# Подмененный

Алексей Александрович Калугин

Ночные кошмары, галлюцинации, раздвоение личности совсем не обязательно заканчиваются смирительной рубашкой. Иногда это начало карьеры галактического агента-наблюдателя. Именно таким агентом на планете Айвель-5, где произошел прорыв в нашу Вселенную смертоносной запредельной реальности, пришлось, и не по своей воле, стать Андрею Макееву, рядовому ученому-биологу, самым грозным оружием в руках которого до той поры был скальпель.

## Часть I. СТАТУС

### Глава 1. СТРАННЫЕ СНЫ

Площадь была заполнена ликующей толпой. Однако понять причину всеобщей радости не представлялось возможным. Все кричали одновременно, и отдельные слова тонули в общем могучем гуле, похожем на раскаты приближающейся грозы.

То и дело откуда-то со стороны, из-за окружающих площадь зданий, доносились короткие автоматные очереди. Но собравшиеся на площади не обращали на стрельбу никакого внимания, словно это были обыденные и привычные звуки их жизни.

На левом краю площади несколько голосов затянули было национальный гимн, но спеть больше одного куплета им не дали. Свист и улюлюканье заглушили мелодию. Затем толпа всколыхнулась, подняла, подобно волне, тех, кто пытался петь гимн, и ударила их о стены близлежащих зданий. Криков несчастных не услышал никто. Внимание всех присутствующих было приковано уже к совершенно иному действу.

Несколько человек совместными усилиями подняли над толпой тяжелое древко с широким полотнищем знамени. На белом фоне сиял золотом равносторонний пятиугольник, в углы которого были вписаны серебряные медальоны с узорами из пересекающихся линий, похожих на некие символы или пиктограммы. К нижнему краю знамени кто-то поднес скрученную жгутом подожженную газету. Пламя неохотно лизнуло материю, затем медленно поползло вверх. Толпа взорвалась ликующими воплями, когда все полотнище знамени охватил огонь, пожирающий белый цвет и оставляющий после себя только черную, рассыпающуюся в прах труху.

Оскверненное знамя не успело еще догореть до конца, когда со стороны вливающегося в площадь широкого проспекта донесся тяжелый рокот моторов боевых машин. На мгновение толпа умолкла, прислушиваясь к новым звукам.

– Наши! – надсадно крикнул кто-то.

И тотчас же над головами собравшихся разлетелись победные крики:

– Наши!.. Наши!..

Вверх полетели шапки, зонты, пустые жестяные банки из-под напитков и еще какая-то совершенно непонятная мелочь.

Древко с остатками догорающего стяга описало широкий круг над головами стоявших вокруг него людей.

Толпа раздалась в стороны, и на площадь выехала колонна из трех танков. Тяжелые боевые машины медленно, но с уверенной неумолимостью двигались к центру площади.

Народ, встретивший появление танков ликующими криками, на время притих. Вид мощных машин с закрытыми люками и расчехленными, готовыми к бою орудиями внушал страх, несмотря на то что управляли ими «наши».

Два первых танка остановились возле низкой декоративной изгороди, окружавшей Колонну Согласия. Третий развернулся и, подав назад, снес изгородь, поднял цветущий кустарник и врезался задним скатом брони в постамент Колонны.

Лица всех собравшихся были теперь обращены в сторону танков. Толпа напряженно ждала.

В тишине гулко стукнула о броню откинутая крышка люка. Из него выскользнул человек небольшого роста, одетый в темно-зеленую матерчатую куртку, изрядно потрепанную и с масляным пятном на рукаве. Ухватившись за скобу на броне танка, человек неловко вскарабкался на гусеничный кожух. Выпрямившись, он окинул быстрым пронзительным взглядом собравшихся на площади людей.

У человека на танке было очень бледное вытянутое лицо, узкие, чуть раскосые глаза и остренькая бородка. Проведя рукой по гладко зачесанным назад рыжим с проседью волосам, человек улыбнулся. Улыбка у него была неприятная, похожая на ту, что появляется на губах отравителя, наблюдающего за агонией своей жертвы.

Пронзительный взгляд маленьких зеленоватых глаз остановился на древке знамени, на котором все еще тлел клочок материи.

– А ведь как быстро сгорело! – громко выкрикнул человек, резко выбросив левую руку в направлении знамени.

Толпа колыхнулась и одобрительно загудела.

Человек на танке уперся руками в бока и, чуть подавшись вперед, крикнул громче, чем прежде:

– Граждане Кедлмара! Ненавистная диктатура Совета Пяти пала!.. Сгорела, как и ее похабное знамя! – Голос оратора вибрировал на полуистеричных нотах. – Двое из пяти правителей арестованы и в ближайшее время будут преданы народному суду! Но троим удалось скрыться! Они еще надеются собрать верные им войска и бросить их на Сабат!.. Граждане! Наша столица должна превратиться в крепость, способную отбить нападение противника! Здесь мы создадим новую армию из перешедших на нашу сторону воинских частей, которая лавиной пронесется по Кедлмару, сметая на своем пути всех врагов! Я, Нени Линн, обещаю вам, что не пройдет и года, как на всей территории Кедлмара будет установлена власть, говорящая от имени народа и служащая народу!..

– Нени Линн!.. Нени Линн!.. – В толпе сначала шепотом, а затем все громче и чаще начали повторять имя оратора.

Человек на танке лукаво прищурился. Именно это ему и было нужно – чтобы имя его в умах людей накрепко связалось со всеми произошедшими за последние дни событиями.

– Друзья! – снова крикнул в толпу Нени Линн. – Вы все только что видели, как сгорело ненавистное нам знамя Совета Пяти! И сейчас самое время поднять новое, народное знамя!

Из рук человека, стоявшего внизу, Нени Линн принял небольшое древко с обернутой вокруг него полосой материи. Человек, подавший Нени Линну знамя, быстро вскарабкался на танк и, встав рядом с лидером, помог развернуть ему полотнище самодельного флага.

– Вот наш новый символ! – Одной рукой держась за древко знамени, другой Нени Линн указывал на нарисованную на желтом полотнище пирамиду, покоящуюся на пятиугольном основании. – Не кольцо, в котором всех нас держала пятерка правителей, стоявшая во главе преступного антинародного режима, а Пирамида! Пирамида, вознесшая свою вершину к небесам благодаря тому, что основанием ей служит свободный и великий народ Кедлмара!.. Возведем Пирамиду, друзья! Возведем Пирамиду!..

– Возведем! – взревела толпа. – Возведем Пирамиду!..


Пробуждение было похоже на подъем с глубины, когда уже не хватает воздуха. В мозгу плывет красноватый туман, удары пульса больно отдаются в висках, глаза, кажется, вот-вот выпрыгнут из орбит, а грудь раздирает нестерпимое жжение.

Придя в себя, Андрей быстро огляделся по сторонам. Он сидел на постели и судорожно хватал ртом воздух, словно ему и в самом деле не хватало кислорода. Пальцы цеплялись за сбитую простыню, словно он во сне собирался ее порвать. Одеяло валялось на полу. Смятая подушка, похожая на бесформенный комок сырой белой глины, лежала, придавленная к стене.

Андрей медленно провел ладонью по влажной от пота груди. Тряхнув головой, он скинул ноги с кровати и прижал ступни к холодному паркету.

Чувство реальности постепенно возвращалось к нему. Теперь Андрей уже не сомневался в том, что находится у себя дома, а толпа людей, вместе с которой он внимал словам забравшегося на танк истеричного оратора, была всего лишь сном.

Но до чего же реален был этот сон!

Андрей отчетливо помнил, как вместе со всеми собравшимися на площади он скандировал имя народного лидера: «Не-ни Линн! Не-ни Линн!» У него уже свербило в горле, а он, напрягая связки, снова и снова выкрикивал брошенный вождем лозунг: «Возведем Пирамиду!»

Бред какой-то…

Снились и прежде Андрею кошмары, особенно перед защитой кандидатской диссертации, когда он работал до полного изнеможения и падал в постель уже под утро, одуревший от лошадиных доз никотина и кофе. В один из таких коротких периодов забытья, которого и сном-то назвать было нельзя, он увидел себя лежащим на спине на каком-то странном материале, твердом, как камень, но при этом казавшемся живым. Всей кожей Андрей ощущал, как странные волны тепла перекатываются под поверхностью, к которой буквально прилипла его спина. Он сделал попытку подняться, но то ли оттого, что у него совершенно не было сил, то ли потому, что живая плоть камня срослась с его тканями, сделать это ему не удалось. Все, что он мог, – только вертеть головой по сторонам и скрести ногтями по поверхности странного образования, которое медленно, но неумолимо затягивало тело человека, растворяя его в себе. Окружавший его желто-серый туман был непроницаем для взгляда. Андрей не увидел, а каким-то непонятным образом почувствовал, что к нему приближается огромное бездушное существо. Даже, скорее, не существо, а зверь, который почуял добычу и теперь целенаправленно двигался в ее сторону. Андрей сделал еще одну отчаянную попытку вырваться из объятий каменной плоти и с ужасом обнаружил, что его тело начинает распадаться на куски. В следующий момент огромная нога с плоской стопой надавила ему на грудь… Даже проснувшись, Андрей все еще ощущал ее тяжесть.

Но то, что приснилось ему сегодня, не было похоже на кошмар. Скорее на кинохронику, которую видел уже не один раз… Или на воспоминание о прошлой жизни…

Андрей быстро провел ладонями по лицу, потер пальцами глаза и решительно поднялся на ноги. Первым делом он зашел на кухню и поставил на плиту чайник, после чего отправился в ванную. Включив чуть теплую воду, встал под душ. Вода смывала вместе с дремотной слабостью и воспоминания о странном сне.

Постепенно бодрость и сила возвращались в расслабленное тело. Однако сознание при этом оставалось сумеречным, расплывающимся, как тающий воск. Андрею с огромным трудом удалось вылепить из него одну конкретную мысль, которая, по идее, должна была занимать его весь сегодняшний день. Сегодня должен был наступить завершающий этап опыта по клонированию, одна лишь подготовка к которому заняла у Андрея больше двух месяцев. И если ему не удастся быть сегодня предельно внимательным и собранным, то результат многодневной работы его самого и двух помогавших ему лаборантов можно будет со спокойной совестью отправить в мусорную корзину.

Выключив душ, Андрей обтерся полотенцем и натянул трусы. Расчесывать свои короткие светлые волосы не стал – не имел такой привычки, – просто провел по ним руками, укладывая назад.

Выдавив на ладонь из баллончика немного крема для бритья, Андрей подошел к зеркалу.

Лишь только бросив взгляд на свое отражение, он вскрикнул и в ужасе отпрянул назад, больно ударившись коленом о край ванны.

– О, черт!..

Согнувшись, Андрей прижал ладонь к ушибленному колену. Крем для бритья, который был на другой ладони, оказался размазанным по стене.

Приподняв голову, Андрей с опаской снова заглянул в зеркало. Облегченно вздохнув, он присел на край ванны.

В первый момент, когда он, собираясь побриться, глянул на себя в зеркало, ему показалось, что он видит там совершенно незнакомое лицо. Вернее, он увидел в зеркале свое собственное лицо, которое почему-то показалось ему совершенно чужим.

Вот что значит третий год работать без отпуска. «Все, хватит, в этом году поеду куда-нибудь отдыхать, хотя бы на пару недель… Но только не сегодня. Сегодня – кровь из носу! – нужно быть в институте».

Быстро, стараясь не смотреть на отражение в зеркале, Андрей побрился.

На кухне уже вовсю кипел чайник. Заварив чай, Андрей приготовил себе нехитрый завтрак – бутерброд с сыром и китайскую лапшу, которую требовалось только кипятком залить.

Три дня подряд на улице лил дождь, но сегодня солнце светило, как в первый день творения. На небе, по крайней мере на том его участке, который Андрей мог обозреть в окно, ни облачка. Поэтому, схватив сумку с протоколами опытов, над которыми он вчера просидел до часу ночи, Андрей выбежал на улицу в старых джинсах и светло-голубой рубашке с короткими рукавами.

Даже в самый разгар дачно-отпускного сезона метро, как всегда, было переполнено. Андрей с трудом втиснулся в вагон. Народ, как водится, насмерть стоял возле дверей, ни за что не желая проходить в середину, где было еще достаточно свободно. Не вступая в бессмысленную борьбу с изнывающей от жары и духоты толпой, Андрей остался стоять у дверей. Не сумев дотянуться до поручня, он привалился спиной к стеклу, на котором было написано: «Не прислоняться».

Стоявший прямо перед ним мужчина с огромным животом, которым он придавил Андрея к двери, то и дело тяжко вздыхал и вытирал ладонью пот со лба. Парень рядом с ним, несмотря на давку, пытался читать газету, которую он расстелил на спине своего соседа. Слева, прижатая к металлической перекладине у края сиденья, стояла весьма агрессивно настроенная старушка. Недобро посверкивая глазами, она бросала быстрые взгляды по сторонам, выискивая малейший повод для конфликта.

Андрей откинул голову назад, прижав затылок к прохладному стеклу, и прикрыл глаза…


– Давай!.. Давай!.. Шевелись, покойники!.. Раз-два! Раз-два!..

Упругие струи дождя хлестали по лицу. Мокрые штаны и майка липли к телу. Тяжелые ботинки вязли в дорожной грязи.

Андрей бежал в строю таких же, как и он, новобранцев.

– Раз-два! Раз-два!.. Живее, крысы!..

Это орал бегущий слева от строя сержант.

Дорогу пересекала канава, наполовину заполненная грязной темно-коричневой водой. Солдаты неуклюже прыгали через рытвину. Трое или четверо оступились и, не устояв на ногах, растянулись в жидкой грязи по другую сторону канавы.

Андрей, собрав последние силы, оттолкнулся от земли еще в шаге от канавы и удачно приземлился на другой ее стороне. А вот невысокому пареньку, бежавшему рядом с ним, не повезло. Сил у него, по-видимому, уже почти не осталось, поэтому перед канавой он сбился с шага и засеменил, стараясь сократить дальность прыжка до минимума. Не удержавшись на краю, он, раскинув руки, полетел вниз и с головой окунулся в месиво из воды, грязи и палой листвы.

Андрей остановился и оглянулся назад.

Парень, упавший в канаву, пытался выбраться из нее, но, не находя твердой опоры для рук, раз за разом соскальзывал с мокрого покатого края ямы, превратившейся для него в ловушку, и снова плюхался в грязь.

Андрей сделал шаг назад и, наклонившись, протянул парню руку.

Удар тяжелого армейского ботинка пришелся чуть ниже поясницы. Потеряв равновесие, Андрей полетел в ту же яму, в которой сидел тот, которому он пытался помочь.

Вынырнув из грязной воды, он быстро обтер лицо ладонью и посмотрел наверх.

На краю ямы, упираясь в бока кулаками, стоял ухмыляющийся сержант.

– Ну и как вы теперь собираетесь оттуда выбираться? – спросил он, обращаясь главным образом к Андрею.

Андрей скрипнул зубами, но ничего не ответил.

Сержант посмотрел на часы.

– Ужин через десять минут, – сообщил он. – В столовой вы должны быть чистыми и в сухой одежде. Если опоздаете, останетесь голодными.

Развернувшись на каблуках, сержант быстро зашагал в сторону казарм.

Стоя по пояс в грязной холодной воде, Андрей смотрел в серое осеннее небо, закрытое плотной пеленой сумрачных облаков. Едва заметное пятно света отмечало то место, где находился Борх-1. Маленький, желтоватый, похожий на апельсин Борх-2, и в ясные дни едва заметный, сегодня вообще не был виден. По народной примете это означало, что дождь не прекратится еще три дня…


– Молодой человек!.. Гражданин!..

Кто-то сильно потянул Андрея за рукав.

Андрей открыл глаза и увидел прямо перед собой лицо старушки, которая, оттерев в сторону пузатого мужика, стояла теперь прямо перед ним.

– Вам плохо, молодой человек? – пристально, как на допросе, глядя Андрею в глаза, спросила она.

– Да нет… – не очень уверенно ответил Андрей.

Он и в самом деле чувствовал себя вполне нормально. Замешательство его было вызвано тем, что он не сразу сообразил, где находится. Секунду назад ему казалось, что он сидит в заполненной водой яме, и вдруг – лето, жара, метро…

– А ну-ка! – Привычным движением руки, по-деловому, старушка ткнула острым локотком в живот стоящего позади нее мужчину. – Пропустите! Вы что, не видите? Человеку плохо!

Последние слова она произнесла достаточно громко для того, чтобы в ее сторону посмотрела половина вагона.

– Человеку плохо! – теперь уже работая исключительно на публику, произнесла старушка. – Освободите место! Дайте присесть!

– Все в порядке, – быстро схватив старушку за руку, заверил ее и весь остальной вагон Андрей. – Я просто задумался… Мне на следующей выходить.

Старушка бросила на Андрея неодобрительный взгляд.

– Задумался, – язвительно произнесла она. – Тоже мне, задумчивый! В метро едешь, а не на такси!..

Андрей определенно испортил старушке настроение, и теперь она собиралась выместить на нем свое недовольство жарой, давкой в метро и президентом. К счастью для Андрея, в этот момент кто-то, собираясь выходить, поднялся с сиденья, и старушка, мгновенно забыв про свою жертву, принялась активно работать локтями, стремясь протиснуться сквозь толпу и добраться до свободного места.

Андрей облегченно вздохнул и, извиняясь непонятно за что, улыбнулся всем, кто наблюдал за этой небольшой, вполне заурядной сценкой.

На остановке поток пассажиров вынес его из вагона и повлек к выходу. Оказавшись на улице, Андрей ненадолго остановился, чтобы поправить на себе одежду и проверить, на месте ли сумка.

До института было десять минут неторопливой ходьбы, но теперь Андрей вполне отчетливо понимал, что идти ему туда незачем.

Видение, посетившее его в метро, не было сном. Он мог бы назвать его воспоминанием, если бы не был твердо уверен в том, что лица людей, которые он прекрасно запомнил, были ему совершенно незнакомы. Он никогда прежде не был в том месте, которое неожиданно увидел словно наяву… Почему, глядя на небо, он рассчитывал увидеть на нем два солнца? Он даже не знал, в каком именно месте можно наблюдать подобный оптический эффект… Да он и в армии-то не служил! Форму ни разу не надевал и не имел ни малейшего представления, чем генеральские погоны отличаются от сержантских. А у того нахального типа, которого он почему-то принял за сержанта, на форменной армейской куртке вообще никаких погон не было…

Происшествие в метро совершенно выбило его из колеи. Он не мог сосредоточиться на работе, а без этого браться за серьезное дело не имело смысла. Находясь в подобном состоянии, Андрей не мог доверять самому себе. Какие бы результаты ни были получены, работу все равно придется переделывать заново. В конце концов, аспирантка Ира прекрасно может справиться и без него. Всего-то и дел – провести контрольное тестирование и записать показания приборов. Прежде, под присмотром Андрея, она проделывала это десятки раз. Нужно только позвонить и предупредить ее. А завтра они вместе оценят результаты и наметят план дальнейших исследований… Он и сам не заметил, как снова спустился в метро и сел в поезд, идущий в обратном направлении.


Войдя в подъезд, Андрей автоматически сунул палец в отверстие на почтовом ящике, убедился, что там ничего нет, и, на ходу доставая из кармана сумки ключи, быстро поднялся на третий этаж.

Первым делом он позвонит Ире и подробно расскажет обо всех моментах, на которые ей обязательно нужно будет обратить внимание. Потом примет душ и заварит себе свежий крепкий чай. А потом… Потом можно будет просто сесть у телевизора и, слушая бестолковую болтовню безграмотных дикторов, полистать свежую газету.

В прихожей Андрей бросил сумку и ключи на полку рядом с вешалкой. Скинув туфли, он сунул ноги в домашние тапочки. Раcстегнув до пояса влажную от пота рубашку, не спеша прошел в комнату и замер, едва не открыв от изумления рот. Самое интересное, он был удивлен и растерян, но вовсе не испуган. Хотя, наверное, испугаться-то как раз и следовало.

Посреди комнаты, закинув ногу на ногу, сидел невысокий мужчина, одетый в строгий темно-синий костюм. Вернее, он даже не сидел, а висел в воздухе без какой-либо опоры, сохраняя при этом позу, словно бы он сидел, удобно устроившись в кресле. Черты лица незнакомца, непонятно каким образом оказавшегося в квартире Андрея, были самые что ни на есть заурядные, темные, коротко подстриженные волосы аккуратно расчесаны на косой пробор.

При виде оторопевшего Андрея незнакомец приветливо улыбнулся и чуть склонил голову к плечу.

– Послушайте, – медленно, с нарастающим возмущением произнес Андрей. – Что вы здесь делаете?..

– Спросите еще, кто я такой, – подсказал незнакомец.

Улыбка его при этом сделалась еще шире.

– Кто вы такой? – автоматически повторил Андрей.

– Называйте меня Алексеем Александровичем, – ответил странный гость и, поднявшись на ноги, учтиво прижал подбородок к широкому узлу своего бледно-голубого галстука.

Андрей наклонился чуть в сторону, чтобы посмотреть, на чем это сидел его незваный гость.

Заметив его взгляд, Алексей Александрович тоже обернулся назад.

– Что-то не так? – вопросительно глянул он на Андрея.

– На чем это вы там сидели? – спросил тот.

– А, вы об этом, – глаза Алексея Александровича лукаво блеснули. – Вот, – он достал из нагрудного кармана пиджака небольшую прямоугольную пластинку с тремя зелеными точками. – Антигравитационное кресло. Очень удобно, когда отправляешься куда-нибудь на природу.

– Понятно, – кивнул Андрей, хотя ровным счетом ничего не понял. – А почему бы просто на стул не сесть?

– Признаться, хотелось немного удивить вас. – Смущение, с которым произнес эти слова Алексей Александрович, было в значительной степени показным. – Для того чтобы вы не подумали, что я какой-нибудь банальный жулик.

– Следовательно, вы жулик не банальный, – вынес свое заключение Андрей.

– Да нет же, – возмущенно, теперь уже вполне искренне, взмахнул руками Алексей Александрович. – Я вовсе не затем к вам пришел…

– Как вы вообще попали в квартиру? – не дал ему договорить Андрей.

– Ну, для меня это не проблема…

– Как и для любого жулика.

– Нет, вы меня совершенно не так поняли!

– Присядьте, – Андрей указал гостю на стул. – Признаться, я буду очень разочарован, если вы скажете, что просто ошиблись дверью.

– Спасибо. – Алексей Александрович осторожно опустился на стул и положил локоть на край стола. – Я по поводу видений…

– Что? – удивленно наклонил голову Андрей.

– Если я не ошибаюсь, вы Андрей Валентинович Макеев? – несколько настороженно спросил Алексей Александрович.

– Точно так, – кивком подтвердил Андрей.

– Я пришел для того, чтобы обсудить те видения… Те сны, которые вы видели в последнее время.

– Вы врач? – Брови Андрея сошлись у переносицы.

– Нет. – Взмахом руки Алексей Александрович решительно отмел подобное предположение. – Но мне известна подлинная причина ваших видений.

– И что же вы можете сообщить по этому поводу? – с любопытством спросил Андрей.

– Вы были подвергнуты тестированию с целью выяснения степени совместимости вашей личности с личностью другого человека.

– Великолепно, – криво усмехнулся Андрей.

– Уверяю вас, Андрей Валентинович, что никакого вреда вашему здоровью причинено не было, – быстро заверил его Алексей Александрович.

– Все вы так говорите, – махнул рукой Андрей.

– Что значит «все»? – удивленно откинулся на спинку стула Алексей Александрович.

– Вы из какого ведомства? – спросил Андрей.

– Я…

Было похоже на то, что Алексей Александрович несколько растерялся.

– Хотите чаю? – спросил Андрей. – В такую жару самое милое дело.

– С удовольствием, – Алексей Александрович кивнул.

Андрей прошел на кухню, налил в чайник воду и поставил его на плиту.

– Так на кого вы работаете? – спросил он, вернувшись в комнату. – Армия, разведка, госбезопасность?..

– Ах, так вот в чем дело, – радостно улыбнулся Алексей Александрович. – Вы решили, что я из какого-то государственного комитета.

– А разве нет? – спросил Андрей, ставя на стол чашки и коробку, в которой после дня рождения еще оставались конфеты. – Что-то я не слыхал, чтобы антигравитационные кресла продавались в хозяйственных магазинах. А опыты с психикой ничего не подозревающих об этом людей вообще целиком и полностью на совести спецслужб. Это даже детям известно. Ну а уж тот, кто читать умеет…

– Нет-нет-нет, – протестующе взмахнул рукой Алексей Александрович. – Поверьте мне, Андрей Валентинович, я не имею даже косвенного отношения ни к одной из ваших спецслужб.

– Вы иностранный агент?

– Да Бог с вами!..

С кухни послышался свист закипающего чайника.

– Простите, – сказал Андрей и убежал на кухню.

Вернулся он через пару минут, неся в каждой руке по чайнику – с заваркой и с кипятком.

– Вам покрепче? – спросил он у Алексея Александровича.

– Будьте так любезны.

Налив гостю чаю, Андрей сел за стол напротив него и наполнил свою чашку.

– Странный вы человек, Андрей Валентинович, – отпив чаю, заметил Алексей Александрович. – Приходите домой, видите в квартире незнакомого человека и вместо того, чтобы вызвать милицию, начинаете угощать его чаем.

– Ничего удивительного, – пожал плечами Андрей. – Вы убедили меня, что забрались в мою квартиру не для того, чтобы ее обчистить. А вызывать милицию для того, чтобы выставить из дома представителя спецслужбы, пусть даже иностранной, так же бессмысленно, как пытаться вытравить тараканов дустом.

– Интересная логика, – улыбнулся Алексей Александрович.

– Да и жара к тому же, – добавил Андрей. – Голова совершенно ничего не соображает. Мозги в желе превратились.

– В этом, должно быть, частично присутствует и наша вина, – извиняющимся тоном произнес Алексей Александрович. – Возможно, мы дали вам слишком большую нагрузку. Простите, но было необходимо убедиться, подходите ли вы нам.

– Ну и как, подхожу? – поинтересовался Андрей.

– Иначе меня бы здесь не было, – серьезно ответил Алексей Александрович.

– Давайте обо всем по порядку. – Андрей взял заварочный чайник и снова наполнил свою кружку. – Кто вы такой, на кого работаете и для чего вам понадобился я?

– Поразительно! – Алексей Александрович откинулся на спинку стула и посмотрел на Андрея едва ли не с восхищением.

– Что именно вам так во мне понравилось? – сдвинув брови к переносице, спросил Андрей.

– Никогда прежде мне не доводилось видеть человека с таким высоким уровнем психоэмоциональной адаптации. Вас ничем невозможно удивить. Вы все воспринимаете как должное.

– Скорее как вероятное, – ответил Андрей. – А может быть, в этом жара виновата.

– Жара здесь абсолютно ни при чем, – решительно взмахнул рукой Алексей Александрович. – Экстремальные климатические условия если и влияют на уровень адаптации, то только в сторону занижения показателей.

– Честно признаться, я не очень-то понимаю, о чем мы говорим, – сказал Андрей. – Судя по тому, что вы уже сказали, некая организация, которую вы здесь представляете, проводит какой-то секретный эксперимент, используя меня в качестве подопытного кролика.

– Можно сказать и так, – согласился Алексей Александрович. – Только прошу принять во внимание, Андрей Валентинович, что прибегнуть к подобным не вполне этичным действиям нас заставила чрезвычайная ситуации. Фактически мы находимся в цейтноте.

– «Мы» – это вы и я? – уточнил Андрей.

– Нет, пока еще вы не имеете к этому «мы» никакого отношения. А вот дальнейшее будет зависеть от вашего желания сотрудничать.

– Похоже на вербовку, – усмехнулся Андрей. – Заранее предупреждаю, что моя работа не имеет никакого отношения к государственным или военным секретам. Я всего лишь биохимик. Смею надеяться, что в своей области специалист я весьма неплохой, но при нынешнем положении дел в науке Нобелевская мне не светит.

– А как бы вы посмотрели на то, чтобы временно сменить специальность? – осторожно спросил Алексей Александрович.

– Давайте напрямую, – легонько ударил ребром ладони по крышке стола Андрей. – Что вам от меня нужно?

– Хорошо, – согласился Алексей Александрович. – Только прошу вас отнестись к моим словам с полнейшей серьезностью, даже если на первый взгляд то, что я буду говорить, покажется вам полнейшей дичью.

– Договорились, – коротко кивнул Андрей. – Я весь внимание.

– Я действительно являюсь представителем своего рода спецслужбы, – положив согнутую в локте руку на спинку стула, начал Алексей Александрович. – Только действует она в масштабах всей нашей Галактики.

– Галактический патруль? – вспомнил одну из прочитанных когда-то фантастических книг Андрей.

– Нет, – едва заметно улыбнувшись, Алексей Александрович отрицательно качнул головой. – Наша служба несколько иного плана. Мы не носимся в космических кораблях от звезды к звезде, отлавливая межпланетных негодяев. Мы занимаемся тем, что отслеживаем исторические процессы на ряде планет, уровень развития цивилизаций на которых не достиг еще общекосмического уровня.

– Что означает общекосмический уровень развития? Возможность совершать космические полеты?

– Считается, что цивилизация достигла общекосмического уровня в тот момент, когда ее представители прекращают изыскивать способы уничтожения себе подобных. Такой цивилизации можно без опасений предоставить возможность пользоваться всеми достижениями Галактического сообщества.

– И сколько же миров входит сейчас в Галактическое сообщество? – спросил Андрей.

– Пять.

– Всего-то, – разочарованно поднял брови Андрей. – А сколько кандидатов на вступление?

– Если вы имеете в виду число планет, цивилизации на которых пока еще не достигли общекосмического уровня, то их примерно в двадцать пять раз больше. В их число не входят планеты, общественное развитие на которых не достигло еще даже технологического уровня.

– Однако, – покачал головой Андрей. – Похоже, у вас там в вашем Галактическом сообществе жесткая конкуренция.

– Скорее жесткие правила отбора кандидатов, – внес необходимую поправку Алексей Александрович.

– Так, значит, ваша служба… Как, кстати, она называется?..

– Специального названия у нее нет. Мы называем ее по месту, в котором располагается наш центр, – Статус.

– Статус – это где? – уточнил на всякий случай Андрей.

– Это – нигде. Статус потому так и называется, что он постоянен и неизменен.

– Это мне не очень понятно, – признался Андрей.

– Мне тоже, – развел руками Алексей Александрович. – Я не специалист в физике многомерных пространств. Статус существует, и для меня этого вполне достаточно.

– Вы пытаетесь направить развитие цивилизации на планетах, за которыми ведете наблюдение, в определенное русло?

– Ни в коем случае! Мы осуществляем только функцию наблюдения. Вмешательство допустимо лишь в исключительных случаях, когда направление, в котором начинает развиваться общество на той или иной планете, начинает представлять собой опасность для всей Галактики. Обычно мы стараемся не допускать подобного, ограничиваясь мягкими точечными воздействиями… Для того чтобы изменить ход истории, совсем не обязательно совершать государственный переворот или устраивать покушение на императора…

– Да, конечно, – кивнул Андрей. – Про бабочку, изменившую ход истории, я читал.

– Послушайте-ка, Андрей Валентинович, – озадаченно приподнял левую бровь Алексей Александрович. – Вы, часом, не принимаете меня за автора фантастических романов, решившего проверить на вас один из своих сюжетов?

– Ну, для этого вам совсем не обязательно было вламываться в мою квартиру, – вполне резонно ответил Андрей.

– Выходит, вы сразу же поверили, что я являюсь представителем Галактического сообщества?

– Не считайте меня за идиота, – усмехнулся Андрей. – Если вы думаете, что одно только антигравитационное кресло является достаточно убедительным доказательством вашего внеземного происхождения, то вы глубоко заблуждаетесь.

– Почему же в таком случае вы меня слушаете? – искренне удивился Алексей Александрович.

– Просто интересно, – пожал плечами Андрей. – Прежде мне не доводилось разговаривать с человеком, на полном серьезе считающим себя инопланетянином.

– Должен вас разочаровать. – Алексей Александрович двумя пальцами взял из коробки шоколадную конфету и посмотрел на нее так, словно в руке у него был неограненный алмаз. – Происхождение у меня самое что ни на есть земное. Родился в Рязани, там же окончил сельскохозяйственный институт…

– После чего были призваны на службу в Статус, – с нескрываемой иронией закончил за собеседника Андрей.

– Примерно так, – глянув на Андрея искоса, сказал Алексей Александрович.

– В Галактическом сообществе проблема с агрономами? – Ирония Андрея переросла в сарказм.

Однако Алексей Александрович деликатно сделал вид, что не заметил в его словах насмешки.

– Нет, причина была иной, – сказал он и, положив в рот конфету, которую держал в руке, сделал глоток чаю.

– У вас открылись экстрасенсорные способности? – все с той же саркастической улыбкой на губах высказал новое предположение Андрей.

– Мои способности, если у вас будет такое желание, мы обсудим как-нибудь в другой раз, – с прохладцей в голосе произнес Алексей Александрович. – Сейчас речь идет о ваших способностях, которые в данный момент необходимы Статусу… Хотя, честно признаться, пообщавшись с вами всего каких-то полчаса, я начал сомневаться в том, что мы сделали верный выбор. Феноменальная устойчивость вашей психики связана скорее всего с вашим не в меру легкомысленным отношением к жизни.

– Само собой, – кивнул Андрей. – Мама мне постоянно об этом говорит.

– И тем не менее, поскольку окончательное решение зависит не от меня одного, я должен выполнить возложенную на меня миссию, – со вздохом произнес Алексей Александрович.

– Ну-ну, – улыбнувшись, подбодрил гостя Андрей. – Что вы собираетесь мне предложить?

Алексей Александрович, откинувшись на спинку стула, вновь занял наиболее привычное для себя положение и пристально посмотрел на собеседника.

– Что вы подумаете, Андрей Валентинович, если я в деталях перескажу вам ваш сегодняшний сон? И то видение, которое настигло вас в вагоне метро?

Выражение лица Андрея сразу же сделалось сосредоточенно-серьезным. Насмешливая улыбка, игравшая на его губах всего лишь секунду назад, исчезла без следа.

– Откуда вам известно про случай в метро? – настороженно спросил он своего гостя.

– Видите ли, Андрей Валентинович, сны и видения, посещавшие вас за истекшие сутки, являются следствием того самого теста, через который мы были вынуждены провести вас без вашего на то согласия. Я могу только еще раз извиниться…

– Да бросьте вы, – нетерпеливо взмахнул рукой Андрей. – Что мне снилось сегодня ночью?

– Толпа на площади. Танки. Человек, выступающий перед народом, взобравшись на танк. Его имя Нени Линн. Вы наблюдали за всем происходящим как бы со стороны, словно глядя на экран телевизора. А вот во втором сюжете, который явился вам в метро, вы были уже непосредственным участником происходящих событий. Вы принимали участие в марш-броске по пересеченной местности. Когда вы попытались помочь своему сослуживцу выбраться из ямы с водой, в которую он свалился, то получили от сержанта пинок в зад и полетели туда же.

– Ну надо же, – только и смог произнести удивленный Андрей.

Алексей Александрович взял чайник и сам наполнил свою чашку.

– У вас остались еще какие-то сомнения? – спросил он.

С минуту Андрей обдумывал этот вопрос. Затем он недоумевающе развел руками и, глядя куда-то вдаль, глубокомысленно произнес:

– А черт его знает… Я уже ничего не понимаю.

– Ясное дело. – Алексей Александрович взял еще одну шоколадную конфету и хлебнул чаю. – Но теперь-то вы, по крайней мере, способны спокойно меня выслушать?

Андрей молча кивнул.

– Дело в следующем, – отодвинув полупустую чашку в сторону, начал Алексей Александрович. – В своих видениях и снах вы побывали на планете, значащейся в каталоге Статуса под названием Айвель-5. Сами аборигены называют ее Дошт. Планета принадлежит к системе двойной звезды Борх. На планете сложилась довольно-таки сложная общественно-политическая ситуация, в которой мы пока еще не можем до конца разобраться. Одному из наших агентов, давно уже работающему на Айвеле-5, удалось создать себе хорошую легенду и внедриться в среду военных, представляющих собой привилегированный класс. Он поставлял в Статус наиболее ценную и оперативную информацию. Два дня назад во время выполнения задания этот агент получил тяжелые ранения. К счастью, нам удалось эвакуировать его в Статус. Сейчас жизнь его вне опасности, но вернуться к своей миссии на Айвеле-5 он сможет не раньше чем через месяц. В то же самое время, если мы хотим, чтобы его отсутствие осталось незамеченным, он должен объявиться в казарме по месту службы через три дня. Как видите, Андрей Валентинович, мы находимся в жестком цейтноте. Поскольку сам агент попасть на Айвель-5 не может, следовательно, нужно найти ему временную замену. Подготовить нового агента, обладающего такими же навыками и знаниями, что и тот, которого он должен заменить, за три дня, как вы понимаете, невозможно. Но существует иной выход. Поскольку мы имеем полную психомнемоническую карту нашего агента, мы можем временно поместить копию его личности в сознание другого человека. Теперь-то, Андрей Валентинович, вы, должно быть, и сами догадались, что те эпизоды событий на Айвеле-5, которые вы недавно наблюдали, были не чем иным, как небольшими фрагментами воспоминаний нашего агента, которые мы поместили в вашу память с тем, чтобы проверить степень совместимости вашей и его личностей…

– Секундочку! – вскинув руку, прервал собеседника Андрей. – Что-то слишком уж все сложно получается. Для чего вам искать реципиента на Земле? У вас что, там, в Статусе, все агенты работой по уши загружены?

– Видите ли, Андрей Валентинович, реципиента подыскать не так-то просто. Во-первых, он должен принадлежать к одной расе с донором. Наш агент был родом с Земли, а следовательно, и подменить его сможет только землянин. В Статусе работает не так уж много землян, и все они оказались несовместимы с личностью раненого агента. А несовместимость двух личностей хотя бы по десяти из ста двадцати восьми параметров рано или поздно неизбежно приведет к тяжелому психическому расстройству реципиента. Ну представьте себе, что вам пришлось бы длительный срок жить в батискафе, деля несколько кубических метров жизненного пространства с человеком, которого вы терпеть не можете. Чем бы закончилось такое сожительство?

– Смертоубийством, – вынес свой приговор Андрей.

– Вот именно, – кивнул Алексей Александрович. – Во-вторых, донор и реципиент должны быть примерно одного возраста, одинакового роста и телосложения.

– А как же внешность? – не смог удержаться от вопроса Андрей.

– Внешность большого значения не имеет, – махнул рукой Алексей Александрович. – Специалисты Статуса за сутки сделают из негра и эскимоса братьев-близнецов.

– А опыт работы?

– Вы получите все знания и опыт нашего агента.

– То есть он будет управлять моим телом?

– Ни в коем случае. Ваша личность останется доминирующей. Просто в любой момент вы сможете на подсознательном уровне обратиться за помощью или советом к вашему незримому спутнику.

– Между прочим, я далеко не атлет. Не помню даже, когда в последний раз в футбол играл.

– И это не проблема. Имплантанты толщиной в полмиллиметра и размером с ноготь мизинца, вживленные под кожу, смогут в случае необходимости десятикратно увеличить вашу мышечную силу.

– И все это можно проделать за три дня? – с некоторым сомнением спросил Андрей.

– За два, – Алексей Александрович показал Андрею два пальца на левой руке. – Первый день подготовки уйдет на адаптацию к личности донора.

Андрей в задумчивости провел ладонью по подбородку. Между прочим он отметил, что побрился сегодня не очень тщательно, – местами оставшаяся щетина покалывала руку. Взгляд его остановился на густой зеленой кроне березы за окном. Береза была реальной. Человек, который сидел перед ним по другую сторону стола, как будто тоже настоящий. Но то, что он говорил…

– И все же почему именно я? – спросил Андрей, переведя взгляд на своего в высшей степени необычного собеседника.

– Потому что вы единственный, кто прошел тестирование, – просто ответил Алексей Александрович. – Ваша личность несовместима с личностью нашего агента всего лишь по двум параметрам. Столь малую величину можно попросту не принимать в расчет.

– А кандидатов было много?

– Пробному тестированию были подвергнуты более пятисот человек, которых специалисты Статуса сочли потенциально пригодными для выполнения миссии. У того, кто оказался после вас на втором месте, несовместимость с личностью донора по сорока пяти пунктам, что полностью исключает его использование в качестве реципиента. Так что, Андрей Валентинович, вы наша единственная надежда. – Кто бы сказал моей маме, что к тридцати пяти годам я стану надеждой всей Галактики, – криво усмехнулся Андрей.

– Вы уже приняли решение? – осторожно спросил Алексей Александрович.

– Я должен сделать это немедленно? – взглянул на него Андрей.

– Ну, не то чтобы немедленно… – Алексей Александрович смущенно отвел взгляд в сторону. – Но, как вы сами понимаете, времени у нас не так уж много.

– Сколько лететь до вашего Статуса? – все еще как бы в шутку спросил Андрей.

– Лететь никуда не потребуется, – быстро ответил Алексей Александрович. – Мы воспользуемся внепространственным переходом. Это займет всего несколько минут.

– Но мне потребуется время для того, чтобы собраться. – Андрей немного растерянно огляделся по сторонам, словно уже присматривая вещи, которые непременно нужно будет взять с собой. – Я должен сделать несколько звонков, предупредить родственников и коллег…

– Вам ни о чем не нужно беспокоиться, – деликатно прервал его Алексей Александрович. – Обо всем позаботятся наши специалисты. Ваше временное отсутствие пройдет для всех ваших знакомых совершенно незамеченным. И даже на работе к нему отнесутся как к должному.

Андрей сразу весь как-то обмяк. Плечи его опустились, подбородок коснулся груди.

– Послушайте, – мрачно глянул он на Алексея Александровича исподлобья. – А если я отвечу «нет»?

– Никто не может заставить вас дать согласие помимо вашей воли, – ответил тот, изобразив на лице разочарование.

– Но вы уже кое-что рассказали мне…

– Вы думаете, вам кто-нибудь поверит, если вы попытаетесь рассказать о встрече со мной? – мягко улыбнулся Алексей Александрович.

– Ну, я думаю, такие люди найдутся, – уверенно сказал Андрей.

– Если только из числа тех, кого инопланетяне время от времени катают в своих тарелках.

– А что, вы этим не грешите?

– Андрей Валентинович, в данный момент вы единственный человек на Земле, которому известно о нашем существовании… Если, конечно, не принимать в расчет наших агентов.

– Так, значит, и на Земле работают агенты Статуса? – изумленно вскинул брови Андрей.

– А почему вас это так удивляет? – равнодушно пожал плечами Алексей Александрович. – Такая же планета, как и многие другие.

– С вашей стороны это звучит непатриотично, – заметил Андрей. – Вы ведь землянин. Могли бы похлопотать в каком-нибудь там совете Галактического сообщества за родную планету.

– Надеюсь, что вам представится такая возможность, – с едва заметной улыбкой ответил Алексей Александрович.

– Я разве сказал что-то смешное? – обиделся Андрей.

– Нет, – качнул головой Алексей Александрович. – Я просто вспомнил себя, когда я еще только начинал работу в Статусе. Тогда я тоже думал, что поставлю своей целью сделать все возможное для того, чтобы Земля была как можно скорее принята в Галактическое сообщество.

– Ну и как?

– К сожалению, одному человеку решить такую проблему не под силу, – развел руками Алексей Александрович. – Сами видите, что творится сейчас на нашей планете. О каком Галактическом сообществе может идти речь, если мы даже друг с другом не можем договориться, не направив на оппонента пистолет.

– А что потом? – спросил после небольшой паузы Андрей. – Я имею в виду после того, как ваш агент поправится и вернется на свое место? Что после этого станет со мной?

– Вы слишком рано начинаете задумываться над этим, – покачал головой Алексей Александрович. – Но могу с уверенностью вам сказать, что ваша судьба после окончания задания будет по большей части зависеть от вас самого: как вы себя проявите и будет ли у вас желание продолжать сотрудничество со Статусом.

– Понятно, – кивнул Андрей и, приложив ладонь к чайнику, убедился, что он совсем остыл. – Может быть, чай подогреть? – спросил он у своего собеседника.

Алексей Александрович бросил быстрый взгляд на коробку, в которой еще оставались конфеты, затем быстрым движением провел большим и указательным пальцами по гладко выбритому подбородку.

– Вообще-то, если вы уже приняли решение…

Он умолк, не закончив фразу, и вопросительно посмотрел на Андрея.

Андрей неопределенно хмыкнул и, вытянув руку, постучал пальцами по крышке стола. Взгляд его снова был устремлен за окно, где набирал силу еще один невыносимо знойный и душный летний день. Краешек неба, который был виден из-за крыши соседнего дома, напоминал узкое сверкающее лезвие остро заточенного стилета.

– Что конкретно мне нужно будет делать на этом… – запнувшись о странное незнакомое название, Андрей щелкнул пальцами. – Как его?..

– На Айвеле-5, – подсказал Алексей Александрович.

– Да, – быстро кивнул Андрей. – В чем конкретно будет заключаться моя миссия?

– Учитывая то, что у вас нет абсолютно никакого опыта работы, никакого определенного задания вам поручено не будет. Вам просто нужно будет пожить несколько недель жизнью другого человека так, чтобы никто не заметил подмену.

– То есть ни о каком сборе информации речи не идет?

– Для нас будет полезно любое ваше наблюдение, но главное, что от вас потребуется, это просто постараться не обращать на себя особого внимания окружающих.

– А та личность, которая будет подсажена к моему сознанию?

– Как я уже говорил, она будет помогать вам адаптироваться к незнакомым и непривычным условиям. После окончания вашей работы вторая личность из вашего сознания будет удалена. Если вас беспокоит сама процедура, то, поверьте мне, данная методика использовалась уже не один раз. Сама по себе процедура совершенно нехитрая и абсолютно безболезненная. Все детали прекрасно отработаны, и, при условии совместимости личностей донора и реципиента, никаких побочных эффектов до их пор отмечено не было… Еще вопросы?

– Вы говорили, что в особых случаях Статус все же вмешивается в процесс исторического развития отдельных цивилизаций, – неторопливо начал излагать свои соображения Андрей.

– К вашей работе это не будет иметь никакого отношения, – тут же вставил реплику Алексей Александрович.

– И все же я хотел бы узнать, в каких именно случаях допускается подобное вмешательство?

– Я уже говорил, что вмешательство допустимо только в тех случаях, когда процесс общественно-исторического развития на той или иной планете начинает представлять собой угрозу для всей Галактики.

– Вот именно этого я и не могу понять. Допустим, переворот семнадцатого года в России изменил всю жизнь на Земле. Но каким образом его исход мог повлиять на обитателей, скажем, все того же Айвеля-5?

– Это непросто объяснить… – Алексей Александрович в задумчивости потер пальцами переносицу. – Вам известно, что такое энтропия?

– В общем виде, – кивнул Андрей.

– Энтропия – это абстрактная величина, определяющая меру внутренней неупорядоченности в замкнутой системе. При всех процессах, происходящих в системе, энтропия имеет тенденцию к возрастанию. К тому моменту, когда энтропия в системе достигает максимального показателя, энергия системы становится равной нулю. Грубо говоря, чем выше показатель энтропии, тем ближе система к своему концу. Нашу Вселенную, с некоторой степенью допущения, также можно считать замкнутой системой. Поэтому и процесс накапливания энтропии во Вселенной имеет для всех нас огромное значение. Общественно-исторические процессы также оказывают определенные воздействия на соотношение энергии и энтропии. Чаще всего воздействие это настолько незначительно, что его не стоит даже принимать в расчет. Но в отдельных случаях выброс энтропии приобретает неконтролируемый лавинообразный характер. Именно в таких случаях мы и прибегаем к вмешательству, стараясь при этом свести его к минимуму.

– На Айвеле-5 ничего подобного не предвидится? – на всякий случай уточнил Андрей.

– В данный момент я не могу дать вам однозначного ответа, – покачал головой Алексей Александрович. – Ситуация на Айвеле-5 пока еще слишком неопределенная. Однако могу заверить, что во время вашего пребывания на планете Статусом не будет предпринято никаких чрезвычайных мер.

– И на том спасибо, – мрачновато буркнул Андрей и, посмотрев на Алексея Александровича, спросил: – Сами-то вы давно работаете в Статусе?

– Давно, – ответил тот.

Андрей был несколько разочарован – он рассчитывал услышать конкретную цифру.

– Ну и как?

– Что именно вас интересует?

– Ну, вообще… – Андрей эдак плавно и неопределенно помахал в воздухе рукой. – Стоит ли оно того?

– Стоит, – уверенно ответил Алексей Александрович.

Андрей положил обе руки ладонями на стол.

– Есть еще что-нибудь, о чем я должен знать? – глядя на кончики своих пальцев, спросил он.

– Подробную информацию о предстоящей операции вы получите в Статусе, – ответил Алексей Александрович. – Хочу также сказать, что ваше согласие вовсе не приковывает вас к Статусу на всю оставшуюся жизнь. В любой момент вы можете отказаться от порученной вам работы и вернуться к своей обычной жизни. Естественно, что в таком случае все ваши воспоминания, начиная с сегодняшего дня, будут удалены. При этом Статус, несомненно, позаботится о том, чтобы ваше положение в жизни соответствовало тому, которого вы могли бы достичь, если бы спокойно продолжали заниматься своим делом на Земле.

– Что мне нужно взять с собой?

– Вам не потребуется ничего из того, что имеется в этом мире, – улыбнувшись, ответил Алексей Александрович.

– А документы?

– Оставьте в ящике стола. На время вашего отсутствия квартира будет законсервирована.

– Хорошо. – Андрей поднялся со стула и прошел через комнату, чтобы закрыть окна.

Затем он перекрыл на кухне газ и туго затянул краны в раковине и ванной.

– Ну, кажется, все, – неуверенно произнес он, вернувшись в комнату, и с тоской оглядел стены комнаты.

– Я прекрасно понимаю ваши чувства, Андрей Валентинович, – сказал, поднимаясь на ноги, Алексей Александрович. – Но, уверяю, грусть покинет вас, как только мы достигнем Статуса. У вас попросту не будет на это времени. Подумайте хотя бы о том, что взамен малогабаритной квартиры вы получаете всю Вселенную.

– Вашими бы устами… – рассеянно начал Андрей, но умолк, не закончив фразу.

– Идемте. – Алексей Александрович решительно направился к двери.

Андрей вышел на лестничную площадку следом за ним.

– Ключи оставьте в квартире, – предупредил его Алексей Александрович. – Когда надумаете вернуться, я выдам вам дубликаты.

– Я брошу их в почтовый ящик, – ответил Андрей.

– Как хотите, – безразлично пожал плечами Алексей Александрович и начал не спеша спускаться по лестнице.

С одной стороны, Андрей не хотел абсолютно во всем, вплоть до мелочей, следовать указаниям своего спутника, а с другой, у него все еще оставались некоторые сомнения по поводу истории, рассказанной Алексеем Александровичем. Пока он еще не мог полностью исключить возможность того, что его пытаются втянуть в некую хитроумно спланированную аферу. Вот только кому и зачем это могло понадобиться?

Аккуратно заперев дверь на оба замка, Андрей сбежал по лестнице до первого этажа и бросил кольцо с ключами в почтовый ящик.

– Куда теперь? – спросил он у Алексея Александровича, который ожидал его на улице у подъезда.

Алексей Александрович, прищурившись, посмотрел на ослепительно голубое небо. Затем, отдернув рукав своего пиджака, взглянул на часы. Часы у него были невероятно навороченные. Андрею прежде такие видеть не доводилось. На большом круглом циферблате располагались еще три маленьких. Сбоку имелось несколько окошек с указаниями числа, месяца, года и дня недели. По кругу шли две шкалы, независимо перемещающиеся относительно друг друга. Помимо трех стрелок – часовой, минутной и секундной, – имелась еще одна, покрытая красным флюоресцирующим составом и неподвижно стоящая на месте – где-то около одиннадцати часов. С наружной стороны корпуса часов имелось шесть кнопок и три выдвигающиеся головки, какие обычно используются для перевода стрелок.

Алексей Александрович быстро надавил на три кнопки. Внешняя шкала сместилась примерно на четверть оборота. Что-то быстро прикинув в уме, Алексей Александрович поставил красную стрелку точно на число 11. При этом один из маленьких циферблатов начал работать как таймер.

– Проход нам откроют ровно через пятнадцать минут, – сообщил Алексей Александрович Андрею.

– А мы успеем добраться до места? – с некоторой долей подозрительности спросил Андрей.

Автобусом за пятнадцать минут даже до ближайшей станции метро не доберешься. А никаких необыкновенных средств передвижения поблизости видно не было.

Тем не менее Алексей Александрович не проявлял ни малейших признаков беспокойства или поспешности.

– Нам туда, – указал он рукой в сторону видневшегося из-за кустов небольшого кирпичного домика, в котором располагался тепловой коллектор.

– Туда? – удивленно переспросил Андрей. – И что мы там будем делать?

– Там нам откроют проход, – с непоколебимой уверенностью произнес Алексей Александрович и не спеша зашагал в сторону коллектора.

Андрей дернул плечом и направился следом за ним.

Продравшись через заросли невысокого, но густого кустарника, ветки которого были усеяны мелкими, но невероятно острыми шипами, они оказались возле глухой кирпичной стены.

– Осталось восемь минут, – взглянув на часы, сказал Алексей Александрович.

Андрей недоумевающе оглянулся по сторонам. Рядом был только канализационный люк.

– Знаете, Алексей Александрович, – как бы размышляя вслух, задумчиво произнес он. – Мне начинает казаться, что, доверившись вам, я совершил большую ошибку.

Чуть приподняв край левой брови, Алексей Александрович бросил на Андрея косой взгляд.

– Еще минут пять подождать можете?

– Ну а почему бы, собственно, и нет, – подумав, согласился с этим предложением Андрей.

Засунув руки глубоко в карманы джинсов, он с показной беспечностью качнулся с носков на пятки.

Алексей Александрович, сложив руки на груди, наблюдал за ним с бесстрастным выражением лица.

– Скажите, – перестав раскачиваться, обратился к нему Андрей, – а к октябрьскому перевороту семнадцатого года Статус имеет какое-нибудь отношение?

– Почему именно это событие вас интересует? – не ответив на вопрос, спросил Алексей Александрович.

– Не знаю, – пожал плечами Андрей. – Так просто, пришло в голову.

– До переворота Статус не придавал личности Ленина никакого значения, считая его мелким, не заслуживающим особого внимания политическим авантюристом, – сказал Алексей Александрович. – Насколько мне известно, эта ошибка до сих пор считается самым большим просчетом в работе Статуса.

– А что тогда можно было сделать?

– Не знаю… В то время я был занят другим делом.

– Но в Статусе, наверное, существуют какие-нибудь архивы?

– Конечно, – кивнул Алексей Александрович. – Но у меня не было времени, чтобы копаться в них. Да и желания тоже. На мой взгляд, будущее, создаваемое в настоящий момент, намного интереснее истории, которая, по сути, не что иное, как мертвое прошлое. Изменить его уже нельзя, а использовать в качестве наглядного пособия… Многому ли научила нас наша история, если каждое поколение вновь и вновь с ужасающей методичностью повторяет ошибки своих предков?

– Ну а как насчет августовского путча в девяносто первом? – не сочтя нужным отвечать на риторический вопрос своего собеседника, спросил Андрей.

– А при чем здесь это? – непонимающе посмотрел на него Алексей Александрович.

– Ну, к нему-то вы точно руку приложили. Не могло же все само собой так сложиться…

– Вот именно, что само собой, – не дал ему договорить Алексей Александрович. – Статус не имеет никакого отношения ни к самому путчу, ни к его исходу. Я еще раз могу вам сказать, что вмешательства Статуса в жизнь иных миров крайне редки и столь незначительны, что остаются не замеченными коренным населением.

– И тем не менее подобные вмешательства способны изменить историю?

– Когда как, – уклончиво ответил Алексей Александрович.

– Вы можете привести хотя бы один пример вмешательства Статуса в историю Земли?

– Зачем вам это? – с тоской посмотрел на Андрея Алексей Александрович.

– Просто хочу знать, – уверенно и твердо ответил тот.

– Вам, конечно же, известен миф о Лох-Несском чудовище?

– Конечно.

– Ну так вот этот миф был создан и поддерживается до сих пор работниками Статуса.

Несколько секунд Андрей непонимающе смотрел на своего собеседника, пытаясь найти некий скрытый смысл в его словах.

– Вы шутите? – произнес он наконец.

– Ничуть, – отрицательно качнул головой Алексей Александрович.

– Но какой в этом смысл?

– Откуда я знаю? – Алексей Александрович безразлично повел плечами. – Это не мой участок работы. Просто я слышал об этом краем уха.

– Слушайте, – разочарованно всплеснул руками Андрей. – Я думал, ваш Статус занимается серьезными вещами.

– Так оно и есть.

– Так вам что, больше делать нечего, как сказки для людей сочинять?

– Если Статус специально на протяжении вот уже почти целого века занимается мифом о Лох-Несском чудовище, – в голосе Алексея Александровича впервые за все время беседы прозвучали нотки раздражения, – значит, в этом кроется некий глубокий смысл. И то, что мне он непонятен, ровным счетом ничего не значит.

– Бог с ним, с чудовищем, – проявил снисходительность Андрей. – А что вы можете сказать об Элвисе Пресли?

Глаза Алексея Александровича на мгновение закатились под веки.

– Что вы хотите знать об Элвисе Пресли? – устало произнес он и, отдернув рукав пиджака, посмотрел на часы.

– Жив он или нет?

– Насколько мне известно – мертв!

– Мертв?! – едва ли не с негодованием воскликнул Андрей. – Вы хотите сказать, что вы там у себя в Статусе сидели, спокойно наблюдали, как умирает король рок-н-ролла, и даже пальцем не шевельнули, чтобы спасти его?!

– Я вообще не слышал, чтобы кто-то в Статусе особо занимался Элвисом, – совершенно равнодушно ответил Алексей Александрович. Сейчас все его внимание было полностью приковано к циферблату часов.

– Ну, естественно! – патетично вознес руки к небу Андрей. – Вы в это время очередную сказку про дракона сочиняли! – Он порывисто повернулся в сторону своего собеседника. – Теперь я понимаю, почему согласился на ваше предложение, – вашему Статусу необходима свежая кровь!

– Пора, – пропустив последнюю реплику Андрея мимо ушей, произнес Алексей Александрович.

Взглянув на его лицо, собранное и сосредоточенное, Андрей сразу же забыл обо всем, что еще собирался сказать. Он быстро облизнул внезапно сделавшиеся сухими губы и сдавленно произнес:

– Куда?

– Вперед! – Протянутая рука Алексея Александровича указывала на глухую кирпичную стену, перед которой они стояли все это время.

– То есть как? – недоумевающе глянул на него Андрей.

– Вот так.

Алексей Александрович вытянул руку, и она по локоть вошла в кирпичную стену. Прежде Андрей видел такое только в фантастических фильмах.

Алексей Александрович совершенно свободно извлек руку из стены и призывно взмахнул ею.

– Ну давайте же, – негромко, со сдерживаемым напряжением произнес он. – У нас ровно одна минута.

– Как?.. Прямо туда?.. В стену?..

Вместо того чтобы шагнуть вперед, Андрей медленно попятился назад.

– В этом нет ничего страшного. – Алексей Александрович поймал Андрея за локоть и потащил его к стене. – Вы и заметить ничего не успеете, как окажетесь по ту сторону.

– По ту сторону чего?

– Перехода.

– Да… Но… Я же Ире забыл позвонить! – с отчаянной надеждой воскликнул Андрей. – Мне необходимо обсудить с ней план дальнейших работ!

– Все уже сделано, Андрей Валентинович.

Держа одной рукой Андрея за локоть, другой Алексей Александрович уперся ему в спину и с силой толкнул.

Андрей качнулся вперед и инстинктивно, чтобы не удариться о стену, выставил руки перед собой. Не встретив никакой опоры, руки его прошли сквозь стену, словно это была объемная световая проекция. Теряя равновесие, Андрей только сдавленно вскрикнул, увидев стену, стремительно приближающуюся к его лицу, и, ожидая неминуемого удара, плотно зажмурил глаза.

Он упал на четвереньки и какое-то время так и стоял, не решаясь пошевелиться.

– Добро пожаловать в Статус, – услышал он у себя над головой незнакомый и очень странный голос, похожий на звучание заезженной граммофонной пластинки.

Андрей открыл глаза и поднял голову.

Странный голос принадлежал существу, похожему на гигантского плоского червя с тремя парами маленьких четырехпалых ручек. Два больших круглых глаза, сидящих на толстых черенках по сторонам от тела червя, внимательно смотрели на Андрея. Внезапно левый глаз чуть сместился в сторону и игриво подмигнул гостю.

Андрей улыбнулся и поднялся на ноги.

– С прибытием, Андрей Валентинович.

Обернувшись, Андрей увидел у себя за спиной Алексея Александровича. Приподняв руку, он ногтем большого пальца пытался счистить что-то, прилипшее к рукаву его идеального во всех отношениях пиджака.

– Знакомьтесь. – Все еще посматривая на испачканный рукав, Алексей Александрович сделал шаг вперед, чтобы оказаться между Андреем и гигантским червем. – Перед вами, Андрей Валентинович, Ва-Торк, лурианец. В Статусе он выполняет обязанности коменданта. Так что, если хотите хорошо устроиться, будьте с ним поприветливее.

### Глава 2. ВТОРОЕ «Я»

– Привет, меня зовут Дейл Колтрейн. Как ты себя чувствуешь?..

Андрея ничуть не удивило, что голос, минуя ушные раковины, прозвучал сразу же под сводами его черепа. К подобному он уже успел привыкнуть. Его удивляло только то, насколько легко он воспринимал все новое, с чем ему теперь приходилось сталкиваться буквально на каждом шагу.

Сразу же по прибытии в Статус он получил нейрочип, обеспечивающий возможность телепатического общения.

– В Статусе работают представители сорока пяти космических рас, – сказал Алексей Александрович. – Так как разговаривают они более чем на двухстах различных языках, телепатическое общение, не требующее переводчика, зачастую является наиболее удобным.

Лурианец Ва-Торк просто коснулся кожи у Андрея за ухом аппаратом, похожим на пневмошприц. При этом Андрей даже укола не почувствовал, только прикосновение холодного металла.

– У меня сразу же появилась идея, – радостно возвестил он. – Если чипы телепатического общения получат все политики, то они не смогут обманывать друг друга во время переговоров.

– В таком случае лучше уж раздать чипы населению, – прозвучал в голове Андрея голос Ва-Торка. Несмотря на то что это была только иллюзия голоса, звучал он так же, как и в тот момент, когда лурианец поприветствовал гостя на его родном языке. – И народ будет знать, когда политики пытаются обманывать его.

– Это не поможет, – уверенно заявил Андрей. – Политики никогда не говорят правду. И чем выше ранг политика, тем больший процент лжи присутствует в его речи.

– Данная модель нейрочипа телепатического общения вовсе не дает возможности свободно копаться в сознании собеседника, – сказал, обращаясь к Андрею, Алексей Александрович. – Телепатическое общение с его помощью возможно только при обоюдном согласии вступающих в диалог сторон…

Вопрос о самочувствии также ничуть не удивил Андрея. В настоящий момент он, абсолютно голый, лежал в пластиковом цилиндре. К его телу, главным образом к голове, прикрепили не менее полусотни датчиков. Разноцветных пластиковых лент с проводами внутри, тянущихся во все стороны, было так много, что, можно было подумать, их использовали не для того, чтобы подсоединить к телу человека разнообразные приборы, а с тем, чтобы обездвижить его. Скосив глаза в сторону, Андрей мог видеть колдующих над какими-то незнакомыми ему аппаратами врачей. По большей части врачи были гуманоидами, но среди них находились и представители других рас: один червь-лурианец, двое похожих на каракатиц васкатов и еще кто-то, смахивающий на выросшего до невероятных размеров и научившегося ходить на задних лапах муравья, завернутого в сари из алого шелка.

Как объяснили Андрею перед тем, как засунуть в прозрачный цилиндр, параллельно с введением в его сознание дополнительной личности будет проведено полное обследование нейрофизиологических показателей его тела и, в случае необходимости, – устранение дефектов. Андрей хотел было настоять на том, чтобы любое возможное лечение согласовывалось с ним лично, но все происходило в таком невероятно быстром темпе, что он и сам не успел заметить, как был раздет и помещен в пластиковый пенал, после чего ему уже ничего иного не оставалось, как только лежать, наблюдать за суетящимися вокруг него докторами и ждать, чем все это закончится.

Лежать, не понимая, что, собственно, происходит вокруг, было невероятно скучно. В голове было так тихо, что Андрей на всякий случай провел пальцем за ухом, убеждаясь в том, что чип телепатического общения на месте. Почувствовав под кожей небольшой плотный шарик, он понял, что просто сейчас всем не до него. Поэтому он несказанно обрадовался, когда кто-то наконец-то обратил на него внимание.

– Дейл Колтрейн? – мысленно переспросил Андрей. – Ты тоже с Земли?

Ответ последовал незамедлительно:

– Да. Объединенное Королевство. Стратфорд-он-Эйвон.

– А я из Москвы. Андрей Макеев.

Андрей посмотрел по сторонам, пытаясь определить, кто из врачей вступил с ним в телепатический диалог.

– Ты что-то ищешь? – снова услышал Андрей мысленный голос Колтрейна.

– Да, – ответил он. – Тебя.

В ответ послышалось что-то похожее на сдавленный смешок.

– Обрати взор на себя, – сказал Колтрейн.

– Что?

– Если я правильно ориентируюсь в ситуации, то в данный момент я нахожусь в твоем теле.

– Что?.. – Андрей оторопел.

– Поднеси палец к носу, – попросил его Колтрейн.

– Зачем? – снова спросил Андрей.

– Ну что, тебе трудно?

– Да нет…

Андрей коснулся указательным пальцем кончика носа.

– Так и есть, – удовлетворенно произнес Колтрейн. – Я нахожусь в твоем теле.

– Так, значит, ты и есть тот самый агент Статуса, которого я должен временно подменить?

– А, так ты мой дублер!

– Да вроде как…

– Жалко, я не могу взглянуть на тебя в зеркало.

– Зачем?

– Ну так, чтобы иметь представление, с кем мне теперь предстоит сосуществовать… Ты не волнуйся, я не всегда такой болтливый. Просто сейчас нам нужно познакомиться поближе, чтобы ты научился пользоваться моими знаниями и навыками. А после я забьюсь куда-нибудь в дальний уголок твоего сознания и не стану высовываться, пока ты меня не позовешь.

– Да брось ты, – мысленно махнул рукой Андрей. – Что за проблемы. Я сам согласился на то, чтобы к моему сознанию временно подсадили твою личность, так что, как говорится, добро пожаловать. Чувствуй себя как дома.

– Спасибо, – с искренней признательностью произнес Колтрейн. – Давай в таком случае будем обходиться без лишних формальностей. Называй меня просто Дейл.

– Отлично, Дейл. Зови меня Андреем.

– Мне кажется, мы сработаемся, Андрей.

– Надеюсь, Дейл…

Верхняя часть прозрачного цилиндра скользнула в сторону ног и исчезла, словно бы растворившись в тонком металлическом диске, в который упирались голые пятки Андрея. Каракатицы-васкаты, ловко орудуя своими многочисленными щупальцами, быстро освободили кандидата в спасатели Галактики от опутавших все его тело проводов.

– Ну и как ощущения?

Запрокинув голову, Андрей увидел стоявшего у изголовья Алексея Александровича.

– Ничего, что могло бы превзойти мои ожидания, – сказал Андрей и сел на краю своего жесткого ложа, свесив ноги.

Алексей Александрович, как будто даже с удивлением, чуть плотнее сжал губы и слегка приподнял левую бровь.

– Вы разве не ощущаете ничего… необычного? – осторожно поинтересовался он.

– Дейл? – непринужденно спросил Андрей. – Мы с ним уже познакомились.

– Как это «познакомились»? – недоуменно переспросил Алексей Александрович.

При этих его словах практически все присутствующие посмотрели в сторону Андрея.

Андрей зябко передернул голыми плечами. Народу в помещении было более чем достаточно, а он сидел перед ними абсолютно голый.

– Может быть, дадите чем прикрыться? – с внезапно проснувшейся стыдливостью попросил он.

Кто-то из гуманоидов, в котором Андрею хотелось видеть мужчину, подал ему голубую простыню. Андрей тут же обернул ее вокруг бедер, как это делал Махатма Ганди.

– Что значит «познакомились»? – снова повторил свой вопрос Алексей Александрович.

– Дейл?.. – мысленно позвал Андрей.

– Я здесь, – тут же ответил его «сожитель».

– Что это они вдруг так всполошились?

– Видишь ли, – несколько смущенно произнес Дейл, – обычно в результате операции личность донора присутствует в сознании реципиента в стертой форме. Реципиент может свободно пользоваться знаниями и опытом донора, но при этом не имеет возможности общаться с ним, как это делаем мы с тобой.

– И что это значит?

– Трудно сказать… Вероятно, совместимость наших личностей оказалась слишком высока.

Алексей Александрович тронул Андрея за плечо.

– Что происходит, Андрей? – негромко спросил он.

– Все в порядке.

– Ты ощущаешь присутствие второго сознания?

– Да.

– Скажи что-нибудь на языке кедлмар.

Не задумываясь ни на секунду, Андрей выдал небольшую фразу на незнакомом ему языке.

– Это кедлмар? – спросил Алексей Александрович у одного из присутствующих гуманоидов.

Тот уверенно кивнул.

Алексей Александрович снова повернулся к Андрею.

– Ты сам понял, что сказал?

– Я сказал, что мы оба, и я, и Дейл, прекрасно себя чувствуем, – перевел Андрей.

– Дейл?! – Брови Алексея Александровича взметнулись едва ли не к середине лба.

– Может быть, не стоило ему обо мне говорить? – услышал Андрей голос Дейла. – Как-то он странно на это реагирует…

– Рано или поздно все равно пришлось бы сказать, – ответил ему Андрей, после чего, обращаясь к Алексею Александровичу, произнес вслух: – Все в порядке. Мы с Дейлом прекрасно ладим.

– О, черт!.. – Алексей Александрович в полнейшей растерянности провел ладонью по волосам. – Невероятно! Дейл присутствует в твоем сознании как самостоятельная личность?

– Ну да, – кивнул Андрей.

Руки Алексея Александровича безвольно упали вниз.

– Перестарались, – окинув взглядом всех присутствующих, совершенно обескураженно произнес он, после чего повторил это же слово мысленно. – Просто поверить невозможно, что две личности могут оказаться настолько совместимы, что сознание реципиента не пытается подавить сознание донора.

– Да бросьте вы, Алексей Александрович! – бодрым голосом произнес Андрей. – Все не так уж плохо. По-моему, Дейл отличный парень, и мы сумеем найти с ним общий язык.

– У нас только три дня на подготовку! – всплеснул руками Алексей Александроич. – Как долго вы собираетесь искать взаимопонимания со своим донором?

– Не знаю, – честно признался Андрей.

Алексей Александрович покачал головой и развел руки в стороны, словно желая тем самым сказать, что снимает с себя всякую ответственность за последствия.