# Опасное соседство

Екатерина Вильям-Вильмонт

Неожиданно на Сыскное бюро «Квартет» свалилось новое дело! Кто-то пытается избавиться от хорошего знакомого Асиной мамы. А он такой красавец и ездит на роскошной машине, и все девчонки в него сразу влюбляются!.. Чем не настоящее дело?
Ребята хотели помочь и даже вышли на след злоумышленников, но тут появилась одна проблема… Неужели ребята не справятся?

© Вильмонт Е. Н., 2019

© ООО «Издательство АСТ», 2019

* * *

## Глава I. Давайте торговать!

– Я считаю, – начал Костя, – что без денег нашему сыскному бюро, простите за каламбур, просто грош цена.

– Почему? – удивились мы с Матильдой. – Мы вон без всяких денег целую банду раскрыли!

– Во-первых, нам, вернее вам, все-таки крупно повезло!

– При чем тут везение? – возмутился Митя. – А сколько было трудов, сколько мы там мерзли!

– Не так уж много, если разобраться! К тому же у девочек были уоки-токи, что тоже нельзя сбрасывать со счетов. Хорошо, Асин дедушка такой молодец, знал, что́ подарить внучке, а наши родители дарят вещи, может, и не бесполезные, но в сыскном деле непригодные. Посудите сами – нам нужен штаб.

– Сыскному бюро нужен не штаб, а офис, мы же не военная организация, – перебил его Митя. – К тому же офис нам никто не сдаст, сколько бы денег у нас ни было.

– Вот! Так я и знала! – завопила Матильда. – Ничего у нас не выйдет из-за этих дурацких споров. Какая разница: штаб, офис, контора? Главное – дело делать, а мы… Одна только болтология!

– Мотя, помолчи! – прикрикнул на нее Костя.

Мотька хотела возмутиться, но только безнадежно махнула рукой.

– Вы, как всегда, не дослушали меня и сразу наехали! – продолжал Костя. – Я же только хотел сказать, что, пока у нас нет какого-нибудь конкретного дела, мы должны хорошенько подготовиться – и морально, и материально, и физически. Ася с Мотей занимаются карате, мы с Митяем ходим качаться, это хорошо, правильно! Но не станем же мы просто бегать по улицам в поисках какого-нибудь преступленьица! Поэтому мы должны быть во всеоружии, когда столкнемся с настоящим преступлением!

– Так ты деньги на оружие, что ли, хочешь заработать? – ахнула Мотька.

– Да какое там оружие! – отмахнулся Костя. – У нас должны быть в резерве деньги. Мало ли что понадобится в ходе расследования! А кроме того, каждому из нас надо всегда иметь при себе необходимое снаряжение.

– Какое? – вскинулась Мотька, блестя глазами.

– Хороший, надежный фонарик, маленькую отвертку…

– Зачем? – удивился Митя.

– Как зачем? Мало ли… Представь себе, тебя где-то заперли, вот как Асю. А у тебя в кармане отвертка. Если там замок, который можно свинтить, то…

– А если нет?

– Вы опять не даете мне договорить! – рассердился Костя. – Кроме фонарика, отвертки, нужен еще складной ножичек на всякий случай, веревка…

– И мыло! – сказала я.

– Мыло? – удивился Костя, а Митя расхохотался.

– Ну да, мыло, чтобы намылить веревку, если отвертка не пригодится. Лучше повеситься, чем попасть в руки бандитам!

– Тогда уж лучше яд! – посоветовал Митя.

– Опять ваши шуточки! А я говорю серьезно! – насупившись, сказал Костя.

– Ладно, говори!

– Небольшой моток веревки не помешает. И хорошо бы еще две трубочки уоки-токи!

– Ну, это очень дорого! – протянула Мотька. – А двумя не обойдемся?

– На первых порах обойдемся. Кроме того, у каждого в кармане должна быть плитка шоколада. Но только как неприкосновенный запас. На случай изоляции, чтобы не умереть с голоду.

– Я не удержусь, – сказала Матильда, – я шоколад сразу съем.

– Ну и дура! – вышел из себя Костя. – И вообще, с вами каши не сваришь!

– А знаете, девочки, – заявил вдруг Митя, – Костя ведь дело говорит. Нам действительно все это нужно. И еще нужен денежный запас, пусть даже небольшой. Допустим, придется нам поехать куда-нибудь на электричке. Сейчас это недешево стоит. Или даже взять такси. Словом, мало ли на что могут деньги понадобиться. Вопрос только – где их взять?

– Заработать надо! Пока мы не у дел, все свободное время надо тратить на заработки! – стоял на своем Костя.

– А чем зарабатывать? – заинтересовалась я. Мне уже начинала нравиться эта идея.

– Лучше всего торговать! – предложила Матильда.

– Чем торговать? – спросил Митя.

– Да чем попало! Хоть газетами! Берешь в редакции газеты по оптовой цене, а потом накручиваешь свою цену!

– Можно еще распространять гербалайф! – предложил Костя.

– Да нет! – решительно вмешалась я. – Гербалайф уже вышел из моды! И потом, его столько народу распространяет…

– А еще можно купить что-нибудь на оптовом рынке и продавать в розницу, – продолжала Мотька демонстрировать знание жизни.

– Что, например?

– Да хоть то же мыло, пасту, шампуни…

– Этого добра везде навалом! – пожал плечами Костя.

– Везде, да не везде! В дальних районах очень даже выгодно можно продать.

– Идея! – воскликнул Митя. – Надо торговать именно в самых отдаленных районах! Во-первых, совершенно ни к чему, чтобы нас наши предки видели и знакомые тоже! А во-вторых, если встать не у метро, а в глубинке, там все вмиг расхватают. Бабушка моя в Орехове-Борисове живет, я сам летом видел, как у их дома очередь стояла, там какой-то ловкий парнишка яйцами торговал.

– Сравнил тоже! – сказал Костя. – Одно дело – летом яйцами торговать и совсем другое – зимою зубной пастой!

– А к этому надо подходить не с бухты-барахты, а научно-методически.

– Это как? – заинтересовалась я.

– Очень просто. Для начала нужно определить самый отдаленный район. Желательно припомнить, не живут ли там у нас какие-нибудь родственники или близкие знакомые, поехать туда и на месте сориентироваться, в чем там народ нуждается. Поговорить с местными женщинами, найти точку, где никакой торговли нет, но где в то же время проходит много народу, или же встать у какого-нибудь большого дома…

– А что, неплохо мыслишь! – одобрил идею друга Костя.

– Да, но через день-другой на нас какой-нибудь местный рэкет наедет, – заметила я.

– Ой, правда! – поддержала меня Мотька.

– Я об этом тоже подумал, – заверил нас Митя. – Мы определим не одну, а несколько точек в разных концах города. Для этого нам потребуется много времени, но овчинка стоит выделки! Прикиньте сами: приехали мы, к примеру, в Бутово, развернули там торговлю. В первый день вряд ли кто из рэкетиров обратит на нас внимание, да они же в основном не стихийно действуют, у них тоже своя иерархия существует. Пока они еще выяснят, что у нас нет надежной защиты, а мы уже перебрались в Выхино! Все равно каждый день мы торговать не сможем. Разделяться нам нельзя. Четыре человека – это все-таки сила. Вопрос только в том, где достать деньги на первоначальные закупки.

– Это не вопрос! Дедушка оставил нам с Мотькой деньги на карате. Половину мы уже заплатили, а вторую надо будет внести еще не скоро! Пока возьмем эти деньги, а потом, когда наторгуем, вернем!

– Здорово! – воскликнул Костя. – Ну, Митяй, ты молодец! Котелок у тебя варит! И ты прав, четыре человека – это сила! Предлагаю завтра же начать действовать. Давайте поедем сразу после школы, например, в то же Бутово или Ясенево.

– А как туда ехать?

– В Ясенево? На метро, по прямой от «Проспекта Мира». Кстати, я бывал в Ясеневе, там есть совсем глухие места и дома стоят удобно, комплексами! – сказал Костя.

– Да это, наверное, во всех новых районах так строят! Но почему бы и не начать с Ясенева! – согласился Митя. – Вы, девочки, не возражаете?

– Нет! Не возражаем!

– У вас там никто из близких не живет?

– Да вроде нет! – ответила я.

– У меня только в Чертанове полно родни! – сообщила Мотька. – А у Митяя – бабка в Орехове-Борисове! Значит, эти два района исключим!

– А у меня дядька на проспекте Вернадского живет! – вспомнил Костя.

Я тоже сообразила, что мамина ближайшая подруга Оля живет на «Юго-Западной».

– А в конце концов, мы же не воровать собираемся! Даже если кто-то нас и увидит – подумаешь, большое дело! – сказала я.

– Хотела бы я посмотреть на тетю Липу, когда она узнает, что ты зубной пастой торгуешь! – рассмеялась Мотька. – Да и мама твоя не обрадуется!

– Это ты зря! Мама как раз может обрадоваться, что я «так удачно вписываюсь в новую жизнь». А вот папа… Да, пожалуй, лучше предкам не знать.

– Это точно! – согласились все.

– А кстати, может, нам с Максом посоветоваться? – обратилась ко мне Матильда.

– Кто это Макс? – сразу спросил Костя.

– Да парень один из нашего класса, уже два года торгует сигаретами, пивом и вообще всем на свете. Он на этом деле собаку съел.

– Ни в коем случае! – возразил Митя.

– Почему?

– Во-первых, зачем ему плодить конкурентов? А во-вторых, кто может гарантировать, что он будет молчать?

– Твоя правда.

– Зачем нам чьи-то советы? У нас у самих головы на плечах. Даже если мы наделаем ошибок, что ж, будем учиться на собственном опыте. Короче, мы завтра едем в Ясенево?

– Едем!

– Ой, – вспомнила я, – у нас же завтра карате!

– Жаль, не хочется откладывать… Девочки, а вы не обидитесь, если завтра мы с Костей одни поедем?

– Нет, не обидимся, – решительно сказала я.

– Ладно, завтра вечером созвонимся!

На том и расстались.

## Глава II. Новый жилец

– Смотри! – воскликнула Мотька, когда мы вошли в наш двор. – Какой «мерс»!

Действительно, у нашего подъезда стоял серебристый «Мерседес», из которого только что вылез молодой человек в длинном черном пальто. При виде его мы с Мотькой просто остолбенели. Он был так ослепительно красив, что хоть сейчас в Голливуд. Темные, с ранней проседью волосы, смуглое лицо и большие зеленые глаза.

– Кто это? – потрясенно прошептала Мотька.

– Понятия не имею!

Красавец что-то сказал шоферу и, небрежно держа «дипломат», направился в подъезд. Машина уехала.

– Пошли бабок спросим! – сообразила Матильда и решительно направилась к старушкам на лавочке.

– Здрасьте! – сказала она. – Это что за тип приехал?

– Не к нам? – поддержала я подружку.

– Да нет, не к вам! Это новый жилец! На пятом этаже квартиру купил. Как раз под вами. Натерпитесь еще! Он какой-то ремонт затевает, все ломать будет, еврейский называется!

– Что? – изумились мы.

– Еврейский ремонт, это когда все ломают!

– Да не еврейский, а европейский, евроремонт! – сообразили мы.

– Какая разница, все одно неприятностей от таких жильцов не оберешься. Еще стрелять, не дай бог, начнут или, того чище, взрывчатку подкинут!

– А он кто?

– Банкир! Чтоб им всем пусто было!

– А что он вам плохого сделал? – сразу вскинулась Матильда.

– Погодите, вы еще не так запоете, когда он полдома сломает! Это ж сколько народу ограбить надо, чтобы в такую хоромину одному въехать! Вот твой дедушка, его весь мир знает, а сколько вас в этой квартире живет?! А он один туда въезжать собирается! Дармоед!

– Да ладно вам, бабы, – одернула подруг одна из старушек. – Мы тут сидим целыми днями, а такого соколика давно не видали! Уж до чего красив! Кажется, сроду таких не встречала! Аж сердце заныло!

– Да ты, Егоровна, никак влюбилась? – засмеялись бабки.

– Куда уж мне влюбляться, а все одно – глазу приятно. Верно, девчонки? – обратилась она к нам.

– Верно! – подхватила Мотька.

– Моть, пошли к нам? – предложила я.

– Нет, мне домой надо, дел много! До завтра, подружка!

– Ладно, пока! Созвонимся.

Открыв дверь, я увидела стоящих в передней маму и… красавца банкира. Они разговаривали как старые добрые знакомые.

– Вот, Феликс, познакомьтесь с моей дочерью, Асей.

– У вас такая взрослая дочь? – поразился банкир.

– Асенька, это Феликс Михайлович, наш новый сосед и, как выяснилось, старый знакомый.

– Очень приятно, – смущенно пробормотала я. От его красоты захватывало дух.

– Мне тоже очень приятно! Я горячий поклонник вашей мамы… таланта вашей мамы, – поправился он, а мама почему-то покраснела. – Я вот зашел по-соседски предупредить и заранее извиниться за беспокойство, которое невольно причиню своим ремонтом, и вдруг встретил знакомую…

– Феликс Михайлович, вернее его банк, спонсор нашего театра, – поспешила пояснить мама.

– Что ж, Наталья Игоревна, мне пора, но я страшно рад нашему соседству! Всего вам доброго!

И он ушел.

– Аська, ты чего стоишь как столб, не раздеваешься? Это тебя красота Феликса так потрясла?

– Мама, какой он…

– Красивый, ничего не скажешь. И хорошо воспитан, что странно. Обычно эти «новые русские» воспитанием не блещут. Что-то ты сегодня поздно?

– Да мы с Матильдой к Мите заходили.

– Вот и хорошо, а то нечего на Феликса заглядываться! Рано еще!

Все-таки взрослые ничего не понимают в воспитании: стоило маме это сказать, как все мои мысли сразу сосредоточились на новом соседе. Не то чтобы я в него влюбилась, нет, но мне захотелось побольше о нем узнать.

Но, как любит говорить Матильда, я знаю жизнь и понимаю, что нельзя никого ни о чем спрашивать и никому ни слова говорить. Даже Матильде. Пусть это будет моя первая тайна, только моя.

– Ася, иди обедать! – позвала мама.

– А тети Липы нет?

– Она ушла к врачу, у нее зубы болят. Да, кстати, Аська, тут Ненорма приходила, нашлись ее картины!

– Вот здорово!

– Ей их пока не отдали, они нужны…

– Как вещдоки? – догадалась я.

– Вот именно, как вещдоки, но потом обещают отдать. Вот, принесла тебе коробку конфет, в благодарность, так сказать!

– Ничего себе благодарность, коробочка-то малюсенькая. Лучше бы бутылку-другую!

– Ася, что ты несешь! – ужаснулась мама.

– Бутылку-другую спрайта или кока-колы!

– Вот еще, незачем пить эту отраву!

Это вечный наш с мамой спор. Она считает, что пить все эти напитки вредно, и никогда их не покупает. Естественно, все карманные деньги я трачу именно на них. Папа называет это «эффект запретного плода».


Вечером, за ужином, папа вдруг обратился ко мне:

– Слушай, Аська, мне нужна твоя дедукция!

– В каком смысле?

– В прямом! У нас на работе вор завелся! Да не вор даже, а мелкий воришка, но все равно противно!

– А что у тебя пропало? – живо заинтересовалась я.

– Да пустяк, зажигалка «Зиппо», но это мамин подарок, мне ее жаль.

– А ты не мог ее сам где-то посеять?

– Теоретически, конечно, мог, но ты же знаешь: я обычно ничего не теряю. Но если бы это была первая пропажа, я бы винил только себя. Однако беда в том, что у Маргариты пропал роскошный органайзер, а это ведь не зажигалка, в карман не сунешь. У Владимира Петровича пропали пудра и колготки.

– Что? – удивилась я.

Папа расхохотался.

– Звучит и вправду нелепо, но он купил жене в подарок. Он всегда начинает заранее покупать к 8 Марта всякую дребедень жене и дочке и хранит на работе. А тут принес еще перчатки, хотел положить к пудре и колготкам, а они – тю-тю!

– У вас есть новенькие? – сразу спросила я.

– В том-то и штука, что нет. Вроде все свои, даже и подозревать некого. А от этого, сама понимаешь, еще хуже. Все уже начинают подозревать друг друга.

– А это началось после твоего возвращения?

– Аська, уж не меня ли ты подозреваешь? – обиделся папа.

– Пока нет, – сурово отвечала я. – Но ты не ответил на мой вопрос.

– К счастью, началось это еще до моего возвращения. Так что я тут ни при чем, гражданин начальник!

– А что еще пропало? Можешь перечислить?

– Ну, все я, пожалуй, и не вспомню, но кое-что… Да, у Толика пропала ручка «Паркер», причем далеко не новая. У Лидочки – деньги, 50 долларов из сумочки. Да, а у Марины Евгеньевны вообще дурацкая пропажа. Она готовится к своему пятидесятилетию и заранее запаслась одноразовой картонной посудой – мисочки, тарелочки, стаканчики. И все это пропало! Может, я потом еще что-то вспомню.

– Пока мне ясно только одно… – начала я.

– Неужели тебе уже что-то ясно? – поразился папа.

– Мне ясно, что это не вор, а воровка!

– Почему?

– Зачем мужчине пудра и колготки? Ты, конечно, скажешь, их можно подарить жене или знакомой девушке! И будешь прав. А вот на картонную посуду может польститься только женщина!

– Глупости, как раз наоборот! Зачем женщине картонная посуда, скорее уж она нужна мужчине, холостяку! – решительно вмешалась в разговор мама.

– А ведь мама дело говорит! – одобрил ее папа. – Ты не находишь?

– Пожалуй, да! – нехотя признала я мамину правоту. Дело в том, что мне самой ужасно нравилась картонная посуда. Но у мамы жизненный опыт, его нельзя не принимать в расчет. – С другой стороны, женщина вполне могла спереть посуду для своего знакомого холостяка! – нашлась я.

– Логично! – согласился папа. – Тогда напрашивается вывод: это мог сделать мужчина и с таким же успехом могла сделать женщина. Третьего не дано.

– Почему? – спросила я.

Папа расхохотался.

– Ты что же, нечистую силу имеешь в виду? – насмешливо осведомился он.

– Нет, это мог быть и ребенок! – с торжеством заявила я.

– Ребенок? А откуда у нас взяться ребенку? У нас теперь пропускная система, в отделе всего пятнадцать человек, помещение у нас изолированное, из других отделов просто так никто к нам не шляется, так что, к сожалению, искать надо среди своих.

– А клептоманией у вас никто не страдает? – подбросила идею мама.

– Вроде нет.

– Но раньше-то ничего подобного не было?

– Нет.

– И новых сотрудников нет?

– Нет.

– Папа, ты хочешь, чтобы я дедуктивным методом определила вора?

– Хочу!

– Тогда я должна попасть на место преступления!

– Еще чего! – возмутилась мама. – Юра, даже не вздумай! Одно дело – рассуждать, сидя на кухне, и совсем другое – соваться, что называется, в чужой монастырь! Тоже мне, мисс Марпл нашлась!

Папа незаметно подмигнул мне: мол, потом поговорим.

– Да успокойся, Тата!

– Нет, ты сам подумай – кто у нас растет? Девочка или мальчик? Из брюк не вылезает! Да я ее в юбке не помню, когда и видела! А чем интересуется? Воров ловит! Ужас какой-то! – мама входила в раж. – Другие девчонки в ее возрасте любовные романы читают, а наша – только детективы. А отец и дед еще поощряют эти дурацкие увлечения. Особенно дед! Кошмар! Он ей уоки-токи привез! А в следующий раз что надумает? Автомат «узи»?

Эх, мама, не знает она, как пригодились мне уоки-токи! А насчет брюк – это верно, не люблю я юбки носить.

– Таточка, ты чего так разошлась? Успокойся, побереги нервы! А девочка у нас – что надо! Подумаешь, брюки носит! И хорошо! Удобно, красиво! Мне она нравится!

– Воспитатель! – засмеялась мама. – По полгода болтаешься в своих морях, не видишь дочку, так, конечно, никаких недостатков в ней не замечаешь! Да, кстати, Аська, я сегодня встретила маму Тани Воротынцевой.

– Ну и что?

– Она мне сказала, что вы не одного вора выследили, а целую банду!

Только этого не хватало! Надо спасать положение, а то неприятностей не оберешься.

– Да что ты ее слушаешь, мама! Какая банда? Просто эта история уже обросла слухами. Ты же знаешь, как это бывает: один вор через день превращается в трех, а потом и в целую банду!

– Честно говоря, я тоже так подумала…

– Естественно! Как это я могу банду поймать? Сама посуди!..

– Ты не одна, у тебя – Матильда, мальчики!

– Да, и мы вчетвером обезвредили банду, скажешь тоже! – Я пожала плечами и сочла за благо уйти к себе. Дернула же нелегкая капитана Шадрина явиться в школу. Ведь если моя мама и Мотькина узнают всю правду, всей нашей детективной деятельности конец. И как это мы сразу не сообразили? Просто чудо, что никто еще ничего не знает! Впрочем, это не чудо, а обычное везение – буквально на следующий день после визита капитана Шадрина в школе одно за другим случились два события, оттеснившие нашу детективную историю на задний план. В кладовке за спортзалом начался пожар: видно, кто-то оставил там окурок. А потом в десятом классе у Симочки Коваленко на уроке физики начались преждевременные роды. Тут уж не до банды! Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло.

Минут через двадцать ко мне заглянул папа.

– Не спишь? Слушай, Аська, ты эту историю с нашим таинственным вором в голову не бери. Сами как-нибудь разберемся. А то мама меня со свету сживет!

Опять двадцать пять! Воспитатели! Конечно, мне немедленно захотелось взяться за это дело.

– Папочка, миленький, я ужасно хочу найти вашего вора! Просто ужасно! А маме мы ничего не скажем! Она же так мало бывает дома. Если будем молчать, она в жизни ни о чем не догадается!

– И часто ты так маминой занятостью пользуешься?

– Бывает!

– А что насчет банды?

– Да чушь собачья! А не веришь, спроси у капитана Шадрина.

– Это еще кто такой?

– Как? Ты не помнишь Николая Николаевича? Он же вел это дело! Он еще к дедушке приходил, чтобы тот его послушал!

– А, знаю! Такой славный мент с лирическим тенором! Да нет, я тебе верю.

– А если веришь, то я просто умоляю – проведи меня к себе в отдел. Познакомь со всеми и…

– И что? Ты за всеми установишь слежку?

– И не подумаю! Я буду действовать исключительно методом дедукции. Сам подумай: какая тренировка! Я попробую его вычислить!

– А не много ты на себя берешь, дочь моя?

– Попытка не пытка! Ты сможешь меня провести?

– Один раз, безусловно.

– Одного раза, надеюсь, будет достаточно.

– А ты, оказывается, нахалка!

– Папа, пойми, это чисто психологический опыт! Вы же не хотите впутывать в дело милицию?

– Ни в коем случае! Зачем выносить сор из избы?

– Тогда остаются только психологические методы.

– Что это ты все твердишь про психологию? Уж не собираешься ли ты поменять будущую карьеру юриста на карьеру психолога?

– Нет, но хороший юрист обязан быть хорошим психологом!

– А ты у меня, однако, не дура! Несмотря на химию!

– Папа, не надо об этом! Кстати, ты вот говорил, что у вашей Марины Евгеньевны скоро юбилей?

– Да, на той неделе.

– И она будет праздновать на работе?

– Конечно, как у нас водится.

– И соберется весь отдел?

– Разумеется!

– Идеально!

– Что идеально?

– Давай устроим так, что я как бы зайду за тобой… хотя нет, надо все сделать по-другому. Завтра, если зайдет речь о кражах…

– Если! Да у нас только о них и говорят!

– Отлично, тогда ты скажи, что твоя дочка – большой мастер по части ловли воров. Расскажи им про Узкоплечего, можешь спокойно еще что-нибудь приврать. И вот увидишь – кто-нибудь обязательно скажет: Юра, приведи к нам свою дочку. И постарайся устроить так, чтобы меня позвали на эту вашу вечеринку.

– Ага, понимаю, простейший принцип – на воре шапка горит!

– Вот именно!

– А если вор просто-напросто не придет?

– Этим он себя и выдаст.

– А если человек действительно заболеет?

– Да в такой ситуации любой даже с температурой сорок припрется!

– А ведь это тоже может вызвать подозрения, – охладил папа мой пыл. – Нет, дочка, тут надо что-нибудь поизящнее придумать. А то Марине юбилей испортим. Представь себе, что это за праздник, если каждый чувствует себя подозреваемым? Да и выставлять тебя в виде эдакой многоопытной сыщицы мне вовсе не улыбается.

– Наверное, ты прав. Тогда ты им ничего про меня не говори, просто сделай так, чтобы ваша Марина меня пригласила. Я буду тихо сидеть…

– И наблюдать за окружающими?

– Вот именно!

– Эта идея мне больше нравится! Ладно, попробую устроить тебе приглашение на юбилей. А теперь ложись-ка спать, пора.

– Спокойной ночи, папочка!

## Глава III. Как говорил старик Гёте

После занятий по карате мы с Матильдой медленно брели к метро.

– Давай зайдем в магазин, а то ноги замерзли, – предложила Мотька.

– Давай.

Мы зашли в магазин канцелярских товаров и принялись разглядывать витрины.

– Смотри, Аська! Какие салфетки!

– Какие салфетки?

– Да вон, импортные! Голубые и желтые!

– А что в них особенного?

– Они тут очень дешево стоят! Всего четыре тысячи[1], а их в пачке пятьдесят штук, да каждая еще двойная – считай все сто! Просто даром!

– Зачем тебе салфетки? – удивилась я.

– Не мне, голова садовая, а нам, для продажи. Такую пачку мы запросто по шесть тысяч толкнуть можем! Представляешь, какой навар – на одной пачке две тысячи! К тому же салфетки легкие, пупок не развяжется. Сколько у тебя с собой денег?

– Сейчас посмотрю. Ага, пятнадцать тысяч!

– А у меня десять, значит, покупаем шесть пачек. Считай, двенадцать тысяч мы наварили! Класс! Завтра надо будет опять сюда приехать и купить еще.

– Слушай, а где мы все это добро хранить будем?

– Надо подумать, с ребятами посоветоваться. По три пачки ничего не стоит спрятать, а дальше, конечно, сложнее будет. Черт, как-то мы вчера об этом не подумали! Все познается только на практике, – вздохнула Матильда. – Ну как, покупаем?

# Примечания

1

Курс рубля на середину 90-х годов.