Дарья Калинина
Леди Бэтмен

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Нет, не ценим мы того, что имеем. Определенно, не ценим! Мариша готова была подписаться под этими словами со стопроцентной готовностью. И ведь надо же было случиться такому счастью, что всего два месяца назад главная проблема в ее жизни заключалась в общении, верней, в полном его отсутствии. Ну и что такого, что скучно? Как известно, от скуки еще никто не умирал. Хотя задним умом все крепки. И тогда Мариша переживала просто ужасно.

Как-то так получилось, что Мариша после развода вдруг оказалась практически изолирована от остального человеческого сообщества в стенах своей весьма комфортабельной и уютной квартирки, может быть, только чуточку слишком уж просторной для внезапно оказавшейся одинокой девушки.

– Это просто невыносимо, – тыкаясь во все углы в поисках хоть какого-нибудь завалящего занятия, жаловалась она своей двоюродной сестре Зинуле, явившейся в гости, чтобы развеяться самой и слегка развлечь Маришу.

Когда-то сестры были близки – не разлей вода. Но затем Зинуля неожиданно вышла замуж за работягу-грузчика, и отношения между сестрами малость разладились. В принципе Мариша не имела ничего против представителя рабочего класса. Но при одном условии: он, этот представитель, должен прилично себя вести и хорошо относиться к ее сестре. Увы, муж Зинуле попался горький пьяница, регулярно избивавший ее, пропивающий все свои заработки и не гнушающийся воровать при случае деньги у жены.

Разумеется, Мариша сразу же заявила сестре, что той надо срочно разводиться с этим гнусным типом. Но ничего, кроме упреков и оскорблений в свой адрес за этот добрый совет, Мариша не услышала.

– Ты мне просто завидуешь! – тут же заявила ей Зинуля.

И на недоуменный вопрос кузины, чему же тут завидовать, сказала:

– Ты просто не понимаешь, какая у Вити тонкая натура! Он не получил образования, вынужден заниматься грубой физической работой, и это ужасно гнетет его. А ведь он достоин куда лучшей жизни.

– Каждый достоин той жизни, которую себе устроил! – отрезала Мариша, и сестры расстались, разобидевшись друг на друга.

С тех пор прошло уже пять лет. Муж Зинули скончался по вполне банальной причине – отравления недоброкачественным алкоголем, который он потреблял в последнее время из экономии, а точнее, чтобы на те же деньги купить побольше спиртного. Работать он совсем перестал, опустился и путал сон с явью. Однако Зинуля с маниакальным упорством, достойным лучшего применения, продолжала жить со своим забулдыгой, вбив себе в голову, что лучше уж такой муж, чем совсем никакого. И на его могиле рыдала так, словно ее жизнь кончилась вместе со смертью горького пьяницы.

– Ой! – выла она. – Как же я теперь одна век куковать стану? Никто-то меня не приголубит, не приласкает. Витенька, миленький, на кого ты меня оставил?

Видя такое безобразие, Мариша кипела от негодования. В кои-то веки этой набитой дуре, можно сказать, повезло. А она счастья своего не понимает. Себе Мариша могла признаться, что уход собственного мужа не заставил ее столь бурно переживать. Если Мариша после развода от чего и страдала, то только от скуки.

А вот Зинуле пришлось туго. Она еще переживала и острый финансовый кризис. После смерти пьяницы-супруга вдове пришлось раздавать его долги. Но винила Зинуля в этом почему-то снова не своего непутевого супруга, а окружающих, и в первую очередь свою собственную родню, которая, оказывается, должна была помочь человеку, но не захотела. И вот теперь этот прекрасный человек, не выдержавший жестокости окружающего мира, скончался, оставив ее одну-одинешеньку.

Конечно, общество кузины не могло толком развлечь Маришу. После визитов Зинули ее собственная жизнь, конечно, казалась уже не такой беспросветной, но… но не более того.

– От такой жизни и свихнуться недолго, – как-то констатировала Мариша, с некоторым испугом шарахнувшись от неожиданно появившейся в квартире незнакомки со встрепанными волосами и бледным лицом.

Приглядевшись получше, Мариша узнала в этой особе себя, а точнее – собственное отражение в зеркале. И тут она впервые серьезно задумалась о своей жизни. После ухода мужа – бабника и гуляки – в ее жизни вдруг образовалась уйма свободного времени, которое непонятно чем надо было заполнить. Работать на чужого дядю Мариша как-то уже давно отвыкла, тем более что необходимости в том не было. Но сидеть целыми днями дома, с выходами исключительно в магазины или на тусовки тоже было не по ее нраву. Да и с кем тусоваться-то?

Все ее подруги в данный момент были пристроены, то есть замужем. Свободного времени по этой причине у них было маловато. Во всяком случае, куда меньше, чем у Мариши. И эту прорву времени срочно следовало куда-то пристроить, иначе недолго было от тоски совсем загнуться.

– Итак, давайте подумаем, чем я могу заняться, – принялась вслух рассуждать Мариша, по привычке загибая пальцы на руках. – Если бы я была чуточку более наивной, то я бы начала искать себе очередного мужа. Но увы, опыт показывает, что менять мужей – только заменять одни неприятности другими. Значит, поживу пока одна. А замуж, конечно, выйду, но когда-нибудь потом. Если деньги кончатся.

И удовлетворенная, что с этим пунктом никакого разногласия с ее внутренним «я» не возникло, Мариша принялась размышлять дальше.

– Работать с девяти утра до шести вечера, и так пять дней в неделю, за оклад долларов в триста я не хочу, – загнула она следующий палец.

С этим решением у нее тоже проблем не возникло.

– Творчество отпадает, – с грустью констатировала Мариша, загнув третий палец. – Поздновато мне уже начинать. Да и в какой области? Рисовать я не умею. Когда пою, все слушатели стараются разбежаться подальше. Для писательства я слишком активна. Долго на одном месте не усижу.

И, уставившись куда-то вдаль, Мариша тоскливо поинтересовалась у собственного подсознания, потому что больше посоветоваться было решительно не с кем, – так чем же в таком случае заняться?

Ответ пришел неожиданно, когда Мариша, отчаявшись что-либо решить, взялась за газету бесплатных объявлений.

– Обновлю кафель в ванной и поменяю-ка я заодно свой унитаз, все-таки хоть какое-то занятие, – произнесла она и приготовилась углубиться в список фирм, предлагающих этот самый унитаз у них купить.

Но вместо странички, предлагающей обширный выбор сантехники от самой дешевенькой до элитной – поющей, мигающей и развлекающей вас интеллектуальной беседой, когда вы сидите на ней в интимном месте, – перед Маришей раскрылась страничка с объявлениями фирм, предлагающих различные юридические услуги. С внезапно проснувшимся интересом Мариша обнаружила, что можно всего за час стать обладательницей собственной уже зарегистрированной и оформленной по всем правилам фирмы.

– Вот оно! – воскликнула Мариша, которую словно порывом ветра сбросило с дивана. – Своя фирма! То самое, чем мне всегда хотелось заниматься.

И воображение тут же услужливо нарисовало перед Маришей картину ее светлого ближайшего будущего. Вот она, хлопнув дверцей, выходит из собственного лимузина, а вокруг нее теснятся мордастые охранники, сосредоточенно прижимающие к оттопыренным ушам проводки с рацией и бдительно поглядывающие по сторонам. Сама же Мариша плывет мимо них в роскошнейшем бальном платье на благотворительный ужин по тысяче баксов за вход. И главное, что ей решительно не жалко этих денег, которые пойдут в фонд голодающих детей Африки или на какое-нибудь другое столь же полезное дело.

Она входит в ярко украшенное фойе, а вокруг нее сплошь знакомые лица. С одними она встречалась по делам фирмы, других ей представляли знакомые бизнесмены – директора других фирм и банков, с которыми она тоже на короткой ноге. И все они приветливо и почти искренне улыбаются ей, Марише. А где-то там, за толпой ее добрых знакомых, стоит ОН. Мариша еще не видит его, но точно знает, что ОН где-то там и ждет ее.

– О-ох! – простонала в полном восторге Мариша. – И чего я тут сижу? Надо же двигаться! Скорей! Я ведь и так столько времени потеряла без всякого толка!

И она заметалась по своей просторной квартире, которую муж – подлец и мерзавец – оставил ей тем не менее без всяких оговорок после их развода. Бестолково суетясь, Мариша пыталась решить, с чего же ей все-таки начать. Как-то быстро выяснилось, что новое дело и фирма Маришу все-таки привлекают исключительно с той целью, чтобы потом среди своих многочисленных новых деловых знакомых встретить того единственного, который составит все ее счастье.

– А если так, то зачем идти кружным путем? – рассудила про себя Мариша. – Надо поставить поиски будущего супруга на профессиональную ногу. Открою-ка я собственное брачное агентство. Мне кажется, что дело это у меня пойдет. Ничего хитрого тут в принципе нет и быть не может.

И, не откладывая дела в долгий ящик, Мариша вылетела из дома, не забыв прихватить с собой кредитку, чтобы иметь средства для выполнения своей задумки.

С тех пор прошло всего два месяца, а Мариша уже стала обладательницей собственного брачного агентства «Казанова», где работали, помимо нее, еще две сотрудницы, целыми днями проводящие у компьютеров, заполняя или меняя анкетные данные клиенток.

Сначала-то Мариша хотела назвать свою фирму «Венерой», разумеется, в честь богини любви.

– Тебя примут за медицинскую клинику, специализирующуюся на лечении венерических заболеваний, – отсоветовала ей Инна, с которой Мариша поделилась своими планами.

Отпало и название «Амур» – так уже называлась сеть магазинов нижнего белья. И «Казанова» оказался в данном случае вполне подходящим названием. Во всяком случае, клиенты, а точней сказать – клиентки, повалили буквально валом.

– Конечно, я догадывалась, что в нашей стране подавляющее большинство женщин одиноки, но все же не думала, что дело обстоит настолько скверно, – вынуждена была признать Мариша по истечении двухмесячного срока своей деятельности.

Сейчас она сидела в собственном кабинете за накрытым столом, на котором стояли две уже почти опустевшие бутылки мартини, пакет с апельсиновым соком, мисочка с подтаявшими кубиками льда и разнообразная закуска. А возле Мариши по левую и правую руки устроились две ее подруги – Катя и Инна.

С тех пор как Мариша занялась брачным бизнесом, у ее подруг тоже произошли весьма значительные изменения в личной жизни. Например, они обе разругались со своими половинами. И эти половины взяли да и свалили от них. Причем муж Инны забрал с собой их няню и семилетнего сына, который высказал полнейшее нежелание оставаться в этом случае с матерью.

– Представляешь? – возмущалась Инна. – Я его родила, он, можно сказать, моя плоть и кровь, и он теперь мне заявляет, что жить будет со своим отцом, с этим жалким сперматозоидом!

– Инна, зачем ты так оскорбляешь его? – произнесла добрая Катя.

– А что? – фыркнула Инна. – Больше-то от мужика для появления ребенка на свет ровным счетом ничего не требуется. Один-единственный сперматозоид – и все! Он уже любимый отец, а я тут так, сбоку припека!

– Твой муж тоже очень любит вашего Степку, – возразила Катя. – И не надо так плохо о нем отзываться. Ведь он пока еще твой муж.

– Вот именно – пока, – кивнула Инна. – Потому что в самое ближайшее время я собираюсь его заменить. Мариша, у тебя ведь есть для меня кандидаты?

– И для меня! – быстро сориентировалась Катя. – Мне тоже надо… как это… заменить.

– Кого тебе менять? – сурово глянула на нее Инна, испугавшись, что видная собой Катька – настоящая русская красавица – уведет у нее из-под носа всех самых лакомых кандидатов в мужья. – У тебя же твой Вовка имеется. Чего тебе еще надо?

– Он у меня только время от времени имеется, – возразила Катя. – И мне это, честно говоря, здорово надоело. К тому же он не возникал на горизонте уже целый месяц. Только звонит и бубнит, что ужасно занят, что целыми днями работает. А по вечерам у него едва хватает сил выбраться из-под своей машины, которая постоянно ломается, и добраться до кровати. Так что на меня у него нет уже никаких сил.

– А как же секс? – заинтересовалась Мариша.

В ответ Катька только глубоко вздохнула и развела руками.

– Ну нет! – воскликнула Мариша. – Так в самом деле не пойдет. Если Вован начал манкировать своими прямыми обязанностями, гони его в шею. Найдем мы тебе, Катька, мужа.

– Ну а мне-то? – ревниво осведомилась Инна.

– И тебе найдем, – заверила ее подобревшая от выпитого мартини Мариша. – Хотя, если честно, девочки, то с клиентами мужского пола полная катастрофа. Вы бы видели, какие, не побоюсь этого слова, странные типы к нам приходят! Ой-ей! Женщины – все поголовно умницы и если не красавицы, то хотя бы следят за собой. А мужчины!.. О-о-о!

И Мариша обреченно махнула рукой. Подруги с интересом глядели на нее, явно ожидая продолжения. И Марише пришлось продолжить.

– Если он более или менее чисто одет и выбрит, значит, верняк, женат, – сказала она. – А если не женат и живет один, то чисто бомж! Я сперва даже брать таких кандидатов в работу не хотела. Но потом вижу, других-то все равно нет, вот и пришлось. Но я уже подумываю, не открыть ли у нас душевую комнату и банно-прачечный комбинатик, чтобы как-то благообразить претендентов перед тем, как показывать их невестам.

– А иностранцы? – живо спросила у нее Инна. – Ты ведь, я знаю, и на европейский уровень уже вышла!

– Мужчины всюду одинаковые, – заверила ее Мариша. – Конечно, в Европе они малость почище и внешне поприличней будут, но зато менталитет у них другой, более прижимистый, что ли. Наши-то, если им есть чем любимую женщину одарить, они жаться не станут. А европейцы десять раз подумают, прежде чем букетик фиалок для любимой купить.

– Так что же выходит, – растерянно спросила Катя, – либо брать наших бедолаг, либо европейских жмотов?

– Есть и другие материки, – напомнила ей Инна, которая всегда хорошо училась по географии.

– А в Америку или в Австралию я и сама не хочу, далеко слишком, – быстро ответила Катя. – У меня мама и бабушка старенькая. Они в Америку перебираться не хотят.

– Ничего, девочки, – тоном доброй тетушки утешила своих заметно приунывших подруг Мариша. – Есть у меня тут несколько вполне приличных кандидатов. Для себя держала, ведь я тоже девушка одинокая. Но раз такая ситуация, то с вами поделюсь. Чай, вы мне не чужие.

И Мариша полезла к себе в стол, где в запертом на ключ ящике лежал заветный альбомчик, куда Мариша вносила самых перспективных клиентов, которые попадались за почти два месяца работы в ее поле зрения.

– После кропотливого отбора и отсева у меня осталось всего девять кандидатов, – сказала подругам Мариша, торжественно расчищая место на столе для своего альбома и устраивая его между веточкой помидоров черри и тарелочкой с нарезанной тончайшими пластинками сырокопченой колбасой.

– Почему так мало? – удивилась Инна.

– Потому что симпатичные мужчины, которые появлялись в нашем агентстве, в принципе не желают обременять себя супружескими узами, – ответила ей Мариша. – Им бы чего-нибудь легкого и пылкого. Но нам-то с вами нужны мужья, так ведь?

Подруги кивнули.

– Значит, остается всего девять человек, – произнесла Мариша. – Да и то они не то чтобы рвутся жениться, а в принципе не против…

– Получается, по трое мужчин на каждую из нас? – быстро сосчитала Катя, проявив вдруг прежде несвойственную ей способность к устному счету.

– Покажи! – потребовала Инна.

Но Мариша не торопилась расставаться с альбомом. К тому же в этот момент в дверь ее кабинета просунулась светловолосая женская головка.

– Зинуля! – обрадовалась Мариша сестре. – Иди к нам!

И, обратившись к подругам, представила вошедшую молодую женщину, выглядевшую миниатюрной копией самой Мариши.

– Это моя двоюродная сестра Зинуля! Я вам про нее рассказывала. Теперь она работает вместе со мной. Можно сказать, что мы партнеры, потому что организовали это агентство вместе.

Катя с Инной поздоровались с пришедшей. Зинуля вежливо кивнула, принимая бокал с мартини, протянутый ей Маришей, и сказала, обращаясь к подругам кузины:

– Не слушайте вы ее! Это она всем занимается, а я так, в офисе сижу. Какой от меня может быть прок?

– Зинуля ведет всю бухгалтерию и вообще занимается финансами, – не согласилась с ней Мариша. – Я бы пропала, если бы у меня не было такой помощницы.

И снова, вернувшись к прерванному появлением сестры занятию, она сказала:

– Хочу вас предупредить, чтобы вы сразу не пугались, – сказала она. – На фотографиях некоторые кандидаты в женихи получились далеко не такими симпатичными, как в жизни.

– Мы разберемся, – дружно заверили ее Инна с Катей, пытаясь в это же время нетерпеливо вырвать заветный альбом из рук Мариши.

Наконец та сдалась. И Инна с Катей углубились в изучение содержимого альбома. Некоторое время в кабинете слышалось только их хихиканье. Воспользовавшись паузой, Мариша опрокинула в свой бокал остатки мартини из бутылки, кинула несколько кусочков льда и принялась мечтательно его потягивать, следя одним глазом за своими подругами.

– Мне нравится вот этот, – наконец нерешительно произнесла Катя, ткнув пальцем в смуглого брюнета с вызывающе красивым лицом.

– Художник, – мельком глянув, пояснила Мариша. – Между прочим, весьма преуспевающий. Я специально посетила его выставку, чтобы понять, что он не врет насчет своего статуса. Но у него есть проблема.

– Какая? – насторожилась Катька. – Он импотент?

– Насчет этого не скажу, не знаю, – покачала головой Мариша. – Проблема в другом. Он недавно развелся с женой, оставил ей квартиру, а сам живет теперь в своей мастерской. Впрочем, мастерская у него огромная, расположена в солнечной мансарде и…

– Ты у него и в мансарде уже успела побывать? – взревновала Катя.

– Нет, – слегка смутилась Мариша. – Насчет мансарды я от других его друзей слышала, с которыми на выставке познакомилась. Не беспокойтесь, все они мужского пола. Никакой женщины возле нашего художника не наблюдается.

– Не знаю, – с сомнением покачала головой Инна. – У художников вечно толкутся молоденькие натурщицы. Вряд ли он подходящая кандидатура для семейной жизни.

– Этот рисует исключительно урбанистические пейзажи, – сказала Мариша. – Никаких женщин в его работах не наблюдается. Даже портрета бывшей жены я на выставке не видела.

– Богема, – продолжала сомневаться Инна. – Все эти творческие люди… они немного со сдвигом. Только и могут говорить, что о своем творчестве.

– Слушай! – возмутилась Катя. – Чего ты моего мужика хулишь? Сама-то себе кого выбрала? Вот этого небось?

И она ткнула пальцем в крепкого мужчину, с такими накачанными в тренажерном зале мышцами, что они выпячивались из-под его делового костюма даже на фотографии. Цвета волос по фотографии было не разобрать. Но глаза его, серо-стального цвета, смотрели не слишком доброжелательно. Ясно, что человек этот успел хватить в своей жизни лиха. И теперь, заматерев, может быть как отличным верным другом, так и страшным врагом.

– Как ты догадалась? – смущенно посмотрела на подругу Инна, которой в самом деле приглянулся именно этот кандидат.

– Так он же точная копия твоего муженька! – фыркнула Мариша, так как Катя замешкалась с ответом. – И совершенно правильно Катюнчик заметила это сходство. У них и манера одеваться одна.

– Вот и подумай, стоит ли второй раз наступать на те же грабли, – наставительно заметила Катя, обращаясь к Инне.

– Ну и что, – сказала Инна. – Мне и мой собственный муж когда-то очень нравился. И ничего он не грабли, нечего обзываться.

И, схватив альбом, она прижала к сердцу фотографию своего избранника.

– Вы остальных посмотрите, – великодушно предложила девушкам Мариша, отнимая у Инны альбом. – Только, чур, вот на этого не западать. Для себя облюбовала.

– Кого? Кого? – заволновались подруги. – Покажи нам! Покажи, а то нечестно!

Помедлив, Мариша ткнула пальцем в фотографию светловолосого мужчины с небольшой аккуратной бородкой. Лицо у мужчины было худое, а глаза смотрели жестко.

– Такой хлюпик? – расстроилась за подругу Инна.

– Хиленький он какой-то, – добавила Катя.

– Много вы понимаете! – отозвалась Мариша. – Мой Кирилл – интеллигент в седьмом поколении. Да из него цитаты из Гегеля и Аристотеля так и сыплются. А сколько он знает! Это же уму непостижимо. Ему всего тридцать пять, а он уже защитил докторскую по своим философским наукам, и в будущем ему прочат академика. Вот так-то! Если у нас с ним все сладится, то я буду женой академика или на крайний случай профессора.

– А как у него с финансами? – поинтересовалась Катя.

– С этим у него неважно, – призналась Мариша. – Но где ты видела в нашей стране интеллигентного человека, который был бы богат? Их как класс вырезали еще в семнадцатом году.

– А квартира у него хоть есть? – продолжила допрос Катя.

– Есть, и весьма приличная, – кивнула Мариша. – Так что жить можем у меня, а его квартиру сдавать. Но это все в будущем. Пока у нас с ним сегодня еще только второе свидание. И, честно говоря, я еще не разобралась, как он ко мне относится.

– Даже так? – изумилась Инна. – Обычно тебе удавалось окрутить мужика уже за первые пятнадцать минут общения.

– Пятнадцать! Скажешь тоже! – пренебрежительно фыркнула Мариша. – В первые же пять минут общения со мной они уже бывали готовы к подвигам в честь дамы! Но с этим, чувствую, придется повозиться. Больно уж какой-то он мечтательный. То и дело уплывает куда-то.

– Куда?

– Фиг его знает, – откровенно призналась Мариша. – Не понимаю я его, вроде бы гнетет его что-то или размышляет о чем-то. А о чем, не говорит.

– Еще бы ты хотела, чтоб на первом же свидании он вывалил на тебя все свои проблемы! – воскликнула Катя. – Если бы он так поступил, какой из него тогда интеллигент?

– Тоже верно, – протянула Мариша. – Но все-таки прежде, чем серьезно с ним связываться, хотелось бы выяснить, что за проблемы его тяготят. А то ведь потом, если поженимся, мне же с этими проблемами разбираться придется. Он-то весь в своей науке. А в реальной жизни – дитя дитем.

– А женат он был?

– Этого я не знаю, – ответила Мариша. – Но он мне говорил, что у него была в жизни всего одна любовь. Да и то в ранней юности, в студенчестве. А кто по молодости не совершал опрометчивых поступков. С этой женщиной он давно расстался. Это главное.

И, встряхнувшись, она решительно спросила у подруг:

– Так что, девочки, будем с женихами знакомиться или хотите еще немного подумать?

– Да чего тут думать? – изумились Инна с Катей. – Ясное дело, давай звони. Скажи, что их счастье уже на подходе. Ждет не дождется встречи с ними.

И Мариша, с присущей ей деловой хваткой, умудрилась организовать все три рандеву. Впрочем, ей даже особенно усердствовать не пришлось. Все три жениха, услышав о предлагаемых свиданиях, дружно заявили, что никаких дел у них на сегодняшний вечер нет. Единственная странность заключалась в том, что все они, не будучи знакомы друг с другом, выбрали один и тот же ресторан. Сначала это несколько смутило Маришу, но затем она решила, что так даже будет лучше.

– Так вы и своих мужиков увидите, и на моего кавалера посмотрите, – сказала она. – Как говорится, одна голова хорошо, а две лучше. А три – это уже вообще подарок небес.

Ресторан, который, по непонятной пока что подругам причине, дружно облюбовали все женихи, находился на окраине города, в спальном районе Купчино. Однако выглядел он вполне прилично, так как открыт был сравнительно недавно, около года назад. Три зала, разделенные барными стойками на самостоятельные секции. И готовили здесь так вкусно, что просто пальчики оближешь.

В этом все три подруги тоже смогли убедиться. И хотя, сидя за столиками, они не видели друг друга, однако никто не мешал им встать и пройтись по всему ресторану. Тем более что в главном зале каждый вечер шла развлекательная программа для посетителей. Гуляя между столиками, кривлялись мимы, не очень ловко жонглировали апельсинами начинающие жонглеры, танцевали одетые в прозрачный шифон и перья девушки из кордебалета, страстные «испанки» с голубыми глазами сжимали в хорошеньких губках пунцовые розы и т.д. В общем, было на что посмотреть.

Но подруги старались не налегать на еду и не слишком глазеть по сторонам на шоу. Их интересовали в первую очередь собственные женихи. А вот с ними возник какой-то напряг.

– Не пойму, в чем дело с моим кавалером, – пожаловалась подругам Инна, когда все три собрались для военного совета в самом подходящем для этого месте – в дамской уборной. – Он весь какой-то сжатый, словно пружина. Озирается, будто ожидает, что из-за спины убийца с топором вот-вот выскочит. Отвлекается все время. Лично я в таких условиях очаровывать мужчин не умею.

– Мой тоже какой-то нервный, – призналась Катя. – Сначала я думала, что он просто волнуется. Все-таки первое свидание. Но потом поняла, что причина в чем-то другом. Все время смотрит то на часы, то на телефон. И когда тот звонит, то дергается так, что приборы на столе звенят.

– Девочки, девочки, вы слишком строги к своим кавалерам, – увещевательным тоном произнесла Мариша. – Мало ли какие у людей могут быть проблемы?

– Ну а ты? – выжидательно уставились на нее подруги. – Выяснила, что гнетет твоего будущего профессора?

– Нет, – призналась Мариша. – Стоило мне завести разговор на эту тему, как он тут же поднялся и куда-то срулил из-за нашего столика. Причем проделал все просто безупречно. Поднялся, извинился и… исчез.

– Совсем? – испугалась Катя.

– Нет, потом вернулся, – ответила Мариша. – Но поднимать опасную тему мы уже не стали.

Инна покачала головой.

– Так мы с вами ничего не решим, – сказала она. – Надо возвращаться за наши столики. И попытаться хитростью выведать, что за проблемы у наших кавалеров.

– И как это сделать?

– Проще простого. Их надо суметь разговорить, – произнесла Инна.

– Ну а как? – допытывалась у нее Катя.

– Все люди обожают рассказывать о себе, – просветила ее Инна. – Мужики в этом случае не исключение. Надо дать им возможность распустить перед нами перья. И можете не сомневаться, рано или поздно, красуясь, они обязательно проговорятся. А мы по их изменившимся лицам поймем, где именно и в каком месте собака зарыта.

Так как лучшего плана никто из подруг в данный момент предложить не смог, все трое отправились обратно к своим женихам, чтобы попытаться разговорить их. Что все три девушки и сделали со всей присущей им от природы ловкостью. Мало-помалу мужчины начали раскрепощаться и поглядывать на своих новых знакомых со все большим одобрением.

Мариша с деланым интересом, а на самом деле изнывая от скуки, как раз слушала рассказ своего жениха о его работе. Оживилась она лишь в тот момент, когда речь зашла, как деликатно выразился ее интеллигентный жених, о некрасивом инциденте, а попросту говоря, склоке, которая произошла на ученом совете в их институте сегодня днем.

Но сцепились между собой другие люди, Маришин будущий профессор оставался сторонним наблюдателем. Так что этот скандал никак не мог являться причиной его нервозности. Мариша была уверена, что она кроется в чем-то другом. Но в чем именно? Слишком мало материала для анализа у нее пока имелось.

Кате удалось выудить из своего художника рассказ о том, как в его мастерскую влезли воры. Но, во-первых, это случилось уже давно, с тех пор прошел целый месяц. И какой бы трепетной натурой ни был ее Сержик, все равно не мог он волноваться из-за той кражи так долго. Да и вообще, украсть злоумышленникам из мастерской художника ничего не удалось. Дверь стояла на сигнализации. И на вызов немедленно выехал милицейский патруль, который и спугнул воришек.

Инне в этом плане с ее Антоном повезло куда больше, чем подругам. Антон был предпринимателем, владел сетью розничных магазинов, торгующих обувью. Естественно, и сложностей у него было хоть отбавляй. И он охотно перечислил Инне имена всех своих конкурентов, заполонивших рынок дешевой обувью, привезенной из Китая, пожаловался на вороватого директора одной из его точек, подставившего его в прошлом квартале, а также наябедничал на налоговую инспекцию, которая посылает к нему одну проверку за другой, каждый раз выписывая все новые и новые штрафы.

Однако Инне показалось, что все эти проблемы являются для Антона делом привычным. И никакой реальной угрозы для предпринимателя не представляют. Так, рутина для делового человека. А тревожило Антона нечто из другой области, никак не связанной с его предпринимательской деятельностью.

Ну, в самом-то деле, не станут же налоговые инспекторы так зверствовать, чтобы доставать человека, ужинающего с девушкой вечером в ресторане. И конкуренты прямо здесь своей дешевой обувью торговать не станут. Да и вороватый директор, ловко сбежавший с выручкой, не станет соваться сюда, раз уж ему повезло скрыться с глаз своего работодателя вместе со всеми его деньгами за целый квартал.

«Так какого лешего он трясется, словно желе, косится по сторонам и дергается от каждого телефонного звонка?» – ругнулась про себя Инна, отчаявшись разобраться в причинах тревоги Антона.

И как раз в этот момент в ресторане раздался громкий вопль. Инну словно током ударило. Этот голос она не спутала бы ни с одним другим. Кричала ее подруга Катя, в этом не было никакого сомнения. А кричать уравновешенная Катька обычно избегала. Лично сама Инна за более чем десятилетнюю их дружбу и тесное общение ни разу не слышала, чтобы Кате довелось на кого-то даже просто повысить голос. И вот теперь Катька вопила словно сирена, а значит, с ней случилось нечто из ряда вон выходящее.

Не теряя даром времени, Инна ринулась из-за стола. Антон последовал ее примеру, но по причине громоздкости своей фигуры застрял в толпе любопытствующих, которые пытались проникнуть в небольшой уютный зал, в котором отдыхала Катерина со своим Сержиком. Впрочем, едва Инна протиснулась поближе к столику подруги, она поняла, что «отдохнул» художник основательно и, похоже, навсегда.

Во всяком случае, вид его позеленевшего лица и струйка желтоватой пены, выбегавшая из уголка рта прямо в тарелку с принесенным официантом на десерт миндальным пирожным, а также тот факт, что голова Сержика лежала как раз в этой самой тарелке, пачкаясь в ванильном соусе, заставили Инну предположить самое худшее.

– Батюшки! – ахнул чей-то незнакомый женский голос за ее спиной. – Отравили! Человека отравили! А-а-а!!! Убийцы!

– Витя! – раздался другой пронзительный вопль. – Ты слышишь? Говорят, тут человек пирожным насмерть отравился. Витя, не ешь тут больше ничего. Витя! Витя!! Что ты жуешь, Витя? Котлету? Боже мой, Витя! Выплюнь ее немедленно. Ты еще жив, Витя?

ГЛАВА ВТОРАЯ

Что было дальше, Инна помнила смутно. Вроде бы она пыталась протиснуться поближе к живой, но страшно бледной Катьке. Однако Инне это почему-то не удавалось. Толпу внезапно обуяла паника. И теперь все устремились к выходу. Инна боролась с людским течением, но вряд ли ей удалось бы его так быстро преодолеть, если бы не Мариша, мощным буксиром протолкнувшая Инну вперед.

– Катька! – бросились девушки к подруге. – Что произошло? Как это случилось?

– Не знаю, – прорыдала Катя, которая больше не вопила, а, с ужасом глядя на своего предполагаемого жениха, рыдала, заливаясь буквально в три ручья.

Инна проверила пульс художника. Пульса не было. Впрочем, не было у него и еще многого. Дыхания, нормального цвета лица, а также дорогих часов из платины, которые совсем недавно красовались на его запястье, их глазастая Инна успела рассмотреть, а сейчас они куда-то загадочным образом испарились. Но вопросы с пропавшими часами Инна решила отложить на потом. Сначала предстояло выяснить у главной свидетельницы, что же тут произошло на самом деле.

Но на все расспросы подруг Катька твердила одно и то же:

– Не знаю я! Не знаю!

– А все-таки, что с ним случилась? – наступала Мариша.

– Расскажи, как все было, – грозно потребовала у подруги Инна.

– Говорю же, не знаю, – продолжала упоенно рыдать Катя. – Мы сидели и разговаривали…

– О чем? – перебила ее Инна.

– О творчестве, – призналась наконец подругам Катька. – О своих проблемах он мне уже все выложил. И мы говорили с ним о его творчестве. Он обещал мне завтра показать свои картины.

– Почему завтра? – строго поинтересовалась Инна. – Почему не сегодня?

– За кого ты меня принимаешь? – сердито глянула на нее Катька внезапно просохшими глазами. – Он живет в мастерской. Значит, если бы я поперлась к нему сегодня смотреть его картины, то это было бы равнозначно тому, что я отправилась к нему домой. А я девушка порядочная!

Инна только рукой махнула. Хочет Катька притворяться, дело ее. В конце концов, у человека шок. Не каждый день потенциальный жених заканчивает свою жизнь прямо перед тобой за нарядно накрытым столом, уронив голову в тарелку с десертом.

– Между прочим, в жизни моей бабушки был похожий случай, – задумчиво разглядывая мертвого Сержика, произнесла тем временем Мариша. – Правда, тогда они с кавалером не ходили в ресторан. Он просто пришел к ней в гости с тортиком, чайными розами и бутылкой кагора, собираясь сделать моей бабушке предложение руки и сердца. Ну, это у них вроде традиция такая была. Он ее замуж звал, а она отказывалась. Вот и в тот раз сели они за стол, отрезал он им обоим по куску тортика, выпили они кофе. Бабушка уже вся в приятном предвкушении того, как в очередной раз откажет своему жениху. А кавалер возьми, да и шлепнись прямо мордой в тарелку с тортом.

Катя с любопытством уставилась на Маришу.

– И что было дальше? – спросила она, похоже, приходя в нормальное состояние.

На это указывал хотя бы тот факт, что Катя вытащила из сумочки свою пудреницу и приготовилась освежить лицо. Но пока она выжидательно глядела на подругу, требуя окончания рассказа.

– Дальше все было очень скверно, – помрачнела Мариша. – Кавалер этот оказался полковником, да не просто полковником, а еще и чекистом в отставке. Быстро приехали его товарищи и, не задумываясь, обвинили мою бабушку в смерти их друга.

– Ой! – содрогнулась Катя.

– Хорошо, что вскрытие однозначно показало: пенсионер скончался от сердечного приступа. Переволновался, бедняга. Не шутка в его возрасте каждый уик-энд получать отказ от любимой женщины. Но в общем, бабушке все же пришлось несладко. Чекисты весь дом перерыли, все надеялись найти препарат, которым злодейка-бабушка отправила на тот свет их товарища, замаскировав свое преступление под несчастный случай. И напрасно бабуля пыталась им доказать, что, будь у нее такое намерение, она бы постаралась осуществить его в другом месте, не привлекая к своей персоне столь пристального внимания. Все напрасно. Еще хорошо, что времена уже были хрущевские. И чекисты не могли лютовать, как в тридцатые годы. Но все равно бабушка еще довольно долгое время чувствовала на себя пристальное внимание тех людей. Они ей, как мне кажется, так до конца и не поверили.

– И ты думаешь… – дрогнувшим голосом спросила у подруги Катька. – Ты думаешь, что меня могут обвинить в смерти Сержика?

– К гадалке не ходи! – заверила ее Мариша. – Обязательно обвинят!

– Ой! – роняя пудреницу на пол, побледнела Катька. – Но я ведь ничего такого… Он все сам!

– Что именно, ты можешь нам сказать? – рассердилась на нее Инна. – Как все было?

– Да очень просто, мы сидели и разговаривали, – растерянно заговорила Катя. – Горячее уже съели. Нам принесли десерт. Ему зеленый чай и пирожное. А мне кусок тортика и кофе.

Тут Катька бросила в сторону Мариши затравленный взгляд.

– Я свой десерт съела, а Сержик в это время в туалет ходил. Вернулся, сел за стол, глотнул чаю, вдруг сморщился, к животу руку прижал, побледнел, позеленел и рухнул на стол.

– Нехилый эффект! – задумчиво произнесла Инна. – Если он чаем траванулся, дело плохо. Мигом заявят, что, пока его не было, ты в его чашку что-то такое подсыпала.

– Ой! Ой! – заголосила Катька. – Что ты такое говоришь? Зачем мне его убивать? Он же мой потенциальный жених был. Разве женихов убивают? Да еще в наше время, когда их и так мало осталось?

Впрочем, приехавшая на место происшествия милиция отнеслась к оправданиям Катерины с прохладцей. И, не особо церемонясь с ней, Катю забрали в отделение.

– Я так и думала, что добром этот вечер не кончится! – убивалась Мариша. – С самого начала идти не хотела. Как чувствовала.

– Но ты же этот вечер сама и организовала, – напомнила ей Инна.

– Правильно! – согласилась с ней Мариша. – Но идти мне определенно не хотелось. И вот видишь, какой результат! Серж сконался, Катька – в милиции. А все потому, что я свою интуицию не послушала.

Инна молчала. Знаменитая Маришина интуиция была ей хорошо известна. Штука точная, вроде швейцарских механизмов, и никогда не подводила.

– А я, если хочешь знать, как услышала, что все три жениха изъявили желание отправиться именно в этот ресторан, сразу же недоброе почувствовала, – пробормотала Инна. – Угрозу какую-то, что ли.

– А кстати, где они сейчас, наши женихи? – оглянувшись по сторонам, произнесла Мариша.

Инна тоже принялась оглядываться. Но увы – ни Кирилла, ни Антона в ресторане уже не было. Будущий профессор и интеллигент в седьмом поколении поступил точно так же, как не имеющий толком даже среднего образования Антон, все университеты которого проходили, похоже, на тюремных нарах. А попросту говоря, оба жениха сбежали, оставив своих дам в весьма и весьма затруднительной ситуации: объясняться с милицией, прибывшей на место преступления.

А менты, они на то и менты, чтобы делать неверные выводы. Как и следовало ожидать, они первым же делом заподозрили в убийстве Сержика бедную Катерину, с которой тот сидел за одним столиком и у которой имелась масса возможностей подсыпать художнику чего-нибудь этакого в чай или еду.

– И что будем делать? – спросила у Мариши Инна, когда они наконец сумели выбраться из ресторана.

Была уже глубокая ночь. И опера, проводившие первичный опрос свидетелей и от которых подруги не скрыли, с какой целью и в каком составе явились в ресторан, предупредили девушек, что теперь их вызовут для допроса к следователю.

– В первую очередь нам надо выручать Катьку, – сказала Инна, так и не дождавшись от Мариши вразумительного ответа.

– Угу, – кивнула Мариша. – Впрочем, мотива у Катьки, чтобы убивать Сержа, никакого нет. Ее должны отпустить.

– Что ты говоришь! – воскликнула Инна. – Будто бы мало людей и по меньшим подозрениям в тюрьмы сажают. Зачем ментам еще какой-то специальный мотив? Придумают чего-нибудь, и ладно.

– Но ты же слышала, опера предполагают, что это могло быть обычное пищевое отравление. На кухне из недоброкачественных продуктов ужин приготовили. И все, человеку каюк.

– Что же тогда один Сержик пострадал? – возмутилась Инна. – Да и вообще, пищевое отравление так быстро смертью не кончается. Он вполне смог бы доехать до дома, и только там ему могло стать плохо. Ну, или по дороге. Но никак не сразу после приема пищи.

– А кстати, что он ел? – спросила Мариша. – Ты случайно не слышала?

– Случайно слышала, – кивнула Инна. – На горячее он взял перепелов с гарниром из спаржи в сливочном соусе. А на десерт… Впрочем, до десерта дело не дошло.

– Да уж, отравиться перепелами со спаржей чертовски трудная вещь, – пробормотала Мариша. – Выходит, его все же отравили.

– Ясно, что отравили. Но это не Катька!

– Это нам с тобой ясно, – возразила Мариша. – А для ментов мы должны найти настоящие доказательства, что отравили Сержика в другом месте и другой человек. Или хотя бы, что такой человек в жизни Сержика имелся.

– Другими словами, опасный враг, способный на убийство художника? – насторожилась Инна.

– Вот именно, – кивнула Мариша.

– Предлагаешь покопаться в грязном белье бедняги?

– А у нас есть другой выход? – с печальным видом осведомилась Мариша. – Катьку-то выручать в любом случае надо. А как? Только предоставить ментам настоящего убийцу.

Инна призадумалась.

– И с чего начнем? – спросила она.

– Сейчас едем в мое агентство, – ответила Мариша. – Возьмем анкету Сержика. В ней он должен был указать свой домашний адрес, телефон и прочие координаты.

– Думаешь, он указал правильные данные о себе? – усомнилась Инна.

– Ты меня обижаешь, – и в самом деле обиделась Мариша. – Что же, я своим клиенткам, а тем более подругам стану кота в мешке предлагать? Нет, у меня твердое правило, при регистрации клиенты обязаны предъявить свой паспорт или иной документ, удостоверяющий их личность.

– Это хорошо, – обрадовалась Инна.

– А то что же это получится, явится какой-нибудь маньяк, назовется Петром Ивановичем, а потом его клиентки начнут одна за другой пропадать, а я милиции ничего, кроме его внешних данных, и предложить не смогу? – продолжала рассуждать Мариша уже в такси, которое им с Инной удалось поймать неподалеку от ресторана. – Нет уж, либо клиенты показывают документы, либо могут быть свободны. Я так считаю, порядочному человеку скрывать нечего. Штамп о браке меня не волнует. Это уж личное дело самих клиентов в своих отношениях с противоположным полом разбираться. А я отвечаю лишь за их относительную безопасность, поскольку они в моем брачном агентстве знакомятся с потенциальной половиной.

– Слышите, девушки, – внезапно оживился шофер. – А что, вы в самом деле в брачном агентстве работаете?

– Да, – сдержанно ответила Мариша, приглядываясь к шоферу.

Внешне он ей понравился. Немолодой, но такой хваткий дядечка. Такой вполне может составить счастье любой не обремененной излишними запросами женщины. И машинка у него в полном порядке. «Жигули», конечно, ничего особенного, но мотор работает ровно. И в салоне чисто, никакой дряни вроде пустых канистр и замасленной ветоши не валяется.

– Да я не для себя, у меня вот друг имеется, – тут же разочаровал ее дядечка. – Ему уже пятый десяток идет, а жену все никак найти не может. Скромный очень. Может быть, ему к вам зайти?

– Вот, возьмите, – предложила водителю Мариша свою визитку. – Пусть ваш друг позвонит или сразу приходит. Всегда рады. Надеюсь, он человек порядочный?

– Дальше некуда! – заверил ее шофер. – Через это и все его проблемы. Бабы очень уж наглые попадаются. Что ни невеста, то стерва законченная. Я уж ему советовал: ты поколоти одну хоть разок, живо одумается. Вот я свою бабу после свадьбы быстро к порядку приучил. Она у меня теперь лишний раз и пикнуть не смеет.

Шофер Марише стремительно разонравился. Хотя, с другой стороны, много их таких орлов летает. Орел, орел, а домой придет – тише курицы. Еще неизвестно, кто там у них в семье в самом деле пикнуть не смеет. Но тем не менее определенная польза от этого знакомства все же была. Плату за проезд шофер принять у подруг отказался.

– Только вы уж по знакомству подыщите моему приятелю женщину поприятней, – попросил он, подмигнув Марише. – А я вам и еще клиентов подгоню. Ведь когда езжу, много с людьми общаюсь. И с разными.

Добравшись наконец до агентства, подруги влезли в заветный альбом Мариши.

– Ничего не понимаю! – воскликнула она. – Где же фотография Сержика?

– Нету, – изумленно подтвердила Инна, глядя на пустой лист в альбоме. – Только сегодня днем была, а сейчас нету.

– Ты точно помнишь? – усомнилась Мариша в собственном здравом смысле.

Может быть, это пять бокалов мартини, которые она успела выпить в ресторане, играют с ней такую злую шутку?

– Конечно, фотография тут была! – воскликнула Инна. – А теперь… И вообще анкеты Сержика тут нет!

Мариша принялась листать альбом, надеясь, что фотография каким-то непостижимым образом переместилась в конец. Но, долистав альбом до конца, она убедилась, что фотография и анкета Сержика исчезли. А заодно пропали и анкеты с фотографиями еще нескольких перспективных кандидатов в мужья. По странному стечению обстоятельств среди женихов, чьи фотографии и анкеты пропали, были и Антон с Кириллом.

– Не нравится мне это, – прошептала Инна, глядя на альбом так, словно он был заколдован. – Куда могли деться их фотографии?

– Когда мы уходили, я оставила альбом на столе в своем кабинете, – задумчиво произнесла Мариша. – Может быть, кто-то из моих девочек взял анкеты?

– Зачем?

– Не знаю, – недоуменно пробормотала Мариша. – Например, внести какие-нибудь изменения. Надо будет у них спросить.

И несмотря на поздний час, она принялась набирать номера двух своих молодых помощниц, Светы и Зинули. Но те дружно заверили свою начальницу, что из ее альбома они фотографии не брали.

– Может быть, это та женщина сделала, которая после твоего ухода к нам в офис приходила? – предположила наконец Зинуля.

– Какая женщина? – вскинулась Мариша. – Зинуля, говори быстро, куда она заходила?

– Ну, к тебе в кабинет, – позевывая, ответила девушка. – А в чем дело? Она сказала, что она ваша подруга, Алена.

– Алена? Какая еще Алена? – изумилась Мариша.

– Не знаю, а разве ты никого к себе сегодня не приглашала? – испугалась Зинуля. – Она сказала, что вы все трое ее и пригласили.

И так как Мариша молчала, Зинуля встревожилась еще больше.

– Понимаешь, она знала, что ты с подругами собирались сегодня у нас в офисе. Она так уверенно держалась…

– Никого я не приглашала, – возмутилась Мариша. – Не ждала я никакой Алены!

– Ой! – расстроилась Зинуля. – А я ее к тебе в кабинет пустила.

– Зачем? – окончательно расстроилась Мариша.

– Она сказала, что вы все сейчас придете обратно, а ты велела ей дожидаться вас в кабинете.

– Ну и как? – ядовито хмыкнула Мариша. – Дождалась она меня?

– Нет, – не поняла издевки девушка. – Она минут десять у тебя всего и пробыла. Потом вышла и сказала, что не может больше ждать. Найдет вас в ресторане.

– Черт знает что, – проворчала Мариша. – Как она хоть выглядела?

– Высокая, – не задумываясь, выпалила Зинуля. – Одета была дорого, в длинном таком светло-бежевом кожаном пальто. Настоящее, из Италии. Я такое же на днях в «Снежной Королеве» видела, так чуть не упала от цены. А лица ее я не рассмотрела. Она в шляпе была красной с огромными полями и в очках.

– Ясно, – сказала Мариша. – Значит, примет ты ее не помнишь. Ладно, спи давай. И впредь не вздумай пускать в мой кабинет всяких сомнительных особ.

– Так ты на меня не сердишься? И не уволишь? – обрадовалась Зинуля.

– Если всех доверчивых дурочек увольнять, то с кем тогда работать? – вздохнула Мариша.

И, повесив трубку, она нерешительно посмотрела на Инну:

– В общем-то, ничего страшного и не случилось. Все паспортные данные наших клиентов я в альбоме не держу. Только общие сведения – рост, вес, образование, вкусы и пожелания. А телефоны и адреса находятся у меня в компьютере. А на компьютере у меня стоит пароль. Так что, если эта особа не хакер, то в мой компьютер ей забраться вряд ли удалось.

И, щелкнув кнопкой, она радостно воскликнула, вглядевшись в матово заблестевший экран.

– Так и есть! Все в полном порядке! Домашний адрес нашего Сержика тут имеется, никто до него не добрался.

– Выпиши еще адреса и Кирилла с Антоном, – попросила Инна.

– Это нам еще зачем? – удивилась Мариша. – После того как они сегодня удрали из ресторана, оставив нас одних, я знать этих типов не желаю.

– Мало ли какие у них были на то причины. Адреса выпиши, вдруг пригодится, – уклончиво ответила Инна.

Мариша спорить не стала. Она послушно выписала на бумажку все сведения о беглецах. В конце концов, это легче, чем спорить с Инной. И потом, Мариша свято верила не только в собственную интуицию. И если Инне показалось, что эти данные им еще пригодятся, то почему бы и не поверить ей. Закрыв за собой агентство и снова поставив дверь на сигнализацию, Мариша с Инной отправились в гости к бывшей жене Сержика, проживающей в настоящее время в его квартире.

– Слушай, если муж с женой развелись, а муж взял и скопытился, его жену можно назвать вдовой? – поинтересовалась Инна.

– Вряд ли, – усомнилась Мариша.

– Но почему же? Ведь говорят же, бывшая жена. Почему нельзя быть бывшей вдовой?

Мариша внимательно присмотрелась к подруге. Что такое она плетет? Впрочем, Мариша знала за подругой одну особенность. Когда она о чем-то всерьез размышляла, то вслух могла нести полнейшую ахинею, не имеющую ничего общего с теми мыслями, которые варились в этот момент в ее голове.

– А квартира Сержика осталась за его женой официально или он только на время разрешил ей там пожить? – произнесла Инна, и Мариша молча поздравила себя за проницательность.

– Думаешь, экс-супруга Сержика отравила художника из-за квартиры? – спросила она у Инны.

– Вряд ли она сделала это своими руками, – пожала плечами Инна. – Но мотив у нее, безусловно, имелся. Конечно, если дело обстоит так, как я себе представляю.

Несмотря на то, что часы показывали уже третий час ночи, дверь подругам открыла сама хозяйка.

– Явился! – сварливым тоном произнесла она, возясь с замком. – Что, приперло, Вовочка?

Но тут она открыла дверь и осеклась, обнаружив на пороге вместо ожидаемого Вовочки двух незнакомых ей девушек. Некоторое время хозяйка квартиры покачивалась в дверях, пытаясь осознать увиденное. За это время подруги успели хорошенько рассмотреть бывшую супругу Сержика. Трудно сказать, как она выглядела, наведя на себя полный марафет, но сейчас она была откровенно страшненькой.

Тонкие вытравленные краской белые волосы обрамляли неровными прядями узкое лицо со слишком тяжелым подбородком, выдавая в женщине упрямство прирожденной ослицы. Да и вообще женщина чем-то смахивала на это животное или на другого представителя из семейства лошадиных. К тому же дамочка была изрядно пьяна, что отчасти и объясняло ту беспечность, с какой она распахнула перед подругами дверь своей квартиры.

– Вы кто? – наконец выдавила она из себя. – А где Вова?

– Госпожа Пукина? – поинтересовалась Инна.

Фамилия почившего художника была именно такой – неромантичной и неблагозвучной. И если даже женщина успела ее сменить, то фамилия не могла оказаться для нее незнакомой.

– Да, – кивнула женщина. – Я – Лена Пукина. А в чем дело?

– Мы к вам от Сергея, – сказала Мариша.

– От какого Сергея? – удивилась женщина.

– От вашего бывшего мужа, – пояснила ей Мариша. – Помните еще такого?

– А-а-а! – протянула дамочка. – Вот в чем дело! Вы от Сержика явились! Ну и что этому козлу от меня надо? Если он снова насчет квартиры, так я тут прописана и никуда отсюда уезжать не собираюсь. Если ему надо, пусть в суд на меня подает. А добровольно я никуда не уеду! И нечего грозиться! У меня теперь защитники имеются. Ясно вам?

Подруги молча покивали.

– А кстати, вы-то сами кто такие будете? – поинтересовалась у них Лена, пристально уставившись на подруг. В глазах ее мелькнуло недоверие пополам со злостью и еще чем-то, похожим на сочувствие. И она вроде бы даже протрезвела слегка.

– И кто из вас его новая любовница? – вдруг спросила она у подруг.

– Вы нас не поняли, – покачала головой Мариша.

– Ах, так это я вас не поняла! – неожиданно взвилась дамочка. – Нет, голубушка, я тебя очень даже хорошо поняла! Хочешь в эту квартирку вселиться вместе с Сержем? Так не получится тебе с ним ужиться! С ним никто ужиться не сможет, это я тебе точно говорю!

– Да нет, я совсем даже… – попыталась остановить ее Мариша, но бывшая жена Сержа не дала ей договорить. – Умные все поначалу! А мне куда выметаться? На улицу прикажешь? Ловко вы это с Сержиком придумали. Только не дождетесь! Между прочим, Серж эту квартиру покупал, когда мы с ним в браке состояли. Так что половина ее в любом случае моя! Я от своих прав ни за что не отступлюсь! Какими бы карами он мне ни грозил!

И, проворно скрутив на тонких и, можно даже сказать, аристократичных пальчиках вполне пролетарский кукиш, дамочка торжественно сунула его под нос опешившей Марише.

– Вот тебе что будет, а не квартира! – гордо сообщила она ей. – И Сержу то же самое передай.

– Дура ты круглая! – с чувством констатировала Мариша, не привыкшая к такому хамскому обращению. – Не нужна мне твоя квартира! А вот наследникам Сержика часть его имущества очень даже может пригодиться. Так что в любом случае тебе в этой квартире недолго хозяйничать осталось.

– Наследники? – растерялась женщина. – Какие еще наследники? Ничего не понимаю. Ты что мелешь-то?

– А то! – окончательно взбесившись, закричала Мариша. – То самое, что Серж – муж твой бывший – приказал долго жить, если угодно, коньки отбросил, деревянный макинтош примерил и…

– Лыжи двинул, – услужливо подсказала Инна.

– Вот! – обрадовалась неожиданной помощи Мариша. – Точно!

Женщина побледнела еще больше. И взгляд ее прозрачных светлых глаз стал совсем уж затравленным, а потом в нем плеснулось нечто, напоминающее облегчение.

– Погодите, – прошептала она. – Вы что хотите сказать, что Сержик… Он что умер?

– Точней не скажешь, – хмуро кивнула Мариша. – Убит. И так как я наблюдаю, что между вами, по всей видимости, имелись сложности в разделе квартиры, то у следствия возникает законный вопрос: а не вы ли дорогого бывшего муженька, напрягавшего вас с разделом родной квартиры, кокнули?

– Что? – прошептала совсем уж ослабевшая дамочка. – Кто? Я? Сержика? Да я его боялась. И никогда бы не осмелилась.

От того боевого настроя, который она продемонстрировала подругам в первые минуты их знакомства, в ней не осталось и следа.

– Да я его к тому же и любила, – неожиданно принялась она всхлипывать. – До сих пор люблю, хоть и не за что!

– Это вы кому-нибудь другому рассказывайте, – не поверила ей Мариша. – А мы вот тут с коллегой слышали, как вы мужа, покойника, всякими нехорошими словами обзывали и грозились.

Это «коллега», употребленное Маришей из чистого нахальства, окончательно добило женщину.

– Да что вы! – потерянным голосом пролепетала она. – Я бы Сержика никогда…

– Довольно, гражданка! – сурово произнесла Мариша. – Это вы на суде скажете!

– Боже мой! – выдохнула женщина и огляделась по сторонам.

Кажется, до нее впервые дошло, что весь этот громкий и в высшей степени занимательный диалог они ведут, стоя прямо на пороге ее дома, то есть добросовестно вытряхивая грязное белье перед возможными слушателями из числа любопытствующих соседей.

– Прошу вас, умоляю, пройдите в дом! – спохватившись, пригласила женщина обеих подруг.

И когда они шагнули следом за ней, начала торопливо задавать им вопросы:

– Когда это случилось? Сегодня вечером?

– А откуда вы знаете? – моментально насторожилась Мариша.

– Видите ли, мы с Сержем сегодня разговаривали во второй половине дня. Он был у себя в мастерской. И никуда не собирался. Он даже со мной не захотел встретиться, чтобы обсудить некоторые вопросы. Сказал, что у него полно работы. И он очень занят. И что он только вечером в какой-то ресторан собирается пойти, а до этого будет дома.

– Вот именно, что в ресторан, – мрачно кивнула Инна. – Там его и убили.

– Какой кошмар! – ужаснулась женщина, но тут же ее лицо озарила какая-то мысль. – Но тогда… тогда меня точно нельзя подозревать в причастности к смерти Сержа. На весь сегодняшний вечер у меня есть алиби.

– И кто может подтвердить его? – спросила Мариша, уже догадываясь, что это алиби и есть тот сбежавший Вовочка, с которым перепутала их бывшая жена Сержика.

Так оно и оказалось. Но потом Лена произнесла нечто, заинтересовавшее подруг.

– А знаете, помимо ресторана, у Сержа была на сегодняшний вечер назначена еще и деловая встреча, – продолжала говорить женщина, и подруги невольно насторожились.

Какая еще там деловая встреча? У Сержа в ресторане намечалось самое что ни на есть любовное свидание. При чем тут деловая встреча? Или это он бывшей жене соврал? Но зачем? Одно дело, если бы жена была настоящей, так сказать, действующей. Но чего ради врать фактически посторонней женщине?

– А с кем у вашего мужа была назначена эта деловая встреча? – спросила у женщины Инна. – Вы случайно не знаете?

– Он мне не сказал, – призналась та. – Я только поняла, что это каким-то образом связано с прошлым самого Сержа. И с той тайной, которую от всех, и в том числе и от меня, скрывал мой муж… мой бывший муж.

– Тайну, – моментально сделали охотничью стойку подруги. – Какую тайну?

– Если бы я сама знала, что это за тайна? – грустно вздохнула женщина. – Но мне кажется, что это было как-то связано с теми временами, когда Серж еще был студентом художественной академии. Во всяком случае, мы с ним познакомились уже после того, как он ее закончил.

– А из чего вы вообще сделали вывод, что она, эта тайна, у него была? – с любопытством спросила Инна.

Ответ показался ей вполне вразумительным.

– Интуиция, – произнесла бывшая жена Сержа. – Каждая женщина чувствует, когда муж что-то от нее скрывает.

– Думаете, дело было в другой женщине, с которой когда-то встречался ваш муж? – насторожилась Инна. – Ну, я имею в виду, до вашего знакомства?

– Возможно, – кивнула Лена. – То есть именно так я всегда и думала, все эти годы. Но кто эта другая женщина и как она появилась в жизни Сержа, мне узнать так и не удалось. Муж на эту тему избегал со мной говорить.

– Ладно, бог с ней, с тайной, – устало произнесла Инна. – Давайте теперь разберемся, что там с наследниками господина Пукина. Кроме вас, у него были близкие родственники?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.