# Трудно быть храбрым

Екатерина Вильям-Вильмонт

Слабо помочь бандиту, который пытается спасти свою девушку? А поджарить яичницу в логове преступников? Только не Даше Лаврецкой, в жизни которой подобные истории приключаются на каждом шагу. За это-то она нравится мальчишкам, и они готовы идти за ней в огонь и воду. Но, чтобы добиться Дашиного расположения, им нужно проявить себя настоящими мужчинами и на собственном опыте познать, как трудно быть храбрым…

© Вильмонт Е.Н., 2018

© ООО «Издательство АСТ», 2018

* * *

> Дорогие мои читатели! Вы часто пишете, что вам хочется читать мои детективы, а их нет в магазинах… Так вот, издательство АСТ решило выпустить все три цикла этих детективов.

> Хочу заметить, что действие всех книг происходит в девяностые годы, когда еще и компьютеров почти ни у кого не было, и сотовых телефонов, и деньги были другие, и собственно, и вся жизнь другая… Но дело ведь не в этих деталях, а в том, что дружба, верность, порядочность не зависят от эпохи, они просто есть или нет. А это зависит от людей. Вот и все, что я хотела сказать!

> Екатерина Вильмонт

## Глава I. Кот взаймы

Александр Евгеньевич нервно ходил взад и вперед по комнате.

– Даша, пойми, ты ведь уже большая девочка, скоро четырнадцать стукнет! А ведешь себя, как несмышленыш! Мне твоя мать с восторгом рассказала, что ты в Германии поймала какую-то воровку! С Саши что взять, она женщина легкомысленная, но ты… Я всегда считал тебя вполне разумным существом…

– Папа, прекрати! – возмутилась Даша. – А что же, по-твоему, мне было делать? Пускай ворует, да?

– Конечно! Это не детское дело! Для этого есть охранники, полиция, наконец, а детям там делать нечего!

«Еще хорошо, он не знает, как Муську бандит чуть не взял в заложницы», – подумала Даша. Она сегодня пришла к отцу в гости – жила она вдвоем с мамой, – и пока жена отца накрывала стол к обеду, Александр Евгеньевич решил немного повоспитывать дочь.

– Ты пойми, если соваться во взрослые дела, можно столкнуться с настоящими преступниками!

– Пап, а что ты мне предлагаешь? В куклы играть?

– Это было бы куда естественнее для девочки!

– Может, мне еще гладью вышивать?

– А что в этом дурного?

– С тоски помереть можно. Я же не кисейная барышня! Папа, пойми, сейчас другое время…

– Я ничего не желаю слушать про время! Время для таких девочек, как ты, всегда одинаковое! И не смей больше…

– Ладно, не буду, – буркнула Даша. Ей было скучно.

– Дашенька, Саша – идите обедать! – позвала Людмила Генриховна, жена отца.

«Наконец-то», – с облегчением подумала Даша и встала. Вообще-то, она не любила Людмилу Генриховну, но сейчас обрадовалась ей как избавлению от нудных нотаций.

После обеда Даша посидела для приличия полчаса, а потом решительно поднялась.

– Спасибо, мне пора! – заявила она.

– Дашенька, посиди еще, ты так редко у нас бываешь! – воскликнула Людмила Генриховна.

– В самом деле, Дашка, посиди еще, нам надо кое-что обсудить, – сказал Александр Евгеньевич. – Посиди, ничего с тобой не сделается.

«Еще как сделается, – подумала Даша, – я с тоски помру!»

Но все-таки села.

– Какие у тебя планы на лето? – спросил отец.

– Мама сняла дачу.

– Да? И кто же там будет жить?

– Мы с бабушкой. И мама будет приезжать. И еще мама говорила, что свозит меня в Анталию на недельку.

– Видишь ли, мы с Люсенькой собираемся в августе отправиться на теплоходе по Волге. И хотим взять тебя. Как ты на это смотришь?

– Нет, папа, на теплоходе я умру!

– Почему это ты умрешь? – возмутился папа.

«От скуки», – подумала Даша, а вслух произнесла:

– Меня на воде жутко укачивает! Все время будет тошнить, кому это надо.

– Первый раз слышу. Ни ты, ни твоя мама мне об этом не говорили, – обеспокоился Александр Евгеньевич.

– Папа, ну что ты хочешь, чтобы мама примчалась к тебе с сообщением, что меня укачивает на воде?

– Но, насколько я знаю, ты еще никуда ни разу не плавала.

– Почему? Плавала, в прошлом году, от Речного вокзала…

– С кем?

– Со школой! – напропалую врала Дашка.

– И тебя укачало?

– Не то слово! Так что, извини, папа, но на теплоходе я с тобой поехать не смогу.

– Ну, если так…

«Подействовало», – облегченно подумала Даша. Мысль провести две недели в замкнутом пространстве с отцом и Людмилой Генриховной приводила девочку в ужас.

– Папочка, мне и правда пора! – взмолилась она.

– Ну что ж, пора так пора, я провожу тебя до метро.

– Саша, проводи Дашеньку до дома, тебе же будет спокойнее, – посоветовала Людмила Генриховна.

– Да-да, Люсенька совершенно права, я провожу тебя до дома!

Они вышли и побрели к метро.

– Пап, а где твоя машина?

– В ремонте, будет готова через неделю. Даша, а почему ты всегда норовишь как можно раньше уйти? Ты не любишь Люсеньку? Напрасно, она прекрасный человек и тебя очень любит.

– Нет, папа, ничего такого… Просто… ты же знаешь, у меня всегда много дел по дому…

– Да, твоя мать превратила тебя в домработницу!

– Папа, как тебе не стыдно! Просто мама очень много работает, а я ей помогаю!

– Лучше бы ей бабушка твоя помогала! Почему надо все взваливать на плечи ребенка! – с пафосом произнес Александр Евгеньевич.

– Но бабушка тоже очень много работает! У нее куча учеников!

– Она на пенсии, могла бы больше времени уделять дочери и внучке!

– Папа, можно подумать, ты не знаешь, какие теперь пенсии, – уже с раздражением проговорила Даша. Иногда ей казалось, что отец витает в облаках.

– Ну, хорошо, не сердись, Дашка, – примирительно проговорил Александр Евгеньевич и украдкой взглянул на часы. – Ты не можешь идти быстрее?

– Пап, ты куда-то спешишь?

– Да нет, – немного смущенно ответил Александр Евгеньевич.

– О! Я знаю! Сегодня футбол! – догадалась Даша. – Знаешь, не надо меня провожать до дому, сейчас еще рано, ничего со мной не случится. Иди, пап, домой, наслаждайся своим футболом…

– Но как же…

– А Людмиле Генриховне скажешь, что я встретила знакомого мальчика, который и проводит меня до дому. Подумаешь, проблема!

– Даша, врать нехорошо, – как-то неуверенно заметил Александр Евгеньевич.

– Нехорошо, но это ложь во спасение, – утешила отца Даша. – Иди, иди, папа, футбол для мужчин – святое дело. Все, пока!

Она чмокнула отца в щеку, помахала ему рукой и побежала к метро, а Александр Евгеньевич облегченно вздохнул и поспешил домой, к телевизору. Ему подчас было нелегко с дочкой. И чем дальше, тем больше.

Даша с удовольствием спустилась в метро. И первый, кого она увидела, войдя в вагон, был ее закадычный друг и одноклассник Петька Квитко.

– Петька! Привет!

– Привет, Лавря, ты откуда?

– У папы была.

– Ну и как?

– Воспитывал!

– Ага, понятно.

– Петь, а ты чего такой?

– Какой?

– Как в воду опущенный?

– Понимаешь, Лаврецкая, я у бабок был…

– У каких бабок? – не поняла Даша.

– Ну, у меня есть бабушка по отцу и прабабушка.

– Даже и прабабушка? Очень старенькая?

– Да я бы не сказал… Она еще вполне бодрая, но…

– Что? Крыша поехала?

– Вроде того… Она уверяет, что у них в квартире барабашка поселился.

– Барабашка? А в чем это выражается?

– Ну, стуки там у них какие-то, звон цепей, скрипы, писк…

– Писк? Так скорее всего у них мышь завелась, а не барабашка. Надо туда кошку запустить, и все дела!

– Думаешь? А может, правда? Я как-то не подумал, – обрадовался Петька.

– А ты что решил? В барабашку, что ли, поверил?

– Нет, ты же знаешь, у меня научное мышление! Я просто подумал, что бабки из ума выжили. А где кошку возьмем?

– Как где, у Муськи, ясное дело! У нее же теперь два кота: Кукс и Бомжик.

– А она даст? Она ж на них помешана!

– Под мою ответственность – даст.

– Слушай, Лаврецкая, давай прямо сейчас мотанем к ней и отвезем бабкам котяру, а?

– Можно! Только надо позвонить сначала, а то вдруг Муська на выходные за город умотала.

Они выскочили из вагона и побежали искать автомат. Муся оказалась дома.

– Мусечка, ты нам одного кота дня на два не одолжишь? – попросила Даша.

– Кота? Зачем?

– Понимаешь… – И Даша объяснила Мусе, зачем им понадобился кот.

– Кукса точно не дам, да он и не станет мышей ловить, обленился очень, а Бомжика, пожалуй, бери. Только, Даша, под твою ответственность, ты же знаешь, у него трудная судьба…

Кот Бомжик достался Мусе от хозяина, не без ее помощи арестованного за тяжкие преступления.

– Мусечка, да куда он оттуда денется? Петь, они на каком этаже живут? На десятом? Куда он с десятого этажа денется?

– С десятого он запросто может упасть в окно! – запаниковала Муся.

– Мусь, ты что? Такая холодрыга стоит, хоть и май! Кто сейчас окна-то открывает, в квартирах ведь уже не топят! – убеждала Даша старшую подругу.

– Это верно! – согласилась Муся. – Ладно, приезжайте!

– Порядок, – сказала Даша, повесив трубку. – Айда к Муське!

Муся открыла им дверь, держа на руках Бомжика. Даша видела его впервые. Когда разыгралась эта история, она была в Германии[1].

– Какой красавец! С ума сойти! – Даша протянула руку, чтобы почесать кота за ушком, и он тут же громко замурлыкал.

– Он тебя сразу признал, – не без ревности заметила Муся. – А как вы его собираетесь везти?

– Да так, на руках! – сказал Петька.

– Нет, так нельзя, он убежит! Я сейчас дам вам корзинку, мы в ней Кукса на дачу возим.

Она достала с антресолей довольно объемистую корзинку с крышкой, изнутри обшитую мягкой материей.

– Это папа специально для Кукса сделал. Ой, бедный Бомжик, опять на новое место поедет, это для него будет травма…

– Ой, да ничего твоему котяре не сделается! – Петька уже начал терять терпение от этих «телячьих нежностей». – Не зря же его хозяин Бомжиком прозвал! Да не бойся, Мусь, думаю, завтра к вечеру мы его тебе вернем. Главное, чтобы он мышь спугнул, она учует кошачий запах и сама уйдет.

– Ладно, – вздохнула Муся, – берите.

Она посадила Бомжика в корзину и закрыла крышку.

– Даш, ты только по дороге разговаривай с ним, чтобы ему не так страшно было.

– Ладно! – засмеялась Даша, – я ему стихи читать буду. Он у тебя стихи любит?

– Ой, подожди, возьми с собой пакетик «Вискас». Он обожает сухой «Вискас».

– А «Китекэт» – не любит? – осведомился Петька.

– В рот не берет! – вздохнула Муся.


– А тяжелый котяра! – пожаловалась Даша, неся корзину с котом к метро.

– Давай я понесу! – предложил Петька.

– Но я же обещала!

– Ерунда! Какая разница ему, кто его прет? А в метро, так и быть, поставлю тебе на колени! Давай, давай! Ого, и вправду нелегкий! А Муська на нем просто помешанная!

Наконец они добрались до большущего дома на Можайском шоссе. Один этот дом занимал целый квартал.

– Петь, а может, надо было спросить твоих бабок? – спохватилась Даша. – Вдруг они против будут?

– Не, не будут! Они животных любят! И потом, это же для дела!

Петька позвонил в дверь три раза.

– Кто там? – донесся из-за двери старческий голос.

– Бабусь, это опять я!

– Петенька, ты? Забыл что-нибудь, милый?

– Ага, бабусь, забыл! Открывай скорее!

Дверь распахнулась, на пороге стояла сухонькая старушка в красной вязаной кофте поверх теплого халата и в валенках.

– Ой, Петенька, кто это с тобой? Подружка?

– Ага, бабуся, это Даша Лаврецкая, мы с ней в одном классе учимся.

Внезапно из корзины донеслось протяжное «мяу»!

Старушка всплеснула руками.

– Вот! Вот! Теперь котом мяучит! Это он, барабашка! А ты мне не верил!

– Да нет, что вы, это кот! – воскликнула Даша и открыла корзину. Но оттуда никто не появился, тогда Даша сама достала Бомжика.

– Ой, какой красивый котик! Это чей же? Твой, деточка? – обратилась старушка к Даше.

– Нет, бабусь, это одной нашей подруги кот, мы его у нее взаймы взяли! Пусть побудет у вас до завтрашнего вечера, думаю, поймает он вашего барабашку! Очень любит мышей ловить! Бабусь, а где баба Маня?

– К соседке пошла, в карты играть.

– А, понятно. Ну, давай мы его в кухню запустим. Иди, иди, хороший! Усатый-полосатый! – приговаривал Петька.

– Да вы заходите, заходите в комнату, – приглашала старушка, – я вас сейчас пирогом с вареньем попотчую и чайку поставлю. Я мигом.

Старушка скрылась на кухне.

– Петь, а это бабушка или прабабушка? – прошептала Даша.

– Прабабушка. Бабка у меня еще ого-го!

– А как ее зовут, твою прабабушку?

– Елена Константиновна. А бабку – Мария Львовна, или баба Маня.

– Поняла.

– Петенька! Поди сюда, милый! – донесся из кухни голос Елены Константиновны.

– Я сейчас!

Петька кинулся в кухню и вскоре вернулся с большими чашками в руках.

– А может, мы лучше на кухне чаю попьем? – спросила Даша.

– Нет, бабки мои не признают этого! В кухне никогда не едят!

Петька аккуратно расставил чашки на столе и опять скрылся на кухне, но через минуту вернулся с каким-то странным выражением лица.

– Даш, а котяра-то… удрал!

– Как удрал? Куда? – завопила Дашка.

– На балкон вылез и на соседний подался.

– Так бежим к соседям, нельзя его упускать! Муська нас убьет!

Они выскочили на площадку и принялись звонить в дверь соседям. Но им никто не открыл.

– Надо попытаться его приманить, – сказала Даша и побежала на кухню, где на маленьком диванчике сидела огорченная прабабушка.

– Надо было окошко-то прикрыть, а то Манечка все открытым его держит. Петенька, молочка налей котику, может, он и прибежит.

Петька распластался на животе, заглядывая под перегородку между балконами, потом вскочил и попытался заглянуть на соседний балкон, но тщетно.

– Кис-кис, кис-кис! – звала Даша.

– Вот что, Лавря, я сейчас туда перелезу! – заявил Петька. – А ты меня подстрахуй!

– Как? Петька, не вздумай, а если ты сверзишься?

– Ни фига, все отработано. Я дома сколько раз так лазил, когда ключи терял.

Петька схватил кухонный стул, поставил его на балкон возле перегородки и вскочил на него.

– Петька! – ахнула Даша.

Но он уже закинул ногу на соседний балкон.

– Петечка, держись! – прошептала Даша, замирая от ужаса. Сама она боялась высоты.

Но вот Петька уже исчез на соседнем балконе.

– Котик, Бомжик, иди ко мне, – услышала она Петькин голос. – Тьфу, черт бы тебя побрал!

– Что там?

– Он на следующий сиганул, – объяснил Петька. – Лавря, подай стул!

Даша схватила стул и подала Петьке.

– Петечка, осторожнее, умоляю! Может, не надо? А? Бог с ним, с котом. Он потом обратно прибежит.

Но Петька, охваченный азартом, уже ее не слушал. Он перемахнул на следующий балкон. Дальше ходу коту уже не было. Петька схватил его и тут же подумал – а как же он полезет обратно с котом на руках. Ничего не выйдет! И тут его осенило. Хорошо бы только хозяева дома были! Он осторожно заглянул в окно и обмер.

## Глава II. Пленница

Дверь на балкон была чуть приоткрыта, а за нею на полу сидела девушка. Рот ее был заклеен куском пластыря, а глаза с безумной мольбой смотрели на Петьку. Тот замер с котом на руках. Девушка глазами показывала на что-то, и Петька поглядел туда. Ни фига себе! Девушка за руки была прикована к батарее отопления. На ней был только тоненький халатик, и Петька сразу понял, что она жутко замерзла. Он спустил с рук кота и подошел к девушке. Протянул руку и попытался сорвать пластырь. Девушка застонала.

– Тут никого в квартире нет? – шепотом спросил Петька.

Девушка покачала головой. Тогда Петька кинулся в ванную комнату и принес смоченное горячей водой полотенце. С его помощью он наконец отодрал пластырь.

– Спаси меня, умоляю, спаси! – прошептала девушка.

– Милицию вызвать?

– Нет, только не милицию! Придумай что-нибудь, как мне освободиться!

Петька глянул на наручники, которыми она была прикована к батарее.

– Тут ключ нужен, – сказал он. – Или инструменты.

– Принеси мне воды! У меня горло пересохло.

Напившись, девушка взмолилась:

– Мальчик, ради всего святого, спаси меня, они меня убьют, да и пусть бы убили, только бы не мучили так…

– Инструменты тут есть? – деловито спросил Петька.

– Не знаю!

– А когда хозяева придут?

– Когда совсем стемнеет, раньше они не появляются!

– Значит, часа два у нас еще есть! Вот что, я сейчас гляну, можно ли отсюда выйти.

Петька выскочил в прихожую. Ага, обычный английский замок, это очень облегчает дело! Он открыл дверь, поставил замок на «собачку» и вернулся в комнату. Бомжик сидел возле девушки и внимательно смотрел на нее. Петька подхватил его на руки.

– Не волнуйтесь, я сейчас вернусь с инструментами, попробую вас освободить.

И он опрометью бросился на площадку. Эта квартира находилась в соседнем подъезде. Вскоре он уже, как безумный, звонил в дверь бабушкиной квартиры.

– Кто там? – раздался за дверью голос Даши.

– Лавря, открывай скорее, это я!

Даша распахнула дверь, Петька сунул ей кота и бегом бросился в уборную, где в стенном шкафу хранились инструменты его покойного деда.

– Петь, ты чего? – спросила Даша недоуменно.

– Ой, Лавря, там такое… Нужна твоя помощь, пойдешь со мной!

Петька уже стоял наготове с чемоданчиком в руках, потом вдруг сорвал с вешалки плащ и перекинул через руку.


– Петенька, а чай пить? – выглянула в прихожую прабабушка.

– Бабусь, через полчасика мы вернемся, тогда и попьем чайку! Давай, Лавря, в темпе!

Даша выбежала за ним на площадку. К счастью, лифта ждать не пришлось.

– Петь, что случилось?

– Там… баба…

– Какая баба?

– Прикованная!

– Как прикованная? – поразилась Даша.

– Сейчас сама увидишь!

Они вбежали в соседний подъезд, но у лифта стояли две женщины, так что больше Даша ни о чем спросить не могла. Но вот наконец они на месте.

– Только, Лавря, веди себя тихо!

Даша кивнула и схватила Петьку за руку. Они на цыпочках вошли в квартиру. Петька запер дверь.

– Я тут! – тихонько крикнул он и в ответ услышал стон.

– Петя! – прошептала Даша. – Я боюсь!

– Прорвемся! – буркнул Петька и распахнул дверь в комнату.

– Ой! А это кто?

– Зачем ты ее привел? – спросила девушка.

– Она нам пригодится! – заверил ее Петька.

А Даше при виде девушки, прикованной к батарее, с содранной на лице кожей, с синяками на руках и ногах, стало дурно. Петька тем временем внимательно осматривал замки на наручниках.

– Сейчас, сейчас, что-нибудь придумаем, – бормотал он, перебирая инструменты.

– Давай, парень, давай, а то сил моих больше нет! Если они сюда явятся, нам конец, и мне, и тебе с твоей подружкой тоже!

– Да все мы успеем, не волнуйтесь. Вот, сейчас попробуем!

И Петька взялся за дело. Минут через пять он уже снимал наручники с девушки. Кожа под ними была содрана и кровоточила.

Петька помог девушке подняться. Вид у нее был еще тот. Первым делом она метнулась в туалет. А Петька стал аккуратно складывать инструменты.

– Лавря, ты чего притихла, а? Сомлела, что ли?

– Есть немножко, – призналась Даша.

– Надо же, ты совсем белая! Ничего, сейчас мы уйдем!

Девушка вернулась и вопросительно взглянула на Петьку.

– Знаете, нам надо уходить отсюда, – сказал он, почувствовав себя настоящим мужчиной, от которого зависит судьба и даже, может быть, жизнь двух женщин.

– Но куда? Мне совсем некуда идти, – проговорила девушка.

– Для начала пойдем в соседний подъезд, к моей бабушке, а там посмотрим. Вот, накиньте, – он взял у растерявшейся Даши плащ и набросил его на плечи девушки.

Та укуталась в него.

– Я готова, – сказала она. Но тут же спохватилась и побежала к серванту, вытащила оттуда фарфоровую чайницу и вытряхнула из нее… пачку долларов. – Вот, пригодится!

– Это ваши? – спросил Петька.

– Есть тут и мои! Но все равно…

– Нет, лучше оставьте! Они еще больше озвереют, когда увидят, что вы деньги взяли! – сурово приказал Петька, и, как ни странно, девушка послушалась. Она положила деньги в чайницу и поставила ее на место. – Все, идем!

Они вышли на площадку, Петька захлопнул дверь. Внизу девушка вдруг начала дрожать.

– Я боюсь! – прошептала она. – Выгляни, посмотри, нет ли там кого из них?

– Но я же их не знаю. И потом, вы сами сказали, они приходят уже затемно.

– Мало ли что, а вдруг…

– Хорошо, а какая у них машина?

– Не знаю!

– Чем дольше мы тут будем стоять, тем больше у нас шансов на них наткнуться! – рассердился Петька и схватил ее за руку. – Пошли! Лавря, помоги!

Даша схватила девушку за другую руку, и они буквально выволокли ее из подъезда. Благополучно миновав расстояние до следующего подъезда, они впихнули девушку в дверь.

– Все, кажется, нас никто не видел! – успокоил ее Петька.

Им открыла Елена Константиновна.

– Ой, кто это, Петенька?

И тут на сцену выступила Даша.

– Елена Константиновна, это сестра нашего одноклассника, Димки Шишкина, ее тут ограбили, избили…

– Ой, деточка, и в самом деле… Заходи, заходи, бедняжечка.

От этих ласковых слов, от ощущения относительной безопасности девушка разрыдалась. Она опустилась на пол, уткнулась лицом в висящие на вешалке пальто и отчаянно рыдала. Петька попытался ее поднять, но прабабушка его остановила.

– Ничего, Петенька, пусть она выплачется, ей легче будет!

Когда девушка успокоилась, Елена Константиновна увела ее в ванную. Оттуда доносился ее ласковый голос и плеск воды.

– Петь, а что дальше с ней будет? – шепотом спросила Даша.

– А я знаю? Надо ее куда-то спрятать.

– Легко сказать, а куда?

– Для начала пусть тут покантуется, у бабок. А потом придумаем что-нибудь.

– Но кто ее так? – дрожащим голосом спросила Даша.

– Не знаю ничего, только милицию она вызывать не хочет!

– А ты не боишься ее тут с бабками оставлять? Вдруг она тоже преступница?

– Все может быть, но только ей все равно сейчас деваться некуда и ничего она бабкам не сделает.

– А бабки твои не разболтают во дворе? – предположила Даша.

– Запросто, – нахмурился Петька. – У них полон двор подружек. Но ничего, я попробую им кое-что объяснить. Знаешь, Лавря, надо нам завтра утром всем собраться и обсудить это дело.

– Думаешь?

– Ага!

Но вот дверь ванной открылась, и оттуда вышли распаренная, вся красная, девушка и Елена Константиновна. Раны на лице девушки были смазаны зеленкой, и от этого оно походило на какую-то странную маску.

– Петька, быстро ставь чайник, а то он уже остыл! – распорядилась Елена Константиновна и засеменила к холодильнику. – Сейчас мы тебя, рыбонька, покормим, а потом и спать уложим, а то куда ж тебе с таким-то лицом! Ничего, ничего, до свадьбы все у тебя заживет!

– Извините, – сказал Петька, – а как вас зовут? А то неудобно как-то…

– Марина, – проговорила девушка и смущенно улыбнулась.

– А я Петр!

– А я Даша!

– Очень, очень приятно! Если бы не ты, Петр…

Петька радостно зарделся. Он действительно был горд собою – не каждый день удается спасать взрослых девушек. Все было, как в детективе! И на сей раз главную роль сыграл он, Петька Квитко, ученик восьмого класса УБФ!

Когда Марина была напоена и накормлена, Елена Константиновна сказала:

– Миленькие мои, не сердитесь, но я пойду телевизор включу, сегодня кино интересное…

– Давай, бабуся, а мы на кухню пойдем, поговорим! – обрадовался Петька.

Марина и Даша молча вышли на кухню.

– Вот что, Марина, если вы хотите, чтобы мы вам помогли, расскажите нам все, что знаете, – потребовал Петька. – Должны же мы понять, с чем имеем дело!

– Да, конечно. Еще бы! Только вот не знаю, с чего начать… Я в Москву из Благовещенска приехала, слыхали про такой город?

– Да, это, кажется, где-то на Амуре? – вспомнила Даша уроки географии.

– Именно. Приехала я поступать в театральное училище! Ну и провалилась! А со мной подружка приехала, на журфак поступать, и вот она-то поступила, а я… Денег на обратную дорогу нет, жить негде, словом, очень банальная история, но мне еще повезло, у подружки моей в Москве тетка живет, и вот эта тетка устроила меня в домработницы в одну хорошую семью. А я по дому все могу – и готовить, и шить, и за детьми ходить – нас у мамы трое было, и я старшая. Хозяева мои были, как их теперь называют, «новые русские», но нормальные люди, и муж, и жена с утра до ночи работали, а я с их ребятенком да собачкой оставалась. Комнатку мне маленькую дали, живи – не хочу. А воскресенье – выходной. И начала я по театрам бегать, думаю, на следующий год опять поступать буду. И вдруг замечаю, хозяева мои что-то нервничать начали, и дней через десять хозяйка вдруг с мальчишечкой за границу срочно уехала. А хозяин мне и говорит: оставайся, мол, Марина, у нас, живи, за квартирой смотри, а я попал в очень трудное положение, и мне слинять надо. Не волнуйся, я тебе денег оставлю, а через месяц-другой дам о себе знать. Только уж ты, будь добра, не води в квартиру кого ни попадя. А если кто про меня и про жену спросит, говори – отдыхать уехали, а куда, не сказали. Поняла? А что ж тут не понять? В наше-то время. Ну, уехали они, живу я, как царица, денег он мне достаточно оставил, и даже воображать стала, что я – известная артистка и это моя такая роскошная квартира, тем более, я когда к ним пришла, хозяйка мне сразу кучу платьев своих отдала. Такой я счастливой себя чувствовала, дура набитая, на чужом несчастье кайф ловила… И вот доигралась… Один раз вернулась вечером домой, а там меня уже ждут… Запихнули в машину и сюда. Где хозяин с хозяйкой? А я ведь и вправду не знаю… Но они не поверили… Говорят, вспомнишь, как миленькая… И приковали меня…

– Сколько же вы там пробыли? – спросила Даша.

– Три дня… Они надо мной издевались, били, – всхлипнула Марина, – обещали, что заморят меня там… Ой, если бы не ты… – она с благодарностью глянула на Петьку.

– Но почему же вы милицию вызвать не хотите? – спросил он.

– Ну, во-первых, я сама в Москве без прописки, без ничего… а потом, не знаю я, какие у моего хозяина дела, вдруг да подведу я его, а он человек очень добрый! Да и вообще… ну ее, милицию… там, говорят, тоже бандиты хорошие…

– Нет, мы знаем двух милиционеров, очень порядочные люди, один капитан, а другой майор! – восторженно проговорил Петька.

– Нет, ребяточки, не надо.

– Ладно, как хотите.

– Слушай, Петя, не называй меня на «вы»… Мне только восемнадцать на той неделе стукнет. Вот уж, думала, не доживу! А ты пришел… и…

– Да ладно тебе, заладила… – с довольным видом проворчал Петька. – Только что мы теперь делать-то будем? На квартиру к хозяевам тебе возвращаться нельзя.

– Ни в коем случае! – поддержала друга Даша.

– Это точно! И вообще… Лучше бы всего мне домой уехать, в Благовещенск. Только денег нет…

– Все потратила, что ли? – спросил Петька.

– Нет, они отобрали, я ж не зря хотела те деньги взять, там и мои были…

– Ничего! Денег мы наберем! Не сразу, конечно, но… наскребем, только, я думаю, теперь тебе туда тоже нельзя соваться… У тебя документы какие-нибудь есть?

– Есть! Паспорт есть, аттестат зрелости…

– И где они?

– У них, все отобрали…

– Так, интересное кино. Ты вот что, Марина, поживешь денек-другой тут у моих бабок!

– У бабок? – удивилась Марина.

– Ага, это моя прабабка, а есть еще баба Маня, ее дочь, она сейчас у соседей в карты играет. Вот надо только что-то придумать, какую-нибудь…

– Легенду, – подсказала Даша.

– Вот именно, легенду, – обрадовался Петька. – Очень скучную легенду надо сочинить, чтобы бабкам моим неинтересно было ее соседкам рассказывать.

– Правильно, – одобрила Даша. – Только мы уже сказали, что она сестра нашего одноклассника, которую избили и ограбили. Это для старушек уже очень интересно. Еще бы! Есть о чем поговорить! И про нынешнюю молодежь, и про цены, и про все…

– Да-а-а, – задумчиво протянул Петька, почесывая подбородок. – Это мы маху дали! Ну, ничего, с бабками я справлюсь! – и он отправился в комнату, где Елена Константиновна смотрела телевизор.

– Бабусь, можно с тобой поговорить? Очень надо!

– Что, Петенька, что, милый?

– Бабусь, очень прошу, и бабе Мане скажи, чтоб ни словом, ни звуком никому про Марину не обмолвились. Так надо, понимаешь?

– Понимаю, отчего ж не понять. А сколько она у нас пробудет?

– Не знаю, но, думаю, не больше двух дней.

– Ну уж два дня мы потерпим, подержим язык за зубами, – засмеялась прабабушка. – Но только, Петенька, она точно не уголовница?

– Что ты, бабусь, стал бы я к вам в дом уголовницу приводить, я что, камнем битый? Она нормальная девчонка, просто ей надо где-нибудь отсидеться, чтобы в таком виде домой не возвращаться.

– А родные-то ее разве не будут волноваться?

– Да она им уже позвонила, наврала чего-то, а как подживет у нее лицо, она и вернется.

– Все поняла, Петенька, только дай ты мне, Бога ради, кино досмотреть!

– Все, бабусь, смотри свое кино.

Петька вернулся на кухню.

– Порядок, Марина, ты просто не хочешь избитая домой возвращаться, чтобы родичей не пугать.

– Да, – заметила Даша, – дешево и сердито. – И вдруг схватилась за голову: – Ой, я же папе не позвонила! Он там, наверное, с ума сходит!

– Звони скорей!

Даша позвонила отцу. Александр Евгеньевич поднял трубку сразу.

– Даша? Ну слава Богу, нашлась! Где тебя носит? Разве так можно? Я уже в панике, куда ты запропастилась?

– Да пап, я в метро Петьку Квитко встретила, и мы с ним к его бабушке поехали.

– Зачем?

– Кота отвезти! Ему одному неудобно было с котом, а я помогла.

– Даша, не ври мне! Ты уже дома?

– Нет, я еще у Петькиной бабушки, вернее, прабабушки.

– А прадедушка там имеется?

– Нет! Папа, прекрати ругаться, я виновата, что сразу не позвонила, признаю! Но только не кричи на меня!

# Примечания

1

«Секрет бабушкиной коллекции».