# Наркомутация

Владимир Григорьевич Колычев

## Часть первая

### Глава первая

Роме весело. Анекдоты травит.

– …Летчик говорит, у меня все отлично. Жена в Ялте летом отдыхает. Моряк – у меня тоже все на мази. Моя половина в Сочах спину греет. А мент почесал затылок и говорит, а моя, мол, ни по каким югам не шляется. Я с ней сам сплю…

– А в ухо? – уныло спросил Саня.

– Или в глаз… – вторил ему Эдик.

В другое время они бы посмеялись. Но не сейчас. Пикантность анекдота состояла в том, что и у Эдика, и у Сани жены как раз на юга отправились. С детьми в Сочи, в санаторий. Эдик и Саня на хозяйстве остались. В режиме «временный холостяк». Неплохой режим, если разобраться. Сегодня вечером Эдик у Сани гостит, завтра наоборот. Квартиры у них в одном доме – в прошлом году новоселье справили. И Рома рядом живет – в однотипной двенадцатиэтажной «свечке». Потому и заглянул к ним сегодня на огонек. Все хорошо, только анекдот не в тему. А может, в тему?..

– Эй, мужики, что за наезд? – скорее в шутку, чем всерьез оскорбился Рома. – Юмора не понимаете, да?..

Эдик отмахнулся от него, как от назойливой мухи.

– Я за свою Веру уверен… – невесело сказал он.

– И моя Ленка скорее в гроб ляжет, чем под кого-то… – угрюмо кивнул Саня.

– Вот за это и выпьем. – Рома потянулся к бутылке.

– Нет, – покачал головой Эдик. – Много пить нельзя…

– На службу завтра, – согласился Саня. – Пораньше спать надо лечь. И без обуви…

– При чем здесь обувь? – не понял Рома.

– А я заметил, как в обуви спать ложусь, так голова с утра раскалывается…

Развить пьяную тему друзья не успели. Помешал звонок в дверь.

– Кого там нелегкая принесла? – поднялся со своего места Саня.

Он вышел в прихожую, глянул в дверной «глазок». Какой-то мужик. Высокий – не ниже метра восемьдесят. Породистое лицо, благородная седина в волосах. Что-то знакомое…

Саня напряг память. Вспомнил. Да это же сосед. Этажом ниже живет. Виделись с ним несколько раз. Обычно у этого типа видок еще тот. Важный, как индюк. На иномарке крутой разъезжает. А сейчас он какой-то поникший – глаза к полу придавлены, на губах виноватая улыбка.

Саня открыл дверь.

– Чего? – спросил не то чтобы грубо, но и не вежливо.

– Извините, что побеспокоил… – замялся мужик. – У меня к вам дело…

– Ну?

– Насколько я знаю, вы милиционер.

– Допустим.

– Мне нужна ваша помощь.

– Вообще-то, я не на службе, – помрачнел Саня.

– Да я понимаю…

– Ну раз понимаешь, тогда заходи.

Не на пороге же с человеком о деле разговаривать. А в дело он уже ввязался. Они с Эдиком, конечно, не Чип и Дейл, но в помощи нормальным людям не отказывают.

Он провел незваного гостя на кухню. Усадил на табурет. Сам остался стоять. Взял сигарету, закурил.

– Давай, выкладывай…

– Мне нужен ваш совет, – заискивающе посмотрел на Саню мужик.

– Для начала, как зовут?

– Меня?.. Семен…

– Ну так что у тебя, Семен, стряслось?

– Пока ничего… Но может… Понимаете, я человек холостой. Иногда нуждаюсь в женщине. А тут понимаете ли… В общем, я позвонил по одному телефону. И через час мне должны привезти женщину…

– А я здесь при чем?..

– Боюсь я…

– Чего? Триппера?..

– Если бы… Я в газете недавно про клофелин читал. В общем, знаю, что есть девочки по вызову, которые могут клиента усыпить, а потом обчистить его до нитки…

– Запросто, – вместо Сани ответил Эдик.

Он уже стоял на пороге кухни. За ним маячил Рома. Не сидится им в комнате за столом. Любопытствующие элементы…

– А по какому телефону звонил? – спросил Рома. – Какая фирма?..

– А-а, вот, – Семен достал из кармана газетную вырезку. – Названия у фирмы нет. Но вот номер телефона…

Какое-то время Рома изучал текст объявления.

– Я вообще-то не эксперт по этим делам, – тихо, для своих, проговорил он. – Но скажу, что это какая-то левая фирма, – заключил он. – Не наша, не битовская. Или, скажем так, нами не утвержденная…

– Так в чем же дело? – пожал плечами Эдик. – Утвердим…

Он вопросительно посмотрел на мужика.

– Засаду у тебя на дому надо устроить… Стол накрываешь?

– Какой разговор!..

– Тогда приглашай в гости.

Как Саня и ожидал, Эдик согласился помочь соседу. Пришлось им собираться в гости к Семену.

– Я пас! – отказался Рома. – Мне домой пора. Рита заждалась…

В прошлом году он женился. На таежной красавице из родных краев. Сейчас Рита уже на сносях.

В гости к соседу отправились вдвоем. Саня и Эдик. Квартира у Семена неплохая. Двухкомнатная, повышенной комфортности. Мебель дорогая, бытовая техника в полном комплекте. Только как-то неуютно здесь. Не хватает женской руки. Чувствуется – закоренелый холостяк в этих апартаментах обитает.

Семен накрыл стол на кухне. Осетринка, икорка, водочка – запотевшая бутылка настоящей «Смирновки». Будто заранее приготовился дорогих гостей встречать. В холодильнике Саня заметил бутылку шампанского. Это для других гостей – женского полу. В гостиной у него тоже стол приготовлен. Для путаны.

– Знаете, чем восемнадцатилетняя мисс от сорокалетней миссис отличается? – разливая водку по рюмкам, спросил Семен.

– Ну? – подбодрил его Эдик.

– Восемнадцатилетней надо сказки рассказывать, чтобы уложить в постель. А сорокалетняя сама будет сказки рассказывать, чтобы тебя в постель уложить…

– Ну, той, которую ты ждешь, сказки не нужны, – усмехнулся Саня.

– Разве что «зеленая» сказка про дядю Франклина, – хмыкнул Эдик. – Слушай, а почему ты решил, что тебя клофелином травить будут?

– Да я, это, – замялся Семен. – Еще вчера по этому телефону звонил. Какая-то жаба ко мне приползла. Лет сорока. Сказки мне рассказывать начала…

– Чтобы в постель тебя уложить…

– Нет, сама в постель не лезла. И не миссис она, а мадам. Короче, не тот случай. Девочку свою предлагала. Спрашивала, какой суммой я располагаю. Ну, я сказал, что штук десять есть, в баксах. Глаза у нее загорелись, нечистый какой-то огонь. Я еще вчера мог согрешить. Да на сегодня это дело отложил. Вас вот позвал…

– Правильно сделал, – кивнул Эдик. – Предусмотрительный ты мужик…

«Очень предусмотрительный», – мысленно добавил Саня.

К тому времени, как позвонили в дверь, они успели принять на грудь дважды по пятьдесят капель. Можно было и больше, но ведь они не на пьянке, а как бы в засаде.

Эдик спрятался в шкафу – как он только туда со своими габаритами вместился. Саня нашел убежище за тяжелой портьерой в спальне. Они слышали, как Семен принимал гостью. Он провел ее в гостиную, усадил за стол. Но не слышали, чтобы кто-то обследовал комнаты. Обычно девочки по вызову являются на квартиру к клиенту в сопровождении громилы-сутенера. Тот должен осмотреть апартаменты на предмет наличия посторонних в доме – чтобы на толпу девочку не оставить.

Семен с подружкой сели за стол. Было слышно, как хлопнула пробка – шампанское разливалось по бокалам. Затем послышался шум шагов – это Семен отправился в туалет. Все в соответствии с планом.

Он вернулся за стол. Минуты через три послышался сдавленный вскрик.

– Нет!..

– А я сказал, пей! – жестко настаивал Семен.

– Не хочу!

– Почему?

Ответ на этот вопрос был подмешан в бокал с шампанским, от которого так открещивалась девочка. Она была в панике – ее замысел раскрыт. Но настоящий ужас обуял ее, когда в гостиную вошли Саня с Эдиком.

Семен внял их совету. После того, как вернулся из сортира, он на глазах у шлюхи поменял бокалы местами. И предложил ей выпить из своего. Та отказалась – ясно почему.

Девчонка имела бледный вид. Казалось, сейчас бухнется в обморок.

– Ну что, киска, доигралась? – будто с жалостью к ней покачал головой Саня. – А знаешь, сколько тебе годков за клофелинчик светит?..

Эдик ничего не сказал. Всего лишь развернул свои «корочки».

– Ох, только не это! – закатила глазки путана.

Ее лицо пошло чахоточными пятнами.

– Раньше надо было думать…

– Это не я… – заскулила она.

Казалось, девка сейчас упадет перед Эдиком на колени и начнет целовать ему ноги.

– Это они… Это все она. Маруся, гадина… Я не хотела. Не хотела я. Они заставили…

– Хватит визжать, – поморщился Саня. – Давай обо всем коротко и по порядку…

– Ну это, Маруся говорит, «кошелек», мол, появился. Пойдешь, мол, «забойщицей»… Я не хотела. Честное слово, не хотела. Но она заставила. И Колян круто наехал…

– Колян? Кто такой? Сутенер?..

– Ну да…

– Ладно, разберемся… А срок тебе все равно светит. Даже если тебя силой заставили… За решетку хочешь?

– Нет!

– Тогда придется отработать…

– Конечно, я с радостью! – ожила путана.

И начала расстегивать кофточку.

– Вы как, по очереди или все сразу?..

– Блядь ты, – скривился Эдик. – И мысли у тебя блядские…

– Нам твой передок ни к чему, – покачал головой Саня. – Номер отработаешь – подельникам своим подыграешь. Поняла?

– Н-не очень…

– Сейчас поймешь…

Саня объяснил ей, что нужно делать.

– Сделаешь все, как надо, можешь рассчитывать на помилование, – сказал он. – Нет – пеняй на себя…

– Я сделаю все, как надо! – заверила его путана.

– Какой условный сигнал? – спросил Эдик.

– Погасить и зажечь свет на кухне. Три раза…

Эдик отправился на кухню. Шесть раз щелкнул выключателем.

– А ты спать ложись, – Саня показал Семену на диван. – Спи и ни о чем не думай… Все будет о'кей!

Спектакль был разыгран по его сценарию. Минут через пять после условного сигнала путана открыла дверь в квартиру. Сама вернулась в гостиную. А Саня с Эдиком скрылись в спальне. Еще через некоторое время в квартиру вошли двое. Он и она. «Мадам» Маруся и сутенер Коля.

– Ну что? Все в порядке? – вкрадчиво спросила женщина.

– Спит, – коротко ответила девка.

– Где бабки, не знаешь? – спросил парень.

– Он не говорил…

– Плохо. Придется искать…

Женщины занялись гостиной, парень зашел в спальню. Сначала обследовал ящики трюмо, затем полез в платяной шкаф. Саня из-за портьеры видел, как он смело распахивает створки.

– Здесь ничего нет, – услышал он грубый голос Эдика.

Парня как парализовало. Он ошалело смотрел на появившегося Савельева. И даже не дернулся, когда тот сгреб его в охапку и сбил на пол.

Саня также покинул свое укрытие. И широким шагом ринулся в гостиную. А там полная воровская идиллия. Хозяин квартиры в «отключке». А воровка Маруся беззастенчиво потрошит его закрома.

– У меня в кармане посмотрите, мадам, – посоветовал Саня.

Женщина дернулась, развернулась к нему лицом. Ну и образина. Баба Яга во плоти. Только клыков до подбородка не хватает и нога самая обыкновенная – не костяная. Зато бесовского огня в глазах с избытком. И лапы с когтями уже выставила. Обороняться готовится. Или даже нападать. Точно, нападать…

Будто гадюка в его сторону метнулась. Саня едва успел увернуться от броска этой карги. Не без труда он перехватил ее когтистые лапы, вывернул их наизнанку. Сбил бабу с ног, прижал к полу коленкой.

– Семен, давай ремень или веревку, – велел он. – Жаль, наручники из дому не прихватил.

Сосед в момент «проснулся». Начал стягивать с себя ремень.

– Сука! Тварь! – зарыдала «мадам». Ненавидящий взгляд устремлен на «девочку». – Продалась, шкура!.. Удавлю, падла!..

– Попытка ограбления – раз, – начал перечислять Саня. – Оказание сопротивления работникам милиции при задержании – два. А теперь вот три – угроза убийства. Боюсь, мадам, дела ваши очень плохи…

– Менты! Козлы! Чтобы вы все сдохли!..

Она изрыгала из себя проклятия до тех пор, пока Саня не затолкал ей в рот сразу несколько салфеток. Кляп вышел что надо.

Эдик справился с сутенером. Вызвал наряд. «Бабу Ягу» и «Соловья-разбойника» вывели из дому, затолкали в подъехавший «луноход».

– Давайте их в «аквариум», – велел сержанту Саня. – До утра. А там решим, что с ними делать…

Машина уехала. Саня и Эдик поднялись в квартиру к Семену. Там их ждал не только он, с ним и девочка-путана. Ее трогать не стали. Как-никак содействие оказала.

– Завтра к одиннадцати явишься в ОВД «Битово», – строго предупредил ее Саня. – Спросишь майора Кулика. Вопросы?.. И не вздумай исчезнуть, из-под земли достану…

– Да нет, я все понимаю, – робко кивнула девчонка. – Явлюсь, не исчезну… А сейчас уходить?..

– Ну да…

– А может, я могу вам чем-нибудь помочь?

– Чем, например?

– Хотите, я вам станцую? Хотите стриптиз?..

А посмотреть в ней есть что. Смазливая девчонка. Фигуристая – крутобедрая, длинноногая. Груди будто маленькие арбузики из-под кофточки проглядываются. А потом, Саня холостяк. Равно как и Эдик… Но нет, не та ситуация. Степан Круча орлами их называет, это да. Но не стервятниками – нет.

– Гуляй, девочка, – подтолкнул ее к двери Эдик. – Сделай так, чтобы я тебя до завтрашнего утра не видел…

Девка исчезла. Но перед этим как-то странно обвела их всех троих взглядом. Саню, Эдика и Семена. Уж не за педиков ли их принимает?.. Впрочем, Сане все равно. За годы ментовской службы он привык игнорировать и едва уловимые намеки в свой адрес, и откровенную грубость.

– По сто граммов? – спросил сосед.

Он был явно доволен. Хотя чему радоваться? Не окажись эта девка клофелинщицей, он бы сейчас секс-удовольствие получал. А так одни хлопоты… Но ведь доволен…

– Не, – покачал головой Саня. – Мы домой пойдем. Завтра утром на службу…

– Сам же работки подбросил, – будто сокрушенно развел руками Эдик. – С разбойниками с большой панели завтра разбираться будем…

Сокрушаться нечего. Случай с клофелинщиками – это не абы что, а раскрытое уголовное дело, «палка» для отчетности. От подполковника Хлебова благодарность, а может, даже сто рублев премии. Будет на что телеграмму в Сочи отбить. «Дорогая, с путанами не вожусь. Люблю только тебя…»

### Глава вторая

– Это ты правильно сделал, – кивнул Корж.

Пупс отошел от двери в квартиру напротив. Только что заклеил смотровой «глазок» жвачкой.

Леньчик тихонько достал из кармана ключи. Один сунул в нижнюю замочную скважину, второй – в верхнюю. И одновременно прокрутил их по часовой стрелке – по два оборота каждый. Все, дверь открыта.

– Отлично, братан, – едва слышно похвалил его Корж.

И первым вломился в квартиру. В холле темно. В комнатах тоже. Только на кухне свет. И дверь из ванной открывается, сноп света падает в холл. Женщина выходит. Полотенцем прикрывает интересные места.

– Кто там? – испуганно спрашивает она.

– Сто грамм! – хохотнул из темноты Корж.

Он знал, где находится выключатель. На ощупь нашел его. Зажег свет в холле. Предстал перед купальщицей во всей своей красе. А парень он знатный. Девчонки от него тащились. Гирляндами на шею вешались.

Только эта бикса в восторг не пришла. А, наверное, Леньчика и Пупса испугалась… А может, их всех троих?..

– Убирайтесь! – взвизгнула дамочка.

– А если нет? – снова хохотнул Корж. – Милицию вызовешь?..

– Да!

– А ху-ху не хо-хо!..

Корж подошел к Марине Петровне – так звали женщину. Резким движением руки сорвал с нее полотенце. Оставил ее в чем мать родила. За что схлопотал пощечину. Хорошо, когтями ему в лицо не вцепилась…

– А сдачи? – спросил он.

И съездил ей кулаком по скуле. Как ни странно, дамочка удержалась на ногах. И даже замахнулась для удара.

– Сволочь! – забилась она в истерике.

На этот раз Корж ударил со всей силы. Одним кулаком под дых, вторым в челюсть. Баба слетела с копыт. Грохнулась на пол, собралась в комок. Забилась в беззвучном рыдании.

– Кто первый? – спросил Корж.

Фигурка у дамочки что надо. Под сорок ей. Но выглядит на тридцать, не больше. Кожа свежая, упругая. Корж просто не мог удержаться от соблазна. Он не дал подельникам и рта раскрыть. Сам себе ответил:

– Придется мне…

Схватил женщину за волосы, затащил ее в комнату, разложил на ковре. Навалился на нее, подмял под себя. Та не сопротивлялась. Все правильно, если насилуют – расслабься и получай удовольствие…

И Корж получал удовольствие. Все то время, пока его дружки рыскали по квартире в поисках ценных вещей. Краем глаза он видел, как Леньчик пакует в узлы столовое серебро, хрусталь. Все правильно, так и надо…

Наконец он разрядился. Слез с женщины.

– Давай, Леньчик, твоя очередь…

Дамочка пошла по кругу. А для чего, собственно, созданы женщины, как не для этого дела?.. Корж развеселился. И вдруг вспомнил, что она в доме не одна. Сын у этой бабы. Девять лет ему.

Детскую он нашел без труда. Пацан сопел в две дырки. «Пусть спит», – решил Корж. Трогать его не имело смысла. Он вышел из комнаты и на всякий случай заблокировал дверь. На руках у него перчатки – можно не бояться, что останутся «пальчики».

Корж вернулся в гостиную. Трудяга Леньчик «пахал» дамочку в поте лица. Та была в сознании. Но не сопротивлялась. И удовольствия не получала. Глаза закрыты, голова безвольно свернута набок, трясется в такт движениям.

Пупс копошился на кухне.

– Бабки нашел? – спросил его Корж.

– Не-а… Все обыскал…

На кухне полный кавардак. Дверцы шкафчиков и шкафов – настежь, крупы, сахар, соль – все это высыпано на пол.

– Странно, он же говорил, что бабки на кухне. – Корж озадаченно почесал затылок.

– Может, перепрятала? – спросил Пупс.

– Все может быть… Ладно, ты дальше здесь шустри, а я бабу колоть буду. Кстати, как тебе телка?..

– Кайф!..

– Тогда готовься.

– Давно готов.

Корж дождался, когда Леньчик разрядится. Стащил его обмякшее тело с Марины Петровны. Вылил ей на лицо стакан холодной воды.

– Где бабки?

Она открыла глаза.

– Какие бабки? – спросила тускло.

– Баксы, доллары…

– У меня нет денег, – едва слышно ответила она.

Казалось, дамочка вот-вот потеряет сознание.

– А сын у тебя есть? – жестко спросил ее Корж.

Он знал отличный способ, как привести ее в чувство. И точно, женщина ожила. Встрепенулась, попыталась подняться с пола. Корж едва успел поставить ей ногу на грудь – оставил лежать. И Леньчик уже очухался. Сел ей на ноги.

– Что с Митенькой? – задергалась она.

– Пока ничего, – утешил ее Корж.

Вынул из кармана нож-«выкидушку». Щелкнуло лезвие. В глазах женщины вспыхнул панический ужас.

– Но может случиться… Люди мы серьезные, так что советую шутки с нами не шутить…

– Уроды вы! – зло процедила сквозь зубы баба.

– А ты шлюха запаханная! – вызверился на нее Корж. – Бабки где? Последний раз спрашиваю!

– На балконе… Только Митеньку не троньте…

И точно, на балконе под кучей старья нашлась коробка с деньгами. Тридцать пять тысяч долларов, как с куста.

Корж распихивал деньги по карманам. И злорадно смотрел на женщину.

– Пацана твоего мы не тронем. А вот ты держись… Пупс!..

Пупс не заставил себя ждать. Вытащил свою штучку и полез на бабу. Только та словно и не почувствовала этого. Будто куклу драл Пупс. Как неживая сотрясалась она в такт его движениям, отрешенно смотрела в потолок.

Выражение ее глаз не изменилось, даже когда Пупс разрядился в нее.

– Ты кончил? – спросил его Корж.

– Ага! – в кайфе осклабился тот.

– Баба жива. А говоришь, кончил…

– Так это…

– Короче, давай кончай. Бабу кончай…

– А чего сразу Пупс? Чуть что сразу Пупс…

– Мочить ее надо, понял? Нельзя жалеть… Короче, я сказал, давай! – надвинулся на него Корж.

Но Пупс не остался на месте – подался назад. Боится на мокрое дело подписываться.

– Я и без того много сделал…

Аргумент весомый. И чтобы не накалять обстановку, Корж должен был отступиться от Пупса. И Леньчика трогать не надо. Придется самому. Чтобы дело сделать, а заодно авторитет свой поднять.

Но одно дело грабить и насиловать, совсем другое – убивать… Только оставлять дамочку в живых нельзя. Иначе всех сдаст…

– Козлы! – Корж обвел взглядом своих дружков и встал на колени перед истерзанным женским телом.

Взял нож в две руки, высоко вознес его над головой. Главное – набраться решимости…

Корж боялся убивать. В душе поднялась буря протеста. К горлу подкатывала тошнота. Мышцы отказывались повиноваться ему. Он физически не мог убить. Но, как ни странно, он уже знал, что сможет сделать это. Сможет.

### Глава третья

Подполковнику Круче не терпелось устроить допрос. С пристрастием или без – неважно. Лишь бы подчистую расколоть разбойничков с большой панели. Вполне может быть, за ними числится не одно лихое дело.

Вся прелесть в том, что за клофелинщиками гоняться не надо. В отделе они, в кутузке. Саня с Эдиком вчера постарались. Бери их за шкирку и тащи в кабинет на допрос…

Степан уже собирался дать соответствующую команду, когда в дверь постучались. Всунулась кислая физиономия оперативного дежурного.

– Степаныч, тут это…

Физиономия стала еще кислее.

– В общем, труп у нас криминальный, на Садовой… Надо выезжать…

На улице весна, май. Только не совсем та погода, которая радует. Солнце еще три дня назад сделало всем ручкой-лучиком. И затерялось за густыми свинцовыми облаками. Третий день дожди. Промозглый ветер, сыро, слякотно. Нет никакого желания куда-то ехать. Так бы и просидел весь день в своем комфортном кабинете. Но деваться некуда, нужно выезжать на место преступления.

Ровно через четверть часа Степан со своей командой входили в квартиру дома на Садовой улице.

– Дом элитный, – заметил Саня. – Его два года назад германская фирма по спецзаказу построила…

«Странно, – подумал Степан, – дом-то элитный, а консьерж на входе не предусмотрен. И замок на двери в подъезд самый обыкновенный – кодовый. Ни домофона, ни камеры наружного слежения. А номер кода, как обычно, гвоздиком на железной двери нацарапан».

– И квартирка элитная, – добавил Эдик. – Тысяч на двести в долларах тянет…

Посреди просторной гостиной на толстом ковре лежала обнаженная женщина. В груди у нее торчал нож. Точно в сердце вошел клинок. Там и остался. Поэтому крови было мало.

В дверях комнаты стоял участковый. Как часовой на страже. Никого в комнату не впускал. И правильно делал. Степана он бы пропустил. Но Круче хватило того, что он увидел с порога. И не надо подходить к трупу до появления экспертов. А они уже на подходе…

Похоже, сначала женщину изнасиловали. А потом уже убили. В квартире учинили форменный погром. Беспорядок страшнейший. Преступники вынесли из дома все, что можно. Тумбочка, где должен был стоять телевизор с видео, пустовала. Хорошо, хоть холодильник на кухне оставили.

– Ну, рассказывай, – обратился Степан к участковому.

Совсем еще молодой младший лейтенантик. Но брови хмурит по-взрослому, взгляд серьезный, сосредоточенный.

– Я мимо дома проходил, в отдел шел. А тут женщина какая-то из подъезда выходит. Так, мол, и так, на третьем этаже в шестой квартире труп. Естественно, я бегом сюда. В отдел позвонил, в «Скорую»…

– Значит, соседи труп обнаружили. Как?..

– У покойной сын есть. Преступники его не тронули, но дверь в его комнату закрыли, стулом заблокировали. Мальчишка проснулся, стал дверь открывать, да не получается. Ну, кричать стал. Мать сначала звал, потом просто завыл. Всех соседей переполошил… А дверь в квартиру открыта была. Преступники не закрыли. Соседи без труда вошли, а тут такое…

– Где сейчас мальчишка?

– У соседей, в квартире напротив. Ему дверь открыли, но в комнату, где мать лежит, заглянуть не дали. Сразу и увели.

– Он что, еще ничего не знает?

– Получается, так… Может, догадывается…

– Ладно, разберемся… «Скорую» ты, говоришь, вызвал?

– Вызвал. Только врачи еще не подъехали. Вы быстрее оказались.

– А вот и эскулапы, – объявил Рома.

В квартиру входили врач и медсестра. Только помощь их не понадобилась. Можно было и не подходить к телу женщины, чтобы констатировать смерть. Но врач все же подошел, сделал заключение – летальный исход.

– Примерное время гибели определить можете? – спросил его Степан.

– Вообще-то, я не спец по этому делу. Но все же…

Какое-то время врач изучал тело. Определял температуру, заглядывал в закатившиеся глаза.

– Точно сказать не могу. Но примерно… Смерть наступила мгновенно, от проникающего ранения в сердце. Наступила она где-то от десяти часов вечера до двух часов ночи…

Врача «Скорой помощи» сменили судмедэксперты, прибывшие с криминалистами. Они установили более точное время смерти. Женщина умерла между одиннадцатью и двенадцатью часами ночи.

– Мы вчера в это время клофелинщиков брали, – вроде как ни к селу ни к городу сказал Эдик.

– Неважно, кто и чем занимался вчера ночью, – покачал головой Степан. – Важно, кто чем займется сейчас… Кулик, Лозовой, Савельев, давайте на отработку жилого сектора. Соседей расспросите – что, где да как. Не буду учить, сами все знаете…

Опера они крученые, жизнью и начальством битые. За таких не двух, а десятерых небитых дают. Саня и Рома еще до приезда криминалистов начали опрос соседей. Тех, которые обнаружили труп. Сейчас же для полноты картины нужно было опросить всех, кто жил в подъезде и даже в доме напротив. Работа муторная, нудная. Такая же рутинная и скрупулезная, как у криминалистов, которые уже раскрыли свои ящички, достали кисточки и баночки со спецсоставом. Но без такой работы нельзя.

Федот уже занялся мальчишкой, сыном покойной. Осторожно, аккуратно беседует с ним. Степан не прочь был принять участие, но боялся помешать. Комов и без него справится.

Сам Степан обследовал входную дверь. Дверь тяжелая, бронированная. Два замка – самые обыкновенные «французы». Хоть и прочная конструкция, но можно было бы поставить что-нибудь более навороченное. Сейфовый замок или «тач-мемори» с электронным считывателем кода.

Он осмотрел скважины замков. Ни единой царапины – следы взлома отсутствовали. Если разобраться, то женщине, пожалуй, не помог бы самый совершенный замок. Потому что она сама открыла преступникам дверь. Или – второй вариант – у преступников были ключи от квартиры. Отсюда вывод. Либо женщина хорошо знала своих убийц, доверяла им. Либо те слишком хорошо знали ее. Смогли вытащить у нее ключи, снять слепки и сделать дубликаты.

– Марину убили… Вот козлы… – услышал Степан чье-то злое шипение.

Он обернулся и увидел позади себя какого-то крутого мэна. В меру упитанный, в меру накачанный. Джинсы, рубаха, кожаная жилетка – все дорогое, из модных магазинов. Короткая стрижка, запах высокосортного мужского одеколона. В руке барсетка с ключами и документами на машину – наверняка на «мерс». В общем, не бедствует дяденька.

– А вы кто будете? – спросил его Степан.

– Я-то? – Челюсти мэна заходили, как жернова на мельнице, желваки заиграли. – Я-то Игорь. Игорек Варенец. Меня тут все знают…

– А-а, – с видимым почтением протянул Степан. – Слыхал, слыхал…

Врал, конечно. Но надо доставить человеку удовольствие. Расположить к себе. Вдруг перед ним ценный свидетель? Надо, чтобы раскрылся, как цветок навстречу пчеле.

Мужик на самом деле поплыл от удовольствия. Как же, он Игорек Варенец, которого все знают.

А может, он не просто свидетель. Может, даже убийца. Ведь убийцы часто возвращаются на место преступления. Под видом соседей или случайных прохожих.

– Вы что-то насчет Марины говорили, – напомнил ему Степан.

– А, ну да, – спохватился Варенец. – Я ее сосед, двумя этажами выше живу. Такая женщина клевая была…

– Почему была?

– Как почему? – опешил Игорек. – Ее же это… Ну, сами знаете…

– Ничего я не знаю…

– Эй, ты это чего?.. Да уже весь дом знает, что Маринку грохну… ну в смысле убили… А ты сам-то кто будешь?..

– Слесарь из ЖЭКа, замки вот починить надо…

– А я тебя за мента принял, – пренебрежительно выпятил губы Игорек.

Надо же, перед каким-то слесарюгой распинался… Только переживания Варенца на этот счет нисколько не волновали Кручу. Его интересовала реакция на другое.

– А замки-то не сломаны. – Рентгеновский взгляд впился в Игорька, просветил глаза, душу. – Целые замки, говорю. Преступник своим ключом дверь открыл. Или хозяйка ему открыла?.. Или преступник не один был. Сколько их было?..

Варенец ошалело уставился на Степана. Захлопал глазами. Лицо затвердело, как кусок резины на пятидесятиградусном морозе. На голове что-то зашелестело. Или волосы дыбом поднимаются, или мозговые извилины одна за другую цепляться стали.

– Эй, ты чего? – выдавил из себя Игорек. – Ты че несешь?.. Какие замки? Какие преступники?.. Я-то здесь при чем?..

«Ни при чем», – мысленно согласился Степан. Тест на вшивость Игорек прошел. Вряд ли этот тип причастен к убийству. Стрелка внутреннего интуитивного датчика не пересекла шкалу «виновен». А интуиция редко подводила Степана.

– Думаете, преступники своим ключом дверь открыли? – Натиск он все же не ослаблял. Продолжал давить Игорька.

– Да ничего не думаю… И вообще, дверь у нее гов… Дерьмо в смысле. Я ей говорил, давай, мол, я тебе настоящую дверь поставлю. С навороченными замками. И видеокамеру присобачу, на монитор выведу – чтобы все путем было…

– Вы говорили?.. А вы что, тоже слесарь?..

– Э-э! – с заискивающей улыбкой укорил его Игорек. – Тоже слесарь… Да я уже понял, кто ты. Никакой не слесарь. Ты мент… Ну, в смысле милиционер…

– Милиционер – это тот, кто бумажки с места на место перекладывает. А мент – это кто живым делом занимается. Или мертвым, – кивнул Степан в сторону трупа. – Значит, я мент. Подполковник Круча. Меня тут тоже кое-кто знает…

– А-а, Круча, – почесал затылок Варенец. – Слыхал, слыхал…

Уважения к Степану сразу прибавилось. Неудивительно. Может, не совсем скромно так думать, но в Битове Степан всех держал в кулаке.

– И я о тебе, Игорек, слыхал. Но кое-что подзабыл… Ты чем занимаешься? Бизнес у тебя свой?..

– Ага, бизнес. Прием и сбыт железного и цветного лома…

– Значит, это к тебе краденые кабеля, кастрюли алюминиевые приносят?

– Да не, начальник, какое краденое. У меня все чисто. Все законно…

Все законно. Только глазки у Игорька почему-то воровато забегали. И сам он напрягся.

– Я почему-то думал, что у тебя охранная фирма. С какой стати ты Марине дверь навороченную предлагал?..

– А-а, это… – расслабился бизнесмен. – Ну так это чисто…

Игорек замялся.

– Ну чего ты остановился? Продолжай. Сказал «а», говори «б»…

– Э-э, начальник, тут это… – Варенец демонстративно осмотрелся по сторонам. – Ушей, короче, много…

– Ну так давай на улицу выйдем, переговорим…

Игорек согласился. А куда ему деваться? Понял, что Степан с него не слезет, пока «б» не услышит.

Они вышли на улицу. Дождь как раз прекратился. Можно было под открытым небом стоять. Игорек потянул Степана подальше от дома.

– Жена у меня, – смущенно сказал он. – Никого не боюсь, отвечаю. А ее боюсь…

– А налево все равно тянет? – подозрительно посмотрел на него Степан.

Будто не уголовный розыск он сейчас представлял, а полицию нравов.

– Тянет, начальник, тянет, – раскаялся Игорек. – Это все он, Хрен Игоревич. Все его на чужих женщин кидает…

– И на Марину тоже, значит, тянуло.

– Еще как. Баба-то она холостая. И какая баба – сливки, пенка. Не поверишь, начальник, как увижу ее, так ноги судорогой сводить начинает. Хотел я ее, короче. Подкатывался к ней. Да только все мимо. Дверь предлагал установить. Чтобы, типа, к себе расположить. Да только и это не помогло…

– Женщина она вроде самостоятельная была. Хорошо жила. Состояние откуда?

– Так это ж, фирма у нее своя. Что-то с компьютерными технологиями связано, точно не скажу. Но бизнес процветал, все там на мази было. Крутая копейка в карман капала…

– Значит, не нужен ей был спонсор вроде тебя?

– Не-а, не нужен…

– И чисто как мужик ты ее не интересовал?

– Да нет, в принципе она бы и не против. Только был у нее мужик.

– А говорил, женщина она холостая.

– Ну, холостая. А мужика-то все равно хочется… Короче, спала она с одним…

– С кем?

– Ну так известно…

– Кому известно?

– Мне известно… Водитель у нее личный есть. Вернее, был… Или есть, а ее самой нет… Ну да это неважно… Короче, как звать его, не знаю, но на хату он к ней частенько захаживал. Иногда на ночь оставался…

– Иногда, говоришь… А если поточней?

– В каком смысле поточней?

– Сегодня ночью он у нее не ночевал?

– Чего не знаю, того не знаю… Я же за ней спецом не слежу… Жена моя если узнает, что я на нее запал, колотушкой по чайнику заедет. Она может…

– Резкая у тебя жена?..

Если мужа ударить может, то и соперницу свою по делам сердечным ножом пырнуть может… А почему нет?.. Вдруг прознала, что супружник к соседке клеится? Ну и поговорила с ней по душам. Нож-то в самую душу вошел…

Игорек подозрительно покосился на Степана.

– Эй, начальник, я тебя, конечно, уважаю. Но ты жену мою не тронь, а?.. Она у меня смирная. Мухи не обидит, отвечаю…

– А тебя по башке колотушкой огреть может?

– Ну я ж не муха…

– И Марина тоже вроде не муха.

– Да не, начальник, ты это брось. Моя Ксюха здесь ни при чем. Отвечаю… А потом, алиби у нее. Мы вчера с ней в казино рулетку крутили. Есть люди, подтвердят…

– Долго в казино были?

– До двух ночи… Начальник, не надо на мою Ксюху думать, а?..

Игорек нервничал. Понял, что зря на откровенный разговор со Степаном пошел. Надо его успокоить.

– Да ты не волнуйся. Я про твою жену для порядка спросил. А за информацию спасибо. Если вдруг попадешься, может, зачтется…

– Да ты что, начальник, какое попадешься, – задергался Игорек. – У меня все по закону. Никакого криминала…

– Ну раз так, можешь идти. Если вдруг что интересное вспомнишь, звони…

На всякий случай Степан обменялся с ним визитными карточками. Чтобы знать, по какому адресу повестку посылать. На этом и расстались.

### Глава четвертая

На улице снова дождь, опять пузырятся лужи. Снова кабинет. В нем все так же комфортно, уютно. И оперкоманда в полном составе. Каждый что-то в клюве принес. У каждого информация для общего мозгового штурма. Для начала нужно определить круг подозреваемых в убийстве гражданки Цыпиной.