Алексей Евтушенко
Беглец

* * *

Смертельно хотелось курить – и ни одного табачного киоска поблизости. Мужчина сидел один на парковой скамейке. Брюнет. Длинные густые волосы откинуты за спину и не мешают обозревать желающим его медальный профиль: высокий лоб, прямой нос, твёрдая линия подбородка. Потёртые джинсы, сандалии на босу ногу и слепящей белизны рубашка с короткими рукавами. Руки в меру мускулистые и загорелые.

– Добрый день, – сказала я.

– Привет.

– Извините, у вас не найдётся сигареты?

Он глянул снизу вверх, и я поразилась яркой густой синеве его глаз на смуглом лице.

– Вообще-то я не курю, но сигареты у меня найдутся.

В протянутой ко мне ладони оказалась распечатанная пачка «Кент». Готова была поклясться, что он за ней в карман не лазил. Всё время, что ли в руке держал? Но зачем, если, как сказал, не курит? Я взяла сигарету и поблагодарила.

– Присаживайтесь, если желаете, – предложил он и подвинулся на скамейке.

– Удивительно мало людей сегодня в парке, – глубокомысленно изрекла я, усаживаясь рядом с ним.

– Жарко, – кивнул он. – Суббота. Народ сидит по домам и пьёт охлаждённые напитки.

– Странно, – я окинула его одним из своих коронных взглядов, означающих: «Вообще-то ты ничего, но много о себе не воображай, потому что я девушка разборчивая». Годков тебе, наверное, что-то около тридцати. Ну, может, чуть меньше. Или больше. Взрослый, в общем, мальчик…

– Что странно?

– Зачем вам сигареты, если вы не курите?

– А, это… – тихо засмеялся он, блеснув ровными зубами. – Все просто. Вы мне понравились, и я решил вас угостить. Только вот марка сигарет…

– Что?

– Не знаю, какие вы любите. Может быть, «Кент» не вполне подходит?

– Что вы, что вы! – включилась я в игру. – «Кент» – в самый раз.

– Возьмите всю пачку, – просто сказал он.

– Спасибо, – милостиво улыбнулась я, пряча сигареты в сумочку. – Всегда стараюсь следовать старому доброму правилу: дают – бери, бьют – беги.

– Так уж и всегда? – прищурился он.

– Всегда! – храбро соврала я.

– В таком случае, позвольте мне предложить вам бокал холодного шампанского.

«Ну вот, начинается», – подумала я и отвернулась, собираясь вставать.

– Вы меня неправильно поняли, – в его голосе проскользнула смешинка. – Я вас никуда пока не приглашаю. Настоящее французское шампанское из винограда урожая 2000 года. Здесь и сейчас.

Я оглянулась.

В тяжёлых запотевших бокалах резного хрусталя искрилось вино. Один бокал он протянул мне. Мы чокнулись. Нежный звон растаял между нами.

– За что пьём? – осведомилась я, стараясь держать себя в руках.

– За нашу встречу, разумеется, – улыбнулся он.

Шампанское оказалось настоящим, холодным и удивительно вкусным.

– Если ты разлюбил шампанское, ты разлюбил жизнь, – изрёк он, смакуя напиток.

– Где-то я уже это слышала.

– Я вовсе не претендую на авторство.

– А! – воскликнула я и поставила бокал рядом на скамейку. – Вы фокусник экстракласса, да?

– Увы, – его глаза почему-то погрустнели. – К сожалению, это не фокус. Кстати, меня зовут… Иван. А вас?

– Светлана, – призналась я.

Он допил шампанское и протянул мне бокал:

– Возьми, в хозяйстве пригодится.

Я попыталась протестовать.

– А как же принцип? – настаивал он. – И потом, не выбрасывать же такую красоту!

– Себе возьми.

Как-то незаметно мы перешли на «ты».

– Я бы взял, да некуда. У меня, видишь ли, нет постоянного места жительства.

– То есть?

– То есть, сегодня, например, мне совершенно негде ночевать. Впрочем, есть вариант, что ты пустишь меня к себе… Ведь ты не замужем, верно?

– Нет, – ляпнула я машинально и тут же спохватилась. Каков нахал, однако!

– Это с какой же стати я пущу в дом совершенно незнакомого мне человека? – заряд иронии, как мне казалось, был достаточен даже для того, чтобы смутить носорога.

– Ну, во-первых, мы знакомы. Я – Иван, ты – Света. Так? А во-вторых, я могу решить несколько твоих проблем, скажем так, материального порядка, и ты за это пустишь меня к себе жить.

Я засмеялась, осознав наконец всю нелепость нашего разговора.

– У тебя красивый смех, – сказал он.

– И только?

– Не только. Ты вообще одна из самых красивых женщин, которых я когда-либо встречал. И сердце у тебя доброе…

– Наглый подхалимаж…

– По-моему, это ошибка – считать красивых женщин изначально злыми. Все как раз наоборот. Просто им слишком часто приходится защищаться.

– Ты говоришь общеизвестные вещи, – заметила я. – Общеизвестно, например, что я красива…

– И добра. Правильно. И умна. А повторение общеизвестных истин… Мир держится на этих самых истинах. Простых и общеизвестных.

– По-твоему, жизнь проста?

– Я этого не говорил. Истины просты, а жизнь как раз сложна именно в силу недостаточного понимания простых истин.

– Парадокс. Получается, что чем проще истина, тем сложнее её понять.

– Конечно, – охотно согласился он. – А иначе как бы осуществлялось развитие? В основе любого прогресса лежит какой-нибудь завалящий парадокс. Возьмём, к примеру, развитие наших отношений…

– Ну?

– С одной стороны – беседа о смысле жизни, а с другой – очень хочется есть. Мне, во всяком случае.

– Если это намёк, – злорадно оживилась я, – то знай, что холодильник у меня пуст и денег тоже нет.

– Ага, – казалось, он услышал именно то, что хотел. – Тогда пойдём.

– Куда?

– К тебе, конечно. Не на лавочке же этой нам обедать. Хотя, если желаешь, можно и на лавочке.

– Я же тебе сказала, что в доме хоть шаром кати.

– Это уже не твоя забота.

Впоследствии ничем иным, кроме как наваждением и кратковременным помешательством рассудка, я не могла объяснить того факта, что мы под ручку отправились прямиком ко мне домой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.