Ханна Хауэлл
Невеста горца

Памяти Джойс Флаэрти – лучшему другу и лучшему агенту.

Но прошлое я нахожу в тебе. И все готов простить своей судьбе.

Шекспир, сонет 30

Пролог

Шотландия, 1465 год

– Сэр Эрик! Сэр Эрик!

Сэр Эрик Мюррей вздохнул и повернулся к худощавому мужчине, спешившему к нему через сад. А ему-то казалось, он нашел наконец в замке уединенное место, чтобы прочитать письмо из дома! Он хорошо относился к сэру Доналду, но ему решительно не нравилось, что он грубо нарушил столь редкую минуту покоя. Эрик выпрямился на каменной скамье, глядя на остановившегося перед ним сэра Доналда.

– Я не знал, что вы вернулись, – пробормотал сэр Доналд, вытирая со лба выступившую испарину. – Задание, с которым вас посылал король, оказалось не слишком сложным?

– Да, – коротко ответил Эрик. Он не мог понять, как его собеседнику стало известно о тайной королевской миссии.

– Король ждет вас. Он тоже не знал, что вы вернулись.

– Об этом знают не многие. Я был очень занят и хотел пару минут побыть один, чтобы прочитать новости из дома.

– Как поживает ваша супруга? Дети?

– Все хорошо, но я начинаю думать, что пора вернуться к ним, и не только потому, что я их люблю. Моя дочь Джиллианна вбила себе в голову, что должна навестить унаследованный ею замок. Моя жена не знает, как долго она сможет сдерживать эту упрямицу и удастся ли ей это вообще.

– О, какое совпадение! Король хочет обсудить с вами именно вопрос о землях, которые составляют приданое вашей дочери.

– Не думал, что кто-то знает о том, что она чем-то владеет. Мы старались не говорить об этом, уж во всяком случае, о том, где эти земли расположены.

– Большинство придворных уже знают об этом.

– Откуда?

Сэр Доналд нервно сглотнул. Это одно-единственное слово сэр Эрик произнес угрожающим тоном.

– Ну-у, трое лэрдов настойчиво спрашивали короля о замке, стоящем на этих землях. Их владения граничат с ним, но никто не знает, кто его владелец. Они выяснили, что это кто-то из вашего клана, но тамошний управляющий отказался отвечать на их вопросы. Король потребовал ответа у вашей жены и получил его. Король сообщил лэрдам, что это приданое вашей дочери и что она еще не замужем. – Он попятился, когда сэр Эрик вдруг резко встал, дрожа от гнева. – Сэр Эрик, все они рыцари, и у них есть земли. Не понимаю, почему вы против того, что бы выдать вашу дочь за одного из них.

– Да, я против! – холодно произнес сэр Эрик. – Я очень против. Во-первых, моя дочь должна выйти замуж по любви, как это сделал я, мои братья и большинство мужчин нашего клана. Во-вторых, мне не нравится, что эти рыцари охотятся за землями и пытаются получить их через мою Джиллианну. Кто-нибудь из этих рыцарей еще при дворе?

– Нет. Они пробыли здесь до тех пор, пока не узнали, кому принадлежит замок. Вас долго не было, поэтому они уехали. Один уехал поздно ночью, двое других – ранним утром следующего дня. Наверное, они планируют встретиться с вами позже. Возможно, будут просить руки вашей дочери.

– Ах так! Значит, они бежали, чтобы попытаться затащить мою дочь к священнику. – Сэр Эрик быстрым шагом направился в сторону дворца, сэр Доналд едва за ним поспевал. Эрик думал о своей похожей на мать рыжеволосой дочери Джиллианне, которую соседи могут принудить выйти замуж, польстившись на ее приданое. – Король напустил на Джиллианну стаю волков. Молю Бога, чтобы моя жена держала ее взаперти и не выпускала до моего возвращения.

Глава 1

Шотландия, 1465 год

– Не думаю, Джиллианна, что твоей матери это понравилось.

Джиллианна улыбнулась статному Джеймсу, ехавшему рядом с ней. Этот красавец с золотистыми волосами был для нее как родной брат, хотя женщина, которую он называл матерью, на самом деле приходилась ему теткой. Скоро он вступит в права наследства и станет владельцем Данкрейга, но Джиллианна знала, что, несмотря на расстояние, их сердца и души останутся неразлучны. Она знала также, что он не считает мудрым ее решение отправиться в принадлежавшее ей поместье.

– А этих проклятых кошек ты тоже взяла с собой? – пробурчал он.

– Конечно, ведь там могут быть крысы, – улыбнулась она.

Она наклонилась и нежно почесала за ушами двух кошек, Грязнулю и Драчуна. Драчун был огромным рыжим котом, полностью соответствующим своему имени: у него не было одного глаза и одного уха, а вся морда и тело были испещрены многочисленными боевыми шрамами. Грязнуля была милой кошечкой, ее шерсть была покрыта серыми, рыжими, белыми и черными пятнами. Она-то как раз совершенно не соответствовала своему имени с тех пор, как ее нашли и отмыли. Кошки повсюду путешествовали с Джиллианной в специальной корзине, притороченной к седлу. Эта троица не разлучалась на протяжении трех лет, с того дня как Джиллианна спасла животных из кишащего крысами подземелья в соседнем постоялом дворе. Кошки уже истекали кровью и были скорее мертвыми, чем живыми. Но с того момента, как она взяла их к себе, они каждый день исправно выполняли свою кошачью работу.

– Ты права, – кивнул Джеймс и протянул руку, чтобы погладить животных. Конечно же его грубые слова были не более чем шуткой. – В поместье не то что дома, в Дублине. Мы с мамой мало что смогли узнать о твоем новом замке. Единственное, что известно, – он в хорошем состоянии, но в любом случае там не помешает присутствие хозяйки.

– Поэтому я туда и еду. Земли принадлежат клану Макмилланов. Мой двоюродный дедушка – тоже Макмиллан – подарил мне замок и поместье.

– А я молюсь, чтобы там было удобно.

– Если там есть кровать, ванна и пища, то мне этого будет достаточно. Те удобства, к которым мы привыкли в Дублине, можно будет организовать позже.

– Да, конечно. – Джеймс с любопытством взглянул на нее. – Однако я не понимаю, почему ты с таким упорством стремишься туда попасть?

– Я и сама не знаю, – вздохнула Джиллиаина и пожала плечами. – Дом принадлежит мне, вот и вся причина. Он мой, и я хочу на него взглянуть.

– Вообще-то я тебя понимаю. Я тоже испытываю тягу к моим землям, хотя пока не могу там жить.

– Ждать осталось недолго.

– Да, совсем недолго. Но не думай, что я переживаю из-за этой задержки. Мне нужно пожить в Дублине, многому научиться, пообщаться с родственниками. Наш двоюродный брат прекрасно справляется с делами, и мне требуется время, чтобы дорасти до него. Неопытный лэрд не принесет моему клану никакой пользы. – Он нахмурился. – Интересно, как среагируют те, кто живет на твоих землях, когда ты приедешь и объявишь, что это твоя собственность?

– Мама тоже волновалась по этому поводу. Но мне кажется, что все будет в порядке. Там всего лишь небольшое поместье, где будут рады любому хозяину. Сейчас всеми делами занимается стареющий управляющий. Людей бросили на произвол судьбы, и они не знают, что ждет их в будущем.

– Тогда тебе и правда стоит туда поехать, – согласился Джеймс. – Почему-то мне кажется, что ты там и останешься.

Джиллианна снова пожала плечами, не удивившись тому, что он угадал ее мысли. Она действительно подумывала о том, чтобы остаться в принадлежавшем ей замке Алд-Дабач. Возможно, с улыбкой размышляла она, там будет нечто более интересное, чем просто «старая мера земли» – таково было название поместья. Джиллианна ощущала странное внутреннее беспокойство, которое не могла себе объяснить. Она очень любила свою семью, но родственники лишь усиливали это беспокойство. Возможно, если у нее появятся собственные земли, о которых нужно будет заботиться, она почувствует себя более полезной и сможет утолить снедавший ее внутренний голод.

Ей было трудно признаться в том, что существовала еще одна причина, по которой она тяготилась домом. Это было слишком похоже на зависть, но ей все труднее было находиться в окружении счастливых супружеских пар, смотреть, как ее двоюродные братья и сестры создают свои семьи. Рождение очередного племянника приносило ей радость и боль. Скоро ей исполнится двадцать один год, но еще ни один мужчина не взглянул на нее с интересом. Несколько посещений королевского двора также не помогли: Джиллианна убедилась, что мужчины вообще не считают ее привлекательной.

Временами она злилась на себя. Чтобы выжить, ей не требовался мужчина. Она прекрасно знала, что сможет жить хорошо и счастливо без мужа, однако мучительно жаждала любви, страсти и особенно детей, которых он мог ей дать. Каждый раз, наблюдая за своими женатыми и замужними кузенами и кузинами, подмечая ласковые взгляды, которыми обмениваются супруги, она говорила себе, что такое счастье ей не требуется, но не могла заставить себя не желать именно этого.

– Если ты спрячешься там, то как же ты найдешь себе мужа? – вдруг спросил Джеймс.

Джиллианна едва удержалась, чтобы не сбросить его с лошади.

– Меня это не волнует. Если на свете существует моя половинка – а я все больше убеждаюсь, что ее нет, – то этот человек сможет найти меня там так же легко, как в Дублине или при королевском дворе.

Джеймс поморщился и запустил руку в волосы.

– Это звучит так, словно ты решила сдаться. Элспет и Эйвери было столько же, сколько тебе сейчас, когда они нашли себе мужей.

– Нет, они были моложе меня. Кроме того, мне кажется, они иногда позволяют себе интересоваться не только своими мужьями, – не смогла сдержать улыбки Джиллианна. – Не беспокойся обо мне. Мои кузины встречали своих суженых в самых неожиданных местах. Может быть, и мне повезет. – Джиллианна выехала из небольшой рощи и воскликнула: – О, вот и оно! Мой замок и мои земли.

Алд-Дабач представлял собой высокую каменную башню, к которой было пристроено два крыла. Замок, стоявший на вершине холма, был окружен высокой каменной стеной и был хорошо защищен. Небольшая деревушка, прилепившаяся сбоку, выглядела очень опрятной. Раскинувшиеся вокруг поля были возделаны или использовались для выпаса скота. Под холмом бежал узенький ручеек, воды которого сверкали в лучах заходящего солнца. Очень милое место, решила Джиллианна и направила свою лошадь прямо к воротам.

– Надежное место – заметил Джеймс, стоя рядом с кузиной на крепостной стене.

Та рассмеялась и кивнула:

– Да, очень надежное.

Во время ужина они почти не говорили о делах. В замке было чисто, но не хватало элементарного уюта, например, скатертей на столах. Это было неудивительно, так как в Алд-Дабаче жили в основном мужчины. Женщин было мало: две пожилые жены охранников и еще двенадцатилетняя девочка, дочка повара. Управляющему, сэру Джорджу было уже шестьдесят лет; он плохо видел и слышал. Большинство охранников были мужчинами средних лет. Похоже, подумала Джиллианна, что Макмилланы отсылали в Алд-Дабач пожилых и… увечных, добавила она про себя, взглянув на двух хромых юношей, работавших на конюшие. Это лишний раз утвердило ее во мнении, что поместье представляло собой довольно мирное местечко. Пятеро мужчин, которые сопровождали ее в поездке, были молодыми и сильными. Обитатели замка встретили их с нескрываемой радостью.

– Думаю, твоим сопровождающим нужно ненадолго остаться здесь, – прошептал Джеймс. – Это порадует местных девушек.

– Это точно, – усмехнулась Джиллианна. – Недаром к ужину в зале появилось так много служанок. Видимо, они заметили, как мы приехали.

– И бегом бросились сюда. Судя по всему, молодых мужчин здесь не хватает, – вздохнул Джеймс. – Думаю, здесь не трудно найти себе жену, тем более что местные девушки не обращают внимания на такую ерунду, как хромота. У них просто нет выбора.

– Некоторым хромота не мешает. – Она кивнула в сторону мужчины, прохромавшего в сторону конюшни, – Я видела, как он с женой отправился в деревню. Служанки смотрели на него так, словно он самый красивый, сильный и смелый мужчина на земле.

– Значит, я ошибся.

– О, ты надеялся, что в людях возобладала доброта?

– В твоей доброте я никогда не сомневался.

– Однако в отношении некоторых моя доброта не только хромает, она просто падает навзничь, – проворчала Джиллианна, и Джеймс громко рассмеялся.

Он обнял сестру за плечи и поцеловал в щеку.

– Просто ты видишь слишком много и умеешь сделать выводы.

– У меня это получается само собой. – Она задумчиво посмотрела куда-то в темнеющую даль. – Мне кажется, это неплохо. Это может предупредить об опасности. Элспет говорит, что можно научиться не чувствовать других, но у меня не получается. Я могу не обращать внимания на обычного, заурядного человека, но если что-то в нем вызывает мое любопытство или настороженность, мне достаточно взглянуть на него, чтобы понять, что именно меня насторожило. Элспет просто видит вещи, а я чувствую их. Элспет хорошо распознает ложь, страх или опасность. Ну, а я… скажем так, для меня пребывание в наполненной людьми комнате превращается в настоящую пытку.

– А я и не знал об этом. Должно быть очень трудно постоянно погружаться в чувства других.

– Это касается не всех людей. Я не всегда могу прочитать твои мысли и мысли большинства членов моей семьи. Самое неприятное – это почувствовать ненависть. Отвратительное ощущение. Страх тоже неприятен, иногда он даже оглушает. Бывает, я проношусь мимо некоторых мест, просто повинуясь своим чувствам. И только потом, когда страх уходит, я осознаю, что уловила чужой испуг.

– Элспет чувствует то же самое?

– Почти. Она говорит, что ее дар более тонкий, словно аромат, висящий в воздухе.

– Хорошо, что я не наделен подобными талантами.

– У тебя есть другой дар, Джеймс, – утешила кузена Джиллианна, похлопав его по плечу.

– Да? – Он подозрительно взглянул на нее. – И какой же?

– Ты можешь заставить женщину почувствовать себя как в раю. Об этом говорят все девушки.

– Камерон прав, – хмыкнул Джеймс. – Тебя действительно слишком мало пороли в детстве.

– Ха! Можно подумать, я боюсь этого человека! Он уже лет восемь бормочет свои пустые угрозы.

– И тебе они нравятся.

– У него огромный опыт, которым я восхищаюсь, – пояснила она.

– А что ты чувствуешь здесь, Джилли? – вдруг спросил Джеймс. – Нам нужно чего-то бояться?

– Нет, хотя я научилась не рассматривать слишком пристально всех встречных людей. Этот дар не проклятие. Наши люди понимают мой дар, потому что многие тоже обладают различными дарами. – Она облокотилась о каменную стену и окинула взглядом свои земли. – Сейчас мне спокойно, я ощущаю мир и удовлетворение. Но я испытываю какое-то ожидание, которое слегка пугает меня. Мне кажется, я правильно поступила, что приехала сюда. Это место или, может быть, эта земля кажутся мне родными.

– Твои родители будут опечалены, если ты решишь остаться.

Джиллианна вздохнула.

– Ты прав, – кивнула она, – но они меня поймут. Думаю, именно поэтому мама пыталась не пустить меня или хотя бы задержать в Дублине до возвращения отца. Я не хотела расставаться с ними, сомнения терзали меня и по дороге сюда. Но как только я въехала в эти ворота, я поняла, что поступила правильно. Я должна быть здесь. Не знаю, почему и как долго это продлится, но теперь эта земля станет моим домом.

– Тогда ты должна остаться. Такие чувства не возникают без причины.

Она коротко улыбнулась ему. Джеймс не обладал ни одним из тех странных даров, которыми обладали многие женщины клана Мюрреев, но он и не был их родственником по крови. Однако его сила заключалась в умении сочувствовать и в легкости характера. Он никогда не расспрашивал о дарах других, но никогда и не сомневался в них. Пожалуй, Джиллианне больше всего нравилось в нем то, что он был обычным человеком, не наделенным сверхъестественными способностями. А еще она очень редко могла уловить его мысли и чувства. Рядом с ним она испытывала такой комфорт, какого не испытывала ни с кем другим.

– Думаю, здесь тебе жениха не найти, – продолжал он. – Сама видишь – здесь мало мужчин.

– Да, – ответила она, – но это не важно. Их достаточно для защиты, если возникнет такая необходимость.

– Я говорю не о защитниках или работниках. Здесь ты не выйдешь замуж.

У Джиллианны возникло желание дать ему пощечину за такое откровенное изложение очевидного. Действительно, здесь было выбирать не из кого, а, по мнению сэра Джорджа, наносить визиты соседним лэрдам также не стоило. Хуже всего было то, что Джордж был явно рад тому факту, что она не будет общаться с соседями. Любые межклановые связи были чреваты возникновением слухов и ненужной напряженности. А так не будет врагов, правда, не будет и друзей, то есть женихов. Джиллианне было ненавистно думать, что испытываемое ею умиротворение связано не только с окружающими ее землями, но и с тем, что теперь она была уверена – отныне ее жизнь изменится и она станет кем-то большим, чем просто тетей Джилли, перезревшей тетей Джилли, стареющей тетей Джилли, старой каргой Джилли.

– Это не важно, – отмахнулась она с нарочитым легкомыслием. – Для счастья мне мужчина не нужен.

– Разве ты не хочешь наследников? Чтобы получить их, тебе потребуется муж.

– Нет, хватит и любовника. – Увидев, что Джеймс шокирован ее словами, она едва сдержала смех. – А еще я могу воспитать здешних детей, чтобы они стали хозяевами на земле, – поспешила добавить она. – Или подобрать брошенных ребятишек, которых полно на улицах городов и деревень и которым требуются любовь, забота и дом.

– Да, но это не то же самое, что собственные дети.

– Ты прав, но так и будет, если я никого не встречу. Джеймс, не переживай из-за меня. Я сама способна позаботиться о своем счастье. Конечно, самый лучший вариант – это любящий муж и дети, но я смогу наслаждаться жизнью и без них. По правде говоря, я уехала из дома еще и потому, что мне надоело объяснять это всем и каждому. Забота родных обо мне начала мне надоедать.

– Прости, – пробормотал Джеймс. – Кажется, я тоже не оставался в стороне?

– Иногда. Кроме того, я боялась показать свою зависть. Хотя мне больно находиться вдали от семьи, но если мне суждено остаться одной, то пусть это случится далеко от дома. Я хочу жить своей жизнью, а не слоняться по дому унылой старой девой, раздражая окружающих. Лучше пусть меня навещают, чем дают мне приют.

– Джилли, неужели ты думаешь, что кто-то из родственников будет плохо с тобой обращаться? – изумленно спросил он.

– Не нарочно, – без колебаний ответила она. – Они так счастливы со своими семьями, мужьями, детьми, что, вполне естественно, хотят того же и для меня. Поэтому они знакомят меня с мужчинами, везут меня в королевский дворец, ласково советуют сменить одежду или прическу. Мне уже почти двадцать один год, – пожала она плечами. – С годами их тревога о моем будущем и забота обо мне будут становиться все настойчивее. – Она взяла его под руку и направилась к крутым ступенькам, ведущим вниз. – Пойдем посмотрим, что за кровати нам приготовили. Сегодня был очень длинный день.

Джеймс промолчал, хотя Джиллианна чувствовала, что он хочет ей что-то сказать. Скорее всего он хотел ее ободрить, но не смог придумать ничего подходящего. То же самое было и с другими родственниками, и именно поэтому она тяготилась их обществом. Каждый раз семья невольно унижала ее, задевая ее чувства.

Готовясь ко сну, она принялась обдумывать те изменения, которые следует сделать в спальне. В этом доме для нее найдется много работы, и она думала об этом с удовольствием. Эти земли – ее будущее, ее настоящая жизнь. Может быть, ей даже удастся найти мужа…

С трудом забравшись на высокую кровать, она вздохнула и залезла под одеяла. Джиллианна подозревала, что главной причиной отсутствия у нее поклонников было ее слишком хрупкое телосложение. Она была очень худа, невысокого роста и практически лишена привлекательных женских выпуклостей. Мужчинам нравится, когда у женщины на костях есть хоть немного плоти.

Неожиданно кошки тоже залезли к ней в постель. Грязнуля свернулась у нее возле груди, Драчун пристроился за спиной. Джиллианна закрыла глаза, наслаждаясь исходящим от них теплом. Если бы только мужчин можно было удовлетворить так же легко, как кошек… Теплое место для сна, полный желудок, немного ласки – и они уже довольны. Ее кошкам было все равно, что у нее маленькая грудь, острый язык и дар распознавать ложь. Ей был нужен мужчина с простыми запросами, который сможет ее понять. Такой мужчина существовал в ее снах, но Джиллианна не хотела думать, что это единственное место, где она может его встретить.

Глава 2

– Они скоро будут здесь.

Джиллианна взглянула на Джорджа и бросила по кусочку сыра Драчуну и Грязнуле, сидевшим под столом. Она была настолько поглощена размышлениями о том, что нужно сделать в ее новом доме, что не заметила появления управляющего. Худощавое лицо Джорджа было встревоженным.

– Джордж, кто «они»? – спросила она, продолжая играть с кошками: теперь она заставила Грязнулю встать на задние лапы, чтобы получить кусочек курицы.

– Соседи, – проворчал Джордж.

– Какие соседи?

– Те трое, которых мы никогда не видели и не хотим видеть.

– А-а, те лэрды.

– Очень скоро они постучат в ваши ворота.

– И я должна буду им открыть?

Джордж тяжело вздохнул и пожал узкими сутулыми плечами.

– Удивительно, миледи, что они приехали, хотя раньше никогда нас не посещали. Да, бывало, они время от времени пересекали наши земли, но не более того. Недавно они прислали мне письмо, в котором спрашивали, кому принадлежит замок. Я ответил, что Макмилланам. После этого от них не было вестей, и я решил, что новость оставила их равнодушными. Поэтому я спрашиваю себя – почему теперь? Почему они приехали?

– Хороший вопрос, – кивнула Джиллианна. – А так как они единственные, кто может на него ответить, то им его и надо задать.

– Впустить их?

В голосе Джорджа прозвучал неприкрытый страх, но Джиллианна предпочла не обращать на него внимания.

– Только трех лэрдов, без охраны и оружия. Если они просто пришли поговорить, то согласятся на мои условия.

– О, это хороший план.

– Пусть сэр Джеймс будет рядом с вами, – добавила она.

– Это тоже очень хорошо, – кивнул управляющий и вышел из зала.

Джиллианна понимала опасения Джорджа: старый управляющий знал, что трое лэрдов вполне могут привести с собой небольшую армию, способную взять штурмом Алд-Дабач.

В зал вошла Мэри, и Джиллианна велела девочке проследить за тем, чтобы гостям подали еду и напитки. Всего за несколько часов пребывания Джиллианны в Алд-Дабаче Мэри сумела доказать, что может стать прекрасной помощницей, несмотря на свой юный возраст. Не сомневаясь, что ее приказ выполнят в точности, Джиллианна вернулась мыслями к своим незваным гостям.

Было невозможно что-то спланировать заранее, так как она никогда не видела этих трех людей и не знала, с какой целью они к ней явились. Поэтому она решила исполнить роль хозяйки как можно лучше, вести себя с достоинством, но без показной враждебности. Она выпрямилась в кресле, надеясь на то, что никто из гостей не заметит, что ее ноги не достают до пола. Услышав звук приближающихся шагов, она повторила себе, что Алд-Дабач принадлежит только ей.

Джеймс ввел в зал трех мужчин, за которыми следовали двое вооруженных людей Джиллианны. Позади процессии украдкой пробирался Джордж, который сразу попытался спрятаться за створкой двери. Гости мельком взглянули на нее, затем окинули взглядом комнату, надеясь увидеть здесь хозяйку замка, и снова повернулись в ее сторону. Двое из них, среднего роста, откровенно ахнули, третий, самый высокий, скептически приподнял бровь.

– Милорды, я приветствую вас в Алд-Дабаче, – с достоинством произнесла Джиллианна. – Я леди Джиллианна Мюррей. Прошу вас, входите и садитесь за мой стол. Сейчас принесут угощение и напитки.

Черноволосый лэрд первым сделал шаг вперед и поклонился:

– Я сэр Роберт Далглиш, владелец Данспира и земель, граничащих с вашими на востоке и на юге.

Он сел справа от Джиллианны, оставив место для Джеймса, который поспешил присоединиться к сестре.

Следующим вперед вышел коренастый рыжеволосый человек. Он отвесил небрежный поклон, как будто склониться в настоящем поклоне было для него оскорбительно.

– Я сэр Дэвид Гоуди, владелец Абервеллена, граничащего с вами на западе и юге.

Он занял место напротив сэра Роберта, однако ни на секунду не спускал взгляда с Джеймса.

Затем вперед медленно вышел высокий мужчина и, коротко поклонившись, произнес:

– Я сэр Коннор Макенрой из Дейлкладача. Я владею остальными землями, граничащими с вашими.

Он сел слева от Джиллианны.

Мэри и ее братья, исполнявшие роль пажей, внесли угощение, что дало Джиллианне немного времени, чтобы собраться с мыслями. От мужчин исходили волны напряжения и агрессии, и Джиллианне пришлось собрать все свои силы, чтобы им противостоять. Однако это ясно говорило о том, что соседи не слишком рады ее появлению в Алд-Дабаче. Она хотела немедленно потребовать от них объяснений, но это лишь показало бы ее слабость и неуверенность в себе. Она сделала глоток вина и постаралась выглядеть такой же спокойной, как Джеймс.

Сэр Роберт показался ей довольно приятным человеком. Его элегантный поклон, вежливые слова и та быстрота, с какой он преодолел свое первое изумление, говорили о том, что он не раз бывал при королевском дворе и знает, как себя вести в любой ситуации. Сэр Дэвид вызывал у нее настороженность. Он, похоже, не считал ее вправе занимать кресло хозяйки замка. Джиллианна почувствовала, что сэру Дэвиду вообще претит мысль о том, что женщина может владеть землей или еще чем-то, представляющим ценность. Если сэр Роберт был галантен, то сэр Дэвид скорее выглядел неотесанным воякой. Конечно же, это был слишком упрощенный подход, но Джиллианна могла использовать его до тех пор, пока не узнает мужчин получше. Однако больше всего ее занимал человек, сидевший слева. Когда она смотрела на него, то не чувствовала ничего, кроме настороженности, которую казалось он испытывал в отношении двух других лэрдов. Джиллианна не была уверена, что чувствует именно это; возможно, на такую мысль ее натолкнул напряженный взгляд, который он не сводил с Роберта и Дэвида. В ее сторону он почти не смотрел.

Но она не осталась равнодушной, увидев его. Возможно, это было связано с его огромным ростом или с тем, что сэр Коннор был потрясающе красив. Высокий, широкоплечий, мускулистый молодой человек был силен и одновременно грациозен. Его густые волосы цвета спелой ржи волнами спускались на плечи. Красоту его не портили даже длинный шрам, идущий от левого глаза через всю щеку и заканчивающийся у левого уха, множество более мелких шрамов на лице и сломанный нос. Красиво очерченные темные брови оттеняли невероятной голубизны глаза, спрятанные под длинными черными ресницами. От одного взгляда этих глаз сердце Джиллианны начало биться сильнее. Она посмотрела на его руки с длинными изящными пальцами и заметила еще несколько шрамов, выдававших в нем бывалого воина, несмотря на относительно молодой возраст.

– Итак, вы претендуете на Алд-Дабач, не так ли? – требовательно поинтересовался сэр Дэвид.

– Да, это мое поместье, – спокойно ответила Джиллианна. – Его подарил мне в качестве приданого родной брат моего деда, и это было очень любезно с его стороны.

– Приданое девушки должно принадлежать ее мужу. Вы замужем или помолвлены?

– Нет. – Джиллианна с трудом заставила себя быть вежливой, отвечая на этот вопрос. – Мой двоюродный дедушка заверил меня, что мне не нужен муж, чтобы вступить во владение Алд-Дабачем. Это моя земля, – добавила она, делая ударение на втором слове.

Когда сэр Дэвид в ответ усмехнулся, ей захотелось ударить его, но Джеймс быстро положил руку на ее сжатый кулак.

– Вам нужен муж, – объявил сэр Дэвид, – и именно поэтому мы приехали к вам сегодня.

– Чтобы найти мне мужа?

– Нет нужды никого искать. Мы можем жениться на вас.

– Все трое? Не думаю, что церковь одобрит ваше решение.

Слева послышался сдавленный смешок, но Джиллианна не рискнула отвести взгляд от сэра Дэвида, так что ей оставалось только гадать, кто из мужчин развеселился.

– Вы должны выбрать одного из нас.

От серьезности тона, с каким сэр Дэвид заявил об этом, Джиллианна едва не засмеялась. Сэр Роберт тоже смотрел на своего соседа так, словно не мог решить, смеяться ему или взять да и ударить глупца. Джиллианна покосилась на сэра Коннора и отметила, что он пристально смотрит на нее.

– А зачем мне это делать? – удивленно спросила она.

– Женщина не может сама владеть землей, – заявил сэр Дэвид. – Ей нужен мужчина, чтобы всем управлять.

– Миледи, – быстро вмешался в разговор сэр Роберт, не давая ей возможности ответить сэру Дэвиду, – конечно же, мой друг должен был выразить это в более мягкой форме, однако в его словах есть доля истины.

Джиллианна подумала, что, похоже, сэр Роберт пытается перетянуть ее на свою сторону, но его попытка не увенчалась успехом.

– Миледи, времена нынче беспокойные, – продолжал сэр Роберт. – При угрозе нападения каждый клан должен иметь возможность себя защитить. Возможно, вы достаточно умны и уверены, что сможете управлять поместьем, но война – это мужское дело.

– Я прекрасно все понимаю. Именно поэтому я чувствую себя здесь в безопасности в качестве хозяйки. Кроме того, мне помогают мой кузен, сэр Джеймс Драммонд, лэрд Данкрейга, и воины моего отца, сэра Эрика Мюррея. Кроме того, здесь есть управляющий, сэр Джордж, человек, которого выбрал мой двоюродный дедушка. – Джиллианна положила руки на стол и широко улыбнулась троим мужчинам. – К тому же меня окружают трое сильных рыцарей, которые, как уверил меня сэр Джордж, никогда не угрожали нам и никогда не причиняли беспокойства…

– Миледи, – перебил ее сэр Роберт.

– Брось, Робби, – махнул рукой сэр Дэвид. – Разве ты не видишь, что она отказывается мыслить разумно?

– Разумно? Вы заявили, что мне нужен муж, а я лишь вежливо с вами не согласилась, – сказала Джиллианна. – Только и всего.

– Не разыгрывайте из себя дурочку. Мы хотим завладеть этой землей, чтобы ею управлял один из нас, а не какая-то пигалица, получившая столь щедрый подарок. Или вы выбираете одного из нас в мужья, или мы сделаем это за вас, – произнес сэр Дэвид с угрозой, вставая из-за стола.

Сэр Роберт и сэр Коннор тоже встали после секундного колебания.

– Значит, вот так вы договорились? – спросила Джиллианна, и когда сэр Роберт кивнул в ответ, обратилась к сэру Коннору: – Сэр Коннор, вы так ничего и не сказали. Вы встали рядом с ними, потому что согласны с их планами относительно меня и моей земли?

– Миледи, это прекрасная земля, – ответил сэр Коннор, – и мы давно хотели сделать ее своей.

После этих слов все трое повернулись и вышли из зала. Джеймс последовал за ними, проводил до ворот и проследил, чтобы ворота как следует заперли за гостями. Всего два дня в замке, а у нее уже неприятности с соседями, думала Джиллианна. Слишком короткий срок для того, чтобы нарушить годами длящийся мир. Она наполнила бокал и сделала большой глоток вина.

– Кажется, у нас могут быть проблемы, – произнес вернувшийся в зал Джеймс.

– Да неужели? – пробормотала она.

Джеймс неодобрительно взглянул на нее, сел и тоже налил себе вина.

– Они хотят тебя.

– Они хотят мою землю.

– Мы обречены, – раздался голос Джорджа, который наконец вышел из-за двери и сел слева от Джиллианны. – У них много людей.

– Много? – спросила Джиллианна у Джеймса.

– Да, но я не думаю, что они нападут на нас одновременно, – ответил тот.

– Нет? А почему?

– Они не будут помогать друг другу. Мне кажется, они будут пытаться добиться тебя поодиночке.

– Интересно, как они определят, кто будет первым?

– Бросят монетку или кости, – пожал плечами Джеймс. – Какая разница?

Джиллианна покачала головой:

– Да, похоже, подарок моего двоюродного дедушки оказался не таким уж благословенным.

– Ты только что получила три предложения выйти замуж, – рассмеялся Джеймс и быстро уклонился от ее кулачка.

– Миледи, почему бы вам не принять предложение одного из них? – спросил Джордж. – Они все рыцари, у них есть поместья, и, по моему мнению, они не такие уж уродливые. Все трое молоды и сильны. У них хорошие земли.

– Уверена, все они прекрасные мужчины, – с улыбкой ответила Джиллианна. – Однако им нужна не я, а моя земля. Совершенно очевидно, что они не хотят начинать войну, я для них шанс решить вопрос мирным путем. Если я выберу одного из них, это поможет им избежать взаимной вражды. Теперь я превращаюсь в подобие приза в их игре. Обычно девушки мечтают совсем не об этом.

– Мало кому из девушек достается замок и земли.

– К сожалению, это так, – вздохнула она. – Да, я тоже не хочу, чтобы из-за моей земли проливалась чья-то кровь.

– Не понимаю, как ты сумеешь избежать этого, если заставишь их драться из-за тебя?

– Не думаю, что это будет серьезная драка. Сначала они проверят наши силы. Кроме того, им наверняка не хочется наносить большой урон Алд-Дабачу и его жителям.

– Да, конечно. И они постараются не поранить и не убить тебя.

– Будет трудно жениться на мне и заполучить мою землю, если я буду мертва. Кроме того, это осложнит их отношения с моим дедом. Нет, они не сделают ничего, что могло бы рассердить мой клан. Меня они, естественно, не считают серьезной угрозой. С другой стороны, они не рискнут разозлить моих родственников, заставив меня силой пойти к алтарю.

Джеймс нахмурился и задумчиво почесал подбородок.

– Узнав, что эта земля принадлежит незамужней девушке, они испугались, что ты можешь выйти замуж за человека, который захочет получить побольше земли. Макмилланы доказали, что они мирные соседи. Твой будущий муж может оказаться не столь миролюбивым.

– Сейчас здесь мир, так что, думаю, сначала они попытаются договориться, – вздохнула Джиллианна.

– Здесь не всегда было так мирно, миледи, – возразил Джордж. – Отцы этих трех лэрдов и их деды были весьма кровожадными и погубили немало людей. Алд-Дабач тоже пострадал. Договоры заключались и тут же нарушались, предательство было обычным делом. Земля была красной от крови, много людей полегло, в том числе и из нашего клана.

– И кто положил этому конец? – заинтересовалась Джиллианна.

– Их отцы поубивали друг друга, оставив после себя множество могил. Клан Макенроя пострадал больше всех. Тогда эти лэрды были еще мальчишками, но они заключили договор между собой. Друзьями они не стали, но перестали сражаться друг с другом. Если один из них нарушит договор и нападет на другого, ему придется сражаться с двумя противниками. При нападении врагов извне они не помогают друг другу, но и не принимают сторону врага.

– Мир, но не взаимопомощь?

– Да, миледи. Так продолжается уже почти двенадцать лет. Время от времени случаются убийства или словесные стычки, но на открытую вражду никто не идет.

– Я не предполагала, что все так печально, – вздохнула Джиллианна.

– Миледи, к тому времени, как умерли старые лэрды, я даже не был уверен, что на их землях остался хоть кто-то, способный восстановить те руины, которые оставили после себя эти старые дураки.

– О, теперь я понимаю, почему они так не хотят, чтобы на мне женился кто-нибудь посторонний и объявил мою землю своей собственностью.

Джиллианна, удобно развалясь в большом кресле и глядя на темную поверхность стола, попыталась привести в порядок мысли. Ей нужно было выиграть время и дождаться приезда отца. Инстинкт подсказывал ей, что он немедленно прибудет в Алд-Дабач, как только выполнит задание короля. А уж тогда он сумеет разобраться с этими тремя лэрдами и уладит все недоразумения. Но до той поры ей каким-то образом придется держать на расстоянии своих соседей и сохранить Алд-Дабач, а это было нелегким делом.

– Вы собираетесь с ними воевать? – спросил Джордж со слезами на глазах.

– Пожалуй, нет, – протянула она. – Обещаю, в любом случае это не будет кровопролитная битва. Мне нужно время. Скоро приедет мой отец и договорится с этими людьми.

– Да, – согласился Джеймс, – но мы не знаем, когда он приедет.

– Именно поэтому я и не хочу устраивать настоящую войну. Мне нужно лишь продержаться какое-то время и молить Бога, чтобы отец поскорее приехал. Сейчас, Джеймс, мне нужен мужчина, но старше и опытнее тебя.

– Итак, мы должны быть готовы отразить пару нападений?

– Мы обойдемся без кровопролития. Я не хочу, что бы кто-нибудь пострадал.

– Ага, тогда я приготовлю побольше подушек, – рассмеялся Джеймс. – Тут нужна хитрость. Нам надо над этим подумать.

– Думаешь, они попытаются напасть прямо завтра с утра?

– Уверен в этом. Эта троица хочет решить проблему до появления твоего отца.

– Тогда мне пора начинать готовить мой первый сюрприз, – заявила Джиллианна и встала из-за стола.

– Что это будет, миледи? – заинтересовался Джордж, следуя за Джиллианной и Джеймсом.

– Что-нибудь страшно вонючее и липкое. Мужчину можно заставить отступить не только при помощи оружия.

– Но если это такое вонючее, то не будет ли для нас пыткой готовить эту смесь?

– Что ж, нам придется заплатить за нашу хитрость, – рассмеялась Джиллианна. – Все будет не так уж плохо. Пусть самую вонючую часть добавят уже в конце. Кроме того, не забывайте, что мы можем отойти в сторону, а те несчастные, которые захотят на нас напасть, будут смердеть несколько дней, если только не догадаются сжечь свою одежду. – Разговаривая со своими помощниками, Джиллианна вдруг поймала себя на мысли, что не хочет, чтобы Макенрой был первым, кто попытается на нее напасть. Он показался ей самым неуязвимым из троих, а значит, и самым опасным. Но она отбросила в сторону смущавшие ее мысли, решив, что ей не пристало поливать вонючей смесью такого красавца.

– Как же так вышло, что ты оказался третьим? – спросил Дэрмот своего брата Коннора. – Обычно тебе, везет больше.

Братья сидели на холме под развесистым деревом. Коннор посмотрел в сторону Алд-Дабача.

– Мне повезло, что я третий, – ответил он.

– Но эти два дурня получат шанс первыми!

– Да, и первыми проиграют.

– Она привезла с собой армию?

– Всего шестерых хорошо натренированных воинов.

– По-моему, этого мало.

– Если они действительно настолько хороши, как она говорит, то смогут некоторое время удерживать замок. Им нужен только умный руководитель, а эта девица далеко не глупа.

– Умная девица может стать настоящим проклятием, – проворчал Дэрмот. – Может быть, стоит отдать победу нашим соперникам?

– Нет. Я хочу получить Алд-Дабач. Там плодородная земля, какой нет у нас. Кроме того, ты получишь поместье и людей, которыми сможешь управлять. У Роберта и Дэвида всего по одному-два брата, а у меня четверо, которым я не могу предложить даже по собственному дому. Умна эта девица или нет, но Макенрои должны получить ее землю.

– А почему ты решил, что она умна? Ваша встреча была очень короткой.

– Я успел это понять. Сэр Дэвид полагает, что ему достаточно срубить несколько голов, ворваться внутрь и притащить девицу к священнику. Он не питает ни капли уважения к людям за этими стенами и к самой хозяйке. И в этом его ошибка. Сэр Роберт не многим лучше, хотя у него хватило смекалки понять, что впереди нас ждут большие проблемы. Я, например, уверен, что они оба проиграют, так что лучше посидим здесь и понаблюдаем. Мне интересно, что она придумает и захочет ли жертвовать своими людьми.

Коннор поймал себя на том, что постоянно думает о маленькой хозяйке Алд-Дабача. В ее внешности было что-то интригующее, хотя он не мог понять, что именно. Леди Джиллианна была очень маленькой, она едва бы достала ему до подмышки, даже встав на цыпочки. А уж о ее женских прелестях вообще нечего было говорить: они практически отсутствовали. Ее волосы не были ни рыжими, ни каштановыми, а глаза представляли собой странную смесь голубого и зеленого, причем один глаз был скорее зеленый, а второй – голубой. В ней все казалось таким хрупким, начиная от тонких пальцев до крохотных ножек, которые, как он заметил, даже не доставали до пола, когда она сидела в кресле. Она совершенно не соответствовала женщине его мечты. Кроме того, он предположил, что ее странные глаза видят гораздо больше, чем может показаться.

– Значит, нам придется просидеть здесь несколько дней, – вздохнул Дэрмот, прерывая размышления Коннора.

– Да. И следует приставить стражу к священнику, – заметил Коннор. – Ему наверняка не захочется связываться со всем этим, и он попытается сбежать.

– Согласен. Пошлю двух парней, чтобы заперли его в церкви и не выпускали оттуда. Но почему-то я уверен, что недостаточно просто жениться на этой девице, чтобы эти двое признали тебя победителем.

– Конечно. Я должен захватить ее, жениться на ней, уложить ее в постель и как можно быстрее увезти в свое имение Дейлкладач.

– Раз она никого из вас не хочет, то скорее всего будет возражать, когда ты потащишь ее в постель.

Коннор пожал плечами:

– Это не имеет значения. Я получу ее и в придачу прекрасную землю. В этой игре победителем буду я.

Глава 3

– А вот и они.

Джиллианна и Джеймс вздохнули с облегчением. Хотя их лица были закрыты надушенной тканью, вонь от дьявольской смеси, ожидавшей приближающееся войско в котлах и горшках, была просто непереносимой. Джиллианна сама была поражена, насколько зловонной получился придуманный ею состав. Запах был таким отвратительным и стойким, что она не была уверена, смогут ли они отмыть емкости после того, как все закончится. Кроме того, она подозревала, что жители Алд-Дабача будут на коленях умолять ее больше никогда не повторять ничего подобного.

– Кто из них? – спросила она у Джорджа, стоявшего рядом с ней под надежной защитой крепостной стены.

– Сэр Дэвид, – ответил тот, на мгновение выглянув из-за стены.

– О, очень хорошо.

– Да, он заслуживает того проклятия, которое мы обрушим на его голову.

– Надеюсь, я приготовила его достаточно липким.

– Питеру на рукав попало немного, так он не смог отмыть его, хотя тер изо всех сил.

– А он использовал приготовленное мной специальное мыло?

– Да, и оно помогло. Но когда он снял рубашку, то начал с остервенением чесать руку.

Джиллианна нахмурилась.

– Смесь попала на кожу? – тревожно спросила она.

– Да, но его беспокоило не это. Он сказал, что кожа горела, как в огне, и ему пришлось вылить на себя немало воды.

– Она жжется? – в ужасе переспросила Джиллианна.

– Не знаю. Скорее всего он просто расчесал руку. – Джордж задумчиво потер подбородок. – Правда, потом у него выступила какая-то сыпь.

Джиллианна облегченно вздохнула:

– Слава Богу. Я не хочу, чтобы кто-то серьезно пострадал. Однако надо лить им это на головы с большой осторожностью. Смесь может попасть им в глаза.

Она заметила, что Джордж и Джеймс обменялись скептическими взглядами.

– Те парни, что внизу, не слишком заботятся о нашем благополучии, – напомнил ей Джеймс. – Они выглядят так, как будто не прочь покалечить кого-нибудь из нас или даже убить. А раз они там, внизу, а мы здесь, наверху, то просто невозможно не вылить им на головы.эту гадость?

– Я понимаю, но прикажи людям кричать: «Берегите глаза», – когда начнут лить это на солдат.

Джеймс и Джордж передали ее слова защитникам замка, и Джиллианна услышала, как многие застонали и зацокали языками в ответ на проявление такой доброты.

– Надеюсь, кому-нибудь удастся облить этой смесью глупого лэрда, – произнесла она, увидев приближающегося сэра Дэвида.

Сэр Дэвид Гоуди раздражал Джиллианну своей спесью. Она чувствовала, что он один из тех мужчин, которые считают женщин пригодными лишь для одного дела. Наверняка он думал, что оказывает миру огромную услугу, отнимая у нее права на Алд-Дабач. Джиллианна с удовольствием заперла бы его в комнате вместе со своими сестрами и другими родственницами для обучения хорошим манерам и в качестве своеобразного наказания.

– А если нам не удастся его остановить, ты будешь вынуждена взять его в мужья? – спросил Джеймс.

– Этого грубияна? Ни за что!

– Леди Джиллианна, – крикнул снизу сэр Дэвид, – вы готовы мне сдаться?

– Зачем мне это делать? – крикнула она в ответ.

– Потому что моя армия под вашими стенами.

– Мои стены очень высокие и крепкие, сэр Дэвид, а у вас, по правде говоря, не такая уж большая армия.

– Вы будете рисковать жизнями ваших людей ради того, чтобы сохранить невинность?

– И мою землю. Но моя невинность также весьма мне дорога. Я даже подумываю о том, чтобы стать монахиней и передать земли церкви.

– Черт побери!

– Жаль, что я настолько скромна, что пропускаю мимо ушей ваши слова. – Но тут Джиллианна увидела, что сэр Дэвид сделал знак своим людям начинать атаку, и крикнула: – Пора! Не дайте им выпустить ни одной стрелы!

– Берегите глаза! – одновременно выкрикнуло несколько голосов.

Джиллианна была рада, что ее, маленькую хрупкую женщину, послушались. Защитники Алд-Дабача приняли ее власть без малейших колебаний. Вероятно, на них подействовало еще и то, что приехавшие с ней воины слушались ее беспрекословно.

Как только первые порции месива были вылиты вниз, среди нападавших воцарилась странная тишина. Скорее всего люди сэра Дэвида были испуганы: они решили, что им на головы льют кипящую смолу. Затем вдруг раздались громкие крики и проклятия. Джиллианна обнаружила, что со стены бросают какие-то странные предметы, и один из них попал в сэра Дэвида.

– Что это такое? – спросила она у Джорджа.

– Ребята решили налить месива в свиные пузыри, чтобы бросаться ими со стен, – хмыкнул тот. – Сначала мы попробовали сделать это, налив в них воду. Вышло неплохо.

– И правда неплохо. И скольких свиней вы зарезали ради этого?

– Не так уж много. Мы использовали почти все внутренности, а не только пузыри. А теперь, миледи, лучше не смотрите туда: некоторые из Гоуди стаскивают с себя одежду.

– О да, я вижу их голые спины. Они побросали одежду под нашими стенами. По-моему, не слишком хорошо, что вонь распространится по двору.

– Я пошлю нескольких человек, чтобы собрать одежду и сжечь ее. Думаю, здесь нет никакого риска. Смотрите, они бегут к реке!

– Как вы думаете, скоро ли нападет следующий?

– Нет, – ответил Джеймс. – Только завтра утром. Они, похоже, действуют по плану: подойти, попросить тебя сдаться, затем напасть. Сегодня день сэра Дэвида. Остальные будут ждать, не предпримет ли он вторую попытку.

– Так, значит, каждый из них имеет по одному дню, – пробормотала Джиллианна.

– Да. По одному дню, чтобы попытать удачу. Нужно оставить охрану на стенах, но не думаю, что сэр Дэвид сегодня нападет на нас снова.

– Он не вернется?

– Возможно, он хотел бы, но у него не хватит времени на то, чтобы собрать своих людей, у которых глаза слезятся от вони.

– Тогда пойдем туда, где более приятный запах, и начнем обдумывать следующий сюрприз.

– Ты думаешь, они льют на них кипящую смолу? – спросил Дэрмот у Коннора, наблюдая за сэром Дэвидом.

– Едва ли она настолько жестока, – ответил Коннор. Заметив, что люди Гоуди сбрасывают с себя одежду, он улыбнулся: – Я не вижу костров или факелов, а их одежда не дымится.

Легкий порыв ветра, прилетевшего от стен замка, заставил Дэрмота громко выругаться и зажать нос. Коннор последовал его примеру, а их люди попятились в рощу, когда до них долетела невыносимая вонь.

– Кажется, она вылила им на головы содержимое выгребных ям, – засмеялся Дэрмот.

– Если выгребные ямы в Алд-Дабаче так воняют, то в его стенах давно бы никого не осталось, – поучительно произнес Коннор.

– Тухлые яйца, – предположил один из воинов, втянув носом воздух.

– Нет, свиная моча, – возразил другой.

– Все-таки думаю, это выгребные ямы, – покачал головой Дэрмот.

– А мне кажется, что все сразу, – заключил Коннор. – Эта девица собрала все, что воняет, чтобы приготовить свою дьявольскую смесь. А судя по тому, как они стаскивают с себя одежду, смесь получилась довольно липкой.

Чертовски умный ход, подумал он. Нападавшие не успели выпустить ни единой стрелы. Великолепная бескровная победа. Коннор подозревал, что леди Джиллианна не захочет причинять вреда своим людям, и был рад, что оказался прав. К тому же она решила не пролить ни капли крови претендентов на ее руку.

– Как ты думаешь, сэр Дэвид предпримет вторую попытку? – спросил Дэрмот. – До заката еще несколько часов.

– Возможно, он хотел бы, но не сможет. Думаю, для него все кончено: его люди не захотят второй раз оказаться под зловонным душем. И кроме того, многие из них лишились одежды. Конечно, нам не привыкать воевать голыми, но, как мне кажется, его люди сначала захотят чем-нибудь прикрыть наготу.

Дэрмот сначала рассмеялся, но потом помрачнел и устремил взгляд в сторону Алд-Дабача.

– Интересно, у нее осталась еще эта дьявольская смесь? Хватит ли ее на две атаки?

– Сомневаюсь, но мы получим ответ на этот вопрос завтра, когда настанет очередь сэра Роберта. Наверняка он будет очень, очень осторожен, так как уже предвидит последствия. Уверен, теперь он будет больше уважать леди Джиллианну.

– Ты тоже думаешь, что она очень умна?

Коннор кивнул:

– Не удивлюсь, если и мы потерпим поражение.

– О, я буду молиться о том, чтобы наше поражение так не смердело.

Скрестив руки на груди, Джиллианна рассматривала две охапки сушеных растений, лежавших на столе в главном зале. Отразить вторую атаку было делом нелегким, так как разные обстоятельства могли нарушить ее план. Однако она была решительно настроена помешать сэру Роберту получить ее земли. Ее смертельно пугала перспектива оказаться с ним у алтаря. Хотя сэр Роберт был видным мужчиной и производил довольно приятное впечатление, все внутри у нее переворачивалось, стоило лишь ей подумать о браке с ним.

– Итак, мы сделаем их несчастными или счастливыми? – спросил Джеймс, указывая на травы.

– Не знаю, – вздохнула Джиллианна. – Если ветер повернет в нашу сторону…

– Клянусь, миледи, в это время года ветер всегда дует со стороны реки, – заверил ее Джордж.

– Значит, он дует от замка. – Джиллианна задумчиво потерла виски.

– Да, прямо на нападающих.

– Так мы будем добрыми или злыми? – снова спросил Джеймс, и Джиллианна показала ему язык.

– Думаю, мы будем добрыми. Джордж, я тебе доверяю, но всякое может случиться: если погода изменится и ветер повернет в нашу сторону, то нам не стоит рисковать. От первой травы люди успокаиваются и постепенно засыпают. А от второй на коже появляется страшная сыпь.

– Хорошо, будем добрыми, – согласился Джеймс. – Если ветер переменится, мы сможем закрыть лица плотной тканью.

– Вот именно. Проследи, чтобы у всех были приготовлены защитные повязки.

– Вторая проблема в том, чтобы заставить нападающих подойти близко к кострам, которые мы зажжем. Они могут заподозрить неладное, если увидят их. Ведь нападение будет утром, а это неподходящее время для сигнальных костров.

– Да… но мы можем зажечь их до рассвета. Джордж, у нас много хвороста?

Управляющий кивнул:

– Много, но нам придется пожертвовать половиной запасов. Впрочем, не важно: соберем еще.

– Однако мы еще не решили, как заставить этих глупцов подойти достаточно близко, – напомнил Джеймс. – Ты знаешь, что есть только один способ, но я не хочу давить на тебя и вынуждать прибегнуть именно к нему.

– Я знаю, о каком способе ты говоришь, – улыбнулась Джиллианна. – Никогда не понимала, почему он так привлекает мужчин, но это работает, и было бы глупо им не воспользоваться.

– О чем вы? – удивился Джордж.

– Она будет петь для следующего претендента и его людей, – объяснил Джеймс.

– М-м-м, уверен, у вас приятный голос, но… – начал Джордж, однако Джеймс прервал его.

– Спой для Джорджа, – попросил он.

Джиллианна вздохнула и спела самую короткую песню из всех, какие знала. Мертвая тишина, воцарившаяся в зале по окончании ее пения, не удивила ее – это была обычная реакция. Она слегка покраснела, когда, обернувшись, увидела, что не только Джордж слушает ее, затаив дыхание и смахивая набежавшие слезы.

– Это была веселая песня, – пробормотала Джиллианна.

– О да, – вздохнул Джордж. – Веселая и счастливая.

Джеймс тихо рассмеялся и поцеловал Джиллианну в щеку:

– Ты не слышишь ее так, как слышали мы, дорогая. Звук твоего пения ласкает слух и будоражит душу. Когда ты поешь, кажется, что ангелы спускаются на землю, что бы послушать вместе с нами.

– Ты смущаешь меня, – прошептала Джиллианна и прижала ладони к горящим щекам.

– Только прошу тебя, не смущайся, когда завтра будешь петь для наших врагов.

– А я, пожалуй, прикажу ребятам заткнуть уши, – добавил Джордж.

Джеймс согласно кивнул:

– Хорошая идея. Нельзя допустить, чтобы ее пение слишком отвлекало их внимание от нападающих. – Он подмигнул Джиллианне и спросил: – А что именно ты задумала?

– Мы бросим в костры эти травы. Дым лишит нападающих воли, и они заснут. Но я не знаю, когда бросать травы в огонь. Можно привязать пучки к стрелам и выпустить с крепостной стены, но враги решат, что мы в них стреляем.

– Верно. Может быть, нужно просто бросить в огонь охапки?

– Это тоже привлечет их внимание. Нужно все сделать так, чтобы костры не вызвали у них никаких подозрений.

– Тогда мы выставим у каждого костра по дежурному, – предложил Джордж.

– А это не опасно? – встревожилась Джиллианна.

– Нет. Никому не покажется странным, что возле костра кто-то дежурит. Только глупцы оставляют огонь без присмотра. А как только ребята увидят приближающегося врага, они бросят траву в костры и спрячутся за воротами.

– А их бегство будет выглядеть так, будто они испугались врага и не успели затушить костры, – согласился Джеймс.

– После того как мы все это придумали, мне стало немного легче, – улыбнулась Джиллианна.

Джеймс посмотрел на разложенные на столе травы.

– Наверное, этого количества нам не хватит, – задумчиво произнес он.

– У нас есть еще, – с гордостью ответил Джордж.

Джиллианна удивленно взглянула на управляющего:

– Но зачем вы их собираете?

– В деревне живет одна старуха, Хильда, так вот, она все время собирает травы и потом приносит их в замок. У нас уже целая бочка высушенной и измельченной травы. Мы платим ей немного денег. Совсем немного, – торопливо добавил Джордж.

– Принесите все, Джордж. Ваш запас нам пригодится, – поспешила успокоить его Джиллианна. – Нужно наполнить несколько мешков, чтобы подбросить их в костры, если дым окажется недостаточно густым или нападающие долго не будут засыпать.

– Миледи, что мы будем делать с врагами, когда они заснут?

– Когда люди перестанут двигаться, мы выйдем из замка и обезоружим их.

– О Господи, если они повторно попытаются напасть на нас, то уже не дадут себя одурачить.

– Я тоже опасаюсь этого. Остается молиться, чтобы мой отец успел приехать. Но как я уже обещала, если он опоздает, я не допущу, чтобы кто-то из-за меня пострадал.

– Леди Джиллианна, вы готовы сдаться?

Джиллианна смотрела на сэра Роберта, который выглядел чрезвычайно элегантным в черном одеянии. Ветер дует в нужную сторону, размышляла она, глядя на густые клубы дыма, подбирающиеся к небольшому войску, стоящему под стенами замка. Раздавшийся снизу кашель подтвердил ее предположение.

Она поднялась на стену, поддерживаемая Джеймсом, который настоял на том, чтобы она надела свое лучшее платье из белой ткани, украшенное золотым шитьем. Сэр Роберт и его люди восхищенно смотрели на нее, и она знала – пение не оставит их равнодушными.

– Нет, сэр Роберт, я не собираюсь сдаваться! – крикнула она в ответ.

– Тогда зачем вы там стоите? Хотите, чтобы я подошел поближе к стене и вы облили меня какой-нибудь гадостью?

– О нет, сэр. Это мы проделали вчера с сэром Дэвидом. Вам мы приготовили другой сюрприз.

– Надеюсь, он не воняет? Слезайте оттуда. Я не хочу, чтобы вас ранили во время атаки.

Он вдруг замотал головой, словно пытался собраться с мыслями. Джиллианна заметила, что некоторые из его людей сели на землю, странно улыбаясь: дым от тлеющих трав уже начал действовать.

– Ваша борьба за право повести меня к алтарю напомнила мне одну песню! – крикнула она, улыбаясь сэру Роберту. – Я слышала ее во Франции. Сэр, вы знаете французский?

– Думаю, да. Конечно, я должен знать, ведь моя мать – француженка.

Джиллианна вложила в пение всю душу; она выбирала те песни, которые любила сама. Когда она закончила петь пятую песню о несбывшейся любви, Джеймс сказал ей, что все кончено. Она посмотрела на сэра Роберта и его людей: почти все лежали под стенами замка, и лишь несколько человек бесцельно бродили внизу, погруженные в грезы.

– Джеймс, я просто не могу поверить, что это сработало! – воскликнула Джиллианна.

– Я тоже не могу, – рассмеялся он и поцеловал ее в лоб. – Пойдем заберем их оружие.

– Да. Костры почти догорели. Я не знаю, сколько еще люди будут находиться без сознания.

– Посмотри туда. – Джеймс указал ей на разбитый вдалеке лагерь Макенроя. Высокая фигура сэра Коннора была хорошо видна на фоне деревьев.

– С ним будет нелегко справиться, – вздохнула Джиллнанна.

– Она убила их всех, – в ужасе прошептал Дэрмот.

– Нет, – покачал головой Коннор. – Она каким-то образом погрузила их в сон. – Он указал на человека, стоявшего на коленях посреди поля и распевавшего молитвы. – Они спят.

– Но они ничего не ели и не пили!

– Все дело в дыме. Чувствуешь этот запах? От него возникает ощущение… – Коннор попытался найти нужное слово.

– Умиротворения? Наслаждения?

– Точно. Этот дым и ее голос. Бедный сэр Роберт попался, как муха в сети паука.

– О да, пение! Мы сами чуть не потеряли старину Найджела: он пошел к замку, влекомый ее голосом. Неудивительно, что сэр Роберт так долго стоял на месте, дав дыму возможность сделать свое дело. – Дэрмот заметил, что ворота Алд-Дабача открылись. – Теперь они их всех убьют, – убежденно заключил он.

Взмахом руки Коннор остановил своих людей, которые не хотели быть безучастными свидетелями хладнокровного убийства беспомощных воинов.

– Нет, смотри: они просто забирают их оружие. Эта девица совсем не кровожадна. Было куда проще перестрелять Гоуди и Далглишей, но она потратила немало часов, изобретая способы обезоружить нападавших, не пролив ни капли крови! Ей уже дважды удалось сделать это.

– Я понимаю, почему они забирают их оружие, но зачем они их раздевают? – удивился Дэрмот.

– Думаю, это своего рода оскорбление. Мало кто из мужчин не испытает стыда, когда узнает, что его раздела женщина. Сэр Дэвид ругался всю прошедшую ночь. Подозреваю, что сегодня к нему присоединится и сэр Роберт.

– Теперь они будут ждать, что она придумает для тебя.

– Да. – Коннор не отрываясь смотрел на обезоруженных и голых воинов, лежавших под стенами Алд-Дабача. – Они с радостью станут свидетелями моего поражения.

Дэрмот удивленно посмотрел на брата:

– Ты ждешь поражения?

– А что еще остается? Как можно предугадать ее выдумки? Вонючую смесь или сонный дым? Уверен, она и для нас что-нибудь придумает.

– Ты слишком спокоен, братец.

– Я рассматриваю проигрыш как часть моей стратегии, как шаг к получению награды.

– А, понятно, стратегия. Мудро. Только, что это за стратегия такая?

– Даже такая умная девица, как леди Джиллианна Мюррей, когда-нибудь исчерпает все уловки.

Глава 4

С первыми лучами солнца сэр Коннор появился под стенами Алд-Дабача. Он сказал правду Дэрмоту о том, что готов принять оскорбление от леди Джиллианны, потому что это действительно было частью его стратегии. Ему предстояло участвовать не в сражении, а в своего рода игре, правил которой он не знал. С одной стороны, его раздражало, что он понятия не имел о приготовленной для него ловушке, но с другой – его утешала мысль о том, что его жизни скорее всего ничего не грозит. В противном случае он вел бы себя совсем по-другому.

– Коннор, – тихим голосом произнес Дэрмот, – вернулся Мосластый. Он что-то хочет сказать тебе.

Коннор повернулся к худому, как жердь, юноше и приготовился слушать. Игра началась. Теперь он был в зтом уверен.

– Последние несколько часов люди бегут из Алд-Дабача, – неожиданно низким для своей комплекции голосом объявил Мосластый.

– Ты уверен? – переспросил Коннор.

– А что же они делают?

– Играют в игру, – задумчиво пробормотал Коннор. Как она собиралась противостоять ему и его людям совсем одна? – Расскажи мне, что именно ты видел. Не упусти ни малейшей детали.

– Сначала они покидали замок по одному или по двое. Потом их становилось все больше и больше. Они выносили вещи. Точно они бежали, как крысы с тонущего корабля. Думаю, они почуяли скорое поражение и не захотели рисковать жизнями ради какой-то девицы, не желающей выходить замуж.

Вполне разумная мысль. У леди Джиллианны была возможность выбрать из трех достойнейших лэрдов. Почему жители Алд-Дабача должны проливать свою кровь из-за того, что она не собирается выходить замуж? Однако Коннор не мог отделаться от мысли, что здесь что-то не так.

– А ее люди тоже ушли? – спросил он. – И как насчет ее кузена?

– Нет, их я не видел.

– Они наверняка остались с ней, – вставил Дэрмот.

– Конечно, они останутся, – кивнул Коннор. – Шестеро воинов и одна девица.

– Они не смогут долго удерживать замок.

– А так как она доказала, что не собирается сражаться, то, видимо, они и не будут этого делать. – Он усмехнулся и продолжил: – Убедившись, что двое других отступили, они скорее всего просто впустят нас внутрь.

– Но почему тогда у тебя такой вид, будто ты не веришь в собственную удачу?

– Потому что я действительно в нее не верю. Все кажется таким правильным, таким разумным, что совершенно не похоже на правду. Ведь люди Алд-Дабача защищали замок от сэра Дэвида и сэра Роберта. Почему же теперь они сбежали?

Дэрмот пожал плечами:

– Может быть, потому, что они считают тебя более умелым воином?

– Мне льстит твое мнение, но я так не думаю.

– Потому что у нее кончились все хитрости и им придется драться с нами?

– Возможно, но я чую ловушку. – Коннор поморщился и потер ладонью затылок. – Черт бы ее побрал со всеми этими играми! Настала моя очередь попытаться получить награду, но теперь она, несомненно, поняла, что у каждого из нас имеется в распоряжении всего один день. Зная это, она без труда перехитрит меня.

– Ты понимаешь, что она устроила ловушку, и все равно идешь прямо в нее?

– У меня нет выбора. По крайней мере мы знаем, что она нас не убьет.

– Да, это меня успокаивает.

– Прикажи всем взять с собой только одно какое-нибудь оружие. Нас могут разоружить, как сэра Роберта, а я не хочу вернуться в лагерь безоружным.

– Я передам твои слова. А еще нам нужно надеть какое-нибудь исподнее. Я заметил, что когда раздевали сэра Роберта и его людей, белье не трогали. Не хочу возвращаться в лагерь в чем мать родила.

Коннор снова поморщился и подумал о льняных кальсонах, которые он носил под штанами. Если бы кто-нибудь увидел на нем белье, то наверняка решил бы, что это причуда богатого лэрда. Ему совсем не хотелось сообщать всему миру о том, что он носит их, чтобы грубая шерсть не раздражала его нежную кожу. Такая изнеженность считалась неприличной для настоящего мужчины. Единственное, что его утешало, так это то, что два его брата страдали от такой же повышенной чувствительности.

Когда солнце поднялось достаточно высоко, Коннор готов был ехать в замок. Он оставил нескольких людей сторожить лагерь и под пристальным наблюдением Гоуди и Далглишей направился к замку. Его люди молча следовали за ним.

– Он идет сюда, – объявил Джеймс, входя в главный зал в окружении пяти людей клана Мюрреев. – Все идут пешком.

– Он испугался, что я заберу его лошадь, как у сэра Роберта, – засмеялась Джиллианна, устраиваясь в кресле.

– Но мы не просто забрали ее: это военный трофей!

– Думаю, нужно будет вернуть лошадь, когда все закончится.

– Зачем? Жеребец-то отличный.

– Знаю, но сэр Роберт очень дорожит этим животным. Он долго требовал вернуть его, пока люди не оттащили его от ворот, – улыбнулась Джиллианна. – Никогда еще на меня не кричал голый мужчина. – Она расхохоталась, но потом вдруг стала серьезной: – Как ты думаешь, сэр Коннор попадет в ловушку?

Джеймс кивнул:

– А что ему еще остается? Сегодня его день, его очередь. Он вынужден что-то предпринять.

– Он что-нибудь подозревает?

– Уверен, что да, если только у него есть хоть капля разума. Но как я уже сказал, у него нет выбора. – Он осмотрел стол, ломящийся от разнообразных блюд, сыров, вин и сладостей. – Ты уверена, что все предусмотрела?

– Нет, – усмехнулась Джиллианна. – Я тоже рискую.

– Не бойся, ты не одна. Никто не посмеет приблизиться к тебе.

– Да, думаю шестеро вооруженных мужчин – достаточная гарантия того, что он на меня не нападет. Кроме того, мы накрыли стол, чтобы угостить его и воинов. После нескольких дней, проведенных в лагере, разве сможет мужчина отказаться от всего этого? – Она указала на стол. – Да, мы рискуем, но надеюсь, что все получится.

Все одобрительно зашумели.

– Понимаю, – протянул Джеймс. – Он не откажется от угощения, если только не полный дурак.

– Тем более что я разделю с ним трапезу.

Джеймс пробурчал тихое проклятие.

– А вот эту часть твоего плана я категорически не одобряю! Постарайся не есть и не пить слишком много. Иначе ты уснешь на несколько дней.

Джиллианна скрестила руки на груди.

– Мне кажется, я слышу голос Джорджа.

– Сэр Коннор вошел в пасть ко льву, – процедил Джеймс и занял место рядом с сестрой; шестеро воинов расположились за их креслами.

– Ты сам сказал, что у него нет выбора.

Когда в главный зал вслед за Джорджем вошел сэр Коннор со своими людьми, Джиллианна почувствовала, что ее сердце забилось сильнее, хотя, возможно, в этом была виновата затеянная ею опасная игра. Сэр Коннор Макенрой был красивым мужчиной, и вряд ли нашлась бы женщина, которая бы осталась равнодушной к его внешности. Джиллианна постаралась отбросить свои фантазии и улыбнулась, приветствуя его.

– Вы ждали меня? – спросил Коннор, усаживаясь справа от нее.

– Как только я поняла, что осталась одна… – начала она, но он ее перебил:

– Не совсем одна. – Коннор выразительно посмотрел на шестерых воинов. – Но все равно, я могу просто взять вас и вывести отсюда.

– Не думаю, что моим людям это понравится.

– Но вы доказали, что не желаете крови.

– Да, но если надавить слишком сильно… – Она пожала плечами и приветливо улыбнулась. Затем жестом пригласила гостей отведать угощения. – Может быть, нам стоит разделить хлеб и спокойно обсудить наши дела?

– После того что вы проделали с остальными, разве я могу спокойно вкушать предложенные вами яства?

– О, я понимаю!

Восклицание получилось у нее настолько искренним, что она невольно похвалила себя. Джиллианна налила себе вина и положила на тарелку понемногу с каждого блюда. Она могла есть и пить без всякого страха, потому что заранее приготовила кувшин чистого вина и умело расположила на блюдах пищу без снотворного. Если ей повезет, гости уснут раньше, чем ей придется самой отведать специально приготовленные блюда и вино. Под пристальным взглядом сэра Коннора она сделала большой глоток вина и впилась зубами в кусок медового пирога.

Сэр Коннор с интересом наблюдал, как его люди, воодушевленные примером хозяйки, уселись за стол и набросились на угощение. Конечно же, он не верил ей ни на йоту, но дальнейшая демонстрация недоверия была оскорбительна, поэтому он решил, что отдаст предпочтение еде, но не будет особо налегать на напитки.

– И что вы хотели обсудить? – спросил он, щедро намазывая медом ломоть хлеба. – Мы уже заняли Алд-Дабач, не так ли? Значит, замок и вы теперь принадлежите мне.

Он с удовлетворением отметил гримасу недовольства, которую вызвали у нее эти слова.

– Ну, если быть точным, – заявила Джиллианна, – вы не заняли Алд-Дабач, а это мы разрешили вам войти внутрь.

– Я могу довольно быстро прекратить эту дискуссию. – Он заметил, что ее люди положили руки на рукояти своих мечей. – Но я не буду этого делать. Должно быть, вы нарочно впустили нас?

– Раз вы приглашены, то, надеюсь, будете соблюдать правила.

– И вы в это верите? Вы настолько доверчивы? – Не в силах сдержаться, он отправил в рот несколько цукатов, разложенных перед ним на блюде. – Почему вы сопротивляетесь? Если вы действительно не желаете проливать кровь, то вам придется принять предложение одного из нас.

– Может быть, я вообще не хочу выходить замуж.

– О, только не рассказывайте мне эту сказочку про монашество! Я вам не поверю.

Он положил ей на тарелку печенье, и Джиллианна заметила, что это было печенье со снотворным. Правда, она уже достаточно съела и могла, не вызывая подозрений, отломить небольшой кусочек. Судя по тому, как Макенрой и его люди налегали на еду, ждать очередной победы осталось совсем недолго.

– Ешьте, – приказал Коннор. – Вам надо бы нарастить немного мяса.

– Если вы хотите убедить меня выйти за вас замуж, то не мешало бы немного поухаживать за мной, – возмутилась она и нечаянно откусила большой кусок от печенья.

– А, так вот чего вам надо! Но зачем? Мужчина все равно получит то, что хочет.

Ей захотелось плюнуть ему в лицо. Джиллианна не могла поверить в такую черствость. Его циничные слова были чистой правдой, но их было неприятно слышать. Этот человек не верил в то, что так ценилось в ее клане. При этом он оставался для нее полной загадкой. Она уже несколько раз пыталась проникнуть в его мысли, но словно натыкалась на глухую стену. Возможно, это происходило с ней из-за подмешанных в угощение снотворных трав.

– Если вы действительно так думаете, то зачем добиваетесь меня? Я твердо решила оставить свои земли себе.

– Вы не замужем. Сначала мы хотели выкупить эти земли, но король сказал, что они принадлежат незамужней девице, поэтому мы втроем договорились, что наилучшим решением проблемы будет одному из нас взять вас в жены. Если вы выберете в мужья кого-то другого, он может оказаться не столь миролюбивым и попытается отнять у нас наши земли.

Коннор откинулся в кресле, удивляясь, почему это он вдруг так разоткровенничался.

– Глупо давать врагу шанс проникнуть тебе под бок, – продолжал он. – Я решил: мне двадцать восемь лет, самое время жениться, да и земля здесь хорошая. Конечно, я бы предпочел, чтобы вы выбрали меня, но готов принять любое ваше решение. Не понимаю, чего вы раздумываете? Мы все молоды, сильны, не слишком уродливы, можем дать вам защиту и наследников, да и имения наши совсем не бедные. Удивительно, что незамужняя девица отказывается от такого щедрого предложения. К чему все эти игры? Вы тянете время? Но зачем?

– Жду, когда приедет мой отец и избавит меня от вас, глупцов! – выпалила она, думая о том, что никогда не слышала, чтобы предложение о замужестве делалось в такой холодной, расчетливой форме. Он не проявил к ней как к женщине ни капли интереса!

– Понятно. И вы думаете, он не одобрит ни одного из нас в качестве кандидатуры в мужья?

– Нет, – решительно отрезала она. – Моему отцу не понравится, что все вы интересуетесь не мной, а моей землей. Мы, Мюрреи, считаем, что мужчина и женщина должны жениться по любви, а не по расчету.

Коннор презрительно рассмеялся, но его смех вдруг перешел в протяжный зевок. Это его насторожило. Он взглянул на своих людей и встревожился еще больше: они все клевали носом. Когда он перевел осуждающий взгляд на леди Джиллианну, то заметил, что она тоже зевает. Неожиданно Коннору стало смешно; он потряс головой и спросил:

– Вы отравили еду?

– Нет, только немного снотворного, – сдерживая зевок, ответила Джиллианна. – Разве я стала бы травить себя?

– Действительно. Но почему вы еще не спите?

– То, что я ела вначале, не содержало снотворного.

Дэрмот рассмеялся.

– Хоть поели напоследок до отвала, – пробурчал он и уронил голову на стол.

– Только не говорите, что я вас всех убила, – предупредила Джиллианна. – Вы просто хорошо выспитесь.

– А вы заберете наше оружие и одежду, – заключил Коннор. – И как я подозреваю, ваши люди вовсе не сбежали из замка.

– Нет, они вернулись, как только вы вошли.

– Умный ход, – восхитился он и встал, хотя не понимал, зачем это делает.

– Сэр, лучше сядьте. Я не хочу, чтобы вы упали.

Коннор почувствовал, как кто-то силой усаживает его обратно. Это был сэр Джеймс.

– Ценю вашу изобретательность, – произнес Коннор нетвердым голосом.

– Спасибо.

– Но другие, хоть и тоже оценили вашу хитрость, не будут столь снисходительны, как я. – Он с трудом ворочал языком и, произнеся эту фразу, погрузился в сон.

– Я думала, он никогда не заснет, – пробормотала Джиллианна. Она умылась холодной водой, заранее приготовленной Джорджем, чтобы отогнать сонливость. – А он съел достаточно много.

Джеймс кивнул:

– Но он выпил мало вина. Подозреваю, он не доверял тебе.

– Конечно! Его нелегко одурачить. А ты заметил, что он совсем не удивился?

– Да. Он ожидал от тебя чего-то подобного. – Он улыбнулся, глядя на зевающую Джиллианну. – Ты тоже хочешь спать?

– Нет, не сейчас. Джордж, проследите за тем, чтобы остатки еды и питья были уничтожены. – Она посмотрела на спящего Коннора. – Пора заканчивать игру.

– Думаешь, они долго не проспят? – спросил Джеймс, делая знак воинам собрать оружие людей Макенроя.

– Трудно сказать. Я боялась сделать снотворное слишком сильным, иначе они уснули бы навсегда. В любом случае лучше поторопиться.

Очень скоро всех людей Макенроя раздели и сложили их одежду на полу. Джиллианна посмотрела на храпящих пленников и улыбнулась: все были в нижнем белье. Ее взгляд невольно задержался на сэре Конноре. Ну почему он так красив, даже когда на нем только исподнее.

– Какие стыдливые, – усмехнулся Джеймс. – Еще одно доказательство, что они готовились проиграть. У всех только по одному оружию, а нижнее белье говорит о том, что им не хотелось оставаться совсем голыми. А что за странные льняные штаны на этом лэрде?

– Мой кузен тоже носит такие, – поморщился Джордж. – Говорит, не может носить одежду на голое тело – у него от этого сыпь выступает, особенно от шерсти.

– Да. – Джиллианна отвернулась, чтобы не рассмеяться. – Это как детская потница.

– Мой кузен страшно переживает из-за этого. Говорит, что у настоящих мужчин такого не бывает.

Джиллианна покачала головой:

– Какая глупость! От этого страдают многие люди. Например, у меня бывает сыпь от земляники. Вы же не будете думать, что такой великан не настоящий мужчина?

Джордж тут же замотал головой.

– Уносите их, – приказала Джиллианна.

– Далеко? – спросил Джордж.

– Не слишком. На пару миль.

– Если бы тебе пришлось выбирать, ты бы выбрала его? – спросил Джеймс, глядя, как выносят спящих.

– Он действительно очень красив, но глуп.

– Думаю, он просто честен.

– Да, говорит, о чем думает, не заботясь о последствиях.

– Джиллианна, я хочу сражаться! – вдруг вспыхнул Джеймс, – Ты не заслуживаешь того, чтобы один из этих глупцов силой тащил тебя под венец.

– Но мне почти двадцать один год, и до этих глупцов еще никто не делал мне предложение. Впрочем, это не важно. Джеймс, они не предлагают ничего постыдного. Сэр Коннор откровенно рассказал об их планах. Затевая все эти игры, я просто хотела выиграть время и дождаться отца, который поможет мне выпутаться из этой истории. Но если дело дойдет до реальной схватки, я найду способ не допустить кровопролития. Джеймс, поклянись, что одобришь любое мое решение.

– Клянусь, – недовольно буркнул он. – Но, Джиллианна, нельзя выходить замуж таким способом! Ведь брак не будет настоящим.

– Согласна, мне придется разделить с мужем ложе. И я стану женщиной. Может быть, я наконец узнаю, что так привлекает людей в исполнении супружеских обязанностей. – Она торопливо выбежала из зала, не дав Джеймсу опомниться.

– Черт побери, где мы?

Голос Дэрмота разбудил Коннора. Он открыл глаза и тут же зажмурился от яркого солнца. Затем он медленно сел и оглянулся.

– Думаю, мы в миле или двух к северу от нашего лагеря, – ответил он.

– Нам придется идти назад пешком? – Дэрмот длинно и витиевато выругался. – Если я встречу того, кто вырастил эту дрянную девчонку, то буду бить его долго и больно!

– Да, она действительно умна, – пробормотал Мосластый.

– Зачем нас сюда притащили?

– Чтобы у нас не осталось времени на вторую попытку, – ответил Коннор.

– Понятно, – вздохнул Дэрмот. – Нам бы успеть назад в лагерь до захода солнца. Неужели ты думаешь, что все это придумала эта пигалица?

– Вероятно, ей помогал ее кузен, – пожал плечами Коннор. – Но уверен, основные идеи родились в ее голове.

– И ты все еще хочешь жениться на ней?

– Я хочу получить ее землю, – ответил Коннор. Затевая эту авантюру, он совершенно не хотел жениться, однако теперь он изменил о ней мнение. Правда, Дэрмоту было не обязательно об этом знать. – Такая умная и хитрая жена может оказаться настоящим сокровищем.

– Или проклятием. Уж больно она маленькая.

– И все же она женщина, которая может родить наследников. Хотел бы я иметь детей, таких же умных, как она.

– Тогда тебе предстоит нелегкая схватка. Сэр Роберт и сэр Дэвид не стерпят нанесенного им оскорбления и будут драться до победы.

Коннор кивнул:

– Они не боятся понести потери.

– Ты думаешь, она тоже будет сражаться?

– Вполне возможно, но если она не хочет крови, то ей придется остановить наше соперничество.

– Значит, она выберет мужа?

– Пока создается впечатление, что это ее единственная возможность. Хотя не удивлюсь, если она снова что-нибудь придумает.

Глава 5

Нужно принять решение, думала Джиллианна, глядя в потолок большого зала. Обе кошки примостились возле нее на кресле. Приехав в Алд-Дабач, она думала, что ее проблемы будут связаны с обустройством замка, например с тем, как отмыть вековую копоть с потолка – он действительно в этом нуждался. Однако вместо этого она была вынуждена принимать решения, которые определят ее будущее.

Никогда она даже не мечтала о том, что трое лэрдов будут ломиться в ее ворота с предложением выйти замуж за одного из них. Джиллианна поняла только теперь, что не отдавала себе отчета в том, насколько оскорбительно было для нее безразличие мужчин.

Но она сумела победить всех троих, нанеся при этом оскорбление им. Хотя она сознавала, что они этого заслуживали, она была готова к тому, что расплата не заставит себя ждать. Мужчины не умеют прощать оскорбления, тем более нанесенные хрупкой маленькой женщиной.

Сэр Коннор предупредил ее, что другие не будут столь снисходительны, как он. Его слова постоянно звучали у нее в голове. Вообще-то ее слегка удивила его забота о ней. Она не могла прочитать его мысли, но пришла к выводу, что он был человеком с тяжелым характером и довольно упрямым. То, как он относился к браку, выдавало в нем ярого приверженца домостроя. Однако он был готов проиграть ей и, как показалось Джиллианне, отнесся к своему поражению с некоторой долей юмора. Вот это было, пожалуй, самым странным. Тем не менее она искренне поверила ему, когда он заявил, что прощает ее и что двое других претендентов на ее руку потребуют расплаты за нанесенное им оскорбление.

Это означало, что вскоре должна была начаться настоящая война, думала Джиллианна, а у нее больше не оставалось в запасе ни единой уловки. Спокойная жизнь, которой так долго наслаждались местные жители, оказалась под угрозой. Люди могут погибнуть, их дома будут разрушены, и мирной жизни придет конец. Но ради чего они затеют войну? – спрашивала она себя. Из-за того, что она отказалась выйти замуж за одного из трех достойных землевладельцев? Или потому что дорожила своей девственностью и любой ценой хотела дождаться отца, способного уладить конфликт? Конечно, было крайне неправильно уступить принуждению, но таким образом она спасала жизнь многим людям. Это была жестокая правда, которую она не могла больше игнорировать.

– Там написаны ответы на мучающие тебя вопросы?

Джиллианна улыбнулась вошедшему в зал Джеймсу.

– Если и так, то надписи не видно под слоем грязи, – вздохнула она. – Если те глупцы, что стоят у наших ворот, решили начать настоящую драку, то ответ на все вопросы может быть только один. Разве не так?

– Я тоже ничего не могу придумать. Моя голова раскалывается от боли. Мне трудно признаться в своей слабости, но единственный, кто может нам помочь, – это твой отец. Только он обладает достаточной властью, чтобы прекратить эти домогательства, и не только потому, что он твой отец, но и потому, что он – приближенный короля.

– Того самого, который натравил на меня этих лэрдов.

Джеймс скривил губы:

– По его мнению, это было лучшее решение всех проблем. Мало кто из отцов откажется от таких предложений, сделанных его дочери. Но все дело в том, что мы, Мюрреи, по-другому относимся к свободе выбора. – Джеймс улыбнулся. – Однако у тебя больше возможности выбирать, чем у многих других девиц.

– Это я понимаю. Кроме того, мой клан вряд ли отнесется ко мне с сочувствием. – Джиллианна вздохнула. – Конечно, они будут сочувствовать мне, но не слишком сильно. Мне не хочется отдавать свои земли человеку, который даже не потрудился немного поухаживать за мной, но эти три лэрда сделали мне честное предложение выйти замуж. Они хороши собой, молоды, сильны и богаты. Каждый из них желанный жених. Люди Алд-Дабача помогли мне выиграть три дня, но я не могу просить их о большем. Если мои женихи решили пролить кровь, то я не должна допустить этого.

– Еще до ночи мы будем знать о том, что они задумали.

– Да? Каким образом?

– Мы послали паренька разведать, что к чему. Может быть, ему удастся подобраться достаточно близко и подслушать, о чем они говорят. О, не беспокойся! Джордж уверен, что юноша в полной безопасности. Единственное, что ему угрожает, – это быть схваченным, но лэрды ничего ему не сделают, по крайней мере до начала сражения.

– Ты прав. Надеюсь, он скоро вернется. А теперь нам надо как следует выспаться, чтобы утром быть свежими и отдохнувшими. Если нам предстоит решительная схватка, то негоже зевать во весь рот во время сражения.

Коннор стоял, прислонившись к дереву и скрестив руки на груди. Он мрачно смотрел на двух лэрдов, споривших друг с другом с пеной у рта. Дэвид и Роберт были настроены решительно. Они могли ранить или даже убить женщину, на которой собирались жениться. Конечно, было тяжело пережить оскорбление, нанесенное этой пигалицей, но Коннор полагал, что она не должна расплачиваться за это жизнью. В конце концов, она лишь защищала себя, свою честь, а также свои земли так, как могла. На ее месте любой сделал бы то же самое.

– Как ты думаешь, к утру они успокоятся? – спросил Дэрмот, стоявший рядом с Коннором.

– Нет, – ответил тот, стараясь говорить как можно тише. – Они полагают, что задета их гордость, и хотят получить девицу и ее земли в качестве компенсации.

– Может быть, тебе стоит уговорить их разрешить тебе пойти первым? Если предстоит ворваться в Алд-Дабач, то ты сделаешь это с наименьшими разрушениями.

– Они не будут повторять попытку ворваться туда, боясь очередного поражения, – покачал головой Коннор. – Если сэр Дэвид снова окажется в дураках, то от злости вырвет себе все волосы на голове.

– Это будет нетрудно сделать, – усмехнулся Дэрмот.

– Учти, мы имеем дело всего лишь с женщиной.

– Да, но вы просите ее руки. Не многим делают предложение сразу трое.

– Однако мы хотим получить не столько ее руку, сколько ее земли, а эта девица достаточно горда. Может быть, нам стоит попробовать поухаживать за ней?

– Ты когда-нибудь ухаживал за девушками?

– Нет, но разве это так трудно? Несколько поцелуев и пара ласковых слов. Думаю, у меня получится.

– А мне кажется, у сэра Роберта это получится гораздо лучше. Не стоит доводить до этого. Ты рискуешь проиграть.

Слова Дэрмота были справедливы, однако Коннору было неприятно их слышать. У него были женщины. Не так уж много, но, вероятно, это происходило потому, что он редко покидал Дейлкладач. В замке всегда находились женщины, готовые ему отдаться, а в тех редких случаях, когда Коннор отправлялся в поход, он не упускал возможности воспользоваться женской благосклонностью.

Задумавшись об этом, он вдруг понял, что общение с женщинами легкого поведения и ухаживание – совершенно разные вещи. Однако он отмахнулся от этих досадных размышлений. Или он женится на леди Джиллианне, или нет. А за женой не принято ухаживать, внушал себе он.

– Эй, ты с нами или нет? – прервал его размышления сэр Дэвид.

Он был так зол, так хотел отплатить за нанесенное ему оскорбление, что Коннор начал сомневаться, удастся ли ему вразумить обезумевшего соседа. Сэр Дэвид жаждал крови, и это вполне могла оказаться кровь леди Джиллианны.

– А если при нападении сама леди будет ранена или даже убита? – спросил Коннор.

– Тогда так тому и быть.

– А вы не боитесь рассердить людей ее клана?

– Она первая выступила против нас. Я не собираюсь возвращаться домой поджав хвост из-за какой-то девицы. Так ты с нами или нет?

– Я с вами потому, что я единственный, кто хочет, что бы эта девица осталась живой хотя бы до замужества.

– О Господи, – прошептала Джиллианна, когда Джордж ввел в зал того паренька, которого посылал шпионить за лэрдами, – Джордж явно взволнован.

– Джордж всегда взволнован, – заметил Джеймс, прихлебывая вино.

– Я давно заметила, что у нашего управляющего есть несколько степеней взволнованности. Пожалуй, сейчас самая сильная. Да и юноша не выглядит спокойным. – Она улыбнулась Джорджу и мальчику. – Садитесь, Джордж и, если не ошибаюсь, Дункан?

Она налила им вина. Пятеро воинов Мюрреев тоже сели за стол.

– Да, миледи, меня зовут Дункан. Я дядя Мэри.

– Итак, Дункан, что тебе удалось узнать?

– Мне очень повезло, миледи, – начал Дункан. – Я подобрался очень близко и слышал все, что говорили лэрды.

– Наверно, они были недовольны мной.

– Это точно. Сэр Роберт и сэр Дэвид очень сердились, особенно сэр Дэвид.

– Меня это не удивляет.

– Сэр Роберт и сэр Дэвид хотят напасть на вас завтра утром, миледи.

Джиллианна вздохнула:

– Этого я и боялась. Полагаю, что на этот раз они не будут нападать по отдельности.

– Да. Сэр Дэвид сказал, что они пойдут все втроем, вышибут ворота, а потом решат, комy из них вы достанетесь.

– Если только я останусь жива. Но ты ничего не сказал о сэре Конноре.

Дункан быстро глотнул вина.

– Миледи, он говорил мало. Стоял, хмурился и о чем-то переговаривался со своим братом. Когда сэр Дэвид спросил его, с ними он или нет, сэр Коннор наконец заговорил. Он сказал, что вы можете пострадать при атаке, а сэр Дэвид заявил, что так тому и быть. Тогда сэр Коннор спросил, не боятся ли они рассердить ваш клан, но сэр Дэвид сказал, что не хочет возвращаться домой с поджатым хвостом. Сэр Коннор сказал, что пойдет с ними только потому, что он единственный, кто хочет, чтобы вы остались живы хотя бы до замужества.

– Теперь мне ясно, что мое время вышло, – вздохнула Джиллианна. – Я подозревала, что этим все и закончится, но надеялась, что они повременят с очередным нападением. В любом случае у меня осталось мало времени.

– Судя по тому, что я слышал и видел, миледи, сэр Дэвид и сэр Роберт не станут медлить.

– Они попытаются выбить ворота? – спросил Джеймс.

– Да. Не знаю, сколько людей Макенроя будет в этом участвовать. Сэр Коннор против атаки, но Гоуди и Далглиши не отступятся. – Дункан улыбнулся: – Сэр Коннор сказал, что мы легко нашпигуем их стрелами, а если они попытаются перелезть через стены по лестницам, то сбросим их вниз. Я хотел послушать еще, но тут появились люди, и мне пришлось убежать.

– Джилли, разреши нам… – начал Джеймс.

– Нет, – оборвала она его. – Я не сомневаюсь, что все вы опытные воины и готовы защищать Алд-Дабач. – Она улыбнулась Джеймсу и пяти воинам Мюрреев. – Однако в данном случае незачем проливать кровь и рисковать жизнями многих людей.

– Но они силой заставляют тебя выйти замуж!

– Это предложение самого короля. Если прольется кровь, то закончится мир, царивший в этих краях. А это оскорбит наш клан и его союзников. Маленькое недоразумение между мной и тремя лэрдами может перерасти в длительную и кровопролитную войну.

– Святые угодники, – вздохнул Джеймс.

– Вот именно. А ради чего? Из-за того, что я не хочу выбрать одного из трех женихов? – Она покачала головой: – Нет, это не годится. Я не хочу выходить замуж, а они не собираются ухаживать за мной, чтобы изменить мое решение. Однако я выберу одного из них и положу конец этому безумию.

– Но тогда ты выйдешь замуж не по собственной воле.

Хотя она видела, что Джеймс расстроен, его слова показались ей лишними.

– Я сделаю это честно, перед Богом и людьми. Если что-то пойдет не так, мой отец мне поможет. Ни ты и ни кто другой, Джеймс, а только он. Мы много говорили с тобой об этом. Возможно, вначале мое замужество не покажется мне очень приятным, но не думаю, что все будет слишком плохо. В конце концов, кто знает, может быть, тот, кого я выберу, окажется моим единственным и любимым? – Неожиданно Джиллианна заметила Мэри, стоявшую в дверях: – Мэри, что случилось?

– Ничего, миледи. – Девочка вошла в зал. – Я просто хотела убедиться, что с моим дядей все в порядке.

– Тогда иди сюда. Мы не обсуждаем ничего такого, чего тебе нельзя слышать.

Джиллианна улыбнулась, когда девочка бросилась к своему дяде, который был не намного старше ее. Дункан слегка покраснел, смущенный и обрадованный таким проявлением чувств со стороны племянницы. Джиллианна пробыла в Алд-Дабаче совсем немного, но успела заметить, что здешние люди искренне заботятся друг о друге. Если кого-то из них ранят или убьют, это станет горем для всех. Она не могла допустить такого, а потому ей придется выйти замуж за незнакомого мужчину. Джиллианна знала, что сумеет пережить даже неудачное замужество, тем более что она надеялась разорвать брачные узы при первой же возможности.

– Мэри, ты – женщина, – обратилась к ней Джиллианна, – поэтому скажи мне, кого бы ты выбрала на моем месте?

– Только не сэра Дэвида Гоуди, – без колебаний ответила девочка. – Я не говорю, что он плохой, только, думаю, через некоторое время вы пожалеете о своем выборе. – Она покраснела и добавила: – Мне кажется, он из тех мужчин, которые считают, что женщина должна валяться у них в ногах.

– Ты очень наблюдательная девочка, – похвалил ее Джеймс. – Надеюсь, Джиллианна не выберет этого остолопа.

– Разумеется, – кивнула Джиллианна. – Сэр Дэвид – не лучший выбор. Я сразу это поняла. А сэр Роберт?

Мэри задумалась и прикусила губку.

– Миледи, не знаю, что сказать. Он красив. Когда он пришел сюда вместе с остальными, то вел себя как джентльмен. Но, поняв, что вы победили его и отняли его лошадь, он повел себя так же, как сэр Дэвид. То, что он кричал вам, – это недостойно джентльмена. Не знаю, как выразить это словами, но я чувствую, что он не тот человек.

– То, что ты сказала, полностью совпадает и с моим мнением. Теперь остался лишь сэр Коннор Макенрой.

– О, миледи, если бы вы выбирали по внешности, он был бы на первом месте.

– Правильно. – Джиллианна едва сдержала смех, видя, как все мужчины закатили глаза. – Он похож на викинга из старинных преданий.

– Да, он настоящий викинг. Он спокойно и с достоинством принял ту шутку, которую вы сыграли с ним. Я никогда не слышала об этом мужчине ничего плохого. Напротив, я много слышала о том, что он очень хороший человек и заботится о своем клане. Думаю, я выбрала бы его. Во всяком случае, он умеет сдерживать гнев.

Джиллианна кивнула, думая о том, что сэр Коннор умеет сдерживать не только гнев, но и все эмоции вообще. Он был неприступен, как стена; она не могла уловить ни единой его мысли. В этом он был похож на Джеймса, обладавшего своеобразной защитой от таких проницательных людей, как она. Джиллианна не верила, что человек, сумевший поднять свой клан из руин и прекратить войну, обладает злым сердцем.

Она посмотрела на мужчин, не спускавших с нее глаз.

– Итак, джентльмены, вы согласны с Мэри? – Все одобрительно закивали. – Тогда я выбираю сэра Коннора. Утром, когда к замку подойдут войска, я с сэром Джеймсом выйду к лэрдам и объявлю им мое решение.

Джеймс нахмурился:

– Может быть, лучше позвать их в замок?

– Нет. Это может быть опасно.

– Почему?

– Они могут затеять драку друг с другом, а мы окажемся посередине. Кроме того, оказавшись внутри, их будет очень трудно выгнать.

– Но ведь они хотят заполучить эти земли и замок, – напомнил один из людей Мюрреев.

– Именно так, Айан, – ответила Джиллианна, – но, думаю, мне удастся отговорить моего будущего мужа сразу присваивать себе поместье. Не знаю почему, но мне кажется, что первое, что он сделает, – это немедленно увезет меня после свадьбы в свой дом.

– Потому что он не доверяет своим соседям, – проворчал Джеймс.

– В некотором роде да. Вряд ли они нападут на нас, но могут попытаться похитить меня или мои земли. Поэтому вы должны будете держать ворота запертыми до тех пор, пока я не разрешу вам их открыть. Если приедет мой отец, расскажите ему все, как было. Джеймс, возвращайся в Дублин и передай моим родственникам, если вы разминетесь с отцом, что я вышла замуж. Потом приезжай ко мне в Дейлкладач и привези мои вещи. Боюсь, мне не дадут времени на сборы.

Джиллианне пришлось потратить немало времени, чтобы настоять на своем. Впрочем, ее план был вполне разумен, и воинам, несмотря на уязвленную гордость, пришлось с ним согласиться. Вскоре они остались в зале вдвоем с Джеймсом.

– Джеймс, это единственный выход, – тихо произнесла Джиллианна. – Ты согласен со мной?

– Умом – да, но мое сердце восстает против твоего решения. И я не хочу быть тем, кто расскажет эти новости твоей матери.

– Она сильная женщина.

– Твой отец придет в ярость. Не только из-за того, как поступили с тобой, но и потому, что это причинит боль твоей матери.

– Объясни ей, что со мной все в порядке, что мне ничто не грозит.

– Ты в это веришь?

Немного поколебавшись, Джиллианна кивнула:

– Верю. Я не могу проникнуть в мысли сэра Коннора. Он закрыт для меня, так же как и ты. Однако я его не боюсь. Хотя я мало знаю о том, как нужно вести себя в постели с мужчиной, что-то подсказывает мне, что с ним мне будет хорошо.

Джеймс рассмеялся:

– Ты слишком много времени провела в разговорах с нашим кузеном Пейтоном. – И вдруг он помрачнел. – Я передам эти слова твоей матери. Но если твой отец будет дома, мне придется рассказывать о тебе, держась от него на безопасном расстоянии.

– Он не причинит тебе вреда, – попыталась успокоить его Джиллианна.

– Знаю, но его гнев может быть так силен, что свалит меня с ног, – мрачно усмехнулся Джеймс.

– Однако даже самые сложные вопросы отец предпочитает решать при помощи слов, а не меча. – Она пожала плечами: – Кто знает, может быть, это действительно мой шанс удачно выйти замуж. К тому же это не обязательно должно длиться вечно.

– Ты сможешь разорвать брак?

– Честно признаюсь, я действительно не боюсь сэра Коннора и в глубине души уверена, что если наш брак окажется неудачным, то я просто уйду от него.

– Вот бедняга! – притворно вздохнул Джеймс. – Твой отец станет для него настоящим сюрпризом. Впрочем, как и ты сама.

– Точно. Он думает, что ему достаточно просто жениться на мне и присвоить мои земли. Интересно, сколько времени понадобится ему на то, чтобы понять, что женщины из клана Мюрреев не так уж просты.

Глава 6

– Девица вышла из замка. С ней только один человек, – объявил сэр Дэвид, вскакивая в седло.

– Что ты хочешь сделать? – спросил сэр Коннор, хватая его лошадь за поводья.

– Поеду и схвачу ее.

– Она идет сюда с белым флагом. С ней лишь ее кузен. Ты должен уважать такое проявление мира.

– Я? Должен?!

– Да, Дэвид, – вмешался в разговор сэр Роберт. – Должен. Мы здесь с разрешения короля и должны вести себя как цивилизованные люди.

После недолгого колебания сэр Дэвид слез с лошади, и Коннор облегченно вздохнул. Он чувствовал, что Дэвидом движет слепая ярость и он способен на все. Что касается сэра Роберта, то тот тоже не желал упустить возможность захватить эти земли и отомстить обидчице. Его внешнее спокойствие было обманчивым, и Коннор все время на него косился, готовый в любую минуту его остановить.

– Милорды, – произнесла Джиллианна, остановившись в нескольких шагах перед ними, – я хочу поговорить с вами. Вы обратили внимание на белый флаг?

– Да, – за всех ответил Коннор. – Мы готовы говорить.

– Если мы не придем ни к какому соглашению, я хочу быть уверена, что мы с моим кузеном сможем беспрепятственно вернуться в замок.

– Хорошо. Вы сможете вернуться и подготовиться к войне, – вынес вердикт сэр Дэвид.

Джиллианна улыбнулась ему:

– Надеюсь, я сумею избежать столкновения и не увижу, как вы беситесь под моими стенами.

Сэр Дэвид рванулся к ней, но сэр Роберт успел схватить его за руку и удержать на месте. Джиллианна понимала, что сэра Дэвида вряд ли удовлетворит ее выбор, и это был дополнительный повод выбрать сэра Коннора, который, судя по всему, обладал способностью усмирять подобных грубиянов. Джиллианна подозревала, что сэр Дэвид и сэр Роберт могут объединиться против Макенроя. Во всяком случае, они точно не придут ему на помощь, когда здесь появится ее отец.

– Я хотела просить вас подождать до приезда моего отца, – заявила она, глядя на сэра Коннора.

Тот спокойно выдержал ее взгляд.

– Зачем нам его ждать?

– Чтобы обсудить женитьбу на мне как положено.

– Зачем? Сам король благословил нас на брак с вами.

– Но король не обсуждал это с моим отцом. А ему не понравится, что такие вопросы решаются за его спиной.

– Не думаю, что ваш отец будет оспаривать решение короля, – упрямо заявил сэр Дэвид.

– Может быть, ваш отец сумеет переубедить короля, но это уже не имеет значения, – вступил в разговор сэр Коннор. – Мы все решим прямо сейчас. А если вашему отцу это не понравится, то с этой проблемой мы разберемся позже.

Все прекрасно понимали, что ее отец не посмеет перечить королю. Они восприняли королевские слова как команду, хотя это было ошибкой. Однако Джиллианна допускала, что не сможет их переубедить.

– Хорошо, – тяжело вздохнула она. – Когда началось все это безумие, я поклялась, что ни одна капля крови не прольется из-за меня.

– Вы передумали? – недоверчиво спросил сэр Кондор.

– Нет, – ответила Джиллианна. – Но я положу этому конец прямо сейчас. Сэр Коннор Макенрой, я выбираю в мужья вас.

Последовала долгая пауза. Джиллианна чувствовала, что сэр Роберт и сэр Дэвид кипят от гнева. Вдруг сэр Коннор кивнул, сделал шаг вперед и взял ее за руку. Джеймс рванулся к ней, но Джиллианна остановила его движением руки. Она немного испугалась, когда Коннор потащил ее к стоявшей неподалеку маленькой церквушке, Джеймс и остальные поспешили за ними.

– Что вы делаете?! – воскликнула Джиллианна, едва поспевая за его широкими шагами.

– Веду тебя к священнику, – ответил Коннор.

– Ты привел с собой священника?

– Да, и ему надоело дожидаться тебя, он торчит тут целых четыре дня.

Судя по его тону, он полагал, что в этом была виновата она.

– Ты хочешь просто привести меня в церковь и жениться на мне? Разве мы не устроим праздник?

Он обернулся и взглянул на нее, приподняв одну бровь. Джиллианна решила, что это выражение свидетельствует о том, что он раздражен.

– Думаю, ты понимаешь, что я не хочу еще раз оказаться с тобой за одним столом.

– Но невеста должна получить возможность как-то отметить такой важный день в ее жизни.

– Ты уже отметила. В течение трех дней ты отбила нападение трех армий, победила трех лэрдов, не получив ни единого синяка. Вряд ли найдется женщина, которая бы устроила себе такой праздник.

В его словах был резон, но Джиллианна не могла поверить, что прямо сейчас ей придется произнести слова клятвы. Когда Коннор заставил ее встать на колени рядом с собой у алтаря и озадаченного священника, Джиллианна помолилась про себя, чтобы их первая брачная ночь не была такой же стремительной.

Как только слова клятвы были произнесены, Коннор быстро поднялся на ноги, рывком поднял Джиллианну и крепко ее поцеловал. Его губы были теплыми, мягкими и ужасно соблазнительными. Ей понравился его поцелуй. Но как только тепло начало разливаться по ее телу, он отстранился, взял ее за руку и вывел из церкви.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.