Босиком к небесам
Эд Раджкович

Редактор Э. Гума

Редактор О. Виола

Редактор Э. Раджкович

Иллюстратор Э. Раджкович

© Эд Раджкович, 2022

© Э. Раджкович, иллюстрации, 2022

ISBN 978-5-4474-2745-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Отзывы на книгу

Ждала третью книгу, хотелось узнать, как сложилась жизнь главного героя Дамира. Интересно было вернуться в Советское постперестроечное время. Всё – правда. В школах у нас тоже собирали подписи за освобождение Нельсона Манделы. История Дамира захватила с самых первых страниц, это возврат в детство всех нас из того далёкого времени 90-х.

Очень была рада узнать, что есть ещё продолжение этих книг.

Спасибо автору за труд! Я очень ему благодарна, что он доверяет мне первой ознакомиться с его произведениями.

Читательница из Н. Уренгоя.

Предисловие

Как люди с Земли не видят обратную сторону Луны, так духовный мир, объяснённый религиями

не познан в полной мере нами!

Падение… Разум отказывался от всех своих предназначений. Пространство поглощало. Страстное желание появилось, хотя бы на мгновение найти возможность управлять этим ужасающим процессом. Тело отказывалось подчиняться, будто его вовсе нет. Повсеместный свист встречных потоков и гул в необъятной атмосфере окружал всю его сущность. Зрение становилось чётким, но увиденное приводило в тревожное переживание: совсем немного страшно, потому что испуг не успевал за эмоциями духа. Тьма, с безграничной глубиной, в которую стремительно он погружался, приводила в оцепенение. Картинки, возникающие в сознании, удивляли. Было не ясно, откуда приходят эти видения. Остановить бы действо, но физически такое оказывалось не по силам. Пришло новое чувство – интерес! Тьму сменял просвет, и попадание вновь в тёмную плоскость порождает тягостное ожидание нового светлого поля в таинственных просторах. Время остановилось, как если бы такое длилось вечность… Шесть или семь раз пересекал рубежи света и тьмы, и при каждом возвращении в светлое пространство наступало торжество души. Как такое происходит именно с ним? Подходящих объяснений не находилось, а присутствовали сжимающие душу ожидания чего-то предстоящего.

– Когда это всё остановится?

Управлять событием было невозможно, а ведь именно этого хотелось больше всего.

Происходящее не поддавалось никакому логическому пониманию. Становилось всё холоднее и холоднее. Падение в никуда – эта пугающая мысль достигла восприятия. Вдруг появилась возможность различать перемену в происходящем, дышать становилось легче, а окружающий вакуум стал казаться насыщенным спасительной живой энергией. Сознание из отчаяния переходило к надежде на спасение. Луч света, исходящий от небесного светила, ослепил глаза. Когда видение стало снова явным, он увидел, что среди возникших облаков проявляется горный обрыв. Пелена облачного покрывала походила на воздушную материю, зависающую среди неба. В редких просветах открывался материальный, осязаемый мир. Хотелось уцепиться за край отвесной стены, но тело по-прежнему не подчинялось приказам мозга. Стало закручивать во внезапно возникающий вихревой поток, скорость падения стала нарастать. Всё смешалось, ничего нельзя было толком разобрать. Возможно, что всё происходящее смертельно напугало бы кого угодно, но именно сейчас, когда закручивало в штопор вихревых потоков, направляемых стихийным воздействием, он начал подсознательно понимать, что путешествие заканчивается. В груди стало тревожно, пульс отдавался эхом.

Что настоящая реальность – сон или явь?

Глава I

Детство Дамира

Проснулся, вокруг темно. Начал осматривать внимательно комнату. В детской стояло пять кроватей с металлическими дугами и натянутыми пружинами с сеткой. Помещение было тесным, маленькое пространство оказалось лишённым достаточного количества кислорода. Два старших брата, Дамир и две сестры проживали в этой комнате. Двое младших братьев спали в родительской комнате за стенкой. Они были совсем малы и нуждались в постоянном присмотре.

Дом у них был деревянный, ночного освещения не было. С помощью проникающего снаружи мерцания Дамир осматривал стены с ободранными кое-где обоями. Сновидение было таким очевидным, что он запомнил испытываемые чувства, а на всё окружающее в доме смотрел как впервые. Постепенно вспомнил эту реальность, и воздействие сна отступило. Вспомнил, что накануне вечером все кушали астраханские арбузы. Для него эти полосатые ягоды казались диковинками огромных размеров, очень сладкими и сочными.

Настоящее в отличие от виденного в сновидении ему показалось более предсказуемым и понятным. Везде было темно, только лунный свет освещал предметы в комнате, проникая через окно.

Дамир пробрался среди кроватей и направился во двор. Он был мал ростом и достать до электрического выключателя не мог. Вместо туалета решил помочиться прямо с крыльца. Необычная самоуверенность появилась в маленьком Дамире. Он считал себя смелым от того, что достойно пережил странное сновидение и, проснувшись, не плакал.

Всё внимание мамы теперь адресовалось младшим братьям, и Дамир хотел как можно побыстрее повзрослеть. Он готов каждый день доказывать, что совсем стал взрослым, чтобы младшие братья равнялись на него. Такая гордость имела благородные цели, и Дамир был мотивирован в потребностях самоутверждаться, этого требовали реалии жизни.

За несколько дней до этого он пожаловался матери, что повздорил в детском саду со старшим по возрасту мальчишкой. Дети говорили своим родителям обо всём и находили поддержку. Дамир тоже решил пожаловаться своей маме во время пути из детсада до дома. Мама спокойно его выслушала, а затем сказала:

– Что ты позоришься? Мужчина даже маленького роста должен быть смелым.

Ему стало совестно, что он жалуется маме, и этот урок он усвоил для себя.

– Младшие должны видеть во мне надёжную опору, – по-взрослому принял решение Дамир.

Сон встревожил его – когда ты можешь управлять своими движениями гораздо лучше, чем неуправляемая скорость во сне.

Довольный тем, что опустошил мочевой пузырь, стал смотреть на яркие мерцающие звёздочки в небе. Вглядываясь в небосвод, он обратил внимание на то, что чем дольше всматриваешься, тем больше проявляется новых звёзд, количество которых не счесть. Это открытие привело в восторг мальчишку, который на мгновение забыл, что вокруг ночь, полная опасностей. Его стало знобить.

Стоя босиком на крыльце, Дамир ощутил воздействие прохлады осенней ночи.

– Быстрее бы оказаться в мягкой своей кроватке и закутаться в одеяло, – возникло единственное желание в голове.

Что произошло дальше, не поддаётся простому объяснению. В доме все спали, и даже мать семейства, которая отличалась своей чуткостью от природы, не слышала, как выходил Дамир на улицу среди ночи… Дверь захлопнулась. Все попытки дотянуться до входной ручки были тщетными. Встав на носочки, окончательно замёрзший Дамир дотянулся до заветной цели. Оставалось потянуть на себя и открыть дверь в дом. Внезапно пальцы разжались, его вытолкнуло на край крыльца, малыш хотел удержать равновесие, но незримая сила воздействовала на него. Удар был мягким, но сравним с тем, как если бы сплошная стена, надвигаясь, выкинула его на расстояние. Ничего не было видно, и мальчишка не успел сообразить, что произошло. Он стоял босиком, спиной к дому в нескольких метрах на земле. Обернулся – сердце его обдало холодом. Ему померещилось, или это было наяву, но разум с ещё недостаточно развитой логикой в познаниях явлений не подавал никаких объяснений. Один в ночи, рядом заветная дверь в родительский дом, где совсем недавно он спал в своей кроватке – это было. А сейчас на него смотрел в самую душу невидимый взгляд из ночного сумрака. Он не стал кричать, как сделал бы любой другой ребёнок, призывая на помощь взрослых, а поступил иначе. Верный охранник Джек, дворовый пёс, забился в будку и жалобно скулил. Дамир не проронил ни слова, развернулся в сторону калитки, опасаясь смотреть в направление дома, и ноги его понесли в ночную неизвестность.

Надо заметить, что дальше двора и детского садика он не путешествовал. Это расстояние от дома до детсада единственный маршрут, который он помнил по памяти. Калитка была закрыта, но он преодолел препятствия из двора дома легко, сам не понял, как ему это удалось. Бежал, перебирая своими ножками без оглядки. Освещение в поселке фактически не было. Горело несколько фонарей на столбах вдалеке, один – у магазина, а второй – на станции. Полная тишина спящего посёлка оставляла Дамира наедине в ночи. Куда бежать он не знал, но в сторону далёкого фонаря направляться не стал. Останавливаться не хотел больше всего. Ориентируясь по лунному свету, который проявлял силуэты домов, малыш устремился прямо по улице с краю посёлка. Вместо того, чтобы забежать в ближайший дом и скорее согреться, он устремлялся дальше, ведомый внутренним предчувствием, которое указывало направление. Ловко перепрыгивал разбросанные чурки, которые заготовили для дров, но не убрали с дороги.

…Повернул направо и внизу увидел гладь озера. Бежал вниз по просёлочной дороге, разбитой рытвинами, но неожиданно свернул в сторону светящегося окна одного из домов. Появилась смелость и решительность. Дамир забежал в дом и даже не испугался грозной собаки, которая к счастью его не тронула. Оказавшись внутри, он увидел, что все люди, живущие в этом доме, не спят. Он узнал тётю Любу, местного киномеханика. С её сыном Серёжей, он ходил в одну возрастную подготовительную группу в детсаде. Серёжа молча прижимался к плачущей матери. Его старший брат был одет в сапоги и ватную куртку. Из соседней комнаты доносился крик с угрозами их отца. Видно было, что что-то произошло в доме. Все были с бледными лицами. Брат Серёжи сказал:

– Малыш, тебя сам Бог к нам послал, от греха отвёл ты меня.

Дамир ничего не понимал, и никто его не расспрашивал, откуда он взялся среди ночи в их доме.

Мама Серёжи напоила Дамира чаем с мёдом, а его брат принёс тёплую одежду и сапоги. Голос из соседней комнаты стих, атмосфера немного улучшилась. Все своё внимание переключили на Дамира. Брат Серёжи протянул фонарик ему:

– Держи, боец, чтобы дорогу лучше нам было видно.

Другой фонарь, побольше, он держал сам. На плече его висело ружьё, и он поинтересовался:

– Как ты, герой? Отогрелся немного? Сможешь идти сам?

– Смогу, – коротко ответил Дамир.

Серёжа смотрел на своего ровесника с уважением, удивляясь, как он смог среди ночи к ним прийти один. Серёжа очень боялся оставаться без мамы и старшего брата, и от этого воспринимал Дамира как отважного мальчишку в этот момент.

Тётя Люба проводила до дороги своего старшего сына, который пошёл сопровождать до дома маленького ночного гостя.

Пёс послушно вилял хвостом, увидев своего хозяина.

– Как он тебя не укусил? Удивляюсь. Пират известен всем как агрессивный, а тебя не тронул.

Дамир молча шёл впереди, освещая себе путь фонариком.

– Идём прямо по дороге до другого конца посёлка. Я рядом и у меня с собой ружьё, поэтому ты под надёжной охраной сейчас. Малыш, ты запомни, что здесь живут люди разные, но ночью без ружья никто не выходит из дома. Даже милиционера у нас нет. Впредь один не выходи никогда ночью безоружным, бережёного и Бог бережёт.

Дамир ничего не отвечал, а всё своё внимание сосредоточил на дороге. Повсюду валялись брёвна, сучки и щепа древесины. Множество канав, рытвин затрудняли путь. Однако его ноги совсем не поранились, и он пытался понять своим детским мировосприятием, как он смог в темноте проделать этот путь.

Когда подошли к дому Дамира, их встретила мама. Остались спать только двое младших братиков. Вся семья в тревоге собралась во дворе, а мама причитала без умолку. Когда они вошли все смотрели с изумлением. Было понятно, что готовились к поискам, а Дамир сам пожаловал. Родные молчали. Мама увела быстро в дом сына, отдала одежду брату Серёжи и после улеглась рядом с Дамиром на кровать. Обнимая его, она говорила:

– Сыночек, завтра не пойдёшь в садик, останешься со мной дома, поможешь по хозяйству.

Такая новость обрадовала Дамира. Он не видел, что слёзы текут по щекам матери. Она запела колыбельную своим задушевным голосом, и он уснул, окружённый её теплом в полной безопасности.

Проснулся сам, долго потягивался в тёплой постели и после того, как окончательно пробудился, встал с кровати. Умылся и обнял улыбающуюся маму. Дома никого не было, все старшие братья и сестры ушли на учёбу. Младшие братики играли в большой комнате. Трёхлетний Мирон подбежал к Дамиру и поздоровался. Завтрак, приготовленный только для него, кушал с важным видом, подчёркивая свою взрослость перед младшими. Каждый день будили, не давая долго разлёживаться в кровати, а сегодня получилось узнать все преимущества полного высыпания. Никуда не нужно спешить в сопровождении мамы, можно вдоволь находиться дома.

Мама прибиралась в коридоре и прихожей. Горочки нанесённого за день песка с улицы заставили Дамира подумать о том, как трудно наводить за всеми порядок. Раньше он этого не замечал, а такое утро для него впервые.

– Мама, я всегда буду обтряхивать от песка свою обувь, чтобы тебе меньше было хлопот, – сказал он.

– Ты слишком торопишься повзрослеть, наслаждайся детством, а прибираться мне всё равно нужно каждый день. Когда станешь взрослым, будешь вспоминать это время как самые беззаботные счастливые дни. Пойди с младшими братьями пообщайся – это те, о ком необходимо будет думать всю жизнь, так как ты всегда будешь старшим для них…

Дамир ничего не сказал маме, пока еще он слишком мал, чтобы понимать взрослую жизнь.

Младших братьев уложили после обеда спать. В доме стало необычайно тихо. Мама позвала Дамира в летнюю кухню, где заранее натопила печь и что-то готовила.

– Мне надо защитить тебя, сынок. Сейчас я что-то буду делать, а ты в это время можешь закрыть глаза или думать о чём-то хорошем.

Удивлённо посмотрев на свою мать, он согласился сделать защиту, как она говорила.

Мама его усадила на стульчик с маленькими ножками, а сама стала что-то нагревать в ложке над открытым огнём. Потом вылила расплавленную жидкость из ложки прямо через голову Дамира в таз с водой, который стоял за его спиной. Затем вид мамы стал таинственным. Она достала из воды остывший кусочек, похожий на металл, и долго рассматривала со всех сторон. Дамиру показывать ничего не стала.

– Всё, сынок, иди домой, отдохни. Завтра начнётся обычный день.

Заснуть Дамир не смог и направился на кухню, где мама делала вареники для всей семьи. Он уселся на табурет и внимательно смотрел, как она сноровисто и искусно быстро лепит вареники, затем раскладывает их на широкий поднос.

– Принимай у меня готовые и сам складывай их аккуратно.

Дамир бережно укладывал рядами готовые вареники, а она при этом рассказывала ему разные истории. Одну он запомнил и заинтересовался:

«На свете жила одна очень скупая женщина. Она считала, что бедность и проблемы у людей от их глупости и лени. Сама она жила в достатке и никогда не помогала никому, подаяния не давала. Её кредо было – каждый заботится о себе сам. Шли годы, она преуспела во всём. Все цели достигла и пользовалась признанием среди богатых. Однажды к ней обратилась нищенка с просьбой о пропитании. Женщина несла полную корзину разной еды с базара и, немного подумав, бросила одну луковицу оборванке, чтобы та отстала со своими просьбами. Жизнь продолжалась. В один год она умерла, и её душа попала в ад на вековые мучения. Это была расплата за безразличие к другим людям. Скрежет зубов и стоны грешных душ исходили отовсюду в аду. Неожиданно появился ангел и сказал душе женщины, что у неё есть шанс. Напомнил о её подаянии нищенке, которое ей зачли как доброе деяние на земле.

– Сейчас ты ухватишься за спасительную для тебя луковицу, но будь осторожна, – сказал ангел

Встрепенувшаяся душа грешной женщины стала всем говорить, что это её луковица и чтобы никто не претендовал на спасение кроме неё. Однако, как удержишь страдающие души, которые утратили надежды на спасение. Все начали хвататься за неё, чтобы их вытащили из ада вместе с ней. Ангел пытался до последнего спасти её, но стрелы луковицы оборвались под тяжестью множества душ, и она осталась в аду вместе с другими обречёнными на муки. Свой единственный шанс для себя она потеряла».

Дамир слушал с интересом эту историю, и Мария подумала, что он вникает в суть всего.

– Делай хорошие поступки. Бог на небе всё видит, – наставляла его мать.

Вечером Мария поговорила со своим мужем Мурадом о детях. Говорили обо всех, что они становятся взрослей, и необходимо, чтобы учились.

– Это правильно, учёба даёт большие возможности человеку! – говорил отец семейства, – иначе повторят нашу судьбу и будут всю жизнь своим горбом и руками добывать хлеб. А учёный человек может устроить лучше свою жизнь.

Мария не совсем соглашалась, и в этот раз она оставалась при своём мнении, но всячески поддакивала мужу. Она считала, что любой труд в почёте, главное чтобы человек не был бездельником. Они желали иной участи для своих детей и в душе мечтали о хорошей доле для них. Со временем, родители стали жить одними мыслями о своих детях, забывая при этом о своих мечтах. Довольствовались малым, есть дом и работа у Мурада, которая приносила возможности для пропитания семьи. Мария считала к этому времени, что имея семерых детей, они не могут позволять теперь думать о себе. Посёлок Озёрный стал родиной для их детей. Среди дикой тайги и озёр они начинали своё становление. Две осины, посаженные ими во время заселения в этот дом, становились всё больше и напоминали о течении времени жизни. Все эти мысли проносились в голове Марии, но она вспомнила основную тему разговора и плавно перевела в нужное русло диалог.

– Дамир слишком рассудительный для своего возраста, не по-детски всё воспринимает, – заговорила она. – Я поговорила с учительницей, чтобы взяла его в школу. Его возраста нет никого в посёлке, и она согласилась на эксперимент. Пойдёт с шести лет в первый класс. Он уже умеет читать, любознателен. Все три класса начальной школы занимаются в одном классе. Учительница согласилась подготавливать его индивидуально. Неспокойно моё сердце за него. Надо чем-то занять ребёнка, слишком подвижный.

Мурад никак не выражал своё отношение ко всему, что говорила жена, комментировать не стал.

– Труд облагораживает человека! Ты всегда говорила такие слова. Я занимаюсь пропитанием семьи, а эти вопросы по учёбе детей лежат на твоих плечах. Ты же знаешь, работая без выходных и отпусков многие годы, я не могу отвлекаться от работы, иначе утрачу стимул.

Мария поняла, что взаимоотношения в их семье перешли в новую фазу, и смысл существования объединил родителей в общую цель – поставить своих детей на ноги и сделать всё возможное, чтобы они стали достойными людьми.

Школа

Дамир учился с усердием, всегда выполнял домашнее задание. Никогда в его сторону не было серьёзных замечаний от учительницы, которую звали Анастасия Фёдоровна. Ей было пятьдесят пять лет, для крайнего Севера это пенсионный возраст, но она отличалась от других жителей Озёрного своей осанкой. Спина её всегда была прямой, а голова высоко поднята. Она носила шляпку и костюм, который состоял из юбки и френча, а воротничок блузы придавал ей вид особенной аккуратности. Она жила одна вместе со своей дочерью. Никто из жителей не знал, откуда она приехала. Основная масса жителей были приезжими с разных уголков Советского Союза, и посёлок Озёрный стал их родиной или точнее местом рождения детей.

Только в одной семье было семь детей. После рождения двух младших сыновей у Марии с Мурадом они стали самой многодетной семьёй в этом затерянном среди лесов и болот населённом пункте.

– Семья – это Семь Я, – говорили знакомые им.

Пожалуй, это единственный показатель, который был отличительным для семьи Мурада, а в остальном быт был у всех очень похож: работа в лесу на заготовке и свой огород у дома. Промыслом здесь являлись сбор грибов и ягод на зиму, а также охота и рыбалка на озере. Посёлок тянулся вдоль берегов озера, которое называлось Светлое. Говорят, что через ручьи и реки оно соединяется с самим Белым морем. Никто не ставил под сомнение такое утверждение, так как озеро, действительно, большое, тянется более десяти километров, а вширь, в некоторых местах, достигает тысячи метров. Для тайги такое озеро очень большое в сравнении с другими, которых здесь множество.

Мурад не покупал моторной лодки и мотоциклов для детей. В каждом доме была такая техника, но они с Марией беспокоились за детей и решили, что лучше проще, но пусть живут под пристальным вниманием. Иначе потянет «на подвиги» в этой глуши, где очень часто происходили «тёмные истории».

Анастасия Фёдоровна пристально наблюдала за своим учеником Дамиром, никак не показывая это. По опыту она знала, что многодетные семьи часто прозябают в нищете на Севере и злоупотребление алкоголем – норма. Жизнь однотонная, и данные обстоятельства были сопутствующими здесь быту. А этот ученик, к её удивлению, был усердным в учёбе и жил в семье трезвенников. Единственное, что ей не нравилось как коммунистке – это то, что Мария была набожной женщиной. Никогда не участвовала в партсобраниях и на голосования не ходила. Учительница была спортивной женщиной и бегала по утрам, сама проводила со школьниками уроки физкультуры и являлась эталоном здоровья. Марию она невзлюбила ещё потому, что она никогда не жаловалась и ничего не просила для своих детей, её даже раздражало это. Анастасия Фёдоровна, имея дочь, пользовалась полной поддержкой государственных программ, а Мария имея семерых – сама тянула своё хозяйство. Местная школа была начальной трёхлетней, а далее дети учились в городе. Анастасия Фёдоровна хотела всячески вынудить Марию обращаться к ней за помощью в воспитании своих детей и решила для себя, что упустила шанс, когда учила старших детей этой семьи, а сосредоточить сейчас своё внимание на Дамире и доказать, что человек ячейка общества, который не может в одиночку заниматься будущим своих детей. Мария при этом не подозревала о непонятной амбициозности Анастасии. Видела в ней несчастную одинокую женщину, которая не знает, куда деть свою энергию, вот и вовлекает всех в партийную жизнь. Когда заниматься вопросами партии, если семеро детей и муж требуют и нуждаются в ежедневной её заботе о них: стирка, хозяйство, огород и многие другие нагрузки стали для неё обыденными. Мария забыла, что такое сон более четырёх часов. Анастасии Фёдоровне было не понять стиль жизни многодетной матери, она смотрела на всё и всех с высоты вверенных полномочий. Через детей она имела способы воздействий на каждую семью…

Перед Новым годом Анастасия Фёдоровна сказала детям:

– Будем наряжать все вместе ёлку в школе. Отличникам кроме подарков будут выданы грамоты и сувениры по результатам учёбы.

Затем она сказала, что уроки 30 декабря отменяются, и начала рассказывать детям, какая замечательная у нас страна.

– Самая Великая в мире, и жизнь нашего народа – значима!

Дети, заинтересованные в получении грамот и подарков слушали с особым вниманием свою учительницу. Она увлеклась этой темой и распаляла себя со всей одержимостью.

– Коммунизм – это единственно верный путь, церковь и буржуазия пили кровь нашего народа веками, но наша партия уничтожила их как класс в обществе, и сейчас каждый из вас может стать кем захочет, независимо от своего происхождения. Рождённые в семье трудового пролетариата могут гордиться своим происхождением…

Рассказывала о подвигах пионеров и просила помнить героев революции 1917 года. Все старались проявиться, только Дамир молча слушал других. Он знал, что является круглым отличником по учёбе и рассчитывал на награды за это.

Анастасия Фёдоровна обратилась к нему:

– Дамир, расскажи нам, что ты думаешь о достижениях нашего народа и партии?

Он не совсем понимал суть вопроса и решил поинтересоваться у всезнающей учительницы о волновавшей его теме, на которую он давно хотел узнать ответ:

– Скажите, Анастасия Фёдоровна, а Бог есть?

Это надо было видеть. Явно не подготовленная ярая коммунистка была застигнута врасплох таким вопросом. Сам Дамир при этом сохранял прежнее простодушие и ждал ответа. Это ещё больше возмущало учительницу, и через некоторое время она начала кричать:

– Кто тебя такому учит? Наука давно доказала, что Бог – вымысел, строительство коммунизма – единая цель нашего народа.

Такой поворот был неожиданным, и все дети стали осуждающе смотреть на Дамира, некоторые даже враждебно.

– Скажи родителям, я к вам приду сегодня домой для беседы о твоём поведении.

Затем сама достала из портфеля Дамира дневник и ручкой с красным стержнем написала: за поведение в школе – два.

Все дети к удивлению Дамира стали радоваться тому, что на него накричала учительница. В одну минуту из образцового ученика он превратился в плохого. Такая официальность расстроила Дамира. Он всегда радовался оценкам красного цвета, потому что это были пятёрки, а сейчас этот цвет его тревожно давил записью в дневнике.

С официальным визитом вечером пришла Анастасия Фёдоровна. Дамир делал уроки, сидя на кровати, расположив тетради на табурете перед собой. Все были в доме, и от такого количества детей в семействе Анастасия Фёдоровна изменила свой суровый вид на более снисходительный.

– Что у тебя нет письменного стола, Дамир? – спросила она.

За него ответил отец:

– Все дети готовили уроки в таких условиях, и ничего страшного не случилось.

Простота объяснения и спокойный голос Мурада остудили учительницу. Красивый и здоровый Мурад нравился ей. Он не пил и никогда не курил – это достоинства, считала она, но умело скрывая свои симпатии, перешла к сути:

– Он устроил в школе саботаж, – начала она и рассказала о его вопросе о Боге. – Поведение возмутительное. Что у него в голове? Все дети как дети, а Дамир хочет до всего дойти своим умом. Есть школьная программа, и нечего выдумывать для себя другие знания…

– Вы всё сказали? – спросил отец.

Анастасия Фёдоровна смутилась от его спокойствия. Целью её визита было устроить нагоняй всем в этой семье, а получилось, что её всерьёз не восприняли. Так она внушала своему воспалённому разуму и ушла недовольная, сказав, что Дамир не получит грамоту из-за неудовлетворительного поведения. Её никто не провожал. Открытость этих людей Мурада и Марии её раздражали. Причины всех раздражений были в ней самой. Но непоколебимая правильность и убеждённость в своей правоте не позволяли ей рассмотреть очевидное.

– Просто люди живут своей жизнью и честно работают. Беспартийная жизнь родителей – вот что приводит к такому поведению детей, – шла и возмущённо шептала себе под нос педагог со стажем, заслуженный учитель Советского Союза.

Вдруг мелькнуло забытое воспоминание: стройотряд после окончания института в городе Ярославле. На душе стало тепло. Она вспомнила золотые купола древнего города, стоящего на берегах Волги. Как она ходила в церковь после болезни по настоянию матери…

– Всё, стоп, – сказала она своим мыслям. – Недопустимо уклоняться от праведного курса партии, – поставила вердикт своим мыслям и воспоминаниям.

Но разум тянул в сторону душевного вспоминания молодости, и она признала факт, что сама когда-то ломала голову в мыслях о Боге.

– Как это его нет, и он всё же есть?

Дамир совсем не понимал, как человек, которого он слушал всегда с таким упоением – любимая учительница Анастасия Фёдоровна – вдруг превратилась в такую строгую к нему, даже слишком строгую. Он причины не осознавал в силу своего детского возраста. К его удивлению, родители ничего не сказали ему после беседы с учительницей, и всё дома оставалось как прежде.

– Эти вопросы по твоей части. Объясни нашему любознательному Дамиру, что есть, а чего нет, – строго сказал Мурад жене и отправился спать.

Мария занялась обычными делами, которых прибавилось. Новый год! Нужно чтобы все дети видели праздник.

Бог есть!

В детстве формируется восприятие мира на будущую взрослую жизнь

Младшие дети были устроены в детский сад, и Мария вышла на работу. Большая семья, экономить приходилось на всём. Дети росли, потребности их тоже повышались. Старшей дочери Тамаре необходимо купить сапоги, двум сыновьям из старших, которые занимаются спортом, нужно срочно экипировку, без спортивной формы они выглядят голодранцами, и многие прочие потребности детей не позволяли Марии заниматься только домом. Она устроилась в местную прачечную. Стирать приходилось иногда вручную, так как подстанция часто выходила из строя из-за изношенного дизельного двигателя, и перебои электричества стали обычным явлением в посёлке. Работала Мария вместе с напарницей Фаиной. В общем-то, она справлялась с работой, но Фаина частенько подтрунивала над ней:

– Превратилась в старуху, сама ещё достаточно молода по возрасту. Дети-дети, посмотрим, как они тебя отблагодарят за твои жертвы.

Мария принимала все подобные слова близко к сердцу, но ей нельзя было поддаваться соблазнам «жалеть себя». Она давно свыклась, что её внешность стала невзрачной, лицо высохло от постоянных переживаний за детей, и как верующая от рождения женщина, Мария принимала блага для себя как второстепенное, а основное её желание и устремления – это благополучие детей.

Фаина всем рассказывала, что она не понимает Марию, утверждала, что женщина не должна забывать о мирских радостях… При этом какие радости могут быть среди леса? Только пьянство. А то что Мурад и Мария родили семерых детей, совсем не злоупотребляли спиртным, многих раздражало. Имея одного или двух детей, люди с трудом справлялись с ними, а Мария как рабыня трудилась по хозяйству и ещё работала, чтобы дети не нуждались. Фаина поспорила с другими женщинами, что Мария возьмёт поношенные вещи у неё, так как купить своим подрастающим детям обновки, она не в состоянии…

Целый год Фаина как подруга советовала Марии принять поддержанные вещи для детей. Но Мария наотрез отказывалась. Все знали, что трудности испытывают её ребятишки: нет велосипедов, как у других детей, моторной лодки и даже лыж для зимних катаний с гор в карьере у посёлка. Она оставалась безразлична к такой помощи.

С Фаиной в коллективе Мария проработала два года, а затем перешла на другую работу – смотрителем за водокачкой. Необходимо было ночью ходить проверять температуру воды, которая, поднимаясь из скважины, подогревалась в резервуаре, иначе трубы в лютые северные морозы могли перемёрзнуть. Такое бывало не один раз. Марию новая работа устраивала. Небольшая зарплата, но появилось больше времен для семейных хлопот.

В зимние ночи темнеет на Севере очень рано, день длится всего несколько часов. Однажды мама взяла с собой Дамира на водокачку. Они шли среди огромных снежных сугробов по просёлочной тропе. Из-за маленького роста малыш не видел, что находится по сторонам, шёл как в тоннеле, стороны которого поблёскивали бликами снежинок, и только звёздное небо над головой сверкало многочисленными далёкими звёздами. В руке у мамы был фонарь, с помощь которого она освещала путь, а другой рукой держала Дамира, чтобы он не споткнулся. Ногам было тепло. Подшитые валенки были старыми, но он радовался тому, что у него есть своя зимняя обувь. Отец прошил капроновой нитью подошву, и снег не попадал через прохудившуюся часть снизу. Мария заметила, что сын смотрит на небосвод, и сказала ему:

– Сверху за нами наблюдает Боженька, Отец Небесный наш!

Дамир явно заинтересовался темой и спросил её:

– А как он нас видит всех? Людей так много на земле.

– Он Всевидящий, и Бог повсюду. Все наши поступки он знает, как бы мы их не хотели спрятать. Он всех прощает, кто просит об этом.

– В школе такого не скажут, – подумал Дамир и удивлялся, что ему от слов мамы всё понятно.

Она шла держа его за руку. У неё не было рукавиц, и он подумал, что мама верит в Бога, поэтому не боится самого сильного мороза.

…Пришли к водокачке. Мама открыла навесной замок, они вошли внутрь. Помещение было в виде сруба из толстых брёвен, внутри горел свет и висел на стене ящик с какими-то кнопками и датчиками. Мама налила из термоса горячего чая с шиповником. Дамир, прихлёбывая из чашки, совсем забыл про холод.

– У тебя есть свои валенки, они тебе нравятся, сынок? – спросила она.

– Да, хорошие, подшитые, – ответил Дамир.

– Никогда не бери чужого – так говорил мой отец. Когда он был на войне, тогда многие брали чужие вещи, и всех постигало в жизни горе. Поэтому, лучше своё, чем чьё-то. Больше теряет человек, когда присваивает не своё. Это происходит не сразу, и мало кто задумывается вовремя. Сын, запомни это на всю жизнь. Честный человек редко бывает богатым, но всегда смотрит прямо людям в глаза.

Марии нравилось, что этот сын очень внимательный и рассудительный, но это её тревожило. Совсем ещё ребёнок, а хочет быстрее всё понять. Как мать она знала, что таким людям трудно бывает в жизни. Объяснения о Боге Дамир слушал с радостью, как если бы понимал всё, значит, Боже сохранит его и поможет в жизни будущей, когда он станет старше. Материнское сердце излучало тепло, она обняла сына и сказала:

– Идём домой, завтра тебе в школу надо.

Дамир смотрел маме в глаза, которые были окружены морщинами, но он видел самые красивые и заботливые глаза на свете.

– Пойдём, мамочка родная, я тебя буду охранять по дороге.

Мария испытала исходящую, совсем не детскую, уверенность от него.

Герой-мученик из Африки

Дамир заканчивал начальную школу. По-прежнему учился прилежно, но между учительницей и им стояла невидимая стена. Он никогда не решался ей задавать вопросы, а вместо этого внимательно слушал её задания и затем выполнял домашнюю работу. Она оценивала хорошо его старания, выставляя заслуженные оценки, но будто не замечала его среди других детей. Все три класса занимались в одном помещении, так как детей было всего двадцать человек со всего посёлка такого возраста. Дамир по ведомостям был как один в классе и в этот год считался старшеклассником начальной школы. Он знал, что следующий год он будет учиться в городе, казавшийся ему огромным мегаполисом современной жизни, от которого он был пока удалён, обучаясь в таёжном посёлке.

Научился удить рыбу и приносил домой первые уловы. Во время утренней зорьки уходил на берег озера. Прямо с мостков ловил окуней, ершей и сорожку. Повсюду росли кувшинки. Ему казалось, что на глубине среди зарослей лопушков есть крупная рыба, но удилище было коротким, и дотянуться до заветной заводи он не мог. Они сколотили с соседским мальчишкой плот из брёвен и досок. Теперь можно было передвигаться вдоль берега по заводям. Пришли первые хорошие уловы, и однажды он поймал щуку. Привязал живца на верёвке прямо к плоту, щука схватила его и попалась на крючок. Даже взрослые удивлялись его сноровке. Без средств, а смог выловить щуку незамысловатым приспособлением. Тогда Дамир впервые понял, что добыть пропитание можно, но для этого необходимо приложить свои усилия. Так проходили летние дни.

В один из июльских дней всех детей вызвали на собрание в школу. Анастасия Фёдоровна была серьёзней обычного и начала повестку собрания с темы, которую никто не предполагал услышать. Она обращалась ко всем ученикам как к взрослым, самостоятельным людям. Это подкупало, и все как единое целое слушали её.

Рассказ был про какого-то человека по имени Нельсон Мандела. Она говорила с состраданием, что он герой и борец за права своего народа. Его посадили капиталисты в тюрьму на всю жизнь.

– Чтобы помочь ему, мы должны принять участие, – сказала она.

Предложила собрать подписи всех учеников школы и написать официальное обращение в Совет Объединённых Наций.

Дети слушали рассказ, но было очевидно, что энтузиазма не вызывает судьба какого-то чернокожего из далёкой Африки. У Дамира, наоборот, внезапно проснулся живой интерес к этой истории. Больше всего его поразило, Анастасия Фёдоровна не безразлична к судьбе этого человека. Он смело сказал вслух, что готов первым поставить подпись в защиту прав этого борца с несправедливостью. Учительница явно не ожидала, что именно Дамир так среагирует. Приветливо и с полуофициальным тоном сказала всем, что Дамир назначается секретарём по составлению обращения во все инстанции и ответственным за сбор подписей. Другие дети в течение этого дня заметно меняли своё отношение к Дамиру. Он подошёл к вопросу освобождения Нельсона Манделы серьёзно и требовал выводить свою подпись каждого разборчиво и аккуратно. Сами собой взаимоотношения с Анастасией Фёдоровной наладились. Когда он отчитывался в проделанной работе по сбору подписей и составлении письма, она говорила с ним на равных. Затем они прошлись по улице, Дамир впервые проводил до дома Анастасию Фёдоровну. Она добродушно поздравила его с отличным окончанием начальной школы и пожелала успехов в дальнейшем. В частной беседе Дамир увидел совсем другого человека. На мгновение эта пожилая женщина ему показалась милым человеком с добрым сердцем.

– А возможно, она такая и есть, просто скрывает себя настоящую в жизни, закрываясь щитом официальности, – подумал Дамир.

В их посёлке учительница и медицинская сестра из пункта приёма больных – единственные представители интеллигенции, и оттого живут более консервативно, чем все. Сейчас, кажется, Дамир понял, что Анастасии Фёдоровне не чуждо всё человеческое. Благодаря далёкому мученику Нельсону Манделе у Дамира наладились взаимоотношения с первой в жизни учительницей, и он впервые обратил внимание на судьбу постороннего человека, который оказался в беде. Возникла вдруг мысль, что Мандела прочтёт их письмо, ему станет немного легче переносить тяготы своего заточения. Дамир был убеждён, что если они откликнулись на его страдания, значит, в мире есть ещё много людей, которые могут поступить точно также. От такого незначительного события, каким оно казалась изначально, проистекало столько новых впечатлений, а главное – это причастность к истории всего человечества. Если где-то страдает человек, который думает о других не жалея себя, значит оставаться безразличным нельзя. Возможно, весь мир станет лучше, когда мы научимся беречь достойных людей. Душа наполнилась благодарностью к Нельсону Манделе, которого он никогда не видел, но который смог, несмотря на расстояние и время, повлиять на мировоззрение Дамира. Причастность к спасению мира – вот какая высокая мысль просветлила разум мальчишки.

Вести с далёкого Кавказа

Почтальон является вестником и поставщиком открывающихся надежд. Несколько раз в неделю слышался звук двигателя мотоцикла с коляской, который каждый живущий в посёлке не спутает с другим. Это почта, которую развозила семейная пара в коляске-прицепе и держала в руках мешок с письмами и телеграммами. Ещё у них были отличительные атрибуты: значок на груди с логотипом «Почта СССР» и сумка из кожи, висевшая через плечо. Жители, а в особенности дети, наблюдали за движением почтового мотоцикла и ожидали каких-то новостей. Газеты получали все, а вот письма и квитанции на посылки немногие. Это явление всегда порождало живой интерес и радость у счастливчиков от достигавшего их внимания из большой жизни, которая соединяла их посредством почты.

У дома остановился мотоцикл. Дамир в это время бегал наперегонки с соседскими мальчишками с горы у дома. Он не обратил внимания на почтальонов, но заметив, что они явно смотрели в его сторону, рассматривая его, Дамир понял, что почтальонам что-то надо и есть какое-то дело к его семье. Он подбежал с друзьями к ним и поздоровался:

– Дамир, как ты вырос! Совсем не узнать. Газеты в ящике, я их туда положила. Держи квитанцию на получение посылки для вас в отделении на складе. Отдай родителям и скажи, что две большие коробки пришли по почте к вам с Кавказа.

Такое было впервые на памяти Дамира, он среагировал спокойно. По друзьям заметил, что они с завистью смотрят на него. Но этот мальчишка отличался от них и умело скрывал свой интерес. Кавказ – это слово, слетевшее с уст почтальонши, понравилось ему, но где это и что – он пока не знал.

Над посёлком низко в нескольких десятках метров над землёй летал самолёт и качал крыльями. На крыльях «кукурузника», так называли в народе эти самолёты, были отчётливо видны звёзды и надписи. Мальчишки, имевшие велосипеды, помчались в центр посёлка. Несколько раз случалось, что очень низко летал самолёт и что-то сбрасывал. Невдалеке от дома Дамира на пустынном месте, которое образовалось на старом карьере, с краю был шест с висевшим полосатым отрезком ткани, похожим на сачок. Кто-то из старших говорил, что это для вертолётов указатель направления ветра. Все ребята бежали и гнались на велосипедах, когда самолёт заходил на очередной круг, то снижаясь, то немного набирая высоту. Дамиру показалось, что он с земли увидел лицо авиапилота, улыбающегося ему, и руку, которой он показывал в сторону шеста с указателем направления ветра. Самолёт удалился, очерчивая большой круг над окружающим лесом. Через несколько минут Дамир увидел появившуюся вновь точку в небе над горизонтом, самолёт летел прямо на него, покачивая крыльями. Он подбежал к тому месту, куда, как ему показалось, показывал лётчик, и стал ждать. Самолёт снижался всё ниже, и Дамир немного заволновался:

– Может отбежать в сторону? Слишком низко летит самолёт, прямо на меня, – подумал про себя.

Но вдруг в унисон с его мыслями курс крылатой машины выровнялся, и железная птица пролетела прямо над его головой. Откуда-то сбоку корпуса отделился маленький парашютик с мешочком внизу и плавно начал опускаться на землю. Самолёт, покачивая крыльями, удалился за горизонт. Люди бежали со всех сторон. Дамир первым поймал парашютик и счастливый стоял, крепко держа в руках мешочек. Его все поздравляли и говорили, что не всегда удаётся найти послание, то в болото упадёт, то ветром унесёт в заросли – разное бывает. В общем, стали смотреть. Внутри мешочка была записка с сообщением, что в пятнадцати километрах от посёлка горит тайга и просьба принять меры.

После работы в лесу все мужчины, поужинав наскоро, отправились на пожар. Так заведено в этой местности – когда лес горит, тогда все дела отодвигаются в сторону. Вечером вновь появились в небе самолёты, и все увидели парашютистов, которые приземлялись где-то в тайге. Ночью гремели взрывы. Опасность добралась до каждого в этом посёлке. На следующий день шли разговоры, что взрывами удалось остановить направление пожара в сторону посёлка, но тайга по-прежнему горит. Пожар называли «верховым», при котором огонь быстро распространяется в направлении ветра на расстояние с большой скоростью. Несколько дней не возвращались взрослые мужчины из леса. Все беспокойно ждали, что ждёт посёлок. Говорили, что пьяные охотники не затушили костёр. Были и другие версии, которые придумывали сплетники, чтобы приукрасить скучную жизнь, забывая, что происходит не шуточное бедствие – пожар охватил десятки гектаров леса.

Вечером мама легла с детьми в детской. Все собрались в одной комнате и беспокоились. Только мама не показывала своего волнения. Она рассказывала сказки, и вскоре все уснули.

Утром Дамир рассказал ей, что это он нашёл первым сообщение о пожаре, которое сбросили с самолёта. Когда он это говорил, то заметил, что мама про себя читает молитву. Следующей ночью начался сильный ливень, а утром все вернулись в посёлок из тайги. Отец сказал, что если бы не дождь, то потушить не смогли бы. Рыли траншеи в тайге и забрасывали песком очаги, но огонь верхом перекидывался повсеместно. Дамир подумал, что это Боженька послал дождь и всех спас. От этой мысли ему стало спокойно. Ведь теперь он знал, что Бог помогает людям, попавшим в беду.

К сожалению, из-за всех этих чрезвычайных событий он совсем забыл, что ему почтальоны дали квитанцию, и не знал, как сказать родителям об этом. Всё разрешилось само собой. Отец спросил его вечером:

– Где бумажка на получение посылок?

Дамир отдал ему её. Квитанция была вся смята. Отец не спеша развернул её, и они долго говорили о чём-то с мамой. Дети подслушивали их, как это бывает в деревнях, где жизнь скудна на новости. Много раз повторяли родители в словах своих о Кавказе, каком-то далёком крае среди гор.

Заветные коробки принесли домой и начали вскрывать. Сверху, под крышкой в одной из коробок, было письмо, а остальное пространство внутри было заполнено виноградом. В другом ящике были персики, которые притягивали любопытные детские взгляды. Это походило на настоящее чудо. Содержимое посылок выглядело сказочно. Мама всё выложила на большие подносы, и горы этих «сокровищ» заполнили весь стол.

Отец был в хорошем настроении, такого давно не случалось с ним. Каждому поставили большую тарелку с виноградом сорта «дамские пальчики», и дети радостно вкушали дары Кавказа. Все уплетали ягоды за обе щёчки. Младшие братики спали в это время, им оставили самые лучшие гроздья чудесного винограда на утро. Ягоды были овальной формы с плотной кожурой, которая лопала при укусе и наполняла сочным вкусом. Дамир важно сидел у окна на любимом месте отца и, весь поглощённый процессом поедания вкуснейших ягод, не видел ничего вокруг. Старшие братья и сёстры занимались в это время также как и он, дегустацией своих порций. Отец ходил по комнате и подмигивал двум старшим братьям Дамира. У него в ладони было несколько ягод, которые он не спеша пробовал на вкус.

– Отличный виноград у нас на Родине растёт, – с гордостью говорил он Марии.

Мама ушла во двор делать хозяйственные дела и не видела дальнейшего.

Мурад, заметив, что осталась последняя ягода в его руке, съел аккуратно мякоть, чтобы кожура оставалась цельной. Затем надул ее и стал таинственно наблюдать за Дамиром. В момент, когда малыш был увлечён поеданием винограда и смотрел при этом в окно на улицу, отец, прицелившись, запустил надутую кожуру, похожую на маленький мячик для игры в регби, прямо в лоб зазевавшемуся сыну. Всё выглядело шуточно. Старшие братья хохотали до слёз, но Дамир не оценил выходку отца и начал кричать на весь дом слова возмущения, называя его хитрым человеком, который способен на сомнительные поступки. По-детски всё, что он говорил, выглядело безобидно, возмущение и крик Дамира всех смешил. Отец воспринял всерьёз его слова и выгнал из комнаты, все остальные хохотали над ним. Потом отец уселся на освободившееся своё любимое место и строго сказал:

– Кушайте, дети, не обращайте внимания на этого грубияна.

Дамир был ещё достаточно мал, чтобы понимать всё иначе, чем прямолинейно. Он оказался в немилости отца, по не зависящим от него причинам. Пришла мама и стала его успокаивать. Он продолжал кричать угрозы, что его несправедливо наказывают и лишили винограда.

– Я отдам тебе свою порцию, тише говори, отец строгий и может наказать тебя!

Дамир не обращал внимания на наставления мамы, и слёзы его душили от возмущения.

– Что за ребёнок, пошутить нельзя. А ну, брысь с глаз моих или сейчас ремнём отстегаю, – сказал появившийся отец.

– Что ты меня пугаешь, сам издеваешься и смеёшься.

Дамир говорил эти слова и смотрел прямо в глаза отцу. Мама вывела его из дома, чтобы сын немного отвлёкся, но даже её удивляло, как он рассвирепел от шутливой выходки отца.

– Я ему устрою шуточки, когда вырасту, – говорил малыш.

Оказывается, отец всё слышал и жёстко проговорил:

– Ещё несколько слов и пожалеешь, что на свет родился.

Дамир дерзко смотрел на него, и мама увела сына от греха подальше. Она понимала, что Мурад искусственно создал эту ситуацию, конфликт с маленьким сыном девяти лет произошёл из-за пустяка. Отвела Дамира в магазин и купила кулёк конфет «Кара-Кум», которые он обожал. Через какое-то время, сын успокоился. Мама сказала:

– В течение дня есть такая минута, когда всё, что скажешь, сбывается. Отец от твоих слов разозлился, поэтому не торопись говорить правду в глаза людям, не все её терпят.

После этого случая с виноградиной, которая прилетела в лоб Дамиру, братья смеялись над ним довольно часто. Отец, чтобы всех развеселить, всякий раз рассказывал эту семейную хохму. Впервые в жизни Дамир хотел драться с ними и не понимал, как родные могут насмехаться над своим близким.

– Никогда не буду делать плохое младшим братьям, – решил он, – перед подлостью, даже в шутку, человек беззащитен.

Теперь Дамир усвоил для себя, что среди своих тоже надо себя поставить, но слишком юный возраст не позволял изыскать резервы для этого. Родные увидели его в ярости:

– Если он маленький такой агрессивный, то что от него ожидать в дальнейшем, – говорил отец.

Все дети поддакивали и смотрели на Дамира незаслуженно предвзято. Он не понимал, почему после того как он высказал своё мнение и возмутился, все настроились против него. Дети умели в семье смешить других, а он с этого момента утратил способность беспечно веселиться и стал воспринимать всерьёз даже обыкновенные мелочи.

Борьба – это воля

– Нужно быть способным постоять за себя! – эта мысль устойчиво внедрялась в разум Дамира.

Учёба в городе началась с большого действия, которое подразумевало перемещение из посёлка в тайге в город с дальнейшими перспективами жизни.

В воскресенье, как обычно, пришла в посёлок дежурка, состоящая из тепловоза и двух вагонов, предназначенных для передвижения по узкоколейной железной дороге. Несколько раз Дамир бывал в городе, первый – когда они с сестрой ездили в цирк на представление лилипутиков. Это взрослые по возрасту люди, но маленького роста. Представление было увлекательным, а рост лилипутов был немного ниже Дамира. Изменились его представления об известном ему мире. Взрослые люди, которые смешат и показывают умные сцены, а внешний вид их напоминает гномиков из сказок.

Когда ехали обратно сломался автобус, и все пассажиры вышли из душного салона, который нагрелся от летнего солнца, и стали в тени деревьев ждать. Водитель сказал, что починит двигатель сам, так как поломка незначительная. Дамир был одним из пассажиров десятилетнего возраста. Вскоре ему стало скучно среди нудных разговоров взрослых. После циркового представления лилипутов он убедился, что и взрослые могут быть маленькими, а ещё он понял, что в жизни много интересного и непознанного. На пустынном месте у дороги стояла одинокая берёзка, чуть выше Дамира. Он начал её от скуки трясти в разные стороны. Все смотрели на него со стороны, находясь в тени деревьев. Легко можно было сломать это деревце, но Дамир, осознавая своё преимущество над растением, только тряс и крутил в разные стороны. Лишь сочная листва на небольшой кроне тряслась. Люди молча наблюдали за ним – торжество человека над живой природой. Взрослые вспоминали, как сами иногда неосмотрительно губили растения. У каждого был такой случай на памяти. Если бы Дамир сломал деревце, все решили бы, что он ещё мал и забавляется, но сам Дамир сотрясал одинокую берёзку лишь для своей забавы, рассчитывая усилия. Семнадцатилетняя сестра Тамара превратно поняла его действия. Вся покраснела и взяла Дамира за руку, чтобы отвести в сторону.

Дома рассказала родителям, что Дамир ломал дерево, и ей было стыдно за него. Старшие братья, не интересуясь у Дамира достоверны ли слова сестры, с укором смотрели на него. …Всем сердцем мальчишка ощутил холод старших своих родичей и не понимал, как такое возможно. Только младшие братья смотрели на него как обычно – с братской преданностью и любовью. Проверял на прочность деревце, на котором, не опадая, тряслась листва, затем всё вернулось в прежний вид. А из рассказа сестры Тамары следовало, что он совершил что-то нехорошее.

Дальновидные выводы было делать рано, но этот случай изменил его отношение к старшей сестричке. После она дразнила Дамира иногда, и однажды он запустил ботинком в её сторону прямо в форточку окна, где было её лицо с провокационной гримасой. Тамара захлопнула форточку, стекло зазвенело на весь дом, опадая осколками на пол и землю. Тамара в этой ситуации была хорошей девочкой, а Дамир – разрушителем. В общем, впечатления от первой поездки в город были не лучшие.

Сейчас в вечернем составе он ехал с другими детьми из посёлка на учёбу в город. Неизвестность притягивала. Большая школа с несколькими сотнями учеников, со слов взрослых, казалась огромным полем для деятельности.

На импровизированном перроне в нескольких километрах от города была конечная станция. Бетонные плиты лежали у рельсов и шпал из дерева. Вступая на монолит железа и бетона, возникло первое впечатление, что этот шаг в большую жизнь из затерянного мира среди таёжных болот и озёр Северной тайги. На шоссе сбоку стоял автобус с надписью «дети», в который все бросились бегом занимать места. Дамир вошёл в автобус, и ему старший брат показал на занятое для него место рядом. Смотреть в окно было увлекательно. Вечерние улицы города были освещены повсюду, многоэтажные дома захватывали воображение.

– Как много людей здесь живёт, – думал Дамир.

Глава II

Первый день в средней школе

Здание школы имело три этажа. Над центральным входом третий этаж был застеклён большими окнами, за которыми находился актовый зал.

Первого сентября вся школа собралась в этом помещении. Здесь были все преподаватели, обслуживающий персонал и, конечно, все ученики. Дамир, как и новые учащиеся, пребывал в атмосфере общего праздника. После официальной части общего построения по классам и выступления директора школы был дан концерт в исполнении инструментального ансамбля, состоящего из старшеклассников.

Следующее утро началось по расписанию, которое в этой школе строго соблюдалось. Утренняя зарядка, затем пробежка и завтрак, а после – занятия в школьных классах. Здесь был заметен явно спортивный уклон, и те из учеников, кто избегал физкультурных мероприятий, считались отстающими. Дамиру понравился спортивный подход к воспитанию.

С первых дней он заметил, что многие из одноклассников отлынивают от спорта и сбиваются в группировки. Поначалу он приблизился к одной компании одноклассников. Дамир пошёл в школу с шести лет, из-за этого обстоятельства он, по сути, оказался самым младшим по возрасту. В СССР дети начинали учёбу с семи лет, и все удивлялись, как он проскочил, имея целый год в запасе на будущее.

Как выяснилось, основная масса одноклассников были детдомовскими и о родителях никогда не говорили.

Новая компания слонялась за забором школы, и все их развлечения были ограничены добычей курева с бесцельным времяпровождением. Дамир закурил болгарские сигареты вместе со всеми, но ему стало плохо: лицо «позеленело», тошнило долгое время, в глазах мутнело и окружающий мир «раскачивался»… Всё это создавало состояние общей слабости организма, вызванное табаком. Удивительно, что всем из компании новых друзей нравилось дымить, и ребята соревновались между собой в запускании колец из дыма и кто дольше задержит в лёгких дурманящий дымок.

Дамиру говорили:

– Ты слабак что ли? Все взрослые курят.

Однако такая среда была противопоказана ему, а когда Дамир увидел, что мальчишки собирают окурки у магазинов, тогда он испытал отвращение, но не осуждал никого.

– Пусть каждый живёт, как сам пожелает, это не моё, – решил для себя он.

Записался в библиотеку, где приветливая женщина обрадовалась новому читателю.

Единицы из класса уезжали домой после учёбы. В их число входил Дамир, а остальные дети жили прямо в школьном общежитии и были обречены на проживание в казённом жилье, т. е. предоставленное государством. Надо было видеть печальные глаза детей, когда они смотрели на уезжающих домой. Дамир понял в этот год, что свой дом, даже самый скромный – это счастье для человека.

На классном собрании агитировали в новую секцию спорта, которую создали при школе – вольная борьба. Дамира неудержимо потянуло узнать, что это за спорт.

Тренер в спортивном костюме по имени Сергей Николаевич сначала поговорил основательно с каждым и расспросил о серьёзности намерений.

– Время покажет, и останутся те, кто захочет достичь побед. Борьба делает человека сильнее и открывает новые возможности.

Через две недели Дамир впервые выступил на городских соревнованиях и победил в своём весе. Перед всей командой тренер его поздравил. Это был первый в жизни момент, когда его усилия оправдались, и чувство признания понравилось ему. Появилась цель – встать в ряд победителей. Сергей Николаевич говорил приветливо со всеми и рассказывал, что те из борцов, кто будет серьёзно заниматься этим спортом, смогут иметь квартиру и государственное обеспечение, но для этого надо пройти большой путь до сборной страны.

– Вы, наверное, видите, что некоторые ребята курят и бездельничают. Таковые губят свою жизнь. У вас есть возможности построить свою судьбу наилучшим образом.

– Откуда он всё знает? – удивился Дамир.

Тут же вспомнилась прежняя компания одноклассников. Сейчас он понял для себя, что борьба и спорт лучше, чем круг общения, где сверстники курят и матерятся, чтобы казаться взрослыми.

В выходной тренер организовал общий поход в кино на фильм «Непобедимый». Главный герой знал все виды борьбы самообороны без оружия и противостоял злым людям.

1980-е годы в СССР начались с олимпиады в Москве и всплеск интереса к спорту возрастал.

Дамир чувствовал силу и уверенность. Турник стал его любимым тренажёром. В классе он подтягивался больше всех и стал недосягаем. Всё тело окрепло, гармоничное самочувствие делало жизнерадостным и уверенным. Спортсменка по лёгкой атлетике из класса Дамира стала с ним дружить, и между ними появилась общая симпатия. Здоровье делает красивыми людей, поэтому Оксана была лучшей в классе. Самая весёлая, отличница по учёбе и, вообще, порядочная девочка. Дамир убедился, что нужно быть сильным, чтобы быть смелым. После уроков они встречались с Оксаной и прогуливались по городу. Много говорили о мечтах в будущем и всегда радостно смотрели в глаза друг другу.

Был в их классе высокий паренёк Лёша по кличке Каланча. Возвращаясь с тренировки, Дамир шёл к автобусу и увидел, что Каланча бьёт слабого больного их одноклассника. Дамир вспомнил слова Сергея Николаевича: «Когда видишь несправедливость и проходишь мимо, ты виновен в происходящем вдвойне!»

Дамир вмешался:

– Зачем трогаешь его, он уже жизнью обделён, не имеет хорошего здоровья.

– Иди куда шёл, лучше со своей Оксаной общайся, а будешь вмешиваться, тебе твоя борьба не поможет.

В этих словах Лёши Каланчи было что-то язвительное, но он говорил о самом дорогом. Теперь борьба и Оксана являлись самым светлым явлением в жизни Дамира. Он вмешался. Отбил от Лёши слабого одноклассника, который сразу убежал. Каланча ударил без предупреждения. Сила рук Дамира показала ему превосходство борца над ним, но удар кулаком Каланча нанёс сноровисто. От него несло табаком. В голове у Дамира перемкнуло, его немного закачало, но ежедневно занимаясь в борцовском зале, он научился легко выходил из такого состояния. Желание было одно – ответить этому Лёше таким же способом. Ударил в челюсть, а затем хотел сделать бросок. Каланча отдыхал на полу, и казалось, что притворяется.

– Выше меня на голову, а как по-актёрски притворяется.

Дамиру был противен этот тип, который за счет слабых самоутверждается.

Оксана ждала у выхода из ворот школы, и они прогуливались счастливые от общения друг другом. Дамир увидел, что Оксана носит подаренный им значок «Олимпиада 80» – это был знак, что ей дорого его внимание.

Следующий день был ответственным, по двум предметам назначены зачёты за четверть. Все волновались и делали шпаргалки. Во время контрольных общее внимание отвлекал Лёша-Каланча. Он постоянно просился выйти, был бледен и осунулся. Сам на себя не похож. Многие из одноклассников благодарны были Лёше, считая, что он специально разыгрывает очередную сцену, чтобы выделиться.

После уроков Дамира вызвали к завучу школы. Она сказал, что его ставят на учёт как трудного подростка. Ничего не понимая, это было явно видно по Дамиру, он стал расспрашивать, в чём собственно проблемы. Завуч сказала, что его одноклассник Лёша получил сотрясение мозга от удара по голове и рассказал, кто это сделал. После этих слов она зачитала Дамиру характеристику, которую написала учительница Анастасия Фёдоровна по окончании начальной школы. Там она его характеризовала как человека способного к учёбе, целеустремлённого, способного вести за собой и верного своему мнению. Единственное, что разбавляло эту хорошую характеристику, было то, что учительница высказывалась о его безразличии к пионерской организации. За это и зацепилась завуч школы:

– Видишь, любишь по-своему решать вопросы. Нельзя самому кого-то наказывать, а нужно говорить учителям или директору.

Потом она закончила и увидела, что Дамир никак не комментирует её замечания, холодно сказала:

– Иди в спорткомитет к своему тренеру Сергею Николаевичу. Он сказал, что они тебя берут на поруки.

После кабинета замдиректора школы по учебе и воспитательной работе Дамир вышел немного озабоченным.

– Что теперь? Этот Лёша Каланча постоянно бьёт одноклассников-сирот, но стоило ему получить в назидание, как он тут же оказался обиженным, а Дамир – трудным подростком.

Спорткомитет ДЮСШ

Сергей Николаевич сидел в кабинете за столом. Впервые Дамир его увидел в официальной обстановке. Он был одет в костюм, а на пиджаке красовался значок Федерации борьбы СССР.

– Зачем ударил его? – спросил он.

– Избежать нельзя было конфликта, Лёша первый начал драку, и мне пришлось его остепенить.

– Знаю, что этот мальчишка шкодничает, но не всегда ты бываешь в лучшем свете, когда отстаиваешь справедливость.

При этих словах тренер строго, изучающе смотрел на Дамира. В этот момент зашёл тренер по боксу, и Сергей Николаевич с жёстким акцентом в словах обратился к нему:

– К тебе таких надо. С удара сделал сотрясение мозга.

Затем обратился к Дамиру:

– Тренировку сегодня можешь пропустить, но впредь запомни – самостоятельность в нашей стране не поощряется. Необходимо всё рассматривать коллективно, – он заметно акцентировал на этих словах.

Под пристальным взглядом двух тренеров Дамир вышел и решил сходить к старшему брату на берег Белого моря на базу, где он занимался виндсёрфингом. Была весна, набережная у моря была заполнена людьми. По ступенькам Дамир спустился к морю и направился по песку побережья в удалённый участок на краю города. Пляж простирался на многие километры, волны с шумом накатывали на сушу. Это морское действие заставляет каждого отстраниться от суетных мыслей, всматриваться в далёкие горизонты моря, откуда приходят подгоняемые ветром волны с белыми пенящимися бурунами.

База виндсёрфинга состояла из двух ангаров, больше похожих на гаражи, и обозначалась флагом с надписью NORD на высоком флагштоке. Двери одного ангара были открыты, и там стояло несколько человек.

– Где мой старший брат? – спросил Дамир.

– Похож ты сильно на него внешне, почему к нам не приходишь в секцию? – спросил приветливо один из спортсменов.

– Я борьбой занимаюсь, и времени не остаётся на другие виды спорта, – ответил он.

Всем стало ясно, что Дамир пришёл проведать старшего брата, а не в их ряды виндсёрферов включаться.

– Видишь парус на волнах? Это твой брат.

Посмотрев в сторону моря, он увидел, что маленькая точка перемещается в сторону берега, иногда меняя направление. Подойдя к берегу, он стал ждать приближение паруса на доске, которым управлял его брат. Вскоре Сергей, старший брат Дамира, увидел его и взмахом руки поприветствовал. У берега волны были сильнее и больше. Сергей показывал мастерство маневрирования, меняя постоянно направление. Приближаясь близко к берегу, разворачивался и вновь удалялся против ветра. Дамир смотрел с восхищением и гордостью на умения своего брата.

Человек на доске управляет парусом и движется в нужном ему направлении среди стихии моря – символ самостоятельной свободы!

Его брату было восемнадцать лет, он являлся кандидатом в мастера спорта по виндсёрфингу. Именно в этот день, наблюдая за действиями своего старшего брата под парусом в море, Дамир усомнился в достоверности слов старших наставников, что самостоятельность в нашей стране не поощряется.

– А как же человек будет управлять своей жизнью, если откажется вовсе от самостоятельности?

Эти доводы Дамир решил оставить при себе. Сергей обрадовался ему и сказал, чтобы его подождал немного, пока он сменит морскую экипировку на обычную одежду.

Этот вечер братья провели вместе. Сходили в кафе. Сергей купил Дамиру новые кеды. Он сказал, что слышал о том, что Дамир сделал сотрясение мозга однокласснику. Все учителя, оказывается, говорили об этом случае на своих уроках. В глазах Сергея он не видел осуждения, но и оценок никаких не услышал. Удивило только одно, что он не расспросил Дамира, как всё в конфликте было на самом деле. Такой подход к этой истории вполне устраивал Дамира, и он постепенно забыл об этом инциденте.

Глава III

Появление в доме родственника с Кавказа

Все братья и сёстры были во дворе у дома. К Дамиру подбежал самый младший трёхлетний Руслан и сказал:

– К нам приехал дядя с Кавказа.

Родители позвали детей в дом. Был накрыт стол. Мама, по настоянию отца, сварила хинкали. Всем досталось по большому куску мяса.

Дети рассматривали родственника, который внешне отличался от местных жителей. Одет был в плащ и кепку, а говорил с акцентом. Глаза у него были весёлыми с огоньком. Детям нравились его шутки. На улице в это время была осень и выпал снег, а дядя Тельман был одет не по-зимнему.

Заметив явный интерес деток, он объяснил:

– У нас на Родине в Дагестане снега почти не бывает, только в горах выпадает.

Всё происходящее для этого дома было большим событием. Никогда до этого момента родственники не приезжали. Дядя говорил, что когда он подошёл к их дому, отец сказал:

– Заходи скорее, здесь не юг.

Постоянно топили печь, чтобы всем было тепло. С собой дядя привёз большой чемодан с грецкими орехами. Кто-то из старших показал, как можно колоть их, зажимая между дверью и косяком. Вскоре все двери в доме превратились в станки для колки орехов.

Мама немного волновалась, ей приходилось готовить то, что нравится дяде, который был старше отца. Мария приносила в тазу воду для мытья ног обоим мужчинам, показывая уважение.

Отец работал без выходных. Дядя уехал через несколько дней. Мурад дал в дорогу своему родственнику патронов для ружья, зная, что на Кавказе нет охотничьих магазинов в селениях, и ещё какие-то гостинцы.

После отъезда Тельмана в доме чаще слышались разговоры о Кавказе. Мама сказала, что в этом году дети с ней поедут на Львовщину, а после – в Дагестан. Дамир знал, что он не поедет, так как все спортсмены их секции борьбы едут в спортивный лагерь на лето.

На областном турнире Дамир снова победил и занял первое место. Сергей Николаевич отмечал его достижения. Ему подарили сшитое новое борцовское трико и борцовки, настоящие из замшевой кожи. Одноклассники старались с ним не конфликтовать, а старший брат Сергей, собиравшийся в армию, сказал:

– За тебя не боюсь, где бы ты ни оказался, а вот за других братьев – переживаю.

Дамир особо не обращал внимания на его слова. Он занимался любимым спортом. С подругой Оксаной всё складывалось хорошо.

После отъезда Тельмана, отец явно изменился, постоянно был задумчивым. Все мысли его были об одном:

– Как выбраться с семьёй из этого забытого Богом таёжного посёлка.

Он не видел здесь просвета для жизни своих детей. Для себя они с Марией не ждали лучшей доли, но дети требовали усовершенствования общего быта. Все подрастали как на дрожжах, с мнением каждого всё больше и чаще приходилось считаться. Мурад начал пробовать встать в очередь на государственное жильё в городе, но этот путь был очень длинным в большой многотысячной веренице ожидающих квартиры. Тогда он решил купить частный дом в городе. Несколько раз ездил смотреть предлагаемые варианты, но дома были тесными для такой большой семьи. Менять «шило на мыло» не хотелось.

Однажды он услышал от своего знакомого армянина, который переехал в город после двадцатипятилетнего ожидания в очереди на жильё, что можно купить кооперативную квартиру в собственность в строящемся новом квартале в городе. Мурад оформил все документы. После того как вбили в землю бетонные сваи в вырытом котловане для их многоквартирного дома, все стали приезжать и смотреть, как идёт строительство их будущего панельного дома. Через несколько месяцев дом был готов, и после отделки родители получили ключи от новой квартиры. В доме и квартире всё было свежим и новым. Повсюду лежал асфальт, аккуратные тротуары, газоны с посаженными деревьями и кустарниками были признаком торжества нового времени.

– Мы городские! – знали с этого момента все дети.

Дамир перешёл в новую школу ближе к дому. Продолжал ездить на автобусе на тренировки. Оксана печально смотрела всегда ему вслед. Теперь она видела его только по вечерам, когда он приезжал на тренировки. Дамир пригласил её в новую квартиру, посмотреть, как они живут. Родители приветливо встретили её, никто не мешал им, когда Дамир показывал всю квартиру. Потом они гуляли по новому микрорайону. Руки их соприкоснулись, и тёплая ручка Оксаны посылала трепетные волнительные импульсы Дамиру. Он её приобнял, и волнение охватило их полностью без остатка. Поцелуй был затяжным и тёплым. Дамир давно хотел показать свои чувства к Оксане и сейчас узнал, что она его по-настоящему любит. Уезжая на автобусе в школу-интернат, счастливая Оксана улыбалась ему, но стоило немного удалиться автобусу, как слёзы накрыли её. Видела, как Дамир идёт в сторону своего нового дома, и плакала от страха, что он забудет её когда-нибудь.

В одном из районов Дагестана

Мурад всё меньше думал о Родине. Человек ко всему привыкает. Все его заботы сосредоточились в кругу интересов будущего детей. Старший сын ушёл в армию, скоро остальные дети начнут свой самостоятельный путь. Они говорили с Марией, прогнозируя, что их дети будут дружными и всегда общение сохранят между собой. Это была их цель. Марии исполнилось пятьдесят лет. Она формально вышла на пенсию, по сути, продолжала работать, так как привыкла всю свою жизнь проводить в трудах праведных. Ещё она хотела, чтобы дети видели, что труд – это главное человеческое свойство, которое делает его порядочным для общества.

***

В это время Тельман, который приходился двоюродным братом отцу Мурада, вернулся в свой район. Его с нетерпением ждали родственники. Расспрашивали о новостях, с которыми он приехал.

– Ну как он там поживает наш Мурад? – спросил старший в роду.

Человека, который задал вопрос Тельману, звали Муслим, и был он отцом рассказчика, а Мурад ему приходился внучатым племянником.

Тельман начал свой рассказ:

– Живут в лесу. Ничего там нет кроме работы на лесоповале. Доехал на допотопном поезде по узкоколейной дороге. Качало из стороны в сторону, а когда проезжали по мостам через лесные речки, я всякий раз ждал, что поезд рухнет вниз. Один раз вагон сошёл с рельсов, но машинист с помощником сделали манёвры и поставили вагон на рельсы обратно. Ужасное место, как они там живут, ума не приложу. Жена у него христианской веры, кстати, похожа на наших женщин, всегда ходит с покрытой головой и уважительно относится к Мураду. Родили семерых детей. Все учатся и растут смышлёными. Две дочки и пять сыновей у нашего Мурада.

Все слушали затаив дыхание новости с Севера страны о том, как поживает забытый родственник. Тельман, отпив чаю, продолжил:

– В доме я не видел признаков курения, а также отсутствуют стопки для спиртного. Живут скромно. Стоит отметить, что контингент там ещё тот – одни урки с безрадостными глазами. Мурад говорил, что попробует перебраться в город, но мне кажется, ему не выбраться из этого болота. Наверное, решил там прозябать остаток своей жизни. Столько детей подрастает, рабсила нужна в лесу, а кому какое дело, о чём он мечтает. По Вашему наставлению отец я предложил ему вариант переехать к нам в район и сказал, что полковник Магомедов, друг его отца, также хочет его возвращения на Родину в Дагестан, но он никак не отреагировал на мои слова. Поблагодарил, что о нём помнят, и сказал, что это значимое внимание для него…

Тельман закончил свой рассказ и далее с насмешкой констатировал, что Мурад забрался в самую глушь от цивилизации в дикий лес.

Муслим строго посмотрел на своего сына и твёрдо сказал:

– Не тебе судить, где лучше, а где хуже. Везде есть люди порядочные, ты живёшь с самого детства в достатке, а наш Мурад пошёл сам по дороге судьбы. Фактически не просил ни у кого помощи из родных, хотя имеет полное право на долю достойную его. Честно работает и кормит семерых детей – это есть великое достоинство мужчины!

Далее старейшина рода Муслим немного смягчился и начал разговор в другом русле:

– Значит, он совсем обрусел наш Мурад. Когда-то один из наших уважаемых предков…., – начал свой рассказ долгожитель рода, и все слушали историю, о которой он никогда не говорил.

Всем стало ясно, что воспоминания о Мураде встрепенули сентиментальные ноты в его мудрой душе.

– Продолжу. Был такой у нас в роду человек по имени Абдул, так вот в годы революции он провернул несколько удачных операций на территории Турции, и с тех пор Советская власть нам, то есть нашему роду, содействует. Как Вы знаете, многие родственники занимают высокие посты во власти и не только в республике, но есть также наши родные в Москве. Единственный, кто идёт в одиночку, преодолевая тяготы и лишения – это Мурад. Моё сердце переживает за него до сих пор. Он видел больше горя, чем мы все вместе взятые. После рождения сразу остался без отца, а мать его вышла замуж, не желая оставаться надолго вдовой. Поэтому я прошу Вас уважать его выбор – жить по-своему. Его жизнь, пусть сам решает. Он давно достиг того возраста, когда никто ему не указ. Имеет детей – это радует, а то что жена христианка, ну и что с того? Главное, что она заботиться о нём. Прошу вас запомнить мои слова: всегда помните, что далеко на севере есть ваш родственник, дети которого также нам родные. Если когда-нибудь он приедет, необходимо постараться, чтобы хоть кто-то из его семьи остался здесь. Мы сможем обеспечить хорошее будущее родным людям.

Вся большая семья рода Муслима теперь отчётливо знала, что есть Мурад, никуда он не пропал, а пока живёт в далёких краях. Давно не видели старейшину Муслима в таком хорошем расположении духа. Он смотрел на коробки патронов для охоты, которые передал Мурад, и думал про себя, как непредсказуема наша жизнь, одним всё, а кому-то череда лишений уготована. Он радовался вестям о том, что Мурад жив и здоров. Из своего опыта жизни он знал, что человек, который выбрал свой путь в одиночку, ни на кого не надеясь, никогда не свернёт с выбранного курса.

– Завтра, сын, идём на охоту, зря что ли Мурад передал охотничьи патроны, – бодро сообщил отец Тельману.

Выехали до рассвета на УАЗике с открытым верхом. Включили фары, установленные сверху на креплении специально для охоты ночью, и начали искать добычу по склонам пологих гор, где мало деревьев. В это ранее утро удалось добыть двух зайцев. Охота заключалась в том, что ослеплённый лучами фар заяц бежит перед машиной, застигнутый в своём укромном месте, и в это время прицельным выстрелом добывается.

Женщины приготовили тушёное мясо из зайчатины, и старый Муслим выпил со всеми домашнего вина за здоровье Мурада. Стало понято, что он очень любит своего внучатого племянника, который уехал много лет до этого в далёкие края нашей огромной страны.

Спортбаза в городе Плёсе

Закончился турнир по борьбе на первенство города «Кубок Белого моря».

Дамир победил и занял первое место в своей категории. Борьба стала для него чем-то по-настоящему нужным. Характер формировался во время тренировок. Сергей Николаевич показал несколько «приёмов-ловушек». Рассказывал, кто из борцов впервые применил эти приёмы, в основном звучали фамилии борцов с Кавказа.

Перед этим турниром сказал Дамиру:

– Покажи, как дагестанцы умеют выигрывать!

После таких слов с нотами вдохновения Дамир обязан был победить.

Оксана стала приходить на все соревнования, её присутствие придавало сил.

– Откуда приходят решения для нужного приёма в необходимый момент, – Дамир сам удивлялся.

Этот вид спорта не только делал его сильным и тренировал его волю, но и учил думать. Заниматься любимым видом спорта у мудрого тренера, что может быт лучше для юноши из многодетной семьи.

С некоторых пор Дамир увидел изменившиеся отношения к нему старших двух братьев. Младше одного на пять, а второго на три года, тем не менее он превосходил их в физической силе.

Перед отъездом на летний сбор на одну из спортивных баз страны, Дамира пришла провожать Оксана. Её глаза были всегда открытыми и доверчивыми, когда она смотрела на него. Сегодня она была грустная. Дамир, ушедший с головой в спорт, разговаривал с ней непринуждённо и легко, но заметил, что она страдает по нему. Девушки в четырнадцать лет относятся очень серьёзно к чувствам, которые они испытывают к своему возлюбленному. Дамир даже не догадывался, какие страсти бушуют в её сердце. Она решила для себя, что подарит ему свою невинность, если он пожелает этого. Дамир на подсознательном уровне чувствовал её открытость только к нему и решил, что пока не поймёт для себя на всю жизнь эта любовь или нет, до тех пор не тронет Оксану. Многие друзья хвалились победами над девчонками, после чего их бросали, но Дамиру такие разговоры не нравились – слишком пошло и подло это всё звучало.

– С душой девичьей шутить нельзя, – он был убеждён, что честность в намерениях должна быть полной.

Борьба всё больше затягивала, и он всё больше относился к Оксане как к однокласснице. Иногда его даже пугало то, как она одержима своей любовью к нему.

– Время всё расставит на свои места, – думал он, и к тому же теперь учились они в разных школах.

Москва. Вся команда собралась на Ярославском вокзале.

– Проголодались, наверное, ребята. Сейчас решим, где перекусить, и отправимся на поезд, – сказал тренер.

Обедали в ресторане. Почти все были впервые в ресторане, а в Москве – тем более. Еда была необыкновенной: бульон с яйцом, пампушки, салат с морепродуктами и осетрина, рядом с которой на тарелке лежали лимон и несколько оливок. Пища оказалась сытной, а самое интересное, что было легко от такой еды. Привыкшие к каше, которая в основе рациона детей из неблагополучных семей, ребята заметили отличия в качестве еды. Все весело шагали по перрону, с уважением глядя на Сергея Николаевича, который шёл впереди в своём скромном спортивном костюме. Он показывал новые стороны жизни этим начинающим борцам, и в этом была часть его мудрой тактики – сделать их людьми!

Прибыли в город Ярославль. До отправления «Ракеты», теплохода на подводных крыльях, повышающих скоростные характеристики, оставалось несколько часов. Сергей Николаевич заказал автобус, и вскоре город Ярославль был осмотрен со всеми достопримечательностями. Древний город с вековыми строениями и большой историей.

С Волги лёгкий ветерок обдавал своей прохладой ребят. День был жаркий, и сюрпризы на этом не закончились. Эскимо юные борцы попробовали впервые. Сергей Николаевич наблюдал за каждым со стороны, чтобы ребята не заметили этого.

…«Ракета» отошла от причала. Набирая скорость, промчалась на своих подводных крыльях под мостом по реке, который соединял два берега города. Сопровождающий группы говорил, что на одном берегу Ярославская область, а на другом Костромская. Далее специально нанятый тренером экскурсовод рассказывал обо всех достопримечательностях на берегах Волги и о самой реке.

Дамир видел много церквей и куполов. Здесь почитают Бога. Никто не говорил о религии в Советском Союзе. Тема была забытая, но наличие сверкающих своими куполами часовен и церквей говорили о том, что дух веры живёт.

Самое, что увлекало всех, – конечно, скорость, с которой шла «Ракета». Казалось, что взлёт её идёт с самого начала курса. Передняя часть была немного задрана выше, чем весь теплоход, и видно в обзорные окна было только небо впереди. Пассажиры заметили, что ребята диву даются от происходящего, и уступили им места впереди судна. Немного укачивало с непривычки от скорости, но никто не позволял себе показывать слабость или беспокойство.

Плёс. Вскоре ландшафт побережья справа стал меняться. Берега были обрывистыми и покрыты лесистыми холмами. Некоторые из прибрежных возвышенностей были без растительности, а склоны покрывала луговая трава. Другой берег был как в пелене, и мало что можно было различить. В этом месте Волга выглядела масштабно и величаво. Появились причудливые дома и строения на берегу. Почти на каждом холме возвышалась метка присутствия Бога – башенка в виде часовенки с одним или несколькими куполами. В душе появился трепет и умиротворение. «Ракета» сбавляла ход.

Вскоре появился причал со стоящим рядом зданием на берегу. Выход на сушу напоминал высадку с космического корабля. Скорость речного пассажирского теплохода соответствовала названию. При ходьбе немного покачивало. Воздух окрестностей имел уникальные свойства – тёплое воздействие с лёгкой прохладой. После ветров, которые дуют на берегах Белого моря и приносят с собой дыхание Арктики, в этом месте воздух много теплее и насыщен ароматами цветущих луговых трав.

До спортбазы шли пешком, успевая рассмотреть диковинные улочки городка. Извилистая и мощёная камнем дорога поднималась то вверх, то уходила вниз. Каждый дом был своеобразен. В некоторых местах по пути дома были как вросшие в землю своими первыми этажами. Вся команда оказалась в эпохе давно минувших дней. Атмосфера была наполнена памятью, и строения сохранили свой былой дореволюционный вид. Уникальный город Плёс спрятался за берегами Волги.

Лето 1985 года

Турбаза, в центре города имела свою упорядоченную инфраструктуру. Этим летом данный комплекс служил для спортивных команд по разным видам спорта. Территория турбазы удобно располагалась. Можно легко дойти в любой конец и на любую улицу города с более чем 500-летней историей.

Московский князь основал этот город как форпост от нашествия монголо-татарского ига. Река здесь без поворотов и видимость на многие километры. В современное время конца двадцатого века этот город утратил своё былое значение как крепость и торговый узел. Сохранилась самобытность и красота, которую увековечили многие русские художники на своих полотнах.

Повсюду произрастают сосновые боры, а в одном месте невдалеке от города есть кедровая роща, обнесённая столбиками с цепями. Сразу вспоминаются сказки Александра Сергеевича Пушкина, когда смотришь на эти уникальные вековые деревья, которые заботливо посадил для потомков кто-то из русских меценатов.

Люди живут в частных домах с прилегающими садами. Рядом с базой находится пруд с карасями, которых иногда ловят мальчишки. Гуси, утки и разная домашняя живность видна повсеместно. Городские удобства, транспортное сообщение и множество памятников архитектуры граничат в этом городке с обычным для глаза частным сектором: дома, скотина, огороды. Находиться в этом месте в удовольствие, всё гармонично и доступно. Воздух насыщен кислородом, повсеместно растут фрукты и овощи, которые стоят сущие пустяки – копейки. Люди приветливые, говор с небольшим акающим акцентом.

Сама спортбаза легко трансформировалась из турбазы в удобный комплекс для приёма спортсменов. В сосновом бору разбили указателями и флажками дорожку для бега, поставили теннисные столы, натянули волейбольные сетки. В общем, со следующего дня после приезда сюда началась для всех жизнь по режиму. Борцов разместили в отдельном корпусе, разделённом на двухместные комнаты.

Дамир поселился с Алексеем, бывшим гимнастом, который перешёл к ним в борьбу. Физически он был лучше развит, чем остальные, и подсказывал всем, как лучше совершенствовать тренировками мускулатуру.

Утро начиналось с пятикилометровой пробежки, потом завтрак, далее тренировка, обед, тихий час. Вечером – вторая тренировка, ужин, вечерний отбой. Всё по команде тренера. Он назначал ответственного на каждый день, который вёл за собой остальных при выполнении поставленных задач. Первая неделя прошла в сплошных тренировках. Все уставали за день, поэтому, дойдя до своих кроватей, мгновенно засыпали. Кормили хорошо. Мышечная масса начала нарастать после нескольких недель тренировок. Команда втянулась в такой усиленный темп, переносить нагрузки стало легче, чем в начале сезона. Недовольство было в одном, Сергей Николаевич заставлял выполнять пробежки утром пять километров и вечером десять. Такие же дистанции бегали легкоатлеты и лыжники. Никто не понимал, отчего он требует от борцов таких беговых нагрузок. Несколько раз старшим назначали Дамира. Сергей Николаевич говорил ему, чтобы он пробежку осуществлял по холмистым тропам. Сам при этом наблюдал за всей тренировкой. Ноги уставали больше обычного, но команда справлялась с поставленными задачами.

Был среди них один борец Виталий. Он по возрасту являлся старшим, боролся в тяжёлом весе. Каждый раз, когда возглавлял тренировку Дамир, он открыто выражал своё недовольство, что приходится бегать вверх и вниз. Когда по графику Виталий вёл тренировку, тогда, как назло, бежали вокруг пруда и на площадку с турниками. Получалось удобнее и легче. Между Дамиром и Виталием произошла ссора. Его нудные замечания раздражали, по этой причине Дамир стал отвечать на его недовольства:

– Тебя, Виталик, никто не заставляет, можешь оставаться в своей комнате, а если пришёл на тренировку, делай как все.

Виталию нужна была зацепка, и он развивал их противостояние. Превосходство было на его стороне, он тяжелее по весу и дольше занимается борьбой, но Дамир решил не уступать агрессору. Очень хотелось свалить всё на Сергея Николаевича, чтобы сгладить спор с Виталиком, но Дамир себе этого не позволил. Все и без него знали, что программу каждой тренировки составляет тренер и назначает ответственного тоже Сергей Николаевич.

Нервозность с каждым днём нарастала. Конкуренция из ничего, как казалось Дамиру, дошла до пиковой точки. Виталик начал действовать. Прыгали через барьеры, и если бы Дамир не увидел подставу, то мог серьёзно травмироваться. Занятия проводил Виталик, и когда Дамир оказался рядом, увидел на бегу внезапно появившуюся ногу. Это ещё было можно свести к шутке. Однако Виталий разгонялся на предельной скорости в этом направлении. Начал провоцировать словами. Во время силовых упражнений в паре сдавил рёбра Дамиру до хруста. Он явно был сильнее. Ответ не заставил себя долго ждать. Дамир ответил при проведении приёма и заметил, что Виталику стало больно. Далее произошло недопустимое: Виталик ударил кулаком в корпус Дамира, тот ответил. Всё было на глазах у тренера. Остальные ребята из команды не вмешивались, жалели обоих, потому что тренер имел право отправить их домой и исключить из секции. Сергей Николаевич спокойно развёл их в стороны, сказал, чтобы все продолжили тренировку.

Вечером собрались в тренерской на общее собрание. Сергей Николаевич расспросил всех о самочувствии, сказал, что завтра не будет утренней тренировки. При этом вид его был строг, он смотрел на всех изучающе.

Наступило утро. После завтрака Сергей Николаевич как обычно объявил распорядок на день:

– Сейчас идём по музеям, погуляем. Сможете себе купить, что пожелаете на рыночной площади – сувениры, мороженое, фрукты.

Поворот был неожиданным, наконец-то небольшая передышка. Можно сменить тренировочный костюм на обычную одежду и посмотреть город.

– А вы, Дамир и Виталик, остаётесь на базе.

После этих слов тренера вся команда с сочувствием посмотрела в их сторону.

– Хотите выяснить отношения, дерзайте, а мы это время проведём все вместе в городе, но без вас.

Приступ неприятной горечи подкатился к горлу Дамира. Хотелось, чтобы в конфликт вмешался тренер, но справиться с этим состоянием всё же удалось. Виталий, наоборот, вызывающе с ненавистью смотрел в сторону Дамиру.

Ребята привыкли быть под пристальным взором тренера, а в это утро остались одни на базе.

– Пойдём за корпус, чтобы никто не видел, как я буду тебя бить. Давно хотел найти подходящий момент, – говорил Виталик, высокомерно глядя на Дамира. Он был выше ростом, и это немного давило психологически.

Виталик намеренно не спеша пошёл впереди, размахивая руками. По телу Дамира прошла дрожь от ярости в ожидании поединка. Будет драка с более сильным натренированным соперником. От этого волнение накрыло его с головой. Он немного растерялся, но шёл, смелея с каждым шагом за этим дерзким заносчивым Виталиком. Он увидел, что тот делает вид расслабленности и спокойствия, а на самом деле пальцы на его руках суетливо дрожат.

– Будь что будет, – подумал Дамир, – но уступать и бегать от него не собираюсь…

Виталик развернулся к нему, и Дамир увидел, что лицо у того бледное. Глядя друг другу в глаза, умело сохраняя дистанцию для возможной атаки, они постояли напротив друг друга, но драться не стали. Разошлись по своим комнатам, погружённые каждый в свои мысли. Дождались остальных борцов, которые жизнерадостно рассказывали о походе в город.

Алексей принёс черешню и яблоки для Дамира. Никто не вспоминал ссору между ними.

Сергей Николаевич продолжил своё управление коллективом как всегда мудро. Он ввёл новшество. С этого дня пробежка превратилась в увлекательное мероприятие. Добегали до Волги и с разбегу прыгали в тёплую воду прямо с мостков на берегу. Затем купание несколько минут и вновь бегом до базы. Спортивные мероприятия перестали тяготить, наоборот, привыкнув к нагрузкам, все выполняли ещё более усиленные тренировки с энтузиазмом.

Вскоре объявили, на общем построении спортсменов, что пройдёт общая спартакиада с зачётами результатов. В назначенный день после торжественного открытия начались состязания. В беге Дамир пробежал с хорошим, но не лучшим результатом. В силовых упражнениях занял первое место и получил диплом. К этому времени он стал намного сильнее, дыхание – выносливое, а мышцы покрывали всё тело. С Виталием они больше не конфликтовали, инцидент сам собою исчерпал себя. Коллектив сплотился, борцы стали примером для других групп спортсменов в части поддержки друг друга внутри сообщества команды. Сергея Николаевича ребята начали называть между собою Отец Сергий.

Следующий год Дамир старался не пропускать тренировки, готовился к первенству России. В жизни бывает, что человек радуется своим маленьким успехам, представляя их великими достижениями.

Произошло событие, которое немного раскачало самоуверенность Дамира. В школе начался карантин, многие дети подхватили друг от друга инфекционное заболевание. Кто-то говорил корь, кто-то – болезнь Боткина, некоторые, способные нагонять жуть, говорили, что менингит. Мнительность сыграла свою роль. Кажется, что тебя обойдёт беда, но постоянные мысли будто притягивают вирус. Заболел живот, и поднялась температура под сорок. Тренер сам отвёл Дамира в медпункт, и беспокойства подтвердились – заболел. В этот же вечер увезли в городскую больницу, которая также была на карантине. В приёмном покое сказали, что разрешены передачи, а посещения запрещены. Родители заболевших детей стояли под окнами и общались таким способом. Палаты были заполнены до отказа. Эпидемия шла по всему городу. Много дней Дамир провёл в боксе. Первые четыре дня по соседству была женщина с маленьким ребёнком, предупредившая его, чтобы кто-нибудь из родителей наблюдал за его лечением.

– Здесь берут пункцию из спинного мозга, – говорила она шёпотом, – а это запрещено делать без согласия родителей.

Через два дня они выписались. Дамиру делали капельницы, постоянно меняли раствор, и в кровь поступала какая-то жидкость. Он остался один в изоляции, только стеклянное толстое окно выходило из бокса в коридор, где сидела медсестра. Она со всеми общалась, а Дамира с его вопросами, чем он болен и сколько его будут лечить, игнорировала. Ему до слёз было обидно, что его как пленника замуровали в отдельный бокс.

В выходной отключили капельницу, отсоединив трубку с иглой от его артерии на руке. Потом какой-то врач с повязкой на лице осмотрел его и прослушал биение сердца.

– На процедуры, – сказал он медсестре, не глядя на Дамира.

Хотелось узнать, что с ним и как проходит лечение. К тому же чувствовал он себя совсем здоровым, была лишь какая-то дурманящая слабость, но организм, закалённый усиленными тренировками, был крепким. Сделали укол, стало немного мутновато в глазах. Отвезли на каталке в процедурную. Медсестра держала ноги, а ещё одна из другого отделения – руки, и говорила:

– Лежи неподвижно, спинной мозг будут брать у тебя, иначе не узнать, чем ты болеешь.

Её лицо было милым, а голос душевный, и Дамир поверил всему, что она говорит, спокойно затаился. Третья женщина с повязкой на лице стала выкачивать большим шприцем что-то. Боли не было, а возникло такое чувство, как будто жизнь забирают. Перед женщинами мальчишка стеснялся показывать своё беспокойство и смиренно дождался окончания процедуры.

– Это всего лишь пункция, которую делают всем! – милым голосом говорила одна из медсестёр.

– Молодец! Настоящий мужчина! – сказала врач в повязке на лице.

Его отвезла сестра их отделения в бокс и сделала укол. Дамир слышал, как говорят те другие две женщины в белых халатах:

– Ещё одну процедуру сможет перенести, мальчишка крепкий.

Старшие братья приехали в больницу навестить его на двадцатый день. Бокс находился на первом этаже, поэтому говорили через окно. Стояли они на расстоянии, будто боялись заразиться от него даже через стекло. Дамир не чувствовал себя больным и не понимал, отчего братья так отстраняются.

Сергей объяснил:

– Твой тренер приходил к нам домой и сказал, чтобы проведали тебя. Мама и папа работают целыми днями, держись, скоро поправишься. Нам рекомендовали ничего не передавать сюда, так как кормят хорошо и всё есть.

На следующий день был осмотр врача. Он был крупного телосложения с добрыми глазами.

– Всё нормально, сегодня до вечера будешь переведён в моё отделение. Там есть игры и много твоих сверстников.

От этой речи доктора Дамиру полегчало, он устал находиться в течение трёх недель один в стенах бокса, который считался изолятором для специальных больных.

Вечером его сопровождала красивая медсестра Наташа. Проходя по коридору, он заглядывал во все окна боксов первого этажа. Везде было пусто, значит, он один был здесь столько времени. Тоска в уединении закончилась.

В новом отделении было весело и уютно. Познакомился с ребятами, заметил, что к нему относятся хорошо и между собой его называли Борец. Дамиру нравилось, что причастность к спорту вызывает уважение у сверстников.

Наташа выдавала ему гематогены, говорила, что для крови хорошо. Она была немного старше. В восемнадцать лет после медучилища стала работать по призванию. Белый халат ей очень был к лицу, а стройная фигура взрывала воображение. Дамир пришёл к ней на пост.

– За тебя какой-то человек заботится, я слышала разговор врачей, – говорила Наташа, её лучистые глаза светились добрым светом.

В палате его ждала новость.

– Это, наверное, к тебе, Дамир. Под окном стоит какой-то человек. Кто приходил раньше, я всех знаю, а его вижу впервые, – сказал один из ребят.

Дамир встал на подоконник и увидел Сергея Николаевича. Они немного поговорили. На улице был снег, тренер был одет в офицерский белый тулуп с овечьим воротником, на голове – меховая шапка. Дамир был горд тем, что у него такой наставник по спорту в жизни. Как оказалось не только спорт, вдобавок жизненное понимание есть в этом человеке. Поистине Отец Сергий…

Наташа принимала пакет с фруктами и шоколадом.

– Это твоя передача, держи красавчик, – она подмигнула Дамиру.

– Добрая девушка она, – подумал счастливый подросток.

Этот день ознаменовался отличными событиями. Тренер загружен был работой «от и до», тем не менее нашёл время прийти к нему в больницу. Ещё вспомнились слова Сергея Николаевича:

– Скоро выпишут, начнёшь тренироваться. Через два месяца соревнования, я тебя зачислил в список участников.

Верил каждому слову этого человека, и с этого момента уверенность возрастала, что он не болен, а просто для профилактики попал сюда. Такое внушение для себя было приемлемым. Он даже начал отжиматься от скамейки. Среди других ребят стал заводилой. Вернулась жизнерадостность. Наташа дала свой номер домашнего телефона, это был скрытый знак – скоро на выписку в мир здоровья за пределы больничных стен!

Глава IV

Двухтысячные

Маленькое окошко под самым потолком. Стены серого цвета, покрытые «шубой». Это наплывы раствора от потолка до пола, которые создают вид шероховатой поверхности стен. Слабый свет исходит из отверстия у потолка над дверью. Лампочка тускло освещает всё пространство замкнутого помещения. Дверь, состоящая из покрытия толстым металлом, закрыта снаружи плотно, но перед ней находится ещё одна решетчатая дверь. Снизу через щели постоянно поступает холодный воздух внутрь и выдавливает из помещения всякое тепло. Бетонная коробка без всяких удобств. Есть металлический стол и маленькая лавка, также из металла. Для сна на ночь открываются замки на щите, и он служит кроватью. В течение всего дня нары для сна становятся частью стены. У самого пола проходит труба. В углу, где находится дверь, капает вода из крана, создаётся нудный звук падающих через определённый интервал капель. Гнетущий ритм монотонного бульканья.

Пищу подают в дверное окошко. С каждым днём становишься всё более чутким. Начинаешь определять по звукам, что последует далее: принесут еду или пришло время проверки.

С улицы доносился азартный шум играющих в футбол. Через маленькое окно с тройным рядом решёток проникали окрики собравшихся на поле. Значит выходной, так как игра проходит только по воскресеньям. Две недели пребывания здесь влияли на общее отношение ко всему. Изучил каждый участок помещения. Нашёл записку от предыдущего пребывающего здесь, которая в полиэтиленовой обёртке была искусно вмонтирована в выемку на стене. Привыкаешь различать что-то в этом полумраке только со временем. Нашёл сигареты и спички, которые оказались настоящим сюрпризом. Умение спрятать что-то в местах, где постоянно ежедневно обыскивают – это предел смекалки. Решил покурить после отбоя, чтобы не учуяли дым. Часовая прогулка ежедневно была в радость. Начинало качать из стороны в сторону при ходьбе. Это говорило о том, что организм ослаб и кислорода мало в помещении камеры. Час на свежем воздухе и снова становишься бодрее, про холод не думаешь – главное, что ещё один день идёт на убыль. Календаря естественно не было, а на вопрос какое сегодня число, конвоир отвечал:

– Всё скажем, не беспокойся. Время подойдёт – выпустим отсюда.

Какие пути завели этих людей сюда? Что послужило мотивом идти на такую работу? С виду казались обыкновенными людьми, с которыми можно немного поговорить, но глаза у них имели свой оттенок – полное отсутствие видимых эмоций и сострадания. Камуфляжная форма, которую шьют тут же в учреждении на швейном производстве, была явным признаком того, что эти люди на другой стороне охраняют периметр замкнутого мира.

После прогулки в этот день конвойный, запирая снаружи дверь, сказал арестанту, что у него в камере установили радио. Звук исходил из верхнего отверстия, рядом с лампочкой.

– Приказ свыше, все должны слышать новости, и это новая привилегия для вас! – сказал пожилой ветеран службы.

Ужин. Потом дверь снова открылась, и этот же конвоир сказал:

– Держи от твоих доброжелателей грев, – протянул два свёртка, которые тот быстро спрятал за поясом робы, – смотри не спались, будет плохо, могут изолятор продлить.

– Понял, – коротко ответил арестант, и после того как закрылась дверь, принялся смотреть что в пакетиках. В одном была пачка сигарет Парламент и зажигалка, а в другом – конфеты и кофе.

Про холод совсем забыл. Из динамика лилась музыка. Немного поотжимался несколько подходов, потом стойка на голове две минуты, и самочувствие улучшилось.

– Надо же, даже в таких условиях кто-то проявляет не безразличие, – повеселее стало на душе.

Жизнь перестала казаться скучной и унылой. Арестант ждал отбоя, чтобы закурить, укутаться одеялом и уснуть. Только сон вёл к упоению отдыхом. Постоянные мысли и незатихающий внутренний диалог прекращали своё влияние на него, только когда он засыпал.

В углу стены, где находилось окошко, всегда был на стене иней. При дыхании шёл пар. Первые дни он думал, что окочурится сразу, но по прошествии двух недель привык. Постоянно двигался днём, чтобы кровь немного ускорялась, и даже слова конвоиров, что эту камеру называют моргом, его не тревожили теперь.

– Давно сюда никого не определяли. Насолил ты кому-то из сильных мира сего, – это говорили ему безучастно сотрудники.

– Наступили двухтысячные года, начало двадцать первого века. Девяностые годы прожил, а сейчас тем более выдержу все испытания, – уверенно внушал себе арестант.

По радио шла тема обсуждения фильма «Страсти господни» Мэла Гибсона.

– Выйду, посмотрю обязательно, – решил он.

С некоторых пор видение сути вещей стало более отчётливым. Как говорят художники, открылась способность «под пейзажем видеть скрытый пейзаж» – 3D-восприятие.

Закурил сигарету. С каждой затяжкой всё больше накрывало дурманом. Тело становилось расслабленным. При попытке пройтись облокотился об стену и осел.

– Как в детстве, когда попробовал табак впервые, – удивился такой силе воздействия дурмана никотином на него.

Мысли успокоились, стало легче… Вглядываясь в стену напротив, увидел подобие надписи, которая была выцарапана ложкой, потому что больше нечем, и была видна только с этой точки. Долго всматриваясь в слова, он представлял, кто мог такое написать, и ничего не получалось. Ясно одно, что этот человек когда-то был здесь в этих застенках и оставил своё послание, которое не видно, в общем-то, но с этого места можно различить, если вглядываться в серый покров стены: «Были Божеским указом опечатаны умы, но открыл нам двери разум, данный людям Князем Тьмы». Полностью понять эти слова нельзя, какие мотивации у такого человека и кто это написал, неизвестно, но запомнились они и всё.

Этот мир за забором арестант обозначил для себя как Зазеркалье. Многое наизнанку, но то, что люди умные с удивительной счастливой судьбой могут попасть в беду, теперь он знал точно. Права народная мудрость: «Не зарекайся». Самое интересное, что оказавшись в этом мирке в уединении, поначалу думаешь об отчаянии своего положения, холод и голод делают своё дело, но к этому времени всё больше открываются глаза на мир. Сколь многогранен мир и люди, каждый по-своему мыслит и чувствует. Оказывается, часто свою суть умело прячут за «фантиками», скрывающими достоверное. Обстоятельства, среда, в которой ты находишься – всё это существенно, но в большей степени люди влияют на происходящие процессы в мире. Многие говорят как о сверхъестественном о компьютерных технологиях. Однако компьютер изобрёл человек. Также религии обосновывают люди. Много хорошего в писаниях, но соблюдать эти требования очень сложно. Иногда кажется, что само провидение даёт такие нагрузки в испытаниях, чтобы ты всё-таки понял, в чём твоё предназначение. «Главное выжить! На мой век хватит!» – всё чаще слышим такие слова. Согласиться с таким отношением к жизни нельзя. Что-то есть выше нас, наших меркантильных интересов. Совсем недавно тех, кто занимается спортом – наказывали. Администрация боролась с теми, кто поддерживал физическую форму в лагере.

Как сказал один черкес:

– При Ельцине государство не стабильное, можно порешать всё.

В его словах было чёткое знание того, что он имеет в виду. Такие люди выбрали свой путь и всегда найдут пробелы во власти. Здесь же иначе виделось происходящее: повсеместно туберкулёз, люди, имеющие деньги, доминируют, при этом остаются бездушными к другим.

В 2003 году Владимир Путин, новый президент, ввёл обязательную зарядку, питание улучшилось, и болезни перестали быть естественным фактором для арестантов.

В 2000 году он голосовал за Путина, выбрав его среди других кандидатов. В своём представлении о жизни, которое он накопил в течение девяностых годов, решил сделать такой выбор. Подкупало ещё вот что – право голоса сохранялось за подследственными, и он использовал своё право впервые в жизни с таким вдохновением. Нужно что-то менять, менталитет людей исковеркался…

Избирательный участок был оборудован прямо в здании СИЗО. Без колебаний проголосовал за Владимира Владимировича. Знал о нём немного, что начинал политическую деятельность в Ленинграде, а затем Санкт—Петербурге, борец, мастер спорта. Увидел в нём способности изменить жизнь и проголосовал… Тогда, находясь в среде, где модно было критиковать власть, он убедился, что хоть что-то делается. Отношение изменилось, государственные ведомства всё больше становились подконтрольными. Меньше оставалось произвола. Имея погоны, человек знал теперь, что генерал – это не счастье, а ответственность за свои действия.

Появилась возможность официально звонить родным один раз в месяц. Как говорят в горах: «Хозяин должен быть один». Когда руководят повсеместно с одного центра и человек отвечает за свои слова – это достойно. Исчезает анархия, которая лишает общество упорядоченности.

В эти дни арестант стал видеть своё прошлое отчётливее. Начал перепросмотр предыдущих лет. Многое открылось ему, и что существенно – это видимая связь предшествующих событий, которая «топила» постепенно его будущее!

– Всё в нас, всё через нас! – слова из Корана достоверны.

Люди сами делают свой выбор, и, оглядываясь, на проделанный путь по дороге судьбы убеждаешься в этом.

Семья Вознюков

Обычная семейная пара на пространстве Советского Союза имела корни своего происхождения в Украине. Николай с Западной Украины, а Екатерина с Черновецкой области, что вблизи России.

После армии Николай, по-украински Микола, приехал на работу в район, где жила Катеринка. Там они познакомились. Высокий с серьёзным лицом молодой человек сразу понравился деревенской девушке из простой крестьянской семьи. Микола был старше на десять лет. Это послужило основным фактором воспринимать его намерения жениться самым серьёзным образом. Дождались того момента, когда Катеринке исполнится восемнадцать лет, и сразу расписались, создали новую советскую семью. К этому моменту Микола влюбился окончательно в свою избранницу. Свои порывы он воспринимал как настоящую любовь. Девушка, как говорят кровь с молоком, немногословная и покладистая, во всём поддакивала своему мужу. Жить в деревне Катеринке не хотелось, и её план убеждения начинал срабатывать постепенно. Всё выглядело так, что Микола сам хочет перемен в поисках лучшей жизни для них.

Мама Катеринки была рыжеволосой женщиной по имени Полина. В селе её считали помеченной небом. Ходили слухи, что она умеет привязывать мужчин. Её муж пытался неоднократно уйти от неё, но всякий раз возвращался. Она научила свою дочь тому, как нужно применять знания, которыми она владела, чтобы муж никуда не делся от жены и не смотрел в сторону других женщин. Это всего лишь домыслы сельчан, но относились к их семье с осторожностью. Как известно, «насильно любовь не удержишь!» Может быть, по этой причине Катеринка сразу согласилась выйти замуж за Миколу. Он не местный, а её к этому времени потенциальные женихи из деревни отчего-то замуж не звали.

Помогли собрать урожай родителям Катеринки и отправились за трудоднями на Север в Архангельскую область.

Просторы Севера встретили с открытыми объятиями новую семейную пару, которая затерялась среди прочих приезжих. Промышленность Севера расцветала и набирала обороты. Для этой семьи всё сложилось наилучшим образом. Николай пошёл работать в милицию. Как он говорил знакомым после:

– Партия направила, и я пошёл на службу в Министерство внутренних дел.

На должности участкового инспектора он проработал пятнадцать лет в районном посёлке Севера. Екатерина выучилась на бухгалтера и всё время без умолку говорила всем, что они интеллигентная семья. Родились двое детей, дочь и сын. Николая за выслугу лет повысили в звании и направили в город. Дали им государственную квартиру в новом районе, а его назначили следователем в местный УВД. Родилась дочь, и третий ребёнок стал любимицей отца. Николай назвал её Светланой.

– Жизнь удалась, – подумала Екатерина.

Постепенно их семейная лодка пошла по тихому течению реки жизни. Дети учились в школе, родители работали на руководящих постах. Екатерина всегда писала в деревню всем своим знакомым именно таким образом: «работаем на руководящих должностях». Деревенские разносили эту весть по дворам, и всё больше сельчан считали Катеринку и её семью успешными людьми.

Катерина уезжала каждое лето в свою деревню в Украину.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.