# Тигр во фраке

Дарья Александровна Калинина

Уж если строптивая Инна дошла до того, что дала себе слово больше никогда не сбегать из дома и слушаться своего муженька Бритого, то, значит, туго ей пришлось во время вояжа в Индию. А попала Инна со своей подругой Маришей в страну чудес по чистой случайности. Не могли же они не выручить из беды бывшую одноклассницу Лену, когда ее несправедливо обвинили в убийстве собственного жениха. А следы настоящего убийцы терялись в Индии. Только вот вывести преступника на чистую воду оказалось ох как непросто. Пришлось храбрым девушкам нахлебаться не только восточной экзотики, но и таких приключений, что уж и не чаяли домой вернуться. Благо что у них и за тремя морями нашлись верные друзья. Впрочем, и сами подруги – девушки не промах, особенно когда жизнь повисает на волоске…

Веселое солнышко пригревало совсем по-летнему. Мариша шла по улице и напевала себе под нос какую-то песенку. Настроение у нее было самое радужное и безмятежное. Она высматривала долгожданную вывеску магазина игрушек. Вот она! Мариша толкнула дверь и оказалась в магазине.

Сначала она решила, что после яркого света плохо видит. Постояла, поморгала глазами. Нет, ничего не менялось. Просто в магазине была тьма-тьмущая народу. Толпы взрослых и детей создавали невообразимую толчею. В ее представлении поход за игрушками должен быть чем-то вроде приятной, не слишком утомительной экскурсии. А тут… Потолкавшись среди потных тел и окончательно одурев от шума, гама и детского визга, Мариша поняла: чтобы сохранить остатки хорошего настроения, нужно немедленно спасаться бегством.

Ведь все равно пробиться к прилавку, не наступив при этом на пару-тройку малолеток, невозможно. А привлечь к себе внимание замотанной продавщицы дольше чем на несколько секунд не получалось не только у Мариши, но и вообще ни у кого из посетителей. Благодаря своему высокому росту она никогда не жаловалась на отсутствие внимания окружающих. Но даже углядев в толпе Маришу и расслышав, что ей нужно, продавщица тут же забыла о ней, и понятно – какой-то баловник именно в этот момент умудрился проткнуть надувную игрушку. Очень большую и по виду, должно быть, страшно дорогую.

Поэтому Мариша тихонько выскользнула из магазина и только тогда вздохнула свободно. На улице по-прежнему светило солнышко, весенний ветер обвевал разгоряченное лицо прохладой. В этот момент позади раздался оглушительный рев, и Мариша, оглянувшись, с ужасом увидела компанию малолетних бандитов, только что вывалившихся из игрушечного магазина. Один из сорванцов, курносый, конопатый и невообразимо вихрастый, дул в только что купленный горн, остальные, судя по гримасничающим мордашкам, собирались последовать его примеру.

Мариша бросилась бежать прочь, не разбирая дороги. Очнулась она лишь у станции метро «Садовая». А между тем проблема покупки игрушки ко дню рождения Дашкиной крохи оставалась нерешенной. С одной стороны, соваться в магазин Мариша больше не решалась, а с другой – идти в гости без игрушки тоже никак нельзя. Ради своих подруг Мариша была готова на все. И тут Маришу осенила идея.

– А почему обязательно игрушку? – спросила она у самой себя. – Куплю зверюшку.

И восхищенная до глубины души собственной догадливостью, Мариша потрусила по Садовой улице, не подозревая, что движется навстречу большому приключению. Даже Приключению с большой буквы.

– Только это должно быть что-то оригинальное, – бормотала себе под нос Мариша. – Не нужно всяких там рыбок или черепах. Куплю, например, мартышку или горностая.

При этом Мариша напрочь отказывалась учитывать, что держать зверюшку в однокомнатной квартире, где уже проживают двое взрослых и ребенок, будет довольно тяжело. Но Мариша не была бы сама собой, если бы задумывалась о практической стороне своего будущего подарка. Уже через десять минут быстрого бега Мариша оказалась у витрины зоомагазина. Тут народу было значительно меньше, чем в игрушечном. Честно говоря, его вообще не было. А продавец, конечно же, немедленно влюбился в Маришу. И просто глаз от нее оторвать не мог, ловя каждое ее слово.

Если бы все зависело только от него, то подарок Дашкиной дочке был бы тут же приобретен. А веселая жизнь остальным членам семьи обеспечена на много лет вперед. Но, к их счастью, Мариша твердо намеревалась дарить только нечто экзотическое. А вот с такими зверями в магазине было туго. Прямо сказать, их тут не было вообще.

– Возьмите ангорского хомячка, – настойчиво советовал продавец.

Но хомячка Мариша отвергла с негодованием и даже презрением. Отказалась она и от кролика, и от белки, и от змеи, и от десятка белых мышек, которые продавались то ли в качестве обеда для змеи, то ли самостоятельно. Мариша отказалась даже от чудесной серой крысы с облезлым хвостом и умными глазами.

– Тогда не знаю, чем вам и помочь, – развел руками продавец. – Ничего другого у нас не бывает. Есть еще канарейки и волнистые попугайчики. Посмотрите?

Но на попугайчиков Мариша даже смотреть отказалась. Не нужны маленькой Сашке попугайчики, и все тут.

– Мне бы лори или белку-летягу, – сказала Мариша. – На худой конец, ленивца. Пусть себе висит где-нибудь на люстре.

– Этого не держим, – отрезал продавец. – На него одних эвкалиптовых веников не напасешься. Попробуйте съездить на Кондратьевский рынок или дать объявление в газету. И в зоопарке, я слышал, продаются кое-какие зверюшки. Но в зоопарке вам вряд ли предложат что-нибудь ценней лисенка.

– Лисы воняют, – задумалась Мариша. – Нет, мне бы чистоплотную зверюшку. Так у вас точно ничего чистоплотного и экзотического не водится?

Продавец вздохнул и в сотый раз развел руками. Но смутить Маришу ему не удалось. Если уж Мариша поставила себе цель добыть экзотический подарок, то она его купит. И она направилась на рынок. Ей повезло. То есть в том смысле, что сегодня был воскресный день и на рынке оказался богатый выбор. Но даже здесь главным образом продавали котят и дворовых щенков с поддельными родословными.

Тут же продавались куры, утки, индюки и прочая домашняя птица. А еще козлята, ягнята и даже один маленький и очень печальный пони. Мариша оглянулась по сторонам в поисках хозяина пони.

– Эй! – обратилась она к невысокой девушке в затертой куртке, стоявшей к Марише вполоборота. – Вы не знаете, чей это пони?

Та обернулась, и они обе одновременно воскликнули:

– Маришка!

– Ленка!

– Не верю своим глазам! Ты тут откуда?

Не отвечая на вопрос, Мариша принялась разглядывать свою бывшую одноклассницу. Честно говоря, выглядела та неважно. Ленка и раньше красавицей не была, но все же старалась следить за собой и одевалась хоть и не всегда модно, но аккуратно. Сейчас же перед Маришей стояло существо с давно не мытыми волосами, одетое в какое-то немыслимое старье. Вдобавок пахло от нее почти так же, как и от стоявшего рядом с ней пони.

Зато Ленкины глаза остались прежними. Они были огромные и прозрачные. Какого-то удивительного зеленовато-голубого оттенка. Казалось, что в них плещется чистое озеро. Да и сама Ленка, если ее приодеть и отмыть, производила бы весьма благоприятное впечатление.

– Так ты здесь чего делаешь? – снова спросила у Мариши Ленка.

– Твоя лошадка? – вместо ответа поинтересовалась Мариша. – Симпатичный. Только грустный очень.

– Голодный сейчас, – равнодушно сказала Лена. – Он у меня обжора. Кормов на него не напасешься. Вот пытаюсь заработать ему на прокорм, катаю детишек. Кстати, не хочешь его у меня купить? Отдам как своей давней подруге в два раза дешевле, чем он мне самой обошелся.

Мариша представила, как она вваливается к Дашке, ведя на поводу позади себя цокающего подковами пони. И у нее шевельнулась мысль, что этот подарок, пожалуй, будет уж слишком оригинальным. Могут и вытолкать из гостей вместе с подарком. Да еще и обидное что-нибудь скажут.

– Хотя тебе он будет маловат, – критически заметила Лена. – Ты вроде бы еще выросла. Но для экзотики в самый раз.

– Видишь ли, я ведь не для себя, – объяснила Мариша Лене. – Я выбираю подарок Дашкиной дочери.

– Вот и купи! – обрадовалась Лена. – Будет на нем скакать, мыть его.

– Ей всего год исполняется, не рано ли? И потом, где лошадь будет жить?

– В конюшню поставим, – бодро заверила ее Лена. – А пока суд да дело, может и у Дашки в квартире пожить. У меня он один раз жил целых трое суток. Потом-то соседи жаловаться стали. Запах, дескать, их беспокоит. Но Даша ведь в отдельной квартире живет? Так что проблем не будет.

Вопреки заверениям Лены, Мариша почему-то думала, что проблемы как раз будут.

– Нет, – решительно отказалась она от покупки. – Мне бы чего-нибудь поменьше. Но экзотическое, – поспешно добавила Мариша, испугавшись, что Ленка сейчас предложит жеребенка или телка. – Маленькое и экзотическое.

– Тебе страшно повезло! – неожиданно обрадовалась Ленка. – У меня есть то, что тебе нужно. То есть не совсем у меня, но, одним словом… Пошли!

И, дернув мирно дремавшего пони за повод, она понеслась к выходу. На улице она плюхнулась на спину пони и посмотрела на Маришу.

– Ну, что стоишь? – удивилась она. – Садись!

– Куда?

– Сюда, – сказала Лена, похлопав пони позади себя.

– Я его раздавлю, – отказалась Мариша. – Тебе его не жалко? Теперь я понимаю, чего он у тебя такой печальный. И подожди меня минутку, я сейчас.

И Мариша вернулась обратно на рынок. Она помнила, что почти у самого входа какой-то старик продавал овес прямо из мешка. Мариша купила сразу несколько килограммов и вернулась к Лене. Почуяв овес, пони радостно заржал и потянулся мордой к Маришиной сумке.

– Ешь, бедняга! – сунула ему Мариша угощение.

– Погоди ты, – возмутилась Лена. – Нужно сначала домой добраться, там и пообедаем все вместе. Ты помнишь, где я живу?

Мариша кивнула.

– Приходи через час, – сказала Лена, забирая у нее овес. – Раньше не доберусь. И Игорь уже должен будет вернуться. Достанем тебе твое маленькое и экзотическое. Даю слово.

Мариша хотела спросить, кто этот Игорь и зачем он ей, Марише, нужен. Но не успела. Лена стукнула пони пятками по бокам и ускакала. Против ожидания пони двигался довольно резво. Правда, Лене приходилось растопыривать ноги в разные стороны, чтобы они не волочились по земле. Но, кажется, ни пони, ни всадницу такие мелочи не смущали.

Чтобы чем-то занять себя до тех пор, пока можно будет явиться в гости, Мариша зашла в магазин и купила там коробку пирожных из «Севера». Выбор пирожных занял у нее как раз столько времени, чтобы не опоздать в гости. Мариша запрыгнула в свой старенький «Опель» и помчалась к Лене. Та уже была дома, пони тоже. Он стоял в прихожей и мирно жевал овес прямо из эмалированного тазика.

– Молодец, что к чаю пирожных купила! – обрадовалась Лена при виде фирменной коробки у Мариши в руках. – А то я уже из овса, который ты Пончику купила, решила овсянку нам с тобой варить. Есть ведь не только лошадям, а всем что-то надо. Но пирожные – это, бесспорно, лучше. Да ты проходи!

Мариша прошла в квартиру и огляделась по сторонам. Ленка жила в трехкомнатной квартире в доме блочной брежневской серии. Как из таких квартир с малюсенькими шестиметровыми кухоньками умудрялись делать коммуналки на две семьи, у Мариши в голове не укладывалось. Однако Лена и ее мама были тому примером. Сколько Мариша себя помнила, Лена всегда жила в двух комнатах со своей мамой, а в третьей комнате жила еще какая-нибудь семья.

Сейчас по сравнению с прошлым, когда с потолка свисала паутина и обои от стен отслаивались до бетона, квартира выглядела обжитой. В прихожей, ванной и кухне был сделан ремонт. Обои тут были самые роскошные, с переливом, но уже малость истрепанные и местами пожеванные чьими-то зубами.

– Разделась? – спросила у Мариши Лена из кухни. – Проходи в комнату. И Пончика туда же веди. А то он опять на линолеум наделает.

Мариша пожала плечами. Если Ленке кажется, что паркет в комнате для этой цели лучше приспособлен, то это ее личные проблемы. Мариша осторожно взяла Пончика за недоуздок, а другой рукой прижала к своему боку тазик с овсом. Пони послушно позволил отвести себя в комнату, не переставая жевать овес даже на ходу.

В комнате он быстро направился к постеленной на полу большой тряпке. Встав на нее, он вопросительно взглянул на Маришу и на тазик у нее в руках. На морде у него было отчетливо написано: «Ну, что встала? Неси обед сюда». Мариша поставила еду прямо перед пони. И он снова захрумкал зерном. Мариша осторожно присела на продавленный диван, покрытый столетним покрывалом, и принялась рассматривать Ленкину комнату.

И посмотреть было на что. Каждый свободный сантиметр пространства тут был заполнен лошадьми. Лошади были в самых разных видах. Открытки, календари и фотографии с лошадьми различных пород и мастей были наклеены на обоях, так что последних под фотографиями почти не было видно. Тут были игрушечные лошади и лошади керамические. Были лошади, вытканные на половичках и полотенцах. Красовались они на подоконнике и на занавесках.

В углу стояло седло и висело на крючках несколько уздечек и недоуздков. Тут же валялись обрезки кожи, из которых Лена сама плела простенькую упряжь. Кроме того, в комнате лежал тюк сена и стоял мешок с какими-то овощами. То ли кормовой свеклой, то ли турнепсом. Картину дополнял Пончик, довольно пыхтящий в своем углу, рядом с телевизором, который тоже почему-то показывал в данный момент лошадей.

– Ну что, соскучилась? – влетела в комнату страшно довольная Ленка. – Сейчас чай пить будем. Помоги мне.

Мариша не стала спорить. Она сходила на кухню и принесла поднос, на котором было изображено, как финишируют две гнедые, одна вороная и одна рыжая лошади. Излишне говорить, что чайник был тоже с изображением лошади. Одна кружка была с цветочками, а другая с миленьким жеребенком. Мариша как-то сразу догадалась, из какой будет пить Лена.

Наконец бывшие одноклассницы, вновь сведенные судьбой, уселись пить чай с пирожными. Пончик вознамерился было присоединиться к ним, но Лена быстро поставила его на место и привязала к батарее. И девушки смогли спокойно приступить к чаепитию. Мариша купила два фирменных пирожных «Север», два эклера, две картошки и два безе с прослойкой сливочного крема. Кроме того, в том же магазине, но в другом отделе она купила пирожные из «Метрополя». Две булочки со взбитыми сливками, две «Сластены» с ореховым кремом, два ежика с ореховой крошкой и две корзиночки.

Мариша съела два пирожных и поняла, что наелась. Лена же поглощала сладости с таким видом, словно намеревалась одна слопать все.

– А кто такой Игорь? – наконец задала Мариша вопрос, мучающий ее уже больше часа. – Он твой коллега?

– Можно сказать и так, – с набитым ртом прошамкала Лена. – Он ветеринар. Я устроилась на работу в одну частную конюшню. Он там же работает на полставки. То есть не сидит целый день, а приезжает только два-три раза в неделю, по мере необходимости.

– И он должен сюда сегодня заглянуть? – спросила Мариша. – Ты точно уверена, что он придет?

– Конечно, – кивнула Лена. – Он тут живет.

Мариша раскрыла рот от изумления. У нее в голове не укладывалось, как это какой-то мужик может поместиться в Ленкиной комнате, где было тесно даже одному человеку. Да еще в компании с Пончиком, самой Ленкой и ее мамой по соседству.

– Кстати, а где твоя мама? – спросила Мариша.

– В больнице, – сказала Лена, запихивая в рот пятое пирожное. – У нее давление. Взяли подлечить. Но, честно говоря, я рада, что она в больнице.

– М-да уж, – пробормотала Мариша себе под нос и еще раз огляделась по сторонам. – И она, должно быть, тоже. А что сказали соседи, когда ты сегодня притащила Пончика в дом?

– Еще ничего. Они не видели, – ответила Лена. – Их дома нет. Уехали куда-то. Я с соседом, честно сказать, повздорила, а потом и подралась. И рожу ему всю расцарапала. Должно быть, испугались.

– А почему ты Пончика держишь не в конюшне, а у себя дома? – спросила Мариша.

– Так конюшня в Буграх, – объяснила Лена. – Туда на Пончике до ночи не доберешься. Он ведь не скаковая лошадь и даже не иномарка. Так что иногда приходится оставлять его у себя. А вообще ты права, что не хочешь его покупать. Лошадь – это страшная головная боль и куча денег. Сплошные расходы, а доходов никаких. Игорь мне тоже говорит, чтобы я с лошадьми завязывала. А я не могу. Привыкла, что у меня всегда есть собственная лошадь. Не могу без этого.

– Ясно, – сказала Мариша, припоминая, что Лена еще в восьмом классе расхаживала по школе с хлыстом и в рейтузах, собираясь прямо после занятий отправиться в манеж. – А с Игорем у вас что?

– Мы собираемся пожениться, – невозмутимо ответила Лена. – Летом.

У Мариши во второй раз отвисла челюсть. В третий она отвисла, когда пожаловал Игорь собственной персоной. До этого момента Мариша уже успела убедить себя, что он урод и жутко прыщавый. А ведь таким бедолагам тоже нужно на ком-то жениться. Вот тут и сгодятся всякие облезлые страшилы вроде Лены. Но действительность превзошла самые буйные Маришины фантазии.

Игорь оказался настоящим симпатягой. Бывают такие парни, у которых вроде бы и черты лица не особенно правильные, и фигура не бог весть что, но тем не менее они на редкость привлекательны. Должно быть, тут дело в улыбке или в гормонах.

– О, у нас гости! – обрадовался Игорь. – И Пончик снова тут! Лена, тебя соседи из-за него убьют. Или меня. Или нас с тобой обоих и Пончика в придачу.

– Не убьют! – легкомысленно отмахнулась Лена. – Познакомься, это Мариша. Она хочет купить что-нибудь маленькое и экзотическое вроде карликового кенгуру. Ты ведь можешь ей помочь?

Игорь неожиданно помрачнел и начал мрачно поглощать остатки пирожных. По мере того как блюдо пустело, Игорь становился все более и более мрачным.

– Пирожные не понравились? – робко поинтересовалась у него Мариша.

– Нет, спасибо, – очнулся Игорь. – Очень вкусно. Но твоя просьба, ты уж извини, напомнила мне об одной вещи, о которой я предпочел бы забыть.

– Так ты ей не поможешь? – удивилась Лена. – Но почему, Игорек?

– Не знаю, – с сомнением сказал парень. – Может быть, я все сам себе придумал, а на самом деле ничего такого тут и нет. Не знаю. Но… Нет, не знаю.

– Да ты с кем говоришь? – вспыхнула Лена. – Что ты себе под нос бормочешь? Не ломайся. Ты ведь можешь помочь Марише. Ты же говорил, что ты знаешь людей, которые привозят в страну редких зверей.

– Знаю, но у них сейчас ничего нет, – поспешно сказал Игорь.

– Все ты врешь! Я ведь видела, что ты месяц не отлипаешь от книги, где подробно описаны болезни всех животных тропиков и субтропиков. И способы их лечения тоже. И у тебя же я видела книгу о животных Азии и острова Ява. А перед этим ты притащил домой кучу лекарств, которые упоминаются в этой книге.

И Лена, подскочив к тумбочке, торжественно извлекла оттуда пакет с ампулами и пластиковыми упаковками.

– Ты прямо следователь! От тебя ничего не скроешь, – усмехнулся Игорь. – Мариша, а в какую сумму ты собиралась уложиться со своей покупкой?

– Ну, долларов в триста, – сказала Мариша, решив не мелочиться.

– На эти деньги можно будет купить детеныша мартышки, – сказал Игорь. – Или енота-полоскуна. Мой совет, возьми енота. Он белье стирать будет.

От енота Мариша отказалась. Обезьянку ей хотелось больше.

– Раньше пятнадцатого марта я ничего обещать не могу, – сказал Игорь.

Мариша принялась подсчитывать, украдкой загибая под столом пальцы. Выходило, что пятнадцатое марта – это уже через пять дней. Можно было и подождать. Сроки не поджимали. День рождения будет только через две недели.

– А… – открыла она рот, собираясь спросить, а как долго нужно будет ждать уже после пятнадцатого.

– Уже пятнадцатого я смогу тебе точно сказать, будет у тебя мартышка или нет, – прочел ее мысль Игорь.

После этого он откинулся на спинку дивана и зевнул. Мариша верно поняла намек и откланялась. В дверях она столкнулась с высоким мужчиной, густо заросшим волосами. Поэтому вид у мужчины был какой-то диковатый. Мариша даже немного испугалась. Тем более что мужчина явно был драчуном. У него вся левая половина лица была синяя. И настроен он тоже был далеко не мирно. Кинув на Маришу угрюмый взгляд из-под нависших бровей, он сунул голову в комнату Лены.

– Лена! – завопил он, углядев стоящего возле окна Пончика. – Ты снова свою кобылу притащила в дом? Это же не конюшня!

– Моя комната, что хочу, то и делаю, – рванулась в бой Лена. – И вообще я тут главный квартиросъемщик. А вы тут так, сбоку припека. Что, ты вчера мало от меня схлопотал? Еще хочешь? Могу и еще добавить.

– Лена, не лезь к Вите, – осадил подругу Игорь. – Он прав. Лошадям не место в городской квартире. Завтра же она Пончика поставит в конюшню. И больше этого не повторится.

– Добрый ты, Игорек, очень! – возмутилась Лена. – Позволяешь помыкать собой всяким там недоделанным.

– Была бы ты мужиком, – сплюнул на пол Ленин сосед, – я бы тебе показал. Но не драться же мне с бабой! Ленка, добром тебе говорю, веди себя нормально. И кобылу свою убери из дома.

И он ушел к себе в комнату, громко хлопнув дверью.

– Нет, ты видела! – возмущенно обратилась к Марише Лена. – Вот люди! Не может отличить кобылу от жеребца! А Пончик, он хоть и маленький, но хозяйство у него…

– Лена! – послышался предостерегающий голос Игоря. – Я ухожу.

– Ты чего это вдруг? – удивилась Лена. – Мне тебя еще ужином кормить нужно. А овсянка не сварена.

– Я позвонил, у меня появились дела. Так что не сердись, но мне и в самом деле пора, – вышел в прихожую Игорь. – Дела, что поделаешь. Ну, пока!

И он, торопливо чмокнув Лену в щеку, выскочил из дома. Девушки проводили его недоуменными взглядами. Игорь мчался вниз, прыгая через три ступеньки. После чего Мариша тоже стала прощаться.

– А ты заходи в гости, – пригласила Лена подругу. – Вот прямо завтра и заходи. Днем я на работе. Но почти каждый вечер дома, если только не ухожу в ночной клуб веселиться.

От Лены Мариша вылетела со странным смешением мыслей в голове. С одной стороны, она была страшно рада вдохнуть свежего воздуха, потому что, честно говоря, Пончик пах не слишком хорошо для городской коммунальной квартиры. Но, с другой стороны, Лена явно была довольна своей жизнью и Игорем в том числе.

«Вот еще один странный тип, – вздохнула про себя Мариша. – Питается овсянкой, которую ему Ленка будет варить. Надо же. А что бы он ел, если бы я не купила Пончику овса? Сено? Приехал на машине, а с собой ничего не привез».

Вернувшись домой, она застала там свою маму, которая как раз закончила выгуливать Белку со Стрелкой. И сейчас кормила ворона Васю и кошку Диану мясными обрезками.

– Мама, а что бы ты сказала, если бы я завела себе пони и поселила бы у нас дома? – спросила Мариша с порога.

У Тамары Ильиничны из рук выпала тарелка с мясом.

– Ты в гроб меня вогнать хочешь?! – страдальчески завопила она. – Господи, ну за что мне такое наказание? Вот живет же моя сестра, ни детей у нее, ни хлопот никаких. Потому и выглядит, словно персик спелый. А я как дура целый день кручусь с твоим зверинцем. Замучилась совсем. Так ты мне еще и лошадь на голову посадить хочешь?

– Ладно, ты не переживай. Я это просто так спросила. А выглядишь ты на десять лет моложе тетки Симы. Я про лошадь заговорила, потому что у Лены… Помнишь, у нас в классе была такая рыженькая девчонка, вся в веснушках? Так вот у нее дома живет пони.

– Совсем люди с ума посходили, – сказала Тамара Ильинична. – Ну, допрыгается твоя Лена. Найдут соседи на нее управу. Постой, а ведь она в коммуналке жила, ты мне говорила.

– Она там и живет, – сказала Мариша.

– Ну, ненормальная девка, – вздохнула Тамара Ильинична, поднимая с пола уже пустую и вылизанную собаками дочиста тарелку. – Ты сама-то есть будешь? У нас на ужин жареная свининка с картошечкой и лучком. Все как ты любишь.

И Мариша принялась уписывать за обе щеки мамину стряпню, жалея в душе бесприютную Ленку, вынужденную довольствоваться овсянкой и обществом Пончика.

После этого вечера Мариша три дня ничего не слышала о Лене. Мариша уже даже стала забывать об обещании Игоря достать для нее редкого зверя. Мало ли чего люди не пообещают. Половину, а то и больше не выполняют. Как вдруг на третий день вечером раздался телефонный звонок. Звонил Игорь. Мариша не сразу поняла, кто это. А когда поняла, то здорово удивилась.

– Откуда у тебя мой телефон? – спросила она у Игоря. – Лена дала?

– Нет, и ей вовсе не обязательно знать о том, что я тебе звонил, – сказал ей Игорь. – Хотя это неважно…

– Если не Лена, то откуда тогда у тебя мой телефон? – настаивала Мариша, которой вся эта таинственность здорово не понравилась.

Не такой была Мариша человек, чтобы отбивать парней у своих подруг. Тем более у некрасивых и не слишком везучих.

– Подсмотрел у Лены в школьном альбоме, – сказал Игорь. – Слушай, нам нужно встретиться.

– Зачем?

– Как зачем? Ты что, забыла о своей просьбе?

– Нет, я помню, – возразила Мариша. – Но ты вроде бы говорил, что только после пятнадцатого.

– Обстоятельства изменились, – объяснил Игорь. – Груз прибыл. Верней, завтра прибудет.

– Какой груз? – спросила Мариша.

Игорь молчал.

– Ну, как знаешь, – протянула Мариша. – Дело твое. Тайны все. А когда зверька можно будет забрать?

– Деньги у тебя с собой? – неожиданно спросил Игорь.

– Завтра прямо с утра поеду и возьму в банке, – сказала Мариша. – Сегодня уже поздно. Банк закрыт.

– Значит, завтра и получишь, – сказал Игорь. – Так даже лучше будет, чтобы двадцать раз не встречаться. Я завтра работаю в Буграх. Приезжай туда. Потом прямо поедем в одно место, и ты сможешь выбрать себе зверюшку. Только деньги возьми. Не бойся, это недалеко. В городе.

– Здорово! – обрадовалась Мариша. – Ну, тогда до завтра. И передавай привет от меня Лене.

– Сама и передавай, – буркнул Игорь. – Я не успею к ней заехать. Я уже прямо сейчас на дежурство еду. Там одна кобыла жеребиться на ночь глядя вздумала. Мне только что позвонили, нужна моя помощь. Так ты сама Ленке позвони, чтобы она тебя захватила завтра с собой в Бугры. У нее суточное дежурство начинается в шесть часов вечера. С ней и приезжай. Я вас подожду. А иначе ты сама дорогу ни за что не найдешь. Или мне тебя долго дожидаться придется. А у меня и без того дел завтра полно. Если что изменится, я тебе позвоню. Ну, тебе все ясно?

– Ясно, – согласилась Мариша.

И в трубке раздались короткие гудки. И только сейчас Мариша сообразила, что не знает Ленкиного телефона. Пришлось воспользоваться примером Игоря и лезть в школьный альбом. Еще хорошо, что Маришина мама ничего не выбрасывала. В том числе и школьный альбом выпускного класса. Он нашелся в тумбочке под телевизором.

В альбоме на последней странице было помещено тридцать два имени Маришиных соучеников. С адресами и телефонами. Но вот Ленкиного телефона тут не было. Немного подумав, Мариша пришла к выводу, что телефон у Лены все-таки есть, раз Игорь по нему звонил, но она его с помощью школьного альбома не узнает. Должно быть, его поставили уже после того, как Лена окончила школу.

– Придется идти к ней, – сказала самой себе Мариша и выглянула за окно.

Там уже наступил вечер. Мариша быстро собралась и вышла из дома. Погода стояла чудесная, прогуляться было даже приятно. К тому же жила Лена всего в одном квартале от дома Маришиной мамы. У себя дома, на другом конце города, Мариша в данный момент не жила. В ее двухкомнатной квартирке прорвало трубы. И, пользуясь случаем, Мариша решила поменять не только трубы, но и всю сантехнику, а также обновить ванную комнату новым кафелем.

К сожалению, мастера, нанятые вообще-то в приличной фирме, ушли в запой, как только сняли все трубы и отключили в квартире воду. В фирме Марише объяснили, что она совершила стратегическую ошибку, выплатив мастерам аванс. По выплаченной Маришей сумме в фирме подсчитали, что запой у мастеров должен пройти этак денька через четыре. Но пока в квартире Мариши атмосфера для проживания не подходила. Так что жила Мариша у своей мамы. И до Лены ей идти было всего минут десять. Не прогулка, а удовольствие.

Лена открыла дверь не сразу, хотя из квартиры доносились жуткая ругань и звон разбивающейся посуды. Мариша даже подумала, что Лены вовсе нет дома, а шум доносится из соседней квартиры. Но внезапно дверь перед Маришей распахнулась.

– Ой! – вскрикнула Мариша, отскакивая в сторону.

На пороге стоял сосед Лены – Витя с перекошенной от злости и боли рожей. От боли потому, что позади него стояла щупленькая по сравнению с мужиком Лена и держала его руку и шею в захвате. Выпихнув Витю на лестничную площадку и дав ему пинка под зад, Лена обратила внимание на Маришу.

– Чего жмешься? – спросила она у нее. – Ты ко мне? Заходи! Видишь, с какими типами приходится жить?

Последние слова относились к Витьку, который поспешно отступал вниз по лестнице, сопровождая каждый свой шаг отборной бранью и обещанием вернуться и отомстить.

– Ты, сука, у меня еще попомнишь! – сообщил он Лене.

– Чего?! – с угрозой сделала Лена шаг в его сторону.

И Витька словно ветром сдуло.

– Попомнишь ты у меня! – раздался его голос издалека. – И хахаль твой тоже надолго запомнит, как к тебе таскаться. И кобыла.

Тут Витек прибавил еще парочку смачных проклятий и исчез.

– Заходи! – велела Лена Марише. – Хоть сможем спокойно посидеть и поговорить. А то не поверишь, такой наглый сосед попался. Все, кто тут раньше жил, вроде бы тихие были. Сначала бабушка жила, так с ней вообще ничего не стоило справиться. Я ее разок зимой на лестницу выпихнула в одной ночнушке, так она мигом в дом для престарелых от нас съехала. Не поняла пользы закаливания. А потом какая-то еще тетка жила, так она один раз только сюда сунулась и больше не появлялась. Теперь вот Витек появился. Упрямый черт! Я ему говорю, не суетись, все равно ведь по-моему будет. А он не слушает. Вот и приходится воспитательные меры применять.

– Но ты с ним того… могла бы и помягче, – сказала Мариша.

– Вот еще! – фыркнула Лена. – Он же мужик! Чего с ним цацкаться.

– Но вообще-то он злой ушел, – сказала Мариша. – Как бы гадость тебе какую не устряпал.

– Я все правильно делаю, – уверенно заявила Лена. – С такими людьми только так и можно. Их сразу на место ставить нужно. А то мигом на шею сядут. Надо же, выдумал: нельзя животное в квартире держать. Да я тут сколько раз свою Зорьку оставляла, а она была даже не пони, а полукровка. Рысак с арабом. Да еще с жеребенком. И то ни одна соседка не пикнула. И мама тоже не возражала.

– То-то она теперь в больнице, – пробурчала себе Мариша под нос.

Но Лена ее не слышала.

– А ты молодец, что зашла! – радовалась она. – Я тебя завтра с собой возьму. Посмотришь на моих подопечных.

– Да, я вот зачем к тебе пришла! – вспомнила Мариша. – Мне сегодня звонил Игорь и…

– Когда звонил? – перебила ее Лена, и в голосе у нее прозвучали явственные нотки ревности.

– Буквально минут двадцать назад, – объяснила Мариша. – Я сразу же собралась и к тебе.

– И что он хотел?

– Так вот, я о том и собираюсь рассказать. Он хотел, чтобы я завтра с тобой поехала к вам в Бугры. Он будет меня там ждать, чтобы дальше нам с ним вместе ехать покупать подарок ко дню рождения. Он почему-то настаивал, чтобы я тоже с ним поехала. И деньги с собой взяла.

По мере того как Мариша рассказывала, лицо Лены мрачнело все больше и больше. Когда Мариша закрыла рот, Лена открыла свой и горько зарыдала, закрыв ладонями лицо.

– Что с тобой? – перепугалась Мариша. – Ты заболела?

– Нет, – прорыдала Лена. – Если бы я заболела… Но нет… Просто никто меня не любит. Все мужики меня бросают. Я знаю, это потому, что я нищая.

– И вовсе не поэтому, – торопливо возразила Мариша. – То есть я хотела сказать: кто тебя бросает? Вот меня сто раз бросали, я даже уже внимание обращать перестала. А тебя никто, видно, и не бросал. Раз ты еще так расстраиваться можешь. И перестань реветь, никто тебя не бросает. Вот Игорь у тебя же есть.

– Это он у тебя есть, – прорыдала Лена. – Думаешь, я дура? Не понимаю, чем вы там с ним заниматься завтра собираетесь?

– Чем? – искренне удивилась Мариша. – Разве мы едем не за экзотическим подарком, который он мне обещал?

– Это предлог, – всхлипнула Лена. – Уверена, что это всего лишь предлог, чтобы изменить мне с тобой.

Марише стало не по себе. Лена определенно несла чушь, но с такой уверенностью в своей правоте, какая бывает лишь у душевнобольных людей. Марише захотелось плюнуть на экзотику. Поехать и купить плюшевого мишку. Но, с другой стороны – уйти значило утвердить Лену в ее подозрениях. И Мариша осталась. Она присела рядом с Леной и обняла ее за худенькие плечи.

– Не плачь, – попыталась она ее утешить. – Все не так, как ты себе вообразила. Мне твой Игорь даром не нужен. Если хочешь, мы все втроем поедем покупать подарок. И вспомни, ты же сама мне предложила обратиться к Игорю. Я ведь даже про него и не слышала. И Игорь вовсе не пришел в восторг от твоей просьбы – помочь мне.

– Да, – вспомнила Лена. – Ты права. Ты и в самом деле думаешь, что Игорь вовсе не собирается меня бросить?

– Уверена.

– Ну ладно, – вытерла слезы Лена. – Сейчас будем чай пить.

От чая Мариша отказалась. Девушки условились, когда Мариша заедет за Леной. А затем они расстались до утра. Мариша пришла домой, завела будильник на девять часов утра, потому что выехать они собирались в полдень. И легла спать. Хотелось выспаться получше. В такую рань она уже давно не вставала. Но Маришины планы грубо нарушили. Впрочем, как и ее сон. Где-то без четверти семь или около того, потому что все часы в квартире Маришиной мамы показывали немного разное время, в квартире раздался продолжительный и настойчивый звонок.

Мариша и ее мама выскочили из постелей, словно ошпаренные.

– Не открывай! – прошипела Тамара Ильинична. – Позвонят и уйдут.

Но она ошиблась. Человек, стоящий за дверью, и не думал никуда уходить. Напротив, он прилагал много сил к тому, чтобы его услышали и пустили. Уже через две с половиной минуты у Мариши лопнуло терпение. Она схватила в кухне тесачок, которым ее мама разделывала мясо, и подошла к двери.

– Кто там?

– Это я, Лена! – раздался полный страдания голос. – Мариша, открой.

Так как Мариша уже выдала, что она дома, пришлось открыть. Мариша еще колебалась, поднеся руку к замку.

– У меня беда! – закричала Лена из-за двери.

Все Маришины сомнения улетучились, и она открыла дверь. Что бы там из себя ни представляла Лена с точки зрения общежития и его норм, но она была соученицей Мариши. Когда-то они даже немного дружили. А когда близкие люди попадали в беду, они смело могли рассчитывать на помощь и содействие Мариши. Она не успокаивалась до тех пор, пока беда ее близких не перерастала в настоящую катастрофу.

Но Лена об этой особенности Мариши то ли не помнила, то ли вообще не знала. Мариша распахнула дверь, и заплаканная бледная Лена ворвалась в дом.

– Здравствуйте, Тамара Ильинична! – выдохнула она, падая без сил на стул в прихожей.

– Лена, что случилось? – встревоженно спросила у нее Маришина мама. – На тебе лица нет. Что случилось-то?

– Ой, чувствую я, что с Игорем беда, – простонала Лена. – Вот прямо сердцем и чувствую. А оно меня никогда еще не подводило.

И она в самом деле попыталась схватиться рукой за сердце, но рука сама собой потянулась к желудку. Рука была вся белая, с синими ногтями.

– Лена, а ты ужинала? – сочувственно поинтересовалась Тамара Ильинична. – Губы у тебя какие-то синие.

– Нет, – слабым голосом произнесла Лена. – С прошлого утра во рту маковой росинки не было. Все бегаю и бегаю.

Тамара Ильинична без разговоров потащила Лену в кухню. Там, усадив за стол, она быстро вскипятила воду в электрическом чайнике и налила Лене чашку чаю со сливками. Несмотря на то что чашка была с лошадиной мордой, Лена к чаю не притронулась. Она вообще производила впечатление малость помешанной. Сидела и смотрела прямо перед собой. И это после того, как Мариша поставила перед ней тарелочку с горкой аппетитных бутербродов.

– Лена, ты чего? – тронула ее за плечо Тамара Ильинична.

Лена подняла голову и посмотрела на нее. Мариша и ее мама непроизвольно вздрогнули от глубины того горя, которое плескалось в больших зеленоватых Ленкиных глазах.

– Умер он! – сказала Лена. – Игорь. Я точно знаю. Умер или в большой беде.

– Что ты чушь мелешь! – вознегодовала Мариша. – Себя пугаешь и других. С чего ты взяла?

– Ни с чего, – откровенно ответила Лена. – Просто знаю, и все. У меня интуиция очень развита. Когда с моими любимыми беда или они собираются меня бросить, что, в общем-то, одно и то же, я всегда это чувствую. Вот когда папа умирал от инфаркта в больнице, так меня даже рвало целый день.

– Ты просто чем-то отравилась, – возразила Мариша. – И разве твой папа не бросил тебя в полуторамесячном возрасте? По-моему, ты так с ним ни разу и не виделась с тех самых пор.

– Ну и что? Все равно, голос крови, – упрямилась Лена. – И даже если его случай не может служить классическим примером, то все равно остается тьма-тьмущая других, когда я предчувствовала и оказывалась права.

– Тебе лечиться надо, – сказала Мариша. – А пока что поступим так. До тех пор, пока мы точно не установим, что с Игорем случилось что-то нехорошее, мы будем считать его живым и невредимым. Договорились? Это сбережет нам с тобой массу нервных клеток.

Кажется, Лену успокоили главным образом не Маришины аргументы, а это «мы». Значит, она не останется одна. Лена приободрилась. И даже поддалась на уговоры Тамары Ильиничны, выпила чашку чаю и даже съела пару бутербродов. Но было видно, что ест она через силу.

– Поедем в Бугры прямо сейчас? – умоляюще сказала Лена, устремляя на Маришу свои удивительные глаза.

– Ладно уж, все равно выспаться мне сегодня не удастся, – вздохнула Мариша. – Домой к тебе заезжать не будем?

– Нет, – покачала головой Лена. – Не будем. Все, что нужно для работы, у меня с собой.

С собой у нее ничего не было, но Мариша не стала заострять на этом внимание. Не в таком Лена была состоянии.

И девушки выехали. Лена указывала Марише дорогу. И та была вынуждена признать, что одна она бы никогда не догадалась, что по очень грязной, покрытой ухабами и непросохшими лужами узкой дороге можно было выехать на шоссе. Срезав тем самым полтора километра. Наконец Лена вытянула вправо худую руку и указала на несколько приземистых длинных белых зданий. Все они были с маленькими окошками.

– Конюшня, – сказала Лена. – Приехали.

Еще через пять минут тряски по плохой дороге, должно быть, разбитой копытами табунов лошадей, подруги въехали во двор. Ленка выскочила из машины и помчалась к строениям конюшни, оставив Маришу в гордом одиночестве. Но прежде, чем та успела заскучать или хотя бы поставить машину на сигнализацию, Лена вернулась. И при одном взгляде на нее Марише стало ясно, что вся ее утренняя психотерапия пошла коту под хвост. Лена тряслась, и из ее груди рвались глухие рыдания.

Рядом с Леной семенила невысокая худенькая женщина средних лет. У нее было славное гладкое лицо и короткая стрижка. Глаза у нее были красные, но в целом женщина Марише понравилась. Она была похожа на бывшего жокея. Существуют ли жокеи-женщины, Мариша не помнила. Но если существуют, то они должны были выглядеть именно так, как выглядела Ленкина знакомая.

– Его нет! – закричала Лена, обращаясь к Марише, еще издали. – И не было!

– А кобыла, которая жеребилась? – спросила Мариша. – Как же она?

– Откуда ты про Звездочку знаешь? – снова заподозрила неладное Лена.

– Игорь мне вчера вечером сказал, что едет принимать у нее роды. Имени не называл, просто сказал, что кобыла жеребится, – пояснила Мариша. – И перестань нас с ним подозревать в сговоре с целью обмануть тебя.

– Как бы то ни было, а до Звездочки Игорь вчера не добрался, – уныло констатировала Лена. – Познакомься, это наш тренер и заместитель директора Ольга Семеновна.

– Да, Игорь вчера вечером так и не явился. И нам пришлось искать другого ветеринара, – подтвердила ее слова Ольга Семеновна. – А потом ехать за ним в город, а потом еще оплачивать услуги. Вдобавок тот ветеринар оказался редким кретином. Специализировался по собакам и кошкам, а нас об этом не предупредил. Толку от него было меньше, чем вреда. Так что тут все страшно злы на Игоря, который бросил Звездочку на произвол судьбы и даже не предупредил, что не приедет. И я в том числе. Звездочка моя любимица. И я возлагала на нее и на ее жеребенка огромные надежды. Огромные. Жеребенок от двух таких родителей должен был стать чемпионом. А теперь он погиб. И еще неизвестно, выживет ли Звездочка. Но в любом случае, выживет она или нет, о потомстве уже больше речи не пойдет.

– А с ним такое уже случалось? Я имею в виду Игоря? – спросила Мариша. – Мог он пообещать и не приехать?

– В том-то и дело, что нет, – вознамерилась снова зарыдать Лена. – Игорь – он обязательный человек. Во всяком случае, что касается его работы…

– Да, я тоже была очень удивлена, когда он не приехал, – кивнула Ольга Семеновна. – Мы потому так поздно и поехали за другим врачом, что все время надеялись: Игорь должен с минуты на минуту появиться. Ведь он обещал. Просто в голове не укладывается, как он мог так подвести.

– Подождите, здесь что-то не то, – сказала Мариша. – Он звонил мне вчера вечером. И сказал, что у него очень мало времени и что он собирается ехать сюда, принимать роды у лошади. Он так торопился, что даже толком не закончил со мной разговор, оборвал на полуслове.

И тут Мариша надолго о чем-то задумалась, сосредоточенно хмуря лоб.

– Странно, – сказала Ольга Семеновна, не обращая внимания на Маришу. – Очень странно. Девочки, давайте навестим Игоря. Вдруг с ним что-то случилось? Вы на машине?

– Да, – кивнула Мариша.

Они загрузились в машину и поехали обратно в город. На этот раз дорога отняла у Мариши меньше времени, потому что она уже знала все ее опасные участки. И очень кстати, потому что Лена снова впала в ступор и не реагировала на внешний мир. Пришлось Ольге Семеновне взять на себя общее руководство и показывать Марише дорогу к дому Игоря.

– Сейчас направо, – командовала она. – Первый перекресток налево. Потом снова прямо. Я скажу, где свернуть.

Лена внезапно очнулась и удивленно посмотрела на женщину.

– Откуда вы знаете, где живет Игорь? – спросила она, и в ее голосе явственно послышались нотки ревности.

– Только дом, – поспешно ответила Ольга Семеновна. – Он несколько раз просил меня подбросить его до города. Когда у него еще не было своей машины.

Лена кивнула, но было видно, что ее снова терзает ревность. Но лучше пусть так, решила Мариша, чем сидеть, уставившись в одну точку, и молчать. Они вышли возле пятиэтажного кирпичного дома. Лена указала на первый подъезд, и все стали подниматься по лестнице. Лена, казалось, снова впала в ступор. Что было, по мнению Мариши, весьма некстати. Так они поднялись до третьего этажа. Лена продолжала подниматься наверх, переставляя ноги, словно робот.

– Лена, какой у Игоря этаж? – окликнула ее Ольга Семеновна, которая шла последней.

Лена вроде бы очнулась.

– Третий, – сказала она и огляделась по сторонам.

Она была уже почти на четвертом. Мариша где-то на полпути между ней и площадкой третьего этажа. А Ольга Семеновна поднялась всего на пару ступенек с третьего этажа вверх по пролету. Лена спустилась обратно и уверенно позвонила в обитую деревом железную дверь. Потом еще и еще. Но им никто не открыл.

– Все ясно, – сказала Ольга Семеновна после тридцать пятого звонка. – Его нет дома. Лена, у тебя есть ключи от квартиры Игоря?

Лена молча покачала головой.

– Что же делать? – растерянно спросила женщина. – Не ехать же обратно. Нам нужно попасть внутрь. Вдруг он заболел.

– Вам нужно, вы и думайте, как быть, – неожиданно огрызнулась Лена.

Уставшая от всей этой беготни и к тому же не выспавшаяся, Мариша прислонилась было к двери, чтобы немного подремать, пока ее спутницы не решат, как им поступить дальше. Но неожиданно дверь под тяжестью Маришиного тела подалась. И Мариша с диким криком рухнула внутрь квартиры.

– А дверь-то не заперта! – обрадовались Лена с Ольгой Семеновной.

– Очень мило, что вы мне об этом сказали, – поморщилась Мариша, поднимаясь с полу и потирая больно ушибленный бок. – Сама бы я ни в жизнь не догадалась.

Но на ее брюзжание никто не обратил внимания.

– Ну что? Войдем? – нерешительно спросила Ольга Семеновна.

Ее нерешительность для женщины, которая буквально несколько минут назад предлагала взломать дверь квартиры Игоря, выглядела странно.

– Конечно, войдем, – сказала Лена.

И они вошли. Квартира Игоря состояла всего из одной маленькой комнаты, крохотной кухни и совсем уж неразличимого санузла. Что касается прихожей, то ее попросту не было. Потому что назвать прихожей коробку от холодильника ни у одного нормального человека язык бы не повернулся.

На осмотр квартиры женщинам не понадобилось много времени. Обставлена квартира была крайне скудно. Диван, телевизор и пара плетеных стульев – это все. Одежда Игоря лежала неаккуратной кучей в углу комнаты. Книги по ветеринарии были свалены несколькими грудами по всему периметру комнаты. Сразу было видно, что книг много и далеко не все они куплены на барахолке, напротив, некоторые из них явно очень дорогие.

А на кухне стояла дорогая испанская стеклокерамическая плита, стол и еще один плетеный стул. Ни холодильника, ни шкафчиков тут не было. Но вся имеющаяся в квартире мебель выглядела дорогой и очень новой. Купить ее мог человек, которому улыбнулась удача и который в будущем намеревался разбогатеть еще больше, так что не видел необходимости экономить на обстановке.

К тому же в квартире явно намечался ремонт. Не бог весть что, но в ванной комнате были коробки хоть всего лишь с белорусским, но очень славненьким кафелем и несколько мешков с цементом.

– Что-то все ремонт затевают, – меланхолично сказала Мариша, заметив стройматериалы. – И не у всех это хорошо кончается.

Неожиданно ее слова вызвали всплеск эмоций.

– Что кончается?! – взвизгнула Лена. – Сама же говорила, что еще ничего не ясно и что волноваться раньше времени не стоит. А теперь…

– Теперь я говорю, что Игорь затеял ремонт, а значит, у него появились деньги, – сказала Мариша. – Вот и все. Ольга Семеновна, Игорь уже долго работает у вас в конюшне?

– Года два, – постаралась припомнить женщина. – Да, так и есть. Он пришел к нам совсем безусым. Сразу же с институтской скамьи. За эти годы он многому научился. Вообще он способный юноша. И животных чувствует. Это редкий дар. Этому научиться вообще невозможно. У Игоря было большое будущее.

– Вот, теперь и вы, – расплакалась Лена.

– Деточка, что я такого сказала? – всполошилась Ольга Семеновна. – Ты же сама видишь, Игоря здесь нет. Ни живого, ни мертвого. А уже одно это хорошо.

– Да, мы его еще немного поищем и обязательно найдем, – сказала Мариша, которая была занята тем, что перебирала книги по ветеринарии, лежащие в стопках.

– А где будем искать? – вытерла слезы Лена.

– Ну, сначала выясним, не стоит ли его машина у него под окнами, – сказала Мариша. – Или где он там ее обычно ставил.

– Под окнами, – подтвердила Лена. – Слушай, а ведь я не верила, когда мне про тебя, Мариша, рассказывали, какая ты умная и как ловко раскрываешь преступления.

Мариша скромно потупилась. Машину Игоря они у него под окнами не нашли. Зато нашли старичка, который видел, как Игорь садился в машину вчера вечером.

– Дедушка, а вы точно помните, что это был Игорь и что в машину он садился именно вчера? – допытывалась у него Ольга Семеновна.

– Точно, – уверенно ответил дед.

– Дедушка, а сильный вчера ураган был, правда? – спросила у него Мариша. – Вывески сорвало, двоих людей придавило рекламными стендами. Вы, наверное, такого и не помните.

Коварство Мариши заключалось в том, что упомянутый ураган отшумел еще неделю назад и действительно натворил в городе бед.

– Да я помню такое, чего вам, молодым, и не снилось! – возмутился дед. – А вчерашний ураган – это пустяк. Подумаешь, пару вывесок сорвало. Крепить лучше нужно было. По всем телепрограммам с этими вывесками носились. А дело все в чем? В том, что работать нынче разучились. Сделают тяп-ляп, и все. Я вчера нарочно от окна не отходил, все наблюдал, как деревья гнутся. Так это пустяки по сравнению с наводнением, которое мне пришлось лично пережить в…

Но ему не удалось ничего рассказать.

– Вы потеряли у нас всякое доверие в качестве свидетеля, – заявила ему Ольга Семеновна. – Вы путаете показания. Ураган был не вчера, а неделю назад.

И женщины гордо удалились с видом оскорбленных, но не униженных. Больше никого, кто бы видел, как Игорь садился в свою машину, не нашлось. У Мариши не шли из головы какие-то подозрительные бурые пятна, которые она видела на паркете в комнате Игоря. И странный его разговор с ней. Странным был даже не сам разговор, а то, как быстро и неожиданно прервал его Игорь. Марише теперь даже казалось, что она расслышала звонок в дверь, а после этого уже Игорь стал торопливо с ней прощаться.

– Я хочу еще раз заглянуть в квартиру Игоря, – заявила она.

Все послушно поднялись следом за ней.

– Игорь был человеком рассеянным? – спросила Мариша у Лены. – Мог он уйти и оставить дверь открытой?

– Ни за что в жизни, – возразила Лена.

– А оставить разбросанной одежду и книги?

– Нет, – немного подумав, сказала Лена. – Игорь, он аккуратный до ужаса.

Мариша прошла в комнату и принялась изучать подозрительные пятна на паркете. Да, они могли быть пятнами крови, но в равной степени это могли быть и какие-то другие пятна вполне невинного происхождения. Бить тревогу раньше времени Марише не хотелось.

К несчастью, за этим занятием ее застукала Лена. Она все поняла и снова забилась в истерике. Никакие увещевания на Лену не действовали. Она рыдала и уверяла, что Игорь мертв и она это чувствует. Уже даже не одним сердцем, а прямо всем телом. И ей холодно. Мариша запихнула рыдающую подругу в машину и повезла ее домой. Как только Лена поняла, куда он едут, она снова завыла.

– Нет, только не домой! Не могу быть там. Хочу на работу. Хочу быть среди людей. Одна я рехнусь.

– Не валяй дурака, – посоветовала ей Мариша. – Игорь может тебе позвонить. А я побуду с тобой, чтобы тебе не было скучно.

Они высадили Ольгу Семеновну возле станции Девяткино. Она поехала к себе в Бугры, а Мариша повезла Лену к ней домой, дожидаться звонка Игоря. Первый сюрприз поджидал девушек возле дома Лены. Углядела его Мариша. Все-таки недаром она восхищалась порой собственной проницательностью и чутьем. Куда там Лене с ее предчувствиями.

– Смотри, какая развалюха, – сказала Мариша, указывая на действительно смешную колымагу, желая немного развеселить или хотя бы отвлечь подругу.

Неожиданно Лена подпрыгнула на месте, словно от радости, и кинулась к ржавой «копейке», у которой спереди была прицеплена лебедка от джипа. Все части «копейки» были соединены между собой самым причудливым образом. Иногда даже с помощью скотча. Например, фары были точно им подклеены. На взгляд Мариши, это свидетельствовало о выдумке и смекалке владельца машины, хотя выглядело пакостно. Но Лена выплясывала круги возле этой груды ржавого железа с таким радостным видом, словно ничего приятней ей в жизни видеть не приходилось.

– Что с тобой? – испуганно спросила у нее Мариша, всерьез подумывая о том, а не вызвать ли Лене «Скорую».

Все-таки, несмотря на многосторонние таланты, кое в каких вопросах Мариша не считала себя большим специалистом. И общение с буйнопомешанными входило в их число.

– Это машина Игоря! – развеяла Маришины опасения Лена. – Он дома! Он ждет меня! Он вернулся.

Она перестала кружить вокруг машины, кинула взгляд на свои окна, словно ожидала увидеть там Игоря, и помчалась к парадному. Мариша помчалась за ней. А ее проклятая интуиция подсказывала ей – тут что-то нечисто. Лена отперла дверь квартиры ключом и влетела внутрь.

– Игорь! Ты дома? Я вернулась! – закричала она. – Я увидела твою машину у дома! Игорь, как я рада! Ты дома! Обними же скорей свою лягушку-царевну!

Мариша уже входила в дверь, когда до ее ушей донесся громкий крик ужаса. Крик шел из комнаты Лены. А затем крик смолк так же неожиданно, как и начался. Томимая самыми дурными предчувствиями, Мариша влетела в комнату Лены. Игорь тут и в самом деле был. Марише было достаточно одного взгляда на него, чтобы понять: Игорь уже никогда и никого не сможет обнять. Потому что он был мертв. Решительно и бесповоротно.

Этот вердикт Мариша вынесла при одном взгляде на то, что раньше было макушкой Игоря. Кто-то проломил ее кирпичом или каким-то другим тяжелым предметом. Мариша поймала себя на мысли, что непроизвольно перебирает в памяти, чем бы таким Игорю могла дать по башке Ленка. И получилось, что очень многим. Вот хотя бы этой подковой, которая валялась прямо в центре Лениной комнаты. На самом виду, неподалеку от трупа.

Подкова! Мариша почувствовала, как по ее спине потек ручеек холодного пота, а саму ее, наоборот, бросило в жар. Подковы у Лены обычно хранились в ящике, стоящем возле окна. И просто так по комнате не валялись. Пользуясь тем, что Лена блаженно отдыхала в глубоком обмороке, Мариша нагнулась и осмотрела подозрительную подкову.

Так и есть, на подкове были следы запекшейся крови и даже вроде бы клочок волос. Мариша в ужасе прижала руки к вискам. Пульс у нее стучал как сумасшедший. Труп, судя по тому, что был уже совсем холодным, лежал в комнате не первый час.

На первый взгляд никаких сомнений не было. Игоря убила Лена в припадке ревности и безумия. Убила, а потом примчалась к Марише, рыдая и «предчувствуя». И как натурально! Должно быть, убийство так повлияло на слабую Ленину психику, что в голове у нее все помутилось и перемешалось.

Только так Мариша могла объяснить тот факт, что Лена оставила труп Игоря валяться у себя в комнате, а не предприняла попытку избавиться от него. Впрочем, это было еще не поздно сделать. Но увы, дальше события развивались стихийно. У Мариши не было никакой возможности сосредоточиться. Или хотя бы как-то на них повлиять. Внезапно на лестнице раздались шаги и чьи-то возбужденные голоса. Затем дверь в квартиру распахнулась, и в нее влетели двое парней с пистолетами в руках.

– Ни с места! – завопил один из них. – Всем оставаться на своих местах!

Что касается трупа Игоря и бесчувственной Лены, то они и не думали шевелиться или менять места. А что касается Мариши, то она оцепенела от неожиданности.

– Во, блин! – удивленно сказал второй парень с оружием. – Да тут уже два жмурика!

В этот момент Лена как раз пошевелилась и слабо простонала. Но глаз не открыла. Мариша за нее даже порадовалась.

– Вы кто? – сумела выдавить из себя Мариша, обращаясь к парням. – Учтите, я ничего не видела. Когда мы пришли, он уже тут лежал. Весь холодный. Так что, если вы явились мстить за вашего друга, то вы ошиблись. Его убийцы тут нет.

– Мы из милиции, – сухо сказал ей маленький. – А вы кто такая будете?

Дальше все развивалось по сценарию. Мариша правдиво рассказывала, как они все утро разыскивали Игоря, как вернулись домой к Лене и обнаружили труп Игоря. Она рассказывала, менты ей не верили. Мариша по глазам видела, что они ей не верят. И каждое ее слово будет ими тщательно проверено. За себя Мариша не беспокоилась, а вот у Лены могли возникнуть серьезные проблемы.

К сожалению, врач, который вскоре прибыл, дал Лене понюхать какой-то гадости, и она быстренько встрепенулась. Увидев неподалеку от себя неубранное тело Игоря, она вздрогнула и кинулась к нему. Ее перехватил маленький опер и с неожиданной силой отволок в угол. Лена кусалась, визжала и требовала дать ей взглянуть на Игоря.

– Черт с ней! Пусть посмотрит, – крикнул маленькому другой опер. – Только смотри, чтобы она там ничего не сдвинула.

Лену отпустили, и она бухнулась на колени перед трупом Игоря. Убедившись, что он и в самом деле мертв, Лена взвыла.

– Не может быть! Этого не может быть! Господи, как же так?

После этого она неожиданно обмякла и уже не протестовала, чтобы Игоря фотографировали, обмазывали мелом и вообще делали с его телом всякие необходимые для следствия процедуры.

Разумеется, злосчастная окровавленная подкова, валяющаяся неподалеку от тела, тоже вызвала нездоровый интерес у работников милиции. Глупо со стороны Мариши было надеяться, что они ее не заметят или не обратят на нее внимания. Они ее нашли почти сразу и теперь чуть ли не облизывали. А потом внезапно успокоились на том, что положили в красивый целлофановый пакетик, запечатав его.

Маришу и Лену отвели на кухню, где провели с ними предварительный допрос. Сначала их попросили еще раз пересказать события сегодняшнего утра. Маленький опер тщательно протоколировал каждое слово. И снова ни одному их слову не верили. Особенно когда Лена завела разговор о том, что Игорь в последнее время чего-то начал опасаться. Ходил весь такой нервный. Часто срывался и убегал, не сказав, куда направляется и когда вернется.

– Вот вы говорите, что у вашего друга появились от вас тайны? – спросил маленький мент, который представился подругам Колей.

– Да, тайны, – подтвердила Лена. – Какие-то встречи. Иногда ему звонили ночью, и он уезжал. Он купил себе мобильник, а когда я спросила, зачем ему такая роскошь, ответил, что он врач и может в любое время понадобиться своим клиентам. В общем-то, он был прав, но раньше он прекрасно обходился без мобильника.

– И кто ему звонил? Мужчины или женщины?

– Странный вопрос, – фыркнула Лена. – Конечно, и те, и другие. Вы что думаете, животных держат только мужчины или только женщины?

– Я пока что ничего не думаю, – ответил Коля. – Просто пытаюсь воссоздать картину произошедшего. И если вы хотите, чтобы мы в наиболее короткие сроки нашли убийцу, то должны нам помочь.

– Хорошо, – кивнула Лена. – Я вам все расскажу. Теперь это, после смерти Игоря, уже не важно. Игорь занимался контрабандой редких животных. Да, да, не смотрите на меня так. Между прочим, очень выгодное дело. Даже специалисты, – тут Лена сделала паузу, подчеркивая, что при всем ее хорошем отношении не может отнести к данной категории своих собеседников, – так вот, даже специалисты признают, что контрабанда редких видов животных стоит на втором месте после контрабанды наркотиков. Даже торговля оружием уступает ей в прибыльности.