Галина Куликова
Правила вождения за нос

Глава 1

Руслан Фадеев шел на свидание. И не на какое-то там обычное свидание. В кармане его пиджака лежала круглая коробочка, в которой покоилось кичливое кольцо с бриллиантом. Руслан собирался сделать предложение, ожидал бури эмоций от любимой девушки и по этому поводу находился в приподнятом настроении. Пока не заметил старуху.

Эту самую старуху он видел вчера возле своего офиса. Утром она приехала за ним на такси и принялась бродить туда-сюда по тротуару, пытливо глядя по сторонам. Тогда он подумал, что она обследует урны в поисках пустых бутылок. Однако когда пошел перекусить в соседнее кафе, старуха немедленно материализовалась за соседним столиком. Она заказала себе кофе с пенкой и с большим чувством выпила его, посадив на верхнюю губу кофейные «усы». Когда Руслан покинул заведение, старуха отправилась следом и снова стала слоняться возле его конторы. Он диктовал секретарше письма, а сам то и дело выглядывал в окно, чтобы посмотреть – тут она или все-таки ушла.

Старуха не уходила до самого вечера. Выглядела она весьма прилично и держалась важно, словно мажордом. Он надеялся, что это какое-то совпадение, что бабуля не имеет к нему отношения. Но сегодня она снова оказалась поблизости! Он оглянулся через плечо и увидел, как она трусит за ним, решительно выпятив подбородок. Или это другая старуха? Кажется, вчерашняя была несколько выше ростом. Эта и держится по-другому. «Неужели за мной охотятся целых две бабки? Невероятно! Надо было взять машину», – подумал Руслан, уговаривая себя не паниковать. Правда, до ресторана, где он назначил Насте свидание, пять минут пешком, но в машине как-то спокойней.

После ужина он собирался прогуляться с любимой девушкой по вечерней Москве, но, учитывая обстоятельства, прогулку лучше отменить. Кто ее знает, эту бабку? Может, она сумасшедшая? Может, Руслан арендовал офис в том самом доме, который в незапамятные времена экспроприировали революционно настроенные рабочие у ее богатого тятеньки, и нынче она задумала восстановить историческую справедливость, расправившись с Русланом каким-нибудь доисторическим способом?

В ресторане его встречали с искренним радушием и даже поправили перед ним сбившийся коврик. Руслан был высоченным блондином с короткой светлой бородой и глазами цвета незабудок. Девушки считали, что он похож на древнего скандинавского воина, и ему льстило это сравнение. Метрдотелю же ресторана больше всего понравилось, что гость дорого одет. Это внушало определенные надежды.

– Скажите, – спросил у него Руслан, поправляя галстук. – В ваше заведение пускают бабок?

– Простите? – не понял тот и даже голову наклонил, чтобы лучше соображала. – Кого?

– Бабок, – повторил Руслан, нервно оглядываясь на дверь. – Старух, иными словами.

– У нас здесь нет возрастных ограничений, – слегка растерялся тот. – А… вы ужинаете один?

– Нет, с дамой.

– Конечно, мы ее пустим! – воскликнул метрдотель, вращая глазами. – Если потребуется, поможем сойти по ступенечкам. Внесем, коли потребуется.

Он проводил Руслана до столика и шепотом сообщил мальчикам на входе:

– Господин ужинает с женщиной старше себя. Допускаю, что платить по счету будет она.

Поэтому, когда появилась молодая и симпатичная Настя и прямиком проследовала к столику Руслана, все были слегка озадачены.

– Женщина под тридцать для этого типа уже старуха! – пробормотал метрдотель. – Воистину, мужчину собственная красота развращает больше, чем богатство.

Вот если бы с ним, подумал метрдотель, ужинала такая красотка, он был бы на седьмом небе от счастья. Стройненькая, с дивными ножками, с темно-рыжими волосами и глазами того самого размера, который так любим японскими мультипликаторами, – в пол-лица.

– Милая, – сказал Руслан и, поднявшись, поцеловал Настю в холодную щеку. – У меня для тебя сюрприз.

– Ты забыл дома бумажник? – ухмыльнулась она, усаживаясь.

– Нет, это гораздо более приятный сюрприз. Впрочем, я скажу тебе, когда принесут десерт.

На десерт он заказал кофе «Тропическая страсть» с целым блюдом экзотических сладостей. И сам выглядел, как султан, собирающийся ублажать любимую невольницу. Когда Настя отправила в рот кусочек халвы, Руслан извлек из кармана бархатную коробочку и, раскрыв, подал ей.

– Настенька, – сказал он торжественным тоном, – я дарю тебе это кольцо и рассчитываю, что взамен ты подаришь мне руку и сердце. Иными словами, я прошу тебя стать моей женой.

Метрдотель, издали наблюдавший за гостями, мгновенно просек ситуацию и умилился, сложив ручки на животе. Сейчас девица напялит кольцо на палец и запищит от восторга, как задушенная мышь. Потом влюбленные начнут целоваться через стол и запросто свалят на пол что-нибудь из посуды.

Увидев бриллиант, девица мгновенно сделалась пунцовой, словно роза сорта Крайслер Империаль, который жена метрдотеля разводила на дачном участке под Можайском. Потом подняла на своего спутника глаза и сказала ему что-то такое, отчего его довольную физиономию мгновенно перекосило, словно в нее брызнули уксусом.

– Руслан, – спросила Настя трагическим тоном. – Ты что, белены объелся?

– В каком смысле – белены? – переспросил тот и несколько раз моргнул. – Я решил на тебе жениться!

– С чего это ты вдруг решил? – вскипела Настя, захлопывая коробочку и отставляя ее от себя подальше. – Ты ведь ловелас! Донжуан. Развратник и распутник. Ты сам говорил!

– Ну… да. Я был таким. Ветреным и непостоянным, – принялся защищаться тот, не понимая, что, собственно, происходит. – Но, познакомившись с тобой, я изменился.

– Какого черта тебе понадобилось меняться? – От ярости у Насти дрожали ноздри, как у нервной лошади. – Я не рассчитывала, что ты вдруг изменишься!

– Что-то я не понимаю… – Нижняя челюсть недавнего ловеласа превратилась в гранит.

– А тут и понимать нечего! – отрезала Настя. – Я не хочу замуж.

– Даже за меня?! – не поверил красавец Руслан и дернул себя за бороду, решив, вероятно, что он спит и видит сон.

– Ты все испортил! – заявила Настя. – Мы не будем больше встречаться.

Озабоченный метрдотель подкрался поближе, чтобы не упустить начала скандала, если таковой разразится.

– Своим предложением руки и сердца ты перечеркнул все светлое, что было между нами. Мне нравятся исключительно легкомысленные мужчины, которые ничем меня не обременяют. Только развлечения, прогулки, ужины при свечах и ни к чему не обязывающий секс. Все остальное не для меня. Ты совершил ошибку. Мы должны расстаться. Прощай.

Настя встала и торопливо направилась к выходу. Метрдотель забежал вперед и лично подал ей куртку. К его пухлой физиономии прилила кровь, и щеки стали такого же цвета, как пиджаки первого поколения «новых русских».

– Вот моя визитка, – жарко шепнул он Насте у самого выхода.

– Зачем она мне? – сердито спросила та.

– Мы с вами родственные души. Можем познакомиться поближе. Мне тоже нравятся… необременительные развлечения. И прогулки.

– Заведите себе собаку, – посоветовала Настя и, сунув визитку ему в руку, выбежала на улицу.

Старуха, которая болталась поблизости, мгновенно спряталась за рекламный щит. Впрочем, Настя не собиралась глазеть по сторонам. Она отчаянно замахала рукой, пытаясь остановить машину, и через минуту уже катила прочь от ресторана. Ей необходимо выговориться. Только бы Светлана была дома! Кому еще пожаловаться, как не любимой подруге?

Любимая подруга распахнула дверь и тут же обеспокоилась:

– Что, черт побери, случилось? Ты похожа на бухгалтера, запоровшего годовой баланс. Злая и виноватая.

–Это опять началось! – выпалила Настя.

– В каком смысле? Что началось? – Светлана отступила назад, давая ей дорогу.

– Руслан сделал мне предложение! – воскликнула та, содрав с себя куртку и швырнув ее под вешалку. – Можешь себе представить? Кольцо купил! Скотина.

– Ну… Мне тебя не понять. Я считаю скотиной того, кто долго со мной гулял, но не сделал предложения и не купил кольцо.

– А ведь производил впечатление абсолютно легкомысленного мужика! – продолжала свирепствовать Настя, не слушая. – Все признаки безответственности были налицо! И вот на тебе!

– И что ты ему сказала в ответ на предложение? – полюбопытствовала Светлана, заведя ее на кухню и набрав полный чайник воды.

– Я разоралась. Он, бедолага, кажется, вообще ничего не понял.

– Господи, а какой он красивый! – мечтательно протянула Светка. – Жалко, что ты не в состоянии прибрать его к рукам.

– Я не могу, ты же знаешь! – откликнулась Настя. – Просто не могу. Ты же не хочешь, чтобы с ним что-нибудь случилось? Вот. И я не хочу. Он еще молодой. Пусть женится, заведет детей… – Настя раздраженно тыкала сигаретой в пепельницу, словно вымещая на ней свое плохое настроение.

– Тебе надо было ему все рассказать, – посоветовала Светлана. – Ничего не скрывая. Раз уж дело зашло так далеко.

– Я не в силах снова во все это… погружаться. Лучше я не буду с ним больше встречаться, и все.

– Вообще?

– Вообще, – отрезала Настя. – Ты бы на моем месте стала?

– На твоем месте… – Светлана наморщила длинный лисий нос: – Не хотела бы я очутиться на твоем месте, честно скажу. Но если бы вдруг оказалась, то… Прежде чем начинать с кем-то встречаться, я пошла бы к магу. Или к колдунье какой-нибудь.

– А-а, ну да. «Ясновидящая Эльвира вернет вам счастье по первому требованию». Возвращенное счастье оплачивается наличными. Телефон, факс, расчетный счет прилагаются.

– Мы можем поискать тебе бабку, – не сдавалась подруга. – Говорят, в деревнях еще остались знахарки. Такие, всамделишные.

– Я тебя умоляю, – простонала Настя. – Оставь свои варварские идеи.

– Что же, я должна молча смотреть, как ты увядаешь?

– Я уже увядаю? – Настя схватилась руками за лицо. – Конечно, увядаю. Все от нервов! Женская старость – это стопроцентно нервное заболевание. Если так будет продолжаться, годам к сорока я стану похожа на черепаху Тортиллу.

– Ума не приложу, отчего ты рождаешь в мужчинах матримониальные чувства! – покачала головой Светлана. – Как правило, таких красоток, как ты, предпочитают держать в любовницах.

– Вероятно, я уже вышла из возраста любовницы. А как я старалась быть стервой! – пожаловалась Настя. – Я была такая классическая стерва, хоть в кино меня снимай.

– Ха, душечка! Стервозность – самое важное качество в борьбе за сердце мужчины. Когда мужчине хорошо с женщиной, он инертен и эгоистичен. И лишь стерва может вывести его из состояния покоя и заставить за себя бороться.

– Как бы то ни было, но Руслана я потеряла. Не то чтобы я была в него влюблена… Но я к нему привыкла.

– Послушай, а может быть, ну его, твое фамильное проклятье? – спросила Светлана. – Наплюй и забудь. Выходи замуж, рожай детей, а там поглядим…

– Ты что? – возмутилась Настя. – Как только я скажу «да», Руслан немедленно погибнет. И уж этой смерти я точно не переживу!

* * *

Вероника Матвеевна, сорокапятилетняя женщина весьма приятной наружности, с дружелюбным взглядом карих глаз, первой представала перед всяким, кто открывал дверь частного детективного агентства «Шанс». В ее задачу входило: клиента обаять, приветить и, если что, не дать ему передумать и сбежать. Оказать ему морально-психологическую поддержку, так сказать. Еще Вероника Матвеевна клиентов сортировала. Ей доверяли самой решать, к кому отправить того или иного посетителя.

Если он вел себя надменно и ступал на порог как хозяин жизни, она автоматом отсылала его к шефу. Кому, как не Пучкову, представительному, слегка вальяжному, разбираться с этой породой. Женщины, как правило, попадали к Саше Таганову, самому молодому и симпатичному детективу, славящемуся своей обходительностью. Примесь восточной крови отзывалась в нем порой излишней горячностью, но она же даровала ему подвижный ум, хитрость и изворотливость.

Нынешнего посетителя Вероника Матвеевна, как только увидела, нацелилась передать третьему и последнему работнику «Шанса», Стасу Бессонову. Стас был азартен. Именно поэтому ему сбрасывали всех неординарных, странных или просто подозрительных личностей. Высокий бородатый блондин, стоявший теперь перед Вероникой Матвеевной, попадал в категорию сомневающихся. Он шевелил бровями, втягивал щеки, пускал блуждать по лицу кривую ухмылку, всем своим видом демонстрируя, что с ним произошло нечто нелепое, из-за чего ему стыдно обращаться за помощью.

Вероника Матвеевна нажала на специальную кнопочку, и несколько секунд спустя Стас Бессонов, спец по всяким нетривиальным происшествиям, уже распахивал дверь своего кабинета. Стас был примерно одного возраста с клиентом, они быстро и легко познакомились и почти что по-приятельски начали разговор. Блондин представился Фадеевым Русланом, бизнесменом. О своем бизнесе сообщил вскользь, и Стас понял, что проблемы Фадеева, скорее всего, выходят за рамки деловой сферы.

– Верите, я даже не знаю, как сказать, – усмехнулся клиент, потирая бороду.

– Скажите, как есть, – предложил Стас. – У вас что-то случилось?

– Да нет. То есть… Можно сказать и так.

– Что же вас взволновало до такой степени, что вы решили обратиться в детективное агентство?

– Слежка, – выпалил тот.

– Так-так. Слежка – это уже кое-что. Когда вы заметили, что за вами следят?

– Два дня назад, как раз в понедельник.

– Вы засекли конкретных людей?

– В том-то и дело, что засек, – со странным смущением ответил Руслан.

– И кто же это?

– Вы не поверите, но это две старухи.

Стас Бессонов недоверчиво наклонил голову. Руслан понимающе усмехнулся:

– Честное слово. За мной следят две старухи. Преследуют. Не спускают глаз. Одна передает эстафету другой. Если я пытаюсь оторваться от них на дороге, они гонятся за мной на такси. Если я отправляюсь куда-то пешком, одна из них семенит сзади. Если я иду в ресторан, какая-нибудь караулит на выходе. Приезжая домой, я выглядываю в окно – и что бы вы думали? Эта зараза либо сидит на лавочке во дворе, либо прогуливается по тротуарам. Когда первая устает, ей на смену приходит другая.

– Звучит интригующе, – пробормотал Стас. – Кажется, я догадываюсь, чего вы хотите. Узнать все про настойчивых бабушек.

– Точно. Поначалу-то я забавлялся. Вернее, удивился, потом стал веселиться. А вчера решил выйти из офиса перекусить – в кафе через дорогу. Стою на светофоре, на самой кромочке. Чувствую – сзади кто-то дышит в спину. Оборачиваюсь – она! Такая вся воинственная, губы поджаты, глазки-буравчики. Я и подумал: а вдруг она собирается толкнуть меня под машину? Может, я когда-нибудь нечаянно задавил ее любимую кошку, или неуважительно сказал ей что-то возле газетного киоска, или я не знаю что еще. А вторая пришла ей на подмогу.

– Старухи-убийцы? – с недоверием проговорил Стас. – Это что-то новенькое. Что ж! Давайте мы решим с вами вопрос о гонораре и приступим к делу. По всему выходит, какая-нибудь из бабулек топчется сейчас неподалеку от наших дверей?

– Нет-нет, – возразил Руслан. – Прежде чем идти к вам, я позаботился о том, чтобы оторваться от слежки. Вышел через черный ход парикмахерской и поймал машину. Если бы старухи сообразили, что я нанял частных сыщиков, они бы определенно затаились.

– Вы рассудили правильно, – похвалил Стас Руслана. – Я немедленно принимаюсь за ваше дело.

Когда организационные вопросы были решены и Руслан уже взялся за ручку двери, Стас задержал его вопросом:

– Значит, у вас нет никакой собственной версии по поводу того, что заставило двух женщин преклонных лет пуститься в подобную авантюру?

– Ни одной.

Руслан Фадеев ушел, а Стас тотчас же вызвал всех в приемную и рассказал о новом деле.

– Завязка, как в кино, – хихикнул Саша Таганов. – Надеюсь, старухи были в черном? Вендетта по-русски. Кровная месть. Годы и годы бабуси искали потомка своего врага. И вот наконец их час пробил…

– Может, какое-то другое частное бюро использует бабушек как внештатных агентов? – высказала встречную идею Вероника Матвеевна. – И они просто выполняют задание? Ведь старушки не должны вызывать никаких подозрений у молодых бизнесменов.

– Бабушки работают непрофессионально, – усмехнулся Пучков. – Клиент их сразу засек. Думаю, это просто какое-то недоразумение. Кстати, куда отправился от нас Фадеев?

– Сказал, что возвращается в офис, пробудет там до вечера.

– Что ж, тебе и карты в руки, – заявил шеф. – Нужна будет помощь, позвони. Мы подключимся.

– Действуй активно, Стасик, – подбодрила его Вероника Матвеевна. – Не то я вскиплю от любопытства. Бабушки-шпионки – что может быть занимательнее?

* * *

Из окна своей машины Стас Бессонов обескураженно наблюдал за старушкой весьма преклонных лет, которая курсировала по улице неподалеку от офиса Руслана Фадеева. Выглядела она презабавно в дутом китайском пальто с поднятым капюшоном и в полуботинках на кнопочках. На локте у нее болталась кокетливая сумочка. Стас надеялся, что старушка не прячет в ней крошечный, почти игрушечный пистолет, которым с близкого расстояния вполне можно прикончить даже такого гиганта, как Фадеев.

Старушка, кажется, вовсе не скучала. Она с любопытством разглядывала прохожих, читала вывески и рекламные объявления на столбах, а когда подходила поближе, Стас видел выражение упрямой решимости на ее сухоньком лице. «Бабка будет стоять насмерть, – подумал он. – Что бы там ни было у нее на уме». Теперь, столкнувшись с преследовательницей лицом к лицу, Стас решил, что не стоит недооценивать опасности. У старух та еще закалка. И если они выходят на тропу войны, можно ожидать самого худшего.

Следовало проверить, нет ли у нее и в самом деле при себе оружия. Хорош он будет, если бабка всадит в клиента пулю! Стас вышел из машины и примерился к бабуле. Надо подойти сзади, толкнуть ее под локоть и вырвать сумочку из руки. Расстегнуть ее и бросить на землю, будто он всего лишь споткнулся и случайно уцепился за первое, что попалось под руку. Сделать все это нужно быстро и ловко. А потом извиниться и поднять сумочку, поглядев заодно, что там внутри.

Стас считал, что дело несложное. Старуха даже и понять-то ничего не успеет! Он прибавил шаг и, почти поравнявшись с дутым пальто, протянул руку, ухватился за ремешок и дернул изо всех сил. Вместо того чтобы отпустить сумочку и повалиться на Стаса, старуха вцепилась в нее двумя руками. Повернулась и уставилась на него. На ногах она держалась не хуже, чем Майк Тайсон.

– Ах ты, паразит садовый! – закричала она, сделав свирепое лицо. – Пенсию мою захотел? Вот тебе моя пенсия!

Она отвела руку назад и провела классический удар правой. Стас отшатнулся от неожиданности и прикрыл голову руками, попросив:

– Бабушка, перестаньте!

– Тамбовский волк тебе бабушка!

– Я оступился и случайно схватился за вашу сумку.

– Я тебе покажу – случайно! – заверещала старуха и, меняя ноги, начала бить его по коленкам своими ботами. Боты, судя по всему, носили гордый титул «Made in Russia», поэтому не гнулись и казались сделанными из железобетона.

– Да прекратите же! – Стас отступил к фонарному столбу и пребольно стукнулся об урну.

Старуха провела еще один мастерский удар, погрузив кулак в Стасову печень.

– У, ворюга мордастый! – с ненавистью сказала она и напоследок огрела его той самой сумочкой, которую он так хотел проинспектировать. Сумочка оказалась с металлическими уголками и расцарапала ему щеку.

Ничего не оставалось, как спасаться бегством. Стас перебежал дорогу перед близко идущей «Волгой», водитель которой изо всех сил жал на клаксон, но даже не пытался затормозить. Лишь оказавшись снова в салоне своей машины, Стас перевел дух. Теперь-то он лучше понимал Руслана Фадеева! Струсишь тут, когда такая штучка за тебя возьмется…

Через некоторое время к первой старухе присоединилась еще одна. Она приехала на такси за несколько минут до того, как клиент покинул офис. Старухи о чем-то посовещались, и та, которая напала на Стаса, направилась в сторону метро. Вторая же снова влезла в такси и проследила Фадеева до самого подъезда его дома.

«Да уж, – подумал Стас, – бабки явно что-то замышляют. Возможно, они готовят ограбление века? Или собираются похитить клиента и потребовать выкуп у его родственников? Пожалуй, вдвоем они запросто справятся с Фадеевым».

Старушка отпустила такси возле дома Руслана, дождалась, пока в окнах его квартиры погаснет свет, и тихим ходом отправилась на улицу Яблочкова, как догадался Стас, к месту своего проживания. Он крался за ней до самой двери, потом позвонил Пучкову и продиктовал адрес, чтобы тот по своим каналам выяснил все возможные подробности о жильцах.

Наутро шеф встретил своего подчиненного радостной улыбкой.

– Я звонил своим ребятам, они все проверили. Через час вместе с участковым пойдешь к старушкам в гости. Фадееву я звонил – он слышит их имена первый раз в жизни.

– И кто две эти интриганки? – заинтересованно спросил Стас, с благодарностью принимая от Вероники Матвеевны первую «рабочую» чашечку кофе. – Бывшие разведчицы?

– Пока что, – торжественно ответил Пучков, – никаких криминальных деяний за бабушками не замечалось. Кстати, я не сказал? Они сестры. Василина Сергеевна Стешина и Елизавета Сергеевна Ивлева.

– Они случайно у психиатра не наблюдаются? – спросил Стас.

– Нет. Бабки вменяемы и могут нести любую ответственность, в том числе и уголовную. Было бы за что.

Стас смутно себе представлял, как отреагируют старушки на появление участкового, да еще с ним самим в качестве сопровождающего. Потрогав царапину на щеке, он подумал, что напавшая на него вечером старуха вряд ли его узнает – было темно, кроме того, он закрывался руками.

Интересно, удастся ли взять бабулек на испуг? Если нет, то дело грозит затянуться и принести массу хлопот. Однако визит оказался даже забавным. Дверь открыла старшая сестра, Елизавета. Она была меньше ростом и отличалась повышенной впечатлительностью. Именно она участвовала во вчерашней потасовке. Младшая, Василина, высокая и грозная на вид, не побоялась выказать визитерам свое неудовольствие. Бабушки были почтенного возраста – одной восемьдесят семь, другой восемьдесят шесть лет. Но шустрые и живые, без всякого следа физической дряхлости. В этом доме Василина Сергеевна явно держала бразды правления в своих руках. К ней-то в первую очередь и обратился молоденький участковый, когда все расселись в большой и светлой комнате друг напротив друга.

– На вас поступила жалоба, – совершенно серьезно заявил он, делая вид, что копается в своем планшете в поисках кляузы. – Весьма добропорядочный гражданин Руслан Фадеев заявил, что подвергается с вашей, гражданочки, стороны преследованиям с неизвестными намерениями.

– Нас что, посадят на пятнадцать суток за мелкое хулиганство? – с иронией спросила Василина, и Стас еле-еле удержал на своем лице серьезное выражение.

Однако участковому все было нипочем. Он сдвинул брови и заявил:

– Прошу разъяснить ваше поведение. Составим объяснительную записку, а там посмотрим, что делать дальше.

– А как нас выследили? – с интересом спросила Елизавета, ерзая на стуле.

– Милиция, она не просто так свой хлеб ест, – уклончиво ответил участковый и строго посмотрел на старушек. – Расскажите, пожалуйста, зачем вы преследуете гражданина Фадеева?

– Мы его охраняем, – робко призналась старшая из сестер. – Бедняге угрожает опасность.

– Опасность? Какая?

– Дело в том, что мы не знаем, – пожала плечами Елизавета. – Какая угодно. Он может утонуть, попасть под машину, удариться головой, упасть в канализационный люк, да мало ли что еще!

– И не думайте, что это бредни выживших из ума старых женщин, – добавила Василина. – Мы имеем дело с очень серьезным явлением.

Она с мрачной торжественностью поглядела сначала на участкового, потом на Стаса.

– С каким явлением? – нестройным хором спросили те.

Василина Сергеевна пожевала губами и с неохотой ответила:

– С фамильным проклятием.

Глава 2

– Откуда я мог знать, что две эти грымзы – твои бабушки? – защищался Руслан. – У тебя другая фамилия. Разве догадаешься? В сущности, ты сама виновата. Могла бы познакомить меня со своей родней заблаговременно.

– Не собираюсь я тебя ни с кем знакомить! – заявила Настя, нервно теребя пару перчаток.

Руслану она казалась особенно красивой после того, как он получил от ворот поворот.

– Настенька, я, конечно, верю в телекинез и прочие чудеса природы, но близко к сердцу все это не принимаю. Если ты всерьез считаешь, что проклятие, адресованное твоей прабабке, передается по наследству, то я, конечно, могу сходить с тобой к экстрасенсу…

– Нет! – перебила Настя. – Самый лучший выход для нас – вообще перестать встречаться. Нам и сегодня не стоило видеться тет-а-тет. Нужно было ограничиться телефонным разговором.

– А если я хочу видеться с тобой? – негромко, почти интимно проговорил Руслан, и Настя застонала и схватилась за щеку, словно у нее заболел зуб.

– Я выбрала тебя только потому, что ты – самый легкомысленный мужчина из всех, кого я встречала в своей жизни! По крайней мере, был таким, – сказала она. – Я наводила о тебе справки.

– Да-а-а?

– Да! Мне говорили, что в твоих руках женщины похожи на песок: ты набираешь их целыми горстями, а они в считаные секунды просачиваются сквозь пальцы.

– Редкая болезнь, – усмехнулся Руслан. – Недержание женщин.

Они стояли на краю Тверского, не обращая внимания на начавший накрапывать дождь и бегущих прохожих.

– Я рассчитывала на то, – продолжала Настя в запале, – что мы будем просто приятно проводить время, понимаешь? Что я для тебя – всего лишь одна из многих, никто.

При этих ее словах Руслан перестал улыбаться и, нахмурившись, строго сказал:

– Все то время, что мы вместе, я не встречался больше ни с одной женщиной, клянусь.

– В том-то весь и ужас! – воскликнула Настя, едва не плача. – Если бы я узнала об этом раньше, я бы давно тебя бросила.

– Спасибочки.

– Придется тебе все рассказать, – вздохнула она.

– Да уж, наверное! – с иронией сказал Руслан. – Должен же я знать страшилку, из-за которой ты ведешь себя, как истеричная школьница.

– Ты не ведаешь, над чем смеешься! Ладно, слушай. Все началось с моей прабабки Анны. В 1915 году ей только-только исполнилось девятнадцать лет. Она, как говорят, была красавицей невероятной. Молодая певица, талантливая, сводившая с ума публику и… мужчин. Одного Анна выделяла особо – двадцатишестилетнего ротмистра Дмитрия Шестакова. Не знаю в точности, как развивались их отношения, но как-то развивались, потому что в конце концов она согласилась стать его женой, а потом взяла – и сбежала из-под венца.

– Чтобы выйти замуж за другого? – предположил Руслан. – За кого же она вышла?

– За графа Сергея Пустова. Взбешенный ротмистр явился на свадьбу и прилюдно проклял свою вероломную возлюбленную. Причем проклятие его было изощренным.

– Он сказал, что когда-нибудь ее правнучку убьет блондин по имени Руслан Фадеев? – Руслан показал крепкие зубы бизнесмена.

– Он сказал, что ни одна женщина в ее роду никогда больше не сможет насладиться долгим личным счастьем. Век мужчин, отважившихся полюбить всякую из наследниц Анны, будет недолог. Как недолог был век его, Шестакова, любви. Понимаешь, он в гневе пообещал мужчинам смерть. Всем влюбленным в женщин из нашего рода мужчинам.

– Наверное, гости испугались, – заметил Руслан, пряча в усах улыбочку.

– Еще бы. Ротмистр Шестаков был рослым красавцем – брюнетом с темными глазами. С голосом низким и пугающим…

– Вижу, эту историю ты уже обкатала. Все звучит так драматично.

– Не только звучит, – похлопала его по плечу Настя. – Теперь давай пройдемся по нашей родословной.

– Давай.

– Через год после замужества моя прабабка родила дочку Елизавету, следом за ней Василину. Тут грянула революция. Графа Пустова расстреляли. Анна тогда впервые всерьез задумалась о проклятии Дмитрия Шестакова. Она так больше никогда и не вышла замуж. Да и вообще… Времена были еще те. Все пропало – муж, состояние и даже талант, которым она больше ни разу не блеснула.

– Несладкая женская доля!

– Жених моей бабушки Лизы, – не обращая внимания на его реплику, продолжила Настя, – буквально накануне свадьбы свалился с лошади и сломал себе шею.

– Бедняга, – пробормотал Руслан.

– Она так и осталась старой девой.

– Наверное, теперь она об этом пожалела и стала бегать за мной, – попытался сострить он.

– Бабушка Василина, – упрямо продолжала Настя, – вышла замуж в январе сорок первого года. В самом начале войны ее муж погиб на фронте, а через шесть месяцев родилась моя мама, Наташа.

Слово «мама» заставило Руслана воздержаться от комментариев. Мама была уже чем-то близким, человеком из сегодняшнего мира, а не из какого-то невнятного прошлого, которым его пытались пугать.

– Когда мне было всего полгода, мои родители погибли. Прямо на глазах у бабушки. Мы ехали в машине, мама держала меня на руках. Остановились неподалеку от заправочной станции. Бабушка Василина вышла первой. Мама передала ей меня. И в этот момент машину сзади протаранил грузовик с пьяным водителем.

– Господи, я не знал, – Руслан сочувственно сжал ее руку. – Тебя растила бабушка?

– Обе бабушки. Мы жили все вместе.

– Полагаю, бабушки тебя здорово накрутили. Конечно, все, что ты рассказала, звучит довольно печально… Но в жизни случаются и не такие повороты, поверь мне, ласточка. Просто несчастливая судьба. А много ты знаешь счастливых женщин? – Руслан снова перешел на покровительственный тон. – Ну почему, почему ты думаешь, глупышка, что во всем виновато проклятие? Посмотри на себя – запуганная, взвинченная! Зачем все это? Неужели ты всерьез полагаешь, что твоего избранника тоже ждет могила?

– Что значит «ждет»? – взбеленилась Настя. – Я не экзальтированная дура. У меня уже было три жениха! – Она растопырила перед его носом три пальца. – Три! И все они умерли. Погибли. Понимаешь?! Их больше нет! И тут ты со своим идиотским предложением руки и сердца!

На чело незадачливого ухажера набежала тень.

– Можешь рассказать толком, что случилось с твоими поклонниками?

– Конечно, – отрывисто сказала Настя. – Вкратце, чтобы не углубляться. Не могу относиться к этому спокойно. Мне было девятнадцать лет, когда я получила первое предложение руки и сердца. Жених оказался завидный: собственная квартира, машина и еще – загородный дом с большой деревянной лестницей, ведущей на второй этаж. С этой лестницы он и свалился. Недели не прошло, как он сделал мне предложение.

– Ты, конечно, впала в депрессию, – сказал Руслан, нервно теребя пуговицу.

– И надолго. Потом все более или менее успокоилось, я поступила на биофак, с головой погрузилась в учебу.

– А затем?

– А затем в меня влюбился мой сокурсник. Просто голову потерял. Ходил за мной, как привязанный. Поторопился сделать предложение. Через неделю после этого он исчез. Испарился. Ушел из дома – и не вернулся.

– Кошмар какой, – угрюмо прокомментировал Руслан.

– Три года назад, после биофака, я устроилась в «Экодизайн». Там работал Леша Самсонов. Когда он начал за мной ухаживать, я ему все рассказала. Но Леша, – Настя остро взглянула на Руслана, – стал убеждать меня, что фамильное проклятие – не более чем миф. Просто такое стечение обстоятельств, говорил он…

Руслан зажег для нее сигарету, и Настя тянула ее коротенькими нервными затяжками.

– И вот он решил познакомить меня со своими родителями. Договорился на воскресенье. А в субботу ночью свалился с балкона своей квартиры. Милиция сказала, он немного выпил, так что…

– Разбился насмерть? – уточнил Фадеев.

– Насмерть, пятый этаж.

Лицо Руслана вытянулось и слегка побледнело. А его потрясающие незабудковые глаза теперь шныряли по сторонам, словно уже искали в ставшем вдруг враждебным мире неведомую опасность. Настя невесело усмехнулась, но тут же одернула себя: «Нечего грустить. Во-первых, Руслана все равно надо было ввести в курс дела. А во-вторых, я ведь не люблю его. Он для меня просто очередной навязчивый поклонник».

– Почему ты рассказала мне обо всем только теперь? – кашлянув, спросил поклонник, кажется, уже пожалевший о своей навязчивости.

– Ну, до сих пор наше знакомство ни к чему не обязывало. И вдруг это кольцо…

– Кольцо – ерунда! – пробормотал он. – Я сказал всем своим друзьям, что без памяти влюблен в тебя и собираюсь жениться. Я был чертовски несдержан в выражении эмоций. Я прилюдно пил за твое здоровье и называл тебя лучшей девушкой в мире.

– Какой ужас!

– Полагаешь, мне придется из-за этого умереть? – криво усмехнулся Руслан и подергал себя за бороду. – А у тебя нет какого-нибудь противоядия? Ну… чтобы заблокировать проклятие?

– Если бы было, я бы давно уже вышла замуж, нарожала детей и жила бы себе припеваючи, – ответила Настя.

Взгляд Руслана сделался отрешенным, словно у нерадивого студента на лекции. В голове его родилась оригинальная мысль, которую он рассматривал так и сяк, покуда она не оформилась окончательно.

– А ты никогда не думала, – наконец спросил он у Насти, – что в твоих бедах может быть виновен не злой рок, а злой человек?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.