Вот так от богатого источника, отмеченного Петром, пошла крепость, а от крепости – город Ростов-на-Дону.
Памятник основателям крепости
Водой Богатого Колодезя пользовались солдаты, офицеры и жители крепости, а также обитатели ближней слободы Полуденки. В дальнейшем от источника проложили подземный ход в центральную часть крепости, по которому и доставлялась вода в бочках.
Впоследствии родник был назван Богатяновским источником, он снабжал водой город в XIX веке. От него же идут названия бывшего Богатяновского проспекта и современного Богатяновского спуска. Он же давал воду и первому городскому водопроводу, введенному в строй в 1860 году. С 1920-х годов источник использовался уже только для технических нужд.
Над одним из родников былого урочища Богатый Колодезь был сооружен каптаж и оформлена небольшая каменная ротонда, просуществовавшая до конца 1990-х годов. В преддверии 250-летия Ростова ротонда с прилегающей площадкой была обновлена и благоустроена с использованием элементов промышленной архитектуры конца XIX века.
Казак крепости Св. Димитрия Ростовского, 1774 г.
Мемориальная ротонда – одно из излюбленных архитекторами сооружений малых форм. Их много в российских городах. В Ростове – особенная ротонда. Она построена в 1901 году по проекту городского архитектора Николая Дорошенко в память о крепости Димитрия Ростовского и стоит на остатках её валов в парке Первого Мая. Её изящная беседка сформирована шестью ионическими колоннами под невысоким куполом. Видовая площадка ротонды сориентирована на цветочный партер аллеи, и отсюда можно любоваться цветочными композициями. Колоннадную беседку объемлют симметричные марши распашной лестницы, между которыми ещё при строительстве ротонды был устроен фонтан с бассейном.
Аллеи парка проходят и фиксируют направление подземной галереи, соединяющей холм, оставшийся от земляного редута крепости (с подземными помещениями), и подвалы бывших складских строений вблизи Большой Садовой улицы. По обе стороны широкой аллеи ещё в XIX веке были высажены первые липы, устроены газоны с ковровыми узорами. Сейчас вся эта прелесть приходит в упадок, кроны лип разрослись и требуют умелой ландшафтной подрезки. И всё же липовая аллея остаётся уникальным местом отдыха ростовчан.
Недалеко от ротонды располагается памятная стела, символизирующая редут Александра Невского. Крепость Димитрия Ростовского была построена в необычной форме – девятилучевой звезды. (План крепости отображен на одной из стен возле мемориала основателям.) На острие лучей находились самые сильные редуты: Донской, Андрея Первозванного, Екатерины, Елизаветы, Троицкий, Анны, Павла, Петра и Александровский.
Сейчас на территории современного города лишь в нескольких местах можно видеть остатки крепостных сооружений. Кроме холма, на котором стоит ротонда, на улице Петровской хорошо просматриваются остатки ещё одного крепостного вала; рельеф редутов и реданов южной части укреплений сохранился в необычной планировке ростовских двориков и расположения в них домов на северной стороне улицы Станиславского.
По мере того как теряет свое стратегическое значение крепость Димитрия Ростовского в результате русско-турецких войн, город расширяет свои границы. Солдаты, вольные люди заселяют форштадты (городские слободы): Полуденный, Доломановский, Солдатский.
Возникший город Нахичевань поглощает Полуденную слободу, а Солдатская слобода наполняется энергичными людьми со всех уголков России. Именно в Солдатской слободе по генеральному плану 1811 года были заложены первые шесть городских улиц: Донская, Рождественская (Обороны), Полицейская (Тургеневская), Почтовая (Станиславского), Канкринская (Ульяновская), Воронцовская (Баумана) и три переулка: Казанский (Газетный), Николаевский (Семашко), Соборный. Планировка улиц центральной части Ростова, как в Санкт-Петербурге, – стройная и организованная.
Вместе с развитием города становится на ноги и множится купеческое сословие. В памятном фолианте, изданном к 300-летию Дома Романовых, перечислялись самые известные и успешные торговые фирмы России. Среди них были компании и 27 ростовских купцов. Вот лишь некоторые фамилии: Чурилин, Уланов, Максимов, Кистов, Супрунов, Феофаний, Парамонов, Кушнарев, Дутиков, Маврокордат, Панин.
Ростов-на-Дону был городом частных инициатив. Церкви, приходские и городские школы, гимназии, училища, городской сад, институт, театр – все это и многое другое строилось на купеческие пожертвования. Средства же городской казны практически не использовались.
Размах благотворительности купцов вызывал удивление и уважение не только у соотечественников, но и у иностранцев. Дело было вовсе не в том, что купцы имели много денег. Благотворительность была частью купеческой морали и считалась для них естественной и привычной.
Так ростовское купечество на протяжении всего одного столетия создало себе памятник под открытым небом – город Ростов-на-Дону, где каждый старинный дом – это имя!
Одна из инициатив купечества ныне являет собой архитектурную доминанту исторического центра Ростова. Речь идёт о соборе во имя Рождества Пресвятой Богородицы – одного из немногих уцелевших в России храмов в русско-византийском стиле. История этого величественного собора началась в 1781 году, когда на территорию торговой площади между Солдатской и Доломановской слободами была перенесена часовня из поселения Полуденка на востоке от крепости Св. Димитрия. При увеличении числа прихожан было решено возвести церковь по аналогии с той, которая была посвящена Введению во храм Пресвятой Богородицы в Семёновском полку на окраине Санкт-Петербурга.
Общий вид Ростова-на-Дону в XIX в.
Закладка ростовского храма состоялась в 1854 году, а завершили его уже в 1860-м. А вот колокольню по проекту войскового архитектора Антонио Кампиони возводили на несколько десятилетий позже. Это редкий для Юга России образец четырёхъярусной звонницы с использованием форм русского зодчества и ренессанса.
Этот кафедральный собор в дальнейшем стал одним из главных символов города. Его нередко называют «уменьшенной копией» московского храма Христа Спасителя. И этому есть объяснение. При строительстве ростовского храма действительно был использован проект академика архитектуры Константина Тона, примененный с разными вариациями как минимум трижды – в Петербурге (не сохранился), в Москве и в Ростове-на-Дону.
Храм был настолько посещаемым и популярным местом для ростовчан, что службы продолжались даже в 1920-е годы. И лишь с началом, как ныне принято её называть, «безбожной» пятилетки храм в 1930 году закрыли и тогда же сняли кресты и колокола. Как в насмешку, на территории подворья разместили зверинец (не напоминает ли это, когда первых христиан в древнеримские времена бросали на растерзание диким зверям?!), помещение собора использовали под зернохранилище, чистые и опрятные флигеля отдали под жилье нуждающимся.
Собор Рождества Пресвятой Богородицы – визитная карточка Ростова-на-Дону
Любопытно и примечательно, что в годы Отечественной войны взорвали верхние ярусы колокольни, как ориентир для вражеской авиации. Чтобы завоевать доверие народа, службы в соборе возобновились уже во время второй немецкой оккупации, с лета 1942 года, и не прекращались после освобождения Ростова в феврале 1943 года. В мирном 1949 году разобрали ещё один ярус звонницы, и в оставшемся нижнем была оборудована часовня. Она действовала до 1992 года, когда началось воссоздание колокольни. В год 1000-летия Крещения Руси (1988) осуществили золочение всех глав и новых крестов собора. И ныне восстановленный комплекс засиял и облагородил неповторимую панораму Ростова, открывая вид на главную магистраль города – улицу Большую Садовую.
Перед кафедральным собором Рождества Пресвятой Богородицы с 1890 года до революции стоял величественный монумент Александру II, царю-Освободителю, особо почитаемому ростовцами. Мятежное время не пощадило величественный памятник – его в антимонархические времена отправили на переплавку. Долгое время фокусное место на площади Старого базара пустовало, как та же Лубянка в Москве после освобождения от памятника Дзержинскому в перестроечные годы. И только в начале нового тысячелетия перед собором был установлен монумент в память о небесном покровителе города – святителе Димитрии Ростовском.
Барон Николай Егорович Врангель происходил из известного немецкого рода, представители которого служили в Европе, а потом в России. В Ростове он работал одним из руководителей знаменитого РОПиТа – Русского Общества пароходства и торговли. В дальнейшем Николай Егорович стал председателем Амгунской золотопромышленной компании и членом правления нескольких крупных российских предприятий.
В самом центре Ростова, в Газетном переулке, сохранился дом семьи барона Николая Врангеля и Марии Дементьевой, состоявшей в родстве с Анной Керн – знаменитой музой Пушкина. Глава семейства принадлежал к старинному дворянскому роду, основатели которого были выходцами из Дании ещё в XIII веке. К этому же роду принадлежал и известный арктический путешественник, адмирал, один из учредителей Русского географического общества Ф.П. Врангель (1796–1870).
Фрагмент дома Врангеля
Некогда это было приметное здание в городе, с гордыми и неприступными кариатидами на фасаде, с искусными плафоном и фризом в парадном зале. Ныне, правда, строение имеет жалкий вид – с ободранной штукатуркой, осыпающимися карнизами, разрушенной крышей.
Мария Дмитриевна родила мужу трех сыновей. Младший, Всеволод, умер от дифтерии в раннем возрасте в Ростове-на-Дону. Средний, Николай, был известным историком искусства, писателем. Благодаря его трудам стали хрестоматийными такие имена, как Грабарь, Кипренский, Мартос, Росси. Но он скоропостижно скончался в 1915 году, будучи санитаром-добровольцем в рядах русской армии.
Старший, Пётр, был выдающимся человеком, профессиональным военным и последним главнокомандующим Белой армией. Первоначально он обучался в Ростовском реальном училище, позже закончил горный институт. Военную карьеру начал в 1904 году, а в годы Первой мировой войны уже командовал лейб-гвардии конным полком. 1917 год вознес его на вершину военной власти, он был произведён в генерал-майоры, с августа 1918 года вступил в Добровольческую армию Алексеева и Деникина. С весны 1919 года неоднократно бывал в Ростове, будучи в звании генерал-лейтенанта, командовал Кавказской Добровольческой армией; позже сменил А.И. Деникина в должности главнокомандующего Вооружёнными силами Юга России. В те годы за свою строгость и непримиримость он и заслужил прозвище Чёрный Барон.
Вот несколько строк из воззвания генерала Врангеля:
Слушайте, русские люди, за что мы боремся:
За поруганную веру и оскорблённые её святыни.
За освобождение русского народа от ига коммунистов, бродяг и каторжников, вконец разоривших Святую Русь.
За прекращение междоусобной брани.
За то, чтобы крестьянин, приобретая в собственность обрабатываемую им землю, занялся мирным трудом.
За то, чтобы истинная свобода и право царили на Руси.
За то, чтобы русский народ сам выбрал бы себе Хозяина.
Помогите мне, русские люди, спасти Родину.
После поражения своей армии под Перекопом Пётр Врангель, стиснув зубы, отдал приказ отходить к портам Крыма и, несмотря на трудности и неразбериху, организовал отступление с последующей эвакуацией в Турцию 145 тысяч человек. Он покинул Севастополь с последними воинскими частями в ноябре 1920 года.
Пётр Врангель
В эмиграции Врангель создал Русский общевоинский союз (РОВС), который надолго пережил его создателя. На могильной плите Петра Николаевича в Белграде, где он захоронен, краткая надпись: «Генерал Врангель». Уходит междоусобная вражда, возвращается память и уважение к патриотам, у которых было своё Отечество.
Солдатская слобода была в Ростове местом проживания старообрядцев. Общинный дух христиан вынуждал их селиться вместе на улицах Канкринской (сейчас Ульяновская), Воронцовской (сейчас Баумана) и Донской, в переулках Николаевском (Семашко) и Казанском (Газетный).
Купец Николай Панин, будучи активным деятелем российского старообрядческого движения, в 1910 году для покровской старообрядческой общины строит дом причта (Ульяновская, дом 39).
Год спустя он приобретает рядом надел земли, где знаменитый московский зодчий Владимир Покровский возводит храм во имя Покрова Пресвятой Богородицы. Для строительства церкви использовался кирпич местного завода Петра Ильина. На утварь и иконостас пожертвовали свои средства известные ростовские купцы-старообрядцы – Парамоновы и Соловьёвы.
Академик Владимир Покровский так удачно вписал храм (освящен в 1913 году) в неорусском стиле в тесную застройку улицы, что он привлекал внимание прохожих неожиданными архитектурными деталями. Храм, построенный рядом с местом, где располагалась одна из первых часовен Ростова – Покровская, стал называться Покровско-Ильинским, по расположению в нём второго храмового престола Св. Ильи Пророка.
Старообрядческий Покровский собор
Этим храмом была продолжена традиция старообрядчества, когда они с 1880-х годов выступали главными заказчиками культовых строений в неорусском стиле.
Говорят, светский облик ростовского старообрядческого храма уберёг его от разрушения и разграбления на иные хозяйственные нужды, чего не избежали многие культовые объекты Ростова в 1930-х годах. Но всё же церковь была закрыта, в ней разместилась радиомастерская (хорошо хоть не сырое и гнилостное овощехранилище, как было принято поступать с прочими церковными строениями!). Впрочем, потери тоже имелись: был разобран иконостас, исчезли многие иконы и церковная утварь.
Старообрядческая община, как наиболее активная и настойчивая часть православного населения, возобновила свою деятельность уже в 1946 году. А в 1980-х годах на свои места вернулись свергнутые кресты и главки. Сегодня позолоченная звонница храма стала фокусной точкой донской панорамы Ростова.
Кроме храма и дома причта, Николай Панин построил на своем участке ещё четырёхэтажный богаделенный дом, выходящий своим фасадом на улицу Воронцовскую (Баумана).
Это был крупнейший дом призрения в Ростове-на-Дону. Его площадь составляла порядка 1200 кв. м, в нём было более 50 палат. Панин за свои средства полностью содержал и храм, и причт при нём, и богаделенный дом.
Николай Алексеевич Панин – ростовский купец первой гильдии и промышленник, «гвоздильный король»… Основной продукцией завода Панина в Сычевой балке были гвозди, различный крепёж, проволока и мебельные пружины.
А тот же Елпидифор Парамонов, дававший пожертвования на сооружение старообрядческого храма, был известным в Ростове зернопромышленником, владевшим крупнейшей в городе мельницей, зерновыми складами и так называемыми ссыпками по всему Дону. Городская молва приписывает ему владение зерновыми складами в виде нескольких кирпичных корпусов у склона донского берега вдоль набережной, к востоку от Ворошиловского моста.
Эти склады Ростовского порта выделялись масштабом корпусов, удачным их размещением, удобной связью с портовыми сооружениями и железнодорожной веткой, а в архитектурном смысле – стилевым единством фасадов. Это был лаконичный декор с мотивами романского зодчества и классицизма. Рациональная организация внутреннего пространства отражалась на внешнем виде. Интересны круглые отверстия в междуэтажной зоне – они служили для пересыпки зерна со второго этажа на уровень набережной при помощи брезентовых рукавов. Далее зерно грузилось на баржи для отправки, в том числе за границу.
Инженеры, проектировавшие корпуса, использовали родники, открывающиеся на склоне. Вода была собрана в желоба, которые проходили через помещения складов. Тем самым поддерживалась пониженная температура (температура родниковой воды круглый год оставалась неизменной – около девяти градусов), необходимая для хранения зерна.
Корпуса сохранились во время бомбардировок порта в годы Отечественной войны. Но они неизбежно разрушались от времени в годы бесхозного существования. Ныне они представляют собой живописные руины, заросшие древесно-кустарниковой растительностью и зеленой травой. Водопады и родники создают свой микроклимат, благоприятствующий буйной зелени. Эстетика разрухи создаёт свою неповторимую ауру вокруг памятника инженерной мысли.
С купцом-старообрядцем в городе связано ещё одно примечательное здание – маленькое палаццо (итальянское «дворец, городской особняк») на Большой Садовой (ростовский архитектор Николай Дорошенко). Он, согласно легенде, преподнёс этот подарок своей пассии, актрисе Черновой. Этот богатый купеческий дом с элементами классицизма и барокко стал заметным и привлекательным ориентиром, но, главное, одним из красивейших строений в Ростове.
Дом причта
После революции здесь поселилась сразу ставшая популярной в городе «Театральная мастерская». Студию посещал, будучи проездом на Дону, столичный поэт Николай Гумилёв; его восхитила игра актёров, среди которых были Антон и Евгений Шварцы (впоследствии известный чтец и замечательный драматург). Но столь богато декорированный дом Черновой недолго оставался «приютом комедиантов». Его ожидали бурные перемены – муниципализация, бомбардировка в годы Отечественной войны, нерадивое использование, просадка и деформация фундамента. По стенам пошли трещины, из аварийного здания выехали жильцы.
Сегодня фасады восстановлены, фундамент укреплен. Хотя новые владельцы изменили внутреннюю планировку, но внешний вид сохранился. Здание на углу Халтуринского переулка и Большой Садовой являет собой пример воссоздания памятника архитектуры методом разборки и последующего ремонта. Подновленные скульптуры мускулистых атлантов и изящных кариатид радуют глаз и поднимают настроение своей солнечной античностью.
Дома, как и люди, могут рассказать о многом. Не все знают, что в Ростове сохранились старинные здания начала и середины XIX века. Это – дома бывшей Солдатской слободы.
Дом братьев Геронимусов (Ульяновская, дом 34) – это один из первых доходных домов Ростова. В этом доме расположены и квартиры хозяев, и квартиры, сдаваемые внаём.
Братья Абрам и Иосиф Геронимусы были строительными подрядчиками. Половина Ростова вымощена Геронимусами.
Абрам Геронимус был подрядчиком строительства за счет средств пожертвований Александровской больницы. Большие средства выделил купец 1-й гильдии Яков Гурвич, который являлся владельцем доходного дома на Тургеневской улице (дом 44) и мельницы на Смирновском спуске.
По улице Ульяновская (бывшая Канкринская, дом 14) находится дом Степана Семеновича Акимова, купца, торговавшего солью, икрой и рыбными деликатесами. Здание выполнено в изящных ренессансно-барочных мотивах, популярных в купеческой среде XIX века.
В высоком цоколе здания находилась управляющая контора и засолочная для икры и рыбы. На верхних этажах располагалась гостиная и домашний кинотеатр для показа «живых картин».
В Соборном переулке (дом 68) находится величавое здание, принадлежавшее купцу Семену Великанову, торговавшему посудой. Это здание – доходный дом, в верхнем этаже которого жил сам купец.
Великанов вел широкую торговлю изделиями заводов Кузнецова в Ростове на Московской улице. Предприимчивый купец, привозя посуду из Франции, ставил на дне клеймо «Торговый дом С.И. Великанова в Ростове-на-Дону».
На углу улицы Шаумяна и переулка Соборного (дом 26) находится бывший особняк купца Ященко, построенный в 1883 году. «Здесь, в школе № 15 (Малевича), с 1927 по 1936 год учился Александр Солженицын» – так серым по темному мрамору прописными буквами выбито на небольшом прямоугольнике мемориальной доски.
Здание школы Малевича
В среде ростовского купечества утверждались новые жизненные ценности – стремление к европейскому образованию, воспитанию, меценатству и благотворительности. Крупные фабриканты и коммерсанты проявляли большой интерес к городской жизни и помогали ей значительными пожертвованиями. Примерами такого образованного купечества в Ростове-на-Дону являлись Гайробетовы, Садомцевы, Ященко, Литвиновы, Кречетовы и другие.
В Энциклопедическом словаре Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона читаем: «В 1779 году, следуя примеру крымских греков, крымские армяне обратились к русскому правительству с просьбой о водворении в пределах России. По Высочайшему повелению им были отведены земли в соседстве с мариупольскими греками, между Азовом и крепостью св. Димитрия, переименованной впоследствии в город Ростов, при урочище Полуденке, на правом берегу Дона, по течению речки Чалтырь. Один из основанных ими городов был назван, в память отнятого у них татарами священного города Великой Армении, Нахичеваном.
В 1782 году Нахичеван (впоследствии Нахичевань) был приписан к бывшему Таганрогскому уезду, позднее – к Александровскому уезду… а с 1 января 1888 года присоединен к области Войска Донского».
Этот город остался лишь в памяти людей и на улицах его бывшей территории – ныне Пролетарского района Ростова. В 1781 году при его закладке поселение получило название Нор-Нахичеван (новый привал, первый приют). А уже через столетие пригород Ростова получил новую вывеску – Нахичевань-на-Дону. Говорят, что это произошло из-за реформы армянского языка.
В настоящее время район ещё сохраняет следы былой планировки – на территории остались неширокие улицы, сбегающие к Дону. Город на Дону разрастался с оглядкой на Северную столицу, потому и улицы по плану XIX века были названы Линиями, по аналогии с Васильевским островом в Санкт-Петербурге.
Главная улица Нахичевани всё та же, что и в былые времена. Правда, с иным названием – Советская; но вот нумерация домов по улицам, параллельным Дону, не изменилась; счёт их идёт с тех «армянских» времен – от центральной нахичеванской площади, ныне площадь К. Маркса. Когда-то она называлась Екатерининской и на ней возвышался памятник императрице.
Колорит этого района составляют сегодня одно- и полутораэтажные домики. Их своеобразием восхищался ещё генерал Раевский, проезжавший Нахичевань-Ростов в 1820 году. Они основательно стоят на фундаменте и выглядят эдакими «крепышами», на них – затейливые восточные узоры. На некоторых со стен смотрят на прохожих маски бога торговли, а заодно и исполнителя мелких поручений Гермеса, с хитрым прищуром глаз. На многих домах башенки, орнаментальные козырьки над входом, ажурные кованые навесы над парадными дверьми, на окнах причудливые лепные наличники, женские маски; бросаются в глаза дверные ручки, изогнутые в виде змейки. Сохранилось и кладбище, которое упорно продолжают именовать Армянским, а не Пролетарским, как указано в современных путеводителях.
На землях, приписанных до революции к Нахичевани-на-Дону, располагался монастырь Сурб-Хач. Возведён он в 1786–1792 годах в стиле русского классицизма, рядом некрополь, относительно пологая лестница, спускающаяся к Темернику, у берега которого струится родник; здесь оборудован каптаж – инженерно-техническое сооружение, облегчающее выход подземных вод.
Екатерининская площадь в начале XIX в.
Монастырь возник в связи с переселением на Дон крымских армян правительством Екатерины II (примерным количеством 12 500 человек). В Крыму они главным образом обитали в городе Старый Крым, там ещё в 1358 году основали монастырь Сурб-Хач, там же был установлен и одноимённый хачкар. Армяне-переселенцы привнесли в среду местного населения свои обычаи и уклад, а также доставили древние святыни – хачкары, кресты-камни; ныне они украшают стены храмов, есть и отдельно стоящие, поставленные в память о каком-то примечательном событии в истории армянского народа.
Для переселенцев вместе с городом Нор-Нахичеван вблизи было основано пять армянских сёл (ныне это территория Мясниковского района Ростова). Привезённые крымские хачкары были установлены не только в монастыре Сурб-Хач, но и в храме Св. Григория Просветителя (Сурб Григор Лусаворич), уничтоженного в 1966 году; старые фотографии запечатлели их стоящими у храмовых стен.
Армянские средневековые памятники хачкары представляют собой вертикальные каменные плиты с резным изображением большого креста в сложной орнаментальной композиции. Христианство в Армении было принято гораздо раньше, чем на Руси, в III веке н. э.
Считается, что самые древние хачкары, сохранившиеся до настоящего времени, относятся к IX–XI векам. Появление каменных крестов связывают с раннехристианскими стелами, на плоскости которых отображалась библейская мифология, исторические деяния героев и царей.
Самый древний и известный в крае хачкар ныне находится в Ростовском краеведческом музее (IV век). Считается даже, что древнее этого камня-креста в России больше нет. Реликвия армян Дона привезена из Анийского царства, разгромленного турками-сельджуками.
Монастырь Сурб-Хач, с однокупольной церковью, архиерейским домом, школой, преобразованной позже в семинарию, типографией, библиотекой, стал местом притяжения армянского землячества и культурно-просветительским центром.
Вид на церковь Сурб-Хач
У его стен – могилы монастырских настоятелей, преподавателей, выдающихся деятелей армянской культуры. С 1920 года, как было принято в те неугомонные годы, монастырь был закрыт, на его подворье разместился детский приют. В послевоенные годы разрушенные монастырские строения не восстанавливались, осыпалась штукатурка, обваливались карнизы. Возрождение монастыря связано с именем уроженца Нахичевани, известного художника Мартироса Сарьяна. По его инициативе и благодаря поиску щедрых благотворителей была проведена реставрация памятника истории – ныне это объект федерального значения, отремонтированы лестница и мост на остров, очищен родник. В 1972 году в облагороженном здании храма, принадлежащем армяно-григорианской церкви, открыли Музей русско-армянской дружбы – филиал Ростовского областного краеведческого музея.
В Ростовской Нахичевани были и свои объекты культурной жизни. Самый известный, пожалуй, Нахичеванский театр на площади Свободы (бывшей Бульварной) – храм Талии и Мельпомены, где ныне выступает областной академический молодёжный театр. Проект здания был выполнен в стиле пышного барокко и ренессанса, он очень похож обликом на Одесский оперный театр.
Здание возводилось с 1896 по 1899 год по проекту городского архитектора Николая Дурбаха. В его основу положен план Одесского оперного театра в уменьшенных размерах: 710 мест в театре вполне удовлетворяли нахичеванских театралов. В 1899 году театр освятили по обряду православной и армяно-григорианской церквей и торжественно открыли; вероятно, это было в духе армян, уважающих веру до такой степени, что по церковному обряду освящаются даже светские здания.
Нахичеванский театр на старой открытке
С тех пор в семейных альбомах находим множество фотографий с нахичеванцами, запечатленными в театральных ложах и фойе. По рассказам старожилов, все, кто вносил свою лепту в дело строительства, получили пригласительные билеты, дававшие право бесплатного посещения театра каждый месяц.
Зал с хорошей акустикой собирал актёров со всего юга России. В здании театра часто проходили гастроли драматических трупп, известных музыкантов и певцов, устраивались благотворительные вечера. Весь ХХ век театр сохранял своё изначальное предназначение. Он дал приют Рабочему театру, Театру комедии, Театру юного зрителя, получившего звание академического молодёжного театра. Реконструкция добавила пристройки, повторяющие декор конца XIX века, реставрирован главный фасад и убранство зрительного зала, фойе и вестибюля. Ныне на сцене проводятся многочисленные международные фестивали спектаклей для детей и юношества.