ТРУП НЕ МОЖЕТ БОЛЬШЕ ЖДАТЬ
КАРТЕР БРАУН

Глава 1

– О-ля-ля! – послышался восторженный возглас. –Виват, Мевис Зейдлиц!

Я одернула юбку, опоздав всего секунд на пять, и уставилась на него.

– Послушайте, вы! – холодно сказала я. – Если у девушки расстегнулась подвязка, то это еще не причина…

Затем я его узнала, и у меня возникло ощущение, будто мои коленки сразу же ослабели. Такое ощущение обычно служило для меня сигналом: сейчас или никогда… На сей раз это было условным рефлексом.

– Вы… – слабым голосом сказала я. – Рафаэль Вега! Он счастливо улыбнулся.

– Рафаэль Вега – Черная смерть к вашим услугам! Ваши ноги, чикита.., о, они так же прекрасны, как и тогда, когда вы отдыхали в нашей стране. Собственно, как и вы вся! Я восхищен! Эти золотые волосы, голубые глаза, полные нежного обаяния, страстные полные губы, эта прекрасная шея, эти…

– Конечная остановка – вам пора выходить! – сказала я. – Что вы здесь делаете? У нас занимаются только делами. – Я подчеркнула последнее слово.

– А я и пришел по делу, Мевис, – вежливо сказал он. – Но когда боги благосклонны ко мне и позволяют взглянуть на такие изумительные ноги, я сразу же забываю о трупе, что лежит у меня в багажнике.

– Не говорите мне сейчас о делах! – сказала я твердо. – Как партнер в частном детективном бюро "Рио инвестигейшн" я не располагаю временем. – Мой голос постепенно опустился до шепота, и я уставилась в темные очки, прикрывающие его глаза. – То есть.., как это – труп в багажнике?

Рафаэль мягко улыбнулся, и я сразу же поняла, что нейлоновая блузка – плохая защита от человека в темных очках. Я хочу сказать, что ему даже не надо делать вид, что он смотрит в другую сторону.

– Может быть, об этой пустяковой проблеме мне следует поговорить с Джонни? – сказал он.

– Джонни будет после пяти. – Я взглянула на часы. – Сейчас только без четверти два, и если вы думаете, что…

– Труп не может столько ждать! – прервал меня Рафаэль. – Надеюсь, вы мне поможете, чикита? Ведь вы хорошо знаете Лос-Анджелес?

– Конечно, знаю, – сказала я. – Я живу здесь уже четыре года, и весь первый год пыталась стать киноактрисой. В те времена я истоптала весь Лос-Анджелес!

– Зачем?

– Все эти проклятые таланты очень быстро бегают! – с горечью сказала я. – Но мне все равно ничего не удалось добиться!

– Если вы знаете Лос-Анджелес так хорошо, то вы действительно можете мне помочь, Мевис, – сказал он удовлетворенно. – Нам надо спокойно все обсудить там, где нас никто не побеспокоит.

Мне бы немного подумать и сразу же сказать "Нет!", вспомнив, что за человек Рафаэль Вега. Ты можешь сесть в его автомобиль прекрасной невинной девушкой, но стоит тебе проехать три квартала – и садись писать мемуары, по меньшей мере, в двух томах! Я взглянула на него еще раз, и мои коленки снова ослабели.

Рафаэль – высокий мужчина, может быть, он слегка толстоват, но ему это идет. У него светлые волосы, почти белые, а какого цвета его глаза, неизвестно – он никогда не снимает темных очков. В своей стране он начальник тайной полиции, и его называют там Черной смертью. Это из-за темных очков и мрачной философии: он верит, что самое короткое расстояние между двумя точками – это пуля. Выйди с ним погулять в лунную ночь – и он будет одновременно Джекилом и Хайдом! Поверьте, все, что ваша мама говорила вам когда-нибудь о мужчинах с пухлой нижней губой, – все целиком относится к Рафаэлю! Прежде чем вы успеете успокоиться, будет уже поздно, вы будете помнить только звуки ча-ча-ча или какого-нибудь другого известного танца.

– Мы можем поговорить в кабинете Джонни, – с сомнением сказала я. – Только вы уверены, что пришли по делу?

– Срочной необходимости, Мевис.

– Что ж, хорошо. – Я провела его в кабинет. – Но только одно неверное движение – и пеняйте на себя. Я эксперт по защите без оружия, помните?

– Помню, – сказал он. – Вам бы следовало быть одной из первых, а, чикита?

– Первых чего?

– Битников. – Он с удовольствием улыбнулся. – Видите ли, я слежу за поздними американскими традициями. Я изучал битников. Ведь это происходит от слова "бить", когда любовники испытывают наслаждение, сражаясь на кулачках? Правильно?

– Нет! – сказала я и быстро добавила:

– Это.., впрочем, какое это может иметь значение? Садитесь вот сюда, – и я указала на одно из кресел для посетителей, – и говорите, в чем дело?

Рафаэль уселся и поглядел на меня.

– С тех пор как вы отдыхали в нашей стране, многое переменилось, – сказал он. – У нас новый президент.

Я ему посочувствовала.

– О, как жаль, – сказала я. – Ваша революция – и вы сейчас без работы? Что ж, мне очень жаль, но сейчас нам пока никто не требуется. Я могу, правда, поговорить с Джонни.

– Чикита! – сказал он ледяным тоном. – Вы прекрасны, как всегда, но не даете и слова сказать. Слушайте!

– Вы не имеете права так со мной разговаривать! – сказала я. – Кого вы в конце концов из себя все время корчите?

– Может быть, клиента, – сердито сказал он. – Клиента, который платит.

– О! – прошептала я, – Тогда, конечно, совсем другое дело.

– Я все еще начальник тайной полиции, – продолжал он. – И нахожусь здесь по деликатному поручению.

– Никаких деликатных поручений, – сказала я. – Вам придется найти себе какую-нибудь другую блондинку, которой нравятся гитары при луне и всякая прочая ерунда. Мне все это неинтересно! Рафаэль медленно покачал головой.

– Я не покупаю девиц в гарем президента, – уныло сказал он. – У него нет гарема, Мевис. Он стар и толст. И получает удовлетворение от того, что вешает экс-генералов за ноги, а не за шею.

– Простите, – пробормотала я. – Но когда вы заговорили о деликатном поручении, я подумала…

– Я знаю, – Он глубоко вздохнул. – И в Калифорнии такой теплый климат. У нашего нового президента есть сын по имени Артуро, но его больше знают под именем "Баснословный".

– Почему Баснословный?

– У него баснословный аппетит на две вещи в жизни, – объяснил Рафаэль. – На женщин и на деньги. Он не зарабатывает деньги, и он их не копит – он их просто тратит. Но деньги тратит он баснословно – и баснословные женщины очень и очень любят такие баснословные траты.

– Хорошее имя Артуро, – весело сказала я. – Может быть, вы меня сможете представить ему? Вы же знаете, я всегда любила эти гитары и прогулки в лунные ночи! У меня самой такой латиноамериканский темперамент. Румба, самба, ча-ча-ча… Вы только скажите, и я спляшу что угодно!

Рафаэль вовсе не обратил на мой намек никакого внимания.

– Народ моей страны очень любит Артуро, – сказал он. – Для них он фигура романтическая, но для меня он просто слюнтяй! К сожалению, он богатый и влиятельный слюнтяй, так что мне придется о нем позаботиться!

– Вы имеете в виду его убийство?

– Нет, дура! – сказал он сквозь стиснутые зубы. – Моя работа как раз состоит в том, чтобы никто не смог доставить себе такое удовольствие. Новому президенту нужны деньги, экс-президент все, что только мог, унес с собой в Бразилию. Это кризис, вы понимаете? Президент должен занять денег, но очень осмотрительно, потому что в народе возникнут волнения, если это станет известно. Вот почему Артуро сейчас здесь: отец послал его с поручением совершить частную сделку получить ссуду у какого-нибудь финансиста в Лос-Анджелесе.

– Рафаэль, – мягко сказала я, – Мне очень жаль, но у "Рио инвестигейшн" просто нет таких денег.

– Мевис! – сказал он с восхищением, – Я всегда говорил, что вы не глупая, а просто непонятливая. Я ошибался, должен признать это! Я пришел сюда не за деньгами. Даже "Рио инвестигейшн" не смогла бы выложить десять миллионов долларов на стол. Я здесь потому, что моя работа – охранять Артуро, а даже перед нашим отъездом уже ходили слухи о каком-то заговоре. Я ободряюще улыбнулась.

– Почему вы не сказали мне об этом сразу? Вам никого не найти лучше меня, Рафаэль! Для вас мы будем охранять его и днем и ночью! Только ради вас я не Отойду от Артуро ни на шаг, пока он здесь. Только ради вас мне придется принять от него бриллианты, автомобили и яхты, которые он захочет мне подарить, и…

Рафаэль подскочил на стуле. Его кулак ударил по столу, и от сотрясения застежка моего лифчика едва не расстегнулась.

– Я сам присмотрю за Артуро! – прорычал он. – Мне не нужна помощь! Вы знаете, Мевис, я человек скромный. Но это чистая правда, когда я говорю, что я человек исключительного ума и рассудка, стреляю без промаха, а моя исключительная сила равна быстроте моего ума! Мне не надо помощников, чтобы охранять Артуро!

– Ну, хорошо, хорошо, – сказала я, поправляя бретельку. – Тогда какая же помощь вам нужна?

– Прошлой ночью, – сказал Рафаэль, закуривая черную сигару, – а еще точнее, сегодня утром, Артуро разбудил меня. Он услышал, что в нижнем этаже дома, который мы сняли на Биверли-Хиллз, кто-то ходит. Он послал меня узнать, в чем дело.

– Что-то случилось?

– Он был прав. Там действительно был человек, по всей видимости, какой-то заговорщик.

– Вы его поймали?

Он выпустил в потолок струю черного дыма и попытался обрести скромный вид.

– К чему этот вопрос? – сказал он. – Меня называют "Черная смерть". Вы не забыли?

– Но если вы его поймали, то что вам нужно? – спросила я.

– Мне уже как-то приходилось сталкиваться с вашей полицией раньше, – неторопливо проговорил он. – Работает она быстро и честно, на совесть. Но они так глупо настаивают на формальностях. Они требуют объяснений, утверждений, протоколов, ведут расследование. И пишут обо всем в газетах, что в данном деле совсем нежелательно.

Я безнадежно покачала головой.

– Чуть потише! Я опять не понимаю, о чем вы говорите.

– Но в этом и заключается главная моя трудность, – честно признался он. – Вы помогаете мне избавиться от тела, Мевис, а я плачу вам двойной гонорар. Вы знаете Лос-Анджелес, вы можете показать мне место, где все будет тихо и спокойно и никто ничего не узнает.

– Вы лучше пошлите за гадалкой, – сказала я. – Я все еще ничего не понимаю.

– Я не могу пойти в полицию, – прорычал он. – Это вам понятно? В таком случае, что еще мне остается делать? Я не могу оставить его у себя, я не могу продать его, я не могу даже плюнуть на это дело. Значит, мне надо избавиться от него.., с вашей помощью!

– Избавиться от чего? – заорала я.

– От тела, дура! – заорал он в ответ.

– Тела? – Слова застряли у меня в горле. – То есть трупа? Вы хотите сказать, что убили его?

– Ну конечно! Это был великолепный выстрел. В голосе его звучала гордость.

– Света почти не было, и он находился в пятидесяти ярдах, когда я выстрелил.., по меньшей мере, в сорока шагах… Моя рука не потеряла своей твердости.

Я поставила оба локтя на стол и закрыла лицо руками.

– Вы.., просто убили этого человека? – спросила я дрожащим голосом.

– Заговорщика, – ответил он.

– И вы думаете, у меня не хватает шариков в голове?

– Шариков? Кто знает?

– Разрешите мне рассказать вам одну вещь, сеньор Вега, – с горячностью сказала я. – В местечке Корона есть одно очень приятное заведение для женщин. Если я помогу вам избавиться от этого трупа, то проведу там всю оставшуюся жизнь! По сравнению с этим местом даже комната уличного бродяги и та кажется дворцом.

– Вы хотите сказать, что не поможете мне? – с искренним изумлением спросил он.

– Совершенно верно, – ответила я. – И вы ничего не сможете сделать, чтобы я переменила свое решение!

Надо же было открывать свой большой рот! Через две секунды он уже держал меня в своих объятиях, перегнувшись через стол. Любая стенографистка скажет вам, что в таком положении невозможно спорить.

С поцелуем Рафаэля у меня возникло чувство, будто я только что начала свое выступление на олимпийских играх.

Прозвучал сигнал – и я понеслась по полю с бейсбольным мячом. Я успела обежать два круга и пойти на третий, когда он внезапно меня отпустил. Я просто свалилась на поверхность стола и так и осталась лежать, глядя на него. У меня не было сил двинуться, перед глазами клубился туман.

– Чикита! – сказал он страстно. – Слышишь ли ты эту прекрасную музыку, когда мы вместе?

– Небесные скрипки? – выдохнула я.

– Ты не смеешь покинуть меня в трудный час, – прошептал он. – Ты мне поможешь, да?

– Да, – прошептала я в ответ.

Наверно, разум оставил меня и отправился в какое-то другое место, в изгнание.

– 0-ля-ля! – Он потер руки. – Тогда надо отправляться немедленно. Утро и полдень были жаркими, да к тому же повышенная влажность.

– При чем здесь погода? – спросила я, пытаясь подняться со стола и одновременно одернуть юбку.

– В багажнике моего автомобиля лежат труп и лопата, которую мне пришлось одолжить, – просто ответил Рафаэль. – Сейчас мой автомобиль стоит недалеко отсюда на самом солнцепеке!

Еще тогда у меня внизу живота возникло странное ощущение… Я знала, что ни к чему хорошему все это не приведет.

Глава 2

Если бы не третий член нашей экспедиции, я, наверно, наслаждалась бы такой автомобильной поездкой. Сидеть рядом с ним было приятно, погода стояла великолепная, но он начал нервничать.

– Мевис, – угрюмо сказал он, – уже половина пятого. Прошло два часа, как мы уехали из твоей конторы, а труп все еще с нами.

– Но, – оборонялась я, – ты сам захотел послушаться моего совета.

– Остановиться на Голливудском мосту, бросить труп перед автомобилями и проехать по нему несколько раз так, чтобы все подумали, что он попал в автомобильную катастрофу? – прорычал он. – Ты имеешь в виду этот совет?

– И этот тоже, – сказала я. – Все сошло бы гладко, если бы не эти автомобили, которые все время снуют туда-сюда. Ты ведь должен признать, что это так.

– Конечно, – ответил он. – Полиция сразу увидела бы, что он погиб в автомобильной катастрофе! Пуля в голове мигом доказала бы это!

– Ну, ты просто придираешься, – обиженно сказала я. – Если тебе не нравится этот план, то почему ты не согласился на другой?

– Это с Китайским театром Громана?

– Это знаменитое место, – сказала я, – Все звезды оставляют там в мокром гипсе отпечатки своих ног для потомства.

– Потомства?

– Да, потомства. Это был великолепный план.

– Просто чтобы вспомнить его в деталях, – сказал Рафаэль Придушенным от ярости голосом. – Мы должны были остановиться у театра, и я должен был отнести труп в гипс?

– То есть найти отпечатки ног нужного размера, а потом поставить туда тело. Это было бы легко.

– Так, чтобы все, кто там бы его увидел, подумали, что это просто другой знаменитый актер, который просто не успел сойти с мокрого гипса? – Голос Рафаэля дрожал. – Санта Мария!

Он свернул направо по Солнечному бульвару. Я несколько минут просто молчала, так как, по-моему, он был чем-то сильно взбешен.

– Если мы будем ехать в этом направлении, мы приедем обратно, – сказала я в конце концов.

– Обратно в вашу контору, – подхватил он. – Я думаю, мне будет лучше заняться этим самостоятельно.

– Подожди минутку, – сказала я твердо. – Мы заключили контракт, Рафаэль, ты теперь не можешь его нарушить.

В конце концов, я не собиралась говорить Джонни, что мне не удалось заполучить клиента: он просто подумает, что я его предала. Ничто не может так вывести Джонни из себя, как потеря денег.

– У тебя возникла новая идея, Мевис? – саркастически спросил Рафаэль.

– Конечно, – сказала я. – Продолжай ехать прямо, до самых тихоокеанских пляжей.

– Я не желаю больше смотреть достопримечательности! – простонал он.

– О'кей, – сказала я. – Если вы хотите сохранить этот труп при себе – ваше дело! Вы всегда можете сказать, что это ваш сувенир из Лос-Анджелеса или что-нибудь в этом роде.

Опять наступило долгое молчание.

– Очень хорошо, – сказал он в конце концов. – Мы поедем к пляжам, и я посмотрю, каков твой новый план. Если он не лучше остальных… – На секунду он задумался. – Тихий океан там?

– Конечно, – сказала я. – Где ему еще быть?

– Буэно! – Он казался очень довольным. – Если этот новый план такой же, как и остальные, я тебя утоплю. До тихоокеанских пляжей мы добирались минут тридцать. Я сказала Рафаэлю, где остановиться, и он подъехал к нужному месту и выключил мотор. Потом он поглядел на меня.

– Что сейчас?

– Ты только оглянись вокруг, Вега, – сказала я, – и тогда заметишь кое-что. Пляж находится внизу, под шоссе, и этот его конец – пустынный!

– Да? – неохотно выдавил он.

– Вытащи труп из автомобиля и положи ею на пляж, – сказала я. – Никто этого не заметит. Затем поднимись обратно к машине, и мы уедем.

Он вновь оглянулся.

– Не могу поверить, – хмыкнул он. – Наконец-то ты сказала что-то умное. Пойдем, нам надо поторопиться.

– То есть как это "нам"? – резко спросила я.

– Если ты ошибаешься, чикита, – он зловеще улыбнулся, – и полицейское управление устроило сегодня свой ежегодный пикник на этом пляже, я хочу, чтобы ты была с нами – со мной и трупом. Это твой план, и я хочу, чтобы ты отвечала за все последствия, какими бы они ни были. – Он перегнулся через меня и открыл дверцу автомобиля, – Выбирайся!

Мне пришлось выйти. Все это не приводило меня в восторг, но, полагаю, выбора у меня не было. Об этом пикнике, о котором он говорил, я как-то раньше не подумала.

Рафаэль еще раз оглянулся, затем открыл багажник. Внутри, как он и говорил, лежало тело, но пока я его не видела, это казалось не правдоподобным. Это был труп человека лет пятидесяти, одетого в великолепно сшитый серый костюм и белую рубашку с простым коричневым, галстуком. На нем был небольшой парик, так как он был совершенно лыс. Парик съехал на одно ухо, и лысина его сверкала, как добродетель актрисы, играющей распутную женщину.

– Он вовсе не похож на заговорщика, – сказала я нервно.

– Карамба! – застонал Рафаэль. – А как, по-твоему, должен выглядеть заговорщик?

– Как ты, например, – холодно сказала я. – Почему это у него так согнуты колени?

– Как иначе я мог засунуть его в багажник? Кретинка! Возьми лопату.

Рафаэль наклонился и, чертыхаясь, вытащил тело из багажника. Потом, держа его на руках, направился к пляжу.

Я, оглядываясь, спустилась на пляж, но никого не увидела. Тогда я принялась копать яму. Рафаэль усадил тело, прислонив его спиной к небольшой песчаной дюне. Все это выглядело очень нелепо. Труп сидел, подогнув под себя ноги и сложив руки на груди, в застывшей умоляющей позе.

– Он мне напоминает телевизионного продюсера, – Я дрожала. – Что это у него с руками и коленями?

– Это называется "ригор мортис", – сказал Рафаэль. – Поторапливайся!

Я посмотрела на него, но сейчас было не до галантности. Женщина я здоровая и крепкая, поэтому яма была вырыта моментально, и Рафаэль подтащил к ней труп.

Внезапно позади нас кто-то сказал: "Эй!" – и я чуть было не выпрыгнула из трусиков.

Я медленно обернулась, хотя мне не хотелось этого делать, и увидела мужчину, от которого у меня все тело свело судорогой. Он был высокий и худой, и ему не мешало бы побриться. Борода у него была дюйма четыре, на нем были громадные очки, больше которых я никогда не видела, только ласты и плавки. Он стоял перед трупом на четвереньках и внимательно его разглядывал.

Рафаэль бросил на меня взгляд – губы его беззвучно двигались. Я была очень рада, что не расслышала, что он сказал, потому что знала, что он как-то обозвал меня, и я могла поклясться, что не чикитой. Затем он быстро сунул руку себе под мышку, и я сразу же вспомнила, что он носит там кобуру с пистолетом. Я вовсе не хотела смотреть еще на одно убийство, и быстро встала между ним и этим волосатиком.

Волосатик взглянул на нас и улыбнулся.

– Ваш друг.., с ним что-то случилось? – спросил он с сильным английским акцентом, – Что это за американская игра? – Он поднялся на ноги и тепло улыбнулся Рафаэлю. – Не вмешиваюсь, не вмешиваюсь, но мне кажется, вам не стоит оставлять его здесь. Нельзя, старина, не в его состоянии. Он не может и слова вымолвить, и он такой холодный.

– Откуда вы взялись? – мрачно спросил Рафаэль.

– Я был по другую сторону дюны, старина, – весело сказал волосатик. – Вода просто чудесная… Но вам надо как-то помочь вашему другу. – Он посмотрел на труп долгим взглядом. – Бог мой! – воскликнул он в ужасе. – Его волосы.., они выпали все сразу!

Я сильно толкнула Рафаэля в бок локтем.

– Это тропическая болезнь, – быстро сказала я. – Он подхватил ее на Гавайях, охотясь на крокодилов. Волосатик непонимающе уставился на меня.

– Но на Гавайях нет крокодилов!

– О! – я снова ему улыбнулась. – Где бы там ни были крокодилы, но заболел он на Гавайях. Рафаэль! – Я не осмелилась посмотреть в его сторону. – Может, тебе действительно отнести Джорджа в машину?

– Джорджа? – прошипел Рафаэль. Я указала пальцами в сторону трупа.

– Пер диос! – прошептал он. – И я еще сказал, что заплачу вдвойне!

Но он нагнулся, поднял тело и медленно пошел с ним к машине.

Волосатик с интересом наблюдал за ним, поэтому я решила, что мне лучше отвлечь его внимание. Я чуть приподняла юбку, обнажив середину бедра, и опять ему улыбнулась.

– Скажите, у меня не поехала петля? – спросила я его.

Он вновь опустился на четвереньки, чтобы рассмотреть все поближе – сразу можно было увидеть, что этот человек относится добросовестно к любой работе. Через полминуты он неохотно поднялся на ноги.

– Нет, – с сожалением сказал он. – По крайней мере, я не вижу.

– Ну, если вы не видите, значит, не поехала, – сказала я. – Все равно спасибо.

Я повернулась к нему спиной и быстро пошла к машине. Пока я шла, Рафаэль уже засунул труп обратно в багажник и захлопнул крышку. Мы забрались в машину и стали размышлять вслух.

– Этот парень – дурак! – сказала я ему.

– Я тоже так думаю, чикита, – сказал Рафаэль. – Счастье для него, что он псих. Иначе он был бы сейчас мертв. Здравый свидетель – это роскошь, которую мы не можем себе позволить.

Он завел мотор, и в то же самое мгновение я почувствовала чье-то дыхание на своей щеке. Я быстро повернулась, и чуть не сбила с волосатика его большие очки.

– Извините меня, – вежливо сказал он. – Мне просто хочется узнать: ваш друг всегда сидит в багажнике автомобиля?

– Ну конечно, – нервно сказала я. – Разве вы не видите, что в таком маленьком спортивном автомобиле трое – это уже толпа. Где же ему еще ехать?

Его глаза за толстыми стеклами расширились.

– Что за непонятная страна! – прошептал он. – Я нахожусь здесь всего три дня и уже успел повстречать человека, который учит индейцев ездить верхом для телевидения. Вчера я повстречал девушку, которая делает на каком-то заводе шпильки для каких-то автоматов! – Он медленно покачал головой, – А сегодня я встречаю девушку, которая просит меня посмотреть, нет ли дорожек на ее чулках, и охотника на крокодилов, у которого выпали все волосы и который путешествует в багажнике автомобиля. – Он моргнул и уставился на меня. – Интересно, знал ли Колумб, что он делает, или нет?

Рафаэль переключил скорость, и машина рванулась вперед, оставив его, все еще покачивающего головой. Первые десять минут я не произнесла ни слова, просто потому, что мне не удавалось их вставить. Но в конце концов поток испанских слов прекратился, и Рафаэль погрузился в угрюмое молчание.

– Но как я могла знать, что он будет по другую сторону дюны? – взмолилась я.

– Сейчас уже начало шестого, – сказал он. – Мы вернемся в вашу контору. Джонни Рио уже должен быть там. Может быть, он знает, что мне делать с этим трупом.

– Совсем ни к чему впутывать сюда Джонни, – сказала я. – Я уверена, что придумаю что-нибудь.

– Я тоже, Мевис, – свирепо сказал он. – Вот почему я и спешу обратно в вашу контору. Если я услышу от тебя еще хоть один план, мне придется избавляться от двух трупов, а не от одного!

Ну и пусть! После этого я не сказала ему ни слова за всю дорогу. Как будто я виновата, что этот проклятый волосатик оказался на пляже! Вот в чем беда с такими, как Рафаэль Вега. Только потому, что рядом есть женщина, он готов все свалить на нее!

Мы вернулись в контору, и Рафаэль поставил машину в гараж, находящийся в подвальном помещении. Затем мы поднялись наверх на лифте. Я открыла дверь и вошла первой. Это было ошибкой, потому что там сидел Джонни Рио, и он был в бешенстве. Я могла сразу сказать, что это так, поскольку он швырнул в меня книгой. Это была книга, в которую я записывала время встреч с клиентами, но я успела пригнуться, и книга перелетела через мою голову и попала точно в переносицу Рафаэля.

Следующие пять минут мне нельзя было даже надеяться что-нибудь объяснить, потому что девушке трудно заставить услышать себя в таком шуме. Джонни орал на меня, не слушая никаких объяснений, где это я шлялась весь день, а Рафаэль орал на Джонни по-испански, ни разу не повторяясь, насколько я знаю этот язык. Испанский прекрасен для любви, но, насколько я поняла, Рафаэль использовал его по другому назначению.

Утихомириться они никак не хотели, и я решила, что мне нет нужды стоять и слушать их. Я пошла привести себя в порядок.

Я попудрилась, подкрасила губы и поправила прическу. Ровно через двадцать минут я вернулась в кабинет.

Первое, что меня поразило, – это тишина. Они оба просто стояли и глядели на меня. У Джонни на лице было такое выражение, словно его треснули по голове мокрой рыбиной.

– Это не шутка, Мевис? – спросил он недоумевающим голосом. – В багажнике машины действительно лежит труп?

– Действительно лежит, – сказала я. – Он не врет. Самый настоящий труп, сделанный из плоти.

Это была шутка, но Джонни даже не обратил на нее внимания. Заставить Джонни рассмеяться – это все равно, что заставить его платить деньги, и даже еще похуже.

– И вы провели день, пытаясь от него избавиться? – медленно сказал он. – Черт возьми! От кого же?

– От Джорджа, – тихо сказала я. – По крайней мере, мы так его прозвали.

– Почему Джордж? – спросил он хрипло.

– У него парик, – сказала я.

– Только поэтому?

– Ты можешь придумать что-нибудь еще? – с раздражением спросила я. Джонни громко застонал.

– Каждый раз, стоит мне уйти хоть ненадолго, как что-нибудь происходит! И ты уже умудрилась втянуть нас в это идиотское дело!

– Оно не идиотское, Джонни, – твердым голосом сказал Рафаэль. – Намного хуже – оно серьезное! Мне необходима ваша помощь, чтобы избавиться от этого трупа.

– Вы с ума сошли! – подскочил Джонни. – Если вы считаете, что я могу дотронуться до этого трупа даже палкой в шестьдесят футов длиной, то вы ошибаетесь!

– Я уже сказал Мевис, – вмешался Рафаэль, – что плачу вдвойне.

– Деньги в этом случае не имеют значения, – отрезал Джонни, – Я не хочу быть замешанным в эту историю.

Рафаэль глубоко вздохнул.

– Втройне? – с болью в голосе спросил он.

– Я уже сказал, что деньги…

Внезапно Джонни замолчал и искоса посмотрел на Рафаэля.

– Как вы сказали?

– Втройне! – прошептал Рафаэль. – Бандиты!

– Гм.., думаю, что если я взгляну, то это ничего не изменит, – осторожно сказал Джонни. – Где сейчас ваша машина?

– Она в вашем гараже, внизу, – сказала я. – Я решила, что Рафаэлю лучше не оставлять машину перед домом, поэтому…

– Знаю, – коротко сказал Джонни, – Пошли, посмотрим.

Мы спустились на лифте вниз, прошли в гараж и остановились у машины Рафаэля. Других машин здесь пока не было, так что все, казалось, было в порядке. Рафаэль открыл багажник, и Джонни наклонился, чтобы получше все рассмотреть. Затем он внезапно взвыл и отскочил назад, как будто ему дали по голове. Но я была уверена, что этого не произошло.

– Прости, амиго, – галантно сказал Рафаэль. – Я не думал, что это зрелище так на тебя подействует.

Джонни уставился на него, не в состоянии вымолвить ни слова, он весь дрожал.

– Не зрелище трупа, амиго, любого трупа, – жестко сказал он, – а зрелище именно этого трупа. Ты прав!

– О! – Рафаэль казался заинтересованным, – Вы его знаете? Он у вас известен? Его ищет полиция? – Его лицо загорелось надеждой. – Может быть за его поимку обещана награда, нет?

– Нет, – спокойно ответил Джонни. – Никакой награды.., пока что… Но она может быть назначена, амиго, за того, кто его убил, как только станет известно, что он убит.

Рафаэль нахмурился.

– Я не понимаю, Джонни. Кто этот человек?

– Да так, ничего особенного.., всего-навсего миллионер. – Джонни коротко рассмеялся. – Всего-навсего шестой по значимости человек во всей Калифорнии.., не более того!

– Ты не ошибаешься, Джонни? – нервно спросил Рафаэль. – Это ведь всего лишь разбойник, нет?

– Этого я не знаю, – сказал Джонни, – но я знаю, что придется здорово потрудиться, чтобы доказать, что Джонатан Вторм был разбойником!

– Как?

– Джонатан Вторм, – повторил Джонни. – Он гениальный финансист, миллионер. Человек, который правой рукой управлял компанией, в то время как левой играл в покер! И все у него получалось отменно.

– Падре миа! – Рафаэль закатил себе пощечину с такой силой, что чуть не потерял темные очки. – Я погиб!

– Ты его знал? – спросил Джонни.

– Это тот человек, с которым Артуро должен был заключить договор, – простонал Рафаэль. – Человек, к которому президент послал его, чтобы занять денег. Я буду счастлив, если меня теперь разжалуют в солдаты. Но скорее всего меня разорвут на куски на площади!

– Какой? – с надеждой прошептала я.

– Какое это имеет значение? – рассердился Джонни.

– Мне просто хотелось бы там присутствовать, вот и все, – сказала я.

Джонни бросил на меня гневный взгляд и зашагал обратно к лифту.

– Эй! – позвала я. – Куда ты идешь? Ты не можешь теперь нас оставить.

– Да ну? – холодно сказал он. – Я не прикоснусь к этому трупу, даже если мне заплатят в десять раз больше, чем обычно! Во всем мире не хватит денег, чтобы я ввязался в это дело!

Он нажал на кнопку лифта, прибывшего через несколько секунд, и зашел внутрь. Двери закрылись, и он уехал.

– Чикита, – умоляюще сказал Рафаэль, – ты же не бросишь меня в беде?

– Ну конечно, нет! – твердо сказала я. – У меня как раз возник еще один план.

Глава 3

Рафаэль хлопнул крышкой багажника и уставился на меня, как кобра перед броском.

– Ах, у тебя возник другой план? – мягко спросил он. – У меня тоже есть план. Как ты посмотришь, чтобы присоединиться к приятелю в багажнике автомобиля?

– Но послушай, Рафаэль, – быстро сказала я. – Джонни ведь сказал нам, как его зовут. Джонатан Вторм, правда?

– Не напоминай мне, – простонал он. – Чтобы я, Черная смерть, совершил такую ошибку!

– Да, тут ты что-то напутал, – сказала я. – Но, как говорят алкоголики, нет нужды плакать над пролитым вином. Я придумала, куда мы можем деть этот труп так, чтобы никто не задавал никаких вопросов.

– Ты вспомнила еще какой-нибудь план? – процедил он сквозь зубы.

– Его дом! – с триумфом сказала я.

Рафаэль обдумывал мои слова секунд десять, затем пожал плечами. Я никогда так и не смогла разобраться, что этот жест означает в его стране: иногда это приказ батальону открыть огонь, а иногда – просто знак, что девушке лучше выпрыгнуть в окно, прежде чем дверь будет заперта.

– У миллионера должна быть жена, – сказал он наконец, – у него должны быть слуги. Ты хочешь, чтобы мы принесли труп к самому крыльцу, позвонили, а когда нам откроют дверь, просто сказали бы: "Простите, это не вам принадлежит?" – и протянули бы им тело?

– Вот и ничего похожего, – сказала я, – Мы подождем, пока все заснут, а потом положим труп у входной двери.

– Нажмем на кнопку звонка, а потом убежим? – спросил Рафаэль угрожающе.

– О'кей! – Я пожала плечами. – Ты имеешь что-нибудь лучше?

По его зажегшемуся взгляду я поняла, на что он способен и что мне вовсе не следовало пожимать плечами. Мне следовало бы помнить, что на мне надета прозрачная блузка.

– Думай, пожалуйста, о деле! – сказала я.

– Может быть, ты и права, – сказал он. – Я не могу придумать ничего лучше. Где находится дом бывшего сеньора Джонатана Вторма?

– Не знаю, – сказала я, – но это мы выясним. Пошли обратно в контору.

Мы поднялись наверх и увидели Джонни, который сидел за моим столом и вырезал из бумаги кукол.

– Джонни, – я обнадеживающе улыбнулась ему, – скажи, ты не возражаешь…

– Я тебя не вижу, – сказал он, уставившись на своих бумажных кукол. – Ни один из вас не существует. Когда полиция будет вести допрос, я буду отрицать все, может, я и сохраню свое удостоверение детектива. Прощайте, мисс Я-Даже-Не-Хочу-Помнить-Вашего-Имени!

– Только один вопрос, Джонни, – взмолилась я. – Где живет мистер Вторм?

– Ты хочешь сказать, где он жил? – прорычал Джонни, – На Биверли-Хиллз, где же еще? Он живет.., жил в огромном доме. Три акра земли, плавательный бассейн в шестьдесят футов, изумительный теннисный корт, великолепный пейзаж. Я читал об этом еще до того, как он приобрел этот дом. В нем одних ванных комнат и то целых пять с половиной!

– Пер диос! – с удивлением воскликнул Рафаэль. – Какая его половина принимала эту половину ванны?

– Не будь клоуном! – зарычал на него Джонни.

– О господи! – сказала я, – Даже мне это понятно.

– Тебе? – Джонни с сомнением окинул меня внимательным взглядом.

– Никто же не лезет в ванну головой, разве нет? – спросила я. – Даже если половина ванной, в нее и то забираются сначала ногами.

– Это комната, – рассудительно сказал Рафаэль. – Половина ее отведена под ванную, но что в другой половине?

Джонни скатал своих бумажных кукол в шарик и выбросил его в окно.

– Если вы, два идиота, обещаете мне убраться отсюда, – взвыл он, – я обещаю узнать для вас адрес!

– Договорились, – сказала я. – Ведь за этим мы и пришли сюда.

Джонни порылся в своих книгах и дал нам адрес. Я записала его на клочке бумаги, чтобы не забыть.

– А теперь убирайтесь, – резко скомандовал он. – И не рассчитывайте, что я выручу вас из тюрьмы. Я и глазом не моргну, что бы с вами обоими ни произошло.

– Пошли, Рафаэль, – сказала я, гордо поднимая голову, – Все это только доказывает старинную пословицу: друг в беде настоящий гад!

Затем я вышла из кабинета с высоко поднятой головой, чувствуя себя так, как должна была чувствовать себя французская королева, когда ее вели на гильотину. Вы знаете, о ком я говорю.., о той самой, которая сказала: "Они не могут спокойно есть кусок своего хлеба!" Но крестьяне не захотели ее слушать, потому что они слишком были заняты свободой, равенством, братством и материнскими чувствами.

Мы вновь спустились в гараж и забрались в машину.

– Как ты думаешь, Мевис, когда в доме Вторма ложатся спать? – спросил Рафаэль, заводя мотор – Сейчас уже половина седьмого.

– Ну, не думаю, что они ложатся так рано, – сказала я. – Я голодна. Почему бы нам сначала не поесть, а потом уж заняться делами?

Рафаэль выехал из гаража и поехал со скоростью не более двадцати миль в час.

– Я беспокоюсь об Артуро, – сказал он. – Я не видел его с самого утра, а без меня заговорщики могут постараться не упустить шанс, – Он задумчиво пожал плечами. – Хотя, с другой стороны, когда Артуро узнает, что вчера ночью я убил не заговорщика, а финансиста Вторма… Может, будет лучше, если его убьют, а я тем временем вступлю в легион?

– Может, будет лучше, если ты остановишься где-нибудь поблизости, и мы съедим по бифштексу? – предложила я.

– Почему бы нам не поехать к тебе домой, чикита? Там мы можем подождать, пока наступит нужное время, чтобы избавиться от трупа, – с надеждой в голосе сказал он.

– У меня и так хватает неприятностей, – сказала я. – Так что пойдем сначала поедим.

Мы нашли небольшой ресторанчик, заказали по бифштексу и выпили несколько бокалов мартини. Когда мы покончили с едой, было начало девятого. В восемь тридцать мы медленно проехали мимо дома Вторма. Мы почти ничего не увидели: участок окружала высокая кирпичная стена с железными воротами, открытыми настежь. Сквозь эти ворота виднелась дорога, в конце которой стоял дом. Свет горел в немногих окнах.

– Похоже, – сказал Рафаэль, – ложатся они не рано. Ты думаешь, нам лучше сейчас куда-нибудь уехать, а потом появиться здесь, когда они уже будут спать?

– Гм… – сказала я, – Может быть, это и не такая уж плохая мысль.

– А куда мы сейчас отправимся? В Сан-Франциско? – поинтересовался он.

– Я, кажется, кое-что придумала, – сказала я. – Остановись у первого же телефона-автомата.

– Ты хочешь позвонить им и сказать, чтобы они ложились спать? – проворчал Рафаэль.

– Не глупи, – сказала я. – Я собираюсь позвонить и сказать им, что с мистером Втормом произошел несчастный случай, и это самая настоящая правда! Я скажу им, чтобы они сейчас же мчались в Бель-Эр, и, пока их не будет, мы спокойно сможем внести труп в дом.

– Моя жизнь теперь не стоит рваного ботинка матадора, – прошептал Рафаэль, – Что мне терять?

Мы остановились у телефонной будки минут через десять, и пока я звонила, Рафаэль оставался в машине. Я вошла в будку, нашла по телефонному справочнику номер телефона Вторма и набрала его. Минут через пять, очень долгих для меня, ответил сухой женский голос.

– Миссис Вторм? – с надеждой спросила я.

– Слушаю, – ответила она. – Мне не знаком ваш голос.

– Вы меня не знаете, миссис Вторм, – честно призналась я. – Я друг вашего мужа.

– О! – По какой-то причине тон у нее был очень холодный.

– Он попросил меня позвонить вам, – быстро сказала я, – У него большие неприятности, с ним случилось несчастье.

– Несчастье с Джонатаном? – Она заговорила быстрее. – Что-нибудь серьезное?

– Он не может говорить, – сказала я. – Но он хотел непременно увидеть вас и слуг!

– Слуг? – голос ее звучал удивленно, – У нас сейчас нет никаких слуг!

– Я думаю, что он имел в виду тех, кто находится в доме, – сказа-па я. – И чтобы вы к нему немедленно приехали.

– Кроме меня, здесь никого нет, – сказала она.

– Ну, значит, это вас он хочет видеть, – с симпатией сказала я. – Свою дорогую маленькую женушку.

– Что это за несчастье? – резко спросила она.

– Автомобильная катастрофа, – сказала я.

– Но он никогда сам не ездит!

– Он попал под машину, – сказала я. – Надеюсь, он ходит сам?

– Где это произошло?

– Бель-Эр. На углу Симптон и Сан-Карлос, – быстро сказала я. – Вы приедете немедленно?

– Хорошо, – сказала она, – но…

Я не стала ждать и слушать ее "но". Я уже и так была выбита из колеи, потому просто повесила трубку и пошла обратно к машине.

– Ну? – спросил Рафаэль.

– Порядок, – скромно сказала я. – Миссис Вторм была в доме одна, и сейчас она уже на пути в Бель-Эр. Нам только остается подъехать к дверям, положить на порог труп и быстренько исчезнуть.

– Что-то уж слишком гладко, – прошептал он. – Ты уверена, что набрала тот номер?

– Конечно, уверена, – важно сказала я, – Ты лучше поторопись, а то она успеет вернуться до того, как ты доберешься до дома.

Надо же мне было давать волю своему языку! В следующую минуту машина рванула с места так, как будто мы были на гонках в Индианаполисе. После пяти секунд такой езды я закрыла глаза и не открывала их до тех пор, пока не почувствовала, что машина снижает скорость.

– В доме все еще горит свет, – с сомнением в голосе произнес Рафаэль.

– Ну конечно, – уверенно сказала я. – Не думаешь же ты, что любящая жена будет выключать за собой свет, торопясь на помощь своему супругу, с которым произошло несчастье?

– Может быть, и нет, – не очень уверенно сказал он. Затем он проехал через железные ворота, и дом стал приближаться, причем сердце мое билось все сильнее и сильнее без всякой на то причины.

Рафаэль остановил машину у самого крыльца. Скрипнули тормоза. Мы вышли из машины и подошли к багажнику. В какую-то секунду Рафаэль откинул крышку и уже держал тело в своих руках. Он донес его до крыльца. Затем он внезапно остановился, и я чуть не налетела на него.

– Входная дверь, – прошептал он. – Она открыта.

– Ну конечно, – сказала я раздраженно. – Просто его любящая жена подумала, что она даром теряет время, запирая дверь, вот и все.

– Думаю, что нам лучше бросить Джорджа здесь, на крыльце, и сматывать удочки! – прошептал он.

– Не паникуй, Рафаэль, – сказала я. – Так еще проще. Мы занесем его внутрь и оставим в гостиной. Тогда полиция ни за что не поверит жене, когда та расскажет им, что пришла домой и обнаружила труп. Я ведь тебе давно сказала: предоставь это дело "Рио инвестигейшн", и больше ни о чем можешь не беспокоиться.

– Ну хорошо, – сказал он, – Но если ты и здесь ошибаешься, чикита, я тебе обещаю, что ты никогда не забудешь Рафаэля Вега. Я вырежу свои инициалы в твоем сердце ножом мясника!

– Могу побиться об заклад, что ты говоришь так всем девушкам, – весело сказала я. – И женщинам тоже, я бы не удивилась.

Я прошла за ним через холл и через коридор в гостиную. Это действительно была комната для гостей: там могло жить несколько человек и при этом месяцами не встречаться друг с другом.

– Ты довольна, наконец, – зарычал он на меня, – или ты хочешь, чтобы я побрил его перед тем, как мы уйдем?

– Посади его на кушетку, – твердо сказала я, – и мы сможем уйти. Миссия закончена, как однажды мне сказал один морской сержант.

– Ты была в Корее? – Рафаэль непонимающе уставился на меня.

– Перестань стоять, как пень, уложи Джорджа, и пойдем отсюда.

– Наконец-то я слышу что-то дельное, – сказал он. – Я уже устал держать его на руках.

Рафаэль направился к кушетке и наклонился, чтобы положить на нее труп. В следующую секунду блеснула ослепительная вспышка, ударившая меня по глазам, и я заорала.

– Не двигайтесь! – сказал холодный женский голос. – Или я буду стрелять!

Я была слишком занята, моргая и пытаясь все увидеть в отчетливом свете, чтобы куда-то двигаться, поэтому я подчинилась. В конце концов боль в глазах прошла, и первое, что я увидела, это женщину, державшую пистолет.

Она нахально нам улыбнулась, но пистолет в ее руках остался незыблем, как скала.

– Неужели вы думали меня обмануть и заставить мчаться неизвестно куда? Может быть, сейчас вы соизволите объясниться? – сказала она голосом сладким, как азотная кислота, – Что вы делаете в моем доме с телом моего супруга?

– Ну конечно, – я судорожно сглотнула, – Расскажи этой леди, Рафаэль! Я знаю, что ты можешь объяснить все просто и логично.

Он посмотрел на меня, и его темные очки на мгновение приподнялись. Затем он мне улыбнулся.

– Пор фавор? – вежливо сказал он.

– Скажи этой леди, Рафаэль! – в отчаянии громко закричала я. Он беспомощно пожал плечами.

– Буэнос ночес, сеньора, – сказал он.

– Ты говоришь по-английски не хуже меня, ты, недоносок! – вскипела я, – Этот труп твой – вот ты ей и скажи!

– Но комаранде, – он наморщил лоб.

Внезапно шторы в другом конце комнаты раздвинулись, и оттуда вышел мужчина с фотоаппаратом в руках. К аппарату была прикреплена вспышка, и у меня возникло ужасное чувство: я поняла, что недавно меня ослепило.

Мужчина был молод и довольно симпатичен. Ему нужно было только побриться и получше одеться, ведь одежда красит человека, ну и постричься ему тоже не мешало.

На нем были надеты какие-то бесформенные штаны и габардиновая куртка. Он взглянул на нас и ухмыльнулся.

– Ты заснял их, Терри? – спросила его брюнетка.

– Полный порядок, – сказал он. – Снимок получился изумительный! Брюнетка холодно улыбнулась.

– Терри тоже говорит по-испански, – мягко сказала она. – Хотите объясниться на своем родном языке, мистер Вега?

– Нет, – злобно сказал Рафаэль, – Вы знаете мое имя. Я просто подожду и все объясню полиции. Правда, они мне не поверят.

Я обратила все свое внимание на парня с фотоаппаратом.

– Вы нас засняли, – медленно сказала я. – И снимок получился изумительный?

– Точно, куколка, – согласился он.

– При чем же здесь – полный порядок?

– Ни при чем, – он посмотрел на брюнетку. – Ну и детка, – сказал он, – это будет еще та передряга. Брюнетка на него даже не посмотрела.

– Не обращайте внимания на Терри, – спокойно сказала она. – Он битник.

Рафаэль уставился на нее, затем дрожащим пальцем указал на блондина.

– Вот этот, – сказал он, – битник?

– Ну, ты, испанская луковица, – с подъемом в голосе сказал блондин. – Сплошные слезы и плоха на вкус.

Я увидела выражение на лице Рафаэля и пришла ему на помощь.

– Это ничего не значит, – сказала я.

– Карамба!

– К делу! – резко сказала брюнетка. – Труп моего мужа – это кое-что значит! Я все еще жду объяснений.

– А я все еще жду полицию, сеньора, – вежливо ответил Рафаэль. – Труп вашего мужа, вы сказали?

– По крайней мере, официального, – резко ответила брюнетка.

– Примите мои соболезнования, сеньора, – Рафаэль элегантно поклонился. – Произошла ужасная ошибка.

– Ошибка?

– Диос мио! – Он даже подскочил, – Не думаете же вы, что я убил его с целью?

– Именно это я и думаю, – сказала она, – И я знаю, кто заплатил вам за это, – Она сделала по направлению к нам один шаг, и пистолет в ее руке, казалось, увеличился в четыре раза, – Это был Алекс Милройд, и посмейте только отрицать это.

– Алекс Милройд? – слабо повторил Рафаэль.

– Что ж, – мягко сказала миссис Вторм, – вам придется преподнести ему сюрприз. Он заплатил за убийство, и ему придется пожинать его плоды! Вы двое возьмете сейчас этот труп и доставите его туда немедленно!

Я несколько раз сглотнула, и только тогда голос вернулся ко мне, если и не полностью, то хотя бы частично.

– Миссис Вторм, – выдохнула я, – Вы делаете ужасную ошибку. Это несчастье…

– Заткнись!

Она чуть отвела руку, и дуло пистолета уставилось прямо на меня.

– Разве я что-нибудь сказала? – пробормотала я. Она снова взглянула на Рафаэля.

– Терри проявит великолепный снимок вас с трупом моего мужа на руках, мистер Вега, – сказала она. – Вы сделаете то, что я вам прикажу, в противном случае Терри сделает два отпечатка: один для полиции, а другой – для Артуро. Выбирайте!

Рафаэль наклонился и снова взял труп в руки.

– Уже иду, сеньора, – быстро сказал он.

– Так-то лучше, – сказала она. – Не вздумайте умничать и удрать, как только уйдете отсюда. Я узнаю, доставили вы тело или нет, и если нет – тогда появятся два фотоснимка.

– Я понял, – холодно сказал Рафаэль. – Только один вопрос, с вашего позволения. Где дом Алекса Милройда?

– Как будто вы этого не знаете! – мягко сказала она, – Лучше поторопитесь, мистер Вега. Я даю вам не больше часа. И заберите с собой вашего психопатичного друга!

– Битника? – непонимающе спросил Рафаэль.

– Я имею в виду эту пышную блондинку! У вас осталось всего пятьдесят минут!

Рафаэль пересек холл, и я последовала за ним. Мы подошли к машине, и пока он засовывал труп в багажник, я забралась на переднее сиденье. Затем он нырнул в машину, уселся рядом со мной и завел мотор. Он не произнес ни слова, пока мы не выехали на улицу.

– Алекс Милройд? – недоуменно спросил он.

– Полный порядок! – сказала я.

Глава 4

Мы остановились у первой аптеки и перелистали там телефонный справочник. Хотите – верьте, хотите – нет, но в нем оказалось пятнадцать А. Милройдов. Легче нам от этого не стало. Рафаэль громко считал вслух, затем улыбнулся, показав свои зубы.

– Неважно, Мевис, – мягко сказал он. – Могу я где-нибудь поблизости купить хороший мясной нож?

– Я уверена, что мы найдем, где он живет, – нервно сказала я. – Почему бы тебе не позвонить Джонни?

– Не знаю, – сказал он, – Не знаю, почему бы тебе даже не умереть. Я бы рассматривал это как огромное одолжение!

– Я позвоню Джонни, – сказала я и быстро нырнула в телефонную будку, пока он не отправился за мясным ножом. Сначала я набрала номер нашей конторы, но там никто не ответил. Я решилась позвонить ему домой, и гудка через четыре услышала его голос.

– Привет, Джонни, – сказала я, стараясь говорить радостным голосом, – Это Мевис.

– Я тебе уже сказал, – холодно ответил он, – Из тюрьмы тебя выручать не буду.

– О, Джонни! Вечно ты шутишь! Ты случайно не знаешь человека по имени Алекс Милройд?

На другом конце провода наступило молчание.

– Джонни! – в отчаянии закричала я.

– Да, – с горечью сказал Джонни, – В чем дело? Только не говори мне, что этот южанин добавил труп Милройда к своей коллекции.

– Не груби, – сказала я. – Ты же знаешь, что мы не коллекционеры. Нам всего лишь надо избавиться от одного трупа. А Милройда мы просто решили навестить.

– Он живет где-то неподалеку от пляжа, – усталым голосом сказал Джонни. – По-моему, рядом с Уилроджерским пляжем. Что вы там еще затеяли?

– Ничего мы не затеяли, – как можно убедительней сказала я. – Просто мы хотим поприветствовать его.

– С Милройдом этого будет вполне достаточно. Несколько секунд я вслушивалась в тяжелое дыхание Джонни.

– Ты простудился? – заговорила я наконец.

– Хуже, – сказал он. – Ты хоть знаешь, кто такой Милройд?

– Не-ет, – осторожно сказала я. – Разве это обязательно знать?

– Если ты собираешься его навестить, то мне следует промолчать и устроить тебе маленький сюрприз.

– О'кей. Так кто такой Милройд?

– Он сам Мистер Судьба, причем со связями, – бесстрастным голосом ответил Джонни. – Ты платишь Милройду за услуги, и что бы тебе ни надо было сделать, он это сделает.

– Что здесь плохого?

– Ничего. Это действительно хорошо. Что надо сделать тебе, Мевис? Ты хочешь, чтобы выиграла лошадь, на которую ты поставила? У тебя есть богатый дядюшка, со смертью которого ты получаешь наследство? Ты хочешь, чтобы один из твоих врагов попал в автомобильную катастрофу? Любое из этих дел ты можешь поручить Милройду – он все для тебя сделает! Ты хочешь его попросить, чтобы он помог избавиться от трупа?

– Примерно, – осторожно сказала я.

– Он это устроит, не бесплатно, правда, – сказал Джонни, – Ты никогда не верила, что бывает нечто хуже смерти, Мевис? Не правда ли, дорогая?

– А? – Я даже задохнулась.

– Прощай, Мевис, – сказал он.

– То есть как это "прощай"? – с горячностью спросила я.

– Такое уж у меня чувство, – сказал он. – Увидимся на Хантинг-Граунд.

– Но ведь это кладбище! – воскликнула я.

– Я принесу цветы, – пообещал он. – Увидимся там. Потом в трубке раздались гудки отбоя. Я вернулась к нетерпеливо ждущему Рафаэлю и вновь открыла телефонный справочник. У пляжей жил всего один А. Милройд, наверно, именно тот, который нам был нужен. Я рассказала Рафаэлю все, что сказал мне Джонни, и темные очки его блеснули.

– У нас нет выбора, Мевис, – коротко сказал Рафаэль. – Придется доставить тело этому Милройду. Но для чего оно ему понадобилось, ума не приложу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.