Царица

Эвелина Тень
Царица

«Сколько же их?» – подумала я не то чтобы с тревогой, скорее озадаченно.

– Катрина, Сара, я могу выйти одна, – легко предложила я, – посмотрим на расстановку сил.

– Они никогда раньше на нас не нападали, – недоумевала Катрина. – Никогда! Это же нарушение соглашения. Они ставят себя вне закона! Перси, ты ничего не путаешь?

Она обернулась к стройной бледной брюнетке, с недавних пор нашей предсказательнице. Предсказательница… Мне нравилось это слово больше, чем пафосные «пифия» или «оракул», и уж конечно больше, чем «ясновидящая», так как видения редко бывают ясными, да и Перси события будущего скорее ощущала и предчувствовала, чем видела.

– Я не путаю, – отчетливо сказала Перси.

– Извини, не хотела тебя обидеть. Но ты ведь недавно у нас… экстрасенс, – гнула свое Катрина. – Может, посмотришь еще?

– У нас все недавно, – заметила Перси, – и твои способности не старше моих. И про них ты знаешь еще меньше, чем я про свои.

– Брейк, девчонки, – сказала я. – Нашли время цапаться – вампиры на пороге.

– Это Перси так говорит, – хмыкнула Катрина.

– Ну так давайте ее послушаем, – предложила я. – Перси, выкладывай все, что знаешь… в смысле предчувствуешь, – поправилась я.

Перси бросила мрачный взгляд на Катрину, но та развела руками, и девушка сказала:

– Их много, и они идут к нам. Самое большее через десять минут будут здесь.

– Все же странно, – включилась в разговор Сара, четвертый член нашей группы. – Как они нас нашли? Откуда им известно, где мы? Они нас что, чуют?

Вопрос, видимо, адресовался все той же Перси. По крайней мере, мы втроем развернулись к ней и уставились выжидающе.

– Я не знаю, – нехотя призналась предсказательница. – Я чувствую только то, что чувствую. Они знают, где мы, они идут сюда. И, девочки… – Она прислушалась к чему-то, слышному только ей, и ахнула: – Они идут убивать!

Мы быстро переглянулись.

– Чушь, – упрямо тряхнула русыми волосами Катрина. – Идут прямо сюда, на базу? Да еще убивать! Они не посмеют!

– Зачем мы им? – задумчиво протянула Сара. – Мы сами-то про себя узнали только утром…

В ответ на это я хмыкнула, прошлась по комнате, словно выискивая ответ, и подошла к окну.

– Может, они лучше нас знают, что мы собой представляем, раз так рискуют. – Я вгляделась в ночную тьму.

– И что мы собой представляем? – хмыкнула Катрина, уперев руки в бока.

– Видимо, опасность, – пожала я плечами.

Все притихли, раздумывая.

– Они рядом, – сказала Перси.

– Да, – кивнула я, помедлив. – Я тоже чувствую.

– Больше одного, – заметила Сара.

Мы посмотрели на Катрину:

– А ты? Ты что-нибудь чувствуешь?

Катрина поморщилась:

– Я не пифия и не экстрасенс, это точно.

– У всех у нас обострились экстрасенсорные способности, – заметила я. – Попробуй, может, что-нибудь уловишь? В конце концов, мы спецгруппа по взаимодействию с нежитью и должны же ее как-то определять.

Катрина вздохнула, смиряясь, и прикрыла глаза. Мы ее не торопили.

– Да, – наконец недовольно сказала она. – Чувствую агрессию, совсем рядом. Не знаю кто, не знаю сколько и уж конечно не понимаю почему. Просто ощущаю направленную на нас враждебность. Как это меня все раздражает! – досадливо поморщилась Катрина.

Я благоразумно не стала уточнять, что именно ее так нервирует: крадущиеся в ночи вампиры или возросшие и пока непонятные экстрасенсорные способности. И то и другое, наверное.

– Я выйду, – решила я. – Если наши новые таланты – фикция, нет смысла всем подставляться. Не выходите, пока не позову, – сказала и направилась к двери.

– Постой, – окликнула меня Сара. – Нехорошо это как-то. Пойдем вместе.

– Согласна, – поддержала ее Катрина. – Пропадать, так в компании.

– Какой смысл в компании пропадать? – нахмурилась я.

– Перси оставим, – сказала Сара. – С ней все понятно.

– Да уж, – хихикнула Катрина. – Выставить пророчицу против вампиров-убийц – то-то они удивятся!

Не думала, что Перси может побледнеть еще сильнее, но она побледнела.

– Помолчи, Катрина, – сказала я. – Пропадать всем нет никакого смысла, тем более что мы можем позвать на помощь. У кого-нибудь остался телефон?

Все переглянулись.

– Ясно, – вздохнула я и расстроенно провела пятерней по голове. – Что ж, придется подключать телепатию…

Несмотря на драматизм обстановки, все рассмеялись.

– Катрина, ты пойдешь?

– Что, одна? – взвилась Катрина. – Да я в себя еще прийти не могу после этого дурацкого эксперимента! И как я на него согласилась?!

– Тогда решено. – Я взялась за ручку двери. – Дольше тянем, больше у них шансов накрыть нас всех вместе. Сара, – обратилась вполголоса к подошедшей компаньонке, – останься. Ты самая старшая и мудрая. Если я… если что-то не так… девчонки на тебе.

Сара коротко кивнула. Я вышла, аккуратно прикрыла дверь, вдохнула полной грудью прохладный ночной воздух. Потом достала из кармана ключ и повернула его в замке.

– Эй, ты чего?! – раздалось за дверью приглушенное шипение.

– Ничего, девчонки, – пробормотала я. – Простите, но так мне будет спокойнее.

Прислонилась спиной к двери – отходить от нее все-таки не хотелось – и огляделась. Отличные декорации, вполне подходят для среднебюджетного триллера, нагоняющие такой же средней степени страх. Глубокая ночь – на часах с подсветкой три двадцать, на небе конечно же круглая луна, слегка затянутая темно-серым облаком, над дверью в пристрой – мерцающий плафон, бросающий прямоугольник призрачного света на террасу, дополнительно подсвеченную по всей длине невысокими симпатичными столбиками-фонарями. Слева от террасы – роскошная тополиная аллея и декоративно подстриженные кустарники, подступающие к самым ступенькам, и… тишина. Ни звука. Где-то там, за терраской, кустарником и аллеей проходило шоссе, но, как я ни прислушивалась, не услышала ни одной проезжающей машины. Неудивительно вообще-то для полчетвертого ночи (или уже все-таки утра?). Если же пойти направо, то пристрой переходил в многоэтажное современное здание, где и размещалась организация, на которую мы работали. На самом деле, чтобы получить помощь, надо было всего лишь пересечь террасу, спуститься, обойти пристрой – и вот через пять-семь минут спокойного шага я уже на базе. Н-да, быть совсем рядом и не суметь… Я в задумчивости взглянула на аллею и кустарники. И то и другое после откровений Перси выглядело довольно зловеще и подозрительно. Может, все-таки пробежаться до управления? Правда, аллейка не освещалась… Я переступила с ноги на ногу. Ну что-то они затягивают с выходом, я уже и нервничать начала.

И тут я их почувствовала. Порыв ветра тронул листья на деревьях, нарушая пронзительную тишину ночи, и почему-то именно с ветром я их учуяла. Они были близко, совсем близко. В сгустившейся темноте сразу за таинственно подсвеченной терраской. Они были настолько близко и настолько недружелюбны, что у меня закололо кончики пальцев. Ух ты, может, это он, мой новый дар?! Я отклеилась от двери, встряхивая кисти рук и пытаясь уловить еще что-нибудь. И уловила. Их трое. И это только первые из них. От этого открытия меня качнуло, и пальцы сами собой торопливо нащупали в кармане ключ, планируя срочное отступление. Вот тут один из них и скользнул на террасу. Я не отследила, как он это проделал, то ли из-за его хваленой вампирской скорости и стремительности, то ли из-за элементарного страха. В любом случае он материализовался на другом конце терраски, где секунду назад его еще не было, и выжидающе посмотрел на меня. Что ж, поздняк метаться. Я отпустила ключ, за который хваталась, решительно шагнула вперед, загородив собой дверь, встала поустойчивее – ноги слегка расставлены, руки свободно опущены, – всей своей обманчиво расслабленной позой комично напоминая персонаж вестерна. Может, доводилось видеть эти захватывающие пистолетные кинопоединки? Какая напряженность! Сосредоточенность! Какой накал страстей! Один напротив другого, побеждает быстрейший. Все, как сейчас, за исключением маленькой детали – отсутствия у меня верного кольта, ну или любого другого, хотя бы самого завалявшегося, оружия.

Вампир это тоже заметил. Он окинул оценивающим взглядом мою одинокую невысокую фигурку в новеньких синих джинсах и любимой белой футболке с сияющим в полутьме серебристым котенком на груди (пушистик задорно подмигивал, выпуская коготки, а по кругу шла надпись: «Вы не стойте слишком близко, я тигренок, а не киска!»), оглядел мои пустые руки, и на его лице отразилось такое изумление, что я даже засмущалась. И правда, надо было взять с собой что-нибудь. Монтировку, что ли? Или любую другую железяку. Хотя откуда у нас железяки? Ножку стула? У нас офисные кресла на колесиках, к тому же совершенно целые… Просто табурет? Ну хоть что-нибудь! Что-нибудь, чтобы почувствовать приятную тяжесть в руке и не выглядеть так смехотворно беззащитно перед этим монстром. И футболку не мешало бы сменить. Есть у меня одна подходящая, черная, с ухмыляющимся черепом из стразов. Знать бы заранее, а теперь что толку трепыхаться!

В общем, несмотря на решительный вид, я его не впечатлила. Да и саму себя тоже, если честно. Вампир стоял передо мной – темноволосый, высокий, мускулистый. Он и при жизни был раза в два меня сильнее, а уж после смерти… На его стороне были внушительного вида клыки (он их мне продемонстрировал, слегка оскалившись), подкачанные длинные руки (пальцы подрагивали, словно уже сжимаясь на моей шее), суперскорость, суперсила и, если верить краткому курсу вампирологии, бессмертие. Я ничего не забыла? Ах да, в кустах позади него притаились еще двое.

А на моей стороне… А на моей стороне была я. Что ж, не так уж и мало. И еще три испуганные безоружные девчонки за запертой дверью. Удивительно, как успокаиваешься, когда понимаешь, что отступать некуда. Вы спросите, о чем я думала, выходя в одиночку на битву с вампирами? Честно говоря, во-первых, думала, что это специальный тест какой-нибудь, устроенный нам для проверки полученных способностей. Ну не нападали вампиры так внаглую на людей, тем более на сотрудников спецслужбы, хоть и неофициальных. Во-вторых, думала вступить в переговоры. Откуда вдруг такая агрессия? Но одного взгляда на убийцу хватило, дабы понять, что ошиблась и с первым, и со вторым: это не тест, и переговоров не будет. И, в-третьих, уже сейчас я с робкой надеждой думала: ну раз выгляжу так безобидно, что даже отсюда мне видно недоумение на вампирском лице, может, он меня не тронет? Ну чего, право, мараться… И тут громыхнули кулаком в дверь. Я, ничего не ожидавшая с тыла, вздрогнула и даже присела.

 

– Эй, ты жива? – крикнула Катрина. – Что происходит?

– Жива, – ответила я. – Веду переговоры. Не мешайте больше! Понадобитесь – открою.

И в этот момент вампир на меня бросился. Я подумала: «Ну вот и все», – и вместе с этим: «Если у него есть суперскорость, может, и я теперь так могу?» Конечно, все это заняло гораздо меньше времени, чем описание, просто проблеск: «А вдруг?» И вслед за этим проблеском я стремительно метнулась вправо. В последний момент метнулась и не успела полностью уйти из-под удара. Он задел меня по касательной (в плече что-то противно чавкнуло), меня развернуло, при этом голова проделала весьма энергичную дугу, в шее отчетливо щелкнуло, я проехала пару метров на полусогнутых ногах и чудом на них устояла. Проверила шею – уф, все в порядке, дотронулась до левого плеча – хреново, проморгалась и выпрямилась. Но если мне еще раз так голову мотнет, сотрясение мозга обеспечено.

Вампир злобно выщерился на меня, но теперь изумление на его физиономии носило другой характер. Вероятно, он рассчитывал просто впечатать меня в стену и теперь искренне недоумевал, почему этого не произошло. Ура, да здравствует сверхскорость! Три секунды боя с вампиром, а я все еще жива.

Он ринулся ко мне, но теперь я не тратила драгоценные доли секунды на размышления: бросилась к нему навстречу, низко пригнулась и, проскользнув под рукой, вынырнула с другой стороны. Он атаковал снова, и теперь я, уклоняясь, оказалась на противоположном конце терраски. «Он гонит меня к другим вампирам!» – ахнула я и, воспользовавшись суперскоростью, в мгновение ока вновь оказалась у двери в пристрой. «Сколько ж он так гонять меня будет?! – подумала я. – Интересно, есть ли у меня еще что-нибудь, кроме скорости? Может, сверхсила? Врезать бы ему… Или еще что?» Я подпрыгнула для эксперимента. Неплохой вышел прыжок, в школе на занятиях физкультурой получалось гораздо хуже, но до суперпрыжка все же явно не дотягивал. Что ж, рассудила я, раз тут случился облом, то и с суперсилой рисковать не стоит. А значит, вступать в ближний бой нельзя. Что же остается? Кружить по терраске, надеясь, что сработает телепатия компаньонок или проедет мимо полиция? Да еще левая рука начала болезненно дергаться. Рука-то при чем? Плечу же досталось? Неужели такая отдача?

И тут в круг света вступили вампиры, прятавшиеся раньше в кустах. Все трое обменялись быстрыми взглядами, и я, хоть и не считала себя телепатом, их отлично поняла: «Хватит игр. Заканчиваем с этой и беремся за остальных». Они стояли передо мной – равнодушные, сильные, тренированные, и я как-то очень отчетливо поняла, что, несмотря на обретенную сверхскорость, от них троих мне никуда не деться: в какую бы сторону я ни кинулась, кто-нибудь да достанет меня. Ведь они пришли убивать, я в этом больше не сомневалась.

И они прыгнули. Одновременно. Все трое. И не просто так, а в красивом прыжке с ударом ногой (что-то из карате, что ли?). Мастера Шао-Линя рыдали бы от зависти, узрев этот грациозный синхронный полет. Я тоже была готова зарыдать, но, разумеется, по другой причине. Время словно растянулось, остановилось на секунду, а потом я, отчаявшись, махнула левой рукой, проводя плавную дугу слева направо, словно отгоняя от себя это ужасающее и грозное зрелище и пряча лицо, как хотела бы спрятаться вся.

Ха. Вампиры на мгновение зависли в воздухе, словно раздумывая, а потом аккуратными кучками шмякнулись на терраску.

Ха-ха. Что это значит? Три тела лежали передо мной не шевелясь. Я осторожно приблизилась. Что происходит? Я перестала их ощущать. Они мертвы? В смысле мертвы как вампиры? Я задумчиво хмыкнула и слегка поддела ногой голову ближайшего ко мне противника, того, самого первого, высокого и темноволосого. И голова послушно отделилась от тела, явив чистый и ровный срез, такой аккуратный, словно сделанный самым совершенным клинком в мире. О господи! Я нагнулась и зачем-то суетливо попыталась приставить голову обратно к телу. Заодно осмотрела и остальных: их шеи также охватывала тонкая, едва заметная отметина. Хорошо хоть кровищи не натекло – это ж вампиры. О господи! О господи!

Левая рука полыхала жаром и мелко тряслась. Я с опаской на нее посмотрела. Это что же? Это я их так?! Я торопливо огляделась в поисках случайного спасителя. Но такового не обнаружила, зато почувствовала, что там, в аллее, есть еще вампиры, и не один-два, а с десяток, и они наблюдают за мной.

Челюсти мои упрямо сжались. Ах так? Все никак не успокоитесь? Что ж. Три тела лежали у моих ног, но я, задвинув подальше истерику, думала лишь о том, что я их не убила. Не убила как вампиров. Что через какое-то время они восстанут, а я вряд ли смогу повторить этот трюк с отрубанием голов. «Убить, убить побыстрее, – настойчиво шептал инстинкт самосохранения. – Это отобьет охоту лезть к нам у тех, что выжидают в аллее». Но как? Я лихорадочно соображала. Надо их сжечь. Так говорится во всех пособиях. Ну, сжечь так сжечь. Но не успела я подумать, каким образом это сделать, как моя левая рука, словно дождавшись наконец от меня этого решения, вскинулась сама собой, ударила светом, и вампиры вспыхнули синим пламенем. Ну, не совсем синим, скорее голубым, но тоже получилось эффектно. Бушующий огонь скрыл от меня тела и аллейку, но я чувствовала, как замерли в шоке те, кто прятался в темноте. Руке тут же полегчало, и пульсация в ней постепенно затихла.

Н-да, интересно. С тоской взглянула на часы: до рассвета оставалось минут двадцать. За это время меня успеют раз десять съесть.

И тут я услышала тихий свист. Ну, или что-то вроде свиста. Думаю, человеческое ухо не должно было его уловить, и то, что я его услышала, наверное, тоже было частью моих новых способностей. Этот сигнал, посылаемый на какой-то особой частоте, был обращен к вампирам, и они, услышав его, мгновенно покинули аллею. Кто-то отозвал их. Я чувствовала их удивление, смятение и одновременно полное повиновение. Мне некогда было ломать над этим голову, поскольку пламя на поверженных противниках стало опадать и, наконец, полностью исчезло. И что?!

Я задумчиво оглядела вампиров. Выглядели они еще живее, чем были раньше. В прямом смысле живее – вон даже румянец на щеках появился. Лежат себе тут целые и невредимые.

Невредимые?! Я наклонилась над вампирами, изо всех сил щуря глаза в неверном свете фонарей. Так и есть! Исчезли отметины на шеях. И что это значит? Ничего не понимая, я встала на колени перед первым вампиром, протерла глаза. Голова снова была на месте. Не доверяя собственному зрению, я слегка повернула голову вампира и скользнула ладонью по его горлу. Целехонький! И даже теплый… Теплый?! И что это?.. Пульс?! И в следующий миг он открыл глаза и глянул на меня в упор. Ох, не дай вам бог оказаться на моем месте! Я резко отшатнулась, отчего совсем не элегантно плюхнулась на пятую точку да так и осталась сидеть, хлопая ресницами и стараясь вернуть на место ухнувшее вниз сердце. Вампир пару раз моргнул, вздохнул (вздохнул?!), провел рукой по шее, болезненно поморщился и, наконец, принял сидячее положение. Я торопливо отползла.

– Что все это значит? – хрипло спросил вампир.

Выглядел он хоть и хмуро, но все же гораздо лучше, чем когда валялся с отсеченной головой. Хотя лучше – это смотря для кого. Для меня, может, и нет.

Я неопределенно пожала плечами.

– Что это значит? – требовательно повторил вампир, рассматривая свои руки, ощупывая лицо. – Я… жив?!

Я опять дернула плечом и осторожно сказала:

– Похоже на то.

– Я снова жив? Я стал человеком?! Это… это невероятно. Но так и есть… Неужели так и есть? – Он поднялся. – А они?

Он кивком указал на двух других вампиров.

– Не знаю, – сказала я и склонилась над вторым. – Тоже вроде цел…

– А пульс есть? – поинтересовался вампир.

– Да откуда я знаю? – огрызнулась я и очень осторожно прикоснулась к руке второго. Тот зашевелился, заморгал, нехотя приоткрыл глаза, посмотрел на меня, перевел взгляд на друга.

– Класс, – мрачно прокомментировал первый вампир. – Теперь давай, реанимируй Дилана.

– Какого еще Дилана? – проворчала я.

– Какого-какого. Вон последний остался, лежит прямо перед тобой!

– Что это еще – реанимируй?! Я скорая вампирская помощь, что ли? Что за фигня вообще? – Я попыталась встать с колен, но вампир удержал меня и сам уселся рядом.

– Давай прикоснись к нему, время уходит, – приказал он.

– Не хочу я к нему прикасаться! – заупрямилась я. – С чего ты вообще взял, что это я? В смысле что я вас оживляю?!

– А кто еще? Кончай выпендриваться, он же умрет!

– А зачем вы мне живыми?! – совершенно искренне воскликнула я и с сожалением подумала: «Не надо было вообще их трогать!»

Вампир ухватил меня за запястье.

– А суперсила-то тю-тю! – не удержалась я от колкого комментария.

Он полыхнул на меня злобным взглядом:

– На тебя и обычной хватит!

И он, не тратя больше слов, резко опустил мою ладонь на грудь третьему вампиру. Тот вздрогнул всем телом. Нет, ну надо же, видать, и впрямь это я их оживляю… Вампир взмахнул длинными темными ресницами, проникновенно взглянул мне глаза в глаза и, не отрывая взгляда, медленно и тепло улыбнулся. Я едва подавила горестный вздох: докатилась, вампиры мне как родной улыбаются!

– Итак, что все это значит? – попер на меня первый вампир (или уже и не вампир вовсе?).

– А я почем знаю? – оборонялась я.

– Ты превратила нас в людей? Обратно в людей? Как это возможно?!

– Сверхсилы нет и сверхскорости тоже, – негромко заметил Дилан, вставая и продолжая мне приветливо улыбаться. – Сердце бьется… дышу… все так странно. Я уже и забыл, как это – быть человеком.

– Значит, снова живые… – мрачно подвел итог второй вампир (в смысле бывший вампир).

Вдалеке завыла полицейская сирена. Мы все четверо встрепенулись.

– Где ты живешь, тигренок? – спросил первый вампир, разглядывая мою грудь. В смысле надпись на футболке.

– Канинг-роуд, 6, – на автомате ответила я и только потом, спохватившись, поинтересовалась: – А тебе зачем?

– Надо же нам где-то укрыться, – пожал тот плечами.

– И вы решили у меня?! – не поверила я.

– А где? К своим мы вернуться не можем, пока все не выясним.

– На что вы мне сдались?! – возмутилась я.

– Раньше надо было думать! – мстительно произнес вампир. – Ну всё, уходим. Полиция уже здесь. Да и рассвет близок.

Он бросил быстрый взгляд на небо.

– Рассвет вам теперь не помеха, – пробормотала я, глядя, как они дружной троицей соскользнули с терраски, не супербыстро и не сверхграциозно, но вполне проворно. Дилан слегка замешкался, обернулся и помахал мне рукой, застенчиво шепнув: «До встречи!»

До встречи! Меня передернуло. Надеюсь, ее не будет.

– Что произошло? – громыхнуло над ухом.

Я присела.

– О господи, Сара, так и инфаркт можно заработать! – обернулась я к компаньонке. – А как ты…

Тут раздался шум, визг тормозов и грозный, усиленный мегафоном голос:

– Полиция! Всем оставаться на местах!

Яркий свет прожектора ослепил нам с Сарой глаза.

– Полиция… – поморщилась я. – Как всегда, вовремя…

Но конкретно сегодня я была на них за это не в обиде.

Двое полицейских показались на терраске.

– Не двигаться!

Мы и не двигались, только на всякий случай услужливо подняли вверх руки. По ладоням Сары алыми ручейками стекала кровь.

* * *

– Ничего не говори, – торопливо шепнула Сара. – Не рассказывай, что здесь произошло. Мы все решили молчать.

Я покосилась на нее. Молчать – это меня устраивало. Но вот о чем?

– Что ты видела? – спросила я негромко, пока подходили полицейские: мужчина и женщина.

– Ты говорила с тремя мужчинами. Потом они ушли.

«Ура! – подумала я. – Она пришла не слишком рано».

– Что здесь произошло? Леди, вы в порядке? – поинтересовался мужчина.

– В полном порядке, спасибо. Ничего не произошло. – Мы сказали это хором.

– Как же в порядке? – с укором спросила женщина-полицейский у Сары. – У вас все руки в крови. Чья это кровь?

– Моя, – заверила ее Сара.

– Вам нужна перевязка. Как вы поранились? – поинтересовался мужчина.

 

«Вот ведь привязались!» – с досадой подумала я и взглянула на Сару: судя по ее растерянному лицу, она не успела придумать официальную версию, а неофициальную озвучивать не хотела.

– Простите, офицер, – сказала я (может, и не офицер вовсе, но я решила быть вежливой). – А как вы здесь оказались?

– В доме напротив увидели яркую вспышку и сообщили на пульт, а те передали патрульной машине. Решили проверить на всякий случай: позавчера был случай террора против людей. В этом же квартале.

– Взрыва же ведь не слышали, – пробормотала я.

– Не слышали, но ведь это нежить, кто знает, что она напридумывает? Так вы хотите сделать заявление?

– Не о чем заявлять, – угрюмо буркнула я, прикидывая, как бы их половчее успокоить.

И тут в дверь забарабанили изо всех сил, и голос Катрины проревел:

– Да откройте же нас, наконец!

Мы все вздрогнули, даже полицейские.

– Почему они заперты? – спросила женщина.

– Что здесь все-таки происходит? – в унисон ей воскликнул мужчина.

– Ключ потеряла, – промямлила я. – Сейчас найду.

Я покружила по терраске, разыскивая выпавший из кармана во время битвы ключ. Самый простой ключ, без заморочек, просто позор на такой инкубатор закрывать!

– Вот он. – Я подошла к двери и отперла ее. Еле успела отскочить: Катрина вывалилась наружу, сверкая очами.

– Обе живы? – крикнула она, переводя взгляд с меня на Сару, и тут заметила полицейских. – А, полиция… здрасте, – сказала она с вялой улыбкой.

– Я думаю, мы задержимся, – сурово сказал мужчина. – Пройдемте внутрь!

Катрина завладела вниманием полицейского, заступив дорогу и задав какой-то вопрос, его напарница ушла за аптечкой, и у нас с Сарой оказалась пара минут для разговора.

– Откуда кровь? – шепнула я и поморщилась: надо точнее формулировать, ибо откуда кровь, я и сама видела – из ладоней, а вот почему?

– Лучше спроси, как я выбралась, – сказала Сара так же шепотом.

– Как ты выбралась? – послушно повторила я вслед за ней. – Что не через дверь, мне ясно.

– Через окно, – сказала Сара. – Теперь спроси, почему так долго.

Мы вошли в инкубатор, кивнули Перси.

– Решетка? – предположила я, не помня, была она там или нет.

– Решетки нет, – покачала головой Сара.

– Высоко? – рискнула я.

– Не настолько.

Катрина и полицейские двигались за нами, и мы прошли на середину комнаты, давая им место. Под ногами что-то противно похрустывало.

– Просто решили выждать? – улыбнулась я.

– Нет уж, – отвергла эту догадку Сара. – Мы бы тебя ни за что не бросили!

– Ладно, сдаюсь. Почему?

– Уходя, ты запечатала и дверь, и окно. – Сара шепнула мне это в ухо.

Улыбка медленно сползла у меня с лица, которое вмиг растеряло признаки врожденного и неординарного интеллекта. Поглупело, в общем.

– В каком смысле запечатала? Чем запечатала?!

– Не знаю чем. Заклинанием, наверное, или просто приказом, – пожала плечами Сара и слизнула капельку крови с ладони. – Вот зараза, никак не остановится…

– Подожди, ты хочешь сказать – запечатала магически?! – задохнулась я.

Сара покосилась на полицейского, который устроился за столом и принялся расспрашивать Перси, и, взяв меня под локоть, отвела в сторону.

– Да, – сказала она. – И капитально. Мне понадобилось время, чтобы снять печать с окна. Время и много сил. Все мои силы, если точнее. Ну и вот…

Она не договорила.

– Да что тут под ногами валяется? – с досадой воскликнула я, отрывая кроссовку от пола и глядя вниз. Потом посмотрела на Сару. Та утвердительно кивнула. Я перевела взгляд на окно и замерла: окна не было. Нет, проем, конечно, был, и даже рама была, а вот стекло… стекло тонким слоем лежало на полу, размельченное почти в порошок.

* * *

– Так, – сказала я, собираясь с мыслями. – Так… – провела рукой по волосам.

Сара отошла к женщине с аптечкой.

– В общем, так. – Я развернулась к полицейским. – Мы являемся сотрудниками спецотдела Федеральной службы безопасности. – Формально это было не так, но я решила не мелочиться. – Немедленно свяжитесь с нашим куратором полковником Березиным. До его прибытия мы не называем никаких имен и не даем показаний.

– Полковник Березин? – прищурился полицейский.

– Именно так. Это дело не вашего ведомства, офицер. – Я выдержала его взгляд.

– Перси, заканчивай трепаться, – поддержала меня Катрина.

– Я ничего и не сказала! – обиделась Перси.

– Был сигнал, мне надо составить рапорт, – весомо произнес мужчина-полицейский.

– Все, я закончила с перевязкой, – одновременно с ним сообщила его напарница Саре.

И перекрывая весь этот многоголосый хор:

– Что здесь происходит?

Мы дружно обернулись: в дверях стоял полковник.

– Что здесь происходит? – повторил Березин.

Популярный вопрос, просто хит сегодняшнего дня, вернее, ночи. Интересно, сколько раз мне довелось его услышать? А еще любопытнее, сколько правдивых ответов на него было получено?

Полицейский поднялся, Сара и Катрина подошли к полковнику. Ну, разберутся без меня. Я присела на стул и посмотрела на часы. Надо же, всего-то час прошел, а кажется, что полжизни. Я прикрыла уставшие глаза, правда, тут же их торопливо распахнула: перед внутренним взором всплыла ясная картина того, как от моего толчка отделилась от тела голова вампира. Тьфу ты! Словно дождавшись наконец минутной передышки, с удвоенной силой заныло плечо. Странно, что я раньше о нем вообще не вспоминала, ни тогда, когда рукой головы сшибала, ни позднее. Вот что значит адреналин. Я поморщилась. Все-таки вдарил мне вампир чувствительно. Спасибо сверхскорости и сверхловкости, а то бы вообще уже здесь не сидела. Только вот сверхвыносливость, видимо, в набор приобретенных качеств не входила: навалилась такая усталость, что я едва не сползала со стула, лениво наблюдая, как полковник говорит с кем-то по телефону, договаривается с полицейскими… Провела кроссовкой по полу – противно заскрежетали осколки. Н-да, еще одна фишка. Первые лучи солнца скользнули в изувеченное окно, поползли по полу, заиграли на моем лице. Я зажмурилась, улыбаясь. Рассвет. Я уж думала, он никогда не наступит…

– Слышишь меня? – Полковник с размаху опустил тяжелую руку мне на левое плечо и энергично встряхнул.

Мне понадобилось усилие, чтобы не выругаться. Но вот выражение лица скрыть не удалось.

– Все в порядке? – спросил шеф, понаблюдав за моей мимикой.

– Да, все хорошо, – ответила я как можно увереннее, ибо уже точно решила, что никому не расскажу полной правды о прошедшей ночи. – Просто устала. Как и все девчонки, впрочем. Когда нас отпустят по домам?

– Придется потерпеть, – нахмурился полковник. – С полицией все улажено, но мне нужен ваш полный отчет, и прямо сейчас. Мы перейдем в офис, и вы мне все расскажете. Кроме того, я вызвал специалиста, чтобы провести необходимые контрольные замеры, ну и поскольку он врач, то проверит и все медицинские показания. Хочу быть уверенным, что с вами действительно все в порядке.

– Понимаю, – сказала я, прилежно улыбаясь: весть о проверке меня совсем не вдохновила. – Но ведь еще и шести нет, может, пожалеете своего специалиста?

– Да, голос у него спросонья был ужас какой хриплый, – заметил полковник. – Но ничего, все мы на работе, да и Сташек очень увлечен этим экспериментом.

– Эксперимент вроде как секретный? – пробормотала я, выходя из комнаты. Полковник и прочие последовали за мной. Вызванная шефом бригада стала опечатывать окно и дверь инкубатора. Полицейские минут пять как уехали.

– Сташек в курсе всего, – проронил Березин. – И с его медицинским образованием он сейчас полезнее, чем эта физик-экспериментатор.

Физик-экспериментатор. В последних словах полковника мне почудилось пренебрежение, если не сказать брезгливость, и я впервые задумалась, а каково, собственно, отношение самого шефа к происходящему? Я бросила на него быстрый взгляд, но промолчала. Полковник подозвал Перси и о чем-то с ней заговорил. Мы дружною толпой стали передвигаться в сторону главного входа. Сияние фонарей на террасе постепенно меркло: так они реагировали на появление солнечного света. Это было очень красиво: бледнеющие огни ламп в розоватых рассветных лучах. На всякий случай я обшарила терраску внимательным взглядом, но не обнаружила никаких следов борьбы: ни тебе поваленных столбиков-фонарей, ни там пятен крови или валяющихся как попало голов… Господи, эти головы теперь будут преследовать меня всю жизнь! Что ж, славно, нет ничего, что вступило бы в противоречие с заготовленной мною версией минувших событий.

1  2  3  4  5  6  7  8  9  10  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20  21  22  23  24  25 
Рейтинг@Mail.ru