Алексей КАЛУГИН
ОСКОЛКИ РЕАЛЬНОСТИ

И Мрак покроет землю Кедлмара. И люди не будут похожи на людей. И никто не будет знать, как остановить это. И после того, как рухнет Пирамида, возведенная на крови людской и простоявшая семьдесят пять лет, вступят в битву с Непознанным те, чьи души и сердца будут сохранены в чистоте. И шесть человек, пришедшие из Пустоты, встанут в один ряд с сынами Кедлмара для того, чтобы остановить Великий Хаос.

Книга «Эйно Лан»

ГЛАВА 1
БЕЗОПАСНОЕ МЕСТО

Для того чтобы оказаться в Статусе, нужно было сделать всего лишь один короткий шаг в сторону легкой, полупрозрачной, едва заметно отливающей серебристым светом пелены, колышущейся в воздухе, подобно мареву, скользящему над раскаленным песком пустыни.

Шаг – и в одно мгновение на смену крикам и выстрелам пришла оглушительная тишина. Красноватый полумрак вечных кедлмарских сумерек растворился в ярком искусственном свете, удачно имитирующем освещение летнего полдня, когда яркие лучи солнца рассеиваются легкой завесой облаков.

Пройдя через окно внепространственного перехода, Андрей не успел еще сориентироваться в пространстве, когда за спиной у него раздался возглас Шагадди, полный неописуемого возмущения:

– Да чтоб меня рекины разорвали!

Следом за тем отчетливо прозвучал щелчок освобожденного предохранителя.

– Не стрелять! – Развернувшись на крик, Андрей вскинул обе руки вверх, словно собираясь закрыть собой всех, кто находился на площадке перед зоной перехода. – Здесь нет врагов!

Пулемет, который держал в руках Шагадди, был направлен на тех, кто находился у Андрея за спиной. Оружие в руках других солдат было также готово к бою. Слова лейтенанта, похоже, произвели на них куда меньшее впечатление, нежели вид существа, похожего на гигантского плоского червя с тремя парами коротеньких четырехпалых ручек и с двумя большими круглыми глазами, сидящими на толстых черенках, торчащих в разные стороны.

– Все в порядке, Шагадди. – Андрей уверенно положил руку на ствол пулемета, который держал в руках сержант, и, приложив некоторое усилие, заставил его опуститься вниз.

– Разве это не тварь из запредельной реальности? – все еще с некоторым сомнением спросил Шагадди.

– Нет, – уверенно ответил Андрей. – Это комендант Статуса Ва-Торк. Он с планеты Луриан.

– Добро пожаловать в Статус, – по-кедлмарски произнес за спиной у Андрея надтреснутый скрипучий голос.

Эту фразу комендант Статуса мог произнести на любом языке Вселенной.

– Рад видеть вас в добром здравии, Ва-Торк, – обернувшись, Андрей поднял руку, чтобы поприветствовать лурианца. Перейдя на телепатическое общение, он добавил: – Прошу извинить моего друга за некоторую несдержанность в словах. Прежде ему никогда не доводилось видеть разумных представителей негуманоидных рас.

– Ничего страшного, – так же мысленно ответил ему Ва-Торк. – Я не первый год работаю в Статусе. Чего мне здесь только не довелось повидать и наслушаться.

– У нас раненые, Ва-Торк. Я предполагал, что потребуется помощь медиков.

Андрей уловил телепатический сигнал, посланный Ва-Торком куда-то за пределы помещения, в котором они находились. В ту же секунду в стене открылась дверь и в зону перехода вбежали несколько человек, одетые в голубую униформу медиков, с раскладными носилками и какими-то ящиками в руках.

В зоне перехода сразу же стало тесно.

То, что осталось от тел Мииз и Вистора, медики уложили на носилки, накрыли сверху стерильными пластиковыми колпаками и унесли.

– Всех иноформов придется госпитализировать, – посмотрев сначала на Ва-Торка, а затем на Андрея, протелепатировал старший группы медиков. – Мы представления не имеем, какие изменения начнут происходить в их организмах вне зоны запредельной реальности.

Андрей повторил эти слова для профессора Кармера.

Профессор, от усталости едва стоявший на ногах, молча кивнул.

Двое врачей увели, осторожно поддерживая под руки, Лайзу, которая двигалась, словно сомнамбула, не понимая, ни где она находится, ни что происходит вокруг нее.

Вскоре на площадке остались только солдаты, Ги Церкус и Фаунг. Левый рукав серо-зеленой куртки арктурианина был мокрым от крови. Но когда к нему подошел один из медиков, Ги Церкус только недовольно дернул плечом.

– Кровотечение остановлено, – резко бросил он. – Все необходимые антидоты введены.

– Но рану должен осмотреть специалист, – мягко, но настойчиво произнес врач, после чего осторожно посмотрел на Джемми, на куртке и брюках которого тоже имелось несколько кровавых пятен.

– Помогите мне лучше донести это. – Ги Церкус указал на небольшой чемоданчик, стоявший у его ног, в котором находился персональный аналитический центр с мощной базой данных. – Мне необходимо немедленно перекачать всю информацию в аналитический центр Статуса.

Врач, благоразумно решив не спорить с ученым, подхватил чемоданчик за ручку и направился к выходу.

– До встречи, ребята, – прощаясь с солдатами, махнул рукой Ги Церкус. – Если не возникнет никаких серьезных проблем, предлагаю завтра вместе пообедать.

– Лейтенант Апстрак, – негромко позвал Ва-Торк. После того как Андрей обратил на него внимание, лурианец перешел на телепатическое общение: – Если вашим людям не нужна срочная медицинская помощь, то я готов проводить вас в отведенное для вас помещение. Но прежде чем мы выйдем из зоны перехода, я хотел бы, чтобы вы сдали все имеющееся у вас оружие. Таковы правила.

Ва-Торк переместился к стене и выдвинул из нее длинный прямоугольный контейнер.

Андрей посмотрел на своих солдат.

– Разоружайтесь, ребята, – сказал он и первым, показывая пример остальным, бросил в контейнер автомат, пистолет, подсумок с запасными обоймами, две гранаты и широкий армейский нож.

Следом за ним освободились от оружия Джемми, Лантер и Длинный Эйх. Кадишш помимо ручного оружия бросил в контейнер еще и пакет с мягкой взрывчаткой, и связку детонаторов, которые лежали у него в рюкзаке.

Последним, с крайне недовольным видом, подошел к контейнеру Шагадди. Кинув поверх имевшейся уже в нем кучи оружия свой пулемет, он расстегнул пояс, на котором висели три гранаты, широкий штык-нож, кобура с пистолетом и подсумок с запасными обоймами, и опустил все это в контейнер. Досадливо разведя руками, он сделал шаг в сторону.

Ва-Торк наклонился, собираясь задвинуть контейнер в стену.

Андрей жестом остановил коменданта.

– Нужно сдать все имеющееся оружие, – сказал он, обращаясь к Шагадди.

Шагадди криво усмехнулся и, сунув руку за пазуху, достал из потайного кармана нетабельный «брандл». Проведя рукой по вороненому стволу пистолета, он аккуратно положил его поверх остального оружия.

– Я сказал: все оружие, Шагадди, – сделав нажим на слово «все», медленно произнес Андрей.

Недовольно поджав губы, Шагадди подтянул вверх правую штанину и вытащил из кобуры, закрепленной на щиколотке, миниатюрный двухзарядный пистолет. Сделав небольшую паузу и снова взглянув на лейтенанта, он достал еще откуда-то из-под куртки тонкий, как шило, стилет. Бросив оружие в контейнер, он картинно развел руки в стороны.

– Все! – с прискорбием сообщил Шагадди лейтенанту и быстро посмотрел на других солдат, которые уже начали посмеиваться, наблюдая за тем, как он разоружается. – Больше ничего нет! Клянусь, Джагг!

– А кастет ты свой где потерял? – с невинным видом поинтересовался Лайт Лантер.

Бросив на Лантера недобрый взгляд, Шагадди достал кастет из заднего кармана брюк и со словами: «Забыл, Джагг», – кинул его к остальному оружию.

– Шагадди, – Андрей направил на сержанта указательный палец. – Мне не нужны эксцессы. И они не случатся, если ты сам их не спровоцируешь. Запомните все, – Андрей обвел взглядом остальных своих подчиненных. – Место, где мы сейчас находимся, абсолютно безопасное. Здесь с нами ничего не может случиться. Поэтому, если вопреки здравому смыслу у вас возникнут какие-то сомнения или подозрения, прежде чем что-либо предпринимать, обратитесь за разъяснениями ко мне. Всем ясно?

– Да, лейтенант.

– Понятно, Джагг.

Джемми, как всегда, просто молча кивнул.

– А много здесь таких, как этот? – указав взглядом на Ва-Торка, осторожно поинтересовался Кадишш.

– Есть еще и другие, тоже мало похожие на людей, – заверил его Андрей. – Но все они наши друзья. Ни один из них не имеет никакого отношения к запредельной реальности.

Поджав губы, Кадишш все-таки с сомнением покачал головой, но больше ни о чем спрашивать не стал.

– Мы готовы, Ва-Торк, – обратился Андрей к коменданту Статуса.

Лурианец задвинул контейнер в стену и что-то невнятно пробубнил. Андрею показалось, что Ва-Торк попытался сказать по-кедлмарски: «Прошу за мной». Но уточнять он не стал.

Следуя за комендантом, они вышли из зоны перехода, миновали тамбур и оказались в широком светлом коридоре, противоположный конец которого исчезал где-то в бесконечности.

– Здоровенный домина, – с уважением присвистнул Длинный Эйх, заглянув в конец коридора, где стены, пол и потолок сходились, согласно законам перспективы, в одну точку.

– Это не совсем дом, – решил уточнить Андрей.

– Как это «не совсем»? – недоумевающе посмотрел на лейтенанта Эйх.

Андрей ненадолго задумался, ища подходящее сравнение, которое было бы понятно солдату.

– Это что-то вроде огромной космической станции, – сказал он, не придумав ничего лучшего.

– Так, значит, мы сейчас находимся в космосе? – изумленно вытаращил глаза Лантер.

– Нет, не в космосе, – Андрей с досадой мотнул головой, понимая, что вместо того, чтобы внести полную ясность, он только еще больше сбивает с толку своих слушателей. – Но уже и не на Доште.

– А где же тогда?

– Ты можешь сказать мне что-нибудь внятное по поводу пространственного местоположения Статуса? – мысленно обратился к своему напарнику Андрей.

– Местоположение Статуса в пространстве неопределенно, – ответил Дейл.

– А поточнее можно?

– Если хочешь узнать подробности, то обратись к специалисту в области физики многомерных пространств, – недовольно отозвался Дейл. – Я знаю не больше твоего.

– Когда-то ты утверждал прямо противоположное, – язвительно напомнил Андрей.

– С тех пор много воды утекло, – спокойно, не принимая колкость приятеля всерьез, ответил Дейл.

– Так что же мне людям ответить? – снова вернулся к первоначальному вопросу Андрей.

– Ответь то, что знаешь, – посоветовал Дейл.

– Ты думаешь, они поймут? – с сомнением спросил Андрей.

– Не считай их глупее себя, вот и все.

– Скажешь тоже, – хмыкнул Андрей. – Я и сам-то ничего не понимаю.

Мысленный диалог между сознаниями двух людей, пребывающими в одном теле, проходил с такой быстротой, что Лантер даже не обратил внимания на небольшую паузу, возникшую в разговоре с лейтенантом.

– Это место, как вам уже известно, называется Статусом, – сказал вслух Андрей, обращаясь одновременно ко всем солдатам. – Где оно находится, не знает никто. Попасть же в него можно только тем способом, каким мы здесь оказались, – пройдя через внепространственный переход.

– Но были же те, кто строил этот Статус, – резонно заметил Кадишш. – Они-то должны были знать, где происходит строительство. Или их всех…

Кадишш многозначительно провел указательным пальцем по горлу.

– Ну, это ты хватил, – усмехнулся Андрей. – Здесь тебе не Пирамида.

– Тогда я ничего не понимаю, – развел руками Кадишш. – Стоит себе дом – не дом, станция какая-то, неизвестно где…

– Главное, что это место безопасное, – рассудительно заметил Джемми.

Если бы это сказал Шагадди, то кто-нибудь, да хоть тот же Кадишш, непременно попытался бы оспорить его слова. Но спорить с Джемми было бессмысленно. Он просто ничего бы не ответил. Произнеся пять слов подряд, великий молчун Джемми, чаще объяснявшийся знаками, нежели осмысленными фразами, исчерпал тем самым свой недельный лимит.

Следом за Ва-Торком солдаты вошли в просторную кабину пассажирского лифта.

Слева от двери загорелось световое табло управления. Лурианец двумя пальцами набрал требуемый код, и кабина лифта понеслась вверх, быстро набирая скорость.

– Вот это да! – с восторгом воскликнул Лантер.

Он не успел вовремя среагировать на увеличение скорости, и ноги его подогнулись в коленях.

– Держитесь за поручни, – посоветовал Андрей.

В ту же секунду лифт плавно затормозил, но не остановился, – перемещение в вертикальной плоскости сменилось на движение по горизонтали.

– Этот Статус, должно быть, будет побольше Сабатской Цитадели, – с уважением отметил Кадишш. – В нем, наверное, и заблудиться можно.

– Для того чтобы не заблудиться, нужно всего лишь знать код сектора, в который хочешь попасть, – Андрей указал на световое табло у двери лифта. – Сектор, в котором мы будем жить, имеет код РМ-110. Запомните на всякий случай.

– Джагг, – тронув Андрея за локоть, тихо произнес Шагадди. – Мне показалось, что этот… – он бросил быстрый взгляд на Ва-Торка, – комендант, обращаясь к тебе по имени, как-то странно тебя назвал. Впрочем, он вообще плохо говорит по-нашему…

– Верно, – не стал отрицать Андрей. – Если в Кедлмаре меня зовут Джагг Апстрак, то в Статусе я известен под именем Андрея Макеева.

– И какое же из этих имен настоящее?

– Наверное, оба, – подумав, ответил Андрей. – Хотя Апстраком я стал значительно позже.

– Значит, сам ты не из Кедлмара?

– Нет, – честно признался Андрей. – Я с планеты, которая называется Земля.

– Это очень далеко от Дошта? – спросил Длинный Эйх.

– Честно признаться, в Кедлмаре я ночами порой пытался найти на звездном небе свое солнце, – улыбнулся Андрей. – Но мне это так и не удалось. Быть может, я просто плохой астроном.

– И как долго ты еще собираешься оставаться Апстраком? – Шагадди задал вопрос, который интересовал не только его одного.

– Столько, сколько будет нужно, – не задумываясь, ответил Андрей.

– Нужно кому? – уточнил Шагадди. – Статусу?

– Кедлмару, – ответил Андрей.

– Почему? – коротко спросил Джемми.

– Потому что я ношу ту же форму, что и вы. И я не собираюсь снимать ее до тех пор, пока могу хоть что-то сделать для Кедлмара.

– Тебе не кажется, что ты берешь на себя обязательства, которые не в состоянии будешь выполнить? – услышал Андрей обращенный к нему вопрос Дейла.

– Что ты имеешь в виду? – переспросил он.

– В сложившейся ситуации Статус может счесть нецелесообразным продолжение каких-либо дальнейших работ на Айвеле-5.

– Но ведь Алексей Александрович находится в Кедлмаре.

– Да, но мы-то с тобой здесь. И если Коллегия Статуса скажет решительное «нет», то никто не станет рисковать, пытаясь открыть окно внепространственного перехода на планете, накрытой пространственным коконом, где правила игры диктует запредельная реальность.

– А как же кедлмарцы? Они оказались в Статусе не по своей воле, а вследствие определенного стечения обстоятельств. Если они пожелают вернуться домой, Коллегия Статуса будет обязана удовлетворить это их желание.

– Да, но это касается только кедлмарцев.

– А кто сможет остановить меня, если я вернусь в Кедлмар, воспользовавшись тем же внепространственным переходом, что и они? – мысленно усмехнулся Андрей.

– Не думаю, что Коллегия Статуса отнесется со снисхождением к подобному самоуправству.

– Да я и без того уже столько дел наворотил, что никогда не оправдаюсь перед Коллегией. Так что терять-то мне, собственно, нечего.

– Ты считаешь, что запредельную реальность еще можно остановить? – задав этот вопрос, Эйх сам с сомнением покачал головой.

– Не знаю, – честно признался Андрей. – Но тот факт, что в Кедлмар прибыл Алексей Александрович, кажется мне обнадеживающим. Это значит, что у него имеется какой-то определенный план действий.

– В таком случае нам тоже нужно возвращаться. – Слова, произнесенные Шагадди как утверждение, одновременно были похожи и на вопрос, обращенный как к Андрею, так и к остальным бойцам. Чтобы показать, что свой выбор он уже сделал, Шагадди добавил: – Или у кого-то на этот счет имеется другое мнение?

– Не пори горячку, Шагадди, – осадил сержанта Андрей. – Худшее, что могло случиться, уже произошло. Прежде чем предпринимать какие-либо действия, нам нужно сначала как следует отдохнуть, а затем – разобраться в сложившейся ситуации.

– Да что тут разбираться!.. – воскликнул было Шагадди, но Андрей остановил его, подняв руку с открытой ладонью:

– Если у тебя и нет никаких сомнений, Шагадди, то мне необходимо узнать, что произошло в Статусе, пока мы продирались сквозь безумие запредельной реальности. С того момента, как Алексей Александрович покинул Статус, прошло уже три дня, а при нынешних условиях даже за один час измениться может очень многое.

Шагадди недовольно дернул плечом, но спорить с лейтенантом не стал.

Кабина лифта остановилась, упруго качнувшись на амортизаторах.

Выйдя из лифта, Ва-Торк вытянул одну из своих коротких ручек, указывая направление влево по коридору.

Остановившись возле одной из дверей, он прижал к ней свою миниатюрную ладошку, и створка двери плавно откатилась в сторону.

– Здесь вы можете расположиться, – протелепатировал Андрею Ва-Торк, обведя руками просторное, но совершенно пустое помещение с белыми стенами без окон.

На стенах не было даже обычных для Статуса голографических картин, воспроизводящих привычные для обитателей данной комнаты пейзажи.

– У нас в казарме комфорта было поболе, – не преминул заметить Шагадди.

– Все в порядке, – быстро кивнул Ва-Торку Андрей. – Я знаю, как задать планировку комнаты.

– В таком случае я оставляю вас. – Ва-Торк сложил все три пары своих рук на груди. – Если возникнут какие-либо проблемы, обращайтесь непосредственно ко мне.

– Благодарю вас, – вежливо наклонил голову Андрей.

– Как вы собираетесь спланировать дальнейший день? – не торопясь уходить, поинтересовался комендант Статуса.

– Даже и не знаю. – Андрей посмотрел на свои часы. Они показывали кедлмарское время, в соответствии с которым сейчас была глубокая ночь. – Думаю, мы просто немного приведем себя в порядок, поедим и ляжем спать.

– Вы сильно устали? – Левый глаз лурианца посмотрел на Андрея с плохо скрытым удивлением.

Андрей прислушался к своим ощущениям. Смертельная усталость, которую он испытывал, шагнув в окно внепространственного перехода, исчезла. Он снова чувствовал себя бодрым и полным сил. Имплантированные под кожу нейрочипы, позволяющие организму восстановиться буквально за считанные минуты после самых тяжелых перегрузок, как физических, так и нервных, вновь заработали в полную силу. Андрей почти забыл о тех усовершенствованиях, которые были внесены в его тело перед отправкой в Кедлмар, поскольку в зоне запредельной реальности, вносящей свои коррективы в работу любых автоматических систем, от них не было никакого проку. Там для того, чтобы бороться за жизнь, приходилось рассчитывать только на свои собственные силы.

– Есть какие-то неотложные дела? – мысленно спросил у лурианца Андрей.

– Не то чтобы совсем уж неотложные, но затягивать с ними тоже не стоит, – уклончиво ответил Ва-Торк. – Если вы не против, я зайду за вами через пару часов.

– И чем мы будем заниматься? – Андрею не удалось скрыть своего недовольства подобной таинственностью.

– Я зайду за вами через два часа, – повторил свои последние слова Ва-Торк и быстро выскользнул за дверь.

Придержав закрывающуюся дверь ладонью, Шагадди выглянул в коридор. Комендант уже успел скрыться в кабине лифта, и коридор в обоих направлениях был совершенно пуст.

– Не нравится мне здесь, – посмотрев на Андрея, мрачно изрек Шагадди. – Может быть, заблокировать дверь, чтобы нас не заперли?

– Оставь, – недовольно поморщившись, махнул рукой Андрей.

Шагадди пожал плечами и отпустил створку двери, которая тут же закрыла дверной проем. Шагадди осторожно коснулся двери ладонью, и она снова открылась. Удовлетворенно хмыкнув, сержант отошел от двери.

– Ну и что мы здесь будем делать? – красноречивым жестом обвел рукой пустое помещение Кадишш.

– Не волнуйтесь, ребята. – Андрей ободряюще улыбнулся своим солдатам, растерянно топтавшимся в центре пустого зала среди девственно-белых стен. – Сейчас все будет.

Он подошел к информационному экрану, расположенному слева от двери, и прижал ладонь к его правому верхнему углу. На экране высветилась таблица основного меню.

– Какие будут пожелания насчет ужина? – спросил Андрей, коснувшись пальцем строки «Обслуживание».

– Мне все равно, – равнодушно махнул рукой Эйх.

– А что можно заказать? – быстро спросил Лантер.

– Все, что угодно, – улыбнулся Андрей.

– И сорокаградусную можно? – с невинным видом поинтересовался Шагадди.

– Заказать можно, – не оборачиваясь, кивнул Андрей. – А пить – нельзя.

– Почему? – обиженно насупился Шагадди. – Мы же сейчас отдыхаем.

– Обойдемся пивом.

Решив не заниматься особыми кулинарными изысками, Андрей заказал каждому двойную порцию борща, свиную отбивную под горчичным соусом с гречневой кашей и арктурианское пиво, которое он сам попробовал и по достоинству оценил еще во время своего первого посещения Статуса.

– А можно заказать мороженое? – немного смущенно спросил Кадишш, вспомнив о необычном лакомстве, которое он отведал в Кедлмаре, принадлежащем параллельному миру.

– Без проблем, – заверил его Андрей и добавил к заказу шесть больших порций клубничного мороженого.

– Рекины драные, – проведя ладонями по поясу, негромко выругался Шагадди. – Я без оружия чувствую себя словно голым.

– Сейчас будет еще хуже, – с улыбкой пообещал ему Андрей.

– Давай обойдемся без сюрпризов, Джагг, – недовольно поморщился Шагадди. – Их сегодня и без того было предостаточно.

Андрей взял световое перо и, следуя советам Дейла, начал размечать им на экране планировку помещения. В точном соответствии с его указаниями, прямо посреди комнаты из пола вырос большой круглый стол на тонкой ножке. Затем из стены выдвинулись шесть заправленных кроватей, накрытых тонкой полимерной пленкой. Едва только Джемми осторожно коснулся одной из кроватей, полимерная пленка на ней испарилась.

– А сидеть на чем? – Лантер постучал ладонью по краю стола.

От пола рядом с ним отделилась тонкая полоска покрытия. Изогнувшись в воздухе, она приняла форму сиденья с узкой спинкой.

– Здесь что, вообще ничего трогать нельзя? – испуганно отдернул руку от стола Лантер.

Не отводя взгляда от стула, он сделал шаг назад. Повисев в воздухе с полминуты, стул внезапно потерял форму, упал на пол и растекся по нему, мгновенно слившись с общим фоном.

Андрей отметил на плане две ванные комнаты, и тотчас же в тех местах, где световое перо коснулось экрана, на стене прорезались двери.

Выдвинув из стены контейнер доставки заказов, Андрей вынул из него и бросил на кровать шесть махровых купальных халатов яркой расцветки и шесть пар шлепанцев из мягкого пористого пластика.

– Снимайте свою форму, ребята, и – в душ, – скомандовал он. – Вынимайте все, что есть в карманах, и кидайте одежду в контейнер. Через полчаса получите ее назад, чистую и выглаженную.

Солдаты начали не спеша раздеваться. Все, за исключением Шагадди. Подойдя к кровати, на которой были свалены халаты, он осторожно, словно боясь замараться, приподнял один из них, взяв двумя пальцами за край.

– В чем дело, Шагадди? – спросил Андрей, кидая свою куртку в контейнер.

Шагадди окинул презрительным взглядом халат, край которого он держал зажатым между пальцами, и с сомнением покачал головой.

– Нет, – медленно произнес он. – Это я надевать не стану.

– Почему? – удивленно посмотрел на него Андрей.

– Потому что такая одежда не по мне. Мало того, что нас заставили оружие сдать, так теперь еще хотят спеленать, как младенцев.

– Это я заказал халаты, Шагадди, – укоризненно покачал головой Андрей. – Здесь нет никакого подвоха.

– И все же я предпочитаю остаться в своей одежде, – стоял на своем Шагадди.

– Сержант, – Андрей придал лицу серьезное выражение, – ты отказываешься выполнять мой приказ?

– А разве это был приказ? – недоумевающе вскинул брови Шагадди.

– Именно, – заверил его Андрей.

– Ну, если ты так ставишь вопрос… – С крайне недовольным видом Шагадди начал медленно расстегивать пуговицы на куртке.

Выбрав из общей кучи один из халатов, Шагадди кинул его на свою кровать.

Наблюдая за ним краем глаза, Андрей заметил, как Шагадди быстро достал из кармана рамочный нож и спрятал его в складках халата.

– Ты видел это? – мысленно обратился он к Дейлу.

– Шагадди – это Шагадди, – с усмешкой ответил напарник. – Поскольку переделать его невозможно, следует воспринимать его таким, какой он есть.

– Сделаем вид, что ничего не заметили? – предложил Андрей.

– Конечно, – согласился с ним Дейл. – Он достаточно разумен, чтобы не натворить глупостей, когда ситуация этого не требует.

– Джагг! – выглянув из ванной комнаты, окликнул Андрея Кадишш. – А мыло здесь не полагается?

– Жидкое мыло подается через небольшой краник в стене, – объяснил Андрей.

– Понял. – Голова Кадишша снова скрылась за дверью.

Зайдя в свою очередь в ванную комнату, Андрей встал под душ и с наслаждением закрыл глаза. Потоки воды стекали по телу, приятно щекоча кожу между лопаток. Предаваться подобному блаженству можно было вечно, забыв о всех делах и о самом времени.

Дейлу были недоступны те тактильные ощущения, что испытывал Андрей, но даже он наслаждался минутами тишины и покоя, которые за последние пару недель выдавались крайне редко.

– Джагг! – В ванную заглянул Лантер. – Там за дверью что-то пищать начало. Мы открыли дверь, а в комнату вкатился какой-то прозрачный гроб на колесиках. А под крышкой какие-то железные плошки.

– Это ужин доставили, – чуть приоткрыв правый глаз, лениво посмотрел на Лантера Андрей. – Откройте сервировочный столик…

– Как? – перебил его Лантер.

– На одном из торцов есть синий световой датчик. Нужно приложить к нему палец. На столе под теплоизоляционными крышками стоят тарелки с едой. Пиво и мороженое должны быть слева, в плоском холодильном контейнере. Понял?

– А что здесь непонятного, – как ни в чем не бывало ответил Лантер. – Значит, накрываем на стол. Кончай в воде плескаться, тебя одного ждать не будем. Хоть ты и лейтенант…

Андрей усмехнулся и плеснул в сторону Лантера пригоршню воды.

Лантер проворно скрылся за дверью.

Андрей вышел из-под душа, и вода тут же перестала течь.

Накинув на плечи широкое банное полотенце, Андрей принялся тщательно и не спеша вытирать тело. Раз уж появилась возможность помыться по-человечески, нужно было получить удовольствие сполна. Если им предстоит возвращаться в Кедлмар, то неизвестно, когда в следующий раз удастся постоять под душем и обтереться после этого чистым и мягким полотенцем, благоухающим свежими травами и букетом каких-то незнакомых цветов.

– Ты обратил внимание на то, что Лантер не проявил никакого удивления, выслушав, как следует обращаться с сервировочным столиком? – спросил у Андрея Дейл. – Можно подумать, что ему это не в новинку.

– Черт возьми, Дейл, да после того, что они насмотрелись в зоне запредельной реальности…

– Не путай одно с другим, Андрей. Запредельная реальность для кедлмарцев – это загадочная стихия, понять природу которой невозможно. С ней просто нужно бороться, как с диким зверем, который прыгнул тебе на спину. Когда дело касается жизни и смерти, времени на рассуждения не остается. Альтернатива проста: либо убьешь ты, либо убьют тебя. А Статус для них – это новый мир, чужой, непонятный и загадочный.

– В котором они тем не менее с легкостью адаптируются, – сказал Андрей и с усмешкой добавил: – К хорошему вообще быстро привыкаешь.

– А по-моему, мы просто сделали правильный выбор, – вполне серьезно возразил ему Дейл. – У этих солдат очень устойчивая психика с высокой адаптационной способностью. И именно это позволяет им довольно-таки долго находиться в зоне запредельной реальности, не ощущая ее губительного воздействия на психику. Вот только с Юнни мы просчитались…

На эту тему Андрей говорить не хотел. Ничего не ответив на явно провокационное замечание Дейла, он кинул полотенце в ячейку для грязного белья и, накинув халат, вышел из ванной.

– Просим к нашему столу, лейтенант! – увидев Андрея, радостно воскликнул Лантер.

А Длинный Эйх чуть приподнялся со своего места, чтобы с шутливой почтительностью указать Андрею на свободный стул.

Стол был уже накрыт, но без своего командира к трапезе солдаты не приступали.

Без армейских курток и брюк они, похоже, чувствовали себя как-то неловко и скованно. Но при этом в каждом из них стали более заметны индивидуальные особенности и характерные черты, которые прежде почти полностью нивелировались одинаковой зеленовато-коричневой формой, скучной и невзрачной.

Один лишь Кадишш сидел с непринужденным видом, откинувшись на спинку стула и закинув ногу на ногу. Покачивая шлепанцем, он небрежно поигрывал блестящей десертной ложечкой, которую держал в чуть отведенной в сторону руке.

– Ну, так кого еще ждем? – спросил Андрей, садясь за стол.

– Да как будто все в сборе, – неловко развел руками, высовывающимися из широких рукавов ярко-оранжевого халата, Длинный Эйх.

Джемми поднял крышку с большой круглой супницы и опустил в нее половник. По комнате поплыл одуряющий аромат наваристого борща.

Лантер принял из рук Джемми тарелку и с наслаждением вдохнул поднимающийся над ней пар.

– Грандиозно! – с восторгом зажмурился он.

Поставив тарелку на стол, он зачерпнул ложку борща и отправил ее в рот.

– М-м-м! – медленно протянул он с блаженной улыбкой на губах. – Как называется это божественное варево, Джагг?

– Борщ, – с улыбкой ответил Андрей.

– Борщ, – повторил, чтобы запомнить незнакомое слово, Лантер. – Фирменное блюдо Статуса?

– Это блюдо с моей родной планеты. – Андрей протянул Лантеру фарфоровый горшочек со сметаной. – Это принято добавлять в борщ для улучшения вкусовых качеств.

Какое-то время все ели молча и быстро – армейская привычка давала о себе знать даже в столь непринужденной обстановке, когда все участники обеда одеты в банные халаты.

После того как желающие получили по второй порции борща, остальные перешли ко второму блюду. Прекрасным дополнением к отбивным оказалось светлое арктурианское пиво.

– Что б меня рекины разодрали! – сделав глоток из горлышка зеленоватой бутылки грушеобразной формы, восхищенно воскликнул Кадишш. – Я даже и не представлял, что пиво может иметь такой вкус!

– То, что нам приходится пить в Кедлмаре, большинство разумных обитателей Вселенной вообще не сочли бы за пиво, – заметил Андрей.

– Твоя планета похожа на Дошт? – спросил у Андрея Эйх.

– В чем-то похожа, но есть и отличия. Если на Доште всего один континент пригоден для жизни и весь его занимает одно огромное государство Кедлмар, то на Земле люди живут на пяти континентах. А сколько государств существует на этой огромной территории, я даже не могу точно сказать. Больше сотни. И с каждым годом их становится все больше.

– Как это? – не понял Лантер.

– Некогда большие государства со временем распадаются на более мелкие, – объяснил Андрей.

– Почему?

Ответ лейтенанта еще больше удивил Лантера.

– Такова особенность исторического процесса, протекающего на Земле, – без особой уверенности в справедливости данного высказывания ответил Андрей.

– Просто на Земле не нашлось вождя, подобного нашему Гурку Великолепному, который сумел бы объединить все земли, – нашел свое объяснение Шагадди.

– Возможно, что и так, – не стал спорить с ним Андрей. – Хотя по числу всевозможных вождей Земля, как мне кажется, сможет обойти всех.

– А зоны запредельной реальности на Земле существуют?

– Ни на одной планете еще не случалось такого масштабного вторжения запредельной реальности, как это произошло на Доште. Время от времени на Земле возникают точечные проколы, через которые запредельная реальность пытается прорваться в наш мир, но до сих пор их удавалось вовремя ликвидировать. Хотя…

Андрей задумчиво почесал согнутым пальцем переносицу. То, что он хотел сказать, не имело прямого отношения к теме беседы, но почему-то он хотел рассказать об этом своим товарищам. Особенно после того, как он признался им, что Кедлмар не является для него родиной.

– Нам известно, что запредельная реальность воздействует в первую очередь не на материальные объекты, а на сознание людей, – не спеша начал излагать свои соображения Андрей. – Лишь измененное сознание может воспринять мир таким, каким его пытается сделать запредельная реальность. На мой взгляд, та страна, в которой я жил на Земле, представляет собой самую что ни на есть благоприятную почву для запредельной реальности. Сознание определенной части живущих в ней людей деформировано настолько, что даже в отсутствие запредельной реальности они способны наизнанку вывернуть представления о реальном мире, а после начать убеждать всех остальных в том, что именно так все и должно быть на самом деле.

– Ну и как это у них получается? – полюбопытствовал Шагадди.

– С переменным успехом, – ответил Андрей. – Но чему я никогда не переставал удивляться, так это тому, что в большинстве случаев именно деформированное сознание одерживает верх над адекватным восприятием реальности.

– Адекватным, говоришь… – изображая задумчивость, Шагадди сдавил пальцами мочку правого уха. – А попроще это можно объяснить?

– Попроще? – усмехнулся Андрей. – Почему-то всегда получается так, что тот, кто меньше всех понимает, что именно происходит вокруг, начинает учить остальных, как именно следует поступать в той или иной ситуациях. И, что более всего странно, к его мнению прислушиваются куда внимательнее, чем к тому, что говорит действительно умный и здравомыслящий человек.

– Так ведь большому дураку всегда сопутствует большой успех, – процитировал кедлмарскую поговорку Длинный Эйх.

– А когда мороженое начнем есть? – сказал свое веское слово Кадишш.

– Тебе бы только есть да есть, – с показным презрением посмотрел на Кадишша Шагадди. – Все равно что, лишь бы только побольше.

– Разве может судить о вкусе мороженого человек, никогда в жизни не пробовавший его, – беззлобно парировал Кадишш.

– Ну-ну, – усмехнулся Шагадди. – Давай посмотрим, что же ты так нахваливаешь.

Лантер открыл холодильный контейнер на краю сервировочного столика, готовясь достать мороженое.

И в этот момент над дверью прозвучал негромкий мелодичный звонок.

– Это еще что такое? – удивленно произнес Лантер.

Все почти одновременно посмотрели на дверь.

В открывшемся дверном проеме возникла в высшей степени необычная фигура коменданта Статуса.

– Простите, что отрываю вас от трапезы, – протелепатировал он Андрею. – Но мы договаривались с вами о встрече.

– Да, я помню. – Отложив вилку, Андрей поднялся из-за стола. – Я только переоденусь.

Ва-Торк переместился в коридор, и дверь снова встала на свое место.

– В чем дело, Джагг? – настороженно посмотрел на командира Шагадди.

– Все нормально, – ответил, обращаясь одновременно ко всем, Андрей. – Мне нужно кое с кем встретиться.

– А почему этот плоский, – Кадишш взглядом указал на дверь, за которой скрылся лурианец, – все время молчит?

– Ему трудно говорить на чужих языках, поэтому он предпочитает общаться мысленно.

– И ты это тоже умеешь? – Черные, как у цыгана, глаза Кадишша сделались похожими на два больших ореха.

– В какой-то степени.

Андрей открыл ячейку доставки и достал из нее стопку свежевыстиранной и выглаженной одежды, которая всего лишь пару часов назад была похожа не столько на армейскую форму, сколько на обноски бездомных оборванцев.

Найдя в стопке куртку с желтыми лейтенантскими нашивками, Андрей скинул халат и быстро переоделся.

– А нам-то что делать, Джагг? – В тоне Шагадди, каким был задан этот вопрос, можно было услышать скрытую нервозность, причиной которой являлось то, что сержант, остававшийся за старшего, не очень отчетливо представлял себе, как ему следовало действовать в случае возникновения нештатной ситуации, саму возможность которой лейтенант беспечно отметал.

– Отдыхайте, ребята, – обернувшись уже от самой двери, улыбнулся Андрей. – Выспитесь наконец-то по-человечески. Кто знает, когда в следующий раз доведется увидеть чистые простыни. Меня не ждите.

– Со столиком что делать? – задал утилитарный вопрос Лантер.

– Составьте на него грязную посуду и выкатите за дверь, – ответил Андрей.

Он приложил руку к створке двери, и она плавно откатилась в сторону.

Уже выйдя за дверь, Андрей снова обернулся.

– Чуть не забыл, – сказал он. – Не вздумайте выставлять посты и баррикадировать дверь. Еще раз повторяю: мы среди друзей и никаких, даже самых простых мер предосторожности предпринимать не нужно. К тебе, Шагадди, – палец Андрея безошибочно отыскал одетого в розовый с синими полосками халат сержанта, – это относится в первую очередь.

ГЛАВА 2
ВИРТУАЛЬНЫЙ ДВОЙНИК

– Теперь-то вы можете сказать мне, куда мы направ– ляемся? – спросил Андрей, войдя следом за Ва-Торком в кабину лифта.

Быстро набрав код места назначения на световом табло, Ва-Торк протелепатировал ответ:

– С вами желает побеседовать куратор работ на Айвеле-5.

– Алексей Александрович?! – не смог удержаться от удивленного восклицания Андрей. – Но он же сейчас находится в Кедлмаре!

– Копия его сознания, снятая перед отправкой, осталась в Статусе, – спокойно ответил ему Ва-Торк. – Согласно существующему правилу, если ответственный руководитель, на личности которого замкнуто выполнение определенного проекта, вынужден по той или иной причине покинуть Статус, матрица с записью его сознания не отправляется в хранилище, как в случае с рядовыми агентами, а подключается к информационной системе Статуса. Таким образом, сознание, пребывающее в неактивном состоянии, имеет возможность получать всю оперативную информацию. И если с самим ответственным руководителем случится что-то непредвиденное, его сознание, перемещенное в новое искусственное тело, сможет сразу же включиться в работу, не тратя времени на освоение новых материалов.

– Значит, я буду беседовать с заключенным в матрице сознанием Алексея Александровича? – уточнил Андрей.

– Именно так, – подтвердил Ва-Торк.

– Но разве это возможно?

– В особых случаях, – уклончиво ответил комендант. – Отправляясь на Айвель-5, Алексей Александрович попросил меня организовать эту встречу.

– Постойте-ка, – недоумевающе тряхнул головой Андрей. – Но откуда Алексей Александрович мог знать, что я вернусь в Статус?

– Представления не имею. – Ва-Торк переплел между собой пальчики верхней пары своих крошечных рук.

Как подсказал Андрею Дейл, этот жест выражал у лурианцев отказ от дальнейшего обсуждения затронутой темы.

– А что ты сам обо всем этом думаешь? – спросил Андрей у Дейла.

– Возможно, Алексею Александровичу удалось точно просчитать ход развития событий после прорыва запредельной реальности, – высказал свое предположение Дейл.

– Ты считаешь это возможным? – с сомнением произнес Андрей.

– В противном случае остается только признать, что Алексей Александрович обладает обостренным даром предвидения.

Выйдя из лифта, Ва-Торк проследовал по коридору и остановился возле двери, с правой стороны от которой находился кодовый замок. Комендант быстро, так что Андрей не успел заметить ни одной цифры, набрал номер кода и прижал свою крошечную ладошку к экрану дактилоскопического сканера.

– В помещения, где активируются матрицы, доступ рядовых сотрудников ограничен, – объяснил подобную предосторожность Ва-Торк. – И дело тут вовсе не в недоверии, которое, как может показаться, проявляет к своим сотрудникам Статус, а в том, что неумелые манипуляции с законсервированным сознанием могут привести к его деформации, что для живого существа равнозначно тяжелому психическому расстройству.

Следом за Ва-Торком Андрей вошел в небольшую квадратную комнату.

Как и все помещения в Статусе, оно не имело окон. Стены, пол и потолок его были выложены небольшими прямоугольными плитками размером с ладонь, блестящую металлизированную поверхность которых покрывала мелкая волнообразная насечка. Впечатление было таким, будто стены и потолок медленно стекают на пол, образуя под ногами лужу жидкого металла.

Ва-Торк проследовал к дальней стене комнаты и тронул рукой плитку, по внешнему виду ничем не отличавшуюся от остальных. Однако в ответ на его легкое касание часть покрывающих стену плиток разошлись в стороны, открыв прямоугольное окно, в котором находились какие-то датчики и небольшой операционный экран. Из сумки, образованной широкой кожаной складкой у него на животе, Ва-Торк извлек небольшой пластиковый цилиндр и не спеша, очень осторожно ввел его в гнездо, расположенное рядом с экраном. На экране появилась какая-то надпись, но лурианец тут же убрал ее, быстро проведя пальцем над световым индикатором. Андрей даже не успел понять, что за язык это был.

– Система загружена и готова к работе, – сообщил Андрею Ва-Торк. – После того как я покину помещение, вы коснетесь вот этого индикатора. Прошу вас быть внимательным и больше ничего не трогать. Я и без того превысил свои полномочия, допустив вас к преобразователю.

– И что произойдет после того, как я включу систему? – спросил Андрей.

– Вы сможете вступить в двусторонний диалог с упакованным в матрицу сознанием Алексея Александровича.

– А почему вы не хотите присутствовать при нашей беседе?

– Это просьба куратора. Он хотел переговорить с вами с глазу на глаз. – Левый глаз Ва-Торка, сидящий на коротком черенке, развернулся в сторону Андрея и заговорщицки подмигнул ему.

– Ну, если так… – Андрей развел руками, давая понять, что сам он не имеет ничего против присутствия лурианца во время его беседы с куратором. – После окончания нашего разговора мне нужно будет отключить систему или позвать вас?

– После окончания беседы Алексей Александрович сам отключит систему, – ответил Ва-Торк. – Вам останется только выйти и позвать меня.

– Вы будете ждать за дверью? – немного удивился Андрей. – Наверное, это не слишком удобно.

– Ваше сознание войдет в плотный контакт с системой преобразователя, поэтому беседа с куратором будет протекать в том же режиме, что и диалоги, которые вы ведете со своим напарником. Как вам известно, такая форма общения гораздо оперативнее и более информационно емкая, чем та, что протекает в режиме реального времени.

Ва-Торк открыл дверь и плавно переместил свое массивное тело за порог.

Дверная створка встала на свое прежнее место. Теперь на всех плоскостях, создающих внутреннее пространство комнаты, остался единственный участок, свободный от блестящего металлизированного покрытия.

Андрей подошел к операционному экрану и осторожно коснулся кончиком указательного пальца того места на самом его краю, где горел указанный Ва-Торком индикатор.

Покрывающие стену плитки снова пришли в движение. Казалось, что все они смещаются одновременно в разные стороны, меняя форму и расположение волнообразного узора на своей поверхности. Всего за каких-то пару секунд окно на стене затянулось. На том месте, где оно только что находилось, не осталось никакого следа или хотя бы отметины, по которой можно было бы определить, где именно спрятан экран управления системой преобразователя.

Андрей медленно повернул голову, чтобы окинуть взором все пространство комнаты, в которой он находился.

Серебристая поверхность стен не раздражала, а, напротив, успокаивала взгляд. Однообразие волнообразного узора делало ненужным движение глазных яблок.

По мере того как время медленно растворялось в пустоте, наблюдателю, заключенному среди шести абсолютно одинаковых серебристых плоскостей, начинало казаться, что углы комнаты сглаживаются, замыкая внутреннее пространство в обтекаемый кокон.

Состояние, в которое помимо собственного желания и воли погружался Андрей, напоминало неглубокий медитативный транс, когда внешние образы еще сохраняют свои реальные черты, но ровно настолько, насколько это позволяет им сознание медитирующего. Ему казалось, что тонкая рябь на стенах отделяется от плоскостей и свободно повисает в пространстве, создавая подобие серебристого тумана, за которым находится уже совершенно иной мир.

Переход на новый уровень восприятия действительности произошел скачкообразно. Прорвавшись сквозь пелену серебристого тумана, Андрей вновь увидел вокруг себя стены комнаты, но теперь они были совершенно гладкими и белыми, без какого-либо намека на волнообразный орнамент, покрывавший их прежде.

– Значит, я все же оказался прав, – услышал Андрей знакомый голос. – Ты вернулся в Статус, и Ва-Торк организовал тебе встречу со мной.

Андрей стремительно развернулся на пятках, но позади него никого не было.

– Где вы? – недоумевающе развел руками Андрей.

– Я в матрице, – ответил после легкого смешка бесплотный голос Алексея Александровича. – Но тем не менее ты сможешь увидеть меня, если проявишь немного воображения.

– То есть? – не понял Андрей.

– Тебе просто нужно представить, как я выгляжу.

– И всего-то?

– Конечно. Мы же находимся в воображаемом мире, который можем создавать и изменять по собственному желанию.

– Значит, сейчас и у меня есть шанс предстать во плоти? – тут же задал вопрос Дейл.

– Не обольщайся, – осадил его Алексей Александрович. – Это будет всего лишь бесплотный воображаемый образ.

– Тогда какой в этом смысл? – разочарованно спросил Дейл.

– Присутствие зримого собеседника облегчает процесс общения.

– Тебе помочь? – предложил Андрею Дейл.

– Может быть, попробуем вместе? – неуверенно ответил Андрей.

– Нет, ребята, – усмехнулся Алексей Александрович. – Воссоздавать мой внешний облик придется кому-то одному из вас. Ваши представления обо мне скорее всего несколько отличаются. Поэтому, работая вместе, вы в результате можете создать жуткого урода.

– Хорошо, попробую я, – сказал Андрей после непродолжительной паузы, не дождавшись аналогичного предложения со стороны Дейла.

Сосредоточившись, он попытался припомнить внешний облик Алексея Александровича.

Сначала он смог увидеть только размытый силуэт. Проявив некоторую настойчивость, Андрей смог добиться, чтобы силуэт стал более четким и приобрел объем.

– А почему это он в генеральском мундире? – ехидно поинтересовался Дейл.

– А разве форма ему не идет? – вопросом на вопрос ответил Андрей.

– Кончайте болтать! – потребовал недовольный голос куратора. – Какая разница, во что я одет! Заканчивайте процесс!

– Вот именно, – согласился с ним Андрей. – Главное, чтобы человек был хороший.

Приложив еще небольшое усилие, он смог вспомнить и воссоздать, как ему самому казалось, довольно-таки близко к оригиналу черты лица Алексея Александровича.

– Ну, что? – закончив работу, с гордостью спросил он у Дейла.

– В целом неплох, – одобрил Дейл. – Хотя я представлял его себе несколько иначе.

– Что именно тебе не нравится?

– Выражение лица. Оно у тебя получилось очень уж благостным. И, насколько я помню, настоящий Алексей Александрович немного полнее.

– Хотел бы я сейчас взглянуть на себя со стороны, – усмехнулся куратор.

– Скорее всего ваше представление о себе тоже не вполне соответствует действительному положению вещей, – тут же заметил Андрей. – Так что давайте оставим все так, как есть.

– Отлично, перейдем к делу.

Алексей Александрович согнул ноги, как будто собирался опуститься в кресло, которого не было, и удивительным образом сел прямо на воздух. Да еще при этом и ногу на ногу закинул.

– Снова штучки с гравитационным креслом? – поинтересовался Андрей.

– Отнюдь, – лукаво улыбнулся куратор. – Вы забываете, молодой человек, что я всего лишь дух бесплотный. Настоящий же Алексей Александрович, насколько мне известно, сейчас находится в Кедлмаре. Надеюсь, с ним не случилось ничего ужасного?

– В последний раз я видел его два дня назад по кедлмарскому времени, – ответил Андрей. – Он остался в Сабатской Цитадели, решив, что полковнику Бизарду может понадобиться его помощь.

– Значит, я правильно оценил ситуацию, – с удовлетворением наклонил голову Алексей Александрович. – События развиваются так, как я и предполагал.

– Что теперь будет с Кедлмаром? Коллегия Статуса собирается предпринять хоть какие-то действия, чтобы остановить запредельную реальность? Чего нам ждать: организованной помощи в борьбе с запредельной реальностью или же начала эвакуации уцелевших жителей? Будут ли продолжены работы по изучению запредельной реальности на Айвеле-5?

– Слишком много вопросов, – покачал поднятой рукой куратор. – Я пока еще не готов на них ответить.

– Разве у нас еще осталось время на размышления? – спросил Дейл.

– Времени у нас в обрез, – спокойно ответил ему Алексей Александрович. – Но не забывайте и о том, что, в отличие от своего прототипа, я находился в Статусе и поэтому не имею ни малейшего представления о последних событиях, произошедших в Кедлмаре. После того как на Айвеле-5 был зарегистрирован необычайно мощный всплеск активности запредельной реальности, что можно было объяснить только ее массированным прорывом в реальный мир, Коллегия Статуса приняла немедленное решение об изоляции планеты. Я отправился в Кедлмар буквально за считанные минуты до того, как Айвель-5 был накрыт пространственным коконом, мотивируя этот свой шаг необходимостью эвакуации с планеты оставшихся на ней агентов и техников.

– А что же было настоящей причиной?

– Я собираюсь продолжить работу в Кедлмаре. Даже если Коллегия Статуса не даст на это своего согласия.

– Я знал, что у вас уже есть какой-то план, – удовлетворенно кивнул Андрей. – Вы знаете, как можно остановить запредельную реальность?

– В настоящий момент мне известно о запредельной реальности меньше, чем тебе. – Вид у Алексея Александровича при этом был весьма недовольный. – А понять, насколько реален мой план, я смогу только после того, как ты расскажешь мне, что происходит в Кедлмаре после прорыва запредельной реальности.

– Хорошо, – не стал спорить с куратором Андрей. – После того как объединенные силы танковых батальонов «Кейзи» и «Железные звери» взяли штурмом Сабатскую Цитадель, полковник Бизард принял решение вскрыть Пирамиду, с тем чтобы наконец-то выяснить, кто же реально правит Кедлмаром. В обнаруженный под Пирамидой бункер командир «Кейзи» спустился в сопровождении меня, Шагадди и Джемми. На самом нижнем уровне бункера мы обнаружили несколько десятков мумифицированных трупов, в том числе и труп Нени Линна, от имени которого все эти годы продолжало осуществляться руководство страной. Приказы же, как выяснилось, отдавал персональный компьютер Нени Линна, который был подсоединен к сети Генерального Штаба Пирамиды. Компьютер прокручивал в режиме самовоспроизведения военно-стратегическую игру, полем боя в которой был Кедлмар. Можете представить себе, какое впечатление произвел сей факт на находившихся в тот момент рядом со мной солдат и старшего офицера. Короче, полковник Бизард расстрелял процессорный блок компьютера из автомата. После того как он покинул бункер, мне удалось снять с принтера, который был подключен к компьютеру, три последних приказа, переданных в Генштаб. Среди них был приказ двум региональным Управлениям внутренней стражи направить весь свой личный состав в Гиблый бор с целью уничтожения якобы находящегося там лагеря вооруженных мятежников. Тогда мне еще не было известно, каким образом запредельной реальности удалось добиться того, чтобы к месту ее сосредоточения была направлена большая партия людей, не подозревающих о том, с чем им предстояло столкнуться. Но, как бы там ни было, она получила тот объем человеческого материала, который был необходим ей для начала крупномасштабного вторжения в Кедлмар. Мы опоздали всего на каких-то пять-шесть часов. Возьми мы Цитадель чуть раньше, и у нас еще оставалась бы возможность остановить операцию по захвату несуществующих мятежников в Гиблом бору…

ГЛАВА 3
КЕЙЗИ

Андрей с сожалением посмотрел на развороченный корпус процессорного блока, сброшенный на пол автоматной очередью. Внутри него что-то еще продолжало потрескивать, а сквозь вентиляционные щели наружу выползали тоненькие струйки сероватого, едва заметного дыма от плавящейся оплетки проводов. Если бы не горячность полковника Бизарда… Впрочем, теперь это уже не имело никакого смысла.

– Послушай, Джагг, – неожиданно окликнул Андрея Шагадди. – Я вот что подумал. Расстреляв этот антикварный компьютер, полковник Бизард, можно сказать, прикончил самого Нени Линна. Или, по крайней мере, последнее, что от него осталось.

– Ну и что с того? – непонимающе посмотрел на Шагадди Андрей.

– Получается, что теперь в Кедлмаре вообще не существует никакой власти. – Шагадди вроде как даже с сожалением развел руками и оглянулся на стоявшего у двери Джемми, словно желая убедиться в том, что ему это тоже интересно.

– Теперь само дальнейшее существование Кедлмара находится под большим вопросом, – ответил ему Андрей. – Кто сейчас может сказать, во что способна превратить страну запредельная реальность?

– А сколько времени ей потребуется для того, чтобы добраться от Гиблого бора до Сабата? – поинтересовался Шагадди.

– Ты у меня спрашиваешь? – мрачно хмыкнул Андрей.

– А у кого же еще? – ничуть не смутился Шагадди. – Другого специалиста по запредельной реальности я не знаю. Честно признаться, я вообще не понимаю, что это за штука такая. Я слышал, как ты рассказывал о древней Вселенной, погибшей в результате Большого Взрыва, и о каком-то фоне, оставшемся после нее и теперь стремящемся прорваться в наш мир, чтобы переделать его по собственному образу и подобию. Я могу во все это поверить. Но – чтоб меня рекины разодрали! – я не могу взять в толк, как этому вселенскому мусору удается разгуливать по Кедлмару, приняв облик Гефара или еще какой мерзкой твари?

Андрей устало провел ладонью по лицу.

– Ты, конечно же, нашел самое подходящее время для того, чтобы досконально разобраться в основополагающих принципах современной космогонии.

– Чего? – с озадаченным видом склонил голову к плечу Шагадди.

Андрей поднял взгляд на сержанта. Вместе с Дейлом он знал Шагадди уже не первый год. Но даже на пару они не могли определить подлинный уровень интеллекта этого хитроватого парня. Чаще всего Шагадди предпочитал изображать из себя этакого деревенского простака, считающего, что Кедлмар лежит на огромном блюде, стоящем на гигантском столе, за которым трапезничают боги. Но порою он повергал Андрея в полнейшее недоумение точностью высказываемых суждений по вопросам, которые трудно было отнести к разряду бытовых. К тому же, по наблюдениям Андрея, Шагадди обладал довольно-таки богатым, хотя и совершенно бессистемным запасом знаний в различных областях чисто теоретических наук, не имеющих ничего общего с армейской службой, которой он, по его же собственным словам, решил посвятить всю свою жизнь. И даже история жизни Шагадди, которую тот сам в свое время поведал Андрею, выглядела если и не придуманной от начала до конца, то в значительной степени мифологизированной.

– Запредельная реальность ворвалась в наш мир, Шагадди, – глядя сержанту в глаза, медленно произнес Андрей. – Скоро она будет править бал по всему Кедлмару. А тебя в этот момент интересуют чисто теоретические аспекты самой возможности существования запредельной реальности в современной Вселенной?

– А почему бы и нет? – пожал плечами Шагадди. – Я считаю, что бесполезных знаний просто не бывает. В какой-то момент может пригодиться то, что в свое время казалось совершенно бессмысленной абракадаброй. Ну а поскольку сейчас у нас все равно есть свободное время…

Шагадди умолк, не закончив начатую фразу. Чуть повернув голову, он к чему-то внимательно прислушался.

Андрею тоже показалось, что он слышит неясные, приглушенные звуки, доносящиеся из зала для совещаний, через который пролегал единственный путь к выходу из бункера.

– Джемми, – Андрей взглядом указал на дверь. – Посмотри, что там?

Приоткрыв дверь, Джемми выглянул в зал.

Для того чтобы понять, что там происходит, ему понадобилась ровно одна секунда. С треском захлопнув дверь, Джемми привалился к ней спиной. Движения солдата были, как и всегда, неторопливо-основательными, но на лице Джемми появилось довольно-таки странное, совершенно нехарактерное для него выражение. Это была гремучая смесь из удивления, растерянности и нежелания верить в то, что он только что видел собственными глазами. Встретив человека с таким выражением лица, можно запросто ставить на то, что в следующую секунду он взорвется истеричным криком. Но только не в том случае, если этого человека зовут Касси Джемми.

На лице Джемми довольно-таки быстро восстановилось его обычное бесстрастное выражение, после чего он произнес только одно слово:

– Кейзи.

– В каком смысле «кейзи»? – удивленно посмотрел на Джемми Шагадди. – Там кто-то из нашего батальона?

Джемми отрицательно качнул головой и, скинув с плеча автомат, перевел планку предохранителя в положение автоматической стрельбы.

– Ты что же, хочешь сказать, что там настоящие кейзи? – Рука Шагадди тоже непроизвольно потянулась к лежавшему на столе автомату. – Живые мертвецы?

Дверь за спиной Джемми содрогнулась от могучего удара. Солдат пошатнулся, но все же устоял на месте.

– Давай, Шагадди!

Андрей вскочил на ноги и принялся толкать к двери тяжелый двухтумбовый стол, за которым когда-то работал сам великий кедлмарский диктатор, создатель Пирамиды Нени Линн. В отличие от Шагадди, у него не возникло ни малейших сомнений в том, что мумифицированные трупы, которые они видели в зале для совещаний и в подсобных помещениях бункера, поднялись на ноги. Означать это могло только одно: волна запредельной реальности уже докатилась до Сабата.

Джемми отскочил в сторону, и Андрей с Шагадди одним сильным толчком прижали дверь столом.

В дверь снова что-то тяжело ударило.

– Слушай, Джемми, – все еще недоверчиво посмотрел на приятеля Шагадди. – Ты точно видел там живых мертвецов? Может быть, это кто-то из гвардейцев, решивших спрятаться в бункере?

Джемми коснулся двумя пальцами виска, давая понять, что он пока еще в своем уме, и отрицательно покачал головой.

– Тогда чего ради мы здесь заперлись? – Шагадди перевел взгляд на лейтенанта. – Другого выхода из бункера нет. Для того чтобы подняться наверх, нужно пройти через зал.

– Интересно, как ты собираешься это сделать? – с раздражением посмотрел на него Андрей.

В критические моменты язык у Шагадди начинал работать без остановки, как будто от количества и скорости произносимых им слов могла зависеть сама его жизнь.

– У нас же есть оружие, которого нет у мертвяков, – ответил Шагадди.

– А ты уверен, что кейзи можно убить выстрелом из автомата?

В дверь со стороны зала колотили уже без остановки. Стол, подпиравший ее, начал медленно сдвигаться. Край двери чуть отошел от дверного косяка, и в образовавшуюся щель тут же скользнула костлявая рука, покрытая темно-коричневой, похожей на пересохшую бумагу кожей. Пальцы с широкими желтыми ногтями вцепились в край дверного косяка, а приоткрывшаяся дверь снова содрогнулась от удара.

– У, зараза!

Шагадди с размаху ударил прикладом автомата по уродливой руке. Три пальца с сухим хрустом отломились от кисти и упали на пол. Шагадди с удивлением посмотрел на них, а затем еще раз ударил прикладом по высовывающемуся из щели запястью. Кисть руки отвалилась и упала на пол.

Джемми уперся в дверь ногой, а Шагадди с Андреем снова придвинули к ней стол.

Наклонившись, Джемми осторожно, двумя пальцами поднял с пола палец мертвеца, который все еще продолжал дергать верхней фалангой, словно зовя всех за собой, и сунул его под нос Шагадди.

– Да иди ты!.. – отмахнулся от него Шагадди. – Я теперь и сам вижу, что это кейзи! – Он перевел взгляд на Андрея. – Так что же, теперь в Кедлмаре все мертвецы оживут?

– Да не пори ты дурь, Шагадди! – недовольно поморщился Андрей. – Мертвецов в зале оживила запредельная реальность. Но только потому, что кто-то из нас подал ей эту идею.

– Как это? – озадаченно сдвинул брови к переносице Шагадди.

– Запредельная реальность способна трансформировать материальные объекты только после того, как их образы претерпели соответствующие изменения в сознании людей. Наверное, каждый из нас, проходя мимо мумифицированных трупов, представлял себе, как они поднимаются на ноги и идут следом за нами с горящими глазами и скрюченными пальцами, полные жажды крови.

– Только не я! – уверенно заявил Шагадди.

Джемми с укоризной погрозил ему отрубленным пальцем кейзи.

– Ну, возможно, я и сказал что-то такое, когда мы спустились в бункер, – отвел глаза в сторону Шагадди. – Но я же не всерьез об этом думал.

– А для этого и не нужно прилагать слишком много усилий. В любом из нас жив подсознательный страх перед мертвецами, воспитанный на страшных историях и бабкиных сказках. Запредельная реальность почувствовала этот страх.

– Но, может быть, они вовсе и не хотят причинять нам никакого зла? – взглядом указав на сотрясающуюся от непрерывных ударов дверь, спросил Шагадди. – Может быть, им просто хочется пообщаться? Сколько лет-то прошло с тех пор, как они последний раз с кем-то нормально разговаривали!

– Нет, – уверенно отмел подобное предположение Андрей. – Кейзи встали для того, чтобы убить нас. Причина все в тех же человеческих страхах, которые стремится реализовать запредельная реальность. Страх смерти присущ каждому человеку, что бы он сам об этом ни говорил и ни думал.

– А почему именно страх? Почему бы запредельной реальности не взяться за реализацию мечтаний?

– Не знаю, – покачал головой Андрей. – Возможно, потому что страх – это самое сильное чувство, которое способен испытать человек и от которого он никогда и ни при каких обстоятельствах не способен избавиться полностью.

От дверного полотна отлетела длинная щепа – конец толстого металлического штыря пробил дверь насквозь.

– А говорят, что у кейзи вовсе нет мозгов! – удивленно вскинул брови Шагадди. – А эти, смотри-ка, орудия в ход пустили.

– Надо пробиваться к выходу, – мрачно произнес Джемми.

– Верно, – согласился с ним Андрей. – Рано или поздно кейзи ворвутся в эту комнату и просто задавят нас своей массой.

– А может быть, отсидимся? – не очень уверенно предложил Шагадди. – Подождем, пока помощь подойдет? Полковник Бизард, наверное, должен заинтересоваться, почему нас так долго нет.

– Ему теперь не до нас, – мрачно ответил Андрей.

– А что так?

– А ты представь себе, что сейчас наверху происходит.

Шагадди закатил глаза под веки, изображая сосредоточенное размышление.

– Представил, – кивнул он через пару секунд.

– Ну и как?

– Погано. – Взгляд Шагадди как бы между прочим скользнул по трещащей под неослабевающим натиском кейзи двери. – Кто-нибудь помнит, сколько там всего было покойников?

– Три трупа возле лестницы, два в туалете и в зале штук десять. Да, еще и сам Нени Линн.

– Итого не более двух десятков, – завершил приблизительный подсчет Шагадди, после чего с удовлетворением заметил: – Не так уж и много.

Дверь треснула еще в одном месте. Кто-то, находившийся с противоположной стороны двери, с размаха всадил в трещину металлический прут толщиною в два пальца и принялся двигать им из стороны в сторону, пытаясь расширить пролом.

– Отойди в сторону! – решительно махнул на Джемми рукой Шагадди.

Джемми сделал шаг в сторону от двери.

Шагадди вскинул автомат, передернул затвор и, нажав на курок, выпустил по двери длинную очередь.

После того как последняя пуля, выпущенная Шагадди, пробила дверное полотно насквозь, дверь перестала содрогаться от ударов.

– Ну вот, – опустив автомат, с удовлетворением и гордостью произнес Шагадди. – А вы говорили…

Дверь вновь заходила ходуном, едва сдерживая сотрясающие ее удары.

– Да что б вас рекины разодрали! – в сердцах выругался Шагадди.

– Ничего не получится, – произнес в ответ на это Андрей. – Рекины не польстятся на падаль, которая полвека валялась в каком-то подвале.

– Вы проявляете непозволительную непочтительность к святым останкам великого Нени Линна, лейтенант Апстрак! – с показным возмущением взмахнул руками Шагадди. – Да ну тебя, Джагг, – добавил он уже своим обычным голосом. – Что делать будем, когда дверь рухнет?

– К демонам все! – Андрей решительно передернул затвор на автомате и, достав из-за пазухи, сунул за пояс пистолет. – Будем прорываться к лестнице! Гранаты у кого-нибудь есть?

– А как же! – Шагадди достал из подсумка и подкинул на ладони ребристый цилиндр противопехотной гранаты.

– Одна?

– Мог бы и за одну сказать спасибо, – изобразил обиду Шагадди. – У самого-то вообще нет.

Андрей посмотрел на Джемми.

Солдат молча развел руками.

– На тебя, Шагадди, взираем с надеждой и упованием, – шутливо отсалютовал сержанту Андрей. – Первый ход за тобой.

– Всегда к вашим услугам, лейтенант, – присел в полупоклоне Шагадди.

– Джемми, твоя задача оттащить стол в сторону. – Солдат молча кивнул. – Шагадди, кинешь гранату в зал только после того, как я расчищу дверной проем. А то, чего доброго, попадешь гранатой в какого-нибудь застрявшего в дверях кейзи и заодно с ним всех нас подорвешь.

– Обижаешь, Джагг! – самодовольно усмехнулся Шагадди.

– Ладно, не бравируй, – строго глянул на него Андрей. – Нам нужно отсюда живыми выбраться.

– А зачем, если наверху та же самая дребедень? – с демонстративным безразличием пожал плечами Шагадди.

– Затем, чтобы всем остальным объяснить, что происходит, – серьезно ответил Андрей. – Так что давайте постараемся, ребята. – Он посмотрел сначала на Шагадди, а затем на Джемми. – И, самое главное, помните, что вселившаяся в покойников запредельная реальность питается нашими страхами. Мы должны быть уверены в том, что кейзи можно убить, и тогда они против нас не устоят.

– Как скажешь, Джагг, – усмехнулся Шагадди. – Мне так, например, совершенно без разницы, что внутри этих уродов – кровь или труха.

Джемми просто молча улыбнулся и на секунду прикрыл глаза, давая понять, что за него лейтенант может не беспокоиться.

– Сразу после взрыва гранаты без команды начинаем двигаться к лестнице. Мы с Шагадди расчищаем проход, Джемми прикрывает тыл. Все ясно?

– Никогда не слышал более четкого и конкретного плана, – нервно усмехнулся Шагадди.

Джемми снова молча кивнул.

– Начали!

Джемми рывком оттолкнул стол в сторону от двери. В этом ему помогли и те, кто ломился в дверь с противоположной стороны.

Дверь, едва не сорвавшись с петель, отлетела в сторону, ударившись о стену.

Андрей был внутренне готов к тому, что ему предстояло увидеть, и ожидания не обманули его. Толпа за дверью вполне соответствовала его представлениям о живых мертвецах, воспитанным главным образом на соответствующих фильмах. Лица кейзи были ужасны. Высохшая кожа на них свисала лохмотьями, обнажая пожелтевшие черепные кости. К остаткам кожи на черепах липли клочья пожелтевших волос, похожие на свалявшуюся паклю. Скукожившиеся губы, похожие на клочки жеваной бумаги, не могли прикрыть безумных оскалов, в которых зияли черные дыры на местах вывалившихся зубов. У некоторых кейзи остатки мышц на скулах были разорваны, из-за чего их нижние челюсти свисали едва ли не до самой груди, открывая провалы ртов.

Пустые глазницы кейзи смотрели куда-то в пустоту, но при этом они не тыкались в стены, как слепые котята, а каким-то непостижимым образом прекрасно ориентировались в окружающем пространстве.

Довершали картину обветшалые и выцветшие парадные мундиры высшего офицерского состава, на которых местами поблескивали большие генеральские треугольники. Из обтрепанных обшлагов рукавов торчали костлявые руки, обтянутые сморщенной кожей цвета, напоминающего жидкий кофе, в который только что плеснули молока.

Неприятно удивило Андрея то, что, в отличие от персонажей классических фильмов Джорджа Ромеро, которые, расставив полусогнутые руки в стороны, медленно и неуклюже перемещались на негнущихся ногах, кедлмарские кейзи двигались ничуть не хуже живых людей. И делали они все в полном молчании, не издавая никаких душераздирающих воплей и стонов.

Едва только дверь оказалось открытой, как все находившиеся в зале кейзи одновременно ломанулись в дверной проем.

Первая тройка живых мертвецов, каждый из которой с особым рвением стремился добраться до людей, застряла в дверном проеме, наглухо сцепившись своими костлявыми плечами. Образовавшаяся в дверях фигурная композиция отдаленно напоминала ожившую статую Лаокоона с сыновьями, в которой роль змей исполняли руки самих участников представления.

Возникший в дверях затор дал Андрею время тщательно прицелиться, прежде чем открыть огонь.

Головы кейзи, целясь в которые выпустил короткую автоматную очередь Андрей, разлетелись вдребезги, словно глиняные горшки.

Андрею казалось, что это должно было если и не вывести кейзи из строя, то уж, по крайней мере, сделать их менее активными. Однако сами кейзи, похоже, были на этот счет иного мнения. Не обратив ни малейшего внимания на потерю голов, они с удвоенной энергией принялись ломиться в открытую дверь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.