# Витязь без шкуры

Дарья Александровна Калинина

Кошмар начался в воскресенье утром, вернее, вечером в субботу, когда мужей Киры и Леси – Лисицу и Эдика – срочно вызвали на службу. И больше о них не было ни слуху ни духу. Мало того, их непосредственный начальник, генерал, тоже исчез прошлым вечером и до сих пор не дал о себе знать. Подруги очень тревожились о своих любимых. Окольными путями узнав, что Лисица и Эдик провели ночь в клубе «Три корочки», подруги отправились туда. Там выяснилось, что их мужья покинули заведение под утро с двумя девушками. Адрес одной из них, Анжелы, подругам удалось раздобыть. То, что поведала им Анжела, повергло Киру и Лесю в шок. А дальнейшие события показали, что Лисице и Эдику грозит смертельная опасность…

© Калинина Д.А., 2015

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2015

## Глава 1

Жить весело, не задумываясь, жить без проблем – таково было жизненное кредо Анжелы. Все, что вызывало хоть сколько-нибудь серьезные эмоции, пугало ее, словно огонь. Сильные чувства казались Анжеле опасными, непредсказуемыми да и ведущими к еще более непредсказуемым последствиям.

Ее любимая поговорка была такова:

– Идти по жизни надо легко!

И Анжела шла, ступая по жизни с максимальной легкостью. Ни один ее роман не тянулся дольше двух месяцев. Два месяца – это был рекорд, поставленный ею всего лишь однажды, да и то исключительно по причине деревенской скуки и полного отсутствия каких-либо других кавалеров на много километров вокруг. Но про ту историю давнишнюю Анжела вспоминать не любила. Два месяца – это все-таки слишком долго, она успела сильно устать и к тому же начала ловить себя на мысли о том, что, возможно, это и есть ее судьба. Ведь если они протянули вместе два месяца, может, протянут и дольше?

А такие мысли были уже опасны, потому что плавно подводили Анжелу к другой мысли – к мысли о браке. А замуж ей категорически не хотелось. Ни тогда, ни теперь. И когда ее спрашивали об этом, она восклицала:

– Что же тут непонятного? Ведь один муж – это так отвратительно и невыносимо скучно!

Кто-то счел бы Анжелу ветреной, кто-то – слегка с приветом, а кто-то назвал бы и вовсе сумасшедшей. У женщин в возрасте, давно ставших чьими-то женами, матерями или даже бабушками, просто в голове не укладывалось, как это можно – не желать семейной стабильности, не желать свить собственное гнездо, высидеть в нем выводок птенцов, увидеть продолжение своего рода.

Но Анжелу такие вопросы не волновали. И самой себе она казалась такой очаровательной, такой обворожительной, такой ослепительно прекрасной, что отдать себя кому-то одному… Нет, на это она не могла решиться!

– Выйти замуж за кого-нибудь одного будет ужасно несправедливо по отношению к другим мужчинам. Ведь все они хотят и любят меня! Если я предпочту кого-то одного, каково придется остальным? Я не могу их так чудовищно огорчить. Да что там, я знаю некоторых, кого мое замужество просто убьет!

Но это были лишь слова. Замуж не хотела сама Анжела. Ну вот не хотела и все тут. Впрочем, порой она делала над собой усилие и в угоду своим тетушкам рассматривала того или иного кандидата. Но стоило ей представить, как они с ним обмениваются кольцами, ведут совместное хозяйство, из ночи в ночь делят вместе постель, как по спине Анжелы бежала противная дрожь, на душе делалось тошно и муторно, а жизнь переставала играть своими красками.

И лишь после того, как она решительно произносила:

– Извините, нет! – жизнь вновь становилась прекрасной, а Анжела испытывала такое облегчение, словно скинула с себя тяжкий груз.

– Ну ничего, – судачили между собой тетушки. – Подождем. Небось, когда-нибудь нагуляется, все подружки замуж повыскакивают, тогда и нашей туда же захочется.

Но годы шли, а Анжелу по-прежнему пугала одна только мысль о более или менее серьезных отношениях. И потому Анжела изо всех сил старалась не допускать подобного развития сценария. Как назло, мужчины ей попадались сплошь такие, кто был заинтересован как раз в серьезных или по крайней мере длительных и стабильных отношениях. Слова Анжелы наутро о том, что они больше не увидятся, все мужчины воспринимали как своего рода кокетство любовницы. И почти каждый тут же кидался доказывать Анжеле, что он и есть тот самый, с которым ей предстоит провести всю жизнь, катаясь, словно сыр в масле.

Подруги Анжеле по этому поводу страшно завидовали.

– И как это у тебя получается? – допытывались они. – Мы изо всех сил пытаемся удержать возле себя мужиков, все для них делаем, а они все равно от нас сбегают. А ты им говоришь, что ничего серьезного у вас не будет, но они крутятся вокруг тебя, словно ты медом намазана.

– Такова уж доля всех красавиц! – шутила в ответ Анжела. – Некоторые из нас слишком привлекательны, иной раз себе во вред.

В действительности Анжела себя такой уж красавицей-раскрасавицей отнюдь не считала. Она была миловидна, умела быть очаровательной и веселой, но никакой особой красотой не блистала. И все же мужчины находили ее обворожительной, лучшей из всех. Впрочем, и сама Анжела тоже так считала. И внешняя красота тут не имела никакого значения. Когда-то давно Анжела сама для себя раз и навсегда постановила, что она лучше всех на свете, просто потому, что она – это она. И с тех пор девушка твердо придерживалась этой точки зрения и зорко следила, чтобы и другие с правильного пути не сбивались.

– Неужели тебе всерьез никто из твоих поклонников не нравится?

– Они нравятся мне все. Вот в чем проблема. Я не могу выбрать из них кого-то одного. Ведь я слишком хороша для кого-то одного.

И все равно подруги не понимали, как у Анжелы получается иметь стольких прекрасных мужчин разом.

– Ты и готовить толком не умеешь.

– Я – не вы! – смеялась Анжела. – Круассаны с шоколадом или рыбу в винном соусе не готовлю.

В еде Анжела также предпочитала легкость, а потому в лучшем случае питалась домашними салатиками. Помидор, огурчик, листья салата и рукколы, все залить оливковым маслом, капля лимонного сока. Ну, или бутербродиками, которые тоже очень любила за их непритязательность и простоту приготовления.

И даже здесь Анжела шла по пути наименьшей затраты сил. Если ее подруги старательно сооружали для своих любимых многоэтажные конструкции: поджаренный хлеб, сложная композиционная пропитка, салатный лист, колбаса, сыр, зелень, порезанный аккуратными кружочками спелый помидор, продольные пластинки маринованного огурца и черт-те что еще, чего и не разобрать, то Анжела ограничивалась просто хлебом и небрежно пришлепнутым сверху куском копченой колбасы.

И каждого из своих мужчин Анжела ставила перед фактом:

– Готовить не умею и учиться не собираюсь. Любишь борщ – иди в другое место или готовь его сам.

И что бы вы думали? Готовили как миленькие. И сами изобретали какие-то необычные блюда и настаивали, чтобы Анжелочка их попробовала.

– Как тебе это удается? – опять поражались подруги. – Нас бы уже давно бросили.

– Вот в этом и проблема. Вы боитесь, что вас бросят. А я – нет. Мужики это чувствуют.

– И что?

– Я даже хочу, чтобы мои нынешние куда-нибудь все свалили, я бы нашла на их место других, посвежее.

– Ну и что?

– А так как вреднючесть у всех мужиков прямо в крови, они заражаются ею еще в утробе, то они чисто из духа противоречия меня и не бросают.

– Чтобы тебе досадить?

– Во-во. Исключительно поэтому.

Конечно, не только поэтому возле Анжелы всегда крутилось множество кавалеров. Мужчин привлекала ее легкость, которую Анжела щедро демонстрировала. Среди ее мужчин встречалось не так уж много умников, способных сообразить, что делать предложение руки и сердца девушке, которая вовсе не может надолго сосредоточиться на одном предмете, не такая уж хорошая мысль.

Но мужчины, когда дело доходит до чувств, как известно, не думают головой… Ум им в этом случае без надобности. Никто из кавалеров Анжелы его не использовал, и наверное, в этом и была главная прелесть отношений с этой девушкой.

– Мужчины со мной отдыхают. Им не надо казаться умными или сильными. Мы просто вместе. Но если говорить честно, то почему в итоге они не хотят от меня уходить, я и сама толком не понимаю.

Как бы там ни было, Анжела умела использовать свои связи себе на пользу. Если уж мужчинам так хочется быть с ней, пусть раскошеливаются. Нет, денег со своих кавалеров Анжела не требовала, она четко понимала грань, которую не следует переступать. Она брала услугами.

Один из ее любовников пристроил ее на хорошо оплачиваемое место, где за ту же работу, что Анжела делала раньше, теперь ей платили в два раза больше. Другой отдал свою старую машину. Не такую уж старую, просто по сравнению с совсем новой машина казалась старой. Третий кавалер предоставил гараж в безвозмездное пользование.

Кто-нибудь неизменно и постоянно снабжал Анжелу всевозможными домашними заготовками, которые в огромных количествах крутили его мама, бабушка или тетя. Кто-то возил девушку отдыхать к морю, кто-то оплачивал прочие ее развлечения. Кто-то лечил ей зубы, исправлял прикус, кто-то делал массаж, кто-то, кто-то, кто-то…

В общем, Анжела была своей жизнью довольна. Она порхала с цветка на цветок, совсем не задумываясь о том, что там – в будущем. Даже если такие мысли ей в голову и закрадывались, она их гнала прочь.

– Я всегда буду молодой! – радостно восклицала она. – Всегда-всегда!

И зеркало радостно подтверждало ее правоту. В свои тридцать два Анжела выглядела от силы на двадцать семь, а иногда ей давали и меньше. В беззаботной жизни есть своя прелесть. Замужние подруги Анжелы выглядели куда хуже нее. Все признавали это. Многие из подруг Анжелы растолстели после родов или просто так, от обжорства и малоподвижного замужнего образа жизни. А те, кто умудрился сохранить стройную фигуру, обзавелись ранними морщинами. Морщины в тридцать! Анжела рассчитывала протянуть без них хотя бы до пятидесяти.

Иногда она видела, как замужние приятельницы тянут домой пудовые сумки с продуктами. И даже если к этим сумкам прилагался мужчина, Анжела все равно содрогалась при одной только мысли, что эти продукты теперь надо расставить по своим местам, а потом еще и переработать, съесть, вымыть посуду, выкинуть оставшиеся объедки и прочий мусор – и снова начинать круг по новой.

Было от чего прийти в ужас и отказаться от замужней жизни!

– Во всем надо уметь видеть положительную сторону.

Когда прежние любовники Анжеле надоедали или начинали себя как-то не так вести или ей просто хотелось чего-нибудь новенького, она отправлялась на охоту. О да, она знала толк в хорошей охоте. И как у всякого опытного охотника, у нее было несколько излюбленных местечек, где она не раз ловила жирную добычу, имелись и союзницы, которые помогали Анжеле, делая охоту особо удачной.

Но Анжела любила все новое, она не стеснялась экспериментировать с выбором мест, свободно перемещаясь ночами по городу из одной увеселительной точки в другую. И поэтому даже в самый скучный вечер время у нее все равно проходило очень весело.

Вечер этой пятницы должен был пройти особенно задорно. У одной из приятельниц Анжелы – Дины – сегодня был памятный день: три года, как она развелась со своим последним мужем. И Дина собиралась отметить это событие с размахом. То есть размах тут должна была обеспечить Анжела, поскольку сама Дина после развода с мужем переживала период финансового спада, жила с мамой и отчитывалась перед той за каждую потраченную копейку.

– Конечно, мы это отметим! – воскликнула Анжела, когда Дина впервые заговорила о надвигающейся дате. – И конечно, я беру все расходы на себя. Еще не хватало, чтобы ты в такой день за что-то платила.

Анжела никогда не была жадной, и уж если у нее имелись деньги, почему бы их и не потратить вместе с Диной? Тем более что последней было просто необходимо хорошенько встряхнуться.

Они встретились в кафе, перекусили после рабочего дня и отправились в бар. Потом – в другой, пели в караоке, танцевали диско, рок-н-ролл. Все шло превесело, а ближе к утру в четвертом или пятом по счету ночном клубе, называвшемся «Три корочки», Дина вдруг вздумала захандрить.

Заливаясь слезами, она призналась Анжеле:

– Никогда не думала, что буду так долго без нового кольца. Ну скажи, почему мне не удается ни с кем толковым познакомиться? За всю ночь ни одного стоящего мужчины!

Анжела не знала, что ей на это ответить. И поэтому предложила:

– Вон там сидит парочка симпатяг. Хочешь, я с ними тебя познакомлю?

Дина оценивающе посмотрела в ту сторону, куда взглядом указывала ей Анжела. Несмотря на множество коктейлей, которые булькали в Дине, взгляд ее все еще сохранял некоторую зоркость. Она сумела оценить и обувь, и часы, и общий холеный вид этих двух господ, явно незнакомых с тяжелым трудом, и с сомнением покачала головой:

– Не потяну. Я сейчас несколько не в форме.

– Когда за дело берусь я, все будет в шляпе! – самоуверенно воскликнула Анжела. – Только скажи, какой из них тебе нравится? Рыжий или блондин?

Дина не могла решиться и потому тянула время:

– А ты их откуда знаешь?

– Я их и не знаю.

– Совсем?

– Совсем.

– Как же ты тогда к ним подойдешь?

– Не важно. Говори, которого выбираешь?

– Ну, пожалуй, блондина. У него лицо подобрей.

Дина имела в виду невысокого и упитанного мужчину сохранившего по-юношески румяные щеки.

– Отлично.

И Анжела тут же направилась к молодым людям, сидящим за столиком. Она уже изучила обстановку в зале и потому знала, что эти двое были практически единственными свободными мужчинами в клубе, которые, помимо того что изначально явились сюда без подруг, так до сих пор и оставались незанятыми. Анжела также успела заметить несколько взглядов, брошенных в их сторону другими хищницами, и чувствовала, что нужно поспешить, если она не хочет упустить добычу.

Но все же ее опередили. И как ни решительно была настроена Анжела, дорожку ей перебежали. Как только Анжела двинулась в направлении облюбованных ею жертв, ее маневр был тут же замечен. И молодая девчонка с ближайшего к двум мужчинам столика тоже резво вскочила на ноги и поспешила к ним.

– Мне кажется, я вас знаю, – произнесла она, обращаясь к этим двум мужчинам и одновременно кидая на Анжелу предостерегающий взгляд.

«Моё! Не тронь!»

Анжеле пришлось притормозить. Сделав вид, что слушает музыку, она со своим коктейлем оставалась неподалеку и слышала разговор этой молодой нахалки и тех двух мужчин за столиком.

– Вы ошибаетесь, девушка, – произнес один из них. – Мы с вами не знакомы.

– Так давайте исправим эту ошибку!

Девушка лучилась оптимизмом, который присущ молодости. Но ее ожидало глубочайшее разочарование. Двое мужчин даже не подумали откликнуться на ее призыв. Скользнув по девушке недобрым взглядом, рыжий произнес:

– Красавица, поищи себе кого-нибудь помоложе. Мы для тебя уже старики.

Но девчонка не сдавалась:

– А мне как раз нравятся мужчины с опытом. Давайте потанцуем.

– Танцуй сама.

– Но я хочу с вами.

Вот прицепилась! Раздражение и неудовольствие отчетливо читалось на лицах обоих мужчин. Анжела это видела, а вот ее соперница почему-то нет.

В разговор вмешался упитанный блондин с такими румяными щечками, что их румянец не мог испортить даже спертый воздух ночного клуба.

– Девочка, иди себе своей дорогой, – произнес он. – Мы с другом не будем танцевать ни с тобой, ни с кем другим. У нас тут дело.

– Что за дело? Давайте, я вам в нем помогу.

– И к тому же мы с другом оба женаты!

В доказательство своих слов он поднял правую руку, где на безымянном пальце и впрямь красовалось тонкое обручальное кольцо, украшенное несколькими сверкающими брильянтами. Но даже это не отрезвило девчонку.

– А мне нравятся женатые мужчины! – заявила эта упрямица. – Короткий секс – и до свидания. Как вам такое?

Кажется, мужчины оторопели от сделанного им с такой легкостью предложения. Потом рыжий все же собрался и лаконично ответил:

– Нет, спасибо.

– Ну, как хотите.

Девчонка была разочарована и не скрывала этого. Она использовала уже все козыри, включая и самый сильный, но они оказались биты. Девушка отошла от несговорчивой парочки и уселась за свой столик. Анжела заметила, что там в полумраке скрывалась целая компания. Еще две девчонки и мужчина средних лет. Неудачница вернулась к своим друзьям и тут же принялась оправдываться перед седовласым мужчиной. Почему-то у Анжелы создалось впечатление, что мужчина выговаривает девчонке за ее неудачу. Интересно, с чего бы это? И почему этот седой столь упорно прячется в полумраке? За последние полтора часа он оттуда ни разу и носа не высунул.

Но наблюдать за этой компанией долго Анжела не могла. Она увидела, что рыжий с блондином поднимаются со своих мест. Уже уходят? Несмотря на то что мужчины отвергли длинноногую молодую нахалку, Анжела не сомневалась: если она захочет, то сумеет заинтересовать этих двоих хотя бы настолько, чтобы они угостили ее и Дину коктейлем и скрасили им этот вечер.

«Вот только надо ли нам с Диной это счастье?»

И все же Анжела понимала: Дине сейчас сгодится кто угодно. А значит, нужно было заарканить этих двоих. Одного для себя, второго для подруги.

Молодая нахалка действовала напролом, примитивно и грубо, поэтому она и получила отлуп. Опыт Анжелы позволял ей вести более тонкую игру. Она была уверена, что сумеет завязать непринужденный разговор с этими мужчинами. Вопрос был в другом. А нужно ли им с Диной развивать такое знакомство? Обычно Анжела избегала иметь дело с женатыми мужчинами. У нее, видите ли, были свои принципы. И покушаться на то, что уже принадлежит другой женщине, она избегала.

Конечно, случались и у нее промашки, когда наутро случайно выяснялось, что вчерашний краснобай и гулена на самом деле всего лишь жалкий женатый подкаблучник. Но Анжела всегда беспощадно и иной раз в ущерб собственным чувствам порывала с такими мужчинами, даже не дожидаясь того часа, когда они успеют надоесть ей.

Помогало ей в этом какое-то чувство брезгливости, появляющееся по отношению к гулящему мужчине. А когда совсем уж неспокойно делалось у Анжелы на душе, то она успокаивала свою совесть, твердя самой себе, что если женщина не узнает об измене своего мужа, то вроде как никакой измены и не случилось. И уж ее, Анжелы, вины в этом точно нет. Если мужчина настроен на измену своей жене, значит, не в порядке что-то у этих двоих. Пусть сами между собой и разбираются, а ее – Анжелу – оставят в покое.

– Ну что? – услышала Анжела голос Дины рядом с собой. – Стареешь, мать? Ничего не получилось? Напрасно расхвасталась?

Анжела вздрогнула. Под сомнение ставился ее авторитет в вопросах флирта. Этого никак нельзя было допустить!

– Почему же не получилось? – как можно спокойнее произнесла она. – Я еще и не пыталась.

– А чего ждешь?

– Они оба женаты.

– И что с того?

У Дины никаких моральных принципов на этот счет не имелось. Напротив, так как ее собственный муж ушел от нее к другой женщине, с которой многократно изменял Дине, то она также теперь считала своим долгом увести от законных жен как можно большее количество мужчин. На маленьком злобном личике Дины был написан воинственный призыв: «Если уж не повезло мне, пусть и другие тоже страдают!»

– Быстро знакомься с ними, а иначе я всем нашим растреплю, что ты теряешь хватку и на тебя больше не клюют!

Это было просто возмутительно. Особенно после того, как Анжела всю ночь поила, кормила и водила Дину по клубам за свой счет. Анжела едва удержалась, чтобы не дать Дине пинка по ее тощей заднице. Ее остановило лишь то, что Дину ей было жалко. Она очень тяжело восприняла развод с мужем. И до сих пор переживала его измену.

– Ладно! – решилась Анжела. – Поболтать с ними мы в любом случае можем. Их женам от этого убытку не будет. Стой тут и жди меня с трофеем!

К этому времени блондин и рыжий уже переместились к стойке бара, где вели о чем-то разговор с барменом. Стрелки часов подбирались к половине четвертого утра, клуб потихоньку пустел. Люди разъезжались, кто поодиночке, а кто и парами. Анжела подошла к стойке и якобы случайно толкнула рыжего своим бокалом.

– Ой, простите! – извинилась она. – Я вас облила!

Рыжий взглянул на нее с нескрываемым негодованием. Анжела несколько перестаралась, облила так уж облила. Да еще забыла, что в стакане у нее «Кровавая Мэри». И на светлой ткани пиджака мужчины теперь расплывалось уродливое томатное пятно.

– Вы это специально сделали! – возмущенно произнес он.

– Да нет, что вы! Зачем мне это?

– Я не знаю. Но тут достаточно места, чтобы и слону пройти. А вы всего лишь женщина. Вы это сделали нарочно!

– Слушайте, что вы так возмущаетесь? Я дам вам денег на химчистку.

Анжела открыла сумку и сделала вид, что полезла в нее в поисках кошелька.

– Где же мой кошелек? – бормотала она.

Она ожидала, что рыжий ее остановит, но он наблюдал за ней с какой-то непонятной насмешкой во взгляде.

– Или нет! – перестав копаться в сумке, произнесла Анжела. – Мы с вами сделаем иначе.

– И как же это?

– Пойдем ко мне домой, я тут живу неподалеку. Там мы и приведем в порядок ваш пиджак.

– У вас дома есть химчистка?

Теперь рыжий уже откровенно потешался над ней. Анжеле стоило большого труда держать себя в руках.

– Нет, – невозмутимо произнесла она. – Химчистки у меня нет. Но у меня есть мыло, сода, нашатырный спирт и другие средства, с помощью которых можно отчистить любое пятно.

– Спасибо, но я вынужден отказаться от вашего любезного приглашения. У меня еще есть дела.

Какие дела в половине четвертого утра? Что он придумывает?

– Поедемте, – настаивала Анжела. – Подождут ваши дела. Надо действовать, пока пятно еще не засохло. Потом от него будет избавиться гораздо трудней.

Но рыжий, уже промокнув пятно чистой салфеткой, процедил сквозь зубы:

– Я же сказал, что занят!

Анжела фыркнула и отошла в сторону. Она с трудом скрывала охватившую ее досаду. Ничего не вышло! Мужчины не захотели с ней даже поговорить. Что же, приходилось признаться, что и ее обаяние может дать промах. Или Дина права и она просто стареет?

Усилием воли Анжела заставила себя встряхнуться. В самом деле, что за пораженческие мысли? Она лучше всех молодых! Красивее! Умнее! Привлекательнее!

Однако оставался еще нерешенный вопрос с Диной, которая поджидала ее за столиком. Двигаясь к ней, Анжела видела, как ехидная улыбочка заиграла на тонких губах Дины. Та поняла, что подруге не удалось заполучить кавалеров, и теперь готовила несколько ядовитых реплик, на которые Дина была большая мастерица. Внутренне готовя подруге достойный ответ, Анжела двигалась не торопясь, хорошо понимая, что ничего приятного она от подруги не услышит.

И когда до Дины оставалось всего несколько шагов, а подруга уже открыла рот, чтобы произнести заранее заготовленную тираду, Анжела услышала позади себя шаги и знакомый голос рыжего взволнованно произнес:

– Приглашение ваше еще остается в силе?

Анжела обернулась и увидела прямо за собой рыжего и маячащего за его спиной блондина.

– Мы можем почистить у вас мой пиджак? – произнес рыжий.

– Да, – растерянно подтвердила Анжела. – Можем, но…

– Тогда пошли!

– Прямо сейчас?

– Сами же утверждали, что нужно поспешить, иначе пятно засохнет. Вот и поторопимся!

Говоря это, рыжий оглянулся по сторонам. Вид у него был какой-то встревоженный, если не сказать испуганный. Но Анжеле было не до этого. Поступившее предложение рыжего позволяло ей дать достойный ответ Дине, поставить подругу на место. Вот о чем думала сейчас Анжела, об этом и ни о чем другом.

Но если бы ее мысли не были столь заняты противной Диной, наверное, Анжелу бы насторожила та внезапная перемена в планах рыжего и его друга. А насторожившись, она бы стала наблюдать за своими новыми знакомыми чуточку более внимательно и увидела бы подтверждение своему первоначальному мнению о том, что эти двое сильно встревожены и оглядываются по сторонам, если не со страхом, то уж с напряжением – это совершенно точно.

Однако ничего этого Анжела предпочла не замечать. Вместо этого она подвела мужчин к своей подруге и сказала:

– Дина, познакомься, это мои новые друзья.

Анжела запнулась, не зная, как представить Дине двоих мужчин.

– Антон! – буркнул блондин.

– Андрей! – добавил рыжий.

И Анжеле показалось, что имена были первыми пришедшими на ум этим двоим.

– Ну что? Идем? – торопливо спросил блондин.

– Хорошо.

– Может быть, такси вызовем?

Но новые друзья девушек категорически отвергли эту идею.

– Вы же сказали, что живете неподалеку? – произнес рыжий, испытующе глядя на Анжелу.

И у той снова сложилось ощущение, что если она скажет, что это не так, то мужчины просто развернутся и уйдут от них. Все это было в высшей степени странно. И не будь рядом Дины, Анжела бы уже давно распрощалась с этими типами. Она нутром чуяла, что знакомство это беспокойное, может принести много проблем и очень мало удовольствия. Но проклятая Дина торчала рядом и сверлила их всех своими огромными черными и злыми глазищами. Нет, уступить ей Анжела просто не могла.

И она сказала:

– До меня идти всего минуты три. Даже две, если быстрым шагом.

– Вот и идем! Как вы там сказали? Быстрым шагом!

И рыжий потащил девушек к выходу. Последнее, на что обратила внимание Анжела в баре, так это то, что столик, за которым сидели молоденькие девчонки и их седовласый куратор, уже пуст. Все они ушли, а Анжела этого и не заметила.

На улице рыжий сразу же взял Анжелу под руку, блондин точно так же поступил с Диной. И дальше они прошли, тесно прижимаясь к девушкам. В другой раз это могло бы вызвать у Анжелы положительные эмоции, но только не сейчас. Сегодня ей мерещилось, что прижиматься к ней у рыжего есть какие-то свои резоны. И резоны эти не имеют ничего общего с самой Анжелой. В том, что рыжий не питает к ней симпатии, в этом Анжела была уверена.

– Быстрее! – поторапливал ее рыжий. – Идемте быстрее! Что вы обе еле тащитесь?

– У нас каблуки, – пыталась объяснить ему Дина. – Мы не можем быстрее.

Но рыжий с блондином их не слышали. Они все ускоряли и ускоряли шаг, так что под конец они двигались чуть ли не бегом.

Рыжий вертел головой по сторонам так, что Анжела была вынуждена поинтересоваться:

– Высматриваете кого-нибудь?

– Район у вас живописный.

Анжела пожала плечами. Вот уж это полная ерунда. Обычный у них спальный район. Что в нем может быть живописного?

Но рыжий продолжал твердить с фальшивым воодушевлением:

– Очень, очень живописный район. Посмотрите, какой дом интересный! Посмотрите, как кучно расположились эти березки.

Но когда он принялся восхищаться типовой автобусной остановкой, Анжела не выдержала и рассмеялась. Рыжий тоже засмеялся. И так, смеясь, они и вошли в нужный им подъезд. Скрываясь в дверях, рыжий в последний раз оглянулся назад, и Анжела готова была поклясться в том, что на его лице в этот момент отразилось огромное облегчение и даже что-то вроде радости.

## Глава 2

Однако если Анжела ожидала, что, оказавшись у нее в гостях, эти двое успокоятся, расслабятся и с ними можно будет хотя бы нормально поговорить и познакомиться толком, то ее ожидало горькое разочарование. У нее дома новые знакомые девушек продолжали вести себя настолько странно, что на это обратила внимание даже Дина. Подруга Анжелы вообще редко позволяла себе делать критические замечания по отношению к мужчинам, которые еще не стали ее собственностью. Но тут не выдержала и она.

– Что-то больно уж они оба шуганые, – прошептала Дина, обращаясь к подруге. – Окна зачем-то занавесили, двери на все замки заставили тебя запереть да еще, я видела, на щеколду закрыли. Зачем, как ты думаешь?

Анжела не знала, что и думать. Музыку их гости включили очень громко, нисколько не считаясь с тем, что соседи в этот ранний утренний час еще спали. А когда Анжела вошла в комнату, где стояли динамики, то она с удивлением поняла, что музыку мужчины и не думают слушать. Вместо этого они возбужденно расхаживают по комнате, держа смартфоны прижатыми к уху. Анжела убавила громкость музыки и только теперь услышала голоса своих новых знакомых.

– Да, да, я понял, что дела плохи, – твердил рыжий в трубку. – Они перешли в наступление раньше, чем мы ожидали. Скольких вы уже нашли? Троих? А Сверчок так и не нашелся? Нет? Очень плохо. У нас пока что все в порядке. Вроде бы нам удалось уйти от слежки, хотя я в этом не вполне уверен.

Блондин тоже вел с кем-то беседу:

– Действуем по плану номер два, – говорил он неведомому собеседнику. – Мы пытались связаться с Тараканом, но старик сам ничего не понимает и находится в полной растерянности. Не хочу думать о самом плохом, но, похоже, нас кто-то сдал.

Разговор каждый из двоих друзей закончил одновременно. Анжела с удивлением заметила, что мужчины воспользовались для разговоров не своими собственными смартфонами, они взяли Динкин и ее. Взяли без всякого разрешения! Да еще теперь и уничтожали запись о последнем сделанном звонке.

Анжела была возмущена.

– Когда берешь чужие вещи, надо спрашивать! – сказала она.

Но за мужчин неожиданно вступилась Дина:

– Прости, это я им разрешила.

Анжела пожала плечами. Какое Дина имела право разрешать этим мужчинам пользоваться смартфоном Анжелы? Но заострять конфликт не стала, все-таки гости, хотя и чертовски странные. Между тем мужчины не только выключили свои собственные смартфоны, заявив, что зарядка села, но они еще и вытащили из них аккумуляторы, совершенно обесточив тем самым устройства.

– Зачем вы это сделали? – удивилась еще больше Анжела.

– Полежат, зарядятся, потом еще поработают.

– Может, вам просто дать зарядник? У меня их несколько. Вдруг какой-нибудь вам подойдет?

В ответ мужчины молча уставились на нее, словно и не слыша ее вопроса. Анжела почувствовала себя так, будто это она была в гостях у этих двоих. И чего они так на нее таращатся? Словно ждут чего-то.

– Чаю хотите? – спросила она, чтобы скрыть свое смущение.

– Пожалуйста, – откликнулся рыжий. – Крепкий, без молока, три ложки сахара, если можно.

Вот сластена! А не скажешь, что любит сладкое, такой тощий. Анжела повернулась, чтобы уйти, но тут вспомнила, зачем пригласила этих двоих к себе.

– Давайте ваш пиджак, я его отстираю, – сказала она рыжему.

Тот был занят тем, что осторожно выглядывал из-за занавески на улицу. Не отвлекаясь от своего занятия, он тут же снял с себя пиджак и протянул его Анжеле, даже не глядя на девушку. Какой грубиян! Хмыкнув, Анжела приняла пиджак и спросила у блондина, который тоже пристроился возле окна:

– Вы тоже чай будете?

– Лучше кофе. Без сахара.

А этот, наоборот, похоже, за своей фигурой следит. Хотя и не сказать, что ему это помогает.

Пожав плечами, Анжела отправилась на кухню, где Дина уже варила кофе.

– Сделай еще одну чашку, но сахар в нее не клади. Это для блондина. А для рыжего приготовь чай и сахару насыпь побольше.

– Почему я? Я только для себя хотела.

– Ребята тоже хотят.

– Твои гости, ты им и вари.

Дина всегда очень щепетильно относилась к тому, чтобы, не приведи бог, не потратить свыше необходимого. Это касалось как финансов, так и собственных сил. Но Анжела не собиралась сдаваться.

– Но пригласила-то я их ради тебя. Так что вари!

– Ладно уж, сварю.

– И чай не забудь, сделай. Как я тебе сказала, с сахаром. Три ложки положи.

Дина вздохнула, словно ей поручили в одиночку разгрузить вагон с кирпичами, потом кинула в турку еще одну ложку молотого кофе, плеснула воды, включила электрический чайник и уселась на табуретку.

– Скучно, – пожаловалась она Анжеле. – Что там эти хоть делают?

– В окно пялятся.

– Зачем?

– Не знаю.

– А что это у тебя в руках?

– Пиджак. Сейчас пойду его стирать.

Услышав, что Анжеле тоже придется чем-то заняться, Дина неожиданно быстро повеселела. Главной заботой Дины в этой жизни было не допустить, чтобы кто-то трудился меньше, чем она сама. Анжела подозревала, что Динкина лень и была тем стимулом, побудившим ее мужа сначала завести себе любовницу, а потом и вовсе перекочевать к этой любовнице и даже жениться на ней.

Не так уж приятно, когда тебя в конце рабочего дня дома встречает озлобленная жена, которая прямо с порога заявляет, что накопилась куча домашней работы и что она тут не нанималась разгребать грязь и вообще упахиваться, словно раб на галерах. Резонное, хотя и робкое замечание мужа о том, что домашние обязанности лежат на Дине, потому как сам он работает и работает много, вызывали в супруге приступ истерики.

– Ты хочешь, чтобы я окончательно похоронила себя на кухне? – верещала супруга, топая ногами. – Негодяй! Ничтожество! Ты ничего не можешь! Другие мужики зарабатывают столько, что нанимают своим женам и кухарку, и домработницу, а ты все на меня одну взвалил.

– Но ты же ничего не делаешь.

– Как это ничего? – сатанела Дина. – А уход за собой? Скажи спасибо, что я у тебя на это деньги не прошу. Другие жены целыми днями по салонам красоты носятся, а я все сама, все своими руками! А ты все время недоволен. Неблагодарный!

В результате Дине чаще всего удавалось так задурить голову мужику, что он покорно вставал к плите, сам готовил ужин, а потом сам же и мыл посуду, покуда Дина делала себе маникюр или весело болтала с подружками по телефону. По части супружеских обязанностей Дина тоже не сильно напрягалась, то прическу боялась попортить, то маникюр, то питательную маску на лице. Она ведь дорогая, денег стоит. Так что в итоге супруг Дины предпочел пусть и менее ухоженную, но зато более заботливую женщину.

Думая о подруге и ее неудавшейся личной жизни, Анжела машинально застирывала рукав пиджака. Вода, мыло, еще немножечко жидкого отбеливателя, пятно на глазах светлело и вот-вот должно было совсем исчезнуть. Внезапно раздался глухой стук, словно что-то упало на пол. Анжела опустила глаза, но ничего не увидела. Пошарив взглядом по бортику, она решила, что упал один из многочисленных флакончиков с ароматическими маслами, которыми Анжела обожала натирать свое тело по окончании банных процедур.

– Потом достану!

Разобравшись с пятном, которое ей удалось отстирать, Анжела просушила рукав, насколько это возможно, на большом вафельном полотенце. Пористая ткань хорошо впитывала влагу, но совсем высушить пиджак так было нельзя. Нужен был утюг. Однако пока Анжела разглаживала руками влажную ткань, она внезапно почувствовала какую-то твердую выпуклость.

– Что это тут?

Сунув руку в нагрудный карман, Анжела извлекла наружу бумажник. Но прежде, чем она решилась заглянуть в него, в дверь раздался решительный стук:

– Где мой пиджак?!

Руки у Анжелы от неожиданности задрожали, и бумажник шмякнулся на пол. При падении он раскрылся на две половинки, и, поднимая его, Анжела увидела фотографию симпатичной женщины с густыми темно-рыжими волосами и озорными зеленоватыми глазами. Невольно она задержалась взглядом на этой фотографии. Кто это? Жена? Скорей всего, вряд ли станешь таскать в бумажнике фотографию посторонней дамы.

На руках у женщины был карапуз с огненно-рыжим пушком на голове. Анжела не слишком-то разбиралась в детях, но все же ей показалось, что ребенку от силы полгодика, может быть, месяцев восемь – десять, но никак не больше. Славный малыш!

– Что происходит? – надрывался между тем рыжий за дверью. – Открывайте!

Анжела поспешно сунула бумажник обратно в карман пиджака, открыла дверь и, протягивая пиджак рыжему, улыбнулась:

– Я сейчас поглажу, и все будет в полном…

Договорить ей не удалось. Рыжий быстро выхватил у нее из рук пиджак, не постеснявшись проверить наличие бумажника в нем, и сверкнул на Анжелу взглядом:

– Мы уходим!

– Как? – даже растерялась Анжела. – Уже уходите?

– Да. Нам пора! Прощайте!

И странная парочка, отперев замки, устремилась прочь. Девушки же остались в полнейшем недоумении. Во всяком случае Анжела была в шоке. Дина же молчала, что было странно, ибо обычно подруга за словом в карман не лезла.

– Что это было? – наконец пробормотала Анжела.

– Не знаю.

– В кои-то веки собиралась мужчине погладить пиджак, и вот…

Она не договорила, а вредина Дина заметила:

– Не гладила, нечего было и начинать на старости лет.

– Хватит мне постоянно про мою старость трындеть! Достало!

Анжела была раздосадована не на шутку. Так быстро от нее мужчины еще никогда не убегали. Если уж им доводилось оказаться у нее в гнездышке, то они старались задержаться тут подольше. Все, кроме этих двоих.

– И чего они сбежали? – растерянно пробормотала Анжела. – Что им было не так?

В этот момент она услышала голос Дины, которая звала ее к себе:

– Иди сюда!

Анжела поспешила к подруге. Дина стояла у окна и указывала рукой на улицу.

– Смотри, вот они!

Анжела тоже выглянула и увидела своих знакомых. Быстрым шагом они направлялись к машине, которая явно ждала именно их двоих. Шагали рыжий с блондином втянув голову в плечи и постоянно оглядываясь по сторонам, словно в любой момент ожидали нападения, выстрела…

– Кто же они такие? – пробормотала Анжела. – Уголовники?

– Да нет, непохоже.

– Они тебе про себя что-нибудь рассказывали?

– Нет.

– А чем вы тут занимались, пока я была в ванной?

– Ничем, – быстро ответила Дина. – Я им кофе и чай принесла, они стали пить, потом блондину кто-то позвонил и… и всё.

– Как «всё»? – удивилась Анжела. – О чем они разговаривали? И потом… Как это ему позвонили? Они же оба выключили свои телефоны.

– На мой номер звонок пришел.

– А-а-а… И о чем они говорили?

– Я не помню, – быстро ответила Дина.

– Как не помнишь? – еще больше удивилась Анжела. – Это же вот было… только что.

– Я не слышала!

– Звонили на твой телефон, а ты не слышала?

Анжела подозрительно посмотрела на подругу. При всем своем желании она не могла сейчас поверить в то, что Дина говорит ей правду. За такое короткое время Дина никак не могла забыть суть телефонного разговора блондина. И не услышать его она тоже не могла. Не такой была Дина, чтобы пропустить что-то важное мимо своих ушей, да еще если разговор велся по ее собственному телефону.

– Что ты так на меня смотришь? – неожиданно обиделась Дина. – Говорю тебе, что не помню.

– Давай посмотрим, кто звонил.

– Что толку? Стерли они все.

– Надо было сразу же взглянуть, – попеняла подруге Анжела.

– Ну не догадалась! Не всем же иметь такие мозги, как у тебя. Ты-то у нас отличница, золотая медалистка, а я так… тихая троечница.

Голос у нее прозвучал горько. Дина вообще часто давила на жалость, и у нее это здорово получалось. Когда никто ее не жалел, могла обойтись и своими собственными силами. И тогда уж жалела себя самозабвенно и неистово.

Вот и сейчас она моментально ударилась в скорбь и запричитала:

– Никто меня не любит. Муж сбежал. Работы приличной нет. Денег нет. Да еще ты, моя лучшая подруга, и та меня подвела.

– Чем я-то виновата?

– Обещала, что мы сегодня уйдем с тобой в отрыв, и что? Где он, этот отрыв? Еле-еле подцепили двух каких-то придурков, так и те от нас удрали!

Чтобы не отвечать на глупые обвинения подруги, Анжела отвернулась обратно к окну. Она знала за Диной эту особенность: винить во всем случившемся окружающих, но никак не себя любимую. Анжела давно свыклась с этой чертой характера подруги. К тому же она знала, что долго дуться Дина не умеет и все ее упреки носят чисто профилактический характер, чтобы подруга не очень-то расслаблялась.

В это время белая машина, которая подобрала двух их гостей, уже выезжала со двора. Полностью номер Анжеле было не рассмотреть, но машина была новая. Красивый внедорожник «Ауди Q7» – дорогая тачка, не всякому такая по карману. И снова Анжела невольно задумалась о том, кто же приехал за блондином и рыжим. Судя по тому, как выглядела машина, на которой эти двое отбыли восвояси, это никак не могло быть простое такси.

– Я ухожу, пока! – услышала Анжела голос Дины и вздрогнула.

Голос доносился из коридора. И когда Анжела прибежала туда, то застала Дину уже полностью одетой и с сумочкой в руках. Подруга стояла в дверях и собиралась уходить.

– Закрой за мной, – сказала она, увидев Анжелу.

– А чего ты? Осталась бы еще немножко. Посидели бы, поболтали.

– Нет, хочу домой.

– Давай я тебе хотя бы такси вызову.

– Обойдусь.

Поведение Дины было не поддающимся никакому анализу. И Анжела сделала единственное предположение, которое пришло ей в голову:

– Ты на меня обиделась?

Дина, которая перед этим прихорашивалась перед зеркалом и обиженной отнюдь не казалось, внезапно развернулась в сторону Анжелы и воскликнула:

– Ну да! Конечно! И еще как!

– Но почему?

– Подвела меня.

– Слушай, дались тебе эти двое. Они ведь женаты и еще странные такие. Уехали и ладно.

– Они мне понравились. Видела, на какой тачке они укатили?

Вот что приглянулось Дине в этих двоих!

– Наверное, за ними друзья заехали, вот и все.

– Если у них друзья такие богатые, значит, и они сами не бедненькие. Богач с голытьбой дел иметь не станет и дружбу водить тоже не будет. Богатые всегда с богатыми дружат, уж я-то знаю.

Анжела едва удержалась, чтобы не спросить, откуда это Дина знает, ведь сама она к богачам даже в лучшие времена никакого отношения не имела, но вовремя удержалась, чтобы еще больше не обижать Дину. Она видела, что Дина твердо настроена уходить, и не стала ее задерживать. Пусть идет, если ей так приспичило.

– Такое впечатление, что ты куда-то торопишься.

– Может быть, – загадочно обронила Дина и, в последний раз взглянув на свое отражение в зеркале, махнула Анжеле рукой. – Ну, пока! Не поминай лихом!

Когда подруга ушла, Анжела вернулась на кухню. Она намеревалась выпить чашечку чая, чтобы немного прийти в себя, успокоиться и лечь спать. Но, к своему удивлению, она обнаружила на кухне очень мило сервированный подносик, на котором стояли две нетронутые чашки – одна с чаем, другая с кофе. Глаза у Анжелы увлажнились. Милая Дина! Она все-таки приготовила для себя и Анжелы по чашке.

Взяв чашку в руку, Анжела подошла к окну, чтобы помахать Дине на прощание. Подруга уже спустилась вниз и как раз в этот момент пересекала двор. Анжела надеялась, что Дина обернется и увидит ее в окне. Но Дина не обернулась. Она вообще не оглядывалась по сторонам, быстро перебирала своими худенькими ножками, словно и впрямь куда-то сильно торопилась.

– Куда это она так почесала?

Задумавшись, Анжела глотнула из чашки, которую все еще держала в руках. Но как только Анжела сделала первый глоток чая, она тут же сморщилась.

– Фу! Сладкий!

Анжела никогда не пила сладкий чай, просто не выносила этого вкуса. Вприкуску шоколадную конфетку или даже просто кусочек сахара схрумкать могла за милую душу, а вот класть сладкий белый яд себе в чашку не любила. Дина прекрасно знала эту ее особенность. Еще бы, со школы общаются! За столько лет Анжела с Диной изучили друг друга вдоль и поперек. И конечно, Дина никогда не стала бы сластить чай для своей подруги.

– Может, Динка для себя чай приготовила?

В принципе такое могло быть, потому что Дина вообще любила все сладенькое.

– Но ведь она собиралась выпить кофе? Передумала?

Анжела поднесла к губам чашку с кофе. Этот был несладкий, совсем-совсем горький кофе.

– Что за непонятки? Для кого же кофе-то?

Кофе Анжела как раз любила подслащенный. Дина это тоже знала. Чай несладкий, а кофе сладкий. Вот так просто. Может, Дина насыпала ей сахару в чашку из вредности? Нет, не стала бы Дина так мелко вредничать. Характер у подруги был не фонтан, могла она и покапризничать, и поскандалить, могла и повредничать, но не так глупо. Так в чем же дело?

И тут у Анжелы в памяти невольно мелькнуло воспоминание о том, как блондин требует себе несладкий кофе, а вот рыжий желает как раз сладкого чаю. И Анжела поняла: напитки предназначались отнюдь не для них с Диной, они приготовлены были для их гостей. Сладкий чай для рыжего и горький кофе для блондина.