Стихия рифмы
И всё же сторона родная милей турецкого мне рая
Владимир Сорин

© Владимир Сорин, 2017

ISBN 978-5-4474-3716-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Свечи

Чтобы стихи горели свечами

Должны включать частицу печени!

Живёт…

Живет то за коньяк, то за сосиски,
В поэте вдохновение без прописки! —
Но когда оно внутри, —
Дебоширит до зари!

Привык…

Привык я к городскому шуму, —
Он как снотворное уму,
И начинаю думать думу
Лишь попадая в тишину!

Семя хлеба…

Семя хлеба в землю сея,
Знаешь точно что пожнешь —
Вкус любви, как вкуса эля,
Не пригубишь – не поймешь!

Роман

Когда роман излишне длителен, то удручающе типичен,

Роман быть должен упоителен и безупречно лаконичен.

И. Губерман

Роман – не легкая интрижка,
А толстая и чувственная книжка!
В нем есть герои и сюжет,
И у него другой бюджет!
Роману претит лаконизм —
В нем важен чувства механизм!
Не прав товарищ Губерман —
Он спутал похоть и роман!

Доказано давно…

Доказано давно и нет нужды в пари и споре,
Что похвала жене, как красный плащ быку,
Когда ты у другой в фаворе! —
Повесься лучше сразу на суку!

Иной раз…

Иной раз красота питает глупость, —
Тогда влюбиться можно в форму, а не в сущность!

Юность манит новизной…

Юность манит новизной, —
Старше чем, тем чаще!
Часто ранний плод пустой —
Плод осенний слаще!

Убийца

Ни война, ни мор, ни рока бремя —
Основной убийца – время!

…нам не дано…

Свое нам не дано познать предназначение, —
Мы знаем не себя, а в зеркале кривое отражение!

Ждём…

Ждем то ливня, то сухой погоды,
То надбавки, то снижения цен —
Незаметно улетают годы,
Оставляя пепел перемен!

Крутимся, чтоб дети «вышли в люди»,
Строим планы, ждем наград,
Ждем, что все нам принесут на блюде, —
Но, увы, стареет дом и сад!

Мы надеемся, что завтра будет проще,
Что разгладятся морщинки на челе,
Закричат грачи в сосновой роще
И наступит справедливость на Земле!

Что проснутся совесть и сочувствие,
Что появятся грибы в лесу,
В душах божие закончится отсутствие
И отвалится болячка на носу!

Так устроено природой человека —
От невзгод надежды пьем настой, —
И всегда отпущенного века
Не хватает обрести покой!

Мы живём в довоенное время…

Мы живем в довоенное время,
Не ценя этих дней тишины!
Все живые – не вымерло семя,
Не сгорело в напалме войны!

Мир опутан греха паутиной —
Стоит только задеть одну нить, —
И окрысится рыжей щетиной
Человечества жадная сыть!

Мозг свихнулся в разврате и лени —
Для того, чтоб развлечь свою плоть
Всех поставить готов на колени —
Даже Солнце готов расколоть!

Не понять в пресыщении лета
Тем, кто ценит мошну, а не кровь,
Что душа перед богом раздета
И планету спасет лишь любовь!

Садилось Солнце…

Садилось Солнце в горизонт —
Бюрократическое стадо
Все разбежалось, как на фронт,
Подзаработав там, где надо!

Еще рабочий день прошел —
Родил инструкции, приказы, числа —
Лежу в кровати нагишом
И вижу в этом больше смысла!

Простим долги…

Простим долги и Кубе и Гвинее —
Весь мир сидит на толстой русской шее!
Зачем? Чтобы понравиться Европе! —
Хотя давно сидим на тощей русской жо-е!
Да! При амбициях посаженных на трон князей
Дешевле сто врагов иметь, чем несколько друзей!

Часто великие люди…

Часто великие люди
Движутся слепо к мечте —
Яд им подносят на блюде,
Чтоб унести на щите!

Не обращай внимание…

Не обращай вниманье, не грусти, не ной —
И многое пройдет само собой!

Что пожелать…

Что пожелать себе и вам —
Чтоб все богаче жили,
Чтобы в душе был божий храм
И голуби кружили!

Чтоб вас запомнила земля
Лишь добрыми делами,
Чтоб были в джунглях бытия
Вы добрыми слонами!

Героем может стать…

Героем может стать лишь тот, —
Кто в истине нашел душе оплот,
Кто, зная точно для себя погибели исход,
Идет осознанно на смерть за истину, за веру, за народ!

Пример тому в истории – Филипп святой,
В бесстрашии поднявший голос на безумного тирана,
Искатель правды, справедливый и простой,
Заступник жертв невинных Грозного царя Ивана!

Он знал и видел – царь неисправим,
Весь род людской ему враги – наградой муки и страдания!
Но праведника дух в убогом теле был непобедим,
И проклинал царю в глаза его кровавые деяния!

И он погиб, задушенный рабом Малютой,
И смерть его была ужасной, —
Но он не устрашился смерти лютой,
И смерть его в веках осталась жертвой не напрасной!

И ныне, каждый должен выбирать —
Иль истине служить, иль истину предать!

Отношение…

Отношение к любому факту или мнению
Подчиняется Закону личной точки зрения!

По деревне…

По деревне, завьюженной жутко,
Откопавши лопатами дом,
Ходят бабушки в плюшевых шубках,
Завязавши вязенки крестом!

И толкуют о смерти и жизни,
Кто какое белье припасла,
Сколько денег скопила для тризны,
Где найти для лампадки масла.

Вспоминают ушедшие дали,
Занесенные снегом поля,
И детей, что теперь уж едва ли
Возвратятся в родные края.

Вспоминают забытые лица —
То поплачут, а то помолчат, —
То слезинка скользнет по ресницам,
То под тополем молча стоят.

То на кладбище в праздник сберутся,
Завязав карамель в узелки —
Друг за другом по снегу плетутся,
Вспоминая в молитвах грехи.
Что осталось у них от отчизны? —
Одиночества полная кадь!
Догорает лучинушка жизни!
Догорит – не зажжется опять!

Молитва

Спаси и сохрани от злого взгляда,
От зависти и лжи обманутой толпы.
Пошли любовь и преданность в награду,
Избавь и от сумы и от тюрьмы.

Дай смелости идти своей тропою,
Любить друзей, уметь прощать врагов,
Самим собою быть с царями и толпою,
И не ходить в прислуге у ослов!

Дай мудрости служить достойной цели,
В придачу дай ума и твердости руки,
Дай сил преодолеть преграды и метели,
Прости, и помоги, и сбереги!

Мне претит мечта…

Мне претит мечта о пресыщенном мире,
О квартирах и дачах на тёплых морях,
О капризной фортуне и сладостной лире
И изменчивой славе в лукавых словах!

Я по-прежнему там, где все люди простые,
Где нет зависти, лжи и замков на дверях!
Нет бетонных пещер, где все души пустые
И хранятся счетами в тугих кошельках!

Кубический мир

Кабинетов, гостиных кубический мир,
Мир забора периметра тесен!
Там я карлик, мышонок, почуявший сыр,
В мышеловке без окон и песен!

В этих каменных джунглях и волчий закон —
Умирал, чтобы снова воскреснуть!
Убегал – песни были похожи на стон,
Наливал, чтобы черепу треснуть!

Уезжал, возвращался и жил как в плену,
Было солнца и воздуха мало!
Я и раньше хрипел, задыхаясь в дыму,
Городских человеческих свалок!

Мне б дороги клубок да палатка в лесу,
Шум реки, крики чаек над килем!
Всё найду и сложу, и тебе принесу
В рюкзаке с незатейливым стилем!

Когда встречаешь дурака…

Когда встречаешь дурака —
Прикинься дураком!
Кто был дурак, наверняка
Откроется потом!

Зимняя дорога…

Зимняя дорога, изморось, туман.
Волком воет в поле ветер – атаман.
День свинцовой тучей небо заточил.
В деревеньке лучик из окна пробил.

Ветхая избушка доживает век.
В ней живёт старушка – божий человек.
А когда-то в праздник, целою гурьбой
Пели – веселились в пляске удалой!

Всю себя работе отдала сполна,
Мужа и сыночков отняла война!
Отнесли соседей на чужое поле,
Те, кто помоложе, ищут лучшей доли!

Заросли осиной пышные поля.
Ни косы, ни плуга уж не ждёт земля!
Роща за рекою приказала жить,
И река слезою высохшей бежит!

День наступит новый, тучи разведёт,
Только деревеньку к жизни не вернёт!
Не осушит солнце мокрые глаза —
Жить осталось мало, и не жить нельзя!

За делами…

За делами, мечтами, событиями
Мы повязаны прочными нитями,
И своими срастаемся душами,
То горящими, то потухшими!

Нам отпущен сгусток времени
Связей тонких и простых,
Кто-то тянет тяжесть бремени,
Кто-то в хлопотах пустых.

По закону окисления
Мы гниём, горим и тлеем.
Вне системы исчисления
То, что в душах мы имеем!

Алмаз…

Алмаз, когда он без прикрас,
По красоте уступит блеску страз.
Но стоит грани камню обточить —
Их блеск уже ничем нельзя затмить!
И человек не заблестит умом,
Пока не разобьет все стенки лбом!

По мне нет хуже…

По мне нет хуже канители,
Чем смерть своя в своей постели!
В последних силах пить зарю – фу!
Смерть не страшна в святом бою!

Когда рука сжимает меч,
Огонь в крови!
И голова слетает с плеч —
Душа пари!

Как тонко…

Души, увы, изменчиво течение —
То водопады и пороги свысока,
То заводь тихая без ветерка!
Как тонко и эфирно вдохновенье!

Легко

Жизнь легко прожечь и промотать,
Если нечего беречь и не о чем мечтать!

Так ведётся…

Так ведётся – водится, карою грозя —
То, что очень хочется – это и нельзя!

Душа – глубокая нора…

Душа – глубокая нора,
В ней много места есть.
Но только вход в нее один,
А выходов не счесть!

Я помню…

Я помню детства старый двор —
Чуть покосившийся забор,
Под тополями стол, скамья,
На той скамье сижу и я.
Лото с копеечкой на кон,
Трына, бура, дурак – резон!
Батальи шахматных персон,
Когда ладью снимает слон!
Смех, звон стекла и чей-то плач,
Когда весь двор гоняет мяч!
Или зимой, нарезав клюшек,
Щитков наделав из подушек,
Гоняет шайбу допоздна,
А завтра снова всё с утра!
А ныне – с младшей группы сада
Все знают точно, что им в жизни надо!

Полным счастье не бывает…

Полным счастье не бывает!
Червоточинка всегда
Горечь яда добавляет
К вкусу сладкого плода!

Непогода

Непогода – ломит спины,
Ветер, волны, чаек крик!
Тащит сети из пучины
Перепуганный старик!

Стонет утлая лодчонка,
Зачерпнув волну бортом!
А в избушке старушонка
Молит бога под крестом!

Как бы нас фортуна не ласкала…

Как бы нас фортуна не ласкала,
Не хранила бы от зла продажного —
Итог всегда единого финала —
Голгофа приготовлена для каждого!

Поймёт лишь старость…

Поймёт лишь старость,
Поздно бросив семя,
Что самое бесценное богатство – время!

Я не хочу…

Реинкарнируя жизнь прошлую,
Чтобы пожить еще потом,
Я не хочу родиться лошадью,
Свиньей, собакой и козлом!

Чтоб сверить цифры…

Чтоб сверить цифры, подводя итог,
Мне положите в гроб мой некролог!

За запорами квартир…

За запорами квартир в глубине стены
Многим выпить предстоит чашу тишины!
Будут в гости приглашать смерть – ее высочество,
Чтобы сбросить наконец тяжесть – одиночество!

Плачет лес…

Плачет лес, смола струится
Из оставшихся корней, —
Словно кровь Земли сочится
Через раны свежих пней!

Где стояли сосны горд,
Бор березовый шумел,
Там свиная чья-то морда
Учинила беспредел!

Всюду павшие вершины,
Словно головы бойцов,
Словно подорвали мины
Дело дедов и отцов!

Землю вздыбила резина,
Птица стороной летит, —
Только глупая осина
Сверху смотрит и молчит!

А из глаз, ей богу, слезы,
Зубы сжали желваки, —
Стонут сосны и березы:
«Не рубите, мужики!

Метаморфозы

Хоть человек сосет вначале сиську с молоком, —
Метаморфозы часто с ним случаются потом!

То обрастает панцирем идей – окуклится,
То принципы предаст и ссучится!

То притворится незаметным стебельком – дубеет,
А то порхает беззаботным мотыльком – балдеет!

Кто в стадии личинки, кто в имаго,
Прожектами реформ чернят бумагу!

Любой из нас в христианстве, иль буддизме
Сто масок и личин имел при жизни!

Берёза

Схватилась корнями за камни утеса
Кривая, как правда, береза!

Грустит на вершине она одиноко,
А Волга разлилась широко!

И гнет ее буря и волны шумят,
Но листья свое шелестят!

Трепещут под ветром и ждут не дождутся,
Когда от ветвей оторвутся!

И ждет их свобода с вершины до края,
В пучину волны улетая!

Душа бессмертна…

Душа бессмертна – потому и вечно кается! —
А тело пьет, и курит, и грешит, и старится!
Что значит век людской
В сравнении с вечностью? —
Пылинка в куче грязи,
Глоток вина из винных погребов,
Клубок запутанных страстей и связей! —
А что итог? – захоронение истлевших черепов!
Что значит век людской
В сравнении с вечностью?
Не потому ли мир такой пустой? —
Поэтому дружу с весельем и беспечностью!

Я опять сорвался…

Я опять сорвался и гуляю,
Льется водка и вино рекой —
Просто кажется, что пьяный я играю,
А не жизнь играется со мной!

Просто хочется поверить и забыться,
Улететь на крыльях журавля,
А не мучить бедную синицу,
Прошлое то клея, то кроя!

Просто в бесшабашном пьяном споре
Беззащитна и нага душа,
И летает где-то на просторе
Все преграды презирая и круша!

Но, увы, не долог миг полета,
И победы призрачен успех,
А итогом – не мечта, а рвота,
А в душе живет лишь боль и грех!

Судьба

Ту череду случайностей и связей,
Что удивляет нас своей игрой, —
То вознесет, а то измажет в грязи,
И называют все потом судьбой!

Ушёл из жизни год…

Ушел еще один из жизни год,
Добавив седины в виски, морщинок под глазами
И прошлое настойчиво зовет
Заботами, проблемами, мечтами.

Но в этот новогодний яркий день
Остановиться надо на мгновенье,
Забить всему плохому напрочь дверь
Ворота отворить любви и вдохновенью.

Отбросить прочь банальные слова,
Ненужных дел и связей вереницу,
И, притаившись в стоге на краю села,
Поймать за хвост капризную жар-птицу.

Пробив нахмуренные тучи…

Пробив нахмуренные тучи,
Весны пробился первый лучик,
И засверкал лежалый снег.
Ручьев весёлый пересмех
Наполнил жизнью лес и долы,
Набухли реки и просторы,
Всем надоевшие вчера,
К костру манили до утра.
За ставнями ожили мухи,
И сонные ползут на брюхе.
Ожил пригретый солнцем улей,
Напомнив запахи полей,
Но лишь разведчица – пчела
Напрасно ищет дух цветка.
Обманчив марта тёплый день,
Вот снова набежала тень.
Снежинок закружили мухи,
И вот спешат домой старухи.
Но марта скованные слёзы
Мечтают превратиться в росы,
И, отдыхая на цветах,
Смотреть на звёзды в небеса

Расцвела черёмуха…

Расцвела черемуха,
Нежная сирень.
Жёлтая акация
Распахнула сень.

Не жалей нетронутых,
Наломай букет.
Песен околдованных
Принеси чуть свет.

Насладись красавицей
Пока молод цвет.
Вянет всё и старится
В суматохе лет.

Отшумела молодость,
Опадёт и цвет,
А сирень с черёмухой
Будут ждать рассвет.

Расцвела черемуха,
Нежная сирень.
Жёлтая акация
Распахнула сень.

Весна

Весна. Излучина реки. Сезон охоты.
Сижу в кустах, взведя курки, хотя суббота.
Кто пролетит иль проплывёт – прощайся с жизнью,
Река бубенчиком звенит, пророча тризну.

Вот канонады тут и там – везде веселье,
Кому везёт, кто в белый свет палит с похмелья.
Инстинкты предков утолил – конец охоты,
Опять отчеты, планы вверх, дела, заботы.

Не спеши…

Не спеши – вечер полон картин!
На реке оживает туман,
Меркнут краски окрестных равнин,
В каждом шорохе мнится обман!

В тёмной бездне пылает звезда,
Свысока наблюдая за всем —
Ты уснёшь и уже никогда
Не намажешь тот воздух как джем!

Не услышишь дыхание полей,
Миллионов живущих существ,
Песни ветра и крики зверей,
Превращения форм и веществ!

В суете ежедневных проблем
Не осмыслишь прошедшего дня!
За решёткой испытанных схем
Не проникнешься силой огня!

Не почувствуешь землю спиной,
Не напьёшься слезами дождя,
Не познаешь борьбу и покой
Не поймёшь ни других, ни себя!

Не увидишь рожденья Луны,
Птиц ночных не увидишь полёт!
Ты прими этот вечер весны!
Не спеши – остальное придёт!

Апрель

Апрель. Открытие охоты! Прошлогодними пахнет травами.
Я бреду по лугам, заморочен проблемами старыми!
Вечереет. Вот где-то собака залаяла,
А душа на закате проснулась вдруг и оттаяла!

Захлебнулся закат. Изморось.
Только птица любить вызвалась!
Оборвал песню взрыв выстрела!
Для другого любовь вызрела!
Здесь печаль и восторг правили —
Без огня лёд души плавили!

Я пошёл на глухаря…

Никому не говоря,
Я пошёл на глухаря!
Из берёз сочился сок —
Был секретным этот ток!

По душе и день и ночь —
Унеслись заботы прочь!
Не спеши алеть заря —
Я услышал глухаря!

Слушал песню и скакал —
Выстрел – и глухарь упал!
Жалко! Выпил. Покрестился.
И до дому воротился.

А в душе скребёт мысля —
Не ходи на глухаря!
Пусть поёт петух:
«Кухля!»

Заливает Солнце светом…

Заливает Солнце светом
Ещё белые поля!
В свой ночной наряд одета
Просыпается земля!

Умывается ручьями,
Наполняя синь озёр,
Птичьем пеньем и стихами
Наполняется простор!

Скоро пьяная от сока,
Свой наденет сарафан!
И мне чудится дорога,
Кони и костры цыган!

И под плач струны цыганской,
Карих глаз костёр зари,
Разожжёт огонь бенгальский
В моей раненой груди!

Дух бродяжий, дух мятежный
Не дождётся тех ночей,
Когда взгляд красотки нежный,
Будет ярче тех огней!

…есть уголок…

У каждого в лесу есть уголок,
К которому душа стремится!
Где каждый кустик, каждый стебелёк,
Готов с тобой в единой песне слиться!

И он с тобою встрече рад,
И угощает радостной хозяйкой,
Семейкой притаившихся маслят,
Боровиков приветливою стайкой!

И ты садишься за знакомый стол,
Нехитрый скарб сложив в сторонку,
И выпив чарку за поля, леса и дол,
Несёшь домой запас любви и слёз котомку!

Зиме конец…

Зиме конец – не вечен лёд!
Грачи хлопочут над гнездом!
Пчеле приснился свежий мёд
В цвету под липким лепестком!

Капель звенит! Ручьи кругом!
Душа парит куда-то ввысь!
И лёгким свежим ветерком
Повсюду вновь любовь и жизнь!

Посажу я росток…

Посажу я росток в орошенную теплую землю,
От ветров и невзгод окружу небосводом любви, —
Без любви и добра для себя эту жизнь не приемлю,
И не мыслю себя без заброшенной этой земли!

Пусть вокруг бродят серые мысли и тени, —
Светом Солнца наполнится нежный цветок!
Я его заслоню от пурги даже встав на колени,
И дыханьем своим отогрею замерзший росток!

Пусть растет, наливается силой и соком,
Я его поддержу и спасу от пожаров и гроз!
И посмотрит на это господь все объемлющим оком, —
И земля расцветет покрывалом средь белых берез!

Люблю я осени ненастье…

Люблю я осени ненастье,
Потухших красок сарафан, —
Когда в душе утихли страсти
И в роще стелется туман!

Когда березка полевая
Наденет белую фату,
Люблю, часов не замечая,
Топтать забытую тропу!

Среди заснеженного леса
Читать вчерашние следы,
Как декорацию для пьесы
Найти замерзшие пруды!

И представлять, когда все ново,
Когда весна разрушит лед, —
Душа любить захочет снова —
И жизнь и молодость придет!

Солнце село…

Солнце село. Спят леса, скинув свой наряд, —
Вот еще один судьбы отгорел закат!

Так же, красками маня, отгорит восход! —
Бубенцами прозвеня, вороной несет!

Крутит дней водоворот мельницу Земли, —
Все отжившее умрет – новое живи!

Прекрасна середина лета…

Прекрасна середина лета —
Жара, купания, шашлык,
Но если кожа не одета —
Забудешь все, к чему привык!

Кругом звенит, жужжит, стрекочет,
Под носом вьется, мельтешит,
И побольней ужалить хочет,
Напиться крови наровит!

И все же, сторона родная
Милей турецкого мне рая!

Только жизнь меняет краски…

Только жизнь меняет краски! —
Так под осень, словно в сказке,
Каждый день и лес и поле
Разливают красок море!

То известкой осень небо обольет,
То свинцовой тучей слезы оботрет,
То закат на сцену выйдет в алой маске,
То перемешает на палитре краски!

Полыхает кадмий красный, серая полынь,
Пятнами багряными разлит ализарин,
И дневного неба кобальтову синь
Заливает вечером царь-ультрамарин!

Ночь титаном пены рек
Покрывает зелень елей
И мазками пестрых соек,
И штрихом седых метелей!

Утро дарит звон капели
За туманами лугов,
На скелете темной ели
Силуэт тетеревов!

Сосен длинные ресницы
Закрывают неба взор,
Вездесущие синицы
Начинают птичий хор!

Воркованье сизых горлиц
На насесте проводов,
Золото церковных звонниц
В ризах серых облаков!

Только жизнь меняет краски,
Только жизнь всегда нова,
Только жизнь рождает сказки,
Только жизнь всегда права!

Росла одинокая ива…

Росла одинокая ива
На склоне крутого холма —
Все ближе от края обрыва
Качалась ветвей бахрома!

Трепал ее волосы ветер,
К земле гнул бушующий вал,
И солнце жарило, как вертел,
И путник лозу обрывал!

А ниже, волной набегая,
Резвился речной перекат
И тонкую линию края
Стремился подвинуть назад!

Все ближе под корни весною
Сочился упрямый поток, —
И, вдоволь напившись водою,
Вдруг новый пробился росток!

И, силу почуяв, вцепилась
В песчаную осыпь земли,
И снова душою раскрылась,
И снова сережки цвели!

А берег покрылся лозою
И тенью укрылась река,
И только шумели листвою
Крутые ее берега!

Земная любовь

Ты самая земная…

Милая – ты самая земная!
А в глазах, как на пруду кишат,
Головастиков весёлых стая
И зелёных бойких лягушат!

Когда всё в жизни…

Когда все в жизни только фарс
И небо скомкано в клубок,
Любовь дает последний шанс,
Надежды робкий уголек.

И появляется костер
На берегу крутом реки,
И начинают разговор
Две обнаженные судьбы.

Им шепчут что-то камыши,
И умолкает гомон птиц,
И две возносятся души
В ночное небо без границ.

Им лунный свет дарит покой
И обещает светлый мир.
Не торопись Луна, постой,
Успеешь на безумный пир.

Всё прошло…

Все прошло, вино едва ли
Возвратит былой покой,
Мы друг друга потеряли
В глупой гонке за судьбой.

Не заставит сердце биться
Ложь чужих холодных губ,
Перевернута страница
И в душе не слышно труб.

Нет в душе добра и веры
И на шее нет креста,
Безобразные химеры
Заменили лик Христа.

Оборвали скрипки скерцо,
Принесли душе венец,
Бог один остался в сердце —
Золотой Телец.

В душе пожар…

В душе пожар горит,
Когда обрёл святыню,
Когда в тебе одной
Искал свою богиню.

Но не дано гореть
Огню законом вечно,
На смену солнечному дню
Приходит вечность.

Со временем вулкан страстей
В сердцах остынет,
Оставив реку из камней,
В душе – пустыню.

Не верь…

Не верь, когда тебя ревнуя,
Я говорю: «Все кончено! Конец!»
И горький вкус прощальный поцелуя,
Как на любви обманутой венец.

Не верь, когда тебя ревнуя,
Я говорю: «Прости, и я прощаю».
Безумными поступками блефуя,
Судьбою с легкостью играю.

Не верь моим рыданьям и проклятьям,
Все это рождено одной тоской,
И я вернусь к тебе, как на распятье,
Как стаи возвращаются весной.

Не торопи…

Не торопи меня с ответом,
И так я твой, к чему слова,
Нам не добавит страсти это —
Поссорить может навсегда.

И не считай, что счастье близко,
И ключик скрыт в моих словах,
Оно лукаво и капризно —
Витает где-то в небесах.

Не приманить его словами,
Оно не хочет слушать слов,
Любви взмахнув двумя крылами,
Найдешь его средь облаков.

Но счастье – ветреная птица,
Живет лишь с теми, кто крылат.
Тот, кто устал и приземлился,
Уж не вернет его назад.

А кто полета не отведал —
Таким другое суждено,
И этот путь давно изведан —
Стихи иль проза – все равно!

За столиком пустого зала…

За столиком пустого зала
Она сидела и рыдала.
За поволокой влажных глаз
Скрывалась горечь резких фраз.

Ей было горько от разлуки,
И не могла она понять,
Как больно били те же руки,
Что так могли ее ласкать.

Цветы цветут лишь до метели,
Недолог век наивных глаз,
Черты и чувства огрубели,
Восторга луч в лице угас.

Куда пропали эти дали,
На щёчках всполохи светил,
Что так стыдливо умиляли
Под маской пудры и белил?

И взгляд наивный, робкий, нежный,
Что чистой негою манил,
Стал безразличный и небрежный,
И дивный блеск давно остыл.

Теперь за стойкою у бара
Стоит не выпитый абсент,
Звучит цыганская гитара,
И ждет подвыпивший клиент.

Весна

Весна. Деревня. Тихий вечер.
Накрытый стол. Стихи. Текила.
Невинный поцелуй, надежду встречи,
Ты, уезжая, подарила.

Читая Губермана вирши,
Иль испражняяся стихами —
Я словно Карлсон, что на крыше,
В расцвете сил парю над вами.

Весенним свежим ветерком
Я ваши волосы ласкаю,
Для вас я почки распускаю
Зелёным липким лепестком.

Я выстилаю трав ковёр,
Расшитый яркими цветами,
Где мы гуляем и простор
Земли нам мал и он под нами!

Проснулся, вспомнил – улыбнулся,
Как будто к грелке прикоснулся.