# Свинья в апельсинах

Дарья Александровна Калинина

Надо сказать, Юльке определенно не везло со спутниками жизни! Что ни муж, то непременно монстр в мужском обличье! Новоиспеченный супруг не стал исключением. Антон оказался совсем не тем человеком, за которого себя выдавал. А она-то, наивная, думала, что такой воды не замутит. Замутил. Да еще как! Сначала эти таинственные письма с угрозами в его адрес, странные телефонные звонки. Потом в их квартиру с утра пораньше заявился негр в байковом одеяле, а в гостиную подбросили дохлого попугая. До поры до времени Юля мирилась со всем этим, стараясь понять, что же происходит. Но когда Антон вдруг исчез, терпению девушки пришел конец. Ее такая благополучная и спокойно-размеренная жизнь летела ко всем чертям, а Юлька решительно не могла ничего сделать, чтобы этому помешать! И тогда она вызвала из Питера свою боевую подругу Маришу. Уж вместе-то они точно придумают, как найти «ценную пропажу»!..

## Глава 1

Юлька была счастлива. Ее новый муж был само совершенство. Во всяком случае, так считала сама Юлька, и с ней никто не спорил. На самом деле, если приглядеться, в ее избраннике нашлось бы несколько мелких недостатков. Он был невысок ростом, конечно, не ниже Юльки, но все-таки. У него намечалось брюшко, и к тому же он был старше Юльки почти на пять лет. Но эти недостатки отнюдь не смущали Юлю, напротив, очень скоро она начала и их считать достоинствами.

А все потому, что ее нынешний муж Антон умел создать имидж представительного мужчины. Да он таковым и являлся. Работал в питерском филиале одной западной фирмы, превосходно говорил по-русски и имел все, что полагается иметь солидному бизнесмену. То есть роскошную машину, квартиру и друзей, которые имели все то же, но в еще большей степени.

По матери новый Юлин муж был наполовину русским, на вторую половину – отпрыском немца, жившего во Франции. Отец Антона развелся с его матерью уже много лет назад, но отношения с сыном и бывшей женой по-прежнему поддерживал. Впрочем, развод родителей очень мало затронул самого Антона, так как к тому времени он уже жил самостоятельной жизнью, и на его психике, как опасалась сначала Юля, развод родителей никак не сказался.

Мать Антона после развода со своим немецким мужем получила солидные алименты, переехала жить в Чехию, там вышла замуж за красавца, владельца пивного заводика, и с тех пор тоже жила совершенно счастливо. Со времени свадьбы самой Юли, которая отличалась скорей торжественностью, чем размахом и весельем, молодожены навестили обоих родителей Антона, побывав и в Чехии, и во Франции.

Антон жил в Питере в квартире своей матери, которую аккуратные немецкие мастера, Антоном специально выписанные для этой цели из Германии, превратили в настоящую игрушку, правда, несколько на западный лад. Так что сначала Юльке было непривычно видеть стены без обоев; кухню, которая одновременно являлась и столовой; и паркетные полы повсюду, кроме туалета и ванной комнаты. В ванной тоже не было, на взгляд Юли, самого главного – ванны. А стояла лишь душевая кабина.

– Принимать ванну не слишком гигиенично, и к тому же это слишком большая роскошь, – заявил супруге Антон. – В вашей стране скоро повсюду будут стоять счетчики на воду, как это уже существует на Западе. Во всяком случае в нашей квартире они уже стоят. Но не это главное. Главное – это гигиена. Подумай, как приятно ополоснуться под прохладными струйками душа, представляя, что это летний дождик, а не мокнуть в собственной грязи в ванне.

– Милый, я как-то никогда раньше об этом не задумывалась, – призналась муженьку Юля. – Но теперь я вижу, что ты прав.

– Рациональность и еще раз рациональность, – поучительно сказал Антон, чмокнув жену в щечку и преподнеся ей букет свежих роз.

«Какой он практичный! – умилилась про себя Юлька. – И как он меня любит!»

– Подумай только, – восторженным тоном рассказывала Юлька своей подруге Марише, встретившись с ней как-то после возвращения из свадебного путешествия. – Антон так сильно меня любит, что я раньше даже не представляла, что такое возможно! Теперь я понимаю, что мои прежние кавалеры были просто мальчишками по сравнению с ним.

Подруги сидели в кафе на открытом воздухе, благо на дворе стояло лето, и довольно жаркое. Вечером на улице было гораздо приятней, чем днем, потому и встретиться подруги решили под вечер.

– И в чем его любовь выражается? – поинтересовалась Мариша, лениво потягивая свой коктейль через соломинку.

– Он божественно красиво ухаживает! – с восторгом сообщила подруге Юлька. – Кофе в постель, постоянно подарки и прочие приятные мелочи, о которых я уж и не говорю. Когда он уходит на работу, то присылает мне днем с посыльным букеты цветов. Антон говорит, что начинает скучать по мне сразу же, как только мы расстаемся. И уже через час тоскует настолько, что просто не может как-то о себе не напомнить. Либо звонит, либо присылает цветы, либо приезжает сам, и мы идем с ним куда-нибудь.

– А как на такое поведение смотрит его начальство? – поинтересовалась Мариша. – Ну, я имею в виду не то, что он в разгар рабочего дня мчится к тебе.

– Антон, сам себе начальство, – скромно ответила Юля. – Разве я тебе не говорила, он начальник питерского отделения своей фирмы.

– Значит, он богатый человек? – спросила Мариша.

Юля молча показала ей кольцо с огромным бриллиантом, которое подарил ей Антон, делая предложение руки и сердца.

– Что же, я рада, что тебе наконец повезло, – заключила Мариша, оценив кольцо. – Мне Антон тоже понравился. Он такой рассудительный, такой внимательный и, как ты говоришь, при этом не лишен романтической жилки.

– О да! – с жаром воскликнула Юля. – Романтики в нашей жизни хватает. Я тебе говорила, что во время свадебного путешествия мы с ним сначала поехали на Кубу, а потом объехали чуть ли не всю Европу. Он познакомил меня с отцом и матерью.

– И кстати, как тебе его родители? – спросила Мариша.

– Милые люди, – пожала плечами Юлька. – Мать говорит по-русски. Но они давно живут своей жизнью, Антон – своей. Так что особой близости между нами не возникло. Но это и к лучшему. Я бы не ужилась под одной крышей с родителями мужа, будь они даже ангелами, а не людьми.

– Понятно, – кивнула Мариша. – С этим ясно. Ну, цветы, театры, кофе в постель – это все замечательно. А как Антон в самой постели?

Юля на мгновение задумалась над ответом, и Мариша насторожилась.

– Что? – спросила она. – Что-то не так?

– Все так, – ответила Юлька. – Все чудесно. Полная гармония. Но знаешь, иногда мне кажется, что Антон меня с кем-то путает.

– Другая женщина? – нахмурилась Мариша.

– Нет, нет, не сейчас! – запротестовала Юля. – Сейчас на другую женщину у Антона просто времени не хватает. Но, возможно, в прошлом…

– В прошлом у всех мужчин, если только они не полное барахло, имеются другие женщины, – ответила Мариша. – Нельзя же ревновать к прошлому. Да и сама подумай, тебе бы вряд ли захотелось иметь мужчину, на которого до тебя никто не польстился.

– Я и не ревную, – ответила Юля. – Просто иногда, когда я его ласково пытаюсь разбудить, он спросонок бормочет какие-то женские имена. Не мышонок или солнышко, а именно имена.

– Например? – спросила Мариша.

– Один раз он назвал меня Люсиндой, – ответила Юля. – А еще раз Тамбушечкой.

– Как? – поразилась Мариша. – Ты верно расслышала? Тамбушечкой? Может быть, табуреточкой? Ты не ослышалась?

Юля выразительно посмотрела на нее.

– Нет, ну я просто хотела уточнить, – пробормотала Мариша. – Тамбушечка – звучит довольно оригинально. Но вряд ли это женское имя. Кстати, у твоего Антона нет зубных протезов, которые бы он снимал на ночь? Может быть, он без них просто шепелявит?

– Тебе все шуточки! – обиделась Юлька. – А между тем эти самые имена – единственная ложка дегтя в бочке меда. А протезов у Антона нет. Он очень следит за своим здоровьем. А после того, как мы познакомились, стал следить и за моим здоровьем тоже. Мы вместе ходим в фитнес-зал и в бассейн.

– Слушай, а откуда этакое счастье свалилось тебе на голову? – поинтересовалась Мариша у Юльки. – Конечно, ты мне что-то рассказывала про Интернет, но подробности я не запомнила.

– Ну да, я нашла Антона по Интернету, – ответила Юлька. – Он разместил свою фотографию и резюме на брачном сайте. Увидела, и он мне сразу понравился. Я ему написала, послала свое фото, мы встретились и полюбили друг друга. Во всяком случае он уверяет, что влюбился в меня с первого взгляда.

– А ты?

– Про себя я такого сказать не могу, – ответила Юлька. – Ты же помнишь, после моего последнего мужа, этого монстра, я долгое время шарахалась от всех мужчин. В каждом мне виделись всякие жуткие пороки. Даже если мужчина был безобиден, как ягненок, мне все равно мерещилось, что он затевает против меня какие-то козни. И сколько я себе ни внушала, что это нелепо, ничего не помогало. Даже ходила к психоаналитику. Заплатила кучу денег за месяц, истратила кучу свободного времени, но все попусту. Страх не проходил. Мужчины сплошь рисовались мне вампирами. Но Антон сумел меня переубедить. Я же тебе рассказывала, что он очень заботливый и внимательный. Постепенно я стала ему доверять. А когда появилось доверие, возникла и любовь.

– Ясно, – кивнула Мариша.

– Ты только не смейся, но нашу встречу словно спрогнозировал кто-то свыше, – сказала Юлька. – Едва Антон разместил свою фотографию на сайте, тут же появилась я. Разница была всего в несколько секунд. И прежде, чем на Антона набросились другие претендентки, я уже его выбрала. И самое удивительное, что на этот сайт я зашла впервые. А Антон всего несколько дней, как приехал в Питер.

– А где он был раньше? – спросила Мариша.

– Во многих странах, – уклончиво ответила Юля.

– А точней?! – насторожилась Мариша.

Ее такие туманные ответы относительно мужчин уже давно не устраивали. По опыту она знала, что за туманностью, скорей всего, кроется нечто сомнительное в биографии кавалера, что он и старается скрыть от своей новой зазнобы.

– Антон рассказывал, я просто не запомнила всех мест, где он побывал, – сказала Юля. – Он слишком много ездил.

– Но все же? – настаивала Мариша.

– Ну, он был и в Южной Америке, и в Норвегии, и в Австралии, и в Канаде. И в каждой из стран не в одном каком-то месте, а исколесил их вдоль и поперек. Антон – вообще динамичный человек. Поэтому его так и ценят на фирме. А в этих странах он побывал по служебным делам.

– Очень впечатляет, – заметила Мариша. – Что его фирма ищет? Ты говорила, что какие-то природные ресурсы.

– Нет, – ответила Юля, – ты ошибаешься. Они подыскивают подходящие места для постройки электростанций. Но не простых.

– А каких? – спросила Мариша.

– Фирма Антона имеет какой-то эксклюзивный проект, который позволяет во много раз увеличить производительность построенных ими станций по сравнению с другими. За счет этого проекта фирма Антона и процветает. Кстати, идут разговоры, что Антона скоро снова пошлют в Германию.

– Почему? – удивилась Мариша. – Чем руководству Антона не нравится его работа в России?

– Нравится, потому его и отзывают, – ответила Юля. – Отзывают с повышением в должности, так как в России он очень хорошо справился. Заключил несколько договоров на постройку этих электростанций. Где-то в Сибири. В южной ее части. Подробностей я не знаю, да, честно говоря, я ими никогда не интересовалась.

– А ты была на работе у своего мужа? – спросила подозрительная Мариша. – На подставу не похоже? А то увезет тебя невесть куда. Скажет, что в Германию, а сам сплавит в Турцию. Ищи тебя там потом по всем публичным домам.

– Мариша! – возмутилась Юля. – Нельзя же быть такой подозрительной!

– Уверяю тебя, можно, – заверила ее подруга.

– У Антона очень приличная фирма, – сказала Юля. – Даю слово. Никаких гостиничных номеров, никаких арендованных квартир, наспех переделанных под офис. Они занимают целое здание. Мы туда ездили. Я видела его сотрудников, есть иностранцы, есть наши соотечественники. Но уверяю тебя, все очень приличные люди. И вообще все выглядит очень солидно и богато. И я видела кабинет Антона. И табличку с его именем.

– Ладно, – пожала плечами Мариша. – Если так, то я за тебя и в самом деле рада. А когда вы уезжаете?

– В следующем месяце, – уверенно сказала Юля.

– Но следующий месяц уже через два дня, – заметила Мариша, посмотрев на календарик. – Выходит, уже очень скоро.

– Выходит, – печально ответила Юля.

– А чем ты думаешь заняться в Германии? – спросила у нее Мариша. – И в какой именно город вы едете?

– В Берлин, – ответила Юля. – А чем заняться? Еще не знаю. Наверное, сначала пойду на курсы немецкого языка. Так-то я кое-что помню из школьной программы, но, чтобы устроиться в Германии на работу, нужны более глубокие знания языка.

– Это хорошо, – одобрила Мариша. – А то посидишь одна в четырех стенах, ожидая Антона, и живо на родину потянет. Конечно, и так потянет, но все же не так скоро, если будешь чем-то занята.

– Мне уже и сейчас не хватает вас всех, – погрустнев, сказала Юлька. – Моя бы воля, я бы никуда не поехала. Мне и тут хорошо. Но Антон настаивает на отъезде. Для него это великолепная возможность сделать шаг по карьерной лестнице. А удачу нужно ловить за хвост.

– Он правильно рассуждает, – ответила Мариша. – Но ты не грусти, не знаю, как Инна с Дашей, а я тебя навещу обязательно.

Если бы Мариша знала, как скоро исполнится ее обещание, она бы сама удивилась. Но пока подруги еще не ведали о новых приключениях, которые вскоре выпадут на их долю. Мариша, радуясь за подругу, у которой наконец стало налаживаться личное счастье, проводив Юльку до дома, осталась у нее в гостях.

Антон еще не возвращался с работы. И подруги провели еще приятный часок, болтая о всяких пустяках. Затем явился Антон. И сразу же с порога выложил своей жене новости.

– Детка, мы вылетаем через две недели, – сказал он ей. – Билеты я уже забронировал. Насчет квартиры тоже договорился. Пока нас не будет, тут поживет мой коллега, которого прислали на мое место. Не беспокойся, я его знаю. Он приятный человек. Семейный. Так что водить сюда девчонок с Невского не станет. Жена не разрешит.

И он, лукаво улыбнувшись жене, предложил поехать в ресторан и там отметить это событие.

Оставшиеся до отлета две недели Юля провела в сборах и хлопотах с оформлением документов. Антон сопровождал ее не часто, так как ему нужно было успеть ввести своего прибывшего из Германии коллегу в курс дел в фирме и проследить за тем, чтобы у того не осталось никаких вопросов.

Наконец в середине июля Антон и Юля отбыли в Берлин. Провожать их явились сотрудники фирмы Антона и Юлькины подруги.

– Вот и ты теперь покидаешь родину, – печально сказала Мариша, которой неожиданно взгрустнулось. – Не завидую я тебе.

На этой не совсем оптимистической ноте Юля и села в самолет вместе со своим мужем. Впрочем, оказавшись в Германии, она поняла, что все не так уж плохо. Антон с присущей ему заботливостью побеспокоился о том, чтобы к их приезду в квартире был полный порядок. Потом он познакомил Юлю с приходящей домработницей, которая три раза в неделю должна была убирать в их доме. Не забыл показать магазины, где Юле предстояло делать покупки.

Антон жил в Берлине в районе Вильмерсдорф. Это был уютный жилой район. Неподалеку имелся даже парк. В их просторной двухкомнатной квартире вполне могли поместиться две или даже три типовые питерские двушки. Кроме спальни и гостиной, в квартире Антона был огромный холл, не менее большая кухня и еще куча подсобных помещений, в каждом из которых вполне можно было бы жить. А в роскошной ванной комнате помещалась полноценная ванна вместо так любимого Антоном душа.

– Отличная квартира, – заключила Юля, обойдя свое новое жилище целиком и сунув нос во все щели.

– Я рад, что тебе тут нравится! – просиял Антон. – Ведь тебе придется проводить тут много времени одной. Боюсь, что вначале дела в офисе будут отнимать у меня много времени. И к тому же моя новая должность подразумевает длительные командировки. Впрочем, так ведь было и в Питере. Тебе к этому не привыкать.

– Да, – согласно кивнула Юля, думая про себя о том, что в Питере у нее были родители, подруги и знакомые магазинчики – не то, что в чужом городе…

– А мне можно будет ездить с тобой? – спросила у Юля.

– Дорогая, это же служебные командировки, – немного удивился Антон. – К тому же не всегда условия будут подходящими для тебя. Например, ходят слухи, что меня в ближайшее время могут послать в Индию.

– Что? – ахнула Юлька. – А как же я?

– Не беспокойся, мы что-нибудь придумаем, – заверил ее Антон. – Вначале это будет лишь подготовительный этап. Ознакомление с местностью – не более. Возможно, что контракт и не будет заключен. Так что волноваться тебе пока совершенно не о чем.

Он был снова прав, однако Юля все равно почему-то заволновалась. Ее постоянно угнетало чувство, что она в Берлине совсем одна, если не считать Антона. Но он, видите ли, уже собрался куда-то улетать. И еще неизвестно, как скоро вернется.

– И когда ты собираешься в свою командировку? – спросила у мужа Юля в его первый рабочий день, позвонив Антону в офис.

– Милая, мне кажется, что тебе не терпится от меня избавиться! – засмеялся Антон.

– Вовсе нет, – запротестовала Юлька. – Совсем наоборот. На самом деле меня тревожит, что ты можешь куда-то уехать, а я останусь одна в чужом городе.

– Дорогая, я сейчас немного занят, – заявил Юле муж. – Вернусь домой, тогда и поговорим.

Вернулся он в пять часов по местному времени. Пунктуально, минута в минуту. И притащил букет белых лилий, которые Юлька терпеть не могла, – эти цветы наполняли ее душу предчувствием какой-то беды. Но букет был таким роскошным, что Юлька подавила неприятное чувство, поставила цветы в воду и сделала вид, что очень рада знаку внимания своего мужа.

В целом жизнь в Берлине Юле нравилась. Пока что она не была занята на курсах немецкого языка. Они должны были начаться только с сентября. Поэтому у Юли было много свободного времени, и она посвящала его тому, что бродила по Берлину. В одиночестве это было не так весело, как в компании, но Юля не унывала. В рабочие дни после пяти часов Антон был в ее распоряжении. И водил Юльку в рестораны, катал по городу или просто ходил с ней в магазины или сидел с ней в кафе. Но остаток вечера они обычно проводили у себя дома. Антон помогал Юле практиковаться в немецком, и вскоре Юлька навострилась ловко болтать: сказывались полученные в прошлом знания. Но если они не занимались немецким, то шли в гости к друзьям Антона или как-то иначе развлекали себя. Так что Юле даже стало казаться, что Антон специально вытаскивает ее из дома.

Но стоило Юле намекнуть на это, как Антон моментально сменил тактику и с охотой оставался дома, продолжая обучать Юльку немецкому языку. Впрочем, к телефону он всегда просил подходить Юлю. И даже когда был дома, просил его к телефону не звать.

– Дорогая, все, кто нужны лично мне, могут позвонить на мой мобильный телефон, – объяснял он Юле. – А те, кому нужен я, это, поверь, не те люди, чтобы тратить на них свое свободное время, которое можно посвятить более приятным вещам.

Юлька заметила, что Антон никогда не подходил сам к дверям, когда в них звонили. Опять же это приходилось делать Юльке. Антон в этот момент всегда был чем-то занят. Но, как только выяснялось, что звонили соседи или консьержка или приносили почту, Антон тут же материализовался возле дверей словно из воздуха.

Первые две недели эта странность в поведении мужа не особенно тревожила Юльку. Тем более что Антон всегда был в ровном настроении, весел и привычно заботлив. Но однажды Юлька стояла под душем, когда позвонили в дверь. Посетитель попался упорный и звонил он довольно долго. Наконец Юля не выдержала и закричала:

– Антон, да открой же дверь!

Впрочем, ее просьба не возымела никакого действия. Антон дверь не открыл, притворившись, что увлечен баскетбольным матчем. Так что Юля так и не узнала, кто же к ним рвался.

– Антон, – с упреком обратилась к мужу Юля, выйдя из ванной, – почему ты не открыл дверь? Вдруг это были твои друзья?

– Милая, – с некоторым раздражением в голосе произнес Антон, – ты же видишь, я смотрю матч. А мои друзья, в отличие от твоих питерских подружек, не имеют привычки приходить в гости без приглашения.

– Что? – поразилась Юля. – Для чего же тогда друзья, если они не могут заявиться в любую минуту? Объясни мне, пожалуйста!

Антон оторвался от матча и сказал:

– Юленька, но тут не Питер. И мои друзья совсем не то же самое, что твои подружки. Мои друзья – такие же деловые люди, как и я сам. Так что они ценят наше с тобой спокойствие. И никогда не побеспокоят нас, если мы не хотим никого видеть. И уж разумеется, они не придут без нашего или моего приглашения. А я сегодня никого не приглашал. Может быть, ты приглашала?

Юля помотала головой. Кого ей было приглашать? Только жен друзей Антона. А они, конечно, пришли бы со своими мужьями. И конечно, предупредили бы о своем визите Антона. Юлька грустно вздохнула.

– Что с тобой, солнышко? – немедленно отреагировал Антон. – Тебе грустно? Иди ко мне, тебе сразу станет повеселее.

Юлька послушно устроилась с Антоном на диване перед телевизором, и ей в самом деле стало легче.

– Просто не представляю, что я буду делать, когда ты уедешь, – пробормотала Юлька.

– Я пока никуда не еду, – сказал Антон. – Наш новый проект только в стадии разработки. Так что в ближайшие месяц или два ты можешь не волноваться, что останешься без моей опеки. Надеюсь, за два месяца ты вполне освоишься в Берлине и несколько дней сможешь прожить и без меня.

– Несколько дней смогу, – кивнула довольная Юлька, у которой словно камень с души упал.

В ближайшие месяц или два она не останется в одиночестве в чужом городе! Ура! Эта эйфория длилась примерно еще две недели. А потом стали приходить письма. Первый раз, когда Юлька заглянула в почтовый ящик и нашла письмо на имя Антона, она даже удивилась. До сих пор все письма, которые приходили по обычной почте, были адресованы Юльке, – конверты из Питера. Антону все письма приходили по электронной почте. А это пришло по обычной. Ошибки не было. На конверте стоял их адрес и имя Антона, поэтому Юлька не решилась сама вскрыть конверт и провела день, сгорая от любопытства в ожидании мужа.

Ее любопытство подогревала ревность. На конверте стоял адрес отправителя, но не было указано его имя. И Юлька почему-то решила, что письмо пришло от какой-то бывшей возлюбленной мужа, которая, узнав, что Антон женился, из чувства такта не подписала конверт. Вечером Юля постаралась накормить мужа повкусней, а потом с делано равнодушным видом сообщила ему про письмо. Антон взял письмо, недоуменно повертел в руках, а потом вскрыл.

– Хорошие новости? – поинтересовалась Юля минут через десять, видя, что Антон не отрывается от письма.

– А? Что? – откликнулся Антон.

– Я говорю про письмо, – сказала ему Юля. – Хорошие новости?

– Да, все в порядке, – коротко бросил Антон и быстро вышел из кухни.

Теперь уж Юля была твердо уверена: с этим письмом что-то не так. Правда, ей удалось подсмотреть, что в нем было всего три строчки. Но как, скажите на милость, можно читать три строчки целых десять минут? Немного успокаивало то, что муж выглядел скорее растерянным, чем счастливым, читая послание. Вымыв посуду, Юля отправилась на поиски мужа. Она нашла его в спальне, на кровати. А рядом с кроватью стояла пепельница, над которой вился легкий дымок.

Это Юлю удивило, потому что Антон никогда раньше при ней не курил, да и вообще не одобрял эту вредную привычку. Мельком глянув в пепельницу, Юля обнаружила в ней вместо сигаретного окурка костерок от того самого письма, которое уже почти превратилось в пепел.

– Ты сжег письмо? – удивилась Юля.

Антон не ответил. Он вообще сделал вид, что не слышит Юлю. Потом он быстро встал и прошел в ванную, где и заперся. Оставшись в одиночестве, Юля попыталась разглядеть, что же было написано в письме. Но на обгоревшей бумаге ей удалось прочесть всего одно слово – «Берегись!» Оно было написано на английском. Остальная часть письма была безнадежно уничтожена огнем. Юля пожала плечами и решила расспросить мужа про странное письмо поздней.

Но до самого позднего вечера Антон был рассеян. На вопросы Юли отвечал невпопад и явно продолжал думать о полученном им предупреждении. Выйти из дома он отказался, и остаток вечера супруги провели дома. У Юли не шло из головы одно-единственное слово, которое ей удалось прочитать из пришедшего письма. Кто и о чем предупреждал Антона? Может быть, ревнивая бывшая любовница угрожала ей, Юле? Или ее мужу? Или угрожала покончить с собой, если Антон не вернется к ней? Ответа на эти вопросы у Юли не было. Наконец терпение у Юли лопнуло, и она напрямик спросила у мужа:

– Это было письмо от женщины?

– Что? – переспросил Антон. – Какое письмо? О чем ты?

– То письмо, которое пришло тебе сегодня и которое ты сжег, – терпеливо пояснила ему Юля, не собираясь уклоняться от темы.

– Забудь об этой глупости, – сказал Антон. – Просто чья-то нелепая выходка. Письмо было не мне.

– Как же не тебе, если на конверте стояло твое имя? – удивилась Юля.

Тут муж не нашел ничего лучше, как рассердиться на Юлю.

– Послушай, я же тебе сказал, что письмо – просто глупая выходка и ко мне, а тем более к тебе не имеет никакого отношения! – произнес он резко, глядя на Юлю в упор.

Юля надулась. Но она верно поняла намек мужа – не лезь к нему с этим письмом. Что Юля и сделала. На следующий день Антон на работу не пошел. Ничего удивительного – ведь это была суббота. По выходным Антон любил поваляться в постели подольше. Обычно Юля с удовольствием составляла ему компанию, но сегодня ее погнало на улицу какое-то смутное чувство тревоги. И точно! В почтовом ящике лежало еще одно точно такое же, как и вчерашнее, письмо. Во всяком случае, конверт был точно таким же.

В недоумении покрутив письмо в руках, Юлька задумалась. У нее было два варианта. Первый – отдать письмо мужу. И так следовало бы поступить примерной жене. Но увы! Видимо, Юлька никак не тянула на примерную жену, потому что она письмо мужу не отдала и даже про него не заикнулась. А напротив, вернувшись домой, быстренько заперлась в ванной и вскрыла конверт. В конверте не было ничего, кроме записки и нескольких коротких светлых волосинок. Юлька недоуменно потрогала их и даже понюхала, пытаясь определить, мужские это волосы или женские.

К сожалению, прядка не пахла никаким парфюмом. Ни мужским, ни женским. А сами волосы были настолько короткими, что в равной мере могли принадлежать и мужчине, и женщине.

– Сейчас ведь многие женщины стригутся коротко или вообще под ноль, – пробормотала Юлька себе под нос.

Записка, которую Юля обнаружила там же, в конверте, была написана на английском, она гласила: «Эти волосы тебе должны быть знакомы. Они – доказательство того, что мы не шутим. И наша месть уже началась».

Так ничего и не поняв, Юля сложила волосы в пакетик, пакетик спрятала среди своих гигиенических салфеток, на одной из которых, сама себе толком не отдавая отчета зачем, просто на всякий случай, переписала адрес отправителя с конверта. А сам конверт и записку в панике разорвала на мелкие клочки и спустила в унитаз, тщательно проследив, чтобы ни один из клочков не всплыл на поверхность. После этого Юля почувствовала себя несколько уверенней. А еще через полчаса ей удалось убедить себя, что это письмо с прядкой волос было последней ласточкой и таинственный корреспондент или корреспондентка оставят их с Антоном наконец в покое.

Юля вернулась в спальню к мужу, который продолжал сладко похрапывать, и скользнула к нему под легкую простыню. Муж почувствовал ее присутствие и, повернувшись, обнял Юлю.

– Ты куда-то выходила? – сонно спросил он у нее.

– Да, за свежими булочками, – ответила Юля.

Она не вполне соврала. Булочки она действительно купила. Муж обожал по утрам свежую сдобу с соком или кофе.

– А в почтовый ящик не заглядывала? – поинтересовался у нее муж.

– Там ничего нет, кроме счетов, – ответила Юлька и на этот раз уж точно соврала.

Но муж больше не стал ее допрашивать, вполне удовлетворившись ее ответом. А Юля почувствовала себя жуткой вруньей и вообще жуткой дрянью. Если бы Антон ей не поверил и начал допытываться насчет письма, ей было бы много легче. Может быть, она бы даже сказала ему правду. В конце концов, в письме не было ничего предосудительного. А так обман остался на ее совести. Юлька лежала и терзалась угрызениями совести, пока не раздался звонок в дверь.

– Откроешь, Юленька? – сонно проворковал Антон.

Юлька послушно выползла, натянула на себя длинную футболку и шорты и пошла открывать дверь. В нее уже больше не звонили, но Юля ее все же открыла. За дверью никого не было. Однако, немного подумав, Юлька, повинуясь какому-то внутреннему порыву, прошла туда, где висели почтовые ящики. Там тоже никого не было. Но зато… Зато в самом почтовом ящике что-то лежало. У Юльки просто мурашки побежали по телу. В ящике снова лежало письмо, и снова в похожем конверте. Чувствуя, что ее терпение лопается, Юлька выскочила на улицу и глянула в обе стороны. Но ни на лестнице, а жили они на третьем этаже, ни на улице никого подозрительного не было. Видимо, таинственный почтальон успел смыться за то время, пока Юлька одевалась, ползла открывать дверь, а потом шастала к почтовым ящикам.

– Что за сволочные люди! – возмутилась Юлька. – Сказали бы уж сразу, что им нужно. Чего письма-то слать? Себе же лишнюю мороку устраивают.

Юлька взяла в руки письмо и поняла, что на этот раз конверт явно куплен в другом магазине. Картинка на первых двух была в виде бабочек, а на этом была нарисована какая-то сюрреалистическая абракадабра. Впрочем, и адрес отправителя был другой. Юля вернулась к мужу вместе с письмом.

– Снова тебе письмо! – сердито сказала она. – Читать будешь? Или сразу сожжешь?

Антон приоткрыл один глаз, взял письмо и вскрыл его.

– Ну что там?! – нервно спросила Юлька. – Я твоя жена и имею право знать, если послание от любовницы.

– Вовсе нет, – прочтя письмо, которое на этот раз оказалось подлинным, ответил Антон. – Мой старый друг пишет, чтобы мы с тобой приезжали к нему в гости.

И он дал письмо Юле. Оно было отпечатано на компьютере, и в нем и в самом деле содержались ничего не значащие фразы о совместно проделанной работе, упоминались какие-то общие друзья, которые покинули на лето Берлин. А в конце была приписка, что Антону тоже лучше бы уехать на время из Берлина. В городе становится слишком жарко. Подписано письмо было буквой W.

– Ну и где тут приглашение? – спросила Юля. – Твой друг просто рекомендует уехать тебе из Берлина. Антон, что вообще происходит? Почему ты должен уезжать из Берлина?

– Ничего, детка, все в полном порядке, – заверил ее Антон. – Сама же видишь, в Берлине летом не слишком приятно. Жара, духота и потоки машин.

Объяснение было так себе. На троечку, хотя вполне соответствовало истине. Действительно, было и жарко, и душно, и потоки машин на улице. Но… Но Юля своему мужу что-то не очень поверила. Слишком уж мрачным сделался он, прочтя в целом вполне невинное письмо от друга. Или не такого уж и друга? А если вовсе и не друга, а любовницы? И это письмо – замаскированное приглашение провести жаркие летние деньки в каком-нибудь известном лишь им двоим местечке?

– Может быть, и в самом деле стоит съездить, – задумчиво сказал муж, немного светлея лицом. – Например, на следующие выходные. Там так тихо и уединенно. Ты не против?

Юлька пожала плечами.

– Я не знаю, что это за друг такой, который подписывается одной буквой, – ответила она. – И тем более не могу знать, понравится ли мне у него в гостях.

– Все будет отлично, – заверил ее муж. – Значит, решено. На следующие выходные поедем. Жаль, что сейчас не сообразили. Хотя у меня на завтра намечена одна деловая встреча на утро. Так что все равно никак не получилось бы. На неделе тоже не удастся выкроить для нас с тобой пару деньков для поездки за город. Но в следующую пятницу, сразу же после работы мы рванем за город. На природу.

И Антон направился на кухню, пить сок со свежими булочками, которые купила Юлька. Несмотря на беспокойное утро, аппетит у Юльки был отличный. Они с Антоном дружно позавтракали, потом до наступления настоящей жары проехались до ближайшего парка, покормили там лебедей. Сами тоже поели в маленьком плавучем ресторанчике, после чего вернулись домой, дожидаясь, пока спадет жара.

Антон уселся в гостиной за какими-то своими чертежами и просил Юлю не беспокоить его. Поскольку высовываться на улицу с раскаленным асфальтом из квартиры, где кондиционеры поддерживали вполне приемлемую температуру, Юльке что-то не хотелось, она тоже нашла себе дело дома – занялась ужином. Так что вечером они в ресторан не пошли. Юлька приготовила салат и белое куриное мясо, фаршированное свежей зеленью, сладким перцем и завернутое в ломтики бекона. Все это обжаривалось на раскаленной сковороде, но есть это блюдо можно было и холодным.

К ужину Антон достал припасенную бутылку красного вина, и супруги провели вечер очень мило. Остаток рулетиков остался для завтрашнего обеда. Юля была довольна, что завтра не нужно будет снова жариться у плиты. Перед сном супруги прогулялись немного и легли спать. Антон был небольшим любителем ночных клубов. Он считал, что для здоровья куда полезней ночью спать или заниматься любовью, но никак не дрыгаться под оглушающие звуки оркестра в душных и тесных помещениях, толкая таких же бедолаг локтями и коленями.

У Юльки на этот счет было свое мнение. Но она помалкивала. Однажды она вытащила Антона в ночной клуб, и он испортил ей все удовольствие, ноя, как ему тут тяжело, как болит голова и вообще хочется спать. Зато заниматься с мужем любовью Юля не уставала никогда. Он был знаток любовных утех, так что иногда Юля поражалась некоторым милым выдумкам своего мужа. Но эта ночь отличалась от многих других. Не успел Антон поцеловать Юльку в качестве прелюдии в плечико, как в дверь раздался звонок.

– Господи! – пробормотала Юлька. – Кто это может быть? В такое время?

Часы показывали полночь. Антон помрачнел и выжидательно посмотрел на Юлю.

– Опять я? – расстроилась Юлька. – Иди ты и сам открывай. Ко мне-то никто не может прийти. Сам рассуди, кому я в Берлине нужна в двенадцать часов ночи?

– Юля, мне лень, – пробормотал Антон. – Будь ангелом, сходи. Все равно ведь собиралась в туалет.

Юля фыркнула и пошла.

– Кто там? – спросила она.

– Можно Антона? – спросил мужской голос на чистом русском языке. – Скажите ему, что это Миша.

– Миша? – удивилась Юля и пошла докладывать мужу, что его желает видеть какой-то Миша.

Против ее ожидания муж вместо того, чтобы послать незваного гостя куда подальше, резво подскочил с постели, явно забыв про все свои амурные намерения. Натянул джинсы, футболку и отправился открывать дверь, оставив Юльку в спальне со словами:

– Детка, у нас разговор на пять минут. Раздевайся и ложись. Я скоро вернусь.

Юлька уже и не знала, недоумевать ли ей от появившихся вдруг у Антона странностей или махнуть на них рукой. Впрочем, выбора у нее не оставалось. Юлька улеглась в кровать, натянула на себя простыню и прислушалась к мужским голосам. Антон повел гостя на кухню, где явно кормил его остатками их ужина. И при этом они о чем-то увлеченно разговаривали, потому что муж не вернулся в спальню ни через пять, ни через шесть, ни через семь минут. А через десять минут уставшая от дневной жары Юлька уснула сама.

Проснулась она в четверть третьего от неясной тревоги. Мужа в постели не было. Юлька прислушалась, голосов в квартире тоже не было слышно. Она накинула на себя халатик и пошла искать мужа. Обошла всю квартиру, но ни мужа, ни его друга она так и не нашла. На кухне не обнаружила и рулетов, оставленных на завтра. Исчез муж, исчез завтрашний обед, и исчез некий друг Миша, которого Юля даже не разглядела. Но не успела Юлька толком забеспокоиться, как в двери повернулся ключ, и в дом вошел Антон.

– Ты встала? – удивился он.

– А ты уходил? – в тон ему спросила Юлька. – Куда?

– Проводил друга, – ответил Антон и зевнул. – Пошли спать.

В постели Антон наконец вспомнил, что он все-таки муж. Он с таким жаром принялся целовать жену, что Юльке уже было не до расспросов о таинственном Мише, который появился к ночи, съел весь их завтрашний обед и куда-то снова исчез. Юлька только порадовалась, что этот исчезнувший Миша не прихватил с собой еще и мужа, и на этом до утра успокоилась.

Но ранним утром ее снова разбудил звонок в дверь. Разозлившись, Юлька решила на него не реагировать. После бурной ночи открывать глаза, а тем более выбираться из постели не хотелось. Но гость попался настырный и звонить не переставал. Антон старательно делал вид, что спит, так что пришлось Юльке все же встать и идти открывать дверь. Сонно покачиваясь и почти не открывая глаз, Юлька ощупью добралась до двери, распахнула ее и только тут взглянула на пришедшего. У нее непроизвольно открылся рот, и Юлька завизжала.

И было отчего. Вместо добропорядочных соседей Антона, с которыми Юлька уже успела познакомиться, на нее смотрела черная рожа какого-то африканца. И добро бы просто африканца. В конце концов, к неграм Юле было не привыкать, их и в Питере полным-полно. Но то были цивилизованные негры, а сейчас перед Юлей стоял какой-то экзот с лицом, иссеченным татуировкой, и с перьями в курчавых волосах. Одет он был в какое-то странного вида одеяние, напоминающее дырявое байковое одеяло в коричневую и оранжевую полосы. Под одеялом на негре можно было рассмотреть потертые шорты, а в самом низу – кроссовки. Ему не хватало только копья в руках. Негр не успел даже сообщить о цели своего визита, как Юлька захлопнула дверь и помчалась к мужу.

– Вставай! – затеребила она его. – Там негр пришел!

– Какие негры в шесть утра? – сонно пробормотал Антон. – Что ты выдумываешь?

– Я ничего не выдумываю! – в отчаянии прокричала Юля. – Там за дверью стоит негр. Как он попал в дом, я не знаю. Должно быть, кто-то из твоих полоумных соседей, которые каждое утро бегают по парку, вышел из дома, а африканец проскользнул в открытую дверь. Антон, иди! Разберись, что ему нужно! Иначе я просто буду бояться выходить одна из квартиры.

К концу ее речи Антон продрал глаза и уставился на жену.

– Там действительно негр? – спросил он у жены.

– Угу, – кивнула Юля. – Думаешь, я шуточки шутить с тобой буду в шесть утра!

– От тебя не знаешь, чего ждать, – пробормотал Антон, заставив Юльку задохнуться от возмущения.

Можно подумать, это ей приходят таинственные письма, к ней по ночам ходят какие-то гости и к ней в квартиру в шесть утра ломится негр в байковом одеяле. Но Антон уже не слушал жену. Он встал и прошлепал к дверям. Юля прокралась за ним следом. Антон открыл дверь, вышел на площадку, потом вернулся обратно в квартиру и спросил у жены:

– Ну и что?

– Что? – растерянно спросила у него Юля.

– Зачем тебе понадобилось будить меня в такую рань? – спросил у нее Антон. – И к чему было придумывать такой идиотский предлог? Нет тут никакого негра.

Юля опасливо выглянула на площадку и собственными глазами убедилась, что негра и в самом деле, что называется, и след простыл.

– Ничего не понимаю, – растерянно сказала Юлька. – Но он же был! Я собственными глазами его видела!

– Милая, я не хотел тебе говорить, но вчера ты немножко перебрала, – ласково сказал ей Антон. – Ты бы поаккуратней с вином. Видишь, какие наутро последствия.

– Да при чем тут выпитое вчера вино! – взвилась Юлька.

Она хотела сказать Антону, что без малейшего ущерба для своего здоровья может выпить и в десять раз больше и гораздо более крепких напитков, чем его паршивенькое столовое винцо, но вовремя удержалась. Ни к чему ее добропорядочному мужу знать о ней такие подробности. Вместо этого Юлька сказала:

– Но ведь звонок в дверь был! Ты не мог его не слышать!

– Звонок был, – не стал отрицать Антон. – А вот африканца нет!

Юля еще раз оглядела площадку и была вынуждена признать, что татуированного африканца и в самом деле нет. Больше этим утром никто молодоженов не беспокоил. После завтрака Юлька осторожно опросила соседей, не видел ли кто из них в доме негра в одеяле в полоску и кроссовках на босу ногу. Но соседи лишь недоуменно качали головами и начинали смотреть на Юлю с какой-то опаской. Поэтому опрос пришлось прекратить, чтобы не запятнать свое доброе имя, а заодно и доброе имя Антона.

– А кто вчера к тебе приходил ночью? – спросила Юля у мужа, когда, открыв холодильник, она вспомнила, что обеда у них на сегодня нет. – Или ты будешь утверждать, что и твой ночной гость мне тоже почудился?

– Нет, – ответил Антон, – Миша и в самом деле приходил. Нам нужно было поговорить о работе. А он сегодня рано утром улетает. Вот и пришел ночью.

– А почему не позвонил предварительно? – спросила Юля. – Нас же могло не быть дома.

– Он мне звонил, – ответил Антон. – И мы с ним договорились.

Каким-то шестым чувством Юлька поняла, что ее муж ей врет самым наглым образом. Миша ему не звонил и о своем визите не предупреждал. Муж никого не ждал, это Юлька точно помнила, потому что иначе не стал бы Антон затевать с ней любовные игры, если бы знал, что кто-то к ним пожалует среди ночи в гости. Но возражать Юлька не стала, потому что никаких доказательств, кроме весьма косвенных, чтобы уличить мужа во лжи, не имела.

День, начавшийся так странно, продолжался в том же духе. Писем больше не было, зато начались звонки. К телефону подходила Юлька, и там вешали трубку. На мобильник Антону никто не звонил. Сначала это Юльку интриговало, но потом она выяснила, что мобильник мужа попросту выключен.

– У меня выходной, – заявил ей Антон, когда Юля поставила его перед фактом. – Имею право отдохнуть от всех дел.

Это Юлю ничуть не убедило. Раньше на ее памяти муж никогда не отключал свой мобильный. Все эти странности здорово нервировали Юльку. И чтобы ее успокоить, Антон повел жену в ресторан. Все равно обеда дома не было, а готовить его было слишком жарко. После ресторана они прогулялись, и тут Юлька снова увидела негра, причем ей показалось, что того же самого. Он мелькнул среди толпы прохожих. Мелькнул и пропал. Юлька решила ничего не говорить о своем видении мужу, чтобы не подвергаться новым насмешкам.

Сам Антон был необычайно задумчив весь день. Вечер и ночь, вопреки Юлькиным ожиданиям, прошли спокойно. Но рано утром, когда Антон уже уходил на работу, в дверь снова позвонили. На этот раз Антон стоял возле двери и уже держался за ручку, собираясь ее открыть. Поэтому супруги вздрогнули разом. Тем не менее Антон открыл дверь, и Юльке послышался его облегченный вздох.

– А, это ты! – сказал Антон на этот раз по-английски.

Юлька выглянула и увидела тщедушного человечка, загорелого почти до черноты.

– Познакомься, Юля, – сказал Антон, – это мой друг Вольф. Тот самый, который звал нас к себе за город. Помнишь, от него еще пришло письмо. И ты все меня пытала, кто это такой. Так вот, теперь ты своими глазами видишь моего друга. Волноваться нечего.

Но сам Вольф, кажется, так не думал. Он выглядел явно взволнованным. Войти в квартиру отказался. И Антон, которому все же нужно было идти к себе в офис, вышел из дома вместе с ним. Юлька в окно видела, как они садятся в новенькую «Ауди» ее мужа и уезжают. Днем муж позвонил Юле с работы, спросил, все ли у нее в порядке и не произошло ли еще чего-нибудь экстраординарного. И хотя муж спрашивал вроде как в шутку, его звонок снова взволновал начавшую уже успокаиваться Юльку.

Чтобы успокоить нервы, Юлька решила пройтись по магазинам. Обычно это средство действовало безотказно. Но на этот раз помогло слабо. Юлька не переставала тревожиться. Промотавшись по магазинам битых три часа и ничего не купив, Юлька вернулась домой, чтобы успеть приготовить Антону ужин. Она вошла в квартиру, отнесла покупки на кухню, потом приняла душ и вошла в спальню, чтобы переодеться. Потом вспомнила про кулинарную книгу, которую притащила с собой из Питера, и отправилась за ней в гостиную. Войдя в комнату, Юлька дико заверещала. Прямо в центре комнаты на светлом ковре лежал попугай. Дохлый!

Юлька кинулась к телефону, чтобы позвонить мужу, но того в офисе не оказалось. Его мобильник не отвечал, а сослуживцы ничем не могли помочь крайне взволнованной супруге их начальника. Они попросту не знали, где он.

– Господин Антон ушел из офиса полтора часа назад. Сказал, что неважно себя чувствует и едет домой, – проинформировала Юльку секретарша Антона – сухая вобла, с которой Антон познакомил Юльку сразу же после переезда в Берлин.

– Проклятие! – прорычала Юлька, повесив трубку.

За полтора часа Антон в любом случае мог добраться до дома. Обычно он добирался и за полчаса. Короче говоря, к пяти его дома не было. Утром Антон чувствовал себя превосходно, да и около полудня ни словом не обмолвился, что нездоров. Так где же он?! Юля села на диван и уставилась на дохлого попугая, пытаясь понять, каким образом птица могла очутиться в их квартире.

Окна исключались. Перед уходом Юля специально проверила их по укоренившейся еще с детства привычке. Точно так же, как она всегда проверяла, выключены ли свет и вода. Окна были закрыты, это Юля помнила точно. Она еще раз обошла всю квартиру и проверила окна. Нет, все они по-прежнему были закрыты. Если бы не это, то можно было бы предположить, что птица влетела в квартиру, ударилась о стекло и рухнула на ковер умирать от сотрясения мозга.

На всякий случай Юлька осмотрела попугая. Издалека, разумеется. Никаких травм головы видно не было. А вообще-то, это была большая и красивая птица с зеленым оперением на крыльях и хвосте, серой в крапинку головой, оранжевым брюшком и зеленой грудкой. Юльке никогда даже в зоопарке не приходилось видеть таких птиц, из чего она заключила, что попугай какой-то редкой породы. Но этот вывод никак не проливал свет на то, как дохлый попугай оказался у них в квартире.

– Осмотреть замки, что ли? – в тоске спросила у себя Юлька.

Но и замки были в порядке. Юлька могла бы их и не осматривать, будь с ними что-то не то, вряд ли она не заметила бы этого, входя в квартиру. Оставалось последнее предположение. Попугая купил и принес в квартиру Антон, чтобы порадовать жену. Потом он ушел, например, за клеткой или за кормом для птицы, а попугая, который оказался один в незнакомом месте, хватил удар.

Юля снова позвонила Антону на мобильник, но ей никто не ответил. Телефон был выключен. Юлька выразительно вздохнула и принялась ждать Антона, сидя в гостиной и не сводя глаз с мертвой птицы, словно ожидая, что та вот-вот очухается. Готовить ужин у Юли не было решительно никакого настроения. Трогать птицу она тоже не решалась. Так и сидела, пока не вернулся Антон. Пришел он не в пять, а почти в шесть часов. Часовое опоздание было не в привычках педантичного Антона. А чтобы он предварительно не позвонил и не предупредил жену о том, что может задержаться, такого вообще в их супружеской жизни еще не случалось.

– Антон, – кинулась к мужу Юлька, – у нас в гостиной лежит мертвая птица!

Антон, который как раз собирался запечатлеть на щечке жены нежный поцелуй, так и замер со сложенными в трубочку губами.

– Птица? – наконец произнес он дрогнувшим голосом. – Какая еще птица? Ты имеешь в виду курицу? Да?

– Нет, не курица, а попугай, насколько я разбираюсь! – воскликнула Юлька. – Зеленый, с серой головой и оранжевым брюшком. Я выходила в магазины, вернулась, а он лежит у нас на ковре. Но ты лучше посмотри сам, а то потом будешь уверять, что ничего не было, а мне все приснилось.

Антон кинулся в гостиную, Юля поспешила за ним. Увидев попугая, муж, несмотря на золотистый загар, покрывавший его лицо, побледнел.

– Откуда тут взялась эта гадость? – пробормотал он, запинаясь.

– Вот и я хочу у тебя спросить о том же! – ответила Юля. – Это не ты его принес?

– Я?! – с каким-то оттенком ужаса в голосе воскликнул Антон. – С какой стати?

– Ну, я подумала, что ты хотел сделать мне подарок.

– Что за бред?! – возмутился Антон. – Зачем мне дарить тебе дохлого попугая?

– Я подумала, что, когда ты принес его к нам, он был еще жив, – пробормотала Юля. – А потом сдох от тоски и одиночества. Или от стресса.

– Ни живого, ни мертвого попугая я в дом не приносил, – отрезал Антон, с отвращением глядя на ковер и мертвую птицу на нем.

– А где ты был? – спросила у него Юля. – Я звонила тебе в офис. Мне сказали, что ты уехал почти три часа назад. Ты всегда приходишь к пяти, а сейчас уже шесть.

– Я задержался, потому что бронировал билеты для нас с тобой, – произнес Антон, все еще не в силах оторвать взгляд от попугая.

Зато Юлю эта новость заставила забыть про птицу.

– А куда мы едем? – с интересом спросила у мужа Юля. – И когда?

– Мы не едем, а летим. И вылетаем уже через четыре часа. Так что собирайся. А мне нужно выйти и купить кое-что в дорогу. Не беспокойся, я куплю все в ближайшем магазине. Так что скоро вернусь и помогу тебе со сборами.

И он исчез, прежде чем Юля успела уточнить, куда же они, собственно говоря, летят. И надолго ли? И почему такая спешка? И главное, какие вещи ей брать с собой: для теплой погоды или для более сурового климата? К тому же Антон убежал, не забрав с собой дохлую птицу, и Юлька провела полтора часа, мечась по квартире и старательно обходя при этом гостиную.

Через полтора часа Юлька собрала те вещи, которые ей приглянулись. И только тут спохватилась, что Антон до сих пор не вернулся. Глянув на часы, Юлька ужаснулась. Если вылетать они должны были в десять, то сейчас часы показывали половину восьмого. А ведь им еще предстояло добраться до аэропорта, зарегистрироваться на свой рейс и успеть поставить машину на стоянку.

Поэтому Юля быстро привела себя в порядок и пошла за Антоном. Она плохо себе представляла, что такое сложное можно выбирать целых полтора часа в магазине, когда нужно собираться в дорогу. В ближайшем магазине Антона не оказалось. Впрочем, это был продуктовый магазин. А продуктов у них в доме и так было предостаточно. Поэтому Юлька отправилась в следующий, а затем еще в один. Потом она побежала в другую сторону от дома. Но и в тех магазинах Антона не было. Продавцы хорошо знали своих постоянных покупателей, в том числе и Антона. И дружно уверяли Юльку, что сегодня ее муж к ним не заходил.

В полном расстройстве Юля вернулась домой, где ее никто не ждал, кроме дохлого попугая. Муж так и не возвращался. А часы показывали уже начало девятого. Юлька сбегала на стоянку, где Антон обычно оставлял свою машину. Машина стояла на месте, но без мужа. К десяти часам Юльке стало совершенно ясно, что с мужем что-то случилось. Явно нехорошее. Потому что такие шутки были совсем не в духе Антона.

К этому времени Юля уже так перенервничала, что какая-то дохлая птичка не могла ее больше волновать. Юлька уселась на кожаный диван, с ненавистью уставилась на попугая, словно это птица была виновата в исчезновении ее мужа, и зарыдала. Вся ее такая благополучная и спокойно-размеренная жизнь летела ко всем чертям, а Юлька решительно ничего не могла сделать, чтобы этому помешать.

## Глава 2

Маришу, которая спокойно спала у себя дома, разбудил телефонный звонок. Она протерла глаза и сняла трубку. Сначала она ничего не могла понять из-за помех на линии. Потом сообразила, что это вовсе не помехи, а кто-то пытается с ней поговорить, захлебываясь от рыданий. Звонок был международный, и Мариша терпеливо принялась ждать, когда можно будет вставить хотя бы слово. Наконец ей это удалось, и она спросила:

– Алло, кому вы звоните?

Рыдания стихли, и в трубке повисла пауза. Насладившись тишиной, Мариша снова спросила:

– Кто это? Алло?

– Это я, Юля, – пробормотала трубка знакомым голосом.

– Господи! – испугалась Мариша. – Что с тобой? Ты чего, плачешь?

– Угу, – ответила трубка, и из нее донеслись новые всхлипывания.

– Юлька, не реви, – попыталась вразумить подругу Мариша. – Расскажи все толком. Вы что, поссорились с Антоном?

В ответ Юлька разразилась такой длинной и путаной тирадой, что Мариша просто испугалась, в уме ли вообще ее подруга.

– Подожди, подожди! – остановила она Юлю. – Какие дохлые попугаи? Какие негры в одеяле? При чем тут чьи-то волосы в конверте и машина Антона на стоянке? Машина его – дело десятое. Где сам Антон? Ты ведь из-за него ревешь? Где он?

– Он исчез! – наконец получила Мариша из трубки более или менее внятную информацию.

– Так, – сказала Мариша. – Исчез. И давно?

– Уже пошли третьи сутки, – сказала Юля. – Он пропал в понедельник вечером, а сейчас четверг, утро.

– Третьи сутки мужа нет дома, а ты мне только сейчас звонишь? – возмутилась Мариша.

Впрочем, она тут же спохватилась, что несправедлива к Юле. Мариши самой не было дома почти трое суток. Она отдыхала на даче у своего старого друга. Прекрасно и с пользой провела время, не бывая трезвой ни единой минуты, так как ее друг и вся его компания просто не понимали, как это можно отдыхать всухую. В конце концов такой отдых стал сказываться на Маришином здоровье. И она поняла, что пора возвращаться домой, что и сделала вчера поздно вечером.

– Мариша, я ничего не понимаю, – продолжала жаловаться Юля. – И мне страшно. Антон сказал, что идет в соседний магазин, вышел в одних брюках, даже пиджак не надел. И с тех пор я его не видела. Ни в какой магазин он не заходил. Я обежала все ближайшие супермаркеты, там Антон и не появлялся. Мариша, а что, если его похитили?

– А что на работе у Антона? – спросила Мариша. – Ты туда не звонила?

– Ты что, меня совсем за идиотку держишь? – возмутилась Юля. – Конечно, я позвонила уже во вторник прямо с утра. Они спросили, как здоровье господина Антона и скоро ли он сможет выйти на работу.

– А ты что?

– Я соврала, что у мужа острый приступ холецистита, – сказала Юлька. – Не знаю, почему я так сказала. Просто ничего другого мне в тот момент в голову не пришло. Теперь они мне звонят каждый день, требуют, чтобы я дала трубку Антону, потому что у них там что-то не состыковывается и какие-то бумаги они найти не могут.

– Бумаги? – заинтересовалась Мариша. – А что, и бумаги пропали?

– Нет, бумаги они потом в конце концов нашли, – ответила Юля. – Но сам Антон пропал!

– Это я уже поняла! – сказала Мариша. – А в полицию ты обращалась?

– Нет, – ответила Юля.

– Это зря, – сказала Мариша. – Сходи, а то потом тебя же обвинят в исчезновении мужа. Не можешь ведь ты вечно притворяться, что Антон болен. В конце концов его коллеги или друзья все-таки прорвутся к вам в дом и поймут, что Антоном там и не пахнет. Понимаешь, что это будет значить для тебя?

– Ой! – ужаснулась Юля. – Они уже сегодня пытались взять штурмом нашу дверь. Я притворилась, что никого нет дома.

– Кто это «они»? – немедленно спросила Мариша.

– Вообще-то сегодня приходила она одна, – сказала Юля. – Они – это я для красного словца прибавила.

– И кто «она»?

– Секретарша моего мужа, – ответила Юля. – Страшная мымра. Сразу говорю, что смотреть там не на что. И у Антона с ней ничего быть не могло. Она сказала, что ее послали коллеги, узнать, как здоровье их дорогого шефа. И знаешь, она в руках держала корзинку с фруктами.

– Значит, пока они там, на работе, тебя еще ни в чем не подозревают, – решила Мариша. – Это для тебя хорошо. В общем, иди немедленно в полицию и расскажи все, как было. Прямо сегодня и иди.

– И про негра рассказать? – спросила Юля. – И про попугая?

– Нет, вот про это, пожалуй, не стоит, – сказала Мариша. – А про письма и этого Вольфа расскажи. В конце концов, твой Антон, может быть, просто загулял со старым приятелем. Знаешь, выпили по бутылке, потом еще по одной, и понеслось-поехало.

– Антон не такой! – возмутилась Юля. – Он не пьет. То есть почти не пьет. Ну, бокал вина за ужином.

– Ты не знаешь алкоголиков! – возразила Мариша. – Они месяцами могут маскироваться, а потом – бац! И у них запой на месяц.

– Нет, нет, – запротестовала Юлька. – Тут что-то другое. Я чувствую. Все эти загадочные письма с предупреждениями или даже угрозами, отрезанная прядка волос, негры в шесть утра, ночные визиты каких-то подозрительных типов. Нет, Антон недаром последние дни ходил словно сам не свой. С ним что-то случилось. Иначе он бы уже дал о себе знать.

– Этих мужиков не разберешь, – попыталась утешить подругу Мариша. – У меня был один тип, так он исчез, ни слова мне не сказав. Причем его документы, деньги и одежда остались у меня. Я обзвонила всех его друзей и морги, но нигде мне ничего внятного сказать не смогли. Я уже своего милого почти похоронила и начала потихоньку тратить его деньги, как вдруг он является и говорит, что его загребли по подозрению в совершении грабежа, месяц продержали как бомжа, а потом все-таки выпустили. И знаешь, что самое мерзкое? Он потребовал, чтобы я вернула ему те деньги, которые уже успела истратить. Ну, не свинья ли?

– Действительно, свинья, – вынуждена была согласиться Юля.

– Он же совершенно не учитывал того стресса, который мне пришлось пережить, когда я мысленно его уже похоронила, – продолжала негодовать Мариша, которой эта история, видимо, все еще не давала покоя. – Он же мне все-таки был не чужим человеком. Мы полгода прожили вместе.

– А потом? – невольно заинтересовалась Юля.

– Потом я его выгнала, – заявила Мариша. – И деньги вернула. Решила, что раз он такой меркантильный клоп, то ни с деньгами, ни без денег он мне не нужен.

– А мне-то что делать? – простонала Юля. – Мне-то выгонять некого!

– Можешь сама уехать, – сказала Мариша. – Это будет самым правильным.

– Мариша, я тебя не узнаю! – возмутилась Юля. – Как ты можешь советовать уехать от мужа, когда его, возможно, похитили? И в данный момент пытают разными способами.

– Я же не сказала категорически, что ты должна уехать, – возразила Мариша. – Я всего лишь посоветовала, что для тебя было бы самым безопасным.

– Я не уеду, – вздохнула Юля.

– Я так и знала, – тоже вздохнула Мариша. – Ну что же, тогда жди меня завтра или самое позднее послезавтра. И обязательно позвони мне вечером, чтобы я, по крайней мере, знала, что полиция тебя не арестовала по подозрению в убийстве собственного мужа.