При виде Сары его брови поползли вверх.

– Что ты здесь делаешь?

– А ты?

Но тут Нил увидел Розу.

– Здравствуйте… я доктор Кеннеди. Давайте пройдем в кабинет, я вас осмотрю, а вы расскажете мне, что с вами произошло.

Пока Нил помогал Розе встать и дойти до кушетки, Сара в изумлении смотрела на него. Он назвался журналистом, ни словом не обмолвившись о своей врачебной практике. Неужели он намеренно обманул ее? Но зачем?

Глава 3

Роза вздрагивала от боли, когда Сара пыталась осторожно осмотреть ее в кафе, но с Нилом она вела себя намного спокойнее. Повторив ему свой рассказ о том, что с ней произошло, она спокойно лежала, пока Нил обрабатывал рану.

– Ну что ж, ничего серьезного, – сказал он Розе, – похоже на пищевое отравление. Что вы ели вчера вечером?

Она перечислила Нилу все, что ела, закончив яблочным пирогом и йогуртом.

– Возможно, это йогурт, – быстро резюмировал Нил.

Сара наблюдала, как Нил проводил несколько тестов с Розой, затем он спросил, какие прививки она сделала, прежде чем приехать в Непал, и когда в последний раз делала прививку от столбняка.

– Сейчас сестра сделает вам укол, и вы полчасика отдохнете в палате наверху. А потом можете возвращаться в свой отель, и постарайтесь сегодня ничего не делать. Завтра будете как новенькая, приободрил он Розу.

Прежде чем выйти из палаты, он тихо сказал Саре:

– Я бы хотел сказать тебе пару слов… немного позже, когда она будет отдыхать.

Через несколько минут пришла сестра и сделала Розе укол. Потом они с Сарой помогли Розе подняться по лестнице в палату.

– Вы уходите? – спросила Роза, когда Сара накрыла ее шерстяным одеялом.

– Нет, пойду выпью кофе. Я буду внизу, – успокоила Сара свою новую знакомую.

В таком состоянии Розу явно нельзя было оставлять одну.

Спускаясь по лестнице, Сара встретила Нила.

– Пойдем в кафе, – быстро проговорил он. -Как ты умудрилась впутаться в это?

По дороге из больницы Сара рассказала ему, что и как произошло.

– А теперь тебе придется объясниться, зачем ты напридумывал все эти небылицы о журналистике.

– Я действительно журналист… журналист-медик. Я был практикующим врачом, а потом решил, что от меня будет больше пользы, если я стану писать, как сохранять людям свое здоровье, вместо того чтобы тратить время на их лечение, – раздраженно сказал Нил.

– Но ты не сказал, что работаешь в больнице.

– А я и не работаю. У меня здесь работает друг. Я зашел к нему, а он попросил меня осмотреть Розу Джонс, поскольку был очень занят. Ты не знаешь, есть ли у нее здесь знакомые или она прилетела одна?

– В данный момент она одна. Сюда она прилетела с мужем, на медовый месяц. Пошли в горы, но, кажется, сильно поссорились. Она вернулась в Катманду, а он остался там.

– Такое происходит не впервые, ей, вероятно, не понравились условия в туристическом городке.

– Не думаю. Они уже путешествовали вместе, и Розе нравилось, но в этой поездке все с самого начала пошло не так, как им хотелось. Даже отель, в котором они остановились и где Роза живет сейчас, не оправдал их ожиданий. Но я все же не понимаю ее мужа. Как он смог отпустить ее одну?

– Возможно, он обиделся на то, что она готова оставить его практически сразу после свадьбы.

Сара заметила, что они идут по знакомым улицам. Впереди показалось здание ресторана «Як и йети», в котором они были позапрошлым вечером.

Они сели за тот же столик, что и в прошлый раз.

– Чай, кофе… или что-то еще? – спросил Нил.

– Мне чай. – Сара вдруг вспомнила о Джулии, и ей стало интересно, были ли эти двое вместе прошлой ночью.

– Да, трудно оправдать поступок ее мужа, – честно признал Нил. – Ты не знаешь, когда они планировали вернуться?

– Об этом я не спрашивала. Она была на грани истерики. Я только пыталась успокоить ее.

– А куда ты ездила на свой медовый месяц? – неожиданно спросил Нил.

На мгновение этот вопрос смутил ее, но потом она спокойно ответила:

– У меня никогда не было медового месяца. Он вопросительно посмотрел на нее.

– Ты меня удивляешь. Я решил, что ты вышла замуж совсем молодой, но неудачно.

– Ошибаешься, я, как и ты, предпочитаю оставаться независимой.

– У таких женщин, как ты, одиночество связано с их карьерой. Ты сказала, что работаешь с компьютерами. Это, наверное, очень серьезное дело. Может, ты занимаешься научными разработками в области компьютеров и стоишь на пороге величайшего открытия?

Сара засмеялась и покачала головой.

– Я занимаюсь примерно тем же, чем занимается мужчина, который чинит стиральные и посудомоечные машины. Я женщина и чиню персональные компьютеры, но я не знаю, как помочь Розе. Наверно, можно как-то связаться с ее мужем.

– Не волнуйся, я об этом позабочусь. У тебя найдется время отвезти Розу в ее отель? Во сколько ты уезжаешь?

– Не раньше ланча. Мы вылетаем в два, проведем ночь в Лукле и завтра начнем путешествие. Нил наклонился к ней:

– Мне очень хочется, чтобы ты не улетала так скоро. Кажется, сейчас настал такой момент, про который говорят «будет приятно вспомнить». По крайней мере то время, что мы можем провести вместе.

Она не знала, что ответить ему. От затянувшегося молчания ее избавил подошедший в этот момент официант.

Наблюдая, как он разгружает поднос, Сара размышляла о том, как связь с Нилом может отразиться на ее жизни, не принесет ли, как и все остальные, только потери и несчастья.

– Когда ты была здесь прежде, ты видела Бактапур?

Сара поняла, что обманывать больше нет смысла.

– Я никогда не бывала здесь прежде. Это мой первый приезд сюда. Наверное, ты решил, что я не новичок, увидев ту футболку? Извини, мне дала ее подруга. Надо было раньше сказать тебе.

Они надолго замолчали. О чем думает Нил? Может быть, из-за того, что она солгала ему, он ей больше не доверяет?

– Почему ты не сказала мне все как есть?

– Не знаю. Может быть, боялась, что стану тебе неинтересной, если признаюсь, что я профан.

– Но что заставило тебя подумать, что ты покажешься мне неинтересной?

– Не знаю. Ты живешь совсем в другом мире. Я читала, что настоящий путешественник презрительно относится к простым туристам, а я даже не турист. По правде говоря, я ни разу никуда до этого не ездила. Представь, это моя первая поездка за границу!

– Глядя на то, как непринужденно ты себя ведешь, мне трудно в это поверить. Когда я впервые увидел тебя в аэропорту, то решил, что ты не раз летала самолетом.

– Хотелось бы, чтобы это было так. Я всегда мечтала путешествовать, но так уж сложилось. -Она взглянула на часы. – Пора идти. Я рада, что все тебе рассказала. Не хочу быть с тобой нечестной.

Она сделала глоток ароматного напитка.

– Ладно, если обещаешь больше не обманывать меня, я тебя прощаю. Только правда, и ничего кроме. Договорились?

Секунду она колебалась. Как бы он не начал расспрашивать о неприятных для нее событиях.

– Договорились, – наконец дружелюбно произнесла Сара, слегка приподняв чашку, будто собиралась чокнуться. – Расскажи мне о… Бактапуре. Что там такого особенного?

– Бактапур сейчас выглядит так, как когда-то Катманду – в то время в Непал приезжали только альпинисты и хиппи. Не думаю, что он долго сохранится таким. Туризм развивается… Бактапур – волшебное место. Тебе нельзя покинуть Непал, не посетив его… особенно Золотые ворота. Они, конечно, не настолько известны, как Золотые Ворота в Сан-Франциско. Но если уж выбирать, что надо посмотреть в Непале, то я порекомендовал бы Бактапур.

– Видимо, ты многое здесь повидал.

– Да. Я целый год путешествовал, прежде чем занялся карьерой.

Сара молча пила чай, размышляя, что будет нетактично, если она станет осуждать его журналистскую деятельность.

Но Нил, словно прочитав ее мысли, опередил Сару:

– Ты думаешь, что журналистика – грязное занятие? Что ж, это распространенное мнение. Но все забывают, что если бы не некоторые журналистские расследования, то многие злоупотребления оставались бы не раскрытыми до сих пор. Существуют и в самом деле липкие издания, но свободная пресса все же один из самых эффективных способов борьбы с нечестным правительством и экологически вредной промышленностью. Совсем недавно я написал статью о рэкете в пластической хирургии. Она привлекла всеобщее внимание именно потому, что была написана врачом. И, конечно же, многие женщины теперь задумаются, в чьи руки отдавать свое лицо или тело.

– Ты, очевидно, прав, – согласилась Сара, – но мое отношение к журналистам основано на их непорядочных поступках. Зачастую они преследуют знаменитостей в надежде уличить их в чем-то, нападают на людей, которые нуждаются в поддержке… концентрируют внимание только на плохом, игнорируя светлые стороны жизни.

– Ты читаешь не те газеты, почитай-ка «Джорнал», – улыбнулся Нил. – Я не утверждаю, что мы печатаем только добротные материалы, но я работаю с ними уже пять лет и пока не замечал ничего дурного.

Когда они вернулись в больницу, Нил зашел в палату, где отдыхала Роза. Она дремала, но, когда он приблизился к кровати, открыла глаза.

– Как вы себя чувствуете?

– Голова немного болит.

– Сара проводит вас до отеля. Пейте почаще воду: мы сделали вам прививку и нужно очистить организм. Выспитесь как следует, и повторяю: пейте как можно больше.

Роза покорно кивнула. Конечно, она сейчас не в состоянии вспомнить, что ей оказаны платные медицинские услуги, подумала Сара. И пока Нил занимался такси, она шепотом спросила у Розы, есть ли у нее с собой кредитная карточка.

Роза вынула кредитку из сумочки и, когда Сара принесла ей чек, подписала его, даже не взглянув на сумму. Саре больничные расценки показались вполне разумными.

Когда все формальности были закончены, Нил обратился к Розе:

– Если завтра будете плохо себя чувствовать, обязательно приходите сюда. Меня здесь не будет, но я оставлю записку в приемной, чтобы вас осмотрели.

Затем он повернулся к Саре:

– Желаю удачно съездить. Позвони мне, когда вернешься.

Положив ей руку на плечо, Нил наклонился и поцеловал ее в щеку.

Сара и Роза ушли. Нил подождал, пока освободится его друг Билл, и обсудил с ним, как можно связаться с мужем Розы.

Нил и Билл вместе учились в медицинском институте. Билл женился, но брак оказался неудачным. После развода он ушел из группы практикующих врачей и стал подменять тех, кто болел или находился в отпуске. Работы хватало, и Билл утверждал, что она ему нравится. Но Нилу казалось, что Билл таким образом как бы наказывает себя за несложившуюся семейную жизнь. Вероятно, виной тому были амбиции Билла, которые не позволили ему пойти на компромисс.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.