Андрей Тарасов
Условное осуждение по законодательству России

© А. Н. Тарасов, 2004

© Изд-во Р. Асланова «Юридический центр Пресс», 2004

Уважаемый читатель!

Вы открыли книгу, входящую в серию работ, объединенных общим названием «Теория и практика уголовного права и уголовного процесса».

Современный этап развития уголовного и уголовно-процессуального законодательства напрямую связан с происходящими в России экономическими и политическими преобразованиями, которые определили необходимость коренного реформирования правовой системы. Действуют новые Уголовный и Уголовно-исполнительный кодексы, с 1 июля 2002 г. вступил в силу Уголовно-процессуальный кодекс РФ.

В этих законах отражена новая система приоритетов, ценностей и понятий, нуждающихся в осмыслении. Появившиеся в последнее время комментарии и учебники по данной тематике при всей их важности для учебного процесса достаточно поверхностны. Стремление познакомить читателя с более широким спектром проблем, с которыми сталкиваются как теоретики, так и практики, и породило замысел на более глубоком уровне осветить современное состояние отраслей криминального цикла. Этой цели и служит предлагаемая серия работ, посвященных актуальным проблемам уголовного права, уголовно-исполнительного права, криминологии, уголовного процесса и криминалистики.

У истоков создания настоящей серии книг стояли преподаватели юридического факультета Санкт-Петербургского государственного университета. Впоследствии к ним присоединились ученые Санкт-Петербургского юридического института Генеральной прокуратуры Российской Федерации, Санкт-Петербургского университета МВД и других вузов России, а также ряд известных криминалистов, обладающих большим опытом научных исследований в области уголовного права, уголовно-исполнительного права, криминологии, уголовного процесса и криминалистики.

В создании серии принимают участие и юристы, сочетающие работу в правоохранительных органах, других сферах юридической практики с научной деятельностью и обладающие не только богатым опытом применения законодательства, но и способностями к научной интерпретации результатов практической деятельности.

С учетом указанных требований формировалась и редакционная коллегия, которая принимает решение о публикации.

Предлагаемая серия основывается на действующем российском законодательстве о противодействии преступности и практике его применения с учетом текущих изменений и перспектив развития. В необходимых случаях авторы обращаются к опыту зарубежного законотворчества и практике борьбы с преступностью, с тем, чтобы представить отечественную систему в соотношении с иными правовыми системами и международным правом.

Подтверждением тому служат вышедшие из печати работы Б. В. Волженкина, А. И. Бойцова, В. И. Михайлова, А. В. Федорова, Е. В. Топильской, М. Н. Становского, В. Б. Малинина, Д. В. Ривмана, В. С. Устинова, В. М. Волженкиной, Р. Д. Шарапова, М. Г. Миненка, С. Д. Шестаковой, И. Ю. Михалева, Г. В. Овчинниковой, О. Н. Коршуновой, С. Ф. Милюкова, А. Л. Протопопова, В. Г. Павлова, В. П. Емельянова, В. П. Коняхина, Г. В. Назаренко, И. М. Тяжковой, А. А. Струковой, С. С. Тихоновой, А. В. Мадьяровой, М. Л. Прохоровой, Л. А. Андреевой, И. В. Александрова, Л. С. Аистовой, А. И. Бойко, Т. Б. Дмитриевой, Б. В Шостаковича, А. И. Рарога, А. А. Сапожкова, Д. А. Корецкого, Л. М. Землянухина, Л. В. Головко, Л. Л. Кругликова, А. Д. Назарова, А. Е. Якубова, А. Н. Попова, С. В. Бородина, A. Г. Кибальника, Л. И. Романовой, А. И. Коробеева, Д. А. Шестакова, B. Д. Филимонова, И. А. Возгрина, А. А. Эксархопуло, В. В. Орехова и др., в которых анализируются современные проблемы борьбы с преступностью.

Надеемся, что найдем в Вас взыскательного читателя, если Ваша принадлежность к юридико-образовательной или правоприменительной деятельности вызовет интерес к этой серии книг.

Редакционная коллегия

Май 2004 г.

Введение

Задача противодействия преступности в современных условиях предполагает использование различных средств: экономических, социально-бытовых, политических и правовых. Пока имеются проявления преступности, необходимо применять строгие меры уголовного наказания к тем, кто совершает тяжкие и особо тяжкие преступления. К числу важных правовых средств борьбы с преступлениями небольшой и средней тяжести следует отнести условное осуждение, ибо с помощью этой меры также достигается исправление осужденных.

Аналогичные условному осуждению меры в законодательстве зарубежных государств сформировались в конце XIX века. Это система испытания в США, институт мирового поручительства в Англии и др.[1] В России возможность условного осуждения была предусмотрена Декретом «О суде» № 2 ВЦИК РСФСР 7 марта 1918 года[2]. Позднее этот институт был предусмотрен в УК РСФСР 1922 года и был помещен в систему уголовных наказаний в качестве основного вида наказания.

В. И. Ленин писал, что в оценке этого института следует исходить из необходимости умелого сочетания принуждения с убеждением, о воспитательном значении условного осуждения и целесообразности его широкого применения.[3]

Условное осуждение с первых дней существования советской власти успешно используется как средство противодействия преступности и, как показывает практика, полностью отвечает политике нашего государства в современных условиях. Это один из полезных и эффективных уголовно-правовых институтов, который оказывает существенное воздействие на лиц, впервые совершивших преступления по неосторожности, небольшой и средней тяжести, и содействует тем самым предупреждению преступности.

Условное осуждение позволяет использовать необходимое сочетание принудительного и воспитательного воздействия наказания.

Важность условного осуждения обусловливается и тем, что постепенное выполнение задачи сокращения преступности непременно будет влечь изменения в характере наказания в направлении усиления роли убеждения и воздействия религиозных и иных организаций. Эти изменения будут осуществляться, прежде всего, через правовые институты, экономно расходующие уголовную репрессию[4], смягчающие принудительное воздействие наказания. Одним из таких институтов и является условное осуждение, способное обеспечить достижение целей наказания.

В период планомерного проведения экономических, политических и правовых реформ в нашей стране, направленных на построение социального правового государства, перед наукой уголовного права поставлена задача разработать такие нормы, которые бы в большей мере стимулировали создание и формирование новых отношений в обществе, плодотворно и результативно охраняли бы его от преступных посягательств.

На исходе XX века и переходе в XXI век в условиях кризиса экономики, безработицы, бедности и социальной напряженности, и, несмотря на переполнение мест лишения свободы до предела, регистрируемая преступность в России достигла трехмиллионного рубежа.[5] На таком этапе развития общества во многом по-иному должна вестись борьба с преступностью, главным направлением в борьбе с которой должно стать ее предупреждение, устранение причин, ее порождающих.

В ежегодном послании Федеральному Собранию от 8 июля 2000 года Президент Российской Федерации В. В. Путин отметил, что «в России наступает период, когда власть обретает моральное право требовать соблюдения установленных государством норм. Однако буква закона и реальная жизнь подчас далеки друг от друга. В России построен лишь каркас гражданского общества. Сейчас требуется совместная терпеливая работа, чтобы оно стало полноценным партнером государства. Нам пока не всегда удается совместить патриотическую ответственность за судьбу страны с тем, что Столыпин когда-то называл “гражданскими вольностями”. Поэтому еще так трудно найти выход из ложного конфликта между ценностями личной свободы и интересами государства»[6]

В ежегодном послании 2001 года Президент указывал, что существенная часть граждан, изолированная от общества, – это те, к которым могли быть применены и другие меры наказания, не связанные с лишением свободы[7].

В ежегодном послании 2002 года В. В. Путин отметил, что «жизнь требует внести коррективы в уголовную политику, по-новому взглянуть на многие проблемы правоохранительной деятельности, переосмыслить оценку профилактических и воспитательных мер в борьбе с преступностью и, в связи с ее ростом, решить проблему соотношения мер принуждения и убеждения. Между тем уже по действующему законодательству у судов есть возможность вместо лишения свободы применять штрафы и другие, более гуманные, меры наказания. Однако этой возможностью они пользуются редко. Считаю, что применение наказаний, не связанных с лишением свободы – там, где, конечно, это обосновано, там, где есть основания для этого, – должно стать широкой судебной практикой.

Наша главная цель, – отметил В. В. Путин, – и об этом мы много раз говорили, все об этом хорошо знают, – добиться неотвратимости наказания, а не его чрезмерной суровости»[8].

На расширенной коллегии Прокуратуры Российской Федерации по подведению итогов работы за 2003 год, состоявшейся 30.01.2004 г., В. В. Путин потребовал от прокуроров активнее работать, но при этом попросил «не гноить людей за решетками»[9].

Важным шагом на пути к преобразованиям социально-политической и правовой систем российского общества является проводимая в стране судебная реформа и вступление в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации 2001 года. Их отличительной чертой является последовательная реализация конституционного принципа приоритета прав и свобод человека, закрепленного в ст. 2 Конституции РФ.

8 советское время уголовная политика и право исходили из приоритета интересов государства; интересы личности конструктивно рассматривались лишь в случаях их совпадения с интересами социалистического государства на паритетной основе. В настоящее время человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – это обязанность государства[10].

Реально включившись в мировое сообщество, единое политико-правовое пространство Европы, Россия взяла на себя обязательство совершенствовать национальное законодательство с учетом международного опыта и международных стандартов[11]. В значительной мере это касается уголовного права и практики его применения, являющегося объектом пристального внимания мировой демократической общественности, расценивающей реалии сферы государственной жизни России в качестве существенного критерия ценностных ориентаций нашего общества.

Следуя такому курсу, вся деятельность судебных органов направляется на демократизацию нашего общества, воспитание граждан в духе точного и неуклонного исполнения законов, предупреждение правонарушений, а также признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина со стороны государства.

В последнее время в научной литературе все чаще высказывается мнение о более широком применении в судебной практике иных мер наказания, не связанных с лишением свободы (А. В. Бриллиантов, М. П. Журавлев, А. И. Зубков, М. П. Мелентьев, П. Г. Пономарев, С. Н. Пономарев В. И. Селиверстов и др.)[12]

Принятие Уголовного кодекса РФ 1996 г. – важное событие в жизни страны, особенно в борьбе с преступностью. Уголовное право и его источник – Уголовный кодекс предназначены для борьбы с преступностью, но разрешают не все вопросы, связанные с этой проблемой, а только две из них: какие поступки являются преступлениями и каким наказаниям подлежат те, кто их совершил[13].

Требование соблюдать закон предъявляется не только к гражданам, организациям, учреждениям, но и к тем государственным органам, которые поставлены на защиту закона – это органы правопорядка и правосудия, так как именно перед ними поставлен вопрос об охране прав личности, интересов общества и государства.

В этом ракурсе УК РФ 1996 г. пополнил систему видов уголовных наказаний такими, как: пожизненное лишение свободы, арест, ограничение свободы, обязательные работы, ограничение по военной службе; одновременно исключил из этой системы: увольнение от должности, общественное порицание и возложение обязанности загладить причиненный вред[14].

Изменены наименования некоторых видов наказаний и, соответственно, изменено их содержание. Вместо лишения воинского или специального звания, предусмотренного ст. 21 УК РСФСР[15] 1960 г., – лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград; вместо исправительных работ без лишения свободы – исправительные работы; вместо лишения свободы – лишение свободы на определенный срок. Наказание в виде направления в дисциплинарный батальон заменено содержанием в дисциплинарной воинской части.

Положения ст. 44 УК о наказаниях в виде обязательных работ, ограничения свободы и ареста, ввиду отсутствия условий их применения и исполнения, вводятся в действие соответственно с 2004, 2005 и 2006 годов[16].

Значительно модернизированы санкции статей Особенной части УК и продолжительность срока наказания в виде лишения свободы, которое, по нашему мнению, оправдано в отношении лиц, совершивших преступления, представляющие особую опасность для общества. Однако эта мера наказания не является эффективной, так как лицо, к которому она была применена, лишается культурных и социально-полезных связей с обществом.

Наказание в виде лишения свободы, с точки зрения его целесообразности и эффективности, невозможно оценивать однозначно, ибо оно имеет как позитивные, так и негативные стороны. С одной стороны, уголовная доктрина исходит из возможности ограничить преступные устремления человека путем его изоляции, а с другой, исправить его и предотвратить возможное в будущем преступное поведение.

Стереотипы мышления по преимущественному применению наказания в виде лишения свободы сохранились и в наше время, что привело к убеждению многих практиков и ученых рассматривать этот вид наказания как единственно способный исправить осужденного.

Такое убеждение себя не оправдывает по отношению к преступникам, совершившим преступления небольшой или средней тяжести, и одновременно сдерживает применение других, не менее универсальных и способных исправлять осужденного, форм реализации уголовной ответственности. На таких правонарушителей, не представляющих особую опасность для общества, а также несовершеннолетних, исправительное воздействие оказывают сам процесс судопроизводства, а также формы реализации уголовной ответственности, не связанные с назначением или с реальным исполнением и отбыванием наказания, к числу которых относится и условное осуждение.

В части назначения наказания несовершеннолетним, внесенными в ч. 6.2 ст. 88 УК изменениями от 8 декабря 2003 года предусмотрено, что «в случае, если несовершеннолетний осужденный, которому назначено условное осуждение, совершил в течение испытательного срока новое преступление, не являющееся особо тяжким, суд, с учетом обстоятельств дела и личности виновного, может повторно принять решение об условном осуждении, установив новый испытательный срок и возложив на условно осужденного исполнение определенных обязанностей, предусмотренных частью пятой статьи 73 настоящего Кодекса»[17].

Попытка бороться с преступностью, главным образом путем изоляции правонарушителей в пенитенциарных учреждениях, часто не приводит к их исправлению, и законопослушными гражданами они не становятся. Только уяснив это, можно объективно подойти к вопросу о пределах применения и последствиях наказания в виде лишения свободы.

Лишение свободы не должно быть преимущественным наказанием за совершенное преступное деяние. С целью реализации этой идеи важно создать соответствующие предпосылки как организационного, так и правового характера.

В этом отношении следует согласиться с мнением М. С. Рыбака о том, что настала пора интенсивнее формировать мнение в обществе и правоохранительных органах, в первую очередь в судах, о целесообразности более широкого применения наказаний, не связанных с лишением свободы[18].

Нормы международного гуманитарного права направлены на применение не лишения свободы, а иных, альтернативных мер, не связанных с лишением свободы, а также, по возможности, освобождать лицо от реального отбывания наказания, в частности, применяя условное осуждение[19].

Восьмым Конгрессом Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (1990 г.) государствам – членам ООН рекомендованы Стандартные минимальные правила по применению мер, не связанных с тюремным заключением («Токийские правила»). Эти правила декларируют следующие альтернативные меры, среди которых, в частности, рекомендуются:

– устные санкции (замечание, порицание, предупреждение);

– условное освобождение от ответственности;

– поражение в гражданских правах;

– экономические санкции и денежные взыскания;

– условное наказание или наказание с отсрочкой;

– условное освобождение из заключения и судебный надзор;

– любой другой вид, не связанный с тюремным заключением;

– какое-либо сочетание перечисленных мер[20].

В рекомендуемые этим международно-правовым документом альтернативные лишению свободы меры воздействия на лиц, совершивших преступления, вполне гармонично вписывается условное осуждение по уголовному, уголовно-исполнительному законодательству России.

Закрепление норм о применении условного осуждения в уголовном и уголовно-исполнительном законодательстве России свидетельствует о том, что совокупность таких правовых норм нельзя рассматривать в качестве института лишь уголовного или уголовно-исполнительного права. Существуют серьезные основания рассматривать совокупность этих норм как межотраслевой (комплексный) правовой институт.

УК РФ 1996 г. существенно изменил правовое регулирование применения условного осуждения, одновременно расширив возможность его применения посредством увеличения числа видов наказаний, при назначении которых возможно применение условного осуждения и его отмены (ст. 73 и 74 УК). Эти новшества в УК, как показывает анализ статистических данных, применяются довольно часто, и за последние три года XX столетия судами Российской Федерации осуждено более 50 % виновных с применением данного института[21]. Поэтому дальнейшее научное исследование проблемы условного осуждения имеет существенное значение с точки зрения использования его в судебной и уголовно-исполнительной практике.

Условное осуждение как институт уголовного права всегда был и остается предметом исследования в уголовно-правовой науке. В разные годы указанной проблемой занимались Б. С. Вайсман, Г. С. Гаверов, Н. К. Гаджиев, М. А. Гельфер, Н. Д. Дурманов, М. М. Исаев, Н. И. Загородников, С. И. Зельдов, Х. Х. Кадари, М. Я. Кантер, С. Кадыралиева, Н. Ф. Кузнецова, Г. А. Кригер, О. М. Когуашвили, П. И. Люблинский, В. Я. Ласковый, В. А. Ломако., Ф. И. Раниш, А. Д. Соловьев, Н. Ф. Саввин, Э. А. Саркисова, Ю. М. Ткачевский, М. А. Шнейдер, В. П. Шупилов, М. Д. Шаргородский, М. А. Якобашвили, М. И. Якубович и др.

Это свидетельствует о том, что институт условного осуждения исследовался многократно и с различных сторон. Однако необходимо отметить, что преобладающая часть исследований приходится на этап советской уголовно-правовой науки, на основе законодательства, утратившего свое действие. В них, естественно, не учтены существенные изменения в законодательстве и регламентации условного осуждения, произошедшие в конце XX столетия. В конце 80-х и начале 90-х годов этой проблеме были посвящены пять кандидатских диссертаций:

Т. Г. Веретенниковой, Е. А. Горяйновой, Ю. П. Кравца, В. Н. Курченко, Т. Ш. Шариповой и монография А. К. Музенника. Эти диссертации относятся к периоду подготовки реформы уголовного законодательства, а потому не могли отразить новые правовые воззрения. В 2000–2002 годах условному осуждению были посвящены диссертации А. Н. Кондалова, Э. В. Лядова, В. В. Пронникова А. С. Суховеева, Р. В. Смаевой.

Широкая практика применения условного осуждения выявила пробелы и несовершенство этого института, что свидетельствует о необходимости дальнейшего исследования данной проблемы.

Работа содержит предложения по совершенствованию уголовного, уголовно-исполнительного законодательства по осуществлению контроля за поведением условно осужденных и отмене условного осуждения.

Глава 1. Становление и развитие института условного осуждения в уголовном законодательстве России

1.1. История возникновения института условного осуждения в царской России

Уголовное законодательство царской России не знало института условного осуждения. Идея условного осуждения и ее законодательное воплощение как уголовно-правовой формы воздействия на преступников, не представляющих серьезной опасности, появились в конце XIX века вначале в Америке, а затем и в уголовном законодательстве многих стран Европы.

А. А. Пионтковский (отец известного советского криминалиста А. А. Пионтковского), много сделавший для пропаганды института условного осуждения в России, писал, что институт условного осуждения «стал играть в европейском карательном механизме заметную роль в качестве орудия борьбы со случайным преступным людом»[22]. Несмотря на то, что в уголовном праве досоветской России не было законоположений об условном осуждении, вопросы условного осуждения весьма оживленно обсуждались в российской науке уголовного права, по этому вопросу публиковались научные работы и проекты законов, критически осмысливались различные аспекты применения условного осуждения в зарубежных странах, высказывались соображения в пользу введения этого института в российское уголовное законодательство.

Под влиянием новых идей в науке уголовного права в 1887 г. был учрежден Международный союз криминалистов, в статуте которого были определены основные направления его деятельности. 7 и 8 августа 1889 г. в Бельгии (г. Брюссель) состоялся первый съезд Международного союза криминалистов, в резолюции которого было указано, что «союз рекомендует законодателям всех стран усвоение принципа условного осуждения, причем границы его должны быть определены сообразно местным условиям и с принятием во внимание характера и морального состояния каждого данного народа».[23] Сказанное в резолюции Международного союза криминалистов явилось мощным стимулом в разработке отечественными криминалистами теоретических и практических вопросов возможности использования в России условного осуждения.

Исследуя особенности правового регулирования применения условного осуждения в зарубежных странах, Н. С. Тимашев обратил внимание юридической общественности России на наличие за рубежом нескольких систем условного осуждения: англо-американской, франко-бельгийской, германской и австралийской или смешанной системы условного осуждения.[24] По мнению известного русского юриста И. Я. Фойницкого, следует различать американскую систему условного осуждения, или систему испытания; староанглийскую, или систему отобрания судом подписки, обычно с денежным залогом или денежным поручительством; франко-бельгийскую, или систему условной погасительной отсрочки судом исполнения определенного наказания; германскую, или систему административного условного помилования.[25]

А. А. Пионтковский (отец) различал австралийскую, английскую и европейскую (континентальную) системы условного осуждения.[26]

Вопрос об условном осуждении в России на официальном уровне впервые был обсужден в пенитенциарной комиссии Санкт-Петербургского юридического общества во время подготовки к IV Международному тюремному конгрессу в Санкт-Петербурге (1890 г.). В докладе проф. В. К. Случевского об условном осуждении было указано на полезность и практическую значимость «введения в обвинительные приговоры элемента условности».[27] В резолюции юридического общества было констатировано, что «идея условного освобождения от наказания, за поручительством или без поручительства, заслуживает в общей ее постановке полного сочувствия. При решении же вопроса о возможности практического ее осуществления необходимо иметь в виду, насколько местные условия допускают возможность: а) предоставления суду столь широкой власти; б) точного констатирования как факта условного осуждения при новом судебном разбирательстве о том же лице, так и исполнения или неисполнения осужденным условий, в зависимости от которых было постановлено его освобождение».[28]

После пенитенциарного конгресса (1890 г.) в теории отечественного уголовного права стали оживленно обсуждаться вопросы условного осуждения. Развивая высказанные в докладе пенитенциарному конгрессу идеи об условном осуждении, Н. С. Таганцев в учебнике «Лекции по русскому уголовному праву» (1892 г.) предложил авторский проект закона об условном осуждении. По своему содержанию проект Н. С. Таганцева отражал основные идеи германской системы условного осуждения, о которой мало что было известно в России и других странах. Во втором издании учебника Н. С. Таганцева «Лекции по русскому уголовному праву» (1902 г.) при обосновании целесообразности принятия этого закона в России обращалось внимание на ряд затруднений теоретического и практического применения условного осуждения, в частности, на то, возможно ли применение условного осуждения при совершении лицом уголовно-частных преступлений, надо ли регистрировать маловажные преступления, как регистрировать учинение условно осужденными новых правонарушений, составлять ли особые справки о судимости и т. п.

По данному проекту Н. С. Таганцева условное осуждение следовало бы применять в качестве особого вида смягчения уголовной ответственности путем помилования в силу ходатайства о том суда. В проекте предлагалось предоставить судам право ходатайствовать о полном прощении, или об уменьшении и замене наказания, или об отсрочке исполнения приговора с неприменением назначенного судом наказания в случае примерного поведения осужденного. Ходатайство об условном осуждении предлагалось возбуждать только в отношении осужденных к аресту или к тюрьме и только за преступные деяния, преследуемые в публичном порядке. В рассматриваемом проекте предлагалось не возбуждать такое ходатайство в отношении осужденных, которые ранее отбывали наказание не ниже тюрьмы.

Условная приостановка исполнения наказания, назначенного приговором суда, по проекту Н. С. Таганцева не должна была превышать трех лет. Если в течение этого времени осужденный не будет привлечен к уголовной ответственности за однородное или неоднородное деяние, наказуемое тюрьмой или арестом, то назначенное наказание по отсроченному приговору не исполняется, т. е. считается отбытым. Если осужденный во время срока отсроченного исполнения приговора совершит новое преступление указанного выше рода, то отсроченное наказание должно отбываться полностью, независимо от вида и срока наказания, назначенного за вновь совершенное преступление.

Н. С. Таганцев полагал, что использование условного осуждения не противоречит основным принципам уголовной кары, заключает в себе достаточный элемент репрессии, является естественной ступенью в прогрессивном развитии уголовного законодательства в качестве продукта взаимодействия институтов права и суда смягчать назначенное законом наказание ввиду индивидуальных особенностей преступника и досрочного освобождения осужденных.

Научная позиция Н. С. Таганцева по вопросу условного осуждения была противоречивой. С одной стороны, он разработал и предложил для обсуждения авторский проект закона об условном осуждении, однако, вместе с тем, он считал возможным его применение в качестве исключительной меры условного помилования, полагая, что оно не является ни необходимой, ни безусловно справедливой мерой в борьбе с преступностью.[29]

Обстоятельной и теоретически более привлекательной по вопросу об условном осуждении была научная позиция А. А. Пионтковского (отца), изложенная им в опубликованной в 1894 г. работе «Об условном осуждении или системе испытания». Существо условного осуждения или системы испытания им виделось в «отпущении осужденного на определенный период времени на испытание, вместо немедленного применения к нему причитающегося ему за совершенное преступное деяние наказания в той или иной его материальной форме, под угрозою применения к нему этого исполнением приостановленного наказания, на случай нарушения им в период испытания указанных для него условий».[30]

Особо следует обратить внимание на то, что А. А. Пионтковский рассматривал условное осуждение или систему испытания в качестве наказания. По его мнению, условное осуждение, подобно всякому наказанию, выражается в насильственном вторжении в охраняемые правом блага человека и заключает в себе некоторый элемент насилия и связанный с ним элемент страдания. Как одна из форм наказания, условное осуждение, по мнению А. А. Пионтковского, слагается из следующих элементов:

а) морального, выражающегося в психическом давлении, оказываемом на преступника, как факта признания его виновным в приписываемом ему деянии, так и висящей над его головой в течение некоторого времени угрозы немедленного исполнения, при наличности известных условий, наказания в той или иной форме;

б) материального, заключающегося в воздействии материального свойства – наказания в той или иной его материальной форме, который получает практическое применение при безуспешности морального элемента.[31]

Соображения А. А. Пионтковского об условном осуждении опирались, в основном, на постулаты франко-бельгийской системы условного осуждения, а применительно к несовершеннолетним осужденным они дополнялись элементами американской системы условного осуждения (надзором и руководством в период испытания). По замыслу этого автора условное осуждение могло применяться к осужденным, совершившим умышленные и неосторожные преступные деяния (независимо от возраста и пола), если они присуждались к аресту или заключению в тюрьме на срок не свыше одного года, а также в случаях отдачи несовершеннолетнего осужденного в исправительно-воспитательное заведение. По проекту А. А. Пионтковского, условное осуждение не должно было применяться в отношении осужденных с «недоброкачественным прошлым», под каковым им имелись в виду лица, ранее осужденные или отбывшие наказание.

Условное осуждение, по мнению этого автора, должно применяться по усмотрению суда, однако суду следовало бы вменить в обязанность мотивировать постановленный им приговор об условном осуждении. При этом исполнение назначенного наказания (главного и дополнительного) приостанавливается на установленный законом срок, в течение которого осужденный должен находиться на испытании. Осужденные совершеннолетнего возраста должны были проходить испытание под контролем собственных усилий, а над несовершеннолетними на период испытания должны устанавливаться особый надзор и руководство.

При неудаче испытания (при намеренном уклонении от вознаграждения потерпевших или при совершении нового преступного деяния, а в отношении несовершеннолетних – при «дурном» поведении в период испытания) отложенное наказание подлежало исполнению. Правовым последствием «удачи» испытания было освобождение осужденного от наказания.

Вопрос о желательности введения института условного осуждения в уголовное законодательство России был темой дебатов на первом съезде русской группы Международного союза криминалистов, проходившем в Санкт-Петербурге в 1899 г. На этом съезде от русской группы криминалистов с научными докладами выступили А. А. Пионтковский, А. А. Жижиленко и С. К. Гогель. В докладах названных выше криминалистов, с некоторыми частными оговорками, предлагалось ввести в уголовное законодательство России условное осуждение по типу франко-бельгийской системы – как отсрочку исполнения наказания, исключающую надзор и поручительство.

Так, по мнению А. А. Жижиленко, условное осуждение желательно применять к осужденным к тюремному заключению на срок не свыше одного года. С. К. Гогель и А. А. Пионтковский рекомендовали его применять к приговоренным к тюрьме или заточению на срок не свыше одного года, аресту или денежному штрафу. А. А. Пионтковский предлагал испытательный период установить по типу американской системы – предусмотреть руководство и надзор, вверив это частным лицам (народным учителям, членам общества патроната, духовенству и пр.). Обстоятельствами, препятствующими применению условного осуждения, А. А. Жижиленко предлагал считать наличие рецидива, А. А. Пионтковский – осуждение в прошлом к заключению в тюрьме на срок свыше одного года за умышленное преступное деяние, если осуждение или отбытие наказания имели место в течение последних десяти лет, а также осуждение за однородное деяние со вновь совершенным, если осуждение или отбывание наказания имело место в течение последних пяти лет. С. К. Гогель рекомендовал считать препятствием к применению условного осуждения применение наказания в течение последних десяти лет за преступление или проступок, назначение ранее отсрочки исполнения наказания, если не истекли пять лет со времени окончания назначенного судом испытания, а также осуждение за совершение политических или религиозных преступлений.[32]

Неоднозначно эти криминалисты решали вопрос о продолжительности срока испытания. А. А. Жижиленко предложил установить в законе испытательный период не свыше трех лет. А. А. Пионтковский таким периодом рекомендовал считать два года при осуждении к штрафу или аресту, а равно и к более строгому наказанию, если преступное деяние совершено по неосторожности, во всех остальных случаях – в четыре года. В отношении несовершеннолетних предлагалось испытательным периодом время до достижения предельного возраста, установленного законом для пребывания в исправительновоспитательном заведении. По мнению С. К. Гогеля, испытательный период целесообразно было установить от одного года до пяти лет.

А. А. Жижиленко рекомендовал основанием для отмены условного осуждения считать совершение умышленного преступного деяния, а также и по неосторожности в случае, если первое преступление также было совершено по неосторожности. А. А. Пионтковский высказался за то, чтобы основанием отмены условного осуждения считать совершение умышленного деяния, а в случае совершения в период испытания неосторожного деяния вопрос о неудаче условного осуждения передать на усмотрение суда. С. К. Гогель таким основанием рекомендовал считать совершение любого преступления или проступка, а в случае совершения нарушения вопрос о возможности продолжения испытания передать на разрешение суда. По всем трем проектам этих докладчиков при удачном испытании осужденный подлежал освобождению от отбывания присужденного наказания.

А. А. Пионтковский и С. К. Гогель полагали, что при неудачном испытании отбывание осужденным отсроченного наказания справедливо полностью. А. А. Жижиленко такой подход к решению этого вопроса считал неудачным, полагая более приемлемым сочетание прежнего и нового наказания по системе возвышения, поскольку назначение наказания по системе сложения усилило бы без меры строгость наказания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

См.: Уголовное законодательство зарубежных стран (Англии, США, Франции, Германии, Японии). Сборник законодательных материалов / Под ред. М. Д. Козочкина. М., 1999. С. 80.

Вернуться

2

См.: СУ РСФСР 1918. № 26. Ст. 420.

Вернуться

3

См.: Ленин В. И. Полное собрание сочинений. т. 38. С. 408.

Вернуться

4

См.: Рыбак М. С. Ресоциализация осужденных к лишению свободы: проблемы теории и практики. Саратов, 2001. С. 76.

Вернуться

5

См.: Криминогенная ситуация в России на рубеже ХХ века / Под общ. Ред. А. И. Гурова. М., 2000. С. 3; Президентский надзор / Российская газета. 31.01.2004.

Вернуться

6

См.: Российская газета. № 133. 11.07.2000 / Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию. 8.07.2000.

Вернуться

7

См.: Российская газета. 2001. 4 апр.

Вернуться

8

См.: Российская газета. № 71. 19.04.2002. Послание президента РФ Фед. Собр. «России надо быть сильной и конкурентоспособной».

Вернуться

9

См.: Президентский надзор / Российская газета. 31.01.2004.

Вернуться

10

См.: Конституция РФ 1993 года. Ст. 2. 1994.

Вернуться

11

См.: Рыбак М. С. Ресоциализация осужденных к лишению свободы: проблемы теории и практики. Саратов, 2001. С. 35.

Вернуться

12

См.: Развитие теории наказания в уголовном и уголовно-исполнительном праве (к 70-летию И. В. Шмарова) / Под ред. В. И. Селиверстова. М., 2000. С. 172.

Вернуться

13

См.: Популярный комментарий к Уголовному кодексу РФ. М., 1997. С. 7.

Вернуться

14

См.: Уголовный кодекс РФ 1996 года. М., 2002.

Вернуться

15

Уголовный Кодекс РСФСР. Ст. 21. Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1960. № 40.

Вернуться

16

См.: Собрание законодательства РФ, 14.01.2002. № 2. Ст. 130.

Вернуться

17

См.: Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации» / Российская газета. 11.12.2003.

Вернуться

18

См.: Рыбак М. С. Ресоциализация осужденных к лишению свободы: проблемы теории и практики. Саратов, 2001. С. 6.

Вернуться

19

См.: Павлычева О. Н. Отсрочка отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей, по законодательству России. Дис. … канд. юрид. наук. Казань, 2002. С. 29.

Вернуться

20

См.: Сборник стандартов и норм Организации Объединенных Наций в области предупреждения преступности и уголовного правосудия. ООН. Нью-Йорк, 1992. С. 102–119.

Вернуться

21

См.: Лядов Э. В. Условное осуждение к лишению свободы как институт уголовного и уголовно исполнительного права. Автореф. дис. … докт. юрид. наук. Рязань, 2001. С. 4.

Вернуться

22

См.: Пионтковский А. А. Результаты применения условного осуждения // Журнал Министерства Юстиции. 1902. № 8. С. 289.

Вернуться

23

См.: Фойницкий И. Я. Международный союз уголовного права // Юридический вестник. 1890. Т. 6. № 1. С. 7–9.

Вернуться

24

См.: Тимашев Н. С. Условное осуждение. СПб., 1914. С. 13.

Вернуться

25

См. Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. Пг., 1915. С. 584.

Вернуться

26

См. Пионтковский А. А. Об условном осуждении или системе испытания. Уголовно-политическое исследование // Сборник исследований и статей по вопросу об условном осуждении. СПб., 1898. С. 91.

Вернуться

27

См.: Доклад Случевского В. К. IV Международному пенитенциарному конгрессу в Санкт-Петербурге по вопросу о приостановлении исполнения наказания. 1890 // Сборник исследований и статей по вопросу об условном осуждении. СПб., 1898. С. 309–318.

Вернуться

28

См.: Тимашев. Указ. раб. С. 202.

Вернуться

29

См.: Таганцев Н. С. Русское уголовное право. Лекции. Часть общая.: в 2 томах. Т. 2. М., 1994. С. 331–334.

Вернуться

30

См.: Пионтковский А. А. Уголовная политика и условное осуждение. Одесса, 1895. С. 7.

Вернуться

31

См. Пионтковский А. А. Об условном осуждении или системе испытания. СПб., 1898. С. 97–103.

Вернуться

32

См.: Журнал первого съезда членов русской группы Международного союза криминалистов // Журнал Министерства Юстиции. 1899. № 2.

Вернуться