# Цветок змеиного дома

Галина Нигматулина

Я выжила, это чудо, что у меня выработался иммунитет… Теперь я драгоценный цветок их дома. Никто не посмеет меня тронуть… Или все же посмеет, чтобы отомстить?
Получилось ли у меня завладеть его сердцем? Его сиреневые глаза так нежно смотрят… что я готова растаять… Но я чувствую, как сгущаются тучи, что-то грядет. И я должна защитить себя и своих детей… И свой мир.

© Нигматулина Г.

© ООО «Издательство АСТ»

* * *

Когда легкий флаер, управляемый самим ньером, опустился в центре огромного дворцового комплекса правящей ветви зеленых нитхов, я, честно говоря, чувствовала себя не очень. Укачало. Слишком уж много времени провела у окон движущегося транспорта. Сначала в шатле, наблюдая вид из космоса и посадку на Шиммор. Потом рассматривала мелькающую за прозрачной панелью флаера столицу, охая от восхищения на проносившиеся внизу огромные сады и парки с искрящимися фонтанами и бассейнами головного дома Дэйрашшша, и вот результат – тошнота. А ведь раньше я никогда от «морской болезни» не страдала. Наоборот, всегда любила скорость и движение: и байк Ярослава, моего двоюродного брата, был тому подтверждением. Правда, вот только давал он мне его редко: «Женщина и руль – вещи несовместимые! Куда тебе, пигалица, с такой махиной управляться?! Расшибешься еще, а мне потом всю жизнь себя винить. Лучше я сам. Держись…» Вспомнив свою бурную юность, невольно улыбнулась: «Ну и покуролесила же я в свое время!!! Мне повезло. У меня было три брата. Любимых старших брата…»

«Вот черт!» – От внезапного головокружения качнулась и, сдерживая приступ тошноты, вцепилась в поддерживающую меня руку ньера, который как раз помогал мне покинуть летное устройство, чтобы пересадить в ожидающую нас кабинку для дальнейшего путешествия по дворцовым лабиринтам.

– Потерпи, со-рин, я знаю, ты устала. Обычно на таком сроке не путешествуют, но наши дети приходят в этот мир под крышей своего дома. Таковы традиции. Здесь я могу дать вам защиту в полной мере, – внимательные, чуть встревоженные светло-зеленые глаза и сильные руки, подхватывающие мое тяжелое тело, – и еще, запомни, Лленна, в моем доме ты подчиняешься только мне и Анаишшшу, для всех остальных ты ассиэри. И никто, повторяю, никто, даже мой ши-ар, не имеет права от тебя что-либо требовать, руководить твоими действиями или указывать на ошибки. Только я и эн. – Кинул прищуренный, проницательный взгляд на хмурого Шэйтассса, стоящего рядом с нами и внимательно прислушивающегося к словам своего арри. – Ты – госпожа моего дома, дома зеленых нитхов, – Дэйрашшш снова посмотрел на меня, мгновенно смягчая выражение лица, – и любой, кто попытается причинить тебе вред или оскорбить, будет отвечать передо мной и перед моим супругом. Шэйтассс обязан защищать мою со-рин и мое потомство так же, как я обязан защищать его дом. Предательство – смерть. Поняла? – Мне давали разъяснения, как неразумному ребенку, заодно предостерегая ниида.

– Да, – прошептала я, думая о том, что не все так просто, и любой закон можно нарушить, а правила обойти. Подтверждение тому – Даирр и Раисс. Правда, эти за свое преступление ответили и даже более чем. А вот Эйтассс и Сианн были еще живы. Нииду, конечно, предательство невыгодно, но он умеет и знает, как использовать их законы в своих интересах. Про женщин вообще молчу, не знаю как у их рин, но помня истории наших гаремов, кровь в жилах стыла. А ведь там тоже царила своя строгая иерархия и жесткие порядки. Обходили же? Одна надежда – раянки. Вот у кого безупречная репутация. Единственные женщины, которым я могла доверять. Потому что их обязывал на это контракт и они не были моими соперницами…

– Твое сердце стучит, словно маленькая птичка, бьющаяся в ладони, цветочек. Не волнуйся, мой дом станет и твоим домом тоже, Лленна. Со-рин – это сокровище, которое нааганиты умеют ценить и беречь.

Склонившись, мне подарили долгий, успокаивающий поцелуй.

С благодарностью на него ответила, думая о том, что этот змей точно проследит за выполнением всех своих «правил». Анаишшшу я верила, как никому, а уж ниид стопроцентно позаботится о том, чтобы его «дивный цветок» никто не посмел обидеть. Даже он сам. Обещал. Не зря же в такую даль вместе с нами поперся, оставив дома свое сокровище – своего сына и моего будущего зятя Лейшшшара. Так что зря я себя накручиваю. Вон какая у меня поддержка! Кто тронет? Даже улыбнулась, чувствуя странное облегчение.

Одобрительно кивнув головой, Дэйрашшш занес меня в кабинку. Подождал брата, Шэйтассса с охраной, Гррана, Лиасса с нитхами и, удобно расположив меня на своем теле, дал приказ двигаться в жилой корпус.

Странно, меня почему-то уже совершенно не тошнило. И близнецы зашевелились активнее, радуясь близкому присутствию иссаэра и его руки на моем животе и широкой ладони их отца. Его довольство… Расслабившись, откинулась на змеиную грудь третьего лорда и переплела пальцы с рукой блондина. «Все у нас будет хорошо, маленькие. Мы дома. Ваш папочка с вас пылинки сдувать будет. А я надеюсь, что уже скоро смогу прижать вас к своей груди, услышать ваше дыхание, вдохнуть в себя сладкий запах младенцев. Три недели. Так долго и так быстро. Александр, Аналлин, в этом мире вы – мое главное сокровище».

Устало прикрыла глаза и под плавное движение скользящей на силовых линиях платформы, думая о своих детях и их судьбе, незаметно для самой себя уснула. Поэтому и пропустила встречу со здоровенным синеволосым нааганитом с глазами цвета темного турмалина, который вышел нам навстречу и, «ломая» себя, согнулся в легком поклоне перед третьим лордом и спящей на его руках со-рин, интересуясь ее здоровьем, и тем, было ли путешествие Дэйрашшша легким. Но мой ньер даже не стал отвечать на приветствие бывшего главы дома. Он просто тяжело посмотрел в его прищуренные, полные ненависти синие глаза и посоветовал больше никогда не вставать у себя на пути, приказав низшему готовиться к скорому отлету в его владения. А вот черный ниид задержался. И поинтересовался: а каково живется тому, кто всего лишь месяц назад сам носил обруч власти и входил в Совет нааганитов, правя таким сильным домом, как этот, а теперь – всего лишь глава второй ветви и, по закону, после рождения детенышей подопечного должен отправиться обратно в свой отсталый сектор, из которого его когда-то вытащил высокородный супруг? Ему вот такое унижение не грозит. Он четвертый лорд из высшей ветви и не зависит от милости своего арри, а их дети, в отличие от потомства Эйтассса, будут равными…

Слова ниида задели синеволосого и привели его в бешенство, но ответить зарвавшемуся мальчишке мужчина пока не мог. Не то положение…

– Пос-с-с-смотрим, кто будет править через месяц, щ-щ-щенок! – прошипел нааганит, провожая спины своих «родичей» взглядом, полным обжигающей ненависти. – Ваш-ш-ш гарант такая х-х-хрупкая. И ес-с-сли бы не девочка, которую она носит, и ее кровь, которая мне так нужна…

Резко развернувшись, нааганит поспешил в свои покои. В почерневших турмалинах Эйтассса плясало обещание смерти…

А маленькая со-рин, над головой которой сгущались темные тучи, спокойно спала и даже не проснулась, когда ее переложили в огромную, рассчитанную под трансформированное тело нааганита постель, удобно расположив на своем широком плече. Сонно обняв мужчину за мощную шею и прижавшись к нему в поисках защиты, она продолжила видеть свои человеческие сны. И никто не заметил, как по девичьей щеке скатилась маленькая слезинка…

* * *

Открыв глаза и рассмотрев над головой незнакомый потолок, поняла, что я, скорее всего, в покоях своего лорда.

Улыбнувшись, присела на кровати и стала оглядываться в поисках ньера или иссаэра, изучая обстановку теперь уже и моей спальни, чувствуя, как угасает улыбка, а все мои сомнения и страхи возвращаются, потому что меня бросили. Я находилась одна в огромной, накрытой зелеными тканями постели, и никого из братьев рядом и близко не было. Но не это меня задело, мало ли, вдруг вышли в другую комнату? Обидело то, что я увидела двух золотоволосых воительниц, которые, заметив мое пробуждение, встали со стульев и, приветливо улыбаясь, подошли, чтобы поприветствовать. А это означало только одно: меня оставили под их присмотром. Значит, сами ночевали не здесь.

Стало так муторно на душе… Первый день в доме ньера и уже избавились, как от обузы. Даже Анаишшш…

«А говорил… А сам… По рин своим соскучился?!! Вот и верь… после этого…» – Почувствовала боль, потому что перед глазами замелькали та-а-акие картинки. – «Значит, все-таки не выдержал и решил вспомнить вкус толлы? Ладно…»

Не обращая внимания на протянутую руку раянки (чтобы помочь мне спуститься с высокого ложа) я укуталась в длиннющее темно-зеленое покрывало и, глухо спросив, где здесь туалет, стала сползать с кровати, ничего не видя из-за непролитых слез. Разочарование разочарованием, а зов природы никто не отменял, тем более у беременных. Еще и огрызнулась на телохранительниц, чтобы не лезли со своей заботой. Не до них… «Потом познакомимся. Позже…» Хотелось остаться одной.

– Ай!!! – Запутавшись в ткани, я качнулась, а потом, потеряв равновесие, начала падать с довольно приличной высоты, успев только подумать, какая я все-таки идиотка! – «Дети!!!»

Не упала: меня подхватили сильные руки, причем как женские, так и мужские. Руки раянки и руки иссаэра…

– Ну вот, и как тебя одну хоть на минуту оставить? Совсем беспомощной стала! – усмешка. – Надин, ты чего? А ну, посмотри на меня?! – встревоженные сиреневые глаза и жесткие пальцы на подбородке. – Вы чего ей тут наговорили?! Почему она в таком сос-с-тоянии?! – пробирающее до дрожи гневное шипение в сторону раянок. – Так вы заботитес-с-сь о с-с-своей подопечной?!! – легкая трансформация. – Отвечать!!!

Ну ничего себе у блондина голос! Удивил.

Поняв, что сейчас из-за моей дурацкой ревности и глупого поведения пострадают невиновные, вцепилась в рукав бирюзового кимоно белого змея и, не сдерживая улыбки от облегчения (потому что влажные волосы и нежный чистый аромат иссаэра мне сразу подсказали, где мужчина был и чем он занимался), попросила прощение. У Анаишшша – за недоверие. У воительниц – за незаслуженный выговор от нааганита, сразу предупредив смотревших на меня оценивающим взглядом раянок, что им со мной не повезло! И они еще «наплачутся» с такой подопечной, как я, посоветовав попросить у третьего лорда дополнительную премию за «вредность». Вместо молока.

Улыбнувшись, мне ответили, что их уже об этом предупредили, а оплата их услуг такова, что дополнительная премия им не требуется. Я очень «дорогой» объект. Во всех смыслах этого слова. На семь поколений хватит. Или будут обеспечены, или их род сотрут с лица земли…

Ненадолго зависла от такой информации, хотя уже знала условия их контрактов.

Я действительно была о-о-очень дорогим объектом.

Еще раз извинилась, подумав о том, что не хочу быть ответственной за такое количество жизней.

Вот так и началось мое знакомство с Наллой и Индой – раянками, ставшими мне впоследствии настоящими подругами. Верными и преданными, и не только из-за договора с ньером…

* * *

– Все? – Ожидая, когда на мне завяжут поясок от огромного сине-зеленого, расшитого чешуйчатым орнаментом кимоно, после того как привели мое тело в порядок, я в нетерпении пританцовывала в ванной, чувствуя ужасный, просто дикий голод. Ведь я со вчерашнего обеда ничего не ела и заснула, не поужинав. Еще и нервы сама себе с утра успела потрепать. Вот аппетит и разыгрался. Ведь, как и все детки, мои малыши перед родами усиленно набирали вес. и я вместе с ними. Скоро в двери не пройду с таким животом.

– Все, – улыбнулся змей, радуясь моему хорошему настроению и, самое главное, аппетиту. – Давай только сначала волосы тебе хоть немного просушу. Это недолго. – Блондин потянулся к механизму сушки.

– Не хочу. – я вывернулась из-под сильной руки. – Анаишшш, не томи, ты меня и так больше часа купал. Мы проголодались. Пойдем уже. – Потянула едва успевшего накинуть на себя халат мужчину к дверям.

Еще минута, и я сама покусаю эту блондинистую заразу. Приказ приказом, а на моей шее опять следы от его клыков. И намывал он меня так долго не просто так. Хотя, я первая начала, а он не удержался. Только я не виновата! Просто нельзя быть таким красивым и желанным. И таким потрясающим любовником!!! Жаль, что пока только такие ласки… Зато обоим было хорошо. Дэя я так ни разу не пробовала. Да он и не намекал, а я и не решалась… Ньер другой…

До трапезной меня донесли на руках, подарив пару долгих тягучих поцелуев.

За время нашего отсутствия ничего не изменилось. Шикарные апартаменты, напичканные инопланетной техникой, комфортом и удобствами, о которых можно только мечтать, и все равно фантазии не хватит, чтобы все это представить, потому что не с моим уровнем развития, как бы обидно это не звучало.

В этом грандиозном комплексе был и бассейн, и огромная оранжерея под силовым куполом с местной флорой и даже фауной (о которой мне все уши прожужжал блондин), и детская, и рабочая зона для ньера, и учебные классы для наследников, и «кладовочка», – подколол меня Анаишшш, когда давал описание комнат, пообещав позже провести по ним экскурсию. Ведь в этих покоях прошла почти вся его жизнь: его и эна. И здесь когда-то жила его мать Анишшша, раса халидка. Очень чувственная и красивая раса. Как женщины, так и мужчины. Только вот зеленоглазой красавице не повезло: вырванная насильно из своего родного мира, потому что ее заметил высокородный нааганит Дайгэшшш, отец моего ньера, она рано ушла из жизни, даже не успев почувствовать радость от первого материнства. Потому что ее организм не справился с токсинами от двойной нагрузки. Анишшша ждала энов. Да и «дар жизни» тоже сделал свое «черное дело»… И «право ньера» во время сцепки, подготавливающее организм к оплодотворению…

Знаю, сама через это прошла, а также знаю, что беременность от нааганита – это всегда смертельный приговор для той, кто продолжает их род. Не в первый, так во второй раз стопроцентно. Только вот, в отличие от других, мне повезло гораздо больше: я смогла ею «переболеть», выработав иммунитет. Для остальных со-рин зачатие от ньера и вынашивание его потомства было трагедией. И трагедией было для многих миров, находящихся под «пятой» империи нааганитов.

За те несколько месяцев, что я прожила среди змее-людей, я много чего узнала, но порой у меня все равно не укладывалось в голове, как одна раса могла держать под контролем целые галактики, разбитые на сектора со множеством «разумных» планет? Это же какой силой и мощью нужно было обладать, чтобы все это удерживать в своей власти?

Обладали. И удерживали.

Ведь многие расы не раз пытались сбросить с себя змеиное иго, но нааганиты умели беречь и охранять то, что хоть раз попалось им в когти. Восстания жестоко подавлялись. Накладывались санкции, ограничивающие развитие оступившихся миров. Уничтожались целые планеты. Виды…

Кстати, отца братьев убили во время такого бунта в космическом сражении у границ непокорного мира Саллих. Только вот слишком уж это все выглядело как тщательно разработанный план по устранению третьего лорда, входящего в Совет нааганитов. Ведь отсталая раса зардов использовала запретное оружие. Оружие, которое невозможно было достать без посторонней помощи. Оружие нааганитов и боевые крейсеры сорхов…

Когда Анаишшш рассказал мне об этом, первая мысль мелькнула про ши-ара их отца. Поделилась догадкой с блондином. Иссаэр кивнул соглашаясь: «Мы тоже так думаем, надин. Но он сумел устранить всех свидетелей. Сложно что-то доказать, когда в назидание другим целая планетарная система распыляется на атомы, причем без разрешения Совета, в отместку за жизнь своего арри и третьего лорда правящей ветви. За измену нашему дому – дому зеленых нитхов. «Право защиты» – так он тогда это пояснил…

Закон был соблюден и ши-ар получил то, что хотел – Обруч власти. А мы с братом в те годы были еще слишком молоды и не имели поддержки рода как недееспособные особи. Особенно я. Если бы не Лиасс и его верные нитхи, а также поддержка золотого даэрра и предварительный договор о браке Шэйтассса и Дэйрашшша и помощь ниидов, все могло закончиться смертью эна. Хотя пытались, но брату повезло, он смог выжить. Нашел свою со-рин. Встал во главе дома, А значит, теперь настало наше время, с-с-сладкая».

И такие глаза…

Иногда холод Анаишшша пугал даже меня. Нааганит…

В зале для трапезы нас уже ждали.

– Рад с-с-с-слышать твое дыхание, маленькая со-рин, ты с каждым днем расцветаеш-ш-шь все сильнее, цветочек. А твой аромат, м-м-м, он с-с-сводит меня с ума, с-с-сладкая. – Хищные ноздри ниида жадно затрепетали, втягивая мой запах. Пара секунд, и черные глаза с оранжевым зрачком мгновенно сузились от злости. – Иссаэр, а разве арри тебе не запретил ее трогать?! У Лены всего три недели до родов осталось!!! – Вот это рявк! И нюх! И наглость!

Ну ничего себе?! Если голос Шэйтассса, который сидел за столом в компании ньера, обращенный ко мне, был сама патока, то для иссаэра – злость, раздражение и ревность. А комплимент, при моем ньере? Это что-то новенькое. Странно.

И почему Дэйрашшш на все это не отреагировал, а спокойно протянул мне руку, приглашая к себе? А ши-ару же – просто тяжелый прищуренный взгляд? Ведь даже стоящие в стороне раянки выглядели удивленными. Ревность к чужой со-рин – это нетипичное поведение для нааганита. Еще и из другого дома – дома ниидов.

– Что, арри опять тебе отказал, поэтому и бесишься? – Анаишшш передал меня своему эну и, подав стакан с молоком, подождал, пока я его выпью. Забрав, поставил его на стол. – К тому же, я не делаю ничего такого, что «твой» цветочек не хотела бы и что может ей навредить. Эн это знает и полностью мне доверяет, – уселся рядом с братом, придвига я к нам тарелочки с моими любимыми лакомствами. – Я не ты, я не причиняю женщине боль. – Склоненная набок голова и внимательный цепкий взгляд. – Лучше скажи, ниид, как тебе рин нашего дома? Я слышал от раянок, к утру ты позвал четвертую. И они стонали не только от наслаждения. Первой пришлось даже доктора вызывать. Малышка теперь еще несколько дней восстанавливаться будет. Потребовала компенсацию. И ты думаешь, после этого Дэй когда-нибудь подпустит тебя к нашей маленькой со-рин? Ты не умеешь себя контролировать, темный. Для нее ты слишком жестокий… – Иссаэр спокойно налил себе в чашку горячего травяного чая и, подцепив со стола булочку с гаррой, стал завтракать, как ни в чем не бывало. А ведь если бы на меня так смотрели своими жуткими черными глазами, прищуренными от злости, я бы точно подавилась.

Представив, что эта мамба могла делать с бедными девушками, удовлетворяя свою похоть и, узнав о том, что, возможно, в будущей перспективе через это «улыбнется» пройти и мне, потому что Шэйтассс, оказывается, так и не отступился, почувствовала безотчетный страх и неприязнь к нему как к мужчине. И… разочарование.

Нет, я и раньше знала, что ниид довольно жесток, мстителен, беспощаден к врагу, любит убивать, наслаждаясь хорошим боем, но мне казалось, что к женщинам это не относится. По крайней мере, его рин забитыми и измученными не выглядели. Вышколенные – да. Послушные – очень. С опаской и повышенным «уважением» к своему господину в глазах – согласна. Но без ужаса! Да и обреченности у наложниц от их положения я, к своему удивлению, не замечала. Наоборот, когда мы с Анаишшшем проводили время в покоях темного, я часто ловила на себе от этих красавиц довольно неприязненные и даже ревнивые взгляды. А вот Шэйтасссу и Анаишшшу доставались совсем другие… Томные, призывные, обещающие. Как же грациозно двигались и изгибались их роскошные тела, едва прикрытые невесомыми тканями, перед нааганитами! Стрип-пластика во всей своей красе! Воплощенная чувственность и эротика, жаждущая мужского внимания. И точно не жертвы… Или я все-таки ошибаюсь?..

– Лена, еш-ш-шь, хватит смотреть на моего ши-ара с таким страхом. Не так уж та рин и пострадала. Доктор ее осмотрел, ничего серьезного, просто она еще неопытна и впервые провела ночь с ниидом. К тому же, дом Шэйтассса все уже оплатил. Причем всем четверым и даже более чем. Поверь, о «щедрости» моего супруга теперь легенды слагать будут. Среди наложниц такое оживление… – Хмыкнув своим мужским мыслям, ньер поцеловал меня в висок и, проследив, чтобы я проглотила кусочек сладкой булочки, которую он уже несколько секунд держал перед моим ртом, терпеливо ожидая, пока я перестану пялиться на Шэйтассса, отломил новый, не забыв приласкать тревожно зашевелившихся энов. – А с тобой, Анаишшш, я поговорю позже. Ваше соперничество мне уже надоело. Еще раз такое повторится при девочке – три дня без своей надин. Не забыл? Шэйтассс теперь мой ши-ар. Ты должен его уважать! – голос Дэйрашшша был очень спокоен, но так тяжел. И столько невысказанного предупреждения.

– Ты ведь не… – увидела, как иссаэр мгновенно подобрался, растеряв свою игривость. – Она наша со-рин! Дэй… – Начал вставать из-за стола с быстро темнеющими глазами. Кулаки сжались. Лицо заострилось. Частичная трансформация.

Вздрогнув, я со страхом посмотрела на слишком уж довольно оскалившегося ниида, поняв, о каком разрешении идет речь.

– Нет, в этом ему отказано.

Кажется, мы с иссаэром оба выдохнули от облегчения.

– Но в знак доверия я разрешил иногда ее кормить, ведь ши-ар позволял вам общаться с его сыном…

Кусок встал мне поперек горла. Нет, Шэйтассс когда-нибудь делает что-то просто так? Вот гад! Не мытьем – так катаньем. Но… А ньеру-то зачем идти на уступки четвертому лорду? Ведь если бы захотел, Дэйрашшш мог легко ему отказать. Этот зеленоволосый нитх тоже без выгоды ничего не делает. Позже спрошу у Анаишшша, когда останемся без свидетелей.

Кинула взгляд в сторону блондина. Ну ничего себе!!! Интересно, а бездна бывает фиолетового цвета? Дис-иссаэр в ярости – это что-то!!! Родить можно…

* * *

– Мур-р-р, Налла, я тебя уже люблю. А можно еще ниже? А еще? Да, вот здесь. Ох-х-х… Ка-а-айф! Да-а-а. Ой! Ага, вот так. Только не останавливайся. Почему больше нельзя? Ну, еще чуть-чуть. Пожалуйста. Нет, ничего не болит. И энам тоже нравится. Особенно Аналлин… да, я их чувствую… Как? Не могу объяснить. Нет, мне это не кажется, точно чувствую. Вот, положи руку. Ты понравилась Александру. Слышишь, как зашевелился? И тебе, Инда, можно. Ты тоже им понравилась. И ты, Аста, и ты, Тарра, и ты… Девочки, а может сначала массаж спины, а потом уже живота? Ладно, мне не жалко, трогайте. Вам же потом с ними и нянчиться. Знакомьтесь… Ой, снова спиной занялась? Спасибо… И нечего так хмыкать. Да, я нетипичная со-рин и я. я в нирване…

Блаженно прикрыла глаза, чувствуя облегчение в напряженной спине после заботливого массажа воительницы.

Вот уже несколько часов я находилась в обществе шести раянок в оранжерее ньера, куда меня отправил весьма злой Дэйрашшш, оставив ши-ара и иссаэра на «профилактический» разговор. Эти двое чуть не сцепились в трапезной, напугав меня до колик в животе. Причем зачинщиком был именно Анаишшш. Шэйтассс до последнего не реагировал…

И пока мужчины выясняли, кто прав, кто виноват в этом конфликте, мне пришлось наслаждаться чисто женским обществом, переживая за белобрысую сволочь, который неизвестно зачем первым задел супруга своего эна…

Переключили меня раянки на себя быстро…

Да-а-а, сразу видно, эти девушки были настоящими профессионалками.

Внимательные, обходительные, спокойные и невозмутимые, как нааганиты, они уже через пятнадцать минут нашего общения вытянули из меня почти всю информацию, что их интересовала. КГБ отдыхает. Сама не заметила, как в непринужденной беседе, валяясь в инопланетной душистой траве чуть голубого цвета, рассматривая незнакомые листочки и цветочки, выложила все и про всех. О своей земной жизни. О жизни с ньером. С иссаэром. Про Шэйтассса. Про мое к нааганитам отношение. Про малышей. Про плен на корабле нарров… Запнулась, поняв, что чуть не проговорилась о природе Анаишшша.

– Лена, мы знаем, кто такой белый лорд. Можешь его не покрывать, – хмыкнула над ухом Налла, продолжая волшебный танец руками на моей спине. – Перед заключением контракта нам предоставляется полная информация о доме нааганита. А если не предоставляется, мы сами ее добываем. От этого зависит жизнь нашего подопечного и жизнь наших сестер. Так что не бойся, маленькая со-рин, рассказывай. Нам с девочками интересно, как этот красавчик тебя спас; мы поняли, что он использовал свой яд…

Перед глазами тут же встала страшная картина того, как он его использовал…

Рассказала и об этом, правда, без подробностей. Мне так давно хотелось выговориться…

– И ты правда его любишь? Нааганита? – в голосе Инды прозвучало неверие.

– Если вам знакомо понятие этого слова, то да. – Приняв помощь довольно сильных женских рук, кряхтя, я поднялась с газона и, присев, стала натягивать на себя кимоно, не забыв поблагодарить золотоволосую раянку за массаж.

– Уж поверь, девочка, известно, – фыркнула Аста, выглядевшая самой строгой из воительниц. – Вот закончится мой контракт, и я смогу купить себе парочку чистокровных самцов посмазливее. И в первое время мои мальчики по углам будут прятаться от моей любви! Я буду такой голодной!

Вокруг раздался дружный смех раянок и их подколки к товарке по поводу этой самой любви.

А у меня глаза от такой новости округлились.

– В каком смысле – купишь? Мужчину?!!

Снисходительно улыбнувшись, как ребенку, Налла помогла мне встать и, усадив на удобную скамеечку около небольшого искрящегося фонтана, рассказала немного о своем народе, ведь эта информация не была тайной, просто я раньше не задумывалась, как продолжают свой род эти красавицы. И я была в шоке от услышанного…

Итак.

Раянки – это, можно сказать, аналог наших амазонок. Их мир – это целая планетарная система, входящая в империю нааганитов, но имеющая свои привилегии и небольшую автономию от их правления. Мир Ламарри – это мир, в котором именно женщина занимает доминирующее положение. Раса воительниц и наемниц. Иногда, завоевательниц (когда самцов совсем не хватает)…

У раянок в основном рождались только девочки, которые с самого раннего детства воспитывались в строгой дисциплине и довольно жестких условиях, проходя настоящую школу выживания. Только достигшая совершеннолетия и сдавшая «экзамен жизни» раянка имела право заключить свой первый – иногда и единственный – контракт с нааганитом или другой расой, который и обеспечивал ее потом всю жизнь. Ее и ее будущее потомство: если девочка, то воительница и полноправный член общества. Мальчик – самец-производитель, бесправное существо во всех смыслах этого слова.

Н-да! Вот кому не позавидуешь, так это райнам, их мужчинам!

С детства закрытые в кланах, они росли только для одной цели – служить своей будущей госпоже. Ублажать ее, потакать любым прихотям, воспитывая для такой же жизни и своих сыновей. Воспитанием же девочек занимались только матери: ее сестры и глава рода – амада. Своего «мягкотелого» отца малышки видели только до двух лет. Потом всю жизнь муштра…

Райны ценились на вес «золота».

За них на специальных торгах, проводимых раз в год между кланами, женщины отдавали баснословные суммы. А если был спор, устраивали еще и поединки за «ценный приз». Ведь самое сильное потомство получалось именно от райна.

Понятное дело, что из-за низкой рождаемости мальчиков на Ламарри мужчин не хватало, и тогда их привозили с других планет. И это были уже практически рабы, которых жестко ломали, делая своими постельными игрушками. Дочери от такой связи хоть и являлись копией матери, но все же уступали чистокровным раянкам, перенимая генотип и от отца. Поэтому каждая воительница мечтала именно об райне. О своем нежном, послушном мальчике.

И мои раянки через десяток лет тоже смогут себе его позволить. Причем даже еще и не одного. Главное – сохранить мне жизнь и жизнь моих энов до условленного срока. Самый дорогой и самый опасный контракт в их раянской истории. За который им пришлось бороться на ристалище смерти. И… эти золотоволосые амазонки этим гордились! Ведь они стали первыми из первых!!!

Из информационного ступора меня вывели сильные руки на плечах. Руки иссаэра.

И чего это мы такие недовольные?

Ах да, пришло время обеда.

В наказание брату – с черной «похотливой тварью».

«Ладно его наказали, а меня-то за что?..»

* * *

В трапезную, где уже стоял накрытый стол, я входила без настроения, не испытывая голода и близко. Мало того, что предстояло сидеть на коленях у того, на кого долго без дрожи даже смотреть не могла, есть из его рук, зная, что этому нааганиту от меня надо, так еще и за Анаишшша начала переживать. Ведь я никогда не видела его таким: хмурая складка, застывшее холодное лицо, движения отрывисты и рваны, рубленые фразы: «Да. Нет. Не сейчас-с-с. Мне трудно себя контролировать… Позже, надин… Нас ждут…»

Даже и не… поцеловал…

Резко остановившись почти у самого входа, в мои волосы запустили свою сильную руку, а потом, склонившись, притянули к себе и так впились в губы, словно мы с ним год не виделись: жадно, голодно, властно… Перед глазами все поплыло. Ревниво…

– На твоей коже будет только мой запах, Лена, прос-с-с-сти, – прошипел Анаишшш, толкнув меня к стене. Рванул с плеч халатик и начал выводить влажные дорожки своим языком по моей вздрагивающей коже, довольно ощутимо ее прикусывая. Шикнул на приготовившихся к атаке воительниц, чтобы не вмешивались, – он никогда не причинит вреда своей надин. Снова занялся моей шеей, не забывая уделять внимание и груди…

От такого напора я даже растерялась, не понимая, что нашло на нааганита. «Ну ведь не при Налле же и Инде? Не в коридоре… И нас вообще-то ждут». Попыталась озвучить все это и оттолкнуть увлекшегося блондина, но мне только перехватили руки и, прошептав: – прости, это с-с-сильнее меня, – впились клыками в основание шеи.

– Ай! – эта зараза меня пометил! – Больно!!!

Стал извиняться в своей излюбленной манере. Поцелуем. А потом еще раз, и еще…

Так что в залу меня внесли с распухшими губами. Блестящими глазами. С растрепанными волосами. Халат весь перекошен. На шее следы от его клыков и синячки от засосов. Лицо пылает, потому что при свидетелях (а неплохо мы друг другу нервы успокоили). Даже про Шэйтассса забыла.

А вот он обо мне не забыл…

Мрачное застывшее изваяние с голодными жаждущими глазами и раздувающимися ноздрями. И это изваяние едва сдерживалось, чтобы не забрать меня побыстрее у иссаэра, а потом и у своего арри, который, проверив меня на предмет «повреждений», стал раздраженно шипеть на брата за несдержанность, оттягивая момент нашей встречи с ниидом.

А Шэйтассс все стоял и ждал, нетерпеливо подавшись вперед, как хищник перед прыжком. И в его взгляде творилось такое!!! Столько ожидания. Предвкушения. Непонятной надежды. И тоски… От этой тоски по моей коже побежали иголочки, а сердце неприятно заныло.

Даже жалко его стало, что ли… Жестокий и гордый, ни перед кем не склоняющий головы нааганит, унизился до просьбы перед своим арри, чтобы только прикоснуться к чужой со-рин. А эта со-рин на него даже и не смотрит, а если и смотрит, то только со страхом и презрением, еще и постоянно в чем-то обвиняет. А ведь если бы этот «зверь» действительно захотел нам что-то сделать, его бы никто и ничто не остановило.

Мы же с Анаишшшем так долго у него жили, а нитхов было так мало, и Дэй находился в очень уязвимом положении, пока не вступил в наследственные права… Более того, я обязана Шэйтасссу жизнью. Своей и малышей. И он потом так о нас заботился. И Аналлин предстоит жить именно в его доме… Да и на Александра он должен смотреть не как на помеху своему сыну, а хотя бы как на родича. Ведь когда-нибудь четвертый лорд снова захочет продолжить свой род и найдет себе со-рин. И что потом? У него будут свои дети…

А значит…

Не знаю, что произошло в этот момент в моей голове, но я вдруг четко поняла одно: я не хочу видеть этого нааганита нашим врагом! Не хочу вздрагивать от его взглядов и шарахаться в сторону от его прикосновений и думать о том, что он там замышляет. Я хочу видеть в нем друга. И может быть, я опять все неправильно понимаю и делаю большую ошибку, но нужно научиться ему доверять и впустить в круг своей семьи. Вернее, сделать своей семьей (он и так ши-ар моего ньера).

Ведь Эйтассс тоже когда-то был супругом отца Дэйрашшша, и арри ему доверял, а тот из-за своих амбиций вон как поступил.

И еще может поступить. А у Шэйтассса вообще соблазнов больше: я, Аналлин, две ветви, объединенные в одну, благодаря нашим внукам… И со временем, от моего мальчика тоже могут захотеть избавиться, ведь именно Александр наследник дома зеленых нитхов. «Нет!!! Этого я точно не переживу!!!» – Внутри тревожно толкнулись, чувствуя мой страх за свою жизнь, мгновенно насторожив этим обнимающего меня ньера.

– Лена? Ес-с-сли так боиш-ш-шься, я не буду тебя заставлять. В другой раз… – внимательные, все замечающие, змеиные глаза.

– Нет, не боюсь. Просто мы проголодались, а вы все с эном ругаетесь. И твой ши-ар заждался. И все давно остыло. Давайте уже обедать!

Приняв решение, поцеловала Дэйрашшша и под ошеломленные взгляды всех окружающих сама подошла к его супругу. Уселась к нему на колени, не забыв улыбнуться открытой, светлой улыбкой, от которой у мамбы подозрительно сузились глаза, а потом, видя, что никто кормить меня не собирается, подцепила со стола стакан с молоком и медленно его осушила. Да, мое сердце стучало как сумасшедшее, да, страх никуда не делся и мне придется кое в чем через себя переступить, но я опять сделала свой выбор. Не хочу стать яблоком раздора между двумя домами, лучше стану звеном, которое объединит их еще сильнее. Это гарант для моих детей и безопасность всех будущих поколений. Нам сотни лет бок-о-бок жить. А за интимные аспекты этих отношений я в этот момент переживала меньше всего. Во-первых, даже ньеру нельзя. Во-вторых, их еще нужно заслужить. Ну и в-третьих, мне предстояло пройти через роды. Вот что меня сильнее всего заботило. А там поживем – увидим. Может, и правда Шэйтассс найдет себе со-рин. Вот и переключится на нее. Надеюсь…

Ага, переключится он. Почувствовала, как застывшее тело черного нааганита ожило и обхватило меня своими здоровенными ручищами, притягивая поближе к себе. И его дыхание на моем затылке. И довольное урчание-шипение, которое только у нааганитов и может получаться в силу их природы. И шепот, опаляющий мне ухо: – Удивила, с-с-сладкая. Спасибо, цветочек. Не обижу. – Осторожно погладил живот, здороваясь с энами. Малыши на чужую руку почти никак не отреагировали, потому что давно привыкли к присутствию в нашей жизни этого нааганита (ведь Шэйтассс был знаком с ними практически с момента их зачатия). Главное, их мамочку не обижали. И отец рядом, и иссаэр…

Чуть расслабившись, посмотрела на третьего лорда, чтобы увидеть его реакцию на свое «вольное» поведение. Странно, а чего это мы такие довольные? Еще и кивнул одобрительно.

Перевела взгляд на Анаишшша. Н-да… Потом все объясню и попрошу у него прощение. Долго просить буду. Очень-очень долго…

Заметила, как, усмехнувшись, Налла мне подмигнула. «А они-то тут каким боком? Ах да, меньше работы…»

– Не знаю, как ты, а я ужасно проголодалс-с-ся, цветочек. – Очень довольный хриплый голос и мое внимание привлекла к себе смуглая рука с кусочком сочного жареного мяса около моих губ. Поняв, что нааганит от меня хочет, внутренне перекрестившись, открыла рот и позволила себя накормить, невольно скользнув языком по пальцам, которые его держали, поудобнее устраиваясь на мужских коленях, ища для своей болезной спины удобное положение. Интересно, почему рука Шэйтассса вдруг начала дрожать, а дыхание участилось? Я ведь не кусаюсь? Еще и прижал сильнее к своему напряженному телу, шумно втянув сквозь стиснутые зубы воздух.

Через минуту поняла почему. Зря я ерзала. Выдержке темного можно было только позавидовать, а я чуть не подавилась, покраснев. Ведь сидеть на его коленях становилось все неудобнее и неудобнее. Еще и последующие кусочки еды этот гад начал специально раздавливать так, чтобы я не могла их подцепить губами без языка. Пришлось слизывать с его пальцев, как он и хотел…

Вот… мазохист…

А я садистка. Анаишшш на нас так смотрел!

«Надеюсь, ты меня поймешь…»

* * *

– Ты точно на меня не злишься? – присев рядом с иссаэром на кровать, я забрала у нааганита консоль, в которой он что-то сосредоточенно изучал и, убрав планшет в сторону, виновато посмотрела в глубокие сапфиры. – Злишься, у тебя глаза темные. – Перебравшись к нему на колени, коснулась застывшего лица. Даже не дрогнуло.

Со времени обеда с Шэйтасссом прошло чуть больше двух часов. Мы с блондином находились в спальне ньера. И… на меня обиделись. И хотя Анаишшш мне и слова не сказал в упрек и ни разу не показал своего недовольства после того, как забрал со-рин дома зеленых нитхов у ниида (потому что ей, видите ли, нужно было срочно отдохнуть), а потом долго молча отмывал в ванной от запаха «черной твари», на душе у меня было неспокойно. Он вел себя со мной слишком официально. Но я ведь ничего такого не сделала. И объяснила. И извинилась. И старалась не замечать его хмурого лица. Такого холодного… Потянулась к упрямо сжатым губам.

– Нет, надин, не злюсь. – Чмокнул в щеку. – Не обижайся, мне нужно поработать. Я давно не был дома. Есть информация, которую мне нужно изучить.

– А…

– Лена! – мягкость и сталь. Раньше таких ноток я от него не слышала.

– Ладно. Изучай. Надоедать не буду. – Старалась говорить спокойно.

Блондин даже головы не повернул в мою сторону.

Встала. Подошла к закрытым дверям головной спальни, за которыми были раянки. Постояла. Нет, общаться мне с ними не хотелось. На сегодня я уже по горло сыта любым общением. Оглянулась. Иссаэр продолжал меня игнорировать, делая очень занятой вид над пустым экраном голографической консоли.

Понятно. Я бы тоже обиделась, если бы увидела, как Анаишшш кого-то так кормит. Вот только, в отличие от него, у меня права выбора не было. Я собственность ньера…

Вышла в гардеробную, находящуюся за панелью перегородки.

Поджав ноги, присела на пол. Вытерла ладонью слезы, которые сдерживала при нааганите. «Не дождется». Потянула на себя свой видавший виды рюкзак, который по моей просьбе доставили с корабля.

Стала потихоньку вытаскивать свои земные вещи и вспоминать: родных, близких, друзей… Совсем другую жизнь. Другую реальность. Реальность, которая теперь казалась просто далеким сном. Так странно, я начинаю забывать лица тех, кого когда-то любила…

Слезы продолжали меня душить, но я старалась не плакать. А то еще подумает, что давлю на жалость. Зараза ревнивая!

Интересная штука жизнь: маленькая со-рин решила наладить мир между двумя домами нааганитов и разрушила свой…

Он оказался таким хрупким. Но ведь я поступила правильно? И Дэй одобрил. А Шэйтассс так осторожно ко мне прикасался. Честно, не ожидала. Он…

– Ай! – задумавшись о черном нииде, порезала себе палец ножом брата, который только что вытащила из сумки. И буквально через пару секунд автоматические двери практически снесло, а в проеме нарисовался встревоженный иссаэр в частичной трансформации.

– Надин! Ты что удумала?! – Нож отлетел к стене. – А ну посмотри на меня?! Даже думать об этом не смей!!!

– О чем? – Я испуганно посмотрела на иссаэра, отползая в сторону, никогда его не видела таким. Лицо перекошено, черты заострились. Глаза сужены, ноздри раздуваются, к чему-то принюхиваясь. В глазах такой гнев!!! На меня гнев!!!

– Т-ты… чего?! – мой голос дрогнул. – Я ничего не делала! – отреагировав на мой страх, эны тревожно зашевелились.

Меня подозрительно осмотрели суженными бездушными змеиными глазами.

Сижу на полу. Растрепанная. С размазанными по щекам слезами. Никого не трогаю. Не мешаю. Еще и пугают.

– Прости… – глаза нааганита, полные сожаления, начали наполняться жизнью. Лицо смягчилось, возвращая привычные черты. – Не бойс-с-ся, со-рин. Иди ко мне, маленькая… – склонившись, мужчина подхватил меня на руки и прижал к себе, начиная гладить по вздрагивающей спине, потому что, не сдержавшись, я все-таки стала всхлипывать, вцепившись нааганиту в распущенные волосы, ведь от его зеленой рубашки во время трансформации практически ничего не осталось.

– Прости… Я ведь не знала… Ты сам меня к нему привел… Вот я и подумала… Для всех… Он ши-ар Дэйрашшша… Чтобы не как Эйтассс… Я не хочу его бояться… Он обещал… А ты… Ты… Холодный… Знаешь, как это больно?!

– Знаю. Теперь знаю. Сам не понимаю, что на меня нашло. Ты права, так будет лучше, он нам не враг, и Дэй мне уже не раз об этом говорил, но ты так ему улыбалась! Чужому самцу. Почти как мне… И его руки… Я до сих пор чувствую на тебе его запах… Тише, надин, тише… И прости, я не хотел тебя пугать, просто я подумал… Ну не плачь… Лена… – мое лицо приподняли и стали ловить соленые капли своим длинным гибким языком. На лице вина и боль. Занялся губами…

– Что ты… п-п-подумал?..

Я уже лежала на огромной кровати ньера, а рядом опустилось тяжелое мужское тело, которое осторожно прижало меня к себе, продолжая укачивать как ребенка.

– Что ты хотела себе навредить. Иногда мы так теряли своих со-рин, тех, кто не выдерживал, – такой глухой голос, – поэтому я чуть и не сорвался, когда увидел клинок в твоих руках. Да и не только поэтому…

– Что?!! – даже реветь перестала. – Так ты подумал, что я собираюсь… Да я бы никогда не смогла!!! Может раньше, но не сейчас! Я правда тебя люблю. Тебя! Энов! И к Дэю давно уже привыкла. Вот ты…